Глава 6. Героиня начинает прозревать, но не слишком ли поздно?
— Поехали с нами! — услышала Ксюша, войдя в номер.
Мерил была одна.
Ксюша устало плюхнулась в кресло, налила себе воды из графина, попила. Вкус странный какой-то… протухла на солнце, что ли? Да и ладно.
— Я намереваюсь сваливать отсюда, меня всё это достало! — запальчиво говорила кастелянша. — Будто я в хорроре снимаюсь, где атмосфера накалятся, этот, как его, саспенс, а ты — тупая героиня! Точнее, я. Короче, сегодня мой уезжает отсюда. Мы с тобой спрячемся на заднем сидении машины, чтобы покинуть территорию турбазы, не вызывая вопросов. Звучит глупо, да, но я пробовала сегодня поговорить с Дженнифер, чтобы она разрешила мне уехать, — продолжала сбивчиво рассказывать Мерил. — Эта щучка намекнула, что просто так я это место не покину. Теперь мне страшно, так страшно! — приятельница закрыла лицо руками.
— Не, ребят, это без меня, — отказалась Ксюша.
— Какая же ты… — подруга махнула рукой. — Ладно, уговаривать не буду. Но мне так не хочется, чтобы ты тут оставалась, Эва! Ну, Эва! Я буду постоянно переживать о тебе!
— Ты обещала не уговаривать. Я уже взрослая девочка. Справлюсь. Мне очень нужны эти деньги, — Ксюша ощутила, как глаза наливаются влагой, но она сморгнула слёзы.
— Заметно. Ты очевидное отрицаешь — вот насколько хочешь их получить.
— Да. Вполне осознанно это делаю.
— Эти деньги нужны тебе больше, чем… жизнь?
— Да! Без них мне и жить-то незачем!
— Больше, чем справедливость?
— Сейчас — да. Как можно сравнивать абстрактное понятие с нуждой в бабках?
Честно говоря, Ксюше хотелось, чтобы Мерил спросила её, мол, на что именно тебе так нужны деньги, но та не стала. Кастелянша подошла к приятельнице, порывисто её обняла, да так, что у Ксюши косточки затрещали.
— Спасибо тебе, Эва… Ксения. Я помню твоё настоящее имя! Такое красивое! Ты всегда меня поддерживала. И приняла чудовище во мне.
— Брось! Какое чудовище? Обычная человеческая слабость.
Ксюше стало так грустно при мысли о расставании с новой приятельницей.
— Я очень надеюсь, что мы будем общаться и за пределами этой треклятой турбазы, — робко предложила женщина.
— Конечно! Я тоже хочу с тобой общаться и дальше, Ксюш. Спишемся!
— Ради такой цели я снова заведу социальные сети. А как тебя зовут на самом деле? Чтобы я могла тебя найти, когда зарегистрируюсь.
— Галя Брют. Настоящая фамилия, кстати. Я в сетях именно Галя, не Галина. По фото узнаешь.
— Договорились, Галя-Мерил.
— Ладно, буду я нехитрые пожитки собирать, — сказала приятельница. — Можно и оставить, конечно, но почему я должна их дарить?..
Ксюша легла на кровать, подогнула ноги. Сейчас-сейчас, полежит немного, пойдёт в душ. Она так устала!
— А что вы собираетесь делать, скрываться? — спросила она.
— Почему? Нет, пусть Райан продолжает здесь работать, — говорила Мерил, складывая вещи. — Деньги и нам нужны. Ну, может, у него и спросят, куда пропала кастелянша, а он при чём? А вообще… потом решим, что делать, главное — убраться отсюда. Я на нервяках.
— Надеюсь, у тебя всё будет хорошо, от души тебе этого желаю, Галя, — Ксюша зевнула и сомкнула глаза.
Сон заволок её щупальцами осьминога. «Не надо было пить эту воду», — подумала женщина.
Ксению унесло в объятья Морфея.
Женщина проснулась ночи от возгласа «Пропала!». Она с трудом разлепила веки. Было темно, но она различила темные силуэты в комнате. Потолок бежал. Женщине казалось, она плавает в небытие.
— А вторая-то спит?
Ксюша тут же зажмурила глаза.
— Вроде бы да, — она узнала голос Антонио. Тот склонился над ней. Вглядывался.
— Уже хорошо. Нужно, чтобы обстановка была спокойной!
— Да зачем ты мне-то это в пятисотый раз повторяешь?
— Значит, сбежала бабища эта, когда она ИМ так нужна… именно сейчас!..
— Может, бродит тута, — предположил Антонио.
