Виктория
Марти Флоренс, 2018

Сборник содержит: 1. Повесть "Виктория". Загадочная миссия в альтернативном мире, где идёт странная война. Неформатная фантастика, экспериментальное построение сюжета. 2. Рассказы о юности Виктории. 12+. Перестрелки, побеги, погони, заговоры, безумные сектанты и роботы, полёты в космосе. При написании ни один робот не пострадал.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Виктория предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Виктория. Глава 1

Вереница бронетранспортёров проехала вдоль проспекта горделиво, словно красуясь своей мощью. Затарахтели грузовики с солдатами в кузовах. Редкие прохожие, закутанные в тёплые одежды, косились на военную технику, но не останавливались. На перекрёстке покорно замер жёлтый автобус, пропуская колонну. Сквозь снежные тучи пролился яркий солнечный луч.

Дисплей на угольно-глянцевом прямоугольнике коммуникатора отобразил серо-коричневое пальто. Затем объектив камеры поднялся чуть выше и остановился на лице светловолосого парня лет тридцати, сидевшего в салоне легкового автомобиля.

— Привет, Виктория! Я Иван, друг Майкла. — Он смотрел на неё с лёгкой дружелюбной улыбкой, голубые глаза отображали симпатию.

— Привет! Можно просто Вика. — Ответила юная девушка. Стройная, изящная, довольно высокая. Белая зимняя куртка. Бежевые брюки в обтяжку. Коричневые сапожки. Волосы кофейного цвета, собранные в хвостик на затылке. Аккуратные, гармоничные черты лица. Синие глаза, умные, глубокие и загадочные, как ночной океан.

— Где ты? — Спросил Иван всё так же добродушно.

— Здесь высокое светлое здание, похожее на башню. — Голос у неё был вполне обычным, ничем не запоминающимся, но приятным.

— Ясно! — Он кивнул. — Многоэтажка в центре. Иди по проспекту на юг, там спокойно. Я подъезжаю.

Тучи закрыли солнце, день снова стал хмурым и угрюмым. Засвистел снаряд, протяжно и злобно снижая тон. У самого верха многоэтажки мгновенно расцвёл красно-оранжевый огненный цветок. Тут же исчез, оставив после себя клубы чёрного дыма. Раздался громовой удар взрыва, распавшийся на многократное эхо.

Кто-то поднял голову, кто-то даже приостановился, но без явно выраженных эмоций.

Апатичными не выглядели разве что трое молодчиков с автоматами, стоявшие у пешеходного перехода и изображавшие из себя нечто вроде патруля. Потёртые брюки, стоптанные ботинки, вальяжные сутулые позы. Похожими на военных их делали только короткие пятнистые бушлаты серо-салатовой расцветки.

Поначалу никакого внимания на Викторию не обращали. Но когда до них оставалась пара дюжин шагов, коротко прошипела рация, воспроизвела чей-то приказ, неразборчивый издали. Все трое, прослушав сообщение, уставились на девушку.

Она сразу же бросилась в узкий проулок и побежала прочь от проспекта. Рука скользнула в карман и вытащила чёрную коробочку. Палец нажал кнопку, прозвучал негромкий писк, и Викторию окутал едва заметный полупрозрачный ореол. Это синеватое свечение принялось сверкать золотисто-оранжевыми сполохами, отражая трассирующие пули, когда сзади сухо затрещали выстрелы и раздались наглые истошные вопли.

Поворот в другой проулок, бегом вдоль высокой чугунной ограды. Ещё поворот. Теперь спокойно, шагом, как обычная прохожая, по узкому тротуару мимо пустой клумбы и детской игровой площадки с небольшими каруселями.

Пальба и крики стихли. Пошёл снег, его подхватил резкий изменчивый ветер, устраивая хлёсткую, неприветливую метель.

Коробочка опять запищала. Сначала коротко и настойчиво, а потом продолжительно, даже немножко жалобно. Синяя аура замерцала и исчезла.

— Ну вот, заряд закончился. — Произнесла девушка негромко, обращаясь к самой себе. — Осталась ты, Вика, без защитного поля.

Ещё одна улочка. Здание с выбитыми окнами, пролом в стене, груды белых кирпичей. Подошвы захрустели по мелким осколкам стекла. Девушка забралась внутрь.

Широкий коридор. Бледно-голубая краска на уцелевших фрагментах стен. Пятна копоти на побелке потолка. Тускло-розовый гранитный пол, усыпанный обвалившейся штукатуркой.

Поворот коридора, ещё один след от взрыва, разваленный подоконник, обломки рамы. Ступеньки лестницы.

Виктория вооружилась половинкой кирпича и медленно, опасливо поднялась на второй этаж, более менее целый. Даже стёкла в окнах остались.

Тяжёлые двери, обитые коричневой искусственной кожей, косо висели на почти полностью вырванных, едва державшихся петлях. Разгромленный кабинет. Выломанные шкафчики, опрокинутые деревянные стулья, разбитый дисплей компьютера на лакированном письменном столе. Обилие разбросанных листов бумаги, каких-то документов, вывалившихся из тускло-зелёных папок.

Девушка вернула один из стульев в нормальное положение и села. Положила кусок кирпича на стол, зябко подышала на ладони и достала из кармана брюк коммуникатор.

— Вика! Где ты пропадаешь? — На дисплее появился обеспокоенный Иван, по-прежнему сидевший в автомобиле. — Я тебя жду!

— Извини, мне пришлось спрятаться… В каком-то заброшенном офисе.

— Ладно, иди к южной части города. Там будет река и мост. Ориентируйся по фабричной трубе.

Дисплей коммуникатора погас.

Ветер притворялся ураганом, сипло подвывая и кружа снежные хлопья. Вскоре к его звуку присоединился низкий рокот мотора. Девушка встала со стула и украдкой, пригнувшись, выглянула в окно.

Из кузова грузовика один за другим выпрыгнули трое в пятнистых тёмно-зелёных куртках и брюках. Тяжёлые башмаки, бронежилеты, толстые бурые перчатки, автоматы. Головы обтянуты чёрной тканью, сплошными масками с прорезями для глаз.

Движения неестественно чёткие, выверенные, механические. Прыжок на асфальт, пружинистое приземление и точные, размеренные шаги в сторону.

— Киборги! — Досадливо произнесла Виктория. — Всё же выследили!

Два андроида двинулись в обход здания. Третий направился прямиком к пролому в стене.

Девушка взяла со стола кирпич, своё единственное оружие, вышла из кабинета и прислушалась.

На первом этаже уже хрустела тяжёлая ритмичная поступь. Вскоре башмаки застучали по ступенькам лестницы.

— Спокойно, Вика! — Она снова заговорила с собой вполголоса. — Это не люди. Ты уже воевала с роботами. Ты справишься!

Мгновения ожидания, глубокий вдох. Широкий отчаянный размах — и половинка кирпича врезалась в голову киборга. Раздался хруст, словно лопнул пластик. Андроид пошатнулся, но устоял на ногах.

Размах, второй удар. Затрещали оранжевые и синие искры. Робот грохнулся на пол, но попытался подняться.

Третий удар. Ещё больше искр, сизый дым. Рука врага дёрнулась, словно намереваясь схватить девушку за ногу. Вспыхнуло пламя. Причём, огонь охватил всё искусственное туловище очень быстро. Андроид наконец-то замер.

— Так… — Виктория, стараясь не обжечься, сдёрнула с полыхавшей туши автомат. — Кажется, нужно снять с предохранителя…

Снова чёткие, размеренные шаги. На втором этаже, где-то за поворотом коридора.

Прекратив разглядывать новое для неё оружие, теперь уже настоящее, девушка повесила обгоревший ремень автомата на плечо и начала осторожно спускаться вниз по ступенькам. Кирпич оставался в руке.

— Несём потери! Минус одна единица! — Сверху донёсся грубый, слегка скрипучий баритон. — Продолжаю прочёсывание! Приём!

Грохот двери, задетой тяжёлым роботом и окончательно сорвавшейся с петель. Шипение и попискивание рации. Андроид затопал на первый этаж следом за Викторией.

— Нужно сделать это бесшумно… — Она прижалась к стене, подкарауливая врага у лестницы.

В этот раз первый же удар получился по-настоящему сокрушительным. Пламя и искры вылетели из шеи киборга сразу, а судорожные подёргивания рук закончились до того, как он опрокинулся на ступеньки. Разгорелся тоже за считанные секунды, словно был сделан из чего-то огнеопасного. Ветер, гулявший по разбитому этажу, понёс дым наружу.

— Минус две единицы! — Она отшвырнула кирпич.

— Стой где стоишь! — Рявкнул ещё один грубый голос. — Назовись!

Виктория успела броситься на пол и перекатиться в укрытие за грудой обломков у полуразрушенной стены. Трассирующие пули выбили из штукатурки мелкое пыльное крошево.

Третий андроид, как оказалось, остался снаружи. Теперь палил в оконные проёмы.

Делал это с нечеловеческой чёткостью. Плавно провёл оружием, посылая жёлтые чёрточки веером. Руки замерли — короткая очередь в одну точку. Пауза — дуло двинулось к другому окошку, замерло — стрекот ещё нескольких выстрелов. Проворная смена опустевшего магазина, молниеносное, идеально выверенное передёргивание затвора — повтор цикла. Ни единого лишнего жеста. И отдачи словно не существовало, настолько жёстко удерживал автомат.

Тишина. И тяжёлая поступь. Виктория осторожно выглянула. У электронного вояки, видимо, закончились патроны. Теперь он приближался к пролому в стене, держа в руке длинный нож.

Она взялась за трофейный автомат. Очередь впилась в бронежилет. Киборг как будто не заметил этого, даже не приостановился. Но отдача подбросила ствол кверху, и несколько последних пуль моментально превратили голову андроида в сгусток пламени. Искусственная туша постояла немножко, изображая из себя статую с шипевшим факелом в шее, и шмякнулась на тротуар, полыхая всё ярче.

Виктория прицелилась, явно намереваясь добить врага, но автомат остался безмолвным. Не очень уверенно, медленно и с усилием оттянула затвор. Неумело отпустила, отдёрнув руку. Однако после этого спуск выдал только глухой металлический лязг.

Впрочем, стрелять больше не требовалось. Грузовик взревел двигателем, рванул с места и поспешно затарахтел прочь.

Виктория отшвырнула разрядившееся оружие и выбралась на опустевшую улицу.

Ветер стих. Снегопад попытался превратится в дождь, но получилась лишь изморось. От догоравшего киборга оставались, похоже, только закоптившиеся металлические пластины бронежилета.

Прочь от места схватки, опять бегом.

Свист снаряда. Между домами прокатился громовой раскат взрыва.

Она оглянулась. По только что покинутому зданию била артиллерия. В стене появилась новая дыра, заполненная густым дымом.

Второй взрыв. С верхнего этажа обвалилась лавина кирпичей.

Она перешла на шаг и, глубоко дыша, посмотрела по сторонам. Никого не увидев, на ходу поспешно сняла куртку, под которой оказался серый свитер. Вывернула наизнанку, вытянув рукава, надела обратно и застегнула.

После такой манипуляции куртка выглядела вполне нормально, даже боковые карманы присутствовали. Только была уже не белой, а красной.

Улица вывела к широкому мосту с низкими металлическими перилами, выкрашенными белой и голубой краской. Никого в поле зрения.

— Иван? — Она вытащила из кармана брюк коммуникатор. — Я на месте.

— Вижу тебя! Подъезжаю!

Тёмно-серый, цвета мокрого асфальта, легковой автомобиль выехал откуда-то из проулка. Мотор урчал мягко и тихо. Притормозив, Иван потянулся и открыл для неё дверцу. Виктория юркнула на переднее сиденье.

— Были осложнения? — Осведомился он с ненавязчивым, мягким беспокойством.

— Пустяк. Пришлось прикончить трёх киборгов. Кстати, почему они сгорают?

— Сначала сектанты экономили на качестве материалов. — Иван пояснил со слегка саркастичной усмешкой. — А потом решили так и оставить, чтобы улики сами уничтожались.

Автомобиль прошуршал шинами по трещинам в асфальте на мосту.

— Расскажи мне о секте! — Виктория рассматривала безлюдную улицу, обрамлённую деревьями с голыми чёрными ветками. — Майкл говорил, что ты ушёл от них совсем недавно…

— Долгая история… С чего начать?

— С тайных знаний.

— Нет ни будущего, ни прошлого. Только параллельные миры в настоящем. Пена в океане пространства. Что такое машина времени? Всего лишь станция телепортации, достаточно мощная для путешествий между мирами-пузырьками.

— С ума сойти! — Виктория покачала головой. — И ты в это веришь?

— Это не вера. — Он вздохнул. — Это знание. Тайное.

— Но я же пилот! Сколько раз смотрела из гиперпространства на наши планеты, звёзды, корабли…

— Ты не вылетала из пузырька с твоей галактикой. — Иван продолжал спокойно, терпеливо, сосредоточившись на управлении машиной. — Тебе инструкции запрещают отклоняться от маршрута, правда? А почему? Чтобы не увидела лишнего.

— У меня здесь подруга! — Не сдавалась Виктория. — И ещё искусственная сестра-близнец в моём будущем.

— Где-то уже умеют делать роботов, неотличимых от людей. Где-то бегают с каменными топориками. — Он взглянул на наручные часы, блеснувшие стальным браслетом из-под рукава пальто. — Где-то воюют ради войны. И всё это происходит сейчас.

— Ладно, допустим. Но разве можно так одурачить миллиарды людей?

— Ха! Ещё как можно! Кто-то же управляет всеми известными мирами. И тщательно хранит тайну.

— Зачем же скрывать правду о вселенной?

— Это вопрос власти. Можно увидеть и изменить будущее только чужого пузырька в пене. — Он свернул на другую улицу, не совсем пустую. Прохожие, две тёмные фигуры вдали, настороженно покосились в сторону машины. — Кто управляет одним миром, тот наблюдает за ним из другого. В древних легендах всеведущие божества обитают на небесах. И появляются из храмов.

— Вот оно что! — В её глазах блеснули лучики понимания.

— Да! — Иван притормозил на перекрёстке. — Потому сектантам нужны звездолёты и порталы.

Жилые кварталы остались позади. Теперь мимо проносились длинные строения заводских цехов, красные фабричные трубы и бетонные заборы. Показалось поле, слегка присыпанное снегом. Далеко впереди трассу пересекала железная дорога. Иван остановил автомобиль, но двигатель не заглушил.

— Что-то случилось? — Виктория, казалось, пробудилась от глубокой задумчивости.

— Видишь слева поезд на горизонте? Нужно проскочить сразу за ним. Тогда под обстрел наверняка не попадём.

— Почему?

— Стороны конфликта торгуют друг с другом. — Пояснил Иван обыденным тоном. — Прекращают огонь, когда проходят составы с товарами.

— Ты шутишь?! — В её глазах промелькнуло пусть и сдержанное, но всё же настоящее, искреннее изумление. — Торгуют и воюют одновременно?!

— Не шучу! — Ответил он невесело, хотя и с прежним спокойствием. — Какова секта, такую войну и устроила.

Тем временем эшелон добрался до переезда. Длинная цепочка из коричнево-рыжих грузовых вагонов двигалась медленно, но с жутким громыханием колёс, скрежетом буферов и ещё каким-то глухим грохотом неясного происхождения.

Иван разогнал машину, как только показался конец поезда. Сбавил ход на самом переезде, но затем продолжил набирать скорость.

Солнце выглянуло сзади, уже низкое, и пролило мягкие золотистые лучи вдоль мокрой трассы.

Бледные прямоугольники невысоких зданий с проломами в стенах и разваленными балконами, разрушенные крыши с чёрными следами пожаров, искорёженный легковой автомобиль у въезда в посёлок.

— Мы уже почти на месте. — Иван повёл машину медленно, осторожно, осматриваясь на перекрёстках. — Видишь трубы электростанции? Полосатые, красно-белые.

— Останови, там блок-пост! Обойду пешком. — Виктория попросила негромко, но уверенно.

Вдали действительно виднелись баррикады из белых мешков и бетонных прямоугольников, несколько солдат в пятнистой тёмно-зелёной форме и бронетранспортёр.

— Одна? — Лицо Ивана отобразило растерянность, смешанную с недовольством. Но он всё же затормозил у двухэтажного магазина с разбитыми витринами. — Тебе нельзя рисковать! У нас нет другого пилота!

— Вот я и не рискую. — Девушка открыла дверцу. — Когда пройду, включу голосовую связь.

Она уверенно зашагала по тротуару, обходя обломки досок и куски стекла.

Поворот. Здание из красного кирпича. Чёрная пластиковая плёнка на выбитых окнах. Ещё один искорёженный каркас взорванного автомобиля, только переднее колесо каким-то чудом уцелело.

Солнце зашло. Сумерки сгущались быстро, но уличные фонари не спешили зажигаться. Хотя местами свет всё же был. В основном, со стороны блок-поста и электростанции.

Белая многоэтажка с дырами и пятнами копоти. Воронки от снарядов, куски бетона и асфальта. Пустая стоянка у последнего подъезда. Несколько гаражей, громадных коробок из железных листов. Короткое шипение и писк рации где-то за углом.

Виктория уже вытащила из кармана коммуникатор, но, услышав приближение врагов, не стала включать связь с Иваном. Вместо этого поспешно спряталась за гаражом, прижавшись к стенке из тёмного металла.

Из-за угла действительно появились тёмные массивные фигуры патрульных. Сначала двое, затем ещё один, медленно водивший синеватым лучом фонарика по сторонам. Шли неторопливо, вразвалочку.

— Повторите, были помехи! Приём!

Рация снова зашипела, затем заговорила глухо и невнятно.

— Вас понял. Задержать девушку в красной куртке. Приём!

Раздался рокот, быстро превратился в сиплый вой, и тёмно-синее небо расчертили огненные ракеты, стремительно летевшие одна за другой. Патрульные инстинктивно пригнулись, прикрывая руками головы, затем побежали вдоль многоэтажного дома и вскоре скрылись из виду.

— Как же они узнали?.. — Виктория сняла куртку и снова вывернула её, восстановив белый цвет. Застегнула, выглянула из-за гаража и продолжила путь, доставая на ходу коммуникатор. Дисплей, подчиняясь лёгкому прикосновению, засветился голубым интерфейсом программы. — Иван, я обошла блок-пост! Слышишь меня?

Откуда-то издалека донеслись глухие, но резкие удары разрывов, словно лопались гигантские воздушные шары. Скрипя тормозами, из соседней улочки вынырнул жёлтый микроавтобус, лихо повернул и понёсся прочь.

— Иван, ты где? Я на связи!..

За широким ровным шоссе, обрамлённым деревьями, ярко горели прожекторы, освещая цеха и трубы электростанции. Тишина. Шорох ветра в ветвях. Далёкий шум поезда.

— Ладно, значит, дальше сама… — Девушка остановилась у тополя, первого в длинном ряду вдоль трассы. — Запустить сканер порталов!

Коммуникатор тут же отобразил бело-голубой план местности с пульсирующей оранжевой точкой в центре.

Широкий ров за тополями, железная дорога, проложенная по его дну. Бетонный забор с другой стороны, за ним — нагромождения из металлических опор, вышек с толстыми проводами, погрузочных кранов и мостиков.

Громко зажужжал какой-то мотор, и ворота заскрежетали, открываясь, чтобы впустить поезд, вереницу грузовых вагонов, невысоких металлических контейнеров на колёсах. Ко многим из них была приварена небольшая железная лесенка. На такую Виктория и запрыгнула без особых усилий, поскольку состав двигался очень медленно.

Поезд заехал на территорию электростанции и остановился у громадной чёрной насыпи, целой горы угля, отбрасывавшей просторную тень. Девушка спрыгнула с лесенки вагона и направилась в ту тёмную область, недоступную для света прожекторов.

Неподалёку урчал бульдозер, загребавший уголь. Затарахтел длинный пологий пандус транспортёра, поднимая топливо куда-то в верхнюю часть продолговатого здания, похожего на заводской цех. Ещё дальше стоял то ли ажурный мост, то ли кран. За ним — двухэтажное здание из красного кирпича, потрёпанное обстрелами.

Ни единого целого окна. Повсюду валялись обломки рам, когда-то выкрашенных в синий цвет. Двери были тоже синими, но и от них осталась лишь груда досок.

Виктория вошла, ненадолго остановилась в вестибюле, усыпанном стеклом, взглянула на дисплей коммуникатора и повернула направо.

Запертые двери комнат располагались с обеих сторон, и свет проникал сквозь единственное окно в конце коридора. Но в полумраке всё же можно было разглядеть вход в подвал.

Здесь царила уже полная, ничем не разбавленная темнота. Девушка медленно спустилась по ступеням лестницы, используя дисплей как фонарик.

Стулья, рваные матрацы и тряпки на полу. Ящики, служившие столиками. На некоторых стояли пустые бутылки и консервные банки. Ещё дальше — ржавая железная дверь без ручки. Около неё коммуникатор издал мелодичный сигнал, похожий на перезвон колокольчиков. Виктория прикоснулась к оранжевой метке на дисплее.

Дверь начала вдвигаться в стену с лёгким шорохом, почти бесшумно. Теперь можно было разглядеть, что слой ржавчины служил лишь маскировкой, создавал впечатление заброшенности и ветхости. На самом деле под ним скрывался толстый лист брони.

— Компьютер, включи освещение! — Девушка распорядилась негромко, но твёрдым тоном, не допускавшим возражений. — Доложи статус!

Плоские квадратные лампы загорелись неторопливо, плавно. Ещё один коридор, короткий. Высокий потолок и стены, покрытые чем-то вроде белого пластика. Тёмно-серый пол, тоже из искусственного материала.

— Голосовая идентификация завершена успешно! — Произнёс мягкий тенор, звучавший откуда-то сверху. — Добро пожаловать, Виктория!

Следующая дверь, тоже бронированная, но чистая, отливавшая синеватым металлом, открылась быстрее и тише.

— Вас приветствует станция локальной телепортации Персефона Семнадцать! Системы жизнеобеспечения в норме. Вы можете воспользоваться комнатой отдыха, кухней, душем, складом снаряжения.

Просторный зал. В центре, напротив входа, — белая дорожка на полу, обрамлённая невысокими тонкими перилами из полированного хрома. Она никуда не вела, просто заканчивалась через дюжину шагов.

Справа на стене — три широких плоских экрана с картами, зелёными контурами на чёрном фоне и такими же оранжевыми точками, как у программы коммуникатора. Три чёрных кресла и белый столик с четвёртым дисплеем, маленьким.

— Покажи карту в виде голограммы! — Виктория расстегнула куртку. — И включи инфракрасные обогреватели!

В воздухе засветилось такое же изображение населённых пунктов, рек и дорог, как на больших экранах. Только полупрозрачное и трёхмерное, с рельефом местности, с синими вертикальными подписями у зелёных контуров. Отметки порталов мерцали маленькими звёздочками. Их соединяли тонкие пунктирные линии, тоже оранжевые.

— Не все активны… Хотя я вообще никуда не доберусь, если не посплю…

— Вход в жилой блок находится слева от вас! — Любезно подсказал компьютер. — Разогреть обед на кухне?

— Да! — Виктория вошла в комнату отдыха, где на первый взгляд не было ничего, кроме широких низких диванов, обтянутых чем-то вроде чёрного бархата, нескольких подушек из такой же ткани, пары аккуратно сложенных вишнёво-красных одеял и ещё одного дисплея на стене.

Девушка сняла куртку, бросила её на диван и направилась дальше, в узкий отсек со шкафчиками, встроенными в стены. Бледно-зелёные дверцы открывались легко, почти без скрипа. Внутри на полках — разноцветные коробки и пакеты, прозрачные цилиндры, похожие на пластиковые банки, свёртки с простой рабочей одеждой, серо-коричневыми куртками и комбинезонами.

— Вика, ты где? — Коммуникатор заговорил голосом Ивана, слегка приглушённым тканью кармана её брюк.

— Уже на месте. А ты? — Она ответила спокойно, продолжая изучать содержимое склада.

— Меня задержали. Проверяли документы, звонили в фирму, где я брал напрокат машину. Ты была права насчёт риска.

— Обо мне не расспрашивали? — От её интонации едва уловимо повеяло холодом. — О приметах, о цвете моей куртки?

— Не спрашивали. Повсюду полно камер видеонаблюдения. — Иван пояснил уверенно, без малейшей запинки. — Могли сами сто раз увидеть.

— Понятно… — Холод развеялся, сменился всеобъемлющей усталостью. — Здесь нет ни оружия, ни генератора защитного поля, ничего… Не обращай внимания, сама с собой разговариваю.

— Ладно, отдыхай! — отозвался Иван доброжелательно. — Утром постараюсь что-нибудь придумать. Впустишь меня, когда приду.

Виктория закрыла дверцы шкафчиков, выбрав себе только длинный и широкий шарф пепельного цвета.

Виктория. Глава 2

В безоблачном голубом небе блестели серебристые капли аэротакси, сновавшие над ступенчатой пирамидой, громадным зиккуратом со стенами из тонированного зеркального стекла. Аппараты прибывали откуда-то из-за горизонта, плавно опускались, заходя на посадку, взлетали, ложились на курс, выписывая широкие виражи, и стремительно улетали. Солнечный свет играл яркими бликами, заливал лужайки, высокие деревья, бетонные плиты пешеходных дорог и площадок среди пышной зелени парка.

— Это совсем уж безумие, Вика! — Темноволосый парень в чёрных брюках и рубашке переживал, не находил себе места, расхаживал по дорожке у клумбы с большими ромашками. — Генераторы защитного поля есть только дешёвые, одноразовые. Нужно полагаться на бывших сектантов. Там война, и кто знает, в каком состоянии аппаратура.

— Майкл, управлять компьютерами могу только я. — Ответила Виктория немного удивлённо. — Уже всё обсудили, зачем повторять?

Что-то ненадолго закрыло солнце, отбросив длинную тень. Послышался негромкий, но настойчивый гул двигателя. Сверкая синеватым металлом, над парком проплыл огромный сигарообразный корабль, похожий на старинный дирижабль.

— Но почему не возьмёшь с собой меня и Джима? — Парень развёл руками в беспомощном недоумении. — Мы снова останемся здесь, на Марсе, и будем за тебя переживать!

Гул вернулся. Донёсся откуда-то из-за деревьев, изменил тональность до низкого рокота и быстро смолк.

— Но я же объяснила! Местный язык для меня родной. А вас выдаст акцент…

— Вика! — Майкл вдруг заговорил голосом Ивана, забеспокоившись ещё сильнее. — Ты меня слышишь? Уходи оттуда!

В этот раз рокот, едва начавшись, превратился в гром. Солнечный марсианский пейзаж исчез, растворился в мягком освещении комнаты отдыха.

Едва прикрыв одеялом спину, Виктория спала в одежде. Неподалёку на просторном диване лежали небрежно брошенные куртка и шарф. А также коммуникатор, из которого и вызывал Иван.

— Уходи скорее! — Он говорил поспешно, чуть ли не переходя на крик. — Тебя обнаружили, наверное, ещё ночью, но штурм отложили до рассвета!

Снова гром. Тяжёлый, резкий и гулкий удар, грохот обвалившихся кирпичей.

— Я в лесу напротив электростанции. Они пригнали два грузовика с солдатами. Уже начали взрывать!

— Слышу… — Девушка откликнулась сонно. Медленно приподнялась, села на диване и, отведя от лица чёлку, начала надевать сапожки. — Компьютер, доложи статус…

— Внештатная ситуация. — Искусственный голос ускорил темп, словно подражал Ивану, пытаясь выразить тревогу. — Обрушение фрагмента внешней стены. Рекомендуется эвакуация. Включить портал?

— Давай… — Виктория, подобрав коммуникатор, шарф и куртку, направилась в центральный зал с дисплеями.

— Напоминаю, что локальные порталы не транспортируют пассажиров вместе с платформами. Нужно самостоятельно пройти сквозь жёлтый луч. Счастливого пути!

Посреди белой дорожки, обрамлённой перилами, действительно засиял толстый столб густого золотистого света, слегка расширявшийся кверху.

Девушка вошла в это плотное свечение, пропитавшее воздух сверкающим янтарём. Сделала буквально пару шагов — и очутилась в точно таком же зале.

— Вас приветствует станция Персефона Восемнадцать! — Здесь голос компьютера был женским, глубоким и довольно низким. — Добро пожаловать, Виктория! Вы можете воспользоваться…

— Да знаю я! — Девушка перебила немножко нетерпеливо, но без раздражения. — Лучше доложи, что там на Персефоне Семнадцать!

— Прожигают дверь сварочным аппаратом. Запущена программа заморозки портала. Связь отключится через одиннадцать секунд.

— Значит, сюда за мной никто не пройдёт? — Она взглянула на большие дисплеи с картами и только сейчас надела куртку и шарф.

— Нет, не пройдёт, даже с правами доступа, как у вас.

Золотой луч беззвучно погас, просто выключился, не оставив на белой дорожке ни малейшего следа.

— Хорошо… — Виктория зевнула, прикрыв рот ладошкой, и направилась к жилому отсеку.

Точно такие же широкие диваны, обтянутые чёрным бархатом. И одеяла тоже вишнёвого цвета.

В шкафчиках складского помещения обнаружились две чёрные коробочки генераторов защитного поля, перетянутая жёлтой резинкой пачка банкнот водянисто-голубого цвета, два мотка белого шнура, бледно-оранжевое полотенце и небольшая коричневая сумка с ремешком для надевания через плечо. Как раз чтобы уложить в неё находки.

— Компьютер, почему на станциях нет оружия?

— Изъято автоматизированным персоналом до окончания боевых действий в данной локации. — Ответ последовал немедленно. — Разрешены только защитные средства. Вы можете включать генераторы поля на четверть мощности двойным нажатием на запуск.

— Четверть мощности? Зачем? — Виктория отправила чёрные коробочки в карман куртки.

— Для более длительного функционирования. Но будете чувствовать неприятные мягкие удары.

— Есть доступ к галактической сети? Хочу заказать хотя бы спортивный лук и стрелы. — Девушка внимательно осмотрела шнур, прежде чем сунуть его мотки в сумку, и одобрительно кивнула.

— Лук в зоны конфликта не пересылается. Разрешены стрелы для стрельбы по мишеням. Желаете посмотреть каталог товаров?

— Не желаю. Две дюжины самых дешёвых.

— Состояние вашего счёта, — голос компьютера вдруг стал мягким, доверительным, даже вкрадчивым, — позволяет приобрести более качественные…

— Выполняй! — Виктория снова перебила, но и в этот раз без недовольства. Вообще не проявляя особых эмоций, словно общение с искусственным интеллектом давно стало для неё привычным.

— Заказ принят! — Мягкость и проникновенность немедленно исчезли. — Доставка через двадцать шесть стандартных минут.

— Хорошо. Успею перекусить.

Белоснежные стены, потолок, пол, пластиковые столики, стульчики и стойка с огромной прозрачной кофеваркой. Громадный холодильник с множеством разноцветных пакетов внутри. Виктория осмотрела припасы и выбрала небольшие батончики в жёлтых упаковках. Несколько штук — сразу в сумку. С двумя в руке подошла к бару.

Индикатор на кофеварке тут же засветился красным. Вода забулькала и быстро потемнела. Напиток полился в большой стакан. Оставалось лишь забрать его.

Девушка села, положила перед собой на столик коммуникатор и принялась завтракать. Батончики оказались шоколадными.

Тёмный дисплей откликнулся на прикосновение, вспыхнув голубым интерфейсом программы, и через пару секунд отобразил Ивана на фоне голых веток под пасмурным небом.

— Как дела, Вика? — Он выдохнул облачко пара.

— Я на Персефоне Восемнадцать. — Ответ прозвучал безмятежно и обыденно, словно ничего особенного не случилось. — Отметки на карте здесь тоже нет.

— Там спокойно? — Иван отвёл взгляд от камеры коммуникатора и быстро осмотрелся, словно услышал что-то настораживающее.

— Не знаю, ещё не выходила наружу. — Виктория откусывала шоколад маленькими порциями. — Жду посылку.

— Посылку?.. — В его глазах промелькнуло недоумение.

— Обычное дело. — Она слегка пожала плечами. — Переправляется через машину времени, а затем локальной телепортацией.

— Нет никаких машин времени, это тоже порталы… — Он подышал на озябшую руку. — Теперь в галактической сети кто-то знает, где ты принимаешь почту…

— Всё равно сейчас ухожу отсюда. — Её интонация из спокойной и непринуждённой превратилась в подчёркнуто нейтральную.

— Думаешь, секта сделала меня психом? — Выражение его лица выдавало лёгкую досаду. — Может быть. Но я всё равно обязан тебе помочь.

— Между нами пятьдесят миль. — Виктория глотнула из стакана. Её тон чуточку смягчился. — Машину тебе вернули?

— Да, оставил у знакомых… — Иван кивнул и задумался на мгновение. — Восемьдесят километров? Приеду через час.

— Буду не на станции. Где-нибудь поблизости. — Девушка снова сделала глоток, запивая шоколад. — Если не встретимся, пойду к Персефоне Девятнадцать.

— Хорошо. — Он согласился с явной неохотой. — Но лучше не ходи одна, дождись меня!

Дисплей снова стал голубым, обозначив отключение собеседника. Виктория поднялась, спрятала коммуникатор в карман брюк и вышла из кухни.

На белой дорожке уже лежал прозрачный пластиковый мешок. Внутри был дешёвый примитивный колчан, чехол из грубого серо-коричневого брезента, набитый чёрными стрелами с оранжевым и салатовым оперением.

Виктория разорвала упаковку по краю, повесила колчан на плечо и направилась к выходу. Бронированная панель с шорохом вдвинулась в стену.

Короткий коридор, белый, с неяркими матовыми лампами. Ещё одна дверь, на вид деревянная, покрытая тёмным лаком. Что-то клацнуло, и она просто приоткрылась.

Дальше — полумрак подвала. Но можно было разглядеть паркетный пол и стены, обшитые полированными досками. Наверх, к прямоугольнику дневного света, вела узкая лестница с перилами, тоже вроде бы из дерева.

Виктория начала подниматься медленно, стараясь не шуметь. Хотя ступеньки под ногами не прогибались, не скрипели, будто на самом деле были сделаны из чего-то очень прочного.

Прямоугольный проём оказался широким люком в полу просторной комнаты. То же самое оформление, такие же лакированные панели, имитировавшие древесину. Пустой камин, кресло-качалка с клетчатым красно-коричневым пледом, журнальный столик, книжный шкаф, широкое окно, разделённое квадратами тонкой рамы на небольшие сегменты. Стиль охотничьего домика подчёркивали ветвистые оленьи рога на стене.

Девушка начала обследовать комнаты, ступая всё так же неспешно и осторожно.

Короткий коридор. Прихожая с длинной скамьёй и бронзовыми крюками-вешалками. Ни обуви, ни одежды.

Открытый дверной проём, за ним — светлые, почти белые столы с выдвижными ящиками, полки с чашками и тарелками, газовая плита с красным баллоном, водопроводный кран над стальной раковиной посудомойки. Повсюду — идеальная чистота.

Виктория осмотрела полки, выдвинула пару ящиков и нашла большой разделочный нож с рукояткой из тёмно-коричневого пластика. Взяла его в руку и продолжила обход дома.

Снова лестница, широкая, с высокими перилами, разделённая на два пролёта. Девушка поднялась на второй этаж. Кровати с зелёными одеялами, тумбочки, оранжевый абажур лампы-ночника и тёмный шкаф. Совершенно пустой.

Зато в одной из тумбочек лежала пара чёрных женских перчаток. Быстрая примерка показала, что они вполне подходили по размеру. И без раздумий отправились в карман куртки.

Из окна спальни можно было разглядеть просторный двор, квадраты клумб, засыпанные нерастаявшим снегом, два домика поменьше, похожие на бревенчатые избы, широкую бетонную дорогу, ажурные металлические ворота в высоком заборе из рифлёных листов тёмно-красного цвета.

За забором начинался лес. Голые ветви едва заметно покачивались на ветру.

Солнечный свет на минутку просочился сквозь облачную дымку на горизонте, и за деревьями заблестела вода, поверхность реки или озера.

Виктория спустилась в прихожую, вышла из дома и торопливо зашагала по бетонной дороге, словно стараясь поскорее преодолеть открытое пространство.

Между створками ворот, стянутых толстой цепью, оставалась достаточно широкая щель, и девушка смогла в неё протиснуться, хоть и не без труда. Пришлось снять колчан со стрелами и сумку. Однако нож оставался в руке.

Дорога сворачивала направо, но Виктория пошла прямо в лес, в сторону воды. Солнце скрылось, порывы ветра усилились и принесли обильную, густую метель.

Водоём оказался небольшим озером. Девушка подошла к кустарнику на берегу и присела, чтобы срезать высокие ивовые прутья как можно ниже. Разделочный нож использовала в качестве топорика или мачете, обтёсывая упругую древесину, но не пытаясь её надламывать.

Вскоре добыла четыре побега лозы, укоротила их, убрав верхушки, сложила вместе, чередуя направление толстых и тонких концов, достала из сумки моток шнура и начала делать связку.

Плотно обмотала центр, уложив два ровных слоя витков, затем — у краёв, более обильно и не так аккуратно. После чего дополнительно скрепила середины правой и левой частей.

Первый моток закончился. От второго отмерила и отрезала ещё один кусок шнура. Сделала петли, согнула связку — и надела на самодельный лук тетиву.

Несмотря на примитивность, конструкция выглядела прочной, надёжной. Петли, продетые между концами прутьев, упирались в крайние обмотки и не соскальзывали.

Виктория вытащила из кармана перчатки, надела их и взяла из колчана стрелу. Растянула тетиву с заметным усилием. Прицелилась в ствол дерева, стоявшего в паре дюжин шагов. Ненадолго замерла, задержав дыхание.

Ветер, круживший хлопья снега, пытался помешать. Однако стрела всё же угодила в цель, воткнулась с глухим стуком.

Девушка подошла, чтобы выдернуть её, уже протянула руку, но в этот момент послышался сиплый вой. Над деревьями пронёсся огненный факел ракеты.

Вспышка разнесла крышу охотничьего домика, разбросав обломки досок. Лесной воздух наполнился гулким громом взрыва.

Вторая ракета разнесла забор, расшвыряв искорёженные листы металла и проделав широкий пролом. Во все стороны разлетелись чёрные комья земли.

Ещё два взрыва. Один развалил клумбу, второй раскрошил бетонные плиты дороги, оставив чёрную воронку.

Напоследок трижды громыхнуло где-то дальше. Вскоре умолкли последние отголоски бомбардировки. Вернулась тишина, и стало различимым недоброе рычание приближавшегося автомобиля.

Виктория выглянула из-за дерева. Среди обломков крыши охотничьего домика разгорался пожар. Ветер уносил дым. Из вьюжной мглы появился чёрный микроавтобус, остановился напротив ворот и заглушил двигатель.

Вышли четверо, в том числе водитель. Военная форма тёмно-зелёной окраски, автоматы, бронежилеты. Головы, скрытые облегающей чёрной тканью полностью, кроме узких прорезей для глаз. Рациональные, выверенные движения, ни единого лишнего жеста. Неестественно чёткие механические шаги. Андроиды.

Двое затопали к пролому в заборе, впечатывая тяжёлые башмаки в грунт. Оставшиеся замерли с разных сторон микроавтобуса, не обращая внимания на метель.

