Писатель и деньги

Александр Молчанов, 2015

Эта книга складывалась долго и трудно. Дело не в том, что методики, разработанные и проверенные людьми, которые продают пирожки, не работают при продаже сонетов. Бизнес – всегда бизнес. Дело в том, что не так-то просто объяснить эти принципы людям, которые не привыкли продавать. А еще труднее – замотивировать их. Убедить, что нет ничего плохого в том, чтобы быть богатым. За это не накажут. Талант не отнимут.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Писатель и деньги предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2: Источники установок на бедность

Давайте для начала поймем, откуда вообще берутся установки на бедность и какими путями они приходят в нашу жизнь. Источников несколько.

Религия

Почти все религии весьма нетерпимо относятся к богатству. Помните это: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное». Иоанн Златоуст называл бедность «сокровищем некрадомым, жезлом несокрушимым, приобретением неоскудеваемым». Я сейчас говорю не только о христианстве. Во всех религиях богатство не в чести. Буддизм отрицает мирские привязанности, в том числе и к деньгам. В исламе незаконно приобретенное богатство «будет свидетельствовать против него в день воскресения».

Из христианских конфессий лишь протестантизм одобряет богатство, нажитое честным трудом. Неудивительно, что именно протестантские страны процветают. А хуже всего живут страны, по которым катком прошелся коммунизм — религия, главной целью которой стала борьба с богатством.

Культура

Культура — это способ передачи информации от поколения к поколению. Что нам передает наша культура? Вот, например, главное произведение русской литературы, из которого она вышла вся, по меткому выражению Ф. М. Достоевского (кстати, дебютировавшего романом «Бедные люди») — «Шинель» Гоголя.

Не откажу себе в удовольствии процитировать самый важный кусок из этой повести:

«Акакий Акакиевич думал, думал и решил, что нужно будет уменьшить обыкновенные издержки, хотя, по крайней мере, в продолжение одного года: изгнать употребление чаю по вечерам, не зажигать по вечерам свечи, а если что понадобится делать, идти в комнату к хозяйке и работать при ее свечке; ходя по улицам, ступать как можно легче и осторожнее, по камням и плитам, почти на цыпочках, чтобы таким образом не истереть скоровременно подметок; как можно реже отдавать прачке мыть белье, а чтобы не занашивалось, то всякий раз, приходя домой, скидать его и оставаться в одном только демикотоновом халате, очень давнем и щадимом даже самим временем. Надобно сказать правду, что сначала ему было несколько трудно привыкнуть к таким ограничениям, но потом как-то привыклось и пошло на лад; даже он совершенно приучился голодать по вечерам; но зато он питался духовно, нося в мыслях своих вечную идею будущей шинели. С этих пор как будто самое существование его сделалось как-то полнее, как будто бы он женился, как будто какой-то другой человек присутствовал с ним, как будто он был не один, а какая-то приятная подруга жизни согласилась с ним проходить вместе жизненную дорогу, — и подруга эта была не кто другая, как та же шинель на толстой вате, на крепкой подкладке без износу. Он сделался как-то живее, даже тверже характером, как человек, который уже определил и поставил себе цель. С лица и с поступков его исчезло само собою сомнение, нерешительность — словом, все колеблющиеся и неопределенные черты. Огонь порою показывался в глазах его, в голове даже мелькали самые дерзкие и отважные мысли: не положить ли, точно, куницу на воротник? Размышления об этом чуть не навели на него рассеянности. Один раз, переписывая бумагу, он чуть было даже не сделал ошибки, так что почти вслух вскрикнул „ух!“ и перекрестился. В продолжении каждого месяца он хотя один раз наведывался к Петровичу, чтобы поговорить о шинели, где лучше купить сукна, и какого цвета, и в какую цену, и хотя несколько озабоченный, но всегда довольный возвращался домой, помышляя, что наконец придет же время, когда все это купится и когда шинель будет сделана. Дело пошло даже скорее, чем он ожидал. Противу всякого чаяния, директор назначил Акакию Акакиевичу не сорок или сорок пять, а целых шестьдесят рублей; уж предчувствовал ли он, что Акакию Акакиевичу нужна шинель, или само собой так случилось, но только у него чрез это очутилось лишних двадцать рублей. Это обстоятельство ускорило ход дела. Еще какие-нибудь два-три месяца небольшого голодания — и у Акакии Акакиевича набралось точно около восьмидесяти рублей».

В этом отрывке главный герой русской культуры совершает главный свой подвиг — копит огромную сумму из крохотной получки. Вот каким подвигам мы учимся! Вот какие программы закладываются в нас с самого детства! Заметьте, Акакий Акакиевич не открывает свое дело, не делает открытие, не совершает путешествие для того, чтобы достичь своей цели. Он просто копит. Ограничивает себя во всем. Причем весь этот кусок не просто в одобрительном ключе — мол, молодец, Акакий Акакиевич. Автор явно восхищается своим героем — Акакий Акакиевич титан! Не каждый так сможет! Вот ты, читатель, сможешь? Нет? А ты попробуй!

Бр…

Можно написать отдельную книгу о том, как литература закладывает в своих читателей установки на бедность и неуспех. И конечно, больше всего в этом деле отличились русские писатели — от Ломоносова до Захара Прилепина.

Булгакова помните? «Никогда ничего у них не проси. Сами придут и все дадут». Кто придет? Кто даст? Почему нельзя попросить? Как они вообще узнают, что они должны что-то дать? И, в конце концов, почему бы просто самому не пойти и не взять?

Общество

Воспитанное такой религией и такой культурой общество насквозь пропитывается установками бедности. Лучший маркер — это поговорки. Вот, полюбуйтесь сокровищами народной мудрости:

Не имей 100 рублей, а имей 100 друзей.

Богатому сладко естся, да плохо спится. Без денег сон крепче.

Богатому черти деньги куют.

Богатство гинет, а нищета живет.

Богатый и не тужит, да брюзжит.

Богатый никого не помнит — только себя помнит.

Богатый совести не купит, а свою погубляет.

Больше денег — больше хлопот.

Будешь богат, будешь и рогат.

Грехов много, да и денег вволю.

Денег много, да разума мало.

Денег накопил, да дури накупил.

Денег нет, зато сами золото.

Денег нет, так подушка под головой не вертится.

Денег нету, и дела нету (т. е. без хлопот).

Деньги, что каменья: тяжело на душу ложатся.

И бедный украдет, да его бог прощает.

Не штука деньги; штука разум.

Нищий болезней ищет, а к богатому они сами идут.

Пусти душу в ад, будешь богат.

Через золото слезы льются.

Деньга кругла, да поката — уйдет.

Деньгами чувства не купишь.

Деньги — что пух: только дунь на них, и нет.

Во всех этих поговорках четко просматриваются несколько главных идей. Первая — деньги приходят только через «порчу» души. Хочешь быть богат — ты должен быть нечестен, жаден, грешен. Вторая — деньги приносят несчастья. Чтобы спать спокойно лучше быть бедным. Третья — деньги тяжело наживаются и легко уходят. Удержать деньги невозможно.

Как вы думаете, будет жить богато народ, у которого в ходу такие поговорки?

А народные приметы? Птичка покакала на голову — это к деньгам. Что же получается, деньги — это дерьмо? Будут ли деньги вас любить, если вы считаете их дерьмом?

Вот вам, например, английское устойчивое выражение: «Бедный, но честный». Чувствуете разницу? Бедный может быть честным лишь в виде исключения. По умолчанию бедный нечестен. А значит — если ты честен, значит, ты богат.

Как это непохоже на нашу «честную бедность»!

Друзья

У каждого из нас есть друзья. Друзья, как правило, очень хорошо знают, как мы живем, чем дышим, какие у нас планы. И очень часто именно друзья стараются нашим планам помешать. Вот представьте ситуацию — вы затеяли какой-то проект, который может принести вам много денег, но отнимет у вас много времени. Естественно, это время будет отнято в том числе и у ваших друзей. Вы выпьете с ними меньше пива и обсудите меньше футбольных матчей. Но главное — а что если ваш проект осуществится? Что, если вы будете богаче ваших друзей? Вы же будете для них постоянным укором. Они-то ничего не сделали и продолжают пребывать в… приниженном состоянии, назовем это так. Конечно, они будут против ваших планов. Для того, чтобы их картина мира была гармоничной, никто вокруг низ не должен ничего делать и ни у кого ничего не должно получаться. Не нужно искать новую работу. Не нужно переезжать в другой город. Не нужно писать книг и ставить спектаклей.

Ничего не нужно делать. Оставайтесь в…

Помню, для меня последней каплей перед переездом из Вологды в Москву стала запись на местной радиостанции. У меня была рок-группа, мы записывали песни. Делали мы это по выходным, на радиостудии, за пару бутылок пива. И вот парень, который сидел у нас на пульте однажды сказал: «А зачем вы вообще это делаете? Может, лучше просто выпьем пива?» Меня это потрясло. Да, особого смысла в этих записях не было. Их почти никто не услышал, это не принесло нам ни славы, ни денег. Но мы делали хоть что-то! Променять это что-то на «просто попить пива»? Ну уж нет. Я твердо решил, держаться подальше от таких друзей, для которых «просто попить пива» лучше, чем что-то сделать, что-то создать.

Семья

Наша семья когда-то была богата. Мой прадед, воевавший в Первую мировую, привез трофейную швейную машинку и обшивал все соседние деревни. Он был не скажу богат — зажиточен. После революции его хотели расстрелять, но он как-то отбрехался, его отпустили, и он несколько лет жил в Архангельске. Потом он вернулся в родную деревню доживать. А когда помер, сказал соседям, что закопал в огороде горшок с червонцами. Видел я то место, где был его огород — все перекопано. Горшок искали всей деревней. Старик умел пошутить.

А бабушка рассказывала о том, как раскулачивали тех, у кого было две коровы. Как отправляли на верную смерть семьи вместе с маленькими детьми.

Поколение за поколением нашу семью приучали к тому, что быть богатым — смертельно опасно.

«Не жили богато, не хрен и привыкать» — любил говорить мой папа. Вот так мы всегда и жили. Время от времени кто-то из нас делал какое-то усилие, которое приносило нашей семье финансовый успех, а затем все заработанные деньги очень быстро исчезали. У нашей семьи было первое в нашем поселке арендованное поле, первый трактор в частном владении, первый частный магазин, первая независимая газета. И все это ушло в никуда, растворилось. Не жили богато, не хрен и привыкать.

Вы сами

Некоторые ограничения вы устанавливаете для себя сами. Например, в школе у вас были деньги на обеды. Старшеклассник отнял у вас эти деньги, да еще и побил вас. И готово — сформировалась установка на то, что деньги иметь опасно. Лучше не иметь денег. И дальше всю жизнь вы будете стараться избавиться от денег. А если попробуете преодолеть эту установку, то сами притянете к себе ее повторение. Например, откроете киоск, заработаете денег, а к вам придут бандиты с паяльниками и отнимут все деньги.

Разве можно стать богатым, если тебе со всех сторон говорят, что богатым быть нехорошо? Конечно, нельзя. Что делать? Расскажу в следующей главе.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Писатель и деньги предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я