Глава 9
Габриэль сидел у кровати спящей Ромашки и держал ее за руку, медленно выводя на прозрачной коже огненные узоры. К сожалению, Вилма оказалась права, магия на девчонку не действовала, она стекала по коже и растворялась в воздухе, не желая ложиться на ауру защитным коконом. Да на ней даже элементарные маяки не держались!
— И как мне тебя защитить, малыш?
Он прижал к губам тонкое запястье с золотым рисунком. По телу прокатилась дрожь, и за спиной вспыхнули огненные крылья, вспыхнули и тут же погасли. Он еще мог себя контролировать, но с каждым разом это становилось все сложнее.
— Я очень виноват перед тобой, прости меня.
Еще один нежный, едва ощутимый поцелуй, и герцог осторожно опустил девичью руку на постель. Уходить не хотелось, хотелось лечь рядом, прижать к себе и молча вдыхать ее аромат, ничего не говоря и ни о чем не прося. Просто быть рядом…
Вилму он нашел в лаборатории. Целительница склонилась над магической доской и, когда он вошел, только ногой вяло дернула, но взгляд не подняла.
— Мне нужен полный отчет, — жестко произнес Габриэль, сразу давая понять, что пришел он как лицо официальное.
— Жди, — буркнула девушка.
Герцог знал, настаивать бесполезно, поэтому сел в кресло и прикрыл глаза, вспоминая обед в Роби-холл — лица, жесты, слова… Подлить яд мог любой. Кухня у Робертсонов открыта, слуги бегают везде, особого контроля нет. Да даже с улицы могли зайти! Черный ход никто не охранял, продукты подвозили именно туда. Почему он не знал, что у нее аллергия на морепродукты? Почему она не призналась? Хотела, чтобы он мучился чувством вины? Тогда у нее получилось. Кулаки непроизвольно сжались, и по ним пробежало пламя.
— Эй! — возмущенно окликнула его Вилма. — Спалишь мне здесь все, не рассчитаешься!
Вдох, выдох… Он загладит вину, подарит маленькой колючке что-нибудь из сокровищницы рода, что-нибудь с намеком…
— Держи! — Вилма впечатала зеленую папку в грудь герцога. — Береги свою невесту, Габи, в следующий раз ей может не повезти. И запомни, магией ее не вылечить!
— Приготовь универсальное противоядие, Вилма. — Годфрей поднялся. — Мне ведь не нужно напоминать? Все, что касается баронессы Романны Робертсон, секретно.
Глаза эльфийки блеснули зелеными молниями, она сощурилась и тоном, которым можно было заморозить озеро, отчеканила:
— Тебе напомнить строки договора? Договор потеряет силу в тот момент, когда преданность одного из нас подвергнется сомнению. Я свободна от обязательств?
— Прости. — Габриэль покаянно опустил голову. — Прости, Вилма, я по-прежнему готов доверить тебе свою жизнь.
— Но не жизнь своей пары? — усмехнулась девушка. — Ты дурак, Габриэль Годфрей. Иди и займись тем, что ты умеешь делать лучше всего, и прекрати думать, что ты единственный мужчина в мире!
Герцог кивнул и вышел, на ходу отдавая приказы в небольшой переговорный амулет. Через полчаса в Роби-холл прибыла команда ликвидаторов, возглавляемая мистером Шомсом, лучшей ищейкой королевства и старым приятелем Габриэля.
— Перетрясти здесь все и всех! — жестко скомандовал Годфрей, выходя из портала посреди гостиной и пожимая другу руку. — А я побеседую с местными призраками.
— Это если они захотят с вами побеседовать. — Дворецкий поклонился. — Но я могу проводить вас.
— Если не захотят, отправятся в Хаос.
Габриэль кивнул помощнику и решительно направился за дворецким. В папке, которую дала ему Вилма, было слишком много загадок, и часть из них уходила корнями в очень далекие времена.
* * *
Я приходила в себя медленно и болезненно. И это было ненормально! Моя микстура действовала всегда мгновенно, за час убирая последствия аллергии. Сейчас же… Кожу пекло, конечности плохо слушались, в горле поселилась сухая горечь, а в глаза словно песка насыпали.
— Уверена, ты меня простишь, но я выбросила твое платье, — раздался мелодичный женский голос, и я с трудом повернула голову на звук. — Молодой девушке носить такое противопоказано, если только она не собирается стать монашкой в самом бедном монастыре на краю света.
Девушка была настолько красива, что сначала я решила, будто это галлюцинация. Огромные зеленые чуть раскосые глаза, аккуратный носик и пухлые яркие губы, но самым примечательным оказались ее волосы — длинные, до колена, светлые с золотым отливом, мне казалось, что в волосах незнакомки запуталось солнце. На ней был зеленый зачарованный балахон, такие обычно носят очень дорогие и востребованные целители.
— Я клановый целитель, — улыбнулась она, заметив мой интерес. — Можешь звать меня матрес Вилма. Пей!
