Глава XVII. Мои друзья — мои путеводные звёзды
У меня плохое предчувствие. Последние ночи я совсем не спал. Пытался писать последнюю, XX главу — уже мозг выкипел. Это было стрёмно — вспоминать то, что так сильно пытался забыть. Я куда-то очень спешу. Но не знаю куда… Ладно. Пути Господни неисповедимы. Но есть вещи, которые от меня всё-таки зависят. Например, я могу написать эту главу, и она будет наполнена моими искренними чувствами. Уже не плохо, да?
Итак, эту главу я хочу посвятить моим друзьям. Пусть они не всегда были со мной и не всегда были мне друзьями, но я всё равно очень им благодарен. Без них я бы не написал эту книгу, потому что просто не начал бы её писать. Ведь это они надоумили меня на это. Кто-то прямо так и сказал, а кто-то намекнул — но это не важно. Главное факт: я скоро допишу эту книгу, и она выйдет в свет, будучи комком зла и несправедливости, катящимся по новорождённому миру добра и справедливости, чтоб его!
Но не суть. В общем, каждый из них был для меня путеводной звездой, пусть и ненадолго, но, главное, что… вовремя.
Крег Уингстронг (Kreig Wingstrong)
Крег. Ему шло это имя. В смысле всем идёт своё имя, просто ему как-то особенно. Наверное, это связано с его шрамом. Когда нашу Бэтти подбили, по лицу Крега полоснули раскалённые осколки, оставив три шикарные ровные параллельные линии на правой стороне: одна шла от подбородка и заканчивалась под ухом, вторая — от центра щеки до уха, и последняя — от «гусиных лапок» через висок, создавая рисунок на шевелюре. И Крег пользуется этой фишкой, чтобы добавить себе очков самолюбия и женских взглядов. Он умеет быть красивым и мужественным одновременно. Не то, что я… Я рад, что в моей жизни встретился тот, на кого я мог бы ровняться, на кого я мог положиться, если мне нужно было спросить совета. Спасибо тебе, Крег! Ты был для меня живым доказательством того, что любовь и мужественность существуют. Спасибо тебе за всё!
Конец ознакомительного фрагмента.
