Глава восьмая
Беря на себя миссию правосудия, где-нибудь да нарушишь закон.
Тихий шорох в соседнем стойле разбудил меня. Конюшня уже была пуста, и сквозь щели покосившейся двери пробивались солнечные лучи. Я поднялся, отряхивая солому, и с наслаждением потянулся. Дверь приоткрылась, и молодая наездница, грациозно впорхнув в помещение, направилась к своим вещам. Увидев, что я уже встал, она приветливо улыбнулась мне и произнесла:
— Доброе утро, господин рыцарь. Завтрак скоро будет готов.
— Доброе утро, Эжени, — поклонился я.
Утро стояло солнечное, и только грязь на дороге напоминала о вчерашнем ненастье. В дальнем конце двора эффектно разминался Сэнди. Черноволосый Люка восхищенно наблюдал за ним. По двору со стороны руин лаборатории разносился недовольный голос почтенного Деметриуса:
— Убирай эту балку! Да не эту, а вот ту! Нет, убирай лучше обе!
Послышался сильный треск, и кусок кровли, еще каким-то чудом державшийся на стене дома, рухнул вниз. Из пролома в стене, чихая и ругаясь, выбрался алхимик, сопровождаемый обнаженным по пояс силачом Жано.
— Ну вот, кто тебя просил трогать эту балку! Теперь уж мы точно не доберемся до подвала, — брюзжал ученый.
— Я, это… того… сейчас уберу, — смущенно оправдывался гигант.
— Ничего нельзя поручить! — Деметриус хлопнул себя по бокам, подняв облако известковой пыли. — Ладно, убирай, только быстро. Винсент, где тебя носит? — переключил он свое благосклонное внимание на директора цирка, как раз в этот момент появившегося из фургона с десятком ножей в руках. Мэттью уставился на оружие и сварливо произнес:
Конец ознакомительного фрагмента.