В рот уткнулась маленькая белая чашка, в нос ударил запах болотного аира. Я поморщилась, но выпила.
— Я не понимаю…
— Неудивительно. Тебя очень качественно отравили, — спокойно, словно сообщала о хорошей погоде, проговорила матрес.
— Отравили?
Да ну! Ерунда какая-то. Неважный она целитель, коль не смогла отличить аллергию от отравления!
— Вижу по твоему скептическому взгляду, что ты мне не веришь, — усмехнулась Вилма и села рядом. — Отравили тебя соком гортавки болотной, очень редкое растение без вкуса, запаха и цвета. Скорее всего, смазали соком столовые приборы.
— Но зачем? — Я села, и Вилма наклонилась, чтобы подложить мне под спину подушку. От девушки пахло ночными фиалками и воском. — Кому я нужна, кроме герцога?
— Считаешь, Габи тебя траванул, а потом принес сюда, чтобы я спасла? — фыркнула целительница и мелодично рассмеялась. — Думаешь, хотел показать себя героем? Спасти невинную красавицу и получить от нее награду?
— Я допускаю вариант, что он просто хотел от меня избавиться, как избавился…
— Тихо! — Моих губ коснулись холодные пальцы. — Не произноси вслух то, во что сама не веришь.
— Я допускаю такое, — повторила я упрямо. — Слишком все совпало. Как только в нашей жизни появился лорд Годфрей, жизнь моих родных закончилась.
— Я знаю Габриэля десять лет, — довольно жестко ответила Вилма. — И поверь, он бы не действовал исподтишка, он бы убил врага в открытом бою. Одним ударом в сердце, — со странной тоской добавила она.
Я упрямо вздернула подбородок. Может, и так, а может, нет…
— Давай лучше поговорим о тебе. Кто запечатал твою магию? — сменила тему целительница.
— Я болела…
— А я дракон.
— Ты дракон? Правда?
— Нет, конечно, я эльф, — звонко рассмеялась Вилма и откинула волосы, обнажая остроконечные уши. — А магию у тебя весьма профессионально откачали и запечатали источник.
— Я заболела в детстве!
Почему она лжет? Зачем обвиняет отца в преступлении? Он никогда бы на такое не пошел! Он гордился мной, гордился моими успехами, моей силой. Зачем ему отбирать у меня магию? Я не хотела в это верить, поэтому резко мотнула головой, и моментально к горлу подступила тошнота.
— Неправда!
— Твое право, — безразлично пожала плечами матрес. — Габи все равно докопается до истины, и лучше бы тебе самой ему признаться.
— Для тебя он Габи?
Интересно, что их связывает? Такая красивая девушка не может не вызывать у мужчины симпатии или желания. Какие отношения между этими двумя? А какое мне до этого дело? Ну кроме жгучей зависти к ее внешности. И вообще, почему, как только в поле зрения попадает Годфрей, меня находят неприятности и начинает припекать то место, которым приличные леди предпочитают сидеть на стульях? Я отвернулась к окну, но, наверное, скрыть эмоции не удалось, потому что Вилма серьезно ответила:
— Между нами сейчас ничего нет. Мы друзья, не более. Не ревнуй.
— Было бы кого! — воскликнула я в сердцах. — Я была бы только рада, если бы между вами что-то было. Тогда он оставил бы меня в покое! Пока Габриэль Годфрей был далеко, меня не пытались травить!
— Он спас тебя.
— Меня спасла ты!
— Как тебе будет угодно. — Эльфийка грациозно поднялась и, глядя на меня снисходительным жалостливым взглядом, произнесла: — Мне нужна твоя кровь, чтобы создать универсальное противоядие. На тебя не действует магическое лечение, что все усложняет. Но, если вернешь магию, сможешь выжигать заразу одним усилием мысли.
Вежливо-бесстрастный тон дал понять, что на этом разговор по душам закончен.
— Да, конечно. — Я протянула руку.
Я была слишком слаба, чтобы сопротивляться, поэтому безропотно позволила Вилме разрезать запястье и набрать немного крови в хрустальную мензурку, надеясь, что она не солгала и это действительно будет противоядие, а не яд. Целительница забрала кровь, дала мне еще одну микстуру и ушла, посоветовав заснуть.
— Все равно домой тебе возвращаться нельзя, так что лучше использовать время с пользой и выспаться. Габриэль приказал подготовить для тебя покои, но, пока он не поставил на них защиту, ты останешься здесь.
Я никогда не думала, что не найду, что сказать. Но новости рухнули на мою многострадальную голову с грохотом горного обвала. Я общаюсь с настоящей эльфийкой, род которой исчез из нашего мира несколько столетий назад. Мой отец отобрал у меня магию. Но зачем? А еще меня отравили, и герцог Габриэль Годфрей все же женится на баронессе Робертсон… Это было слишком много для одного дня. Слишком! Поэтому я не придумала ничего лучшего, чем закрыть глаза и отдаться слабости.
