Визит в прошлое

Владимир Дмитриевич Окороков, 2021

Два друга: журналист Стас и молодой ученый-физик Валентин, оказываются в другом временном измерении. Их перемещение произошло не случайно. Они становятся невольными участниками военной операции, по спасению Российского императора Николая Второго. Месяц проведенный ими в 1918 году, был насыщен приключениями и опасными событиями.

Оглавление

Г л а в а 13.

Утром, едва оклемавшись от состояния недосыпа, Стас и Валентин, слегка сполоснув физиономии, предстали перед хозяйкой дома. Вернее это Елизавета Павловна вначале предстала перед ними, вежливо, но настойчиво пригласив их испить утреннего кофе.

— А где наши юные друзья, оглядываясь спросил Валентин, неужели еще почивают?

— Ваши далеко уже не юные друзья, отправились в деревню на разведку, т.е. это я их туда отправила — и видя вопрос в глазах Стаса, продолжила — одежду конечно я им подобрала соответствующую, согласитесь, что джинсы и футболки, вызвали бы ненужные вопросы, да и сигареты с зажигалками отобрала. К стати сказать Стас, вы пользуетесь у них непререкаемым авторитетом, они идти не хотели без вашей команды, мне пришлось сказать, что я просто выполняю ваше поручение, так что вы меня не выдавайте.

— Понял — улыбнулся Стас — только вы им больше от моего имени не посоветовавшись со мной, подобные команды не давайте, авторитет должен соответствовать действиям, а я вот пока не понимаю, что за разведка, против кого и зачем, может посвятите нас, в свои планы.

— Я уже привыкла к постоянной смене власти, как в регионе, так и в селе, вам это пока незнакомо. Вот к вечеру, дай Бог, ребята возвратятся, и мы будем иметь реальную картину, а без подобного рода знаний, выходить не советую на улицу, а в Аксеновск так вообще соваться нечего. Говорят, что пока вроде красные правят, но так же слышала, что к Екатеринбургу движутся три русско-чешских батальона и пять оренбургских казачьих сотен. Не знаю правда, или нет но командует этой группой якобы полковник генерального штаба Сергей Николаевич Войцеховский, я супругу его Маргариту Викторовну очень хорошо знаю, она тоже дочь генерала Темникова Виктора Леонтьевича. Ну вы конечно про таких и не слышали.

— Нпрасно вы так считаете, Елизавета Павловна, я историю изучал в университете и очень даже неплохо ориентируюсь, особенно в периоде, о котором мы с вами говорим. Если мне память не изменяет, Темников доживет в эмиграции до 1944 года и будет похоронен в г. Брно, это в Чехии. А дочка его и того больше — проживет, аж по моему до 1965 года и умрет в Париже на 80-м году своей жизни.

— Я восхищена вашими познаниями в истории, Станислав, даже не ожидала, что нас будут помнить и знать даже спустя столько лет.

— Вы меня извините — Елизавета Павловна, но мне кажется, что пришла пора и вам открыться. Вы про нас можно сказать знаете почти все, а вот мы о вас до сих пор в полном неведении, как то нечестно.

— В свое время, вы Станислав узнаете все, а пока будет лучше оставить все как есть, мы же с вами вчера говорили, что «В многих знаниях — много печали». Согласны?

Разговор Елизаветы Павловны с Валентином и Стасом, затянулся до самого вечера. Всегда сдержанная и вежливая Елизавета Павловна, иногда теряла контроль над собой и тогда друзья оправдывались, объясняя причины тех или иных предполагаемых действий. Иногда Валентин вдруг вспылив, резко критиковал ее, ссылаясь то на Альберта Эйнштейна, то на американских ученых Жермена Тобара и Фабио Коста. Иногда с места вскакивал Стас, размахивая руками он пытался переубедить то Елизавету Павловну, то своего друга Валентина. Со стороны казалось, что разговаривают два аспиранта со своим научным руководителем, но если бы кто-нибудь услышал о чем они говорят, сказал бы, что эти два аспиранта вместе со своим научным руководителем давно уже нуждаются в психиатрическом лечении и изоляции от общества. Если бы это услышали их напарники, ушедшие на разведку в село, то они бы сказали более кратко — пурга все это.

Перед самым их приходом на конец-то был достигнут кое-какой консенсус. Валентин и Стас жадно курили и молчали. Боясь нарушить установившийся баланс мнений, Елизавета Павловна молча разливала уже остывший кофе.

