Любовь. Дневник астронавта Эл

Ольга Анатольевна Савинова, 2018

Межгалактический корабль с планеты Тэра находится в космосе уже тысячи лет, потеряв связь с другими кораблями и запутавшись во времени. Чтобы миновать астероидный поток с наименьшими потерями, астронавт Эл пробует сжать время. У экипажа есть возможность отдохнуть от космоса на ближайшей планете – Земле. Но время на Земле сжимается только при условии «любовь»… Эл погружается в водоворот московской жизни и записывает свои мысли и ощущения в дневник. Через некоторое время она понимает, что события её жизни движутся по кругу – корабль вместе с экипажем попал в петлю времени… На Земле Эл сталкивается с незнакомыми ей проблемами и вечными вопросами, которые волнуют всех людей, а теперь и её: зачем она здесь? что ей делать? А самое главное: что же это такое – любовь?

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Любовь. Дневник астронавта Эл предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

«Различие между присутствием любви и её отсутствием — это различие между жизнью и смертью».

Дэвид Митчелл

«Простые смертные»

1

24 сентября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…На улице было пасмурно и сыро. Деревья неприветливо шелестели мокрой листвой. Асфальтовая дорожка, по которой я шла, была тёмной после дождя, и жёлтые листья, упавшие на неё, смотрелись сейчас особенно ярко. Я шла и улыбалась. Холодный ветер дунул мне в лицо, но это нисколько не изменило моего состояния души. Там, в душе творилось что-то необъяснимое: нарастало какое-то чувство беспричинной радости и умиротворения. И ещё — предчувствие чего-то необыкновенного, великого, светлого, что должно обязательно произойти со мной в ближайшее время. И никакая хмурая осенняя погода не могла изменить этого чувства. Стоило мне только взглянуть под ноги на вспышки листьев на асфальте, и я снова начинала улыбаться. Как я люблю такие дорожки, усыпанные золотыми осенними листьями! Сама не знаю почему. Может быть, потому, что они похожи на ночное небо, сияющее звёздами. И я иду от одной звезды к другой, очень быстро преодолевая расстояния в миллионы световых лет за один шаг! От звезды к звезде, от созвездия к созвездию. Просто иду и улыбаюсь…».

* * *

Я сидела на смотровой площадке и наблюдала за звёздами, окружавшими меня со всех сторон. Наш корабль только что изменил курс из-за астероидного потока, вставшего у нас на пути. Просто, астероидный дождь какой-то! Придётся делать крюк. Потеряем время. А может быть, попробовать сжать его? Вообще-то, это всегда рискованно. Время — капризный товарищ. Оно живёт своей жизнью, иногда преподнося нам сюрпризы. А если мы сами вмешиваемся в его ход, то оно бывает «недовольно». Надо с ним договориться. Как-нибудь по-хорошему. Пойду, посмотрю, что можно сделать.

Войдя в отсек, на двери которого было написано «Время», я закрылась на электронный замок. Доступ сюда разрешен только мне и Лео, первому помощнику командира корабля. Ну, и командиру, конечно. Расположившись перед информационным экраном, который занимал почти всю стену, я включила систему управления. Ввела слово «сжать», а затем выбрала в «меню» — «варианты». Ещё пара вопросов — «исходные условия» и «пункт назначения». Я поставила галочки в предложенном варианте исходных условий, но когда дошла до «пункта назначения», внезапно остановилась. Интересно, а если вписать пункт назначения сначала промежуточный, а потом конечный, что-нибудь изменится? А что если… И я напечатала слово: «любовь». Наверное, под впечатлением только что прочитанного любовного романа из далекого прошлого одной планеты. Земли. Страницы этой книги были бумажными и пожелтевшими. Несколько таких старых удивительных книг находились в нашем хранилище традиционных предметов человечества разных периодов. Как это раньше люди могли читать такие книги? Мне захотелось узнать, и я попробовала. От книги исходил какой-то специфический запах. Но он показался мне приятным. Страницы были настолько хрупкими, что приходилось переворачивать их с большой осторожностью и в специальных перчатках. Сначала читать было неудобно и непривычно, но потом сюжет романа меня увлек, и я уже не замечала, что читаю старую «доисторическую» книгу на бумажном носителе. Члены команды посмеивались надо мной. Говорили, что мне надо было идти в Археологическую, а не в Техническую Академию. Но я на них не обращала внимания, и дочитала книгу до конца. Она мне понравилась. Любовные переживания героев захватили моё воображение. Неужели так бывает? Последние дни я часто вспоминала прочитанное. Поэтому и напечатала в компьютере слово «любовь», сама не знаю — зачем, и нажала «ввод».

На экране появилась красивая планета — бело-голубая. Земля. Вот она — только что вспоминала! Я её уже видела раньше и даже бывала там пару раз! С короткими высадками для взятия образцов. Неужели, там время в сжатом состоянии, как пружинка? Да. Но только при условии — «любовь». Вот так. Время, оно же обязательно должно быть в каком-нибудь пространстве. Без него оно не существует. Вот и высветилась эта планета — пространство, заключенное в материальный объект, где наше время, вроде бы, сжато. Любовь… Это предложение или неизбежность? Конечно, предложение. Пока. Пока мы не опустились на эту планету. Но если мы там всё-таки высадимся, то потеряем время. Как может быть по-другому? Но программа пишет, что наоборот. Время для нас там остановится. При условии — «любовь». Опять это условие! Для этого придётся стать во всём похожими на людей. На таких, какие сейчас там живут. Что, всему экипажу? Всё-таки хорошо, что я успела прочитать эту бумажную книгу с Земли!

2

…Листьев на тротуаре становилось всё больше, но они уже не были такими яркими, как вначале. Они постепенно превращались в грязные скользкие кучки. Люди безжалостно наступали на них, даже не останавливая своего движения, и не обращая на них никакого внимания. Но если подлететь к звездам поближе, то увидишь, что и они не все такие великолепные, как кажутся издали.

Я свернула в парк, чтобы пройти по безлюдным дорожкам. В парке дорожки подметал дворник. Он подметал их, наверное, уже бесконечно долго, потому, что листья всё падали и падали…

Я ушла с чистой дорожки и пошла между деревьями, загребая листья ногами. Я так сосредоточилась, глядя заворожено себе под ноги, что не заметила стоящего на моём пути человека, и наткнулась на него на полном ходу.

— Ой! — сказала я и подняла голову.

Передо мной стоял молодой человек. Уже начало темнеть, и я с трудом могла разглядеть его лицо. Оно показалось мне приятным. В руке он держал поводок собаки. Он улыбнулся, посмотрев на меня, но, предусмотрительно отступив от меня на шаг, спросил:

— Вы что-то ищите?

— Нет, — смутившись, ответила я, — то есть да, извините…

— Что? Может быть, я смогу Вам помочь?

— Листья…

— Листья?

— То есть, звёзды…

— Какие?

— Разные.

Человек помолчал немного и сказал серьёзно:

— Ещё рано.

— Почему?

— Ещё светло.

— Совсем не обязательно, чтобы было темно, чтобы увидеть звёзды.

— Правда?

— Вот же они! — и я пространно взмахнула рукой.

Молодой человек проследил взглядом за движением моей руки и недоверчиво посмотрел на меня.

— Да, да… конечно, они просто повсюду.

— Да! Повсюду! И на них так радостно смотреть!

Я подняла чистый жёлтый кленовый лист и залюбовалась им.

— Но, это же — просто лист! Так Вы ищите звёзды или всё-таки листья?

— Это одно и то же.

— Неужели? Вы хотите сказать, что они ничем не отличаются?

— Почти не отличаются. Согласитесь — всё красивое особенно ничем не отличается. Когда смотришь на что-нибудь красивое, то испытываешь восхищение и радость. Поэтому, какая разница, чем одно красивое отличается от другого красивого. Я говорю о чувствах, вызванных созерцанием, а не о сущности вещи, которая вызвала эти чувства.

Человек кашлянул, или сделал что-то похожее на это.

— Повторите.

— Вы согласны, что листья красивые?

— Да.

— А звёзды?

— Тоже.

— Ну, и что Вам тогда не понятно?

— Уже и не знаю…

— Приятно было побеседовать. Всего хорошего! — и я повернулась, чтобы продолжить свой путь по листьям.

— Постойте! Куда же Вы? — услышала я через некоторое время в спину. Я остановилась, и, указав рукой в глубину парка, ответила:

— Дальше.

— Домой?

— Скорее всего, нет.

Молодой человек замялся.

— Может быть, подождёте меня? Я Вас провожу, — робко предложил он.

— Зачем?

— Ну, Вы мне ещё про листья расскажете.

— Про листья?

— Ну, или про звёзды…

— А что Вы хотите узнать?

— Всё.

Я усмехнулась:

— Всё не знает никто.

— Правда?

— Да.

— Ну, тогда то, что знаете Вы.

— Вас интересует технические данные?

— Разные данные.

— Уточните. Потому, что это очень большой объём информации.

— С ума сойти…

Человек с восхищением смотрел на меня. Мне стало неловко. Глядя куда-то в сторону, я продолжила:

— Да, нет. Это можно запомнить, но очень долго рассказывать.

— А Вы, что — торопитесь?

— Пока не знаю. А Вы?

— Мне бы собаку домой завести. Мой дом — сразу у выхода из парка. А Ваш — далеко?

— Пока не знаю.

— Вы что, из дома сбежали?

— Можно и так сказать. На некоторое время. Пока не кончится астероидный дождь.

— Какой дождь..?

Тяжелые осенние сумерки опустились неожиданно. Я заметила, что вдоль дорожек зажглись фонари. Они горели каким-то оранжевым тёплым светом. Красиво. Я улыбнулась.

— А где Ваша собака?

— Ах, да! Куда это он запропастился? Тэди! Тэди!

— Так у Вас собака или медведь?

— Почему — медведь?

— Так на Земле, обычно, зовут медведей. Плюшевых.

— Нет, у меня кокер-спаниель.

— А… это — собака?

— Конечно.

Парень фыркнул, и мне показалось, что он беззвучно смеётся.

— Вам смешно?

— Ну, да, в некотором роде…

— А что Вас рассмешило?

— Например, то, что Вы не знаете, чем отличаются медведи от собак.

— Глупость какая! Всё я знаю!

— А недавно Вы говорили, что всё знать не может никто!

— Никто.

— Ну и…

— Что?

Неожиданно к нам подбежал небольшой светло-коричневый пёс, виляя тем, что должно было быть хвостом. Он весело прыгнул на хозяина, а потом на меня, толкнув передними лапами мои ноги.

— Ой! — я немного покачнулась от неожиданности, а Тэди сел напротив меня и тихонько зарычал.

— Не бойтесь, он дружелюбный.

— Я вижу.

Мы вышли на дорожку и пошли по парку к выходу. Листьев под ногами почти не было.

Тэди был пристегнут к поводку и уверенно бежал рядом с хозяином, изредка поглядывая в мою сторону.

— Как Вас зовут? — спросил меня мой сопровождающий.

— А Вас?

— Я первый спросил.

— Если я назову своё имя, то между нами возникнет энергетический мостик. Такой вид связи.

Молодой человек усмехнулся.

— А разве он уже не возник? Мы уже столько времени с Вами разговариваем!

— Нет. Ещё не возник. А если возникнет, то мы будем уже связаны друг с другом. Поэтому, подумайте сначала: нужна Вам эта связь?

— Откуда я могу сейчас это знать? Я просто спросил Ваше имя… Кстати, меня зовут Антон.

— Почему Вы решили, что это кстати?

— Ну, если бы это было некстати, то Вы, наверное, со мной так долго не разговаривали.

— Просто Вы первый, кого я встретила на пути.

— На каком пути?

— На своём.

Мы помолчали.

— Так, как Вас зовут? Вы не скажете? — снова спросил Антон.

— Вы настаиваете?

— Нет. Просто спрашиваю.

— Любовь.

3

Двадцать второй мини-цикл восьмого цикла 1001002 круга от Центра.

«Я родилась на межгалактическом корабле. Это мой дом. Моё имя здесь звучит, как Эл. Почти всё время, как и другие члены экипажа, я провожу здесь. Но иногда, приходится выходить в открытый космос. Реже — делать высадки на планеты. Если это входит в нашу программу. А программа у нас напряженная, и она постоянно изменяется и пополняется новыми пунктами-заданиями, которые разрабатывает наше специальное подразделение прогнозирования. Некоторые из них оказываются настолько срочными, что приходится менять курс и лететь во весь дух. «Во весь дух»… ну, вы поняли меня? Значит, со сверхсветовой скоростью. Это старое выражение я прочитала в книге с Земли. Сначала я не могла понять: как это — во весь дух? Но потом, я нашла толкование некоторых устаревших выражений и разобралась. Во весь дух — это значит очень быстро. Так же, как со сверхсветовой скоростью. Ещё это можно назвать телепортацией. А вот телепортация и раньше называлась телепортацией. Просто, этот процесс у людей находился в разделе фантастики. Как факт. Без объяснений. Люди почему-то думали, что это невозможно! Они ещё не знали тогда, как работают всеобщие законы физики, и как они связаны с нашим мозгом. Некоторые люди и сейчас так же думают. Например, на планете Земля. Но мы не будем им ничего объяснять. У них свой путь развития, и они должны пройти его сами. И книги у них ещё бумажные…

У нас тоже были похожие книги, только много много лет назад. Мои предки жили на одной из планет, похожих на Землю. Только очень далеко от неё. И сейчас, наверное, там живут люди нашей расы. Вообще, мы больше, чем с другими, имеем сходство с людьми Земли. Можно подумать, что у нас одни и те же предки. Но это не так. Просто, в процессе эволюции люди приобретают те или иные особенности внешности. Так как условия жизни на наших планетах схожи, то и внешние признаки людей с наших планет со временем стали почти одинаковыми.

Мои родители родились на этом же корабле, как и предыдущие поколения моих предков. Несколько тысяч лет назад, когда наш корабль готовили к полёту, мои пра-прародители изъявили желание быть в числе команды. Команды Наблюдателей. Были и другие корабли с другими командами, покидавшие тогда нашу планету. Но мои прародители выбрали этот. Потому, что они были учёными-исследователями, как и все последующие поколения, рожденные на нашем корабле. Но я выбрала другой путь.

Кораблём надо было управлять, его надо было защищать, ему периодически требовался ремонт, иногда, экстренный — из-за столкновения с различными космическими телами, которых не удавалось избежать. Это всё технические вопросы. Поэтому на корабле была создана автономная Техническая Академия, которая готовила специалистов в этой области. Точные науки давались мне легко. Я решила после получения обязательного образования поступить в эту Академию и стать космическим инженером. Это образование всегда пригодится в космосе…».

4

… — Любовь… — медленно повторил Антон. — А можно просто — Люба?

— Нет.

— Странно.

— Ничего странного. Зачем коверкать имена? Я же не предлагаю называть Вас Ант.

— Ант? Надо же до такого додуматься!

— Тут и думать нечего — первые три буквы.

— Но так никто не называет Антонов, а Любой — называют всех, кого зовут Любовь!

— Я — не все.

— Я уже заметил.

Я остановилась. Как же так? Что он мог заметить?

— А что Вы заметили, Антон?

— Что Вы не такая, как все.

— А я так старалась…

Я расстроилась.

— Быть как все? Зачем? Наоборот, все стараются чем-то отличиться. Выделиться из толпы. А не быть, как все!

— И Вы — тоже?

— Я — нет уже. Но когда был помоложе, носил серьги разные и всякую другую ерунду.

— А сейчас не носите?

— Нет.

— А чем же Вы теперь отличаетесь от других?

— Ничем.

— Это хорошо.

— Даже не знаю, хорошо ли… Вот мой дом!

Антон остановился. Тэди, натянув поводок, весь устремился к подъезду. Уже совсем стемнело. Я подняла голову и посмотрела на небо. Звёзд не было видно. То ли облачность, то ли ещё что-то, но небо было просто грязно-тёмно-синее.

— А звёзд совсем не видно, — сказала я тихо, вздохнув.

— Я и не помню, когда в Москве я последний раз видел звёзды, — подтвердил Антон.

— Как же вы здесь живёте? — удивилась я.

— Нормально.

— Странно. Я, пожалуй, пойду, — сказала я.

— Но, мы же договорились!

— О чём?

— Что я Вас провожу.

— Куда?

— Куда хотите. Только я Тэди закину домой. Это всего две минуты. Потом, Вы же сами говорили, что не торопитесь.

— Уже тороплюсь.

— Ну, тогда… если Вы будете ещё как-нибудь гулять в нашем парке, то, может быть, позвоните мне? Запишите мой телефон.

