Но
так ли, эдак ли, этот его рассказ о чувствах, которые он испытывал, когда его пеленали, чрезвычайно характерен для него и символичен для всей его жизни: уже года отроду он начал бунтовать против пелёнок, которыми опутана вся жизнь человеческая от колыбели до могилы, выпрастывать руки и кричать.