Королева в изгнании

Синда Уильямс Чайма, 2010

От повелителя Семи Королевств – до голодающего уличного вора! Хан Алистер направляется в школу чародеев, но опасность следует за ним по пятам. Его преследуют воспоминания и заклинатели рода Байяров. Да и в Мистверке неспокойно. Тем временем наследница трона Серых Волков Раиса ана’Марианна тоже вынуждена бежать. Военная школа Вьен вместо Фелла – вот безопасное место для наследной принцессы. Но все меняется, когда на пути девушки вновь возникает бывший главарь банды…

Оглавление

Из серии: Семь королевств

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Королева в изгнании предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2. Пограничные земли

Хансон Алистер остановил пони в наивысшей точке Марисского Пути. Юноша окинул взором южные гористые границы королевства, за которыми простирались равнины Ардена. Безымянные горы чтили память давным-давно умерших правительниц, имен которых уже никто и не помнил. Самые высокие пики пронзали облака. Их холодные каменистые склоны не покрывала растительность. Холмы пониже переливались золотистой осенней листвой осин.

Чем выше поднимались путники, тем холоднее становилось. По мере необходимости Хан добавлял новые слои одежды. Он уже натянул на уши вязаную шапку, а его нос пощипывало на морозном воздухе.

Хайден Танцующий с Огнем слегка пришпорил пони, направляя его к другу, чтобы вместе полюбоваться видами.

Юноши покинули поселение Марисских Сосен два дня назад. Племя предусмотрительно обосновалось к северу от главной дороги, которая вела через южный перевал в Призрачных горах к городу Делфи и далее к равнинам Ардена. Путь начинался в Феллсмарче Королевским Трактом, а в наивысшей точке походил скорее на широкую охотничью тропу.

Несмотря на самый разгар сезона торговли, Хан и Танцующий с Огнем встретили совсем мало торговых обозов. Время от времени попадались напуганные беглецы с Арденских войн.

Голубоглазый горец указал вперед, на южный склон.

— По словам лорда Демонаи, до войн в торговый сезон обозы с товарами тянулись с равнинных земель от рассвета до заката. По большей части продовольствие: зерно, скот, фрукты и овощи. — Танцующий с Огнем путешествовал ранее по Марисскому Пути вместе с Аверилом Странником — непревзойденным торговцем и Старейшиной поселения Демонаи. — Теперь им угрожают армии, — продолжал он. — К тому же большая часть пахотных земель погорела и стала непригодной для возделывания.

«Фелл ожидает очередная голодная зима», — подумал Хан. Гражданская война в Ардене продолжалась, сколько юноша себя помнил. На ней погиб его отец, который служил наемником в армии одного из пятерых кровожадных принцев Монтень. Каждый из братьев претендовал на арденский трон.

Пони Хана Алистера тяжело пыхтел после долгого подъема от самого поселения Марисских Сосен. Здесь, на высоте, воздух был разрежен. Хозяин потрепал лохматую гриву покладистого питомца и почесал его за ушами.

— Что ж, Тряпичник, — обратился юноша к пони. — Отдохни чуток.

В ответ тот заржал, и Хан усмехнулся.

Алистер гордился строптивым пони — своей первой собственной лошадью. Тем не менее юноша был отличным наездником. Он каждое лето проводил в горном поселении, куда его отправляла мать, убежденная в том, что ее сын был проклят.

С недавнего времени все изменилось. Племена выдали Хану пони, одежду, средства, пищу и отправили в Академию Оденского брода. Не по доброте душевной, а исходя из расчета, что потомок Короля Демонов, проклятый Хансон Алистер, станет их защитой от набирающего силу совета чародеев.

Хан согласился на сделку. Его обвиняли в убийствах, враги сделали его сиротой, за ним гонялась королевская стража и могущественный верховный чародей Гаван Байяр — потому выбора у юноши не оставалось. Им двигали пережитые трагедии, желание покинуть места, которые напоминали об утратах, и необходимость что-то изменить.

А еще жажда мести.

Пальцы Алистера скользнули под рубаху и коснулись амулета в форме змеи, что жег грудь. Колдовская вещица вбирала в себя силу Хана. В его теле постоянно накапливалась магическая сила, которую необходимо было вовремя переливать в украшение, чтобы не потерять контроль. Амулет помогал контролировать проклятие и действовал на Хана успокаивающе. Юноша испытывал странное влечение к драгоценной вещице с тех самых пор, как отнял ее у Мики Байяра.

Это утонченное изделие принадлежало ранее предку Алистера — Алжеру Уотерлоу, более известному как Король Демонов. В то же время подвеска, изготовленная специально для Одинокого Охотника Старейшиной поселения Демонаи, Еленой Демонаи, болталась без дела в седельной суме.

