«Друг», «подруга»
«Удар по лицу!». Полетели по схеме.
Тарелки и вазы, с цветами горшки…
«И все, как назло, в стену. Но! Не по цели».
И шрамы от слов — только лишь глубоки!
«Ты бабник, что лайкает каждую бабу».
Ты стерва, с замашками Шерлока Холмса.
«Удары мои по тебе — слишком слабы.
Но все-таки, да, не сберег с гвоздем носа!».
Как сразу меняется мировоззрение…
«Рисунки твои — вот бы скальпелем снять!
Теперь — вызывают они лишь призрение.
Ведь каждый рисунок — смог бабе отдать!
Забился тогда целиком бы ты в звезды.
Как тот же водила! В знак — скольких он сбил.
Да-да, для того ведь мужчина и создан,
чтоб отмечать — в скольких бабах он был!».
Так постепенно в нас, капля за каплей,
накапливалось то, что кричало: «терпи!».
А после — рванулось! И острием сабли…
Так личный наш ад и сорвался с цепи!
Со стороны это — как два же торнадо.
Где каждый — другому что-то там предъявляет!
Затем — с ором и криком: «кому это надо?!».
Но вот я работаю, а тварь (нет) гуляет!
С каким-то придурком парнишкою хилым.
Вначале — с одним, а потом и с другим!
С улыбкой щебечет — меня чтоб бомбило.
А после твердит, что я «не исправим»!
Да мы же, блять, стоим друг друга, родная.
С чего тебе можно, а мне вдруг нельзя?!
Пусть сковородка твоя и стальная…
Но ты и сама понимаешь, признай!
Признайся уже, что во мне тебя бесят —
лишь те отражения твоих же затей!
А не двойной смысл стихов моих песен,
которые писал я когда-то «о ней»!
Я же не знал, чем мне это вернется.
И что спустя время я встречу тебя!
Ту, что вначале со мною смеется.
А после сорвется: «ненавижу тебя!».
Кого я любил — считай же по пальцам.
Левой руки! А вот к правой — не лезь.
Там занято место — одному лишь страдальцу.
Его окольцует скоро золота смесь!
Никого же еще я так не ненавидел —
в пропорции равной, как сильно любил!
В одно — то же время. Вариант очевиден!
В котором бы — спас и прям тут же убил!
Ты ж знаешь, что это опять повторится.
«Я так не хочу называть тебя другом».
Что-что, а мечта твоя не притворится.
Ты не подходишь под роль ту, «подруга»!
