«Но даже если я китом…»
Но даже если я китом
уйду на глубину,
я подворую — у неё,
у той, кого люблю.
У матери, жены своей,
девчонки в первом «а»:
у жаркой радости — огней,
морозности — у льда…
Я был бессонен и нелеп,
веснушчат и удал,
мне было страшно, я был сед,
но, веря ей, я знал,
что не был для неё — скупец.
Да даже пусть я раб
земли своей, пусть я — как перст,
но — стержень. Я — глава,
Законченная или нет —
История — тебе.
А я иду не в скит — на свет.
За ленту на траве.
Она — моя, мой демиург,
мой род, мой гнев, мой стон.
Она — мой щит, мой дом, мой путь.
Моя земля. Закон.
