Неточные совпадения
Симон, бывший свидетелем этой глупой
сцены, бледнел и краснел, до крови кусая губы. Бедный мальчуган страстно ревновал запольскую красавицу даже,
кажется, к ее шали, а когда
на прощанье Харитина по-родственному поцеловала его, он не вытерпел и убежал.
Ему
казалось, что стоило Устеньке подняться, как все мириады частиц Бубнова бросятся
на него и он растворится в них, как крупинка соли, брошенная в стакан воды. Эта
сцена закончилась глубоким обмороком. Очнувшись, доктор ничего не помнил. И это мучило его еще больше. Он тер себе лоб, умоляюще смотрел
на ухаживавшую за ним Устеньку и мучился, как приговоренный к смерти.
Устенька не без ловкости перевела разговор
на другую тему, потому что Стабровскому, видимо, было неприятно говорить о Галактионе. Ему
показалось в свою очередь, что девушка чего-то не договаривает. Это еще был первый случай недомолвки. Стабровский продумал всю
сцену и пришел к заключению, что Устенька пришла специально для этого вопроса. Что же, это ее дело. Когда девушка уходила, Стабровский с особенной нежностью простился с ней и два раз поцеловал ее в голову.
Профессор перестанет читать лекции, студент перестанет учиться, писатель бросит авторство, актер не
покажется на сцену, артист изломает резец и палитру, говоря высоким слогом, если найдет возможность даром получить все, чего теперь добивается трудом.
Процессия идет к алтарю; Ифигения, подойдя к нему, падает на колени; Ахилл хочет остановить жертвоприношение, но Агамемнон подает знак рукою, и Калхас опускает нож над Ифигениею — шарада кончена; молодые люди затевают другие игры: то
показываются на сцене, то скрываются, в продолжение 2, 3, 4 и 6 явлений.
Неточные совпадения
Помирились, и Самгину
показалось, что эта
сцена плотнее приблизила Варвару к нему, а
на другой день, рано утром, спускаясь в долину Арагвы, пышно одетую зеленью, Клим даже нашел нужным сказать Варваре:
Алина выплыла
на сцену маленького, пропыленного театра такой величественно и подавляюще красивой, что в темноте зала проплыл тихий гул удивления, все люди как-то покачнулись к
сцене, и
казалось, что
на лысины мужчин,
на оголенные руки и плечи женщин упала сероватая тень. И чем дальше, тем больше сгущалось впечатление, что зал, приподнимаясь, опрокидывается
на сцену.
Но вот из-за кулис, под яростный грохот и вой оркестра, выскочило десятка три искусно раздетых девиц, в такт задорной музыки они начали выбрасывать из ворохов кружев и разноцветных лент голые ноги; каждая из них была похожа
на огромный махровый цветок, ноги их трепетали, как пестики в лепестках, девицы носились по
сцене с такой быстротой, что,
казалось, у всех одно и то же ярко накрашенное, соблазнительно улыбающееся лицо и что их гоняет по
сцене бешеный ветер.
«Идиоты!» — думал Клим. Ему вспоминались безмолвные слезы бабушки пред развалинами ее дома, вспоминались уличные
сцены, драки мастеровых, буйства пьяных мужиков у дверей базарных трактиров
на городской площади против гимназии и снова слезы бабушки, сердито-насмешливые словечки Варавки о народе, пьяном, хитром и ленивом.
Казалось даже, что после истории с Маргаритой все люди стали хуже: и богомольный, благообразный старик дворник Степан, и молчаливая, толстая Феня, неутомимо пожиравшая все сладкое.
— Какая пошлость, — отметил Самгин. Варвара промолчала, наклонив голову, не глядя
на сцену. Климу
казалось, что она готова заплакать, и это было так забавно, что он, с трудом скрывая улыбку, спросил: