«Плутон веселится, все шепчутся: много затмений…»
Плутон веселится, все шепчутся: много затмений
плетет коридор нить интриги, и тлеют поленья.
Стекляшкой из моря слова вылетают округло,
и пенит волна голубая — иди, приголублю.
Вертлявые спицы сквозь нить разноцветную пляшут.
Тепла бы. Имбирного. Пьяного. Пряного. Слаще…
На мысе, в обрыве, без связи, без звездчатых мыслей,
и тянется музыка, горькая, бьющая в рифме,
как лебедя, — в горло, взрывая рыданьем в горячке:
не жить — в нелюбви, в непредвиденьи, в сонной печали,
не пить сокровенных, не петь в наважденьи о сути,
мелеть Енисеем, горчить медной степью, лечь ртутью…
