Глава 5. Экскурсия
Венди переоделась, забралась на большую и чересчур мягкую кровать, обхватила руками колени и стала разглядывать картинки на мониторах.
В основном экраны показывали пыльные улицы, кое-где мелькали одинокие фигурки людей с пустыми лицами, бредущие по тротуарам. Несколько экранов занимал порт с причалом, у которого покачивались на волнах около десяти старых кораблей. Носатые краны возвышались над пирамидами контейнеров. Вдоль берега устроились перевернутые вверх дном лодки. Там не было ни души.
Никого не оказалось и на прямой дороге, ведущей к мрачному готическому замку, явно срисованному создателем игры с собственных ночных кошмаров. Замок совсем не вписывался в общий пейзаж. С ним вполне гармонировало только кладбище с покосившимися крестами, виднеющееся в нижнем угловом экране слева. Но самое неприятное впечатление произвела мертвая картинка с изображением бара со странным названием «Боевой пук», где, похоже, не хватало одной буквы. Дверь заведения украшала желтая лента с надписями, а перед входом на асфальте был нарисован белым мелом контур очень крупного человека. Этот рисунок приковывал взгляд своей пугающей реалистичностью.
«Поспать? — хмыкнула Венди. — Он издевается?»
— Ну что, готова к экскурсии по Вирте? — спросил Питер, без стука ворвавшись в комнату.
— Вообще-то, нет, — ответила Венди. — Вдруг я наступлю на какой-нибудь коврик.
Питер засмеялся. Но его смех был ничуть не радостный.
— Понравился фокус Задиры?
— Очень, — сказала Венди. — По-моему, это ужасно.
— Ужасно здесь другое, — отозвался тот. — Идем.
— Я никуда с тобой не пойду. — Венди подтянула колени к груди и отодвинулась в самую глубь кровати-аэродрома.
— Это почему?
— Во-первых, ты мне угрожал, а во-вторых, стоило мне появиться на улице, как меня тут же попытался пристрелить какой-то малолетка. Мне не нравится этот мир. Я хочу домой!
Парень уселся на краю матраса и повернул к Венди свое угловатое лицо. От мертвого глаза хотелось отвести взгляд, но и живой смотрел не более дружелюбно.
— Знаешь, когда я пробирался в твой дом, я планировал забрать с собой того придурка, который оставил меня без глаза. Он явно химичил с виртуальной реальностью, поэтому во время грозы произошел контакт наших миров. А зачем ему это было нужно? Конечно, чтобы попасть за пределы реальности. Вот я бы ему и показал вселенную, в которую он стремился. Уверен, твой брат тебе завидует.
— Тогда при чем здесь я? — рассердилась Венди.
— Просто подумал, что ты более приятная компания. Я же сказал, что не причиню тебе вреда. Считай, что ты в гостях.
— А ты всех гостей приводишь, приставив нож к горлу?
— Да брось, нужно же было припугнуть твоего гения. Пусть пошевелится с починкой. Он должен быть наказан, поэтому я забрал его сестру.
— А сестра? Тоже должна быть наказана? Мне неинтересна ни виртуальная реальность, ни твой жестокий мир, просто оставь меня в покое.
Парень пожал плечами.
— Я не хотел, чтобы ты скучала.
— Да? — протянула Венди. — Тогда отправь меня домой, мне там совсем не скучно.
— Нет, — рявкнул Питер, по-видимому, начиная терять терпение, — ты пойдешь со мной, и точка. — Он встал. — Ну? Или предлагаешь тащить тебя за ногу?
Венди чувствовала, что от негодования у нее раздуваются ноздри, однако злить этого неуравновешенного кретина казалось себе дороже. Она встала с кровати и скрестила на груди руки. Питер мотнул головой, пропуская ее вперед. «В гостях. Как мило», — думала Венди, выходя из комнаты под его пристальным взглядом, словно под конвоем.