Пригнувшись, Виктория быстро прокралась от одного дерева к другому, подбираясь поближе.

— Группа Альфа, докладывайте! — Заговорила рация водителя, висевшая у его левого плеча.

— Прибыли на место! — Он ответил низким дребезжащим голосом. — Девушка пока не обнаружена!

— Оставайтесь на связи!

Стрела рассекла воздух и пробила водителю голову. Затрещали искры, вспыхнуло яркое пламя. Огонь быстро охватил шею и двинулся ниже. Робот сначала опустился на колени, затем уткнулся носом в дорожное покрытие, придавив своей тушей рацию и автомат.

— На нас напали! — Второй киборг, очевидно, услышал подозрительный шум.

Повернул голову — и получил стрелу в лоб. Тоже загорелся, опрокинулся навзничь и рухнул, с хрустом врезавшись затылком в бетон.

Виктория, держа в руке лук, осторожно приблизилась и спряталась за микроавтобусом.

Два андроида, отправившиеся на поиски, подошли к горевшему охотничьему домику, полоснули длинными автоматными очередями по окнам и забросили внутрь пару гранат.

Взрыв оказался по-настоящему ужасным. Задрожавшая земля, казалось, собиралась расколоться. Яростный бутон пламени разметал обломки стен с такой лёгкостью, словно здание было картонным.

Ударная волна качнула автомобиль. Вокруг Виктории ненадолго засветился едва различимый голубоватый ореол защитного поля.

Раздался свист, и с неба на бетонную дорогу упала половина разорвавшегося газового баллона. С лязгом подскочила и, кувыркаясь, унеслась в лес.

Один робот уцелел, хотя его отбросило к самому забору. Теперь, полыхая и дымя, он показался из пролома, по-прежнему ступая с механической чёткостью. Его автомат сухо треснул одиночным выстрелом.

— Ах! — Виктория потёрла левое предплечье. — Ничего себе мягкие удары!

Пришлось потратить две стрелы, поскольку первая не попала в голову, клюнула в бронежилет и отскочила.

Добив киборга, девушка обошла микроавтобус, стараясь держаться подальше от разгоревшихся искусственных туловищ. У одного из-за жара разорвались патроны, от автомата отлетел искорёженный магазин.

Было трудно что-либо разглядеть сквозь тонированные стёкла. Виктория открыла дверцу пассажирского салона.

На полу между чёрными сидениями лежал, неуклюже скрючившись на боку, седой человек лет пятидесяти со связанными за спиной руками. Старые стоптанные ботинки, поношенные серые брюки, плотная зелёная куртка, короткая стрижка, широкое простодушное лицо.

В светло-голубых глазах, наполненных отчаянием, промелькнула робкая искра надежды, когда девушка наклонилась к его рукам. Запястья были стянуты чем-то вроде белой пластиковой петли, и пришлось аккуратно использовать уже изрядно затупившийся нож.

— Спасибо! — Поблагодарил он немного хрипло, поднялся, выбрался из микроавтобуса и увидел догоравшие туши, от которых остались, в основном, только кучки тлеющего пепла вокруг закоптившихся плит от бронежилетов. — Ты перебила нечисть? Из примитивного лука? Ну и ну! Как тебя звать-то?

— Виктория. — Она сделала пару шагов в сторонку, спокойно изучая спасённого ею пленника. — Можно просто Вика.

— А я Пётр Николаевич. — Отчаяние исчезло, лёгкая хрипотца в его голосе обрела некоторую бодрость. — Можно просто дядя Петя. Машину водишь?

— Автомобиль? Нет.

— Я сяду за руль. Нужно сматываться отсюда. — Пётр Николаевич задвинул дверцу пассажирского салона и пошёл вокруг микроавтобуса к водительскому месту.

Девушка, сняв с плеча колчан, заняла кресло рядом. Двигатель заурчал, они развернулись, дав задний ход, и поехали прочь от разгромленной станции. Метель унялась, превращаясь в вялый, редкий дождь вперемешку с мокрым снегом.

— Научишь нас, как ты это делаешь? — Спросил Пётр Николаевич мягко, доброжелательно. И пояснил невесело, досадливо: — У нас в посёлке охотничьи ружья есть, но из них тварей бить нельзя, слишком шумно. Сразу сбегаются.

— Конечно, постараюсь помочь.

— Житья от них нету! Мало того что война… — Он сокрушённо покачал головой. — С людьми хоть как-то договориться можно. А эти сразу хватают, утаскивают, ничего не слушают.

— Это киборги. Механические солдаты. — Её тон оставался уравновешенным, но в нём всё же можно было расслышать предостерегающие нотки: — Хотят меня поймать. Рядом со мной опасно.

— Да здесь всегда опасно! — Пётр Николаевич чуть подался вперёд, глянул сквозь стекло куда-то вверх и сбавил ход. — Вороны беспокоятся. Слышат снаряды.

Где-то за деревьями действительно раздались взрывы. Негромкие, приглушённые, но отчётливые.

— Далеко. За озером. — Он продолжал ехать медленно, вскоре и вовсе остановил микроавтобус. — Видать, бьют по водокачке… Дальше пешком.

Они вышли из автомобиля, не потрудившись захлопнуть дверцы. Пётр Николаевич указал на узкую, едва заметную тропинку, уводившую вглубь леса.

— И часто стреляют? — Спросила Виктория, возвращая колчан на плечо.

— Постоянно! — Он пошёл впереди. — Методично разбивают всё, что здесь есть. Вчера накрыли базу отдыха. А сегодня лесничество, где ты меня спасла. Ещё раз спасибо!

Снова взрыв, подобный резкому, увесистому удару в гигантский барабан. Они оглянулись на микроавтобус, охваченный пламенем.

— Вот дела! — Удивился Пётр Николаевич. — Кто-то не хотел, чтобы тебя довезли живой, если поймают!

— Мне больше интересно, — Виктория прокомментировала немного мрачно, — как они узнали, где меня искать.

— Тебе нужно затеряться, никому не звонить… Пойдём ко мне. Познакомлю с женой и детьми. Мы тебя спрячем.

Тропинка вывела к асфальтированной дороге, проложенной у края широкого поля, чёрно-белого, пятнистого, с бесформенными участками голой земли и тающего снега. Слева виднелись одноэтажные домики, заборы, гаражи, столбы с проводами.

Идти пришлось недалеко. Узкая улочка, поворот — Пётр Николаевич толкнул железную калитку, выкрашенную в тёмно-зелёный цвет, и повёл девушку к дому из белого кирпича.

— Петя! — Дверь распахнулась, на пороге появилась женщина в пушистом синем халате и серых чулках. Невысокая, полная, с волосами каштанового цвета. — Где ты был? Что-то случилось?

— Случилось бы, но эта девочка помогла! — Хрипотца зазвучала слегка торжественно. Он жестом пригласил свою спутницу в дом. — Знакомься, Виктория, это моя супруга Наташа… Егорка, Лёша, вы дома?

Интерьер был по-деревенски непритязательным. Тёмно-вишнёвый дощатый пол, простенькие коврики, бледно-жёлтые обои на стенах, занавески того же оттенка.

В прихожей появились два русоволосых паренька в джинсах и клетчатых рубашках. У одного, лет восемнадцати, — бело-зелёная, у младшего на пару лет — серо-коричневая. Такие же широкие лица и светло-голубые глаза, как у их отца.

— Это Алексей, мой старшенький. А это Егор… — Он повернулся к сыновьям. — Знакомьтесь с Викторией. Вика меня освободила. Представьте себе, запросто убивает нечисть из лука!

— Как же я не подумал! — Алексей хлопнул себя ладонью по лбу. — Бесшумное оружие! Спортивный клуб на базе отдыха!

— Там всё разбито, можно брать, никто не спохватится! — У младшего брата загорелись глаза. — Должно быть полно луков и стрел!

— Надо сходить до темноты! — Кивнул Алексей, доставая из кармана чёрный мобильный телефон. — Возьмём с собой Никиту, Серёгу…

— Вы там осторожно! — Вмешалась их мать. — Вдруг какой снаряд не разорвался.

— Наташа, мы проголодались! — Пётр Николаевич с весёлой укоризной прервал обсуждение планов. — Виктория всё расскажет и покажет потом.

— Ох! Что же мы стоим? Давайте на кухню! — спохватилась женщина. — Я только что суп сварила! Вика, извини, у нас угощение скромное. Чем богаты…

— Спасибо, мне только горячего попить, если можно.

— Сейчас чаю приготовлю! С пряниками. Сама пекла!.. Вешалка здесь. Руки можно помыть вон там.

Виктория. Глава 3

Хмурое небо начало темнеть, словно тучи постепенно пропитывались синими чернилами. Пётр Николаевич остановился в конце улочки на краю посёлка. Осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, приглашающим жестом указал Виктории на пепельно-серое строение, то ли огромный гараж, то ли склад. У приоткрытых железных ворот ждали Алексей и Егор, оба в одинаковых фиолетовых спортивных куртках с красными полосками вдоль рукавов.

Внутри помещение действительно напоминало склад. С металлических балок крыши свисали две яркие лампы. Слева в углу — деревянные ящики. Справа — что-то вроде низкой стопки уложенных друг на друга фрагментов зелёного дощатого забора.

К этим доскам прислонялся ряд из дюжины длинных луков. Белые дуги из стеклопластика напоминали лыжи, прикреплённые толстенными болтами к чёрным рукояткам.

На бетонном полу — три помятых цинковых ведра, из которых зелёно-оранжевыми оперениями кверху торчали стрелы. Очень много, минимум две сотни, вперемешку тёмные и серебристые.

У дальнего конца помещения были уложены громадные спрессованные рулоны соломы. Получилась мягкая стенка выше человеческого роста. В ней уже торчало несколько стрел, вошедших косо, под разными углами.

Два паренька лет семнадцати неуклюже пытались продырявить старую канистру, установленную на небольшом ящике у соломенной груды. Высокий худой блондин в коричневой куртке и голубых джинсовых брюках недовольно мотнул головой, промахнувшись. Плотный, темноволосый, с румяными щеками, в расстёгнутом сером пальто поверх синего спортивного костюма, попал в цель, но стрела, лязгнув наконечником, отлетела.

— Это Никита, — Алексей указал рукой на блондина, затем на румяного, — а это Серёга. Мы привезли всё, что там нашли. Не оставлять же.

— Давай, Вика, покажи, как бить механическую нечисть! — Жизнерадостно произнёс Пётр Николаевич.

Девушка подняла свой самодельный лук. Тихий шорох воздуха — и стрела воткнулась в середину канистры.

— Ух ты! — Восхитился блондин. — Но почему из лозы? Почему не из толстой ветки?

— У каждой палки есть слабое место. — Она подошла к стопке досок, отложила самоделку и взяла оружие фабричного производства. — Рано или поздно сломается, ударит стрелка. А в связке прутья удерживают друг друга.

В этот раз девушка целилась дольше, секунд пять, очевидно, привыкая к особенностям незнакомого лука, примериваясь к нему.

Уже не шорох, а вполне отчётливый короткий свист — и пробитая насквозь канистра свалилась с ящика, загрохотала по полу.

— Как ты это делаешь? Покажи! — В угольно-чёрных глазах румяного блестел восторг.

— Пробивает хорошо, если летит ровно. — Пояснила она спокойно, без малейшего оттенка превосходства или высокомерия. — Лучше растянуть слабее, но выпустить аккуратно.

Парни взяли оружие, достали из вёдер стрелы и выстроились в линию. К ним присоединился Пётр Николаевич.

— Держите так, будто прямой левой рукой упираетесь в столбик или тонкое деревце. — Виктория заняла позицию слева и чуть впереди, чтобы все могли разглядеть её действия. — Надеваем хвостовик стрелы на тетиву строго под прямым углом.

Она сделала паузу, наблюдая, как они выполняли её указания. С несложной манипуляцией справились быстро.

— Формируем крюк из указательного пальца, большого и безымянного. Цепляемся за тетиву первыми фалангами, не дальше сгибов. Указательный всегда над хвостовиком.

Девушка снова замолчала, ненадолго наклонила лук горизонтально и показала, как получалось у неё. Ученики старательно повторили.

— Тянем правую руку себе под челюсть, к шее. Передаём усилие спине и плечам. Нижняя часть тетивы упираться в грудь. Верхняя касается кончика носа и уголка рта.

— Даже так? — Переспросил Егор озадаченно. — Это не опасно?

— Нет, если за нос не заводить… Упоры сверху и снизу не дают тетиве отклоняться в стороны… Рот закрываем.

Виктория выстрелила в упавшую канистру, заставив её подскочить и прислониться боком к соломе.

— Мягко отрываем наш крюк от тетивы. Она в этот момент давит на грудь и лицо чуточку сильнее. Рука движется назад мимо шеи к правому плечу, будто по инерции.

— Ух! — Никита потряс ладонью. — Давит не слабо!

— Да, неприятно. — Кивнула девушка. — Нужны перчатки, хотя бы напальчники, без них долго не выдержать.

— Там же было что-то такое! — Воскликнул Алексей. — Из толстой кожи. А мы не знали, для чего оно.

— Посмотрим в интернете, как сделать самим! — Успокоил брата Егор.

Никита поместил канистру обратно на ящик. Серёга принёс крышку от ведра и дополнил набор импровизированных мишеней пустой пластиковой бутылкой, воткнув её горлышком в солому. И парни, и Пётр Николаевич принялись азартно тренироваться.

Из кармана раздался мелодичный перезвон колокольчиков. Виктория, доставая коммуникатор, отошла за спины начинающих стрелков.

— Извини, Вика, задержался! — Выпалил Иван, едва появившись на дисплее. — Дорогу перекрыли, пришлось в объезд.

— На Персефоне был? — Девушка спросила совершенно нейтральным тоном, не выдававшим ни эмоций, ни настроения.

— Нет. Только что подъехал к какой-то деревне у озера.

— Минутку… — Виктория вышла из складского помещения и огляделась. Далеко в поле горел яркий огонёк, звезда на фоне тёмной полосы леса у горизонта. — Помигай фарами!

Огонёк тут же замерцал.

— Вижу. Ты в половине мили от меня. Жду на краю посёлка.

— Отлично! Уже еду! — Иван кивнул, приободрившись, и отключил связь.

Девушка вернулась в помещение и направилась было к своим ученикам, но увидела, что они, судя по всему, напрочь забыли о ней, настолько увлеклись новым занятием.

Остановилась, опустила взгляд на фабричный лук, который по-прежнему держала в руке. Повесила его за тетиву на плечо рядом с колчаном. Достала из сумки пачку денег, вытащила три банкноты и положила их на стопку досок рядом с остальным оружием. Тихонько взяла из ведра около дюжины стрел, чтобы восполнить свой запас. Затем быстро, не оглядываясь, выскользнула из полуоткрытых ворот склада и зашагала навстречу приближавшейся паре фар.

Из-за косматых туч осторожно выглянул лунный диск. Мягкие серебряные лучи растеклись по полю и узкой полоске дороги.

Иван плавно затормозил. В салоне машины вспыхнула неяркая янтарная подсветка, создавая впечатление тёплого уюта.

— Ну и ну! — Он удивился, когда девушка сунула лук и колчан на заднее сидение, прежде чем сесть на переднее. — Вот уж чего не ожидал увидеть у пилота звездолёта! Ты умеешь им пользоваться?

— Давно. Научилась на далёкой фермерской планете. — Рассказала она в своей обычной спокойной манере. — Участвовала в местной революции, выгоняла сектантов.

— Да уж, у тебя с ними давние счёты. — Иван выключил подсветку и медленно повёл автомобиль по улочкам посёлка. — Куда теперь, на Персефону Восемнадцать?

— Нет смысла. Там всё взорвалось и сгорело.

— Что случилось?

— Сначала бомбардировка ракетами, — сообщила Виктория всё так же безмятежно, — потом пришлось киборгов перестрелять.

— Из лука? Вот это да!.. Но как они узнали?.. Слушай, я никому не говорил, честно!

— Верю. Они пошли искать меня именно на станции. А тебе я сказала, что уйду оттуда.

— Эх, не надо было посылку заказывать!

— Наверное. — Ответила девушка с лёгким вздохом. — Но не оставаться же безоружной.

— Ладно. Куда едем? На Девятнадцатую?

— Да… — Виктория сняла перчатки и устало провела ладонью по глазам. — Нужно осматривать все подряд, пока не найдём нужную карту…

— Хорошо, отдыхай! — Иван вывел машину из посёлка на асфальтированное шоссе и увеличил скорость.

— Вряд ли смогу подремать. — Она запустила навигационную программу, и дисплей её коммуникатора залил салон голубым сиянием. — Три мили до поворота налево.

— Здесь все пользуются только километрами… В остальном и не скажешь, что ты из другого мира.

— Твоя теория о пузырьках в пене, — Виктория спрятала коммуникатор, — конечно, очень интересная, необычная.

— Да не моя она. И не теория, а реальность. — Иван возразил с терпеливой неспешностью. — Сколько ни летай в так называемое прошлое, саму себя не встретишь.

Впереди в лунном свете беспокойно вспорхнули с веток и пролетели над дорогой чёрные силуэты разбуженных ворон.

Где-то вдали, слева от шоссе, засверкали яркие жёлтые вспышки. Через пару секунд пришли громовые раскаты ударных волн.

Обстрел длился недолго, едва ли полминуты, но оставил после себя пожар, разгоравшийся где-то за деревьями.

За поворотом обнаружился охваченный огнём грузовик, длинный рефрижератор, съехавший с дороги на обочину.

Чуть дальше — обрушенный мост. Взорванная середина просела к самой воде узкой речушки, образовав из обвалившихся сегментов спуск и подъём.

Водитель грузовика, невысокий, пожилой, с седыми волосами, в тёмно-красной клетчатой рубашке и серых брюках, сумел выбраться из кабины. Пошатываясь, сделал дюжину шагов и присел на асфальт.

Иван остановил машину, но двигатель не заглушил.

— Вы ранены? — Девушка подбежала к шокированному человеку, который держался за голову и ошалело смотрел на пламя, уже охватившее кабину. — Иван, помоги, он же здесь замёрзнет!

Вдвоём они взяли водителя под руки, подвели к своему автомобилю и усадили на заднее сидение.

— Дальше не проехать! — Иван посмотрел на повреждённый мост досадливо. — Что же делать?

— Отвези его обратно в посёлок! К месту, где меня подобрал! — Виктория, похоже, ничуть не растерялась. — Найди дядю Петю, Петра Николаевича. Скажешь, я прислала. Он позаботится.

— А как же ты? — Возразил Иван с недовольством. — Почему не едешь?

— Мне нельзя возвращаться. Вдруг кто-то донёс? Попаду в засаду. — Девушка снова достала из сумки пачку денег и вручила Ивану банкноту. — Держи! Пусть дядя Петя купит водителю пальто.

— Не могу же я оставить тебя посреди поля! — Он продолжал горячиться, хотя деньги всё же взял.

— Можешь! — От интонации повеяло холодом. Виктория забрала из машины лук и колчан. — Не маленькая, подожду.

— Но… — Не унимался Иван, словно гордость не позволяла ему согласиться сразу, без препирательства.

— Ты не понимаешь? Человек в беде! — Тон стал совсем ледяным. Искристые отражения пламени утонули в глазах, глубоких и тёмных, как зимние озёра.

Девушка отвернулась и решительно зашагала к разбитому мосту.

— Ну ладно, не злись!.. — Явно поостыв, Иван сел за руль.

Виктория не ответила. Не оглянулась, когда машина зашуршала шинами, разворачиваясь.

Спуск по рухнувшему сегменту, как по пандусу. Прыжок через речную воду, проложившую себе путь среди бетонных обломков. Подъём на другую сторону, осторожные шаги по растрескавшемуся асфальту.

В горевшем грузовике что-то гулко взорвалось. Пламя вспыхнуло ярче, и деревья отбросили длинные зловещие тени. Остатки моста задрожали, но не развалились окончательно, только немного щебня осыпалось.

Выбравшись наверх, девушка осмотрелась. За мостом продолжалась трасса. Впереди в паре сотен шагов быстро и неритмично, даже как-то лихорадочно мигал красным сигналом железнодорожный переезд. Виктория направилась к нему, на ходу доставая коммуникатор.

— Остановить все программы связи! — Её тон был всё ещё холодным.

— Уверены? — Отозвался аппарат бархатным женским голосом. — Никто не сможет к вам дозвониться.

— Больше не переспрашивай! Разобью вдребезги!

— Выполнено! Вы можете активировать программное обеспечение в любой момент.

Дойдя почти до самого переезда, Виктория снова посмотрела по сторонам. Справа — всё тот же однообразный пейзаж, пустые поля, едва припорошенные снегом, угрюмые голые ветви в лунном свете. Слева — красноватый кирпичный домик полустанка, к которому вело короткое и узкое ответвление трассы.

Небольшие прожекторы, расположенные высоко на бетонных столбах, освещали товарный поезд, длинную вереницу рыжеватых грузовых вагонов.

На полоске асфальта, служившей перроном, стояла невысокая пышная женщина лет сорока пяти. Куртка бледно-салатового цвета, синие брюки и чёрные сапожки. Круглое добродушное лицо, белокурые локоны под серой вязанной шапочкой. Объёмная чёрная сумка в одной руке, полированная деревянная трость в другой.

— Тоже едешь на ту сторону? Хорошо, а то мне одной немного страшно. — Голубые глаза при виде Виктории радостно заблестели. Улыбка выглядела искренне приветливой. — Народу обычно много, но сегодня почему-то никого.

— Да, мне надо… — Виктория ответила не очень уверенно.

— В первый раз так путешествуешь? Ничего, освоишься. У тебя, вижу, есть чем от собак отбиваться! — Словоохотливая собеседница взглянула на лук, затем приподняла свою трость. — А у меня вот только палка.

— Собак здесь очень много? — Виктория спросила, казалось, без особого интереса, лишь бы поддержать разговор.

— Одичали, стаями бродят! Бывает, на улицу не выйти!.. Ой, нам пора! Зелёный свет! Сейчас отправится!

Женщина повесила сумку на плечо и, несмотря на свою солидную комплекцию, проворно вскарабкалась по металлической лесенке, приделанной к стенке вагона. Виктория поднялась следом. Наверху под ногами захрустел уголь.

— Есть что-нибудь подстелить? Иначе измажешься.

— Только полотенце.

— Промокнет. — Собеседница вытащила из кармана и развернула пару белых пластиковых пакетов. — Держи, у меня всегда запасные есть!

— Спасибо! — Девушка сняла с плеча лук и колчан, положила их рядом с собой.

— Это тебе спасибо, что составила компанию!

Спутницы уселись на уголь, наваленный почти до краёв.

— Ну, давай знакомиться. Я Зоя Васильевна. Можно просто тётя Зоя. А тебя как звать?

— Виктория… Можно просто Вика.

— Красивое имя! Ты, видать, не из наших мест.

— Кто это? — Девушка заметила три массивные фигуры в пятнистых тёмно-зелёных брюках и бушлатах, с объёмными рюкзаками, влезавшие на другой вагон у начала поезда.

— Разведчики, диверсанты. Не обращай внимания, им до нас дела нет! — Успокоила Зоя Васильевна. — Едут на ту сторону выполнять какое-то задание.

— Их не обнаружат? — Удивилась Виктория.

— Ты и впрямь нездешняя. Составы с углём никто никогда не проверяет!

Поезд загрохотал, передавая толчок волной от буфера к буферу, и с громким скрежетом начал разгоняться. Колёса застучали по стыкам рельс. Перрон с прожекторами остался позади.

Тучи разошлись. Луна теперь сияла ярко, превращая небо в лазурное звёздное море. Но покоя ночь не принесла. Где-то у горизонта зловещими зарницами полыхали вспышки взрывов, метеорами носились ракеты, не давая забыть о войне.

— Не замёрзла? — Зоя Васильевна вытащила из сумки большой красный термос, налила в крышку, служившую стаканом, что-то горячее, с паром, и протянула спутнице.

Виктория отрицательно помотала головой, но в свою очередь достала два шоколадных батончика. Один предложила собеседнице.

— У нас такого не делают… — Зоя Васильевна не отказалась от угощения. — Вкуснятина!

Впереди показался узкий ажурный мост, выкрашенный белой краской. В окнах сторожевой будки горела неяркая жёлтая лампа. У перил переминались с ноги на ногу скучавшие охранники, одетые как диверсанты, но с автоматами вместо рюкзаков.

Поезд протащил вагоны над речкой, блестевшей отражением лунного света. На другом берегу какого-либо поста видно не было. Снова только поля и деревья.

— Ну вот мы и за линией фронта! — Бодро сообщила Зоя Васильевна.

— А как можно незаметно вернуться обратно?

— Слева на берегу есть посёлок. Километрах в пяти. — Женщина махнула рукой в сторону тёмной полосы леса. — На переправе скажешь, что ты от тёти Зои. Меня здесь все знают.

Состав, сбавляя ход, добрался до ещё одного полустанка, похожего на предыдущий, но просторнее, с несколькими кирпичными домиками, со стоянкой у широкой подъездной дороги. Даже с маленьким магазином, на витрине которого красовались разноцветные пакеты и жестяные банки.

Скрежет, грохот буферов — и поезд остановился. В тишине стали слышны далёкие глухие удары артиллерии, будто гиганты колотили по земле громадными молотами.

— Приехали! — Зоя Васильевна засуетилась, поднимаясь, подбирая трость и вешая сумку на плечо. — Дальше нельзя. Долго, холодно, ледышкой станешь.

Спутницы слезли по лесенке на перрон. Диверсанты, ехавшие в другом грузовом вагоне, тоже спустились и сразу зашагали прочь, по-прежнему не обращая ни на кого внимания.

— Меня машина ждёт. — Женщина произнесла довольно мягко, однако немного торопливо. — Подвезти не можем, извини, места нет!

Раздался рокот двигателя, но вовсе не автомобильного. Сверкнув фарой, к магазину подрулил чёрный мотоцикл. Водитель и пассажир, оба в пятнистых камуфляжных куртках и брюках, слезли с сидения неуверенно, пошатываясь. У одного в руках блестела бутылка.

— Свят! Свят! — Ужаснулась Зоя Васильевна. — Эти грабить будут!