— Где — тута? Может, она уже тама!
— Да пёс её знает! К озеру пошла.
— Что же делать, Антонио? За то, что профукали эту бабу, по головке не погладят. План-перехват организовывать?
— Да тише ты, Ченнинг! Вторую разбудишь! Пошли-ка ещё лесок прочешем.
Фигуры покинули комнату.
«Вот бы её не поймали!» — Ксению снова утянуло в сон.
Разбудила её Дженнифер:
— Так-так! Спим в рабочее время! Ай-ай-ай!
Ксюша с трудом открыла глаза. На веках повисла вся тяжесть её нелегкой тридцатилетней жизни.
— Вставайте, вставайте. Нет времени приводить себя в порядок и краситься — дел много. Впрочем, что это я говорю? Когда вы это делали? — гаденько захихикала Дженнифер.
Ксюша чуть не брякнула, куда фифе следует пойти. Не высказала, потому что сил не было даже языком ворочать, а голова раскалывалась.
Она перевела взгляд на соседнюю кровать. Та была пуста, что ожидаемо.
— С сегодняшнего дня на вас будет двойная нагрузка. Оплатой не обидим. Придётся выполнять и функции кастелянши, Эва, — сказала Дженнифер.
— А Мерил где? — деланно удивилась Ксюша и не узнала свой голос — так хрипло он прозвучал.
— Сорвалась и уехала. Семейные обстоятельства её вынудили, а мы не могли неволить, — сказала Дженнифер, изобразив сочувственный взгляд, как и в тот момент, когда уточняла, есть ли у Ксюши родственники. Фальшивка! — Хотя, конечно, она нас подвела, когда у нас много работы — к торжеству-то надо готовиться
Ксюша попыталась сглотнуть, но не смогла — в горле пересохло.
— Короче, труба зовёт. Приступайте к работе, Эва! Час Х приближается! — Дженнифер выплыла из комнаты, напевая.
Ксюша рывком встала с кровати. В сердце сквозило. Мерил! Будет так не хватать её!
Ничего, они ещё встретятся, не потеряются.
Пора приступать к работе.
В комнате Харуки были повсюду разбросаны книги Кехо, Зеланда, Луизы Хей. Не в первый раз. Понятно, никаквсешная неординарная натура хочет всем показать, что прочла просветляющую литературу, ладно, но по всей комнате раскидывать-то зачем?
Ксюша представила себе эту картину: девчонка, в очередной раз не вызвав интереса к своему курсу у «жалкой уборщицы» (Харука так и не перестала одолевать горничную — периодически подходила и предлагала изменить вектор жизни посещением своего животворящего тренинга), швыряет ни в чём неповинные томики в разные стороны, топая ножками.
Одна яркая брошюрка на полу привлекла внимание Ксюши. На обложке было изображено чудовище, напоминающее одного монстра из игры Doom-2. Да уж, ещё один повод погрустить на тему канувшей в Лету юности. Единственная игра, которую освоила Ксюша. У Ропотовых не было компьютера, она резалась в игры в гостях у друзей. Тогда они у неё были…
Врага в виде красного шара Ксюша придумала называть «Чудицца». Как же на самом деле-то? Ну, такой красный шар, рогатая голова, которая стреляет синим. А, нет, выпускает огненный шар, синяя у чудища кровь, точно. Правильно, столько лет прошло, подзабыла уже. Ах, ладно, не имеет значения. Главное — на брошюрке был изображён монстр, похожий на Чудиццу, только не алый, а фиолетовый.
Ксюша полистала странички брошюрки и, как сейчас говорят, залипла. Любопытно! Больше иллюстраций в небольшой брошюре не было, только тексты, начертанные крупными буквами.
На страницах объяснялось, что такое коллективная тульпа. Ксюша, несмотря на то, что когда-то увлекалась мистикой, искала во всех религиях существ, способных восстановить справедливость, не знала о таком явлении, поэтому ознакомилась.
Согласно брошюре, тульпа, она ж мыслеформа — паранормальное мистическое существо, созданное силой мысли. Более того, оно может стать вполне самостоятельным существом.
«Это осознанная визуализация, способная к самостоятельным мыслям и действиям. В современном мире также существует практика тульповодства, этот феномен изучается учёными».
В брошюре рассказывалось и о появлении коллективной некоей тульпы — тибетские монахи вполне могли силой мысли материализовать божество.
Суть всего написанного сводилась к одному: вы сможете создать существо, которое исполнит все ваши желания, если вы в это поверите.
Далее в брошюре рассказывалось о практиках, благодаря которым можно это сделать… сила мысли, подсознание.
Ксюша перелистала странички, дошла до последней, выронила книгу. На ней был изображён тот символ, который нанесли на дверь их с Мерил комнаты.
У Ксюши ноги задрожали. Она снова запретила себе задумываться. Нельзя! И всё-таки женщина так ослабла, что на миг открылась своим истинным мыслям и чувствам. На заторможенное состояние с утра накладывалось плохое предчувствие, липкое, гадкое.
В дверь постучали.
— Заходите.
На пороге стояла Синди:
— Эва, ты ещё не закончила? Мне очень нужна помощь на кухне. Дженнифер сказала, к тебе можно обращаться.
— Да, но я пока занята уборкой.
— По свободе на кухню беги.
Работать, работать, не думать, не думать.
Свободное время у Ксюши появилось только вечером. Она слушала аудиокнигу в номере. Не хотелось проводить время с коллегами, резвившимися у бассейна.
В дверь робко постучали.
— Кто?
— Арнольд.
— Заходи.
Садовник прошёл в комнату. Мужчину трясло.
— Эва, — начал было он, но смолк, закрыл лицо руками.
— Что случилось? — Ксюша вскочила с кровати, подлетела к садовнику, усадила в кресло.
— Это ужасно, страшно, — лепетал Арнольд, уронив голову.
— Да что с тобой?! Объясни толком.
— Отсюда живыми не выбираются… Наконец-то дошло до идиота… Монюни больше нет, теперь я в этом не сомневаюсь…
Дверь распахнулась, в комнату вплыл Антонио:
— О чём сумерничаете?
— Не твоё дело. И вообще, я тебя не приглашала, — огрызнулась Ксюша.
Охранник словно не слышал — прошёл и сел на застеленную кровать её соседки:
— Хотел тебя позвать поплавать. Думаю, сидит Элла одна, как сыч… А она, значится, со зрелыми мужчинами время проводит…
— Дай нам пообщаться! — рыкнул Арнольд.
— Я, может быть, тоже хочу! — Антонио подмигнул. Охранник явно был навеселе.
— А вот я с тобой общаться не желаю, — Ксюша подошла к двери, открыла, кивнула Антонио: — Попрошу на выход.
— Ладно тебе, Элка! — охранник подошёл к женщине и ущипнул её за талию.
— Ещё раз ты так сделаешь, то я тебе клешни поотрываю, понял? Вали отсюда! — рявкнула Ксюша.
Даже псевдоним её не запомнил. Чёрт побери, а всё-таки неприятно. Пусть между ними ничего и не было, кроме флирта в первый день. Когда женщина верит, будто понравилась мужчине, а потом выясняется, что это не так (а если верить Синди, Антонио ещё и плевался от неё ходил) — это смертельно обидно. Даже если тебе тридцать, ты печена во всех золах и пытаешься изобразить из себя циника. Прибила бы его!
Отчего он думает, может припираться пьяным в её номер и так беспардонно себя вести?!
— Какая ты суровая женщина! — Антонио снова ущипнул её за талию.
— Хватит меня трогать!
Арнольд встал, подошёл к охраннику, схватил его за шкирку и выкинул за дверь. Неожиданное проявление силы от степенного пожилого мужчины:
— Отстань ты от неё, урод!
Антонио с трудом встал:
— Ого! А ты бодрый старикан! Где служил?..
— Проваливай давай!
Охранник наконец-то ушёл, пошатываясь.
Арнольд развернулся к женщине, взял её за плечи:
— Эва, эти сектанты действительно маньяки! Ты в опасности!.. Я не знаю, говорить тебе или нет… — мужчина сглотнул, опять закрыл лицо руками.
— Да рассказывай же!
— Вчера они… эти… сектанты сумасшедшие… опять орали на озере… И там ещё кто-то… кричал, — сбивчиво рассказывал садовник. — А потом…
— Ай-ай-ай, не стыдно драться-то? — стуча каблучками, в номер Ксюши зашла Дженнифер. Да что такое! — От вас не ожидала подобных проявлений, Арнольд. На вид интеллигентный мужчина, а на деле… Наш коллектив — дружная семья, мы не поднимаем друг на друга руку.
— Он приставал к женщине, — сказал Арнольд. — Пришлось вступиться.
Дженнифер смерила Ксению взглядом и прыснула.
— Ой, не могу… Приставал… Да уж, посочувствуйте ему, устоять перед такой-то красоткой трудно!
«Неужели у меня никогда не появится возможности разбить ей рожу? Ненавижу эту гадину!» — самозабвенно думала Ксюша.
