Соборяне (Лесков Н. С., 1872)

Глава одиннадцатая

Тою порой, пока между приезжими гостями Бизюкиной происходила описанная сцена, сама Дарья Николаевна, собрав всю свою прислугу, открыла усиленную деятельность по реставрации своих апартаментов. Обрадованная дозволением жить не по-спартански, она решила даже сделать маленький раут, на котором бы показать своим гостям все свое превосходство пред обществом маленького города, где она, чуткая и живая женщина, погибает непонятая и неоцененная.

Работа кипела и подвигалась быстро: комнаты прифрантились. Дарья Николаевна работала, и сама она стояла на столе и подбирала у окон спальни буфы белых пышных штор на розовом дублюре.

Едва кончилось вешанье штор, как из темных кладовых полезла на свет божий всякая другая галантерейщина, на стенах появились картины за картинами, встал у камина роскошнейший экран, на самой доске камина поместились черные мраморные часы со звездным маятником, столы покрылись новыми, дорогими салфетками; лампы, фарфор, бронза, куколки и всякие безделушки усеяли все места спальни и гостиной, где только было их ткнуть и приставить. Все это придало всей квартире вид ложемента богатой дамы demi-monde'a, [Полусвет (франц.).] получающей вещи зря и без толку.

На самый разгар этой работы явился учитель Препотенский и ахнул. Разумеется, он никак не мог одобрять «этих шиков». Он даже благоразумно не понимал, как можно «новой женщине», не сойдя окончательно с ума, обличить такую наглость пред петербургскими предпринимателями, и потому Препотенский стоял и глядел на всю эту роскошь с язвительной улыбкой, но когда не обращавшая на него никакого внимания Дарья Николаевна дерзко велела прислуге, в присутствии учителя, снимать чехлы с мебели, то Препотенский уже не выдержал и спросил:

– И вам это не стыдно?

– Нимало.

И затем, снова не обращая никакого внимания на удивленного учителя, Бизюкина распорядилась, чтобы за диваном был поставлен вынесенный вчера трельяж с зеленым плющом, и начала устраивать перед камином самый восхитительный уголок из лучшей своей мягкой мебели.

– Это уж просто наглость! – воскликнул Препотенский и, отойдя в сторону, сел и начал просматривать новую книгу.

– А вот погодите, вам за это достанется! – сказала ему вместо ответа Дарья Николаевна.

– Мне достанется? За что-с?

– Чтобы вы так не смели рассуждать.

– От кого же-с мне может достаться? Кто мне это может запретить иметь честные мысли?..

Но в это время послышался кашель Термосесова, и Бизюкина коротко и решительно сказала Препотенскому:

– Послушайте, идите вон!

Это было так неожиданно, что тот даже не понял всего сурового смысла этих слов, и она должна была повторить ему свое приказание.

– Как вон? – переспросил изумленный Препотенский.

– Так, очень просто. Я не хочу, чтобы вы у меня больше бывали.

– Нет, послушайте… да разве вы это серьезно?

– Как нельзя серьезнее.

В комнате гостей послышалось новое движение.

– Прошу вас вон, Препотенский! – воскликнула нетерпеливо Бизюкина. – Вы слышите – идите вон!

– Но позвольте же… ведь я ничему не мешаю.

– Нет, неправда, мешаете!

– Так я же могу ведь исправиться.

– Да не можете вы исправиться, – настаивала хозяйка с нетерпеливою досадой, порывая гостя с его места.

Но Препотенский тоже обнаруживал характер и спокойно, но стойко добивался объяснения, почему она отрицает в нем способность исправиться.

– Потому что вы набитый дурак! – наконец вскричала в бешенстве madame Бизюкина.

– А, это другое дело, – ответил, вставая с места, Препотенский, – но в таком случае позвольте мне мои кости…

– Там, спросите их у Ермошки; я ему их отдала, чтоб он выкинул.

– Выкинул! – воскликнул учитель и бросился на кухню; а когда он через полчаса вернулся назад, то Дарья Николаевна была уже в таком ослепительном наряде, что учитель, увидав ее, даже пошатнулся и схватился за печку.

– А! вы еще не ушли? – спросила она его строго.

– Нет… я не ушел и не могу… потому что ваш Ермошка…

– Ну-с!

– Он бросил мои кости в такое место, что теперь нет больше никакой надежды…

– О, да вы, я вижу, будете долго разговаривать! – воскликнула в яростном гневе Бизюкина и, схватив Препотенского за плечи, вытолкала его в переднюю. Но в это же самое мгновение на пороге других дверей очам сражающихся предстал Термосесов.

Оглавление

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я