Отсутствие придаточных предложений, относительных местоимений и логических союзов при нераздельном господстве союза «и» (в тридцати стихах он повторяется двадцать раз) настолько приближает здесь пушкинский язык к библейскому, что для какого-нибудь талантливого
гебраиста, я думаю, ничего бы не стоило дать точный древнееврейский перевод этого стихотворения.