— Смотри, идут наши диверсанты и вроде без потерь — засмеялся Валентин.

— Бог с вами, что вы говорите — осуждающе посмотрела на него Елизавета Павловна, однако тайком улыбнулась, явно оценив шутку.

Невооруженным глазом было видно, что разведчики находились в крайней степени душевного смятения. Впрочем глядеть на троицу без улыбки, было очень трудно. Вадик несмотря на жару почему то был одет в рваный овечий полушубок, в старые раздолбанные сапоги неизвестно из какого материала изготовленные, за плечами у него был мешок, точь в точь такой же, какой был у его прапрадеда Тимофея Федоровича, когда они видели его вчера. Двое других, тоже выглядели не лучше — Леха в длинной грязной рубашке подпоясанной веревкой, на нем были казачьи шаровары и черт возьми настоящие лапти. Василий, видимо учитывая возраст, был одет более солидно, засаленный пиджак, галифе и укороченные сапоги. Рожи у всех были видимо специально слегка измазанные, а волосы нечесаные и всклоченные. Наряжая их таким «макаром», Елизавета Павловна видимо знала, что делала, так как по рассказам самих ряженных, никакого особого внимания они у местного населения не вызвали, и весьма успешно, целый день бродили по селу.

— Ну, что удалось выяснить? — тоном как будто он действительно был инициатором их похода, спросил Стас, еле сдерживая улыбку.

— Что говорить, мы действительно оказались в 1918 году, деревня та же самая — Монино, только такая какая видимо и была в 1918 году, кое какие строения узнаваемы, а так все другое.

— Какая власть в селе? — спросил Валентин, с явным удовольствием разглядывая троицу.

— Власть Советов, везде красные флаги, дурацкие плакаты и транспаранты. То там то сям, какие то митинги, все возбуждены, по моему они скоро от сюда слиняют.

— Это почему?

— Так болтают белые близко, уже говорят в Белогорске и вроде не сегодня завтра будут в Аксеновске.

— Вроде Колчак или кто еще. А в Белогорске сказывали, казачий мятеж был и теперь у них порядка две тысячи штыков и почти столько же сабель и движутся они по «железке» в сторону Москвы. Так, что послезавтра на поезде уже ехать будет бесполезно, все составы говорят, они захватили. Короче красные завтра побегут.

— На вас внимание кто ни будь, обратил?

— Ну конечно, один в кожанке нас записал в красноармейцы, велел завтра приходить, одеженку обещал выдать, чтобы не позорили своим видом рабоче-крестьянскую, красную армию, ну и мол оружие получить надо.

— Во как, да вы теперь на службе у Советов? — Валентин явно был намерен шутить, но Стас повернувшись к Василию спросил.

— Может завтра, есть смысл сходить? Не в таком же виде отправляться в Аксеновск, чего доброго милостыню подавать начнут.

— Решайте, сказано к восьми утра явиться.

— Идите ка мальчики на речку помойтесь, баньку истопить время не было и протянула им кусок хозяйственного мыла, а я сейчас на стол соберу — ужинать будем.

За ужином, обсудили план на завтра и решили, что завтра утром они покинут гостеприимную Елизавету Павловну и отправятся прямиком в Аксеновск на железнодорожную станцию, не заходя в Монино, благо ребята знали дорогу и по их словам, ничего радикального даже за сто лет, произойти не могло. Оставшееся время было полностью посвящено подготовке к завтрашнему путешествию. Решено было, все смартфоны, зажигалки, сигареты и ручные часы оставить на хранение у Елизаветы Павловны. Взять с собой решили только планшет. Валентин в свое время вложил в него столько разной информации, кроме того у него были с собой несколько карт памяти до краев заполненных тем же, одним словом его планшет по сути являлся своеобразной энциклопедией, чем Валентин несказанно гордился, так что он в их мероприятии совсем был бы не лишним, тем более, что интернет для этого, вообще не требовался. Кроме того Валентин вопреки протестам Стаса, напихал еще множество новинок электроники, уверяя, что все это может пригодится, а он без этого будет как без рук.

— Стас с Валентином потренировались в сворачивании самокруток и решили, что пока не удастся достать настоящих папирос, временно не курить.

— За столом стояла тишина, ели молча, каждый думал о своем, и как не пыталась Елизавета Павловна, оживить компанию, у нее это плохо получалось. После ужина все разбрелись по своим углам, но судя по вздохам и шевелениям, уснуть долго не удавалось.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я