Однажды в Бразилии
Мария Кастро

«Так вот она какая на вкус, эта Бразилия! Сладкая, одурманивающая, слегка кислая и… невероятно бодрящая!»Роман «Однажды в Бразилии» написан для всех, кто не мыслит жизни без приключений, юмора и открытий!Русская Марьяна отправляется в Бразилию! Что ждет ее в далекой экзотической стране? Какие они, эти бразильцы, что за нравы там царят? Сумеет ли она выбраться из передряг?Книга погрузит вас в праздничную атмосферу бразильских будней и подарит незабываемое наслаждение местным колоритом!

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Однажды в Бразилии предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 3. Бразильский колорит

— Вчера толком и не пообщались, руссинья! — Карла в традиционно бразильском стиле расцеловала меня в обе щеки. Она пахла приятным лосьоном для тела с ароматом чего-то цитрусового.

— И как ты только не спеклась в своем пальто?

Честно говоря, я и сама не знаю, как выдержала на себе это чугунное одеяние, которое при первом же контакте с душным и влажным тропическим воздухом превратилось просто в адский парник.

— Будь снисходительна, дорогая. Мне некуда было его деть, а в мартовской России под такое еще и свитер-другой надеваешь, — я с теплотой чмокнула Карлу в румяные загорелые щеки, — Тетя Сидерия уже дома?

— Нет еще, — бразильянка лениво плюхнулась перед зеркалом на обитое индейской тканью высокое кресло, — Как же это круто, что ты приехала, amiga! Мы все-все очень рады, правда!

Я вспомнила, с какой неподдельной радостью при встрече импозантная дона Сидерия погрузила меня в жаркие объятия, как восхищалась моим знанием португальского и цветом моих «аквамариновых очей».

— Дорогая, о, дорогая! Добро пожаловать в Ресифи и в нашу семью, чувствуй себя как дома! — от обильных поцелуев этой гостеприимной сеньоры на моих щеках засияли малиновые пятна от помады. Голос доны Сидерии оказался низким, прокуренным и практически мужским, что вполне типично для бразильянок среднего возраста.

Пообщаться, как следует, мы не успели, поскольку приехала я уже глубокой ночью, а значит, распаковыванием подарков займемся сегодня. Ах, как же мне хотелось от всей души отблагодарить эту семью за гостеприимство!

Днем у нас по плану прогулка по городу, и ради такого случая тетя Сидерия отпросится с работы, а моя подруга уже сбежала с лекции (только тссс, это большой секрет!). Мне не терпелось познакомиться с Ресифи и его жителями, а главное — увидеть океан при свете солнечного дня. Просто стоять на песке и босыми ногами ощущать мягкие объятия накатывающих ласковых волн, чувствовать приятное покалывание морской соли на губах, заполняя легкие освежающим морским бризом.

— Встретим закат на пляже и пропустим по порции-другой кайпириньи. Вот уж посекретничаем! — Карла словно прочла мои мысли, — А теперь торопись, тетушка уже подъезжает, а я схожу предупредить старушку Сэлму, чтобы на обед нас не ждала.

Карла провела пальцами по идеально гладкой шевелюре — следуя неизменной бразильской моде на прямые волосы, она, как и большинство бразильянок, тратила немалую сумму и колоссальный объем времени на усмирение буйных от природы кудрей.

* * *

Внизу нетерпеливо просигналили раз восемь подряд и, выглянув в окно, я увидела канареечно-желтый Nissan доны Сидерии. Я быстро схватила сумку — и мы с Карлой и ее тетушкой отправились в путь. По дороге я заворожено наблюдала за скользящей мозаикой пестрых улиц, как ухоженные тротуары с новыми домами и роскошными садами резко сменялись кривыми хижинами на расколотом асфальте. В воздухе разносился то приятный аромат кондитерской сладости, то бил в нос удушливый запах зловонных нечистот.

Остановились на очередном красном сигнале светофора, мы в ожидании наблюдали за переходившим дорогу ухоженным молодым бразильцем, одетым и подстриженным по последней моде. И вдруг прямо перед машиной внезапно возник совсем юный чернокожий паренек, на котором не было даже рубашки, а во рту не хватало пары зубов. С молниеносной скоростью он принялся протирать переднее стекло тетушкиного автомобиля, не обращая никакого внимания на явный протест недовольной водительницы.

— О, нет, menino, нет! Оxe, разве вы когда-нибудь слушаете?! — пока дона Сидерия возмущалась, ушлый паренек успел закончить чистку и с невинной улыбкой протянул грязную ладошку, в которую тетушка опустила пару монет в 10 сентаво.

— Может, сеньора желает попкорна? Всего пара реалов! Нет? Ну что же, спасибо, отличного вам дня и храни вас Господь.

Тетушка демонстративно громко закрыла окно.

— Это бесполезно, а попробуй только отказаться — еще и плюнут! — в раздражении она затянулась очередной сигаретой.

Я засмотрелась на мелькающие за окном пальмы, никогда раньше не видела их в таком количестве. Высокие и изящные, с ярко-изумрудной шапкой, они стояли как гордые принцессы, устремившись в пронзительно-лазурное небо без единого облачка. Им всё равно, что именно украшать своим царственным присутствием — полуразрушенные фавелы, сиротливо жмущиеся друг к другу, или роскошные кондоминиумы с идеально подстриженными кустами.

О, моя Бразилия, ты — страна контрастов, ты такая же, как и я! То при полном параде, то беснующаяся, то не выспавшаяся и с небрежным пучком на голове… Внезапно меня осенила мысль о глубинном родстве с этой страной, и я лукаво подмигнула доне Сидерии в зеркальце.

Мы остановились у торгового центра, где мне предстояло купить сим-карту, обменять деньги и, конечно же, оценить бразильскую моду! Чего тут только не было: и шорты всех цветов радуги, и футболки со всевозможными надписями, и платья с яркими тропическими мотивами, а также юбки, комбинезоны, платки, топы и какие-то неопознанные мною куски ткани, складывающиеся во что-то невыразимо причудливое. Просто какое-то буйство красок и разнообразия! В ярких витринах красовались манекены, многие из которых могли похвастаться весьма пышными формами. О боже, мне захотелось скупить здесь всё! Вот эта витрина так и манила воздушными юбками в пол, а в той можно было застрять на несколько часов, разглядывая затейливой формы сумки и широкие кожаные ремни. И я, не удержавшись, отправилась в примерочную.

— Сеньора выглядит просто безупречно и неотразимо! — невероятно назойливая продавщица каждые две минуты заглядывала в мою кабинку, — А не купить к этому платью новый поясок было бы настоящим преступлением! У вас же чудесная фигура, вы такая стройненькая, такая худенькая!

Хотите — верьте, хотите — нет, но я была готова от души расцеловать эту девчонку! В России я считалась если и не пышечкой, то барышней вполне себе плотного телосложения, которая помещается только в размерный ряд G. Здесь же я с превеликим удовольствием выбрала себе наряды М и, чуть не плача от счастья, застегнула на бедрах настоящий S-сарафан. Модная в России худосочность здесь, в Бразилии, о счастье, не в почете. А уж если у вас к аппетитным формам прилагается европейская внешность, будьте готовы — бразильцы безоговорочно нарекут вас неземной красоткой! Впрочем, каждая женщина чувствует себя здесь красавицей. Местные продавцы столь щедры на комплименты, что шоппинг оказался настоящим бальзамом для души и самооценки. Немудрено, что при таком маркетинге я прикупила себе сразу несколько открытых платьев и расшитый в этническом стиле струящийся комбинезон. А к ним и аксессуары — ярко-канареечную сумку и тяжелый с металлическими вставками ремень.

Насладившись покупками, мы отправились пообедать в национальный бразильский ресторан. В ожидании заказа, я решила сделать пару заметок в новом глянцевом блокноте, расписанном яркими мазками в стиле Ромеро Брито. Тетушка с Карлой отправились в дамскую комнату, и я не сразу почувствовала на себе этот застывший пристальный взгляд угольно-черных глаз. Прямо за окном ресторана стояла взлохмаченная женщина неопределенного возраста, в обносках и кепке, надетой задом наперед. От ее взгляда мне стало не по себе, по спине пробежал холодок.

— Вам что-нибудь нужно?

— Обманщики, обманщики, они обманщики!

— Кто?

— Они! — изо рта женщины, кажется, пошла пена, — