Глава 7
— Бандиты телефон оборвали. Любые деньги, лишь бы выжил, — Асеев взял красную маску Буратино. — Нос длинный, это обязательно?
Рывкин удивился непонятливости:
— Удобно же держаться!
— Подозрительно как-то.
— Есть многое на свете, друг Гораций. Казнадеев всегда косит под дурака. Желудочному язвеннику в буфете покупает пирожок. Съел? Излечен, иди домой.
— Да как он не боится?
— Очень просто, уважаемый коллега. Пирожок набит омепразолом и лежит отдельно. Обычно подсохший. Академик выбирает лично, вдруг свежий пирожок сожрёт. И пошёл слух, что язву лечат психологически. Про омепразол никто не знает.
— Боюсь, и маска прикрывала гипноз.
— Мексиканские индейцы масками отпугивают духов смерти. Попробуем. Выживет, получим деньги и культ личности. Нет — сделали, что могли. Комбинация без проигрыша.
* * *
Невесело в больнице после полуночи. На каталке, закрытое простыней, остывает тело. Выглядывает синяя стопа с номерком и желтыми ногтями. Бросили в коридоре до утра. На стенах новогодние рисунки: дед Мороз, зайчики.
Дежурная совой пучится через стекло, как Марк Владиленович загружается в лифт. В отделении реанимации широкий коридор, палаты на левой стороне, а справа сестринский пост, туалет, ванна и две процедурные. Из тёмноты сестринской в коридор шагнул Серый.
— Паспорт!
Красиво-мужиковатый бандит холоден. Переписал данные паспорта, обыскал на предмет оружия или яда. Маска вызвала сомнение.
— Нос зачем?
— Для удобства, как ручка двери. Маска повышает выживаемость. Но если нельзя…
— Приступайте, — Серый отошёл во мрак.
Незабудько лежал с приподнятым изголовьем, разметав мощные руки. Рывкин сел возле тяжело дышащего авторитета. В локтевые вены введены иглы, соединённые с аппаратом переливания крови. Из ампул капает раствор, который через пластмассовую трубку — катетер — поступает в подключичную вену Незабудько.
Конец ознакомительного фрагмента.