— Бегите, я разберусь! — Девушка сняла с плеча лук.

Перепуганная спутница не стала спорить и засеменила в сторону стоянки.

Тем временем новоприбывшие, оглядев мутными взглядами перрон, заметили Викторию.

— А ну сюда! — Заорал один нагло. — Ко мне, я сказал!

Бутылка пролетела мимо и разбилась о стену вагона в дюжине шагов слева от девушки. Ступая нетвёрдо, вояка начал приближаться. Но снова завопил, теперь уже от боли, поскольку получил стрелу в бедро. Подкосился и рухнул, продолжая повизгивать.

Второй, вынув большой нож, с угрожающим видом двинулся вперёд. Следующая стрела пробила ногу и ему, заставив зареветь раненым зверем и неуклюже шмякнуться рядом с товарищем.

— Успокойся, Вика! — Она заговорила сама с собой вполголоса, глубоко дыша. — Ты защищалась. Ни в чём не виновата.

Направляясь к мотоциклу, осторожно обошла копошившихся на асфальте врагов, которые то жалобно скулили, то злобно рычали что-то невнятное, но подняться не могли.

Ключ торчал в замке зажигания. Лук отправился за плечо, в компанию к колчану. Мотор с готовностью затарахтел. Плавное нажатие сцепления на рукоятке — и Виктория поехала мимо стоянки к дороге.

Перекрёсток, шоссе с белой пунктирной разметкой, быстрые взгляды по сторонам. Никого. Двигатель взвыл, предвкушая лихой полёт по пустой ночной трассе, и не обманулся в ожиданиях.

Несколько миль, минуты одинокого спокойствия среди ночной лазури.

Вскоре луч фары выхватил из темноты плавный поворот направо, вынудивший снизить скорость. Дорога размашистыми виражами изогнулась между холмиками, поросшими кустарником, и превратилась в узкую улицу деревни. Мимо понеслись сломанные заборы, куски досок, покосившиеся столбы, груды кирпичного крошева, дома с дырами в стенах и разваленными крышами, ржавые остатки сгоревшего грузовика. Ни единого проблеска света.

Сразу за деревней — ещё один прямой участок трассы, позволивший разогнаться как следует и быстро миновать широкое поле.

Деревья густой рощи, высокий бетонный забор, ворота из толстых железных листов с остатками потускневшей зелёной краски. Виктория затормозила, стянула с правой руки перчатку и сверилась с коммуникатором. Затем прикоснулась к оранжевой точке на дисплее.

Створки ворот зажужжали и раздвинулись, открывая вид на ряд огромных белесых ангаров. Казалось, кто-то распилил гигантские бочки вдоль и уложил половинки на землю.

Девушка медленно поехала к этим громадным строениям. На торце одного из них с сиплым скрежетом распахнулись собственные ворота малинового цвета. И сразу закрылись, как только мотоцикл, негромко урча, попал внутрь. Вспыхнул прожектор, заливая голубоватым светом чёрные плиты пола, серебристый металл стен, совершенно пустое пространство помещения.

— Нужно что-нибудь сказать? — Произнесла Виктория немножко иронично. — Ну вот прямо сейчас это делаю.

Сегмент пола с шорохом опустился, образовав пологий пандус. Внизу открылась бронированная дверь, впуская путешественницу в стандартный белоснежный коридор с матовыми лампами.

— Голосовая идентификация прошла успешно! — Компьютер заговорил высоким, звонким, каким-то совсем уж юным и задорным девичьим голосом, едва лишь гостья заглушила мотор мотоцикла прямо посреди главного зала. — Добро пожаловать, Виктория! Вас приветствует станция локальной телепортации Персефона Девятнадцать! Вы можете…

— Да знаю я! Лучше покажи голограмму карты! — Девушка встала с сидения, опустила подножку, чтобы мотоцикл не упал, спрятала перчатки в карман и расстегнула куртку.

Трёхмерное полупрозрачное изображение заполнило собой половину зала. Точно такие же, как и на других станциях, зелёные сплошные линии, отметки населённых пунктов с вертикальными синими подписями, оранжевые пунктиры и звёздочки порталов.

— Двадцатая давно не принимает? Причина известна?

— Связи нет сорок четыре часа. — Компьютер попытался сымитировать интонацию человека, беспомощно разводящего руками. — Данные не поступают. Возможно, там возникли проблемы с энергообеспечением.

— Ладно, подождём до завтра… — Вздохнула Виктория устало, снимая с плеча лук и колчан. — Включи инфракрасный обогрев!.. На кухне продукты есть?

— Конечно! — Компьютер вернулся к своей оптимистичной манере речи. — Желаете ознакомиться с галактическими новостями? Включить трансляцию в жилом блоке?

— Давай! — Согласилась девушка.

Виктория. Глава 4

Виктория принесла из кухни стакан с тёмно-вишнёвым напитком и села на диван, где в по-домашнему уютном беспорядке лежали одеяла, подушка, куртка и шарф. Широкий дисплей, висевший на противоположной стене низко, чуть ли не у самого пола, сменил голубой интерфейс программы на янтарно-алое закатное небо за просторным окном. Лицо Майкла, освещённое неяркой синеватой лампой, на таком фоне выглядело неестественно бледным.

— Наконец-то ты позвонила, Вика! — Произнёс он немного устало, но без упрёка. — Иван говорит, ты на него злишься. Передаёт, что с водителем всё в порядке.

— Иван, в общем-то, неплохой человек, но с лидерскими амбициями. Не просит, а даёт указания. — Девушка сделала большой глоток из стакана.

— Последствия влияния секты, — Майкл ответил мягко, примиряющим тоном, словно ему было немножко неловко за друга. — От этого выздоравливают очень долго.

— Так или иначе, мне руководители не нужны. — Она снова глотнула напиток.

— Кстати, я сделал кое-какие вычисления. Получается, что Иван прав насчёт параллельных миров и единого для всех времени.

— Я это уже поняла, — кивнула Виктория. — Много думала, сопоставляла. Нас и вправду обманывают.

— Как там вообще у тебя дела? — Спохватился Майкл с видом человека, вдруг вспомнившего о самом важном.

— Похоже, на действующих станциях карты отредактированы. — Виктория, казалось, сменила тему разговора легко и непринуждённо. — Надеюсь, не тронуты на неактивных. Попытаюсь вытащить из них накопители данных.

— Ну да, правильно, — согласился Майкл, — если всё обесточено, то информацию не стереть… А вдруг накопители тоже изъяты?

— Прямо сейчас еду проверять. — Она едва заметно пожала плечами.

— Не исчезай, выходи на связь. И с Иваном тоже. Мы ведь за тебя переживаем.

Изображение заката и Майкла плавно растворилось в голубом интерфейсе. Виктория отнесла пустой стакан на кухню, подобрала там свою сумку, оставленную на стульчике, и направилась в складскую комнату.

В шкафчиках нашлись ещё две чёрные коробочки генераторов защитного поля, ещё одна пачка денег, но уже другой расцветки, золотистая трубочка фонарика-брелка, с готовностью вспыхнувшего голубоватым светом при нажатии на кнопку, небольшой серебристый топорик, полностью металлический, с обухом-молотком, тёмно-синяя пудреница, пустая, но с зеркальцем.

Девушка сложила всё это в сумку, уже заметно разбухшую, и вернулась к дивану. Обвернула шарф вокруг шеи, надела куртку, взяла лук и колчан, прислонённые к стене.

— У тебя есть камеры наблюдения снаружи? — Спросила Виктория, выходя из жилого отсека в главный зал.

— Конечно! — Звонкий голос станции звучал по-прежнему бодро и жизнерадостно. — Производится мониторинг обстановки. Всё спокойно.

— Вечером я вернусь. — Девушка уселась на мотоцикл и принялась надевать перчатки. — Впустишь меня быстро, без повторной идентификации?

— Да! Ваши права доступа уже подтверждены! Я ничего не забываю.

— Сможешь предупредить о посторонних поблизости?

— Смогу! Передам программе сканирования порталов серую отметку сомнительного статуса.

Двигатель заурчал, повинуясь повороту ключа в замке зажигания. Двери одна за другой начали открываться, выпуская путешественницу и тут же захлопываясь за ней. Пандус поднялся и притворился ничем не приметным участком пола, едва девушка заехала наверх. Оказалось, что у ангара был ряд небольших квадратных окошек, расположенных довольно высоко. Внутрь лились лучи утреннего солнца.

Ворота и в торцевой стене, и в заборе отреагировали тоже идеально точно, не вынуждая притормаживать ни на мгновение.

Ветер взъерошил чёлку. Мотор зарокотал громче, набирая ход. Пятна снега, судя по всему, растаяли за ночь, исчезли полностью. Трасса повела сквозь рощу, затем через поле, мрачное и тёмное, несмотря на яркий солнечный свет.

Баррикады, сложенные из белых мешков, можно было легко разглядеть издали. Солдаты ничуть не маскировались, грелись у костра, разведённого в старой дырявой бочке. Блок-пост, обустроенный, очевидно, как средство против быстрого проезда автомобилей, оставлял более чем достаточно свободного пространства для стремительного манёвра на мотоцикле.

Короткий и крутой вираж в объезд первой баррикады, ещё один, огибавший вторую, мимо бронетранспортёра у обочины — торжествующий рёв двигателя на пустой ленте шоссе.

Истошные вопли, стрекот автоматной пальбы вдогонку. Над Викторией понёсся целый рой трассирующих пуль. Защитное поле окутало девушку синим полупрозрачным ореолом и отразило пару-тройку случайных попаданий, полыхнув золотистыми вспышками.

К сухому треску автоматов присоединился низкий грохот крупного калибра. Бронетранспортёр расчертил воздух несколькими длинными огненными пунктирами. Мимо.

Плавный поворот налево, пологий подъём вокруг холмика, поросшего кустарником. Стрельба стихла. Ещё поворот, в этот раз направо. Снова потянулись однообразные угрюмые поля, отделённые от дороги рядами высоких деревьев.

Перекрёсток, бетонные столбы с проводами. Город вдали, тусклые силуэты зданий на горизонте. Единственное цветное пятно среди мрачного пейзажа — бело-зелёная заправка со светящимися цифрами на огромном табло с ценами.

Путешественница снизила скорость и свернула к стойке с заправочными пистолетами.

— Добрый день. Помощь нужна? — Неприветливо пробурчал оператор, здоровенный круглолицый мужчина в фирменном салатовом жилете поверх тёмной одежды. Покосился на лук и колчан со стрелами. — Какой заливать?

— Девяносто третий, пожалуйста! — Виктория открыла ключом крышку бака и, доставая из сумки деньги, отошла от мотоцикла к киоску с большой витриной и окошком кассы.

Тем временем у другой заправочной стойки остановилась тёмно-серая легковая машина с шашечками такси на крыше. Изнутри доносились звуки переговоров по рации, неразборчивые фразы вперемешку с шипением.

Аккуратно, с заботливой осторожностью хлопнув дверцей, вышел высокий светловолосый парень в чёрных брюках и коричневой дублёнке. Посмотрел на оператора, занятого с мотоциклом, приблизился к девушке и сделал вид, что разглядывает пёстрые упаковки на витрине.

— Ищут меткую лучницу в белой куртке. — Таксист заговорил негромко и торопливо, будто боялся, что Виктория уедет, не выслушав. — Эфир с ночи этим забит. В городе появляться нельзя, нас всех обязали доносить, если увидим. Справа будет объездная дорога.

— Спасибо!.. — Девушка посмотрела на него поначалу настороженно, но вскоре успокоилась.

Оператор зашёл в киоск принимать оплату. При виде купюры, которую Виктория положила в проём окошечка, неприветливость моментально развеялась. На лице отобразилось уважение.

— У меня нечем дать сдачу.

— Заправьте также это такси! — Она показала на автомобиль быстрым взглядом, отвернулась и зашагала к мотоциклу.

— Подождите! — Оператор крикнул вслед зычно, но не очень уверенно, с некоторой растерянностью. — Здесь всё равно слишком много!

Девушка не ответила. Завела двигатель и плавно отпустила ручку сцепления. Голову повернула только для того, чтобы проверить, нет ли движения транспорта, можно ли съезжать на трассу.

Через полминуты Виктория воспользовалась советом таксиста и свернула на более менее ровную асфальтовую ленту, проложенную вдоль пригорода.

Здесь всё выглядело совсем уж безрадостным. Справа — пустыри с остатками бурой травы. Слева — дома и подворья частного сектора. Где-то от крыши остался только каркас, где-то в стенах зияли дыры, где-то снаряды расшвыряли фрагменты заборов, разворотили веранды и подсобные постройки. В воронках, оставшихся от давних взрывов, теперь блестела вода. Нигде ни души.

Промчавшись пару миль, Виктория сбавила ход и продолжила путь медленно, разглядывая разрушения. Свернула с дороги к полуоткрытой зелёной калитке. Сквозь неё проехала во двор, усыпанный кусками досок и щепками, мимо покосившейся поленницы, к белому дому, у которого отсутствовала стена и часть крыши.

Горка обломков сформировала рядом с невысоким фундаментом что-то вроде насыпи до уровня пола, поэтому девушка смогла направить мотоцикл прямо в гостиную комнату. Оставила его у разбитого журнального столика и, забрав ключ из замка зажигания, отправилась исследовать своё новое убежище.