Хану следовало бы возненавидеть амулет Уотерлоу, ведь юноша поплатился за него жизнями матери и Мари. Изумрудная змея считалась атрибутом темной магии, способной порождать лишь зло. Но, помимо обугленного сборника сказок сестренки и позолоченного медальона матери, украшение было единственным имуществом Хана в его почти семнадцать лет. Все это служило напоминанием о череде пережитых трагедий.

Сейчас Хан и его друг Танцующий с Огнем держали путь в Мистверк — школу магии в Оденском броде. Средства на обучение обоих юношей предоставляли племена.

— Ты в порядке? — склонился к нему горец. Медного оттенка лицо выражало обеспокоенность. Его волосы развевались по ветру, словно змеи с глазами-бисеринками. — Какой-то ты серьезный.

— Я в порядке, — ответил Хан. — Просто стоять на холоде не очень-то приятно.

Путь продувался всеми ветрами даже в теплую погоду. А сейчас, в конце лета, ураган завывал прямо-таки по-зимнему.

— До границы осталось всего ничего. — Слова Танцующего с Огнем тут же подхватывал и уносил вихрь. — А там уже и до Делфи недалеко. Может, нам даже удастся сегодня заночевать под крышей.

Хан с другом странствовали под видом племенных торговцев. Пони были навьючены товарами, а кожаные одеяния выступали своеобразной защитой. Ко всему прочему на спинах юношей висели длинные луки. Разбойники крайне редко осмеливались нападать на горцев на их родной земле, в Призрачных горах. На территории Ардена будет уже не так безопасно.

По мере того как друзья спускались к границе, зима все больше уступала место весне. Наконец они добрались до чащи. Сначала пошли низкорослые сосенки, а затем высокие осины укрыли юношей от ветра. Склон становился все более пологим, а почвенный слой утолщался. Тут и там виднелись пашни и окружавшие их уютные домики. На лугах паслись упитанные горные овцы с длинными закрученными рогами.

Чем дальше путники продвигались, тем чаще им в глаза бросались свидетельства беспощадной южной войны. В траве по обе стороны дороги валялись выброшенные вещи: пустые седельные сумки, оставленные бегущими солдатами элементы обмундирования, ценная хозяйственная утварь, которую было слишком тяжело тащить в гору.

Хан приметил в грязной канаве тряпичную куклу и непроизвольно натянул поводья. Ему захотелось подобрать игрушку, выстирать ее и подарить маленькой сестренке. Но затем юноша вспомнил, что Мари умерла и куклы больше не нужны.

Скорбь была такова. Она постепенно отпускала, оставляя тупую боль, но напоминала о себе совершенно неожиданными способами: предметом, звуком, запахом… Это походило на удар молотом по пальцам.

Друзья миновали несколько подсвеченных факелами домов, чьи каменные дымоходы возвышались, словно надгробия над оскверненными могилами, а затем проследовали через дотла сожженное селение, в котором обнаружили лишь руины храма и дома совета.

Хан глянул на Танцующего с Огнем.

— Это все равнинники?

Горец кивнул:

— Либо отставшие от войска наемники. Граница защищена крепостью, но охрана не слишком добросовестно патрулирует этот путь. А воины Демонаи везде не поспевают. Совет чародеев утверждает, будто проклинатели могут с этим помочь, но у них нет доступа к необходимому инструментарию. И винят во всем племена. — Юноша закатил глаза. — Можно подумать, чародеи бы сидели в этой помойной яме.

— Эй! — воскликнул Хан. — Следи за языком. Мы — те самые чародеи в помойной яме.

Друзья посмеялись над шуткой. Юмор помогал им справляться с затруднительным положением, в котором они оказались.

Отделаться от привычки высмеивать заносчивых заклинателей было сложно. Слабые всегда насмехаются над могущественными.

Вскоре все тропы, тянувшиеся с востока и запада, начали сливаться воедино. Дорога становилась все оживленнее. Движение замедлилось, словно юноши шли через сметану. Навстречу брели мужчины, женщины и дети. Они держали путь в Марисские Сосны либо в Феллсмарч. Одни странствовали в одиночку, а другие объединялись в группы — волей случая либо намеренно, в целях безопасности.

Нагруженные мешками и свертками беглецы были молчаливы. Даже дети глядели пустыми глазами, будто все, что им оставалось, — это переставлять ноги. Как взрослые, так и ребятня были вооружены дубинами, палками и прочими самодельными средствами самообороны. Здесь и там ковыляли и раненые с запятнанными кровью повязками на головах, руках и ногах. Многие были облачены в легкие равнинные одеяния, а кто-то даже ботинками не мог похвастаться.

Вероятно, все эти люди отправились в дорогу из Делфи на рассвете. Шансов, что такими темпами они доберутся до Марисского Пути до наступления сумерек, не было. Им потребуется еще дня два.

— Они закоченеют в горах, — промолвил Хан. — И изрежут себе все ноги. Как литлинги будут карабкаться по скалам? О чем они только думают?

Мальчик лет четырех стоял посреди дороги, сжав кулачки. Лицо его искажало страдание.

— Мама! — рыдал он на равнинном языке. — Мама! Я хочу кушать!

Но мамы видно не было.

Чувство вины заставило Хана покопаться в сумке и вынуть яблоко. Юноша склонился в седле и протянул угощение малышу.

— Держи, пацан, — улыбнулся Алистер. — Это тебе.

Мальчишка попятился назад, закрываясь руками.

— Нет! — в ужасе закричал он. — Отстань!

Не переставая неистово вопить, ребенок рухнул на спину.

Худощавая девочка, чей возраст определить было трудно, вырвала яблоко из руки Хана и понеслась прочь так резво, словно спасалась от демонов. Он лишь сокрушенно покачал головой, глядя ей вслед.

— Брось это гиблое дело, Одинокий Охотник, — позвал друга племенным именем Танцующий с Огнем. — Видать, всадники когда-то с ним плохо обошлись. Всем не помочь, дружище.

«Не помочь», — мысленно согласился Хан.

Юноши зашли за поворот, и их взорам предстали пограничные укрепления — полуразрушенная башня и крепостная стена. Вместо того чтобы заделать как следует крупные пробоины, их залатали железными шипами и колючей проволокой. Стена преграждала путь, разваливаясь по обеим сторонам. По центру, прямо над дорогой, нависала массивная каменная сторожка. У врат выстроилась небольшая очередь из следовавших на юг торговых обозов и путников. Они продвигались крайне медленно, в то время как на север путники проходили беспрепятственно.

Возле крепости раскинулось захудалое селение, чьи лачуги напоминали повылезавшие после летнего дождя грибы. Строения состояли вперемешку из навесов, бараков, обветшавших хижин, палаток и крытых повозок. В некоем подобии загона щипали траву дряхлые кобылки и коровы с торчащими ребрами.

У врат, словно букет осенних астр, сгрудились ярко-синие пятнышки. «Синие мундиры». Королевская стража. Дурное предчувствие окатило Хана холодком.

«Почему гвардейцы дежурят на границе?»

— Насколько мне известно, пограничники должны обыскивать беженцев, — нахмурился Алистер. — Давать от ворот поворот лазутчикам и перебежчикам. Но почему их заботят те, кто покидает королевство?

Танцующий с Огнем закусил нижнюю губу и окинул друга взглядом.

— Очевидно, они кого-то ищут. — Горец выдержал паузу. — Может, тебя?

Хан пожал плечами. Ему не хотелось об этом думать. Что плохого в том, что опасный преступник покидает Фелл? Такое было бы всем только на руку.

— Не думаю, что ее всемогущество королева пошла бы на такое из-за кучки мертвых «южан», — рассудил Алистер. — К тому же убийства уже закончились.

— Ты же пырнул ножом верховного чародея, — напомнил Танцующий с Огнем. — Вдруг он умер?

Точно. Такое вполне могло быть. Впрочем, Хану с трудом верилось в то, что лорд Байяр мертв. Опыт доказывал, что зло весьма живуче. Возможно, заклинатель убедил королеву, что стоило слегка попотеть и таки заковать Алистера в кандалы.

Но тут он вспомнил, что Байяры охотились за амулетом. Вряд ли они стали бы так рисковать и поручать поимку королевской страже. Под пытками юноша мог выдать всю историю.

В любом случае разве Хан не должен был быть на стороне королевы? Юноша вспомнил, что сказала ему сеннестре Елена в тот день, когда открыла правду.

«После обучения ты вернешься сюда. Приобретенные навыки помогут тебе защитить племена и истинную династию кровных королев».

Скорее всего, правительницу Фелла Марианну в известность и не поставили. Племена скорее предпочтут держать свои планы в тайне.

— Мы точно знаем, что тебя они не ищут. — Алистер отвел взгляд от Танцующего с Огнем. — Давай разделимся на всякий случай. Ты езжай вперед, а я следом.

Это убережет друга от геройств, если вдруг Хана схватят.

Горец в ответ лишь насмешливо фыркнул.

— Ну-ну! Даже с покрытой головой ты не сойдешь за жителя племени, если раскроешь рот. Переговоры лучше вести мне. Этим путем следует множество торговцев. У нас все получится.

Хан обратил внимание, что Танцующий с Огнем все же натянул тетиву лука и сдвинул поясной кинжал поближе к руке.

Тогда он тоже подготовил свое оружие и заправил под шапку выбившиеся волосы. Все же стоило уделить время и покрасить их в темный оттенок — тогда юноша был бы менее узнаваем. До сих пор вопросы выживания бывшего вожака банд не сильно заботили. Он забрался рукой под рубаху, нащупал амулет и в тысячный раз пожалел, что не знал, как им пользоваться. Иногда немного магии бы не помешало.

Или нет? Лучше никому не знать, что Кандальник Алистер, вор, обвиняемый в убийстве, внезапно стал чародеем.

Они продвигались к границе мучительно долго. Казалось, стражники производили досмотр с особым тщанием.

Когда юноши наконец добрались до врат, гвардейцы остановили их, ухватив пони за уздечки. Им преградил путь офицер со значком сержанта на лошади. Он вгляделся в лица путников.

— Как зовут?

— Танцующий с Огнем и Одинокий Охотник, — произнес горец на общем языке. — Мы торговцы из Марисских Сосен. Направляемся к Арденскому двору.

— Торговцы? А может, лазутчики? — Гвардеец сплюнул на землю.

— Какие лазутчики? — удивленно переспросил Танцующий с Огнем и погладил пони, который, испугавшись грубого тона гвардейца, принялся мотать головой и тревожно вращать глазами. — Торговцы не вмешиваются в государственные дела. Это плохо сказывается на прибыли.

— Но война вам на руку, так? Всем это известно, — проворчал «синий мундир», демонстрируя типичное для равнинного жителя отношение к горцу. — Что везете?

— Мыла, благовония, шелка, изделия из кожи, снадобья. — Танцующий с Огнем по-хозяйски похлопал по седельной сумке.

Все это было правдой. Юноши везли товары к Арденскому двору. Вырученные деньги должны были покрыть часть их расходов.

— Перекупщики, значит. — Гвардеец расстегнул суму на боку одного из пони и принялся в ней рыться.

Разнесся аромат сандалового дерева и сосны.

— Оружие или амулеты везете? — продолжал допрашивать стражник. — Какие-нибудь магические вещицы?

Танцующий с Огнем изогнул бровь.

— В Ардене нет спроса на колдовские товары, — ответил он. — Мальтусская церковь их запрещает. С оружием мы не связываемся. Чересчур рискованно.

Сержант озадаченно нахмурился и стал пристально разглядывать лица юношей. Хан потупил взгляд.

— Не знаю, не знаю, — задумчиво произнес стражник. — У вас обоих голубые глаза. Что-то на жителей племени вы не особо похожи.

— Мы смешанных кровей, — пояснил Танцующий с Огнем. — Нас забрали в горы еще детьми.

— Больше похоже на то, что вас украли, — съязвил сержант. — Как и наследную принцессу. Да пребудет с ней Создательница.

— Что случилось с принцессой? — изумился горец. — Мы ничего не слышали.

— Она исчезла. — Похоже, стражник был из тех, кто любил поделиться дурными вестями. — Королева предлагает щедрую награду за возвращение дочери. Некоторые говорят, наследница в бегах. Лично я не думаю, что она могла улизнуть из дворца самостоятельно.

«Вот оно что!» — слегка приободрился Хан. Не он являлся причиной этих дополнительных мер по охране границ.

Но «синий мундир» еще не закончил. Он обернулся, чтобы убедиться, что рядом был напарник для подстраховки, а затем произнес:

— Поговаривают, ее выкрал ваш народ. Горные дикари.

— Полнейшая нелепица, — возмутился Танцующий с Огнем. — В жилах принцессы Раисы течет кровь горцев, и она воспитывалась в поселении Демонаи целых три года.

Гвардеец фыркнул.

— Во всяком случае, в столице наследницы нет. Она может отправиться этим путем. Потому-то мы всех и досматриваем. С пристрастием. На кону серьезная награда.

— А как выглядит принцесса? — спросил Танцующий с Огнем, будто слова о вознаграждении его заинтересовали.

— Она, как и ты, смешанных кровей, — ответил «синий мундир». — Но я слыхал, принцесса довольно хороша собой. Небольшого роста, с длинными темными волосами и зелеными глазами.

Хана захлестнули воспоминания об изумительных изумрудных очах Ребекки Морли, которая проникла в сторожку Южного моста и вырвала из лап МакГиллена троих членов банды «тряпичников». По описанию она подходила. Как и тысяча других девчонок.

С тех пор как мир Хансона Алистера рухнул, он не вспоминал о Ребекке… слишком часто.

Наконец гвардеец решил, что удерживает путников уже достаточное время.

— Ладно, езжайте. Смотрите там, осторожнее в Делфи. Бои на юге идут нешуточные.

— Спасибо, — поблагодарил Танцующий с Огнем, но тут же его оборвал резкий и холодный, будто лезвие, голос.

— Что все это значит, сержант? Почему так долго?

Хан поднял голову и увидел девушку своих лет. Ее конь уверенно пробирался сквозь кучку столпившихся у ворот путников. Хозяйка как будто не переживала о том, что ее жеребец мог кого-то затоптать.

Алистер не мог отвести от незнакомки глаз. Он никогда не видел никого, похожего на нее. Белоснежные волосы платинового оттенка были собраны в спускавшуюся до самого пояса косу. По всей их длине тянулась яркая красная прядь. Брови и ресницы напоминали тополиный пух, а глаза были холодными и светло-голубыми, как затянутое тучами небо. Девушку окружал ореол света — признак необузданной силы.