На улице стоял забрызганный грязью красный мотоцикл. Питер откатил его от стены, перекинул ногу, завел, и вдаль по пыльной улице понесся ревущий звук, от которого у Венди сжались все внутренности. Из трубы вырвались клубы дыма в виде крошечных квадратиков. Венди моргнула. «Конечно. Я же в игре. Чему удивляться?»
— Что ты делаешь? — попыталась она перекричать рев мотора.
— Садись, — скомандовал Питер.
Венди отшатнулась и покосилась на дверь. «А нельзя было провести пешую экскурсию?»
— Я не сяду на это чудовище!
Питер устало закатил глаза.
— Садись, — проговорил он тихо, насколько это было возможно из-за рыка зверской машины, но с такими нотами в голосе, от которых у Венди волоски на руках встали дыбом.
— Куда-то собрался, Питер? — послышалось за спиной, и, обернувшись, Венди увидела, как из дома выходят близнецы. — А девчонку нам оставишь? — Подмигнул тот, который улыбался. Второй кисло ухмыльнулся.
— Размечтался, Боб! — засмеялся Питер. — Запрыгивай, Венди, а то уеду.
Он прищурился, взглянув на Венди, и та в нерешительности подошла к ревущему мотоциклу. Остаться в доме с этими маньяками? Ни за что! Лучше уж на мотоцикле в кювет улететь.
— Смелее, — подбодрил Питер.
Усевшись, она огляделась, но не нашла ничего, за что можно держаться.
— Держись за меня. Да не ссы, я не кусаюсь! — будто прочитав ее мысли, выкрикнул Питер, и Венди, бросив взгляд на стоявших у дверей близнецов, одинаково скрестивших на груди руки, коснулась ладонями тела Питера, чуть прижав их к его бокам. Он покачал головой и надавил на газ.
Мотоцикл рванул вперед, из-под колес поднялись облака желтой пыли. Венди взвизгнула, вцепившись в футболку Питера, чудом удержалась на сиденье и обхватила парня руками.
— Так-то! — Он с улыбкой глянул через плечо. — Держись крепче.
Венди нахмурилась, но все же прижалась к твердой и теплой спине.
Город мелькал перед глазами говорящими вывесками: «Кафетерий», «Больница», «Аптека», «Адвокат», «Ремонт часов», но большинство из этих заведений выглядели запущенными. Заляпанные грязью или вовсе разбитые окна, покосившиеся таблички «закрыто», перевернутые урны и рассыпанные возле них бычки.
Прохожие встречались редко и провожали мотоцикл долгими бесцветными взглядами. Венди хотела спросить у Питера, почему здесь так безлюдно, но перекричать рев мотоцикла казалось нереальным.
Ближе к окраинам городские здания поредели и измельчали, последними на улице, по которой их несло это ревущее чудовище, оказались полуразрушенные деревянные бараки. Потом начались опустевшие пастбища, несколько фермерских построек, огражденных солидным бревенчатым частоколом, а дальше ограда, за оградой потянулось кладбище. На некоторых крестах и могильных плитах сидели, поглядывая на ездоков, вороны.
Мотоцикл запрыгал по кочкам, и Венди крепче прижалась к Питеру. Кладбище закончилось у самого леса. Крайние могилы обросли кустарником, кое-где молодыми соснами, а дальше уже во всю мощь растянулась смешанная и на вид непроходимая чаща.
Мотоцикл засвистел, дважды чихнул и остановился. В непривычной тишине казалось, что заложило уши, точно их набили ватой.
— Черт! — Питер ударил по рулю. — Бензин кончился.
Венди неуклюже сползла с сиденья. Ноги с непривычки подрагивали.
— Так неожиданно? — спросила она. Питер перекинул ногу, хлопнул по сиденью рукой. — Постой-ка, это не твой мотоцикл?
— Конечно, нет. Угнал на днях, а датчик топлива, похоже, с багами. Смотри, полный бак показывает, — ответил Питер, показывая на прибор, и от Венди не ускользнуло его раздраженно-озадаченное выражение лица. Она проследила за его взглядом. Солнце едва касалось верхушек деревьев.