Повсюду пыль, куски шифера, осколки розовой вазы и оконного стекла. Чистым выглядел только тёмный диван со смятым голубым покрывалом.

В спальной — пустые шкафы нараспашку, широкая и низкая фанерная кровать. Ни матраца, ни постельных принадлежностей.

Ещё комната. Кушетка, обтянутая синей тканью, полированная тумбочка, красный коврик на полу.

В полумраке под кушеткой — белая картонная коробка. В ней — чёрный радиоприёмник размером с толстую книгу, видимо, не замеченный теми, кто вынес из дома все вещи. Вполне годный, даже оснащённый батарейками, о чём засвидетельствовало пробное включение и шипящий звук из динамика.

Короткий тёмный коридорчик, за ним — просторная кухня. Она оказалась целой, хотя почти вся утварь исчезла. Ни единой тарелки, ни единой ложки, только голубая эмалированная кружка. Белый стол, на который сразу же отправился приёмник, газовая плита, пустой холодильник. Около большой раковины рукомойника лежал желтоватый кусок мыла. На подоконнике нашёлся почти полный коробок спичек. Вода в зелёном эмалированном ведре выглядела чистой.

Виктория принесла коврик, чтобы застелить кафельный пол рядом с большой печкой, сложенной из красных кирпичей. Затем вернулась во двор, собрала охапку дров у разваленной поленницы и немного мелких щепок. Всё это тоже отнесла на кухню.

Лук и колчан сняла, положила на стол, завернула в покрывало, позаимствованное у дивана. Достала из сумки шнур, с трудом отрезала кусок окончательно затупившимся ножом, перевязала получившийся длинный свёрток.

Завершив приготовления, сняла перчатки, достала из кармана коммуникатор и внимательно изучила карту на дисплее. После чего надавила большим пальцем на едва заметную кнопку сбоку.

— Питание устройства будет отключено! — Предупредил бархатный женский голос.

— Не вздумай переспрашивать! — девушка произнесла негромко, но строго.

Коммуникатор покорно погасил дисплей, позволив себе только непродолжительный сигнал, мелодичный хрустальный перезвон.

Со свёртком под рукой, с сумкой через плечо — снова на безлюдную дорогу, к свету полуденного солнца, к безоблачному небу и ветру, который пытался расшевелить голые ветви деревьев в заброшенных садах.

На узкую улочку к магазину, удручающе серому, блестевшему витринами тускло, неохотно.

У входа стояла, сгорбившись, пожилая женщина в тёмном ватном пальто, в валенках и галошах, с серебристым шерстяным платком на голове. В протянутой руке — прозрачный пластиковый стаканчик с несколькими монетками на дне. Вторая рука опиралась на чёрную трость. Бесцветные глаза, смотревшие куда-то в пространство, выражали горестную безысходность.

Виктория достала из сумки деньги, сунула в стаканчик несколько банкнот и пошла дальше.

Сзади очень тихо, с мягким шорохом шин подкралась легковая машина. Такси с заправки. Водитель притормозил, потянулся к дверце справа, открыл её и жестом пригласил забираться внутрь.

Виктория привычно, не раздумывая, поместила свёрток с оружием на заднее сидение.

— Куда тебе? — Спросил таксист негромко.

— На северо-восток. Там должна быть гостиница, а за ней небольшой лес.

— Да, есть у нас такое место, — он кивнул. — Топать пешком далековато.

Машина выехала на широкий проспект с раздельными полосами движения и ровными рядами тополей. Тротуары вдоль многоэтажек, несмотря на солнечный день, многолюдностью не отличались.

На просторном перекрёстке стояли два бронетранспортёра и несколько патрульных в военной форме. Без тёплой верхней одежды поверх бронежилетов, с чёрными масками на головах. Андроиды. На приближение такси они не реагировали, оставались неподвижными.

— Твари! Нелюди! — Водитель пробормотал с глубоким отвращением и гневом.

Поворот на другую улицу, поуже. Жилой квартал, светлые коробки домов. Блеск водоёма вдали. Редкие прохожие, пара женщин, закутанных в тёмные пальто.

За следующим поворотом показалось длинное бледно-бежевое здание с непрерывными рядами просторных лоджий вдоль каждого из трёх этажей. Часть стены была разбита взрывом, между кустами валялись обломки металлической рамы и осколки стекла. У единственного подъезда — стоянка с одинокой тёмной машиной, газоны с остатками травы, несколько невысоких елей, пара лавочек.

— Вот и гостиница! Тебе прямо к ней?

— Немножко дальше, если можно…

Сзади улица упиралась в большой бетонный дом, безликий и невзрачный. Впереди лес начинался у самого тротуара, выполняя функцию пригородного парка. Здесь таксист и остановил машину.

— Спасибо! — Девушка вышла и вытащила свой свёрток.

— Это тебе спасибо за бензин!.. Эй, ты что?! Не надо! — Водитель возмущённо запротестовал при виде денег.

— Возьмите, вы действительно очень помогли! — Она положила банкноту на переднее сидение.

— Удачи! Береги себя! — Он успел произнести, прежде чем дверца захлопнулась.

На дорожке между деревьями Виктория развернула покрывало, оставила его на траве, повесила на плечо колчан, лук понесла в левой руке.

С другой стороны гостиницы — несколько подсобных строений, что-то вроде рыжеватого кирпичного гаража и двух огромных трансформаторных будок разного цвета. Жёлтая тихо гудела высоким напряжением. К белой, расположенной в трёх дюжинах шагов, даже не тянулись провода. Ветер поскрипывал полуоткрытой железной дверью. На месте замка — оплавленная дыра.

Ступеньки вели вниз, в полумрак подземелья. Виктория включила фонарик. Вторая дверь, бронированная, лежала на бетонном полу, вырезанная сварочным аппаратом по периметру. Та же участь постигла и третью.

Пустой зал станции телепортации. Ни дисплеев, ни столика, ни кресел, ни перил по краям белой дорожки на полу.

Жилой отсек выглядел нетронутым, если не считать отсутствия подушек, одеял и экрана в спальне, кофеварки и стульчиков на кухне.

Все шкафчики в складской комнате — нараспашку. Виктория не стала их осматривать. Сразу пошла в другой конец помещения и нажала ладонью на едва заметную квадратную панель на уровне глаз.

Что-то клацнуло, прямоугольный сегмент стены превратился в ещё одну дверь и открылся, впуская в маленькую каморку. Здесь не было ничего, кроме металлического стеллажа с большим чёрным ящиком, к которому тянулось множество толстых проводов. На лицевой панели, отражая свет фонарика, заблестели ряды крошечных лампочек-индикаторов.

Девушка внимательно обследовала левую грань ящика и вынула небольшую чёрную пластинку. Тут же спрятала её в карман брюк.

Ещё одно нажатие ладонью на панель, щелчок — и дверь каморки плавно закрылась, снова слившись со стеной.

Вернувшись к началу жилого отсека, Виктория настороженно прислушалась и погасила фонарик.

В светлом прямоугольнике входа на станцию появился силуэт бойца с автоматом. Киборг топал неестественно чётко, не делая ни единого лишнего движения. Ритмично дошагал почти до середины главного зала, остановился и замер.

— Визуального контакта нет! — Робот задребезжал надменным баритоном. — Приём!

— Продолжать поиски! — Рация ответила немного сипло, но разборчиво.

Однако выполнять какие-либо приказы киборг уже не мог, потому что в его голову воткнулась стрела. Брызнул фонтан искр, вспыхнуло пламя. Враг с тяжёлым стуком рухнул на пол, быстро разгораясь. По залу поплыл густой дым.

Держа лук наготове, Виктория поспешила вверх по ступенькам. Около фальшивой трансформаторной будки стоял ещё один андроид в камуфляже и бронежилете.

— Назови себя! — Он потребовал грубо, но вместе с тем как-то испуганно. Вскинул автомат и попытался прицелиться. Искусственные руки действовали геометрически безупречно, но недостаточно быстро.

Стрела коротко просвистела и впилась в середину лба, затянутого чёрной маской.

Прежде чем завалившееся на правый бок туловище охватил огонь, девушке удалось выхватить из левого нагрудного кармашка маленькую тёмно-серую рацию.

Шаги за будкой. Тоже механические, размеренные. Виктория достала из сумки топорик и, сделав глубокий вдох, притаилась за углом.

Несколько долгих секунд ожидания. Сначала показалась короткая тень, затем — сам робот. Из-под маски смотрели водянисто-голубые глаза, очень похожие на человеческие, но невыразительные, пустые и бездушные.

Взмах, удар топориком, хруст. Снова яркие трескучие искры, серо-синий дым, обильное пламя.

Оружие застряло в голове вояки, чем-то заклинилось. Виктория попыталась выдернуть, но не смогла, отпустила рукоятку и отступила на пару шагов.

Андроид зашатался и неуклюже шмякнулся ничком на пожухлую траву, придавив тушей свой автомат.

Девушка бросилась прочь от полыхавших врагов. Обратно в лес, к месту, где оставила покрывало. Снова завернула лук и колчан, но не стала перевязывать шнурком.

— Группы два и четыре, докладывайте! — Трофейная рация прохрипела из кармана требовательно и высокомерно.

— Говорит второй, объект не обнаружен! Приём! — Откликнулся какой-то киборг, синтезировавший слова с неуместным самодовольством.

Слушая переговоры, Виктория вышла к шоссе. За ним лес стоял сплошной непроглядной стеной, тянувшейся вдоль асфальта за пределы видимости.

Быстрые взгляды по сторонам, чуть ли не бегом через открытое пространство пустой дороги к деревьям и кустам. Затем налево, теперь уже спокойным шагом.

— Группа четыре, выходите на связь! — Не унималась рация. В этот раз к настойчивости прибавилось спесивое раздражение.

Пара минут тишины. Низкое утробное рычание мощных двигателей вдалеке. Девушка спряталась за толстым стволом и осторожно выглянула. По шоссе протарахтели три грузовика с крытыми брезентом кузовами.

Долгий, заунывный вой в небе, плавно снижавший тональность. Ракета, заметная только благодаря белому дымному следу, нырнула куда-то к гостинице. Громовой раскат, гулкое лесное эхо.

— Я третий, направляемся к четвёртой! — Только и успел сообщить самодовольный робот. Следующий взрыв донёсся одновременно и хлёсткой волной в воздухе, и резким грохотом в эфире.

Ещё несколько далёких ударов — и бомбардировка закончилась. Виктория покинула укрытие за деревом и продолжила пробираться вдоль трассы, осторожно ступая по бурым прошлогодним листьям.

Ветер усилился и потихоньку потащил из-за горизонта облачную дымку. Солнце демонстрировало намерение опуститься к западу. У дороги показался белый двухэтажный дом, за ним — уже знакомый частный сектор.

Лес сначала превратился в редкую рощицу с молодыми деревцами, а затем и вовсе закончился. Дальше — только неровный пустырь с длинной канавой вдоль шоссе, с редкими кустами на краю поля. И со следами былых обстрелов, двумя глубокими воронками у самой обочины.

Виктория снова пересекла трассу и приблизилась к подворьям, обходя лужи.

Большой белый кот грациозно прыгнул, ловко поймал воробья и с добычей в зубах шмыгнул под синие железные ворота. Вслед удачливому охотнику с завистью смотрели печальные глаза тощего серого пса. Девушка достала шоколадный батончик, распаковала и бросила собаке. Животное жадно набросилось на еду.

— Всем группам вернуться на базу! — После долгого молчания эфир разразился шипящими и скрипучими тирадами. — В беспилотный аппарат не стрелять! Он наш, продолжает поиск! Повторяю, не стрелять!

— Вас понял! — Робот ответил уверенно, с бодрой готовностью. — В базу не стрелять. Вернуться на аппарат.

— Наоборот, железяка тупая! — Командир взревел в яростном исступлении.

— Вас понял! — Андроид подтвердил всё так же оптимистично. — Наоборот, стрелять и не вернуться!

Ещё несколько обрывистых, невнятных, но, судя по интонации, очень эмоциональных, истеричных фраз утонули в потрескивании помех и посвистывании затухающей радиоволны.

— Чудненько! — Глядя на небо, будто проверяя, нет ли упомянутого беспилотного разведчика поблизости, Виктория произнесла скорее с усталостью, чем с досадой. — Значит, сейчас не уехать, надо отсидеться…

Рацию удалось отключить не сразу, пришлось покрутить ручку регулировки громкости на верхнем торце корпуса, пока не раздался тихий щелчок.

Зелёная калитка, по-прежнему полуоткрытая. Всё то же угрюмое безмолвие вокруг. Мотоцикл стоял на месте. Ни во дворе, ни в повреждённом доме ничего не изменилось.

В окна кухни заглядывало солнце, уже совершенно однозначно намекавшее на приближение вечера. К нему подбирались сизые тучи. Ветер окреп и зашумел в ветвях.

Покрывало отправилось на пол к коврику, лук и колчан — к стене, а часть содержимого сумки, две пластиковые бутылки с тёмно-вишнёвым напитком и несколько шоколадных батончиков, — на стол.

Стульев не было, пришлось принести из другой уцелевшей комнаты тумбочку. После чего оставалось затолкать мотоцикл в коридорчик, закрыть за ним дверь, подпереть её поленом и вымыть руки с мылом, черпая кружкой воду из ведра.

Управившись с этими делами, Виктория села у стола, откупорила бутылку с напитком и взялась за еду. Пережёвывая шоколад, включила радиоприёмник и начала поворачивать колёсико настройки.

Пара станций транслировала музыку. На третьей удалось застать окончание выпуска новостей. В безупречной дикции женского голоса не чувствовалось ничего, кроме бескрайнего, всеобъемлющего равнодушия.

— Данные о потерпевших в результате обстрела уточняются… И о погоде. На всей территории области ожидаются порывы ветра до двадцати метров в секунду, дождь со снегом, переменная облачность. Возможно образование гололедицы на дорогах, водителям рекомендуется воздержаться от дальних поездок.

Поставив на стол недопитую бутылку, Виктория встала, взяла с подоконника спички и начала закладывать в печку поленья.

Виктория. Глава 5

Высоко в небе величаво плыла громадная сигара корабля, похожего на дирижабль. Металлический бок сверкал отражением последних алых лучей заката. Ветер кружил по парку жёлтые и багровые листья, усыпал ими бетонные дорожки и седую от инея траву.

Виктория приблизилась к огромной ступенчатой пирамиде с зеркальными стенами, впитавшими мягкие пастельные оттенки раннего вечера.

Широкий прямоугольник входа сиял яркой белой иллюминацией. Вдоль всего первого этажа тянулась длинная стоянка, вымощенная шестигранными янтарными плитами-лампами. На этих мягко светящихся сотах ожидали пассажиров тёмные глянцевые овалы аэротакси. Взлетавшие и садившиеся аппараты уже включили оранжевые габаритные огни.

Внутри пирамиды в разные стороны расходились пассажи с витринами магазинов, барами и кафе. Пёстрые рекламные голограммы изображали в под потолком торгово-развлекательного центра то бокалы, то кроссовки, то свитеры. Эскалаторы и лифты в прозрачных шахтах доставляли публику в разноцветных одеждах на верхние ярусы. Перекрёстки мерцали фонтанами. Вдоль просторных коридоров стояли кадки с пальмами, тёмно-зелёные пластиковые скамейки, столики и стульчики. Гигантский экран показывал белоснежные яхты в лазурном море, сопровождая трансляцию танцевальной электронной музыкой.

— Юля? — Виктория удивлённо остановилась, разглядев среди посетителей черноволосую, с косичками, темноглазую девушку в малиновой куртке и синих джинсовых брюках. — Давно на Марсе?

— Да вот, — Юля ответила неохотно, даже не посмотрев на собеседницу, — прилетела за покупками.

— Почему же не позвонила? Я бы встретила.

— Это ещё зачем? — Ответ прозвучал холодно и пренебрежительно.

— Не понимаю… — Произнесла Виктория с недоумением.

— Слушай, подруга дней моих школьных! — Юля снизошла до неприветливого, осуждающего взгляда. — Детство прошло. Всем давно понятно, что рядом с тобой опасно.

Музыка смолкла. Трансляция переключилась на панораму водопада. Пенистые воды с шумом разбивались о скалы, сверкая обильными брызгами.

— Люди хотят жить своей жизнью, а не подставляться под гнев сектантов! — продолжила Юля негодующим тоном. Казалось, яркие отблески рекламных голограмм тонули в её карих глазах, словно в двух тёмных бездонных колодцах. — Если рискуют, то ради твоих прав доступа к электронике! Как только сделаешь самое трудное, любезничать перестанут!

— Было приятно увидеться… — Отозвалась Виктория негромким ровным голосом, не выдававшим эмоций.

Мир замер, стихла суета покупателей и отдыхающих. Юля тоже просто стояла и смотрела, будто наступила её очередь недоумевать. Затем всё исчезло, растворилось в смутных утренних сумерках.

В печи догорали поленья, освещая пол и стену оранжевыми сполохами пламени. Метель пыталась залепить окно снегом, но мокрые хлопья таяли и стекали струйками по стеклу. На столе шипел пустым эфиром приёмник. Его шум, напоминавший звук водопада, — единственное, что осталось от развеявшегося сна.

Виктория спала на коврике, завернувшись в покрывало, подложив под голову сложенную вдвое и обмотанную шарфом сумку. Открыла глаза, медленно встала, провела рукой по лицу.

Первым делом — умыться, зачерпнув ладошками из ведра.

Осторожный взгляд за тихонько приоткрытую дверь. Никого. Ни единого следа на тонком слое снега во дворе.

Взрывы, доносившиеся издалека, гремели настолько часто, что периодически сливались в непрерывный грохот, как от горной лавины.

Обратно на кухню. Быстрый завтрак, шоколадный батончик и оставшийся в бутылке напиток. Крутить настройку на станции пришлось несколько долгих секунд, прежде чем среди помех и посвистывания отыскался безразличный женский голос.

— К тушению пожара на складе боеприпасов привлечены силы министерства чрезвычайных ситуаций. Проводятся действия по локализации площади возгорания… Официальные курсы валют…

Виктория выключила радиоприёмник и, оглядев кухню, спрятала его в пустой холодильник.

Пара минут на сборы. Ремешок сумки — на плечо, лук и стрелы — за спину, шарф — на шею, перчатки из кармана куртки — на руки. Выталкивание мотоцикла из коридорчика в разбитую гостиную оказалось нелёгкой задачей, но вполне посильной.

Мотор заурчал и не стал протестовать против неторопливой, осторожной поездки через двор. Но всё же приободрился, когда девушка миновала полуоткрытую калитку и вырулила на шоссе.

Снег налипал на ветви и провода, на крыши и заборы, укрывал поля и пустыри, но на асфальте таял. Мокрая дорога выглядела темнее, чем раньше, и хорошо выделялась среди вьюжной мглы.

Пара миль вдоль частного сектора. Перекрёсток впереди. Гром разрывов стал более отчётливым и резким. Из города с пронзительными сигналами сирен вылетели две красные пожарные машины, внося разнообразие в чёрно-белый пейзаж. Виктория повернула на трассу и направилась следом за ними. Увеличила скорость, догнала и пристроилась сзади.

Пологий спуск вокруг холма, мимо кустарника. Баррикады из мешков с песком на блок-посту, очевидно, были разобраны ради быстрого проезда автомобилей экстренных служб. Путь перекрывал только бронетранспортёр, который немедленно откатился за обочину, пропуская спешивших пожарных. А также девушку, проскочившую заодно с ними.

Виктория сразу же обогнала обе машины и таким образом закрылась ими от солдат. Однако вместе с тем лишилась частичной защиты от встречного ветра, по-прежнему кружившего метелью.

Здесь взрывы звучали ещё громче. Сквозь снежную пелену показалась деревня, охваченная пожарами и окутанная чёрным дымом. За далёкими домами сверкнул оранжевый шар пламени. Из него в разные стороны фейерверком разлетелись ракеты. Ударная волна, казалось, пыталась вызвать землетрясение, производя впечатление уже не камнепада, а обвала огромной скалы.

Пожарные сирены смолкли. Виктория притормозила и оглянулась. Обе машины остановились, вероятно, не рискуя приближаться к горевшим складам. Их объехал бронетранспортёр. Дуло крупнокалиберного пулемёта злобно затарахтело очередью и выпустило в сторону нарушительницы пропускного режима длинную пунктирную линию трассирующих пуль.

Виктория продолжила путь к полыхавшей деревне неторопливо, позволяя врагам понемногу сокращать расстояние, словно заманивая их в ловушку.

Ещё одна пулемётная очередь, тоже мимо, но уже почти над самой головой.

Снаряды и ракеты продолжали рваться, подскакивать, со свистом и завыванием носиться под низкими снежными тучами.

По мере приближения к домам и подворьям на околице, пока более менее целым, защитное поле мерцало всё отчётливее, накрывая девушку и её мотоцикл полупрозрачным золотистым куполом.

Преследователи влетели в поселение сразу за беглянкой, понеслись по узкой улице и тут же угодили в яркий сгусток пламени от свалившейся с неба ракеты.

Бронетранспортёр вильнул, с треском раздавил тёмный деревянный забор, с гулким лязгом задел покосившийся бетонный столб и вернулся на дорогу. Но отказался от намерения продолжать погоню, когда прямо на него рухнула сначала стена взорвавшегося дома, а затем и обломки горевшей крыши. Задымился и дал задний ход, выбираясь из огромного костра.

Виктория, понаблюдав за врагами с перекрёстка, плавно отпустила ручку сцепления и свернула налево, на улицу, обрамлённую пожарами. Через полминуты выехала из остатков деревни к белому от снега полю, изрытому чёрными воронками, и помчалась по мокрому шоссе к уже знакомой роще, к бетонному забору среди деревьев, к высоким ангарам за ним.

Остановилась в трёх дюжинах шагов от железных ворот, выкрашенных потускневшей зелёной краской. Стянула с правой руки перчатку, достала из кармана брюк коммуникатор и нажала на неприметную кнопку, расположенную на торце устройства.

— Приветствую! — Бархатный женский голос заговорил сразу, едва дисплей засветился голубым интерфейсом. — Желаете активировать программы связи?

— Нет, только сканер порталов. — Девушка ответила негромко, но строгим тоном. — Прямо сейчас и без лишних вопросов.

Экран тут же показал карту, расчертив светлый фон зелёными линиями. Кружочек, расположенный в центре, поначалу пульсировал оранжевым, но вскоре замер и стал серым.

— Значит, есть посторонние… — Виктория отреагировала на предупредительный сигнал от Персефоны невесело, но спокойно. Спрятала коммуникатор, заглушила двигатель, встала с сиденья, сняла вторую перчатку. Выломала из кустарника длинный тонкий прут. Вытащила из сумки кусок белого шнура и тёмно-синюю пудреницу.

Оглянулась, когда в поле недалеко от рощи громыхнул взрыв, поднявший в воздух комья чёрной земли. Раскрыла пудреницу и привязала её к концу прута. Получилось наклонённое зеркальце с длинной ручкой.

Подошла к забору и осторожно подняла своё нехитрое приспособление над бетонным краем, сосредоточенно всматриваясь в отражение.

Один киборг в камуфляжной форме и бронежилете неподвижно стоял недалеко от ворот, не обращая внимания ни на ветер, ни на снег. Ещё два топтались у входа в крайний ангар, пытались выломать громадный металлический лист, не пускавший их внутрь.

Тяжёлые удары ногами результата не принесли. Роботы отошли шагов на двадцать и бросили гранату, но она оказалась бесполезной, произвела только резкий хлопок и немного сизого дыма.

Затопали от торцевой стены к боковой. Расстреляли стекло в высоком окошке. Один присел, подпрыгнул, зацепился руками, подтянулся и влез в проём. Напарник повторил его действия и тоже скрылся из виду.

Ещё один взрыв, совсем близко, уже в самой роще. С деревьев полетели вниз сбитые веточки, посыпался налипший снег. Девушку защитило силовое поле, вспыхнув янтарным сиянием. Однако зеркальце разлетелось вдребезги.

Отбросив прут, Виктория осторожно пошла к воротам, на ходу снимая лук с плеча. Щель между створками оказалась достаточно широкой, чтобы сквозь неё можно было тщательно прицелиться и отправить стрелу в голову андроида, стоявшего в паре дюжин шагов.

Короткий свист и хруст пробитого пластика. Бегом к мотоциклу, не дожидаясь, пока рухнет искусственная туша с заискрившим затылком. Поспешное прикосновение к серой отметке в центре карты на дисплее коммуникатора. Нетерпеливый и даже немного угрожающий рёв мотора. Вперёд, как только створки ворот раздвинулись едва ли наполовину.

Киборг быстро разгорался. Автомат валялся рядом, в двух шагах от пламени, любезно предоставляя возможность его подобрать.

Из разбитого окна выскочил второй робот. Виктория, сидя на мотоцикле, встретила его одиночным огнём из трофейного оружия. Три пули с глухим стуком угодили в грудь, защищённую бронежилетом. Зато четвёртая даже не подожгла, а взорвала голову.

Напарник тоже выпрыгнул из ангара и успел выпустить пару коротких очередей, но защитное поле справилось с попаданиями. Пришлось потратить ещё несколько патронов, прежде чем удалось пробить киборгу шею. Трескучий сноп оранжевых искр — и вояка завалился на бок.

Автоматный стрекот слева, со стороны остальных ангаров. Оттуда же потянулись стремительные вереницы трассирующих пуль. Четвёртый враг, незамеченный ранее, ровно и чётко шагал на полусогнутых ногах, ссутулившись к прицелу и непрерывно паля на ходу. Сделал короткую паузу для быстрой, проворной перезарядки. Похоже, киборга ничуть не удивляла неуязвимость его цели. Израсходовал весь боекомплект, выхватил длинный нож.

Виктория попыталась попасть ему в голову. Затем переключила предохранитель и выпустила очередь в ноги робота.

Андроид свалился неуклюже, будто споткнулся, но упрямо пополз вперёд. Ещё одна очередь — и лоб искусственного боевика расплескался в снежном воздухе бесформенным огненным пятном.

Из кармана раздался настойчивый писк. Виктория достала чёрную коробочку генератора защитного поля. Красный индикатор помигал и погас.

— Удачный экземпляр, прослужил долго… Надо бы Майклу отдать, пусть изучит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Виктория предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я