Незнакомка путешествовала на сером равнинном жеребце — таком же высокородном, как и его хозяйка. Она сидела в седле ровно, и аристократическая осанка подчеркивала и без того внушительный рост. Внешность девушки показалась Хану знакомой. Ее заостренные черты лица сложно было назвать красивыми, однако забываются такие не скоро. Особенно если на них застыла такая сердитая гримаса.

Коротенький жакет и раздельная юбка для езды были сшиты из дорогих тканей с отделкой из кожи. С плеч высокородной незнакомки свисала чародейская накидка, на которой красовались устрашающе пикирующие соколы, а на тяжелой золотой цепи вокруг шеи сверкал амулет — сокол, сжимающий в когтях певчую пташку.

Хан содрогнулся. Тело юноши реагировало быстрее, чем его медлительное сознание. Пикирующие соколы. Это же герб рода…

— П-прошу п-прощения, госпожа Байяр, — заикаясь, проблеял сержант.

Его лоб, несмотря на холод, покрылся капельками пота.

— Я лишь допрашивал торговцев… Чтобы все проверить, ваша светлость.

Байяр. Вот кого Хану напомнило лицо девушки — Мику Байяра. Юноша встречался с сыном верховного чародея лишь однажды: в тот день, когда забрал его амулет, который впоследствии изменил жизнь Алистера навсегда. Кем же она приходилась Мике? Судя по всему, высокородная леди была того же возраста, что и он. Может, сестрой? Или кузиной?

— Возьмись за амулет, — шепнул Танцующий с Огнем другу, просовывая руку под куртку из оленьей кожи. — Он вберет в себя силу, и, возможно, они не заметят твоего свечения.

Хан кивнул и обхватил пальцами спрятанного под одеждой изумрудного змея.

— Мы ищем девчонку, идиот! — возмутилась госпожа Байяр.

Ее глаза скользнули по Хану и Танцующему с Огнем.

— Смуглую низкорослую девчонку. Какого демона вы возитесь с этими дикарями? — Таким прозвищем в Долине частенько награждали жителей племен.

Двое гвардейцев тут же выпустили из рук уздечки пони Хана и Танцующего с Огнем.

— Фиона! Думай, что говоришь. — Еще один чародей замедлил ход коня позади госпожи Байяр.

Он был чуть старше девушки и гораздо упитаннее, а волосы имели соломенный оттенок. На накидке толстяка виднелись изображения чертополоха.

— В смысле?

Госпожа Байяр бросила на спутника свирепый взгляд, от которого тот съежился, как напуганный щенок.

«Он либо влюблен в нее, либо боится, — заключил про себя Хан. — А может, и все сразу».

— Фиона, прошу тебя, — откашлялся юный чародей. — Я бы не стал называть принцессу Раису «низкорослой девчонкой». На самом деле она гораздо…

— Не низкорослая? Тогда какая же она? — оборвала блондинка. — Приземистая? Коротышка? Клоп?

— Ну…

— Скажи еще, что она не смуглая! Еще какая! Из-за дикарской примеси в крови. Признай, Уил, это так.

Похоже, Фиона не слишком любила, когда ее поправляли.

Хану с трудом удавалось скрывать изумление. Не то чтобы он был поклонником королевы и династии, но юноша никак не ожидал подобных речей от Байяров.

Высокородная девушка закатила глаза.

— Понятия не имею, что в ней нашел мой братец. Ты куда лучше разбираешься в женской красоте. — Белокурая чародейка изогнула губы, вкладывая в улыбку Уилу все свое обаяние.

Теперь-то Хан понял, чем она очаровала толстяка.

Щеки чародея залились пунцовым цветом.

— Я просто хотел сказать, что о принцессе следует отзываться уважительнее, — прошептал он, склоняясь к Фионе, чтобы сержант не услышал. — Она же наследница трона Серых Волков.

Танцующий с Огнем направил пони вперед, надеясь улизнуть, пока проклинатели были заняты спором. Чтобы не отставать от друга, Хан пришпорил Тряпичника. Юноша продолжал глядеть вниз. Друзья миновали чародеев, въехали в ворота и уже практически скрылись из виду, как…

— Эй, вы! Стоять!

Это был голос Фионы Байяр. Алистер выругался про себя, затем натянул на лицо «бандитское» выражение и обернулся. Белокурая чародейка глядела на него не мигая.

— Посмотри-ка на меня, мальчишка! — скомандовала она.

Хан заглянул прямо в ее фарфорово-голубые глаза. Амулет буквально жег пальцы. И тут какой-то демон заставил юношу вздернуть подбородок и заявить:

— Я уже далеко не мальчишка, госпожа Байяр.

Фиона застыла в седле. Она пристально всмотрелась в Алистера, сжимая в руке поводья. Затем судорожно сглотнула.

— Нет. — Девушка провела языком по губам. — Ты действительно не мальчишка. И говоришь совсем не как дикарь.

Уил протянул руку и коснулся чародейки, будто хотел вернуть ее внимание себе.

— Ты знаешь этого… торговца, Фиона? — В его голосе угадывались нотки презрения.