— Да уж. Лучше бы я не спрашивала, — покачала головой Венди и уставилась туда, откуда они приехали.
«Интересно, сколько нам тащиться?»
— Назад нельзя, — сказал Питер, будто снова прочитал ее мысли. — С тобой нам не пройти через кладбище.
Венди охватила дрожь.
— Почему это?
— Сумерки, — ответил парень. — Зомботрупы только того и ждут. А тут ты — свежая кровь.
Венди похолодела. Не прошло и пяти минут, как они проехали кладбище, и теперь он спокойно заявляет, что ее свежая кровь придется по вкусу каким-то зомботрупам. Что за дурацкое слово?
— Кто?
Питер фыркнул.
— Обычные трупы. Их выкапывают из могил зомболюди — есть здесь такие жертвы неудачных экспериментов. Главная цель — создавать себе подобных, главное желание — еда. Динь! — сказал вдруг парень громко, и эхо загудело где-то в верхушках сосен, а Венди, поглядывая в сторону кладбища, съежилась и на всякий случай подошла поближе к Питеру.
Голограмма не заставила себя долго ждать. Она появилась посреди дороги, сидящая в красном бархатном кресле, положив ногу на ногу, и рассматривающая свое лицо в зеркальце на ажурной ручке. Увидев Венди, она оценивающе обвела ее взглядом и снова уставилась на свое идеальное, без единого прыщика, без угревой сыпи и веснушек лицо.
— Сколько километров до ближайшей заправки? — спросил Питер, продолжая глазеть по сторонам и не обращая внимания на длинные тонкие ноги голограммы, выглядывающие из-под платья явно не случайно.
Динь отвела зеркальце от лица и похлопала густыми ресницами.
— Четырнадцать километров. Поворот налево через три километра.
Венди потерла лоб. Хотелось думать, что это шутка или сон, или что угодно, но только не правда.
— А если через лес? — уточнил Питер, почесывая затылок.
Динь уронила руку с зеркальцем на колени и уставилась на Питера исподлобья.
— Ну? — поторопил он.
— Три километра. И шестьдесят пять метров, если быть точной. Но не советую. — На секунду она подняла взгляд на небо. — В лесу всякое может случиться, а ты… — Динь посмотрела на Венди. — С этой.
— И что там может случиться? Тоже зомботрупы? — спросила Венди, пропустив мимо ушей пренебрежительное «с этой».
Голограмма рассмеялась, спугнув каких-то птиц в ближайшем кустарнике. Их крылья зашелестели по листьям.
— Хуже! — Динь сощурила глаза. — Призраки. Мстительные духи тех, кто погиб в старой лаборатории во время землетрясения.
Венди обняла себя за плечи. «Ничего не скажешь — мирок, только этого мне и не хватало! Димон обзавидуется. Если я вернусь».
Пока они выясняли расстояния, солнце уже успело опуститься за макушки деревьев и теперь выглядывало из-за сосны одним холодным глазом, совсем как Питер. Венди покосилась на дорогу. Она выглядела мирной, хоть и неумолимо погружалась в сумрак. Венди прикинула, сколько потребуется времени, чтобы преодолеть пешком четырнадцать километров. Средняя скорость человека въелась в мозг благодаря задачам по математике еще в начальной школе. Получившийся результат не понравился прежде всего ногам, которые тут же заныли.
— Так. Ладно, — подал голос Питер, — идем через лес.
Видимо, он тоже прикинул, и его ноги остались недовольны.
— Что? Ты с ума сошел? — возмутилась Венди. — Пробираться через эти дебри, да еще и с призраками! — Она уперла кулаки в бока, стараясь проявить максимум настойчивости. — Нет! Мы пойдем другой дорогой.
Лес не внушал ей доверия. Обочина заросла кустарником, дальше начиналась поросль тонких деревьев, а над ними возвышались вековые сосны и ели, изредка мелькали белыми полосами старые могучие березы.
Конец ознакомительного фрагмента.