— Я запомню.

Антон продиктовал несколько цифр. Если их набрать на другом телефоне, то я услышу его голос. Я знала про этот вид связи.

— Только позвоните мне обязательно, Любовь! Вы обещаете?

— Хорошо.

Я достала из сумки пластиковый прямоугольник с кнопками и набрала на нем цифры, которые только что продиктовал мне Антон. У Антона в кармане куртки заиграла музыка.

Антон в полном недоумении достал свой телефон.

— Алло.

— Это Антон? — спросила я, приложив свой аппарат к уху.

— Зачем Вы звоните сейчас? Мы же рядом стоим!

— Но, Вы же попросили меня позвонить обязательно.

— Но, не сейчас же!

— А когда?

Антон убрал свой телефон в карман. Я не понимала его, и это меня расстраивало. Он покачал головой и, усмехнувшись, спросил:

— Девушка, Вы с какой планеты?

Как он догадался? Неужели я так по-дурацки себя веду? Ведь я прочитала всю информацию про Землю, которая была на корабле.

— Я — не с планеты, — ответила я честно. — Я — с корабля.

— С корабля — на бал, — пробубнил себе под нос Антон, продолжая улыбаться.

Но я услышала и заинтересовалась:

— На какой бал?

5

25 сентября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…На моей планете оранжевое небо. Приглушенно оранжевое. И темно-зеленая растительность. Всегда. Я имею в виду, что у нас листья на деревьях не желтеют, как на Земле. Они просто опадают зеленые, когда отживут свой срок, а вместо них вырастают новые. Ось нашей планеты почти вертикальна, поэтому смены времен года не бывает. Вечное лето. На экваторе, конечно, жарко. На полюсах никто не живёт. Но в других областях комфортно.

Трудности выживания — двигатель развития цивилизации. Люди научились строить себе жилища, когда на Землю пришли холода. У нас не было холодов никогда. Но мы научились строить великолепные здания. Что движет нашими поступками? Что-то совершенно другое. Совсем не земное.

Есть ли у нас любовь? Не знаю. Я не совсем понимаю, что люди называют любовью? У нас есть целесообразность. Пожалуй, это главное, что движет нашими поступками. Но я — не совсем такая. Я никогда не была на своей родной планете. Я знаю её только по фотографиям, фильмам и голограммам. Люди, которые проводят жизнь в космосе, отличаются от людей с планет. Мы — другие. Движет ли нами целесообразность? Пожалуй, да. Но инстинкт самосохранения и выживания, всё-таки, у нас на первом месте. Я не знаю, хорошо это или плохо…

Зачем я выбрала Землю для прохода астероидного пояса? Это же — не целесообразно! Но это — интересно. Мы — любопытные больше, чем осторожные. И со мной согласились почти все члены экипажа, включая командира корабля! Все устали болтаться в пустом пространстве. Всем захотелось хоть ненадолго ощутить твердую поверхность под ногами. На корабле остались только дежурные. Мы сейчас все здесь. На Земле. Кто где.

Я вот сегодня застряла в парке. Жёлтые листья сводят меня с ума! Такая красота! Не земная! Нет, наоборот, Земная! Успела наговорить каких-то глупостей молодому человеку. Он смотрел на меня с ужасом. Наверное, уже думал, что у меня с головой не всё в порядке. Может быть. Только у него — ещё больше не в порядке. А он этого не замечает… Вот целесообразность им точно не движет. Любопытство — да. Люди тоже любопытные, как мы. Ну и что в нас ещё общего? Все люди ищут любовь. Когда нет трудностей с выживанием, у них на первом месте любовь. А у нас — целесообразность, ну и любопытство. Это наши отличия. А что же ещё общего..?»

* * *

… — Антон, извините меня за дурацкие шутки, мне пора идти.

— Так Вы — шутили?

— А Вы подумали, что я — серьёзно?

— Нет.

— Да. Вы так и подумали. Вы уже бежать от меня хотели.

— Ну…

Надо уходить. Иначе, он что-нибудь точно заподозрит. Или я опять что-нибудь ляпну.

— До свидания. Приятно было поговорить.

— До свидания…

Антон растерялся. Медленно он думает. Почти все люди такие. Я уйти успею, пока ему что-нибудь придёт в голову. А ему ничего и не приходит. Я иду, не оглядываясь, и чувствую его взгляд на своей спине. Что за ерунда? Если хочешь остановить меня, крикни что-нибудь!

— Люба! — услышала я в спину. Я оглянулась.

— Я просила не называть меня так!

— Извини…те.

— Я сама позвоню, когда придёт время.

Я быстро пошла к переходу. Там загорелся зеленый шагающий человечек!

6

Двадцать седьмой мини-цикл восьмого цикла 1001002 круга от Центра.

«…Когда я училась в Технической Академии, произошло подряд несколько странных случаев. Стали пропадать люди, вещи, а иногда, наоборот, появлялись незнакомые предметы. Всем было понятно, что это связано с телепортацией. Но, почему она иногда происходит стихийно? Зависит ли это от места Вселенной или ещё от каких-то факторов? К тому же, всё большее количество людей на корабле страдало от тех или иных психологических, а, иногда, и психических проблем. Особенно, перед тем, когда что-то происходило. Не связано ли всё это?

При анализе данных было обнаружено, что здесь немаловажную роль играет время. Оно всегда привязано к какому-либо материальному объекту. А если этот объект движется, причём, с колоссальной скоростью, то время начинает вести себя непредсказуемо. Одна из групп выпускников Технической Академии занялась изучением проблем, связанных со временем. В эту группу вошла и я.

Сам вопрос, над которым мы работали, привлекал меня невероятно. Мы создали на корабле целый отсек, посвящённый изучению времени и даже добились определенных успехов. Некоторые вопросы для нас прояснились и мы уже знали, что можно делать, а что — нежелательно. А некоторые наоборот породили множество новых.

Время… Его нельзя потрогать, его нельзя увидеть. Его можно только почувствовать. Обычно, мы его чувствуем слегка — лишь лёгкое прикосновение.

Мы определили несколько областей в разных Галактиках, где время течёт по-другому, не так, как на нашем корабле. Попадая туда, корабль захватывался этими потоками и время у нас тоже изменялось. Хотя мы этого не чувствовали сразу. Сколько этих областей в нашей Вселенной? Никто пока не знал, а мы продолжали свои исследования. Мы были уверены, что где-то существовали и аномальные зоны. С другим, незнакомым для нас, временем. С другой, неизвестной нам жизнью…».

* * *

…На улице стало совсем темно. Вокруг меня весело поблёскивали огни уличных фонарей и окна домов. Я шла мимо витрин магазинов, красиво подсвеченных разным цветом. Там стояли игрушечные люди, не очень-то похожие на настоящих. Они все были грустно-одинаковыми. Неожиданно я увидела в одной из витрин книги. Некоторые были картонные, другие — нарисованные, но были и настоящие! Настоящие бумажные книги! Я стала искать дверь, которая ведёт в этот магазин, и с трепетом в сердце, зашла вовнутрь. Магазин был большой. Десятки стеллажей тянулись вдоль стен и в центре помещения стояли рядами, оставляя лишь проходы для людей. Все стеллажи были уставлены книгами плотно прижатыми друг к другу. Ещё книги лежали на столах, установленных на пересечении тех проходов, которые были пошире.

Я ходила и вдыхала книжный запах, и не могла решиться: какую книгу мне взять? Я подошла к столу и взяла самую верхнюю блестящую книгу. Какие белые у неё листы! Похоже, её еще никто не открывал. Я жадно начала читать текст на первой попавшейся странице. Откуда я знаю этот язык? Странно, но я всё поняла, что прочитала. Я закрыла книгу и стала разглядывать обложку на которой красовалось красное название — «Любовь в большом городе». Интересно, за книгу надо заплатить или её можно здесь прочитать? Я нашла в своей сумке кошелек и заглянула в него. Там лежали разноцветные маленькие листики бумаги с разными цифрами. Значит, я могу заплатить. Я повертела головой, но не увидела ничего похожего на то место, где обычно платят. Тогда я отошла в сторону, открыла книгу на первой странице и начала читать. Я быстро листала страницу за страницей, узнавая о всевозможных приключениях героев. Когда до конца мне осталось несколько листов, к столику, с которого я взяла книгу, подошел мужчина и положил на него ещё несколько таких же книг, как у меня. Потом он перевел на меня взгляд и, заметив, что я держу в руках книгу с этого стола, сказал мне:

— Я советую купить вам эту книгу. Она очень интересная.