Но благородная леди не сводила с Хана глаз.

— Ты одет как торговец, — прошептала она себе под нос. — Ты в дикарских тряпках. Но ты светишься. — Девушка посмотрела на свои мерцающие руки, а затем снова подняла взгляд на Алистера. — Кровь и кости, вокруг тебя чародейская аура!

Хан опустил глаза и с ужасом обнаружил вокруг себя магическое свечение, предательски заметное даже днем. Более того, ореол был ярче обычного — он сверкал под кожей, словно отражающиеся от воды лучи солнца.

Но ведь амулет должен был вобрать силу в себя. Может, в трудных ситуациях в Хане зарождалось ее столько, что артефакту было не под силу справиться?

— Это пустяк, — быстро отреагировал Танцующий с Огнем. — Такое случается при контакте с магическими вещицами на племенных ярмарках. Побочный эффект. Он быстро проходит.

Хан удивленно покосился на друга, который умел «извернуться ужом», как бы выразились на Тряпичном рынке.

Горец взялся за уздечку Тряпичника и повел пони Алистера за собой.

— Нам, право, очень хочется остаться и продолжить отвечать на вопросы проклинателей, но нам нужно поторопиться, иначе заночуем сегодня в лесу.

Фиона проигнорировала Танцующего с Огнем. Она не переставала, сощурившись и склонив голову, изучать Хана. Глубоко вздохнув, девушка выпрямилась и скомандовала:

— Сними шапку!

— Мы подчиняемся королеве, чародейка, а не тебе, — ответил горец. — Пойдем, Одинокий Охотник, — буркнул он.

Хан не сводил глаз с Фионы, держа руку на амулете. Кожа горела от магической силы и презрения, которые растекались по телу, будто коньяк. Юноша неспешно и демонстративно ухватился свободной рукой за шапку и стянул ее, высвобождая светлую копну волос. Ветер, дувший со стороны Марисского Пути, взъерошил пряди Алистера и откинул их с его лба.

— Передай лорду Байяру, — начал Хан. — Пусть держится от меня подальше, иначе всей вашей семейке не поздоровится.

Фиона продолжала глазеть. Первые несколько мгновений казалось, что она не могла найти слов, но наконец выдавила:

— Алистер. Ты Кандальник Алистер. Но… ты чародей? Это невозможно!

— Сюрприз! — ответил Хан.

Он приподнялся в стременах. Одной рукой юноша сжимал амулет, а другую вытянул вперед. Пальцы его сложились в колдовском жесте, будто знали, как это делается, а из уст сами собой вырвались слова заклинания.

Дорога пошла буграми, растрескалась, и прямо из-под земли проросла изгородь из колючего кустарника. Она отделила Хана с другом от высокородных чародеев напротив. Буквально через несколько секунд преграда была уже по грудь лошадям.

Пораженный Алистер отдернул руку от амулета и обтер ее о штаны, будто хотел очиститься от магии, как от грязи. Его голова поплыла, а затем прояснилась. Юноша глянул на Танцующего с Огнем, который глазел на друга так, словно не мог поверить глазам и ушам.

Фиона наконец снова обрела дар речи и закричала:

— Это он! Кандальник Алистер! Он пытался убить верховного чародея! Схватите его!

Но никто даже не шелохнулся. Колючая стена продолжала вздыматься к небесам скрученными ветвями. «Синие мундиры» таращились на торговца, который оказался опасным преступником и на пустом месте воздвиг преграду из шипов.

Танцующий с Огнем взмахнул рукой, и во все стороны разлетелись языки пламени. Стена ярко вспыхнула. Тряпичник поднялся на дыбы, норовя сбросить всадника. Завопив от страха, гвардейцы попадали на землю и прикрыли головы руками.

Хан пришпорил Тряпичника, и испуганный пони помчался сквозь врата. Танцующий с Огнем на своем скакуне не отставал от друга. Юноша вжимался в спину пони, а волосы его развевались по ветру. Шедшие навстречу путники торопливо расступались, ныряя в канавы по обе стороны дороги. Из-за спины мчащихся всадников доносились выкрикиваемые приказы и громкие стоны.

Затрещали арбалеты. Гвардейцы пускали стрелы не глядя. Хан как можно сильнее прижался к шее Тряпичника, чтобы в него сложнее было попасть.

Фиона прокричала:

— Моему отцу он нужен живым, бестолочи!

После этого выстрелы из арбалета прекратились. И это было большой удачей, потому как дорога от границы была широкой и медленно уходила вниз. Когда преследователи преодолеют воздвигнутый барьер, юноши превратятся в легкие мишени.

Хан обернулся как раз в тот момент, когда Фиона проделала неровное отверстие в полыхающей преграде. Двое высокородных чародеев устремились вперед, и за ними на лошадях последовал взвод безрадостных гвардейцев. У «синих мундиров» не было никакого желания вступать в схватку с теми, кто бросался пламенем и шипами.

