Неточные совпадения
Кто-то громко свистнул, издали ответил глухой свисток локомотива. Самгин остановился, вслушиваясь, но там, впереди,
смеялись, свистели
все громче и кто-то вскрикивал...
Кутузов, со стаканом вина в руке,
смеялся, закинув голову, выгнув кадык,
и под его фальшивой бородой Клим видел настоящую. Кутузов сказал, должно быть, что-то очень раздражившее людей, на него кричали несколько человек сразу
и громче всех — человек, одетый крестьянином.
Черевик заглянул в это время в дверь
и, увидя дочь свою танцующею перед зеркалом, остановился. Долго глядел он,
смеясь невиданному капризу девушки, которая, задумавшись, не примечала, казалось, ничего; но когда же услышал знакомые звуки песни — жилки в нем зашевелились; гордо подбоченившись, выступил он вперед
и пустился вприсядку, позабыв про
все дела свои.
Громкий хохот кума заставил обоих вздрогнуть.
Князь проговорил свои несколько фраз голосом неспокойным, прерываясь
и часто переводя дух.
Всё выражало в нем чрезвычайное волнение. Настасья Филипповна смотрела на него с любопытством, но уже не
смеялась. В эту самую минуту вдруг
громкий, новый голос, послышавшийся из-за толпы, плотно обступившей князя
и Настасью Филипповну, так сказать, раздвинул толпу
и разделил ее надвое. Перед Настасьей Филипповной стоял сам отец семейства, генерал Иволгин. Он был во фраке
и в чистой манишке; усы его были нафабрены…
Громкий тенор дерптского студента уже не был одиноким, потому что во
всех углах комнаты заговорило
и засмеялось.
Теперь же у ней были новые хлопоты: с самого того мгновения, как вышел капитан
и столкнулся в дверях с Николаем Всеволодовичем, Лиза вдруг принялась
смеяться, — сначала тихо, порывисто, но смех разрастался
всё более
и более,
громче и явственнее.
В церкви уже стояли в уголке, прячась за колонною,
все четыре сестры Рутиловы. Передонов их не видел сначала, но потом, уже во время самого венчания, когда они вышли из своей засады
и подвинулись вперед, он увидел их
и испугался. Впрочем, они ничего худого не сделали, не потребовали, — чего он боялся сперва, — чтобы он Варвару прогнал, а взял одну из них, а только
все время
смеялись.
И смех их, сначала тихий,
все громче и злее отдавался в его ушах, как смех неукротимых фурий.
Он поводил плечами, подбоченивался, говорил
и смеялся громче всех и имел такой вид, как будто собирался поднять одной рукой что-то очень тяжелое
и удивить этим
весь мир.
— Разумеется. Долго ли вместо одной дощечки прибить другую. Да вот, кстати,
все гости идут сюда; ступай к ним навстречу, скажи, что это ошибка,
и, чтоб они перестали
смеяться, начни хохотать
громче их.
Все это вихрем пронеслось в моей голове,
и мне кажется, я готов был согласиться, но… пока я молчал, — вероятно, у меня; был очень смешной
и жалкий вид. Ее глаза, смотревшие с жгучим ожиданием, вдруг изменили свое выражение,
и Валентина Григорьевна
засмеялась… Смех был веселый,
громкий и беззаботный.
У нее, как думала она, от скуки, досады, от напряженной улыбки
и от неудобства, какое чувствовалось во
всем теле, началась дрожь в руках
и ногах.
И чтобы скрыть от гостей эту дрожь, она старалась
громче говорить,
смеяться, двигаться…
Веселее
и громче всех смеялся сам студент, он же скорее
всех и перестал.
Это было до того смешно
и забавно, что Нина Владимировна не могла сдержаться от улыбки. За ней захохотал во
все горло Павлик. За мальчиком
засмеялась своим нежным, как свирель, голоском белокурая Леночка.
И наконец сама Тася так
и закатилась
громким, здоровым, веселым хохотом. Даже Марья Васильевна усмехнулась при виде потешной походки облезлого, прилизанного от молока птенчика.
Это был какой-то пир: пел Белозеров, опять играла Гуриенко-Домашевская; потом пели дуэтом Белозеров с княгинею. Гости сели за ужин радостные
и возрожденные, сближенные.
И уж не хотелось говорить о большевиках
и ссориться из-за них. Звучал легкий смех, шутки. Вкусным казалось скверное болгарское вино, пахнувшее уксусом. У Ивана Ильича шумело в голове, он то
и дело подливал себе вина,
смеялся и говорил
все громче.
И все грустнее смотрела Анна Ивановна,
все беспокойнее Катя.
Все громче смеясь, сестра поспешно вышла, а брат сказал уверенно
и спокойно...
Публика уже не
смеется. Хохочет
и фыркает один только Сюсин. Чем угрюмее становится публика, тем
громче и резче его смех.
И все почему-то начинают замечать, что он безобразен, грязен, циничен, во
всех глазах появляется ненависть, злоба.
Таисия
засмеялась и,
смеясь все громче и зачем-то вскинув обе руки, пошла вдоль берега, против ветра.