— Спасибо, — ответила я. — Но я, наверное, куплю другую, потому что эту я уже прочитала. Мне осталось пару листов.

— Когда это Вы успели прочитать? Сегодня после обеда я привез первый тираж.

— Только что.

— Не может быть! Вы меня обманываете.

— Я быстро читаю.

— Но не настолько же! А Вы можете сказать, чем все кончилось?

— Нет ещё. Мне осталось несколько листов до конца. Можно я посмотрю и скажу потом Вам?

— Посмотрите…

Я быстро пролистнула последние страницы и закрыла книгу.

— Все хорошо. Они поженились.

— Если Вы действительно так быстро читаете, то Вам нужно работать в издательстве. Там каждый день по несколько десятков рукописей приходит. Редакторы не то, что читать, заголовки иногда не успевают просматривать. Какое у Вас образование?

–…Техническое.

— Высшее?

–…Да.

— Ну и хорошо. Читать Вы, как я понял, любите.

— Люблю. Особенно мне нравятся бумажные книги.

— А вот в издательстве, как раз, нужно будет читать, в основном, электронные файлы.

— Ну, и ладно.

— Так Вы что, согласны?

— Да.

— А где Вы сейчас работаете?

— Я сейчас не работаю.

— А где Вы вообще работали? Какая у Вас специальность?

— Инженерные системы летающих объектов, команда быстрого реагирования, а так же управление физическими системами.

— Что-то очень сложное…

— Не очень. Когда несколько лет попрактикуешься, ничего особенного.

— Приходите завтра с утра вот по этому адресу, — мужчина протянул мне белый бумажный прямоугольничек.

— Хорошо, — ответила я, разглядывая надписи на нем, чтобы понять: что именно из написанного является адресом? Но я быстро разобралась. — Я приду, — добавила я. А про себя подумала: «Только бы завтра не кончился астероидный дождь!»

7

14 октября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Первую ночь на Земле я провела, сидя на скамейке в парке. Мимо меня до самого рассвета не прошло ни одного человека, поэтому никаких происшествий не случилось. Утром я решила, что мне всё-таки придется найти себе жильё. Не могу же я сидеть каждую ночь в парке! Надо и поспать когда-нибудь. Тем более, я не знаю, сколько времени ещё продлится эта космическая непогода. Чтобы не привлекать внимания, я сняла небольшую квартиру в центре Москвы в тот же день, когда меня взяли на работу в издательство. Редактором. Временно. Издательство оказалось большое и известное. Но там никто не умел так быстро читать, как я.

И вот я уже работаю в издательстве. Я не знаю — «долго ли, коротко ли?» (так пишут в старых русских сказках!) по местным, земным меркам. Я читаю рукописи. Первое время мне никто не верил. Думали, что я обманываю. Делаю вид, что читаю, а потом сама что-то придумываю. Постоянно проверяли. Но всё, что я рассказывала, сходилось с сюжетом. Через некоторое время все, наконец-то, поверили в то, что я, действительно, так быстро читаю. Теперь меня все стали просить, чтобы я объяснила — по какой методике я научилась так читать? и научить остальных. Я сказала, что не знаю никаких методик, и чуть не ляпнула, что у нас все так читают. Всё-таки люди — удивительные существа! Они могут свести тебя с ума, не понимая каких-то простых истин, а потом выдать тебе вселенскую мудрость, над которой ты будешь размышлять полдня..!»

20 октября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…На Земле со мной стали происходить странные вещи. Я стала делать то, что раньше не делала, стала чувствовать что-то новое, необъяснимое — то, что раньше никогда не чувствовала. Здесь какая-то «заразная» среда обитания! Сначала я пыталась уверить себя, что всё это мне только кажется. Но потом я поняла: с каждым прожитым днём на Земле во мне что-то меняется, и если я здесь «зависну» надолго, то не знаю, что со мной будет дальше. Вдруг я стану такой же, как люди, здесь живущие?!

И ещё. Здесь мне снятся совсем другие сны, не такие, к которым я привыкла. Я стала видеть в своих снах его. Не то, чтобы видеть… Образ его был достаточно расплывчатым. Когда он появлялся, я боялась посмотреть в его сторону от смущения, но краем глаза всё-таки видела его силуэт. И чувствовала его присутствие. Сразу вокруг начинало что-то меняться, когда появлялся он. Я это ощущала по замиранию чего-то в груди. Что там может замирать? Сердце билось так же, ну, может быть, чуть быстрее. Но где-то посередине, рядом с ним, появлялся какой-то комок. Радостно-восторженный комок, разливающийся сладостным теплом по всему телу. Когда я просыпалась, я ещё чувствовала след того комка в груди. Я стала задумываться, кто бы это мог быть? Кто мне снится? И каждую ночь, засыпая, снова ждала его появления. Но понимание пока не приходило. Образ, являвшийся во сне, всё так же оставался расплывчатым и далёким, но неизменно приносил мне радость вместе со своим появлением.

Кто это? Зачем он приходит в мои сны..?»

22 октября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Несмотря на все проблемы, постоянно возникающие у меня здесь, мне нравится на Земле. Мне нравится та лёгкая беспечность её обитателей, с которой они шагают по жизни! Они каждый день совершают поступки, которые, если бы они задумались, им не следовало бы совершать. Но они, почему-то, не задумываются. Может быть, конечно, кто-то и задумывается, но ненадолго. Потому, что общая волна других людей сталкивает его и уносит за собой. Думай, не думай — а ты живешь в социальном обществе и если пойдёшь против течения, то не устоишь. Тебя снесёт, и сможешь ли ты подняться потом — неизвестно.

Когда же кончится этот астероидный дождь?! Сколько времени мне ещё предстоит здесь пробыть..?

Вчера я попробовала связаться с командиром корабля. Но он, почему-то, не вышел на связь. Потом я стала искать его первого помощника — моего друга Лео…».

8

25 октября 2015 года по летоисчислению Земли.

«Лео мой друг на корабле. Он старше меня, но ненамного. Когда я поступила в Техническую Академию, он её уже закончил. Но мы с ним оказались в одной группе по исследованию процессов времени. Там и познакомились.

Он высокий и симпатичный. Светлые глаза и светлые волосы. Сразу привлекает внимание. А я… Я обычная. По крайней мере, я всегда так думала. У меня тоже светлые глаза и светлые длинные волосы. На корабле почти у всех такая «светлая» внешность. Наверное, потому, что мы и несколько поколений наших предков родились в космосе. В Технической Академии было мало девушек, и только поэтому, как мне казалось, я не была обделена вниманием парней. Но это внимание носило характер целесообразности и рациональности, как и все наши действия и поступки. Никто не начинает встречаться с девушкой, пока не проведены тесты на совместимость. Психологическую и физическую. С психологической всё понятно — это и так иногда видно. А физические тесты включали в себя всевозможные анализы даже анализ ДНК и генетический код. Если что-то у кого-то было не так, то этот кандидат безоговорочно отклонялся. Спорить никому не приходило в голову. Выжить в замкнутом пространстве на протяжении многих столетий, сохранив здоровье и физическое и умственное — это была главная задача нашего сообщества, потому, что нас осталось на корабле немного. А у меня с физическим тестом что-то было не так. Моя ДНК поставила в тупик медиков, и они не рекомендовали мне вступать в брак в ближайшее время. Пока они не разберутся. Меня это нисколько не смутило, потому, что на тот момент я не испытывала ни только потребности, но и никакой целесообразности в этом.

С Лео мы прекрасно ладим. Иногда мне кажется, что Лео мог бы выбрать меня, а я — его, если бы не мой отрицательный тест…».

* * *

Я нажала на мобильном телефоне кнопку «Лео». У меня было несколько именных и экстренных кнопок, поэтому я старалась никому не показывать свой телефон. Вскоре, мне ответил знакомый голос.

— Включи скайп, — попросила я.

На экране появилось знакомое улыбающееся лицо.

— Привет Эл! Как дела? — спросил меня традиционно Лео.

— Привет! А ты бы хотел завести собаку на корабле?

— Какую собаку? Зачем?

— Не знаю, зачем. Просто.

— А почему ты спрашиваешь?

— Тут у всех собаки. Ты разве не заметил?

— Нет.

— А чем ты занимался всё это время?

— Путешествовал.