— Они приближаются! — прокричал Алистер, подгоняя Тряпичника.

— Значит, все же не послушались тебя, — усмехнулся в ответ Танцующий с Огнем.

Хан знал, что друг еще много чего выскажет ему, когда будет подходящее время. Если оно настанет.

Чародеи уже нагоняли беглецов, стремительно сокращая дистанцию. На такой широкой дороге и с длинноногими равнинными скакунами они уже совсем скоро окажутся рядом. У Хана и Танцующего с Огнем не было шансов справиться с двумя обученными чародеями. Не говоря уже о целом взводе «синих мундиров».

«Что за демон тебя дернул, Алистер?» — спросил себя юноша. У него, конечно, были недостатки, но глупость обычно не входила в их число. Каким бы сильным ни было искушение возразить Фионе Байяр, Хан никогда бы не стал втягивать Танцующего с Огнем в схватку, в которой они не имели ни единого шанса на победу.

Бывший главарь банд, а ныне чародей вспомнил, как по телу растеклась согревающая, словно крепкий напиток, магическая сила и как помутился его рассудок. Он как будто действовал не по своей воле. С силой сжав поводья, Алистер подавил желание дотронуться до амулета снова.

— Нам нужно сойти с дороги, — прокричал Хан, отплевываясь от дорожной пыли. — Здесь где-то можно свернуть?

— Откуда мне знать? — прокричал в ответ Танцующий с Огнем. Лучи заходящего солнца заставляли горца щуриться. — Я был здесь давно! — добавил он.

Они преодолели еще полкилометра, и тут друга осенило:

— Знаешь, там впереди кое-что есть.

Дорога тянулась вдоль ручья, который спускался по южному склону Призрачных гор. Танцующий с Огнем глянул направо в поисках ориентира. Хан гнал пони рядом, стараясь не замедлять стремительного галопа.

— Где-то здесь ручей Канва сворачивает на запад, а путь идет дальше, к югу, — объяснял горец. — Если повернем вдоль воды, есть шанс оторваться. Там узкое ущелье — скалистое и отвесное. Как раз для пони. Равнинным жеребцам не по зубам. Выглядывай булыжник в форме спящего медведя.

Поворота все не было видно. А шум погони приближался. Хан развернулся и увидел двоих чародеев на расстоянии всего пары-тройки метров от него. Заметив взгляд Алистера, Фиона поднялась в стременах и выпустила поводья. Одной рукой она потянулась к шее, а вторую выбросила вперед.

В Танцующего с Огнем полетело пламя. Если бы заклинательница была не на лошади, то поразила бы горца, но ей удалось лишь обжечь бок Лихого. Пони заржал, метнулся влево и налетел на Тряпичника. Они чуть было вместе не слетели с дороги.

Хан изо всех сил удерживал обезумевшего скакуна, чтобы тот не упал, а Танцующий с Огнем тянул Лихого за поводья.

Стало ясно: леди Байяр хотела взять Алистера живьем, но к Танцующему с Огнем это не относилось.

Хан вынул клинок, рассчитывая, что преследователи к этому времени окажутся рядом. Когда он обернулся, то с удивлением обнаружил, что Фиона и Уил отстали. Они пытались усмирить своих испуганных, поднимающихся на дыбы лошадей. «Синие мундиры» притормозили позади, опасаясь столкновения с чародеями. Похоже, что породистые скакуны не привыкли к извергающим пламя наездникам.

— Вот! — Танцующий с Огнем указал на высившийся впереди громадный валун, навалившийся на дорогу слева.

Он и в самом деле напоминал спящего медведя, уложившего голову на мощные передние лапы. Лихой рванул к нему, словно к святилищу. Хан с Тряпичником не отставали.

К этому времени «синие мундиры» с чародеями, должно быть, уже пришли в себя, потому как Хан снова услышал стук копыт.

Они с другом завернули за горный выступ и на время скрылись из поля зрения преследователей. С противоположной стороны нависал головокружительно отвесный скалистый уступ. Ручей Канва стекал чередой водопадов меж гладких каменных стен. Однако самой речушки видно не было, слышался лишь шум ниспадающих потоков, который эхом разносился по ущелью.

— Хочешь, чтобы мы спустились туда? — Хан огляделся в поисках иного пути.

Тряпичник был первым его скакуном, и юноше не хотелось сделать его хромым в первую же неделю. К тому же пони могли с легкостью оступиться и отправить всадников прямиком в пропасть.

Танцующий с Огнем уговорил Лихого ступить на осыпающийся уступ.

— Я уже проходил здесь. Поверь мне, приятель, ущелье Канва не так страшно, как госпожа Байяр.

— Ладно, — согласился Хан. — Езжай вперед, раз ты бывалый. Я последую за тобой.

Он рассчитывал на то, что Фиона вряд ли станет пускать огонь, если замыкающим будет он.

Единственный положительный момент был в том, что при наличии других вариантов никто не последует по этому ущелью. В особенности на равнинных скакунах.

