БАРОН МЮНХГАУЗЕН
когда назвали куйбышев самарой
заполнив шумом публики мой двор
отняв тот запах мой родной и старый
пустив его на дух на славу на позор
я спрятал память далеко под лавку
и заиграл по правилам игры
и лет пятнадцать ни хера не плакал
хотя скулил не ставши царь горы
перекроённый мирный и прозрачный
себе своей слезою отражен
опять лет десять ни хера не плачу
все некогда тяну ногами клячу
руками шкирку с наглым куражом
я новый мир еще раз захерачу