Как же она их ненавидела! Доработать бы, не дав никому по морде!..
— Предупреждаю: ещё один инцидент…
— Хорошо, Дженнифер, — кротко кивнул Арнольд.
— А что это вы тут вдвоём делаете? — не отставала фифа.
— Да блин! Могу я во внерабочее время общаться с тем, с кем хочу, в конце-то концов? Почему я должна отчитываться о том, с кем общаюсь? Моё дело! — вспылила Ксюша.
— Вы забываетесь!..
— Будьте добры, Дженнифер, пожалуйста, выйдите из этой комнаты.
— Я думаю, пора ещё раз напомнить вам про нормы корпоративной этики!..
— А давайте не сейчас, Дженнифер!.. Я хочу побыть одна.
— Так, ладно, я пошёл, поговорить нам не дадут, — раздражённо бросил Арнольд. Проходя мимо Ксюши, он шепнул ей на ухо одними губами: «В полночь. В лесу!». Женщина моргнула в знак согласия.
Пожилой мужчина ушёл.
Дженнифер начала свою «вентиляторную» экзекуцию, демонстрируя ровные зубы…
В условленное время Ксюша пошла вглубь леска. Женщина нервничала, озиралась по сторонам. Арнольда там пока не было.
Что-то привлекло её внимание. Яркая деталь.
Ксюша пошла на блеск, ощущая, как почва уходит из-под ног. Она догадывалась, но словно приказывала своим глазам не фокусироваться, а мозгу — не сознавать…
Это была оранжевая машина Райана. Неужели их с Мерил догнали?!
«А может, он вернулся. Тогда почему машина здесь, а не у КПП так называемого?» — по привычке пыталась урезонить себя Ксюша, но не получалось.
На её плечо легла рука. Ксюша вскрикнула. Это был Арнольд. Фу-ух.
— Что тут происходит?! — она кивнула на машину.
— Хорошо, что ты сама увидела. Не знаю, зачем они пригнали сюда эту тачку… В общем… Эва, твоя подруга и этот красавчик… водитель наш… — садовник сглотнул. — Вчера наши сектанты опять выли у озера. Я крепко спал, но всё равно очнулся от таких-то воплей. Мне, кажется, снотворное подсыпали… Потом встать не мог, весь день варёный ходил.
— То же ощущение.
— И Сповариха жаловалась, что сонная сегодня, надо работать, а она вполсилы может. Усыпили нас эти ироды, чтобы свои дьявольские дела вершить, но я всё-таки проснулся от воплей, только ничего из окна не увидел, конечно. Хотел пойти посмотреть, но снова в сон потянуло.
— Да говори уже, что случилось, не тяни, не то я сейчас сдохну, пока ты дойдёшь до сути! — крикнула Ксюша. — Извини за грубость. Я нервничаю.
— Тяну время. Мне тяжело это сказать. Я боюсь, ты поведёшь себя неадекватно, — Арнольд набрал воздуха в грудь. — Сегодня утром наши охранники тащили два полиэтиленовых пакета к той лачуге у озера. Огромные такие. Ну, пакеты. Дженнифер велела мне открыть дверь лачуги, ключ-то у меня. Охранники затащили мешки внутрь. Я потом глянул, что внутри, а там, там… они, — голос его дрогнул.
— Кто — они? — спросила Ксюша, делая шаг назад.
— Твоя подруга мертва. Водитель — тоже. Здесь убивают людей, Эва, — тихо сказал Арнольд.
У Ксюши всё поплыло перед глазами…
Ксюше казалось, её позвоночник прошило. Не сердце, не душу. Она опять вскрикнула — уже от боли. В её тело влился первозданный страх, смешанный с болезненной тоской.
— Здесь убивают людей, Эва, — повторил Арнольд. — Монюня тоже мертва! Эти хреновы оккультисты… Я не знаю, зачем это им…
— Они пытаются создать коллективную тульпу, чтобы та исполнила их желания. Для этого, наверное, им нужно принести жертву… и не одну, — у Ксюши подогнулись ноги.
— Что есть «тульпа»?
Ксению вывернуло наизнанку. Пожилой мужчина заботливо придерживал волосы женщины.
— Нужно взять на кухне разделочные ножи и дать отпор, — сказала Ксюша, немного придя в себя.
— Что? — поразился садовник.
— Мы можем перебить их, когда они уснут. И этих сектантов, и Дженнифер. Надо рассказать поварихе. Трое — это уже сила какая-то.
Или гаденькая Синди не на их стороне? Вспомнилось, как она восторженно говорила о «дне Х» и «явлении… кого-то там». Значит, отвратительная сплетница в курсе! Нет, её нельзя брать в союзники.
— Ты сможешь это сделать, Эва? Убить людей?
— Да я бы с радостью вскрыла им глотки! Кем они себя возомнили? Богами? Твари! — Ксюша решительно развернулась в сторону дома.
Арнольд с трудом удержал её:
— А как мы отмашемся ножами от вооружённых охранников? Даже втроём. Пиф-паф — и всё. Поэтому и боялся тебе говорить. У тебя темперамент горячий…
— Мы не можем оставить это безнаказанным! Нельзя просто взять и укатить в закат, чтобы ублюдки и впредь продолжали заманивать людей! — выкрикнула Ксюша.
— Сбавь тон, заклинаю, что ты орёшь на всю Ивановскую! Если нам удастся бежать, то мы обратимся куда надо. Главное пока — выбраться отсюда.
— Это будет не так просто! Я даже не представляю!.. Лес идёт до забора. Там камеры и напряжение. Либо током шарахнет, или прибегут охранники… Даже если бы мы умели угонять машины и пытались прорваться на тачке Райана… Они ведь пытались. Райан и Мерил… — Ксюша всхлипнула. Мерил! Обесцвеченная белочка!
Хорошо, что женщине удалось заплакать. Часть страха, боли, разочарования ударила в голову и излилась со слезами. Иначе Ксюша умерла бы от интоксикации удушающими эмоциями.
— Райан покидал территорию легально, а Мерил спряталась в машине. Их это не спасло.
— Я что-нибудь придумаю, Эва. Пока… будь осторожна. Не знаю, что ты сможешь сделать, если за тобой придут в ночи. Не пей воду, если налила не сама. Спи с ножом под подушкой. Я найду способ помочь тебе, даже если придётся из-за этого получить пулю в лоб.
Ксюша его обняла:
— Ты не должен рисковать собой ради меня. Я того не стою.
— Я не пошёл куда надо после прошлой смены, хотя и подозревал, что с Моникой беда случилась. Это будет глодать меня до самой моей смерти. И поделом мне! А тебе я помочь должен. У меня есть одна идея, как выбраться… посмотрим, выгорит или нет. Попробовать стоит!.. — он обнял женщину. — Ладно, Эва, давай возвращаться, а то заметят, что тебя долго нет. Теперь за тобой пристальнее следят. Вон сразу все прискакали, когда я к тебе поговорить пришёл. Неспроста!
Ксюша и Арнольд разошлись в разные стороны.
В номере женщина посмотрела на пустую кровать Мерил, вспомнила белоснежную улыбку Райана. Молодые, честолюбивые, влюблённые!..
Ксюша заплакала навзрыд. В первую очередь даже не по приятельнице, а по утраченной в очередной раз вере в справедливость. Пусть женщина и внушила её себе сама, вопреки печальному жизненному опыту. Она ведь ВСЁ понимала ещё на этапе, когда её, беззубку с сомнительной биографией, отобрали, а так жаждала чуда. Ксюше Ропотовой должно было повезти хоть раз.
А вот нет!
Выкуси, Ксения Ропотова, не ропщи!
Впервые за много лет она испытывала неразбавленный страх: «Меня могут убить!»
Когда-то Ксюша не боялась никого и ничего: ни гопников в школе, ни отчисления, ни тюрьмы, ни Дьявола. Потому что тогда в ней была жива затмевающая все эмоции ярость и треклятая жажда восстановить справедливость, обида на судьбу за то, что та к ней жестока.
Сейчас, когда женщина ослабла под угрозой смерти, возмущению жизненной несправедливостью места не осталось. Вот тут ужас и занял всё её существо. Она спустилась на кухню, взяла нож (хочется надеяться, что охранники пропустят этот момент), положила под подушку. Села. Стала ждать, глядя в окно.
Терпеть страх невозможно! Сердце разрывает грудную клетку, дышать больно. Ксюше хотелось побежать, вооружившись этим ножом. И пусть её лучше изрешетит из пистолетов охрана, нежели вот так сидеть, дрожать и ждать!
«А может быть, всё не так уж плохо, — по привычке урезонивала себя Ксюша. — Да, им нужны жертвы, но двух человек достаточно. Меня они не тронут. Я спокойно доработаю, получу деньги, а потом, когда мы выйдем отсюда, обращусь в соответствующие органы», — эта мысль немного, как ни странно, успокоила.
Ксюша постаралась отогнать от себя образ подружки Мерил, улыбающегося Райана и навязчивое желание отомстить всем за всё и уснула.