Танцующий с Огнем на Лихом скрылся из виду. Они двигались с небезопасно быстрой скоростью. Горец и его пони уже два года как были вместе. Хан ослабил поводья и позволил Тряпичнику следовать за Лихим в удобном для него темпе, хотя с трудом сдерживал желание погнать животное вперед. Юноше не терпелось скорее скрыться из виду, успеть до тех пор, пока чародеи не завернут за камень в форме спящего медведя и не примутся метать огонь сверху.

Тряпичник спускался осторожной поступью, сбрасывая камешки в бездну. Пони двигался так близко к каменной стене, что правая нога Хана терлась о скалу. Штанина порвалась, и ногу разодрало до крови.

Спустившись к ручью, Тряпичник прошелся вдоль череды водопадов, а затем резво поскакал по мелководью, стремясь обогнать своего напарника.

Алистер запрокинул голову. На самом верху стояли двое всадников. Их магические ореолы светились даже на фоне ясного неба. Чародеи спорили. Громкие голоса доносились до самого дна ущелья.

Хан предположил, что Фиона высказывала намерение спуститься вниз к ручью, а Уил ее отговаривал.

«Удачи, Уил», — подумал Хан и погнал Тряпичника вперед.

По пути друзья преодолели еще несколько крутых спусков. Уступы были настолько узкими, что из седла казалось, будто пони шагали по воздуху. «Не смотри вниз», — уговаривал сам себя юноша. Путники продвигались удручающе медленно. По дороге они бы следовали несравнимо быстрее.

Хан часто оглядывался назад, но ни видимых, ни слышимых признаков погони не обнаруживал. Спустя пару часов юноши остановились на зеленом лугу, дабы напоить выбившихся из сил пони. Солнце уже спряталось за высокие горные пики, а под кронами деревьев сгущался мрак. Заметно похолодало, несмотря на то что путники значительно снизились. Алистер абсолютно не горел желанием продолжать преодолевать этот коварный путь во тьме.

Но все это было не столь важно. Главное, что друзья пересекли границу и вроде бы оторвались от преследователей.

Хан опустился у ручья на живот и принялся жадно зачерпывать ладонями воду. Она была кристально чистой и студеной.

— Что там на тебя нашло? — Танцующий с Огнем присел на корточки рядом с приятелем и окунул в источник флягу. — Мы почти вышли сухими из воды, но тебе непременно потребовалось все испортить. Просто перейти границу, не выдав себя, показалось недостаточно веселой затеей?

Хан вытер рот рукавом и уселся на пятки.

— Я сам не пойму, почему такое учудил. Не могу этого объяснить.

— Так тяжело было не стягивать шапку?

Танцующий с Огнем плеснул себе на лицо воду из фляги, чтобы смыть дорожную пыль.

— Мне показалось, будто мною повелевал амулет, — ответил новоиспеченный чародей. — Не знаю, то ли что-то не так с магией, которую я в него вкладываю, то ли все из-за того, что я не умею им пользоваться.

«Ты проклят демоном», — говорила Хану мать.

Может, так оно и было?

Этот ответ не убедил обычно уравновешенного Танцующего с Огнем. На самом деле горец только начал заводиться.

— Ты что, не мог держать язык за зубами? Для меня ты теперь будешь Белобрысым Выскочкой. Или Болтуном.

— Прости… — Хан не нашелся, что еще ответить.

Он не мог винить друга за то, что тот вышел из себя. Выходка Алистера и впрямь была лишней и безрассудной. Таким горец его еще не видел. Одинокий Охотник словно снова превратился в отчаянного главаря банды «тряпичников».

— Где ты научился заклинаниям? — продолжал допытываться Танцующий с Огнем. — Ты же уверял, что в магии ничего не смыслишь. Да ты всего-то пару недель назад проведал, что ты — чародей! А я-то старался передать ему свои скудные знания! А он взял и наколдовал колючий забор! Может, это тебе стоило поучить меня?

— Я понятия не имею, как так вышло! — оправдывался Хан. — Так получилось — вот и все!

Должно быть, Танцующий с Огнем подозревал друга в нежелании делиться знаниями, потому что промолчал, и тогда Алистер добавил:

— А я не знал, что ты умеешь метать огонь.

— Я и не умею. — Голос горца от обиды звучал напряженно. — Он просто вырывается, когда я до смерти напуган.

Хайден отряхнул штаны от грязи и пошел проверить, как там пони.

Хан выудил из-за ворота рубахи амулет и покрутил вещицу в руке, исследуя ее в надежде найти подсказку. Необходимо было научиться использовать его правильно. Иначе не было никаких гарантий, что подобное не повторится вновь.

Теперь Байяры знали, что Кандальник Алистер — чародей и что он направлялся на юг. По крайней мере, им было неизвестно, зачем именно. Хана забавляло то, что сами Байяры обеспокоены его планами.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Королева в изгнании предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я