Ярость неба

Сергей Зверев, 2009

Предал генерал Россию, предал солдат, погибших в Чечне, продался боевикам за обагренные кровью доллары. Но разоблачить предателя из Министерства обороны почти невозможно. ГРУ известен его псевдоним – Черкес, и все. Кто именно скрывается под ним, знает только руководитель центра по подготовке террористов, находящийся в Турции. Именно к нему «в гости» и направилась группа диверсантов под командой Михаила Ястребова. Они должны добыть список чеченских агентов, и тогда генерал-предатель не уйдет от заслуженного наказания. Но не знают еще бойцы, что среди них есть тот, кто действует по поручению Черкеса... Ранее роман «Ярость неба» выходил под названием «Не все вернутся»

Оглавление

Из серии: ДесантУРА!

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Ярость неба предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Летят перелетные птицы

Ушедшее лето искать.

Летят они в жаркие страны,

А я не хочу улетать.

А я остаюся с тобою,

Родная моя сторона!

Не нужно мне солнце чужое,

Чужая земля не нужна.

М. Исаковский

Пролог

Далекие горные хребты едва различимы в утренней дымке. А здесь, в долине, предметы, наоборот, имеют очень четкие, выпуклые и ясные контуры — как в оптике снайперской винтовки.

Вдоль берега неширокой речки, правого притока Сунжи, большей частью предательски открытого, лишь на отдельных участках поросшего редким ивняком и ольхой, медленно и осторожно идет группа вооруженных людей. На их стандартных зеленых камуфляжных костюмах нет никаких особых примет, знаков различия. Поэтому определить род войск непросто — теперь кто угодно носит маскировочную униформу. Даже враги. Ведь чеченским бандформированиям жизненно необходимо уметь скрытно передвигаться по территории. А для этого нужно быть незаметным в «зеленке», не выделяться на фоне травы и листьев.

Впрочем, сейчас, весной, когда только что сошли снега, ходить на открытых пространствах особенно опасно. Смертельно опасно. В любой момент из укрытия справа, слева, сзади, спереди может прозвучать выстрел. Неожиданная косая очередь из «калаша» менее вероятна, но тоже возможна. А еще есть шанс познакомиться с поражающим действием противотанковой гранаты, выпущенной из «мухи» бородатым борцом за независимость Ичкерии…

Все это знает капитан спецназа воздушно-десантных войск Михаил Ястребов. Он давно приучил себя к мысли, что тут, в Чечне, никогда не бывает спокойно. В любом селении, на первый взгляд абсолютно лояльном к новой власти, может скрываться целая вооруженная банда. В любом доме может быть засада. На любой дороге — мина. За любым кустом — снайпер. Что уж говорить про безлюдную местность в нескольких километрах от ближайшего населенного пункта.

Но, с другой стороны, мудро говорили наши предки: «Волков бояться — в лес не ходить». Мудро и правильно по существу. Не надо никого бояться! Тем более этих чеченских волков с убогой эмблемой клыкастого зверя на потрепанном зеленом флаге уже давно не существующего бандитского государства, созданного бывшим советским летчиком Джохаром Дудаевым.

Ястребов останавливается, делает широкий жест рукой: «Привал». Пять человек замедляют движение, отходят к самому краю кустов, присаживаются полукругом на жухлую траву.

— Абрек, на точку! — Командир говорит очень тихо. Однако его понимают с полуслова.

Высокий худой разведчик легко поднимается с земли и исчезает в ивняке. Он всего в нескольких шагах от своих товарищей, но увидеть его уже нельзя. На то и Абрек — позывной, конечно, не очень почетный, но заслуженный. Так растворяться в окружающей среде не умеют и местные чеченские головорезы с десятилетним опытом скрытной войны в тылах ненавистных федералов.

Техника маскировки — отнюдь не главное для спецназовца во время рейда. Но Абрек — снайпер. Он всегда должен быть начеку. Сейчас, отслеживая сквозь оптический прицел «грозы» весь правый берег реки, Абрек одновременно выполняет функции дозорного, «слухача» и охранника.

— Краб, где карта? — Ястребов обращается к одному из разведчиков все таким же тихим голосом. Громко «спецы» не говорят. Да и зачем, когда тебя и так услышат?

Краб молча встает и вытягивает из кармана затянутый в пластик лист топографической основы. На первый взгляд обычная карта. В одном сантиметре — один километр. Рельефное изображение высот, низин. Реки, горы, населенные пункты, одиночные строения, кошары пастухов, дороги, линии электропередачи. Схематические лесные массивы (рисунок дерева, под ним — надпись мелким шрифтом, вид доминирующей древесной породы). Гипсометрические отметки. Но есть здесь и некоторые особые значки, нанесенные от руки. Вряд ли они будут понятны непосвященному. Вот пунктир ограничивает квадрат площадью в несколько сот гектаров. К нему протянулась узкая волнистая змейка. Заштрихованный круг сбоку. Цифры, крупно написанные красным фломастером: 7/65/19, 7/78/97, 12—15. Стрелка, указывающая на квадрат. Еще один пунктир, обрывающийся на правом берегу реки.

Ястребов берет карту, поворачивает ее немного вбок, чтобы пластик не бликовал на солнце, внимательно разглядывает, слегка прищурившись. В этот момент он действительно напоминает хищную птицу. Высокий, широкоплечий, крепкий, слегка сутулый. Выдающийся вперед волевой подбородок, костистый нос, жесткие складки на щеках. Темные волосы, на висках тронутые ранней сединой. Он стоит недвижимо, прочно, словно монумент. Но его фигура напряжена как перед броском, словно Ястреб вот-вот сорвется с места и полетит за добычей.

— Мы их почти нагнали, — наконец произносит командир, возвращая карту Крабу. — По всему выходит, что Касым от нас в паре километров. Если не собрался в горы. Хотя чего ему там делать?

Все смотрят на Ястребова, ожидая дальнейших указаний. Но неожиданно просит слова Хохол, приземистый крепыш типичного малороссийского облика. Потому и зовется Хохлом. Позывные для разведчиков подбираются, как и воровские погоняла, чаще всего от каких-то особенностей внешности или поведения, реже — от фамилии. Вот Краб, например, произошел от Кравинского, а Ростиков (само по себе просится назвать его Ростом), напротив, получил странную кличку Язык, поскольку виртуозно умеет «потрошить» пойманных «чехов», выкачивать из них ценную информацию. Его хлебом не корми, дай повязать еще хоть одного чеченского «языка».

— Есть вопрос. — Хохол с веселым прищуром тянет вверх руку, как ученик на уроке.

— Говори, — дозволяет Ястребов, слегка улыбаясь.

— А почему нельзя было «вертушку» сюда пригнать? Экономно. Зачем мы ползли три часа, спрашивается?

По всему видно, что Хохол сам знает зачем. Но командир терпеливо разъясняет:

— А потому, что Касым здесь вырос. Ему тут каждый кустик знаком. И вертолетный гул он сумеет отличить от шума ветра. Он же не глухой. Еще вопросы есть?

— Есть, — не унимается Хохол. — А если известно, где Касым, почему нельзя по нему жахнуть с воздуха?

И на этот вопрос старший сержант спецназа ВДВ Петр Рекемченко, конечно, знает ответ. И другие тоже знают. Но с ними новенький — боец Алексей Егоркин, у которого даже позывного пока нет. На первый случай его, недолго думая, прозвали Егором. А там видно будет. Может, и не удержится в группе. Всякое случается. Но сейчас нужно, чтобы парнишка все понял, осознал, «включился». Для этого неплохо «разжевать» очевидное. Поэтому Ястребов поддерживает игру Хохла:

— А потому, что Касым не дурак. Он быстро перемещается. Не ведает, конечно, что мы вышли на охоту. Но сидеть на одном месте и ждать, пока его расхреначат точечным ударом, не будет. Еще вопросы?

— Курить можно?

Сдержанный смех — ведь «спецы» громко не смеются. Кто же здесь такой умный? Спросить такое у Ястреба может только совсем зеленый боец. Все смотрят на Егора, улыбаются, покачивают головами. Здесь, на маршруте, не то что курить, глоток воды лишний нельзя сделать. Ястреб поддерживает в своем отряде железную дисциплину. Поэтому, наверное, и прогремел на всю Чечню — «от казачьей станицы до грузинской границы». Боятся его «чехи» и страшно ненавидят. Говорят, что за голову командира спецназа назначена огромная награда — двести тысяч долларов. Это при том, что любой боевик и за две тысячи будет землю когтями рвать. Так что выпал Ястребу особый почет — завоевать лютую ненависть у врага. И завидуют «дяде Мише» все «спецы» белой завистью. Готовы про лихого капитана песни складывать. Легенды уже есть — одна другой круче: как Ястреб три года назад один пошел на банду Зелимханова, поскольку потерял всех своих людей, как прыгал с десантного самолета без парашюта, как в первую чеченскую преследовал какого-то особо опасного полевого командира на турецкой территории, как сидел в плену где-то высоко в горах и убежал к федералам, предварительно перекрошив в мелкий винегрет отряд «чехов» в пятнадцать «штыков». И в далеком прошлом у Ястреба немало громких дел: тут и Карабах, и Приднестровье, и Босния, и Сербия, и Хорватия, и Таджикистан, и даже «Белый дом». А еще говорят, что и в зоне Ястреб успел побывать. Но это уж точно вранье…

— Понимаешь, Егор, — командир подходит к бойцу, — ты вот многое вроде разумеешь. По части теории. Так?

— Немного, — смущенно отвечает Егоркин, поднимаясь с земли.

— Не лукавь. — Капитан смотрит почти сурово. — Я тебя в части неслабо экзаменовал. Вот ради примера. — Ястреб ловко подхватывает за ремень оружие Хохла: — Шо це таке?

— «Гроза», идеально подходит для спецопераций, — начинает тараторить Егоркин. — В данном случае это модификация 4А-03 с гранатометом «ГП-25/30» и автоматом, оснащенным глушителем, который стреляет бесшумными патронами калибра 7,62 на 39 миллиметров. На левой стороне ствольной коробки над рукояткой есть переводчик режима огня «автомат — гранатомет». Емкость магазина — тридцать патронов. Прицельное устройство представляет собой…

— Молоток, — Ястреб легко перекидывает оружие из одной руки в другую, — только в бою, Егор, тебе не до модификаций «грозы». Во время рейда ты сжатая пружина. В бою ты разжимаешься и ведешь огонь на поражение. Если это надо. А если не надо, тихо крадешься к ночному лагерю противника и берешь «языка». У тебя должно быть много рук, много глаз, много ушей. Иначе ты проиграешь. Вот так, парень. А про курение на маршруте я не сказал по одной простой причине. Знаешь, по какой?

— Нет, — лепечет совсем пристыженный Егоркин.

— Я не имею обыкновения говорить очевидные вещи.

В этот момент из кустов раздается негромкий свист — Абрек подает сигнал. Ястреб мгновенно оказывается рядом с дозорным. Егор удивленно смотрит на командира, не веря своим глазам, — такое впечатление, что он просто исчез на миг из поля зрения и тут же появился в десяти метрах восточнее. Как на крыльях перелетел. Действительно, Ястреб!

— Что здесь видно? — спрашивает капитан у дозорного и тут же понимает бессмысленность вопроса. Поскольку ответ очевиден.

— Только слышно, — успевает коротко бросить Абрек.

Но Ястребов уже и сам прекрасно различает мерный шум вертолетного мотора. Только хорошо натренированное спецназовское ухо способно уловить такой бесконечно далекий звук. Он балансирует где-то на пороге слышимости.

— Что скажешь? — Ястреб проверяет «слухача».

— Направление юго-восточное, — отвечает Абрек. — Идет параллельно горному хребту. От нас километров двадцать.

— Пятнадцать, — поправляет капитан. — И летит он в нашу сторону.

Ястреб зовет радиста. У этого «спеца» самый «говорящий» позывной — просто Голос. Коротко и ясно.

— Вызывай штаб, пусть мне внятно скажут, что это за «вертушка» прямо по курсу.

Гул становится более громким. Теперь его слышат все, даже Егоркин. Жужжание осы, полет шмеля, мягкое гудение электробритвы или смешной заводной игрушки — у каждого по поводу летящего вертолета есть свои ассоциации. Но все это из другой жизни — там, где детство, семья и дом. Здесь, в Чечне, другие измерения. Другие ассоциации. Особенно у спецназовцев во время рейда. Звук летящего вертолета для них может быть знамением провала операции. Об этом думают все, кроме Егоркина.

Ястреб беззвучно ругается, наводит резкость окуляра специального бинокля, оснащенного прибором ночного видения. Черная точка вдали неуклонно увеличивается в размерах. Вот она как мошка. Вот как комар. А вот уже как галка над далеким лесом. Еще пара минут — и различимы лопасти пропеллера.

— Штаб сообщает, что Касым сдает оружие. — Сенсационную новость радист произносит спокойно, но в его голосе чувствуются радостные нотки. — Он ночью вышел к Урус-Юрту и полчаса назад выслал парламентера к местной милиции. Ситуацию держат под контролем.

— Касым решил не рисковать. Хитрая бестия! А про «вертушку», что, ничего не сказали? — Ястребов не отрывается от окуляра. Темный силуэт вертолета уже совсем близко. А шум мешает тихо разговаривать.

— Сказали, — кивает Голос. — Это по твою душу, командир!

Ястреба трудно удивить. Но иногда такое все-таки случается.

— Как тебя понимать? — Он внимательно смотрит на «спеца».

— Штаб приказал группе возвращаться. Во главе со старшим сержантом Рекемченко. Их захватит другой «вертухай» у Белых Камней.

Ястреб молчит. Голос только что нарушил простое правило — на маршруте, во время рейда, нет воинских званий и фамилий. Есть лишь позывные, которыми пользуются разведчики. Но Голос — опытный боец. Раз так сказал — значит, на то есть причины. К тому же операция, похоже, завершена. Толком и не начавшись. Жаль, что не успели потренировать новичка…

Вертолет нависает над берегом, делает небольшой круг, садится. Сгибается под напором искусственного ветра жухлая прошлогодняя трава. Но вот замедляется движение мощных лопастей. Громовой звук стихает. А из открывшейся дверцы на землю прыгают два офицера, придерживая руками фуражки.

— Тебя срочно вызывают в Москву, — добавляет «спец» необыкновенно четко. Словно делает объявление по радио.

А когда командир уже идет навстречу гостям, он произносит еще одну фразу:

— Успеха тебе, Ястреб!

Конечно, Москва — это ненадолго. Так подсказывает капитану голос свыше.

Оглавление

Из серии: ДесантУРА!

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Ярость неба предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я