— Где?

— По Земле, конечно.

— Ну, да… А я работаю в издательстве.

— А что ты там делаешь? Технику ремонтируешь?

— Нет. Читаю рукописи.

— Просто читаешь? И это — работа?

— Я должна определять: интересно ли будет читать это людям?

— Откуда ты можешь знать, что интересно людям?!

Лео засмеялся на моём экране.

— Но это же — очевидно, — возмутилась я.

— И тебя ещё оттуда не выгнали?

— Нет. Мне даже деньги платят, представляешь?

— Не представляю.

Я вздохнула. Он ничего не понимает в книгах. Что с него взять?

— Как ты думаешь, мы скоро полетим?

— Ты же сама устанавливала автоматический режим на корабле.

— Устанавливала… Мне кажется, что я так давно здесь!

— Это только тебе кажется.

— Значит, не скоро…

Мне почему-то стало грустно.

— Нам сообщат, — Лео улыбнулся.

— Может, я успею завести собаку?!

— Завести успеешь, а вот дальше…

— Никто из нас не знает, что он может успеть, а что не может! Но это не значит, что надо сидеть и ничего не делать!

— Никто и не говорит, чтобы ты ничего не делала. Делай, что хочешь! Но не забывай, что когда-то корабль пройдёт астероидный пояс, закончится астероидный дождь, и нам надо будет возвращаться.

— И для нас закончится эта жизнь…

— Нет. Просто время вернется в свой нормальный режим.

— Ты считаешь, что у времени есть нормальный режим?

9

У выхода из метро стояла собака. Она была большая, грязно-белого цвета с чёрными пятнами. Местами шерсть свалялась. «Бродячая», — подумала я. Собака смотрела на людей, поднимавшихся по лестнице из подземного перехода, и некоторых провожала взглядом. «Наверное, есть хочет», — снова подумала я, глядя на собаку. Проходя мимо неё, я замедлила шаг и тихо сказала:

— Извини, но сегодня у меня ничего нет. Вот если завтра в это же время ты придёшь сюда, я захвачу что-нибудь поесть для тебя.

Собака внимательно посмотрела мне в глаза и даже повернула голову в мою сторону, когда я уже удалялась от неё.

На следующее утро я, собираясь на работу, вспомнила про своё обещание, и усмехнулась. Но на всякий случай открыла холодильник и отрезала толстый кусок вареной колбасы.

К моему удивлению, собака стояла на том же месте. Когда наши взгляды встретились, я тихо сказала:

— Пойдём, отойдём в сторону. У меня есть кое-что для тебя.

Собака послушно пошла за мной. Мы отошли за остановку, и я достала колбасу. Она вильнула хвостом. Значит, спасибо.

Так я приносила ей еду несколько дней. Собака вела себя сдержанно, с каким-то поразительным достоинством. Без излишней суеты следовала за мной за остановку и, разок, вильнув хвостом, прощалась со мной.

А потом были выходные, и я не ездила на работу два дня. Утром в понедельник я вышла из подъезда и увидела собаку. Она сидела и смотрела на меня с укоризной.

— Как ты меня нашла?!

Я была в полном изумлении.

— Извини, что я не предупредила тебя про выходные. У меня всегда два выходных в неделю и я не бываю в эти дни у того выхода из метро.

Собака смотрела мне в глаза и слегка шевелила бровями и ушами, пока я говорила. Я достала сосиску и положила перед ней.

— Если ты думаешь, что я тебя возьму в свой дом, к себе, то ты ошибаешься.

Собака подняла голову и перестала жевать.

— Видишь ли, я здесь ненадолго. Я успела полюбить собак, особенно больших — таких как ты, но в один прекрасный день я могу неожиданно уехать. Тебя с собой я взять не смогу. Ты успеешь привыкнуть ко мне, а потом опять окажешься на улице. Так нельзя…

Она слушала внимательно, так же шевеля бровями и ушами, слегка наклонив голову в сторону. Потом доела сосиску, подошла ко мне и осторожно лизнула мне руку.

— Пока, — сказала я ей. — Мне на автобус надо успеть.

И я пошла к остановке.

На следующий день, выходя из метро, я её не встретила. Я повертела головой: может быть она где-то в стороне? Но её не было. Её не было ни следующий день, ни через неделю.

Прошло ещё какое-то время, и я почти забыла про собаку.

10

29 октября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Сегодня, когда я ехала в автобусе с работы, то всю дорогу следила взглядом за стекающими по стеклу каплями. На улице было темно. Фонари расплывались и мелькали за окном размытыми контурами. Я вспомнила, что утром, когда я ехала на работу, тоже было темно. А сейчас, когда я возвращаюсь, уже темно. О, Боже! На этой планете когда-нибудь будет светлее?!

Островки искусственного света радовали глаз. Они были оранжевые, как небо моей родной планеты, которое я никогда не видела… Я люблю смотреть в окно, когда еду в автобусе, и думать. Думать обо всём на свете.

Огромное количество машин проносилось мимо, обгоняя мой автобус. Куда все едут? А куда еду я? На встречу с Антоном. Зачем? Это я и хочу понять. Пока не кончился астероидный дождь, всё равно надо чем-то заниматься. Потому, что когда он кончится, я буду уже далеко отсюда — латать дыры в своём корабле и готовить его к продолжению полёта. Куда мы потом полетим? Вернусь ли я когда-нибудь сюда?

А сейчас кто я здесь? Зачем я здесь? Наверное, я должна что-то делать? А я просто живу, хожу на работу, мечтаю о собаке, еду на свидание… А как же другие? Другие люди, которые живут на Земле? Они знают, что должны делать? Я раньше слышала от кого-то, что жители Земли сами должны найти ответы на эти вопросы. В течение жизни. Но как? Как они это делают? Как им это удаётся? Неужели они догадываются, что им нужно делать? Ведь если делать что-то неправильно, не то, то сразу начинаются неприятности. А если всё время тыкаться наугад, то неприятности будут происходить постоянно. Всю жизнь. Как они могут так жить? Как они выживают в таких условиях? Кто придумал эти условия игры? Этой жестокой игры? Теперь я начинаю понимать, что значит быть человеком… Это постоянно натыкаться на препятствия, и не иметь никакой информации по их устранению. Кроме собственного опыта, наблюдательности и опыта предыдущих поколений. Если, конечно, он запечатлен в каких-нибудь источниках. Например, в книгах. Но нельзя же прочитать все книги на Земле! Наверное, поэтому я и пошла работать в издательство. Чтобы успеть прочитать хоть что-нибудь…

Ничего себе, схема выживания! А если я здесь проездом? Ненадолго? В общем-то, все здесь, на Земле, не надолго… Как я смогу понять за такой короткий срок: что делать мне?

Может быть, изучить время, которое проходит через Землю? Пока идёт астероидный дождь. Вот тебе ещё одна возможность для исследования процесса времени на другом материальном объекте! Пережду дождь и узнаю о времени что-то новое… Только о времени? А при чём тут любовь? Почему это условие выскакивает в навигаторе первым, при посадке на эту планету? Это что — так важно? Разве это условие выживания здесь? Не может быть! Здесь условия для жизни определяет солнечный свет, атмосфера с пригодным для дыхания воздухом, наличие воды и пищи. Всё очень похоже на мою планету. При чём тут любовь..?»

11

Однажды, мы экстренно приземлились (ха-ха! всё-таки, наверное, «припланетились» или «опустились», в конце концов — «сели на поверхность неизвестного небесного тела»!) В общем, совершили посадку. Ведь это была не Земля! Так вот. После посадки я с группой астронавтов вышла для осмотра внешних повреждений корабля. Планета была каменистая. Острые обломки огромных камней громоздились повсюду. Как будто их специально неровно насыпали. Там была атмосфера. Но её состав не подходил нам для дыхания, поэтому я неуклюже передвигалась в скафандре вдоль корабля, осматривая обшивку. Неожиданно за спиной я почувствовала движение. По зеркальной поверхности корабля пробежала тень. Я медленно, с опаской оглянулась. Рядом со мной стоял огромный, гладкий, словно отшлифованный, камень. Клянусь! Его не было здесь ещё минуту назад! Он был неподвижен. Через мгновение несколько камней поменьше плавно поднялись и переместились к этому большому камню. Они выстроились в ряд, как солдаты, и я бы сказала, рассматривали меня, если бы у них были глаза. А, может, и были… Я от неожиданности потеряла дар речи.

«Кто вы?» — пронесся вопрос в моем мозгу.

Это они спрашивают? Камни?

«Да, это мы спрашиваем.»

Я повернула голову в поисках своих коллег, и с ужасом увидела, что возле каждого стоят такие же горы любопытных камней.

«Мы астронавты», — ответила мысленно я, немного успокоившись.

«Откуда вы?»

«Из космоса.»

«Что вы делаете?»

«Ремонтируем корабль.»

«Что вы делаете в космосе?»

«Мы исследуем его.»

«Значит, вы улетите обратно?»

«Да, когда починим корабль.»

«Скоро?»

«Не знаю.»

«А можно нам посмотреть, что у вас внутри?»

«Если только самым маленьким. Боюсь, что большие и тяжелые камни могут повредить наш корабль.»

«Если бы мы хотели повредить ваш корабль, то давно бы это сделали. Мы можем становиться почти невесомыми и не причиним вреда вашему кораблю.»

«Вы органическая жизнь?»

«Нет. Неорганическая.»

Удивительно!

«А вы не встречали такую?»

«Нет.»

«Просто вы не заметили. Космос наполнен разными видами жизни, и почти все из них разумные. Нам очень скучно здесь. У нас уже много тысяч лет ничего не происходит, и кроме нас здесь не осталось никакой формы жизни.»

«А раньше здесь ещё кто-то жил?»

«Старые камни помнят существ, похожих на вас.»

«Куда они делись?»

«Улетели. Когда кислорода на планете осталось совсем мало. Но нам для жизни хватает.»

«А вам нужен кислород?»

«Да. Совсем мало, но нужен. Какое-то время мы могли бы находится в безвоздушном пространстве, например, в космосе, но потом бы умерли. Как все эти метеориты, залетающие к нам с разных концов вселенной.»

«Значит, вы умираете?!»

«Конечно.»

«А что происходит с вами после смерти?»

«Мы превращаемся в песок. А вы?»

«В общем-то, тоже.»

«Вот видите, жизнь одинаково заканчивается для любой формы её проявления.»

«Подождите. Не может оставаться только песок! А как же душа?»

«А что это?»

«Это то, что должно оставаться после смерти. Душа бессмертна.»

«Мы считаем, что ничего бессмертного нет. Есть жизнь в разных стадиях проявления. То, что вы называете душой, мы называем сущностью. Она может существовать очень долго, но потом может трансформироваться и перейти на другой уровень или в другое измерение.»

«А сколько вы знаете измерений?»

«Пока десять.»

«Ничего себе! Мы только шесть.»

«Значит, мы старше. Ну, так как насчёт корабля?»

«Я должна спросить у командира.»

— Это опасно, — ответил мне командир на просьбу об осмотре камнями внутренних помещений корабля. — Мы не знаем, на что они могут быть способны. Мы не знаем их ценностей и их привычек. И что у них на уме. Они ведут разумный диалог, но это ничего не значит. Какие у них намерения? Даже если самые добрые, они случайно могут нанести нам вред. Сквозная пробоина в корабле при экстренном торможении — как тебе такой вариант?

«Мы всё слышали», — ответил мне самый большой камень, когда я появилась на складном трапе. Скорее всего, он был главный. — Опасения вашего командира небезосновательны. Но возьмите с собой хотя бы вот этого малыша.»

На уровне моих глаз проплыл маленький белый камешек. Размером с большую пуговицу от пальто. И похож он был на пуговицу — плоский, с гладкими округлыми краями. Такие камешки можно увидеть на берегу моря или реки. Я протянула руку и он сразу опустился на неё. И хотя на руке была толстая монтажная перчатка, я почувствовала тепло, исходящее от него.

«Ты такой горячий?»

«Я могу изменять свою температуру.»

«Пожалуйста, сделай похолодней! А то прожжёшь мне перчатку.»

«Какую температуру ты хочешь?»

«Ты можешь определить температуру моего тела.»

«Да.»

«Тогда не выше. Пойдем со мной к командиру. Попробуем с ним договориться.»

Командир разрешил. Маленький камешек оказался таким обаятельным, что смог его уговорить. Но прежде, чем решение командира стало окончательным, были проведены тесты и анализы. Камешек оказался безопасным с химической точки зрения, и с физической — условно безопасным. (Получить по лбу таким камнем, я думаю, всё-таки опасно!)

Мы попрощались с необычными обитателями планеты, когда ремонтные работы на корабле были закончены. Обещали непременно завернуть к ним при случае.

Так у меня появился новый друг. Я дала ему имя, созвучное с нашими — Кам. Он не возражал.

Кам поселился в моей каюте. Когда я покидала её, то брала его с собой, положив в карман. Из кармана он мог выбраться самостоятельно, когда считал нужным. А был он любопытным. Но не болтливым. Это мне особенно нравилось. Потом много раз он меня выручал.

Да… А нам для жизни нужен не только кислород.

* * *

05 ноября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Я брала Кама с собой на работу в издательство. Он никак не соглашался оставаться один дома! Я объяснила ему, что если он где-нибудь публично взлетит, то это будет его последний полёт. Я даже не представляю, что началось бы. И он обещал вести себя прилично. К тому же, на Земле сила тяжести была значительно выше, чем на его планете Камней. (Мы так её окрестили между собой, а потом даже официально внесли это название в наши навигационные карты). Поэтому Кам взлетал на Земле с трудом, передвигался неуклюже, и заканчивалось всё внезапным, даже для него, плюханьем куда придётся. Энергия быстро кончалась. Здесь приходилось тратить гораздо больше энергии. Даже мне. Он ворчал, ругался, а я смеялась. Потом подбирала его и, поглаживая, успокаивала. Ещё один плюс — с ним всегда можно было поговорить, обсудить что-либо не открывая рта. Иногда это было очень удобно, просто не заменимо!

В издательстве Кам знал уже всех по именам. Его, конечно, не знал никто. Обычно он сидел у меня в кармане джинсов. Первое время его это сильно расстраивало. Как это так?! Его не знает никто! Хотя он понимал, что если высунется, то ему конец…».

12

06 ноября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Мне пришлось научиться красить ресницы чёрной тушью. Несколько раз ткнув щеточкой в глаз, после чего дождавшись, когда перестанут течь слезы, я кое-как покрасила их первый раз. Потом губы блеском. Липким. Просто женщины на работе замучили меня вопросами: почему у меня такие длинные и черные ресницы и такие красные губы? Татуаж? Нарастила? Рассматривали меня вблизи, чтобы убедится, что не накрашены, а потом опять принимались расспрашивать. Да, у меня светлые волосы, но ресницы и брови темные, потому, что так захотели мои родители и ввели это в мою программу внешности. И я уже ничего не могу с этим поделать и объяснить это здесь не могу. Поэтому я стала как все с накрашенными склеенными ресницами и липкими блестящими губами. Зато теперь никто ничего не спрашивает! Удивительно…».

08 ноября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Когда мечта осуществляется, она перестает быть мечтой. Она становится повседневностью, обычными буднями — даже не выходными. Но пока она не осуществилась, она так и манит, зовёт за собой, притягивает твои мысли, движет твоими поступками. Ярким пятном она сидит в подсознании и всё время напоминает о себе. Ты постоянно решаешь вопрос, который пульсирует в голове: а что сегодня я могу сделать для осуществления этой мечты? А что я должен сделать завтра? А, может быть, я ещё что-нибудь могу сделать?

У меня была одна мечта — я хотела увидеть свою родную планету. Не на фотографиях, ни в фильмах, а по-настоящему. Ступить на неё ногой. Вдохнуть её воздух. Глотнуть из её источников. Мне всегда не хватало этого. Но когда я первый раз оказалась на Земле, моя мечта почему-то стала тускнеть. Земля каким-то образом проникла в мою мечту и сделала её бесформенной и блеклой. Она вытеснила своим могучим напором все прежние краски и заменила их своими. Совсем другими, но не менее яркими.

Я прежде не встречала таких интересных планет. Таких глубоких и противоречивых. Однажды мне пришла мысль: а не разочарует ли меня теперь моя родная планета, если мне доведется на неё вернуться? И это меня испугало…».

* * *

…Однажды, я спросила Лео: что он думает про Землю? Похожа ли она на нашу планету?

— Нет, ответил он, — она совсем другая. Но люди Земли — похожи на нас. Только они эмоциональнее, чем мы. Они не умеют жить в равновесии. Постоянно мечутся из крайности в крайность.

— Но ведь если у человека сбывается мечта, — продолжила я вслух свои рассуждения, связанные с моей мечтой, — она уже не интересует так, как раньше. Поэтому люди всегда хотят чего-то нового. Придумывают, например, новую мечту.

— А у тебя есть мечта? — неожиданно поинтересовался Лео.

— Да.

— И какая?

— А ты бы хотел увидеть нашу родную планету? — ответила я вопросом.

— Боюсь, что это не осуществимо, да и зачем?

— Тебе разве не интересно?

— Я всё знаю про неё.

— По книгам и по картинкам?

— Ещё есть видеоматериалы. И голограммы.

— Тебя это устаивает?

— Вполне.

— А я — хочу большего. Я хочу увидеть её сама. По-настоящему.

— Странно… Это и есть твоя мечта?

— Да.

13

18 ноября 2015 года по летоисчислению Земли.

«…Почти все листья оторвались от деревьев. Деревья стоят, как карандашом нарисованные! Не живые какие-то. А земля покрыта толстым, уже не жёлтым, а бурым слоем того, что когда-то было листьями… Временами начинает падать снег. Но он быстро тает. И тогда на улице становилось совсем темно. Тёмный асфальт, тёмное небо. Почти чёрные голые деревья. И солнце стало садится уже днём… А на что тут смотреть? Утром встанет, взглянет, расстроится и скорее садится обратно за горизонт. Я испугалась, что однажды оно может совсем не встать. И темнота поглотит Землю. Но мне сказали, что в декабре, обычно, выпадает снег, который уже не тает до весны, и от этого становится светлее. И солнце будет вставать каждый день. Хоть и не надолго, но будет. Это уже хорошо.

Я пригласила Антона в гости в пятницу вечером. Без собаки. Он согласился. Тем более, что ему ко мне ехать на метро. А в метро Тэди не ездил ни разу. Я думаю, что ему там будет страшно от ужасно громкого грохота поездов и огромного количества пассажиров. Даже мне страшно…».

* * *

…Я поставила на стол свечи. Я очень люблю свечи. У них живой огонь. На корабле запрещено зажигать живой огонь. Понятно почему. А здесь можно даже в квартире. Правда, совсем маленький. Но всё равно, это — замечательно! Недавно на улице я видела костер около мусорных контейнеров. Я остановилась и долго смотрела на него. Он постоянно менялся. Он дышал, он радовался, переливаясь всеми своими язычками, и выстреливал искры. Он жил. Он был похож на кусочек звезды.

Антон принес мне цветы. Красивые. Только я не знаю, как они называются. И ещё бутылку вина. Мы сели за стол, и я зажгла свечи…

— Сегодня у нас романтический ужин при свечах, — объявила торжественно я.

— Романтический? — переспросил Антон.

— Да, — подтвердила я.

Антон встал со своего места, подошёл ко мне, наклонился и поцеловал меня в губы.

— Что ты делаешь? — спросила я его, переводя дыхание.

— Начинаю романтический ужин, — улыбнулся Антон.

— Это неправильно. Начинать надо с салата.

Антон приподнял брови.

— Неужели?

— Да, так написано.

— Где?

— Я не помню…

— Ну вот, сама не помнишь, а говоришь, — Антон засмеялся. — Мы же взрослые люди!

Он сел на своё место напротив меня.

— Мы? Взрослые? — я на мгновение задумалась. — А сколько тебе лет?

— Я — совершеннолетний, — серьёзно ответил Антон. Мне двадцать два года. А тебе?

А сколько мне земных лет? Совершенно невозможно так сразу сообразить. Ну, где-то, столько же. Может быть, даже чуть-чуть побольше.

— Столько же.

Про побольше я промолчала.

— Хорошо, — сказал Антон. — Мы установили, что мы — взрослые. Тогда тащи салат.

Я принесла салат и разложила его по тарелкам. Антон налил в бокалы вина.

— За тебя! — сказал он, подняв бокал.

Я улыбнулась и сделала несколько глотков. В голове что-то щелкнуло, по ощущениям похоже на небольшой электрический разряд. Я охнула от неожиданности.

— Что такое? Тебе не нравится вино?

После разряда, по всему телу разлилось тепло, а Антон, сидящий напротив меня, стал покачиваться и расплываться. Я повернула голову и увидела, что все предметы в комнате тоже качаются и теряют свою первоначальную форму. Я потрясла головой.

— Что случилось?

Антон встал и подошёл ко мне.

— У меня всё качается…

— Что-то быстро как. Ты же только глоток сделала!

— Это что? Яд какой-то?

Я взяла фужер с вином за тонкую ножку, но он предательски наклонился в моих неуверенных пальцах. Антон едва успел подхватить его.

— Нет. Это обычное вино, — ответил он в замешательстве, отодвигая от меня фужер на безопасное расстояние.

— По-моему, оно необычное. Ох, как мне нехорошо…

— У тебя что, аллергия на вино? Зачем же ты пила?! Где у тебя лекарства?

Антон начал метаться по комнате.

— Нет у меня никакой аллергии, — я поддерживала голову двумя руками, поставив локти на стол. Так меньше кружилось. — Всё, я поняла! Вещество, которое входит в вино, действует на мозг!

— Конечно, действует! Вот новость-то! Зачем бы его тогда пили?

— Но, оно же блокирует связи!

— Какие?

— Нейронные.

— Зато, много чего другого разблокирует.

— Что?

— Тайные желания, например.

— А у тебя есть тайные желания? — заинтересовалась я.

— А у тебя — нет?

— Есть.

— Что же ты мне раньше не сказала!

— А зачем тебе это знать?

Антон подошёл и снова поцеловал меня в губы. Этот поцелуй длился уже дольше. Или мне так показалось? Потому, что всё вокруг и так кружилось…

— Что ты делаешь?! Мы же не прошли тест! — выпалила я, как только он оторвался от моих губ.

— Какой?

— Генетический. На совместимость.

— А, может быть, так проверим?

— Нет. Мы не сможем. Это можно сделать только в лабораторных условиях.

— Блин… Давай так, без лабораторных условий. Ты сама сказала, что у тебя тоже есть тайные желания!

— Сказала.

— Я почему-то думаю, что они должны совпадать.

— Да? А какие у тебя?

— Ты мне очень нравишься. Я всё время думаю о тебе. Но только сегодня я первый раз тебя поцеловал. И у меня остались ещё тайные желания…

— Правда?

— Да. А у тебя какие?

— А мечту можно назвать тайным желанием?

— Конечно!

И я сразу вспомнила про свою планету. Вот бы её увидеть! Но вслух я не сказала, так как мои нейронные связи уже восстановились. Почти полностью…

14

Позвонили в дверь. От неожиданности я подскочила на стуле, и остатки алкоголя моментально вытряхнулись из меня. Антон вопросительно посмотрел на дверь, а потом на меня.

— Я не знаю, кто это, — я смотрела на Антона и качала головой из стороны в сторону.

— Ну, и не открывай.

— Как это?

— Очень просто.

— А вдруг это что-то срочное?

— Что, например?

Я только глубоко вздохнула.

— Я открою.

Антон разозлился.

— Как хочешь.

На пороге стоял Лео. Я его не сразу узнала. Он был в красивом черном пальто, а длинный серый шарф был намотан вокруг шеи. Светлые волосы были уложены не так, как я привыкла видеть его на корабле. Он был, как с картинки глянцевого журнала, рекламирующего стильную мужскую одежду. Возможно, он там и подсмотрел этот образ.

— Привет! — сказал Лео, входя в прихожую, в конце которой у двери в комнату появился Антон.

Лео сразу перевел на него взгляд, но потом снова посмотрел на меня.

— Что случилось? — сказала я первое, что пришло мне в голову.

Лео снова посмотрел на Антона.

— Да, извини… Это — Антон, мой знакомый. А это — Лео, сказала я, поворачиваясь к Антону. — Лео… — мой коллега, — нашлась я.

— Очень приятно, — механически отреагировал Лео. — Там… проблемы на работе возникли. Нам нужно срочно их решить.

Я понимала, что Лео говорит не о моей редакции, и от этого мне стало даже страшно. Самое страшное, что при Антоне я не могла ничего у него спросить по существу, но всё равно спросила:

— Какие проблемы?

Я умоляюще смотрела на Лео. Он сглотнул, вдохнул. За это время ему в голову должна была прийти какая-нибудь связанная мысль.

— Серьёзные. Очень.

И это всё, что он придумал?

— Я должна быть там? — подсказала я.

— Да. Обязательно.

— Да что случилось-то? — вступил в разговор Антон, подходя к нам из другого конца коридора.

— Я так понимаю, что-то с макетами, а тираж, должен быть напечатан в понедельник. А если мы не напечатаем, то будем платить неустойку. Так что ли? — я обернулась к Лео.

— Так.

— А при чём тут ты?! Ты же — редактор! Макетами не ты занимаешься. — Антон резко выдохнул воздух.

— Новые макеты надо будет проверить. Антон, извини меня, пожалуйста. Но я должна ехать. Встретимся в другой раз.

— Другого раза не будет. Я правильно понял? — Антон уже надевал свою куртку.

— Почему?

Антон уничтожающе посмотрел на Лео.

— Потому! И незачем тут спектакль разыгрывать про макеты.

Лео молчал, но был напряжен. Впрочем, как и я. Хлопнула дверь, и я с болью, но, в то же время, с облегчением, вздохнула.

— Корабль пропал, — выдал Лео сразу, как только шум от хлопающей двери растворился в тишине.

— Как это?!

— Я сегодня хотел туда вернуться, чтобы посмотреть, как продвигаются дела с прохождением астероидного пояса. И не нашёл его…

— Пояс или корабль? — совершенно по-дурацки уточнила я, в тайне надеясь, что пояс.

— Корабль, конечно! — окончательно потеряв намёк на хорошие манеры поведения, заорал Лео.

Я закрыла глаза. Спокойно.

— А ты пробовал связаться с кем-нибудь на корабле?

— Никто не отвечает.

— А где командир?

— Он тоже не отвечает.

— Я, в общем-то, тоже пыталась не так давно связаться с командиром, но у меня не получилось. Помнишь? Я тебе тогда позвонила! Я в этот день больше ни с кем связаться не смогла! Только с тобой.

— Но это было давно, почти месяц назад!

— А ты разговаривал с кем-нибудь после этого?

— Кажется, нет… А ты?

— Нет. Так, значит, он давно пропал?

— Не знаю…

— Давай вместе искать. Ты есть хочешь?

— Что?

— Я Антона на ужин пригласила. Мы поесть не успели.

— А.

— Так ты будешь есть?

— Не знаю…

Лео медленно стянул с себя пальто. Мы прошли в большую комнату.

— Огонь… У тебя огонь на столе!

— Это свечи. Нравится?

— Да. Они похожи на кусочки звёзд…

* * *

Лео сел за стол.

— Салат будешь? — спросила я.

Лео не ответил. Он, не моргая, смотрел на свечи.

— У тебя есть координаты корабля? — спросил он меня, когда я поставила перед ним тарелку с салатом.

— Конечно.

— А скафандр?

— Да.

— А у меня…нет. Не помню, куда я его засунул.

— Хорошо провёл время, видимо.

— Не плохо. Я вижу, ты тоже не скучаешь здесь.

— Стараюсь.

Мне стало почему-то обидно после его слов. Хотя ничего такого он вроде бы и не сказал. Я доела салат и пошла доставать скафандр. Кам заёрзал в заднем кармане джинсов.

— Не волнуйся, я возьму тебя с собой, — сказала я вслух.

— Меня? — спросил удивленно Лео.

— И тебя тоже, только попозже. Когда вернусь со скафандром для тебя. Смотри, не пей вино, пока меня нет. Оно действует на нейроны.

— Я знаю. Отлично действует!

— Я бы так не сказала.

Скафандр умещался в маленькой коробочке. Это одно из достижений наших инженеров. Я переложила Кама во внутренний карман скафандра и взяла со стола сотовый телефон, чтобы найти координаты корабля.

— Я буду ждать тебя здесь, — сказал мне Лео, приступая к мясу и прихлёбывая вино из фужера.

Я сделала большие глаза, но он помахал рукой и головой повертел, что означало, видимо, полный порядок. Ну, хорошо. Я сосредоточилась и отправилась по заданным координатам.

Корабля не было. Вокруг меня пролетали глыбы астероидов. Я подумала, что корабль мог увлечь за собой какой-нибудь огромный кусок. Значит, можно поискать его, отправившись по траектории движения этого астероидного потока. Я стала перемещаться небольшими телепортационными прыжками по ходу движения астероидов. Запаса кислорода у меня на полчаса. Если через пять минут не увижу ничего впереди, то придётся возвращаться обратно.

Через пять минут я увидела наш корабль. Он, как я и думала, «прицепился» к огромному куску камня. (Когда я так подумала, употребив слово «камень», то Кам сразу заинтересовался и вылез посмотреть в моё стекло, тем самым мешая моему обзору. Я быстренько заставила его убраться обратно в карман, пригрозив безвоздушным пространством. Он послушался сразу. Умный такой! И где у него ум находится? У него же нет мозга! Всё-таки камни его интересуют больше всего на свете!) А с другой стороны этой каменной горы — был другой корабль! Он был истрепан временем, как мне показалось, даже больше нашего. Наверное, командир решил полететь за ним, чтобы узнать всё наверняка — что это за корабль? Поэтому, нашего корабля и не было по ранее условленным координатам. А вдруг это один из кораблей нашей армады, пропавших давным-давно?

Я телепортировалась в наш корабль. Сняв шлем, с облегчением вдохнула. Но в зале управления я никого не нашла. Тогда я включила прямую связь с командиром и сообщила, что я на корабле. Он ответил мне сразу. Он находился в «прицепившемся» с другой стороны корабле и исследовал его. Я снова надела шлем и решила перенестись туда же.

* * *

Меня встретил тёмный коридор. Интересно, здесь есть воздух?

«Не надо проверять!» — отозвался в моём кармане Кам.

«И не собираюсь», — ответила я.

Включив фонарик на шлеме, я пошла по коридору. Коридор был такой же, как на нашем корабле.

«Интересно, а здесь есть кто-нибудь живой?»

«Я не чувствую», — услышала я реплику Кама.

«Что ты не чувствуешь?» — забеспокоилась я.

«Что здесь есть кто-то живой.»

«Значит, никого? Очень жаль…А как же наш командир? Он же переместился сюда. Он ответил мне отсюда.»

«Он сейчас уже далеко.»

«Ничего не понимаю. Где он?»

«Я не слышу его мыслей.»

«Странно…»

И вдруг я увидела дверь с надписью «Время»! Я резко остановилась. По спине пробежал холодок. Точно такая же надпись, как у нас. Код от этой двери на нашем корабле знает только командир, Лео и я. Я набрала комбинацию цифр и букв на кодовом замке. Дверь щёлкнула и открылась. Как странно! Мой фонарик осветил информационный экран, который занимал почти всю стену. Он был выключен… Я села в кресло и нажала тумблер. Экран сначала замигал, а потом стал тёмно-синим с золотыми точками звёзд. Я запросила координаты. На экране появилась красивая планета — бело-голубая… Уже знакомая мне. Видимо, ближайшая к кораблю в системе звезды Солнце.

— Что ты показываешь мне сейчас? Это — Земля? Я и так знаю, что она ближайшая, — заговорила я с экраном. Я откинулась на спинку кресла, которая страшно заскрипела. А на экране появилась бегущая строка, которая сообщила мне, что ближайшая ко мне планета — та, что на экране! — Тэра…

— Что?!! — я вскрикнула и резким движением, опрокинув кресло, встала.

Кам вылетел из кармана и сообщил мне, что нужно возвращаться — кончается кислород. Я его не слышала и продолжала смотреть на бегущую строку на мониторе. Тогда он начал стучать в стекло шлема, и по неосторожности (или специально?) стукнул меня по носу. Я опомнилась, посмотрела на часы, и переместилась на наш корабль. Но корабля не было! Я оказалась в космосе рядом с этой огромной глыбой, с обеих сторон которой некоторое время назад были корабли. Теперь не было нашего! У меня воздух почти закончился. Мне пришлось отправиться обратно на Землю, к себе, так ничего и не выяснив до конца.

* * *

Лео так и сидел за столом.

— Ну, принесла мне скафандр?

— Какой скафандр..?

Я сняла шлем и села за стол напротив него. У меня не было сил говорить. Я тяжело дышала. Наверное, у меня было такое лицо, что Лео отложил вилку и встревожено спросил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Любовь. Дневник астронавта Эл предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я