Глава 16
Пес бежал всю ночь и успел преодолеть немалое расстояние. Воздух стал теплее, в нем отчетливо различались запахи лугов. Уже светало, когда Хранитель замедлил шаг и позволил себе обернуться. Огни Уступа остались далеко позади, как и Феникс. Но боль в сердце стала еще острее, боль от разлуки с другом.
Пес встряхнулся и снова тронулся в путь, стараясь сосредоточиться на задании. Он размышлял о Виктории, ее предательстве и жутких преступлениях. Необходимо призвать на помощь все свое обоняние и хитрость, чтобы выследить ее и при этом не спугнуть. Но несмотря на все старания, мысли Пса упорно возвращались к Феникс. Добралась ли она до Айсгарда?
Глубоко под землей похрапывал мелкий зверек, а наверху чьи-то когти скребли по камню. Пес принюхался и, почуяв едва уловимый смрад, сменил направление, дабы не столкнуться с тем, кто притаился впереди. Раньше он непременно устроил бы охоту на неведомое существо, но не сегодня.
Один. Один. Один.
Слово разверзлось вокруг него, словно пропасть — холодная и смертоносная.
— Какая нелепость, — прорычал себе под нос Хранитель, и звук пусть даже собственного голоса принес заметное облегчение. — Ты веками служил Заимке один. Ничего не изменилось.
Однако на самом деле изменилось многое. Пес снова и снова вспоминал, как спасал с рекрутами Семерку; как раздражали его спутники на первых порах; как их постоянные препирательства сменились теплыми чувствами; с каким удовольствием он катал Феникс на спине. По ночам, карауля их сон, он впервые за очень долгое время почувствовал, что делает нечто поистине важное.
— Прекрати, — рявкнул он и огромными, семимильными прыжками помчался вперед.
— Ты всегда разговариваешь сам с собой? — раздался над головой очень высокий пронзительный голос.
Пес издал нечто среднее между повизгиванием и воем, каменная шерсть встала дыбом. Он резко затормозил и обернулся на звук.
Прямо над ним парил крохотный, объятый пламенем силуэт — мельтешащие крылья, руки уперты в бока, голова наклонена к плечу.
— Фитиль! — воскликнул Пес, оторопев от неожиданности.
В воздухе сразу повеяло огнем, весельем и необузданностью.
— Тебя легко напугать, — констатировал Фитиль, окруженный сиянием цвета расплавленного золота. — Впрочем, среди собратьев я лучше всех умею подкрасться незаметно.
— Что ты здесь делаешь? — выпалил Пес. — Где пропадал?
Фитиль пожал плечами и взмыл так высоко, что Хранителю пришлось задрать голову.
— Иней меня выгнал.
Пес нахмурился. В их последнюю встречу Фитиль помог кухням на Охотничьей заимке полностью выгореть.
— Ты разрушил его дом.
— Самую малость, — закатил глаза огненный спрайт. — Люди слишком привязаны к вещам. Ты вот вроде не злишься.
Хранитель поморщился. Стыдно признать, но он не просто не злился, но и порадовался. Обычно после битвы ему полагалось вернуться в стены Заимки, камень порабощал его тело и душу, и так продолжалось до тех пор, пока Охотникам вновь не требовалась помощь. Иногда ожидание длилось столетиями. С гибелью Заимки он обрел немыслимую прежде свободу. Там, где раньше высились стены, сейчас раскинулся простор — простор для новых обязанностей, новых приключений, друзей. Нет, Пес ни капли не жалел ни о разрушенном доме, ни о том, какую роль сыграл в этом Фитиль.
— Ты, кстати, не ответил, где пропадал, — ловко сменил тему Хранитель.
К его огромному удивлению, ореол спрайта поблек.
— В огнедышащих кратерах.
— И тебе… не понравилось? — изумился Пес.
Огнедышащими кратерами прозвали заполненные лавой расселины в недрах Пекла — пристанище бушующего пламени, удушливого дыма и едких паров. Настоящий рай для огненных спрайтов.
— Сами кратеры понравились, а вот моя миссия — совсем нет, — угрюмо откликнулся Фитиль, уже не так стремительно размахивая крыльями и тускнея на глазах. — Я прощался с Угольком и Волдырем.
Пес вздрогнул. Оба спрайта погибли, сражаясь с Моргреном в финальной битве за Охотничью заимку.
— Соболезную.
— Слезами горю не поможешь. — Огонек Фитиля снова вспыхнул, взгляд заметался по сторонам. — А где остальные? Где повелительница пламени?
— Отправились в Айсгард, — вздохнул Пес.
— Ох. — На мгновение ореол спрайта снова померк. — И ты из-за этого грустишь.
— Да, — тихо ответил Пес.
— Слезами горю не поможешь, — напомнил Фитиль. — Для разрядки советую что-нибудь спалить.
Наткнувшись на недоуменный взгляд Хранителя, спрайт закатил глаза и приземлился на кончик каменного носа.
— Пойду-ка я с тобой.
— Зачем? — нахмурился Пес, ощущая, как от объятых пламенем ступней Фитиля по морде разливается жар. — Ты ведь даже не знаешь, куда я направляюсь.
— Зачем? — со смехом переспросил Фитиль и лениво потянулся, отчего с крыльев посыпались оранжевые искры. — Тебе не помешает моя защита. Как мы уже выяснили, тебя очень легко застать врасплох. — Пес возмущенно оскалился, но спрайт ничего не заметил. — И вообще, — зевнув, добавил он, — почему бы и нет?
Пес замешкался, охваченный странным чувством, в котором он не сразу угадал облегчение. Облегчение столь неожиданное и сильное, что перехватило горло.
Он больше не будет один.
Хранитель отрывисто кивнул, по-прежнему не доверяя своему голосу, и, сопровождаемый спрайтом, огромными скачками устремился на юго-запад, к зеленому безмолвию Вечного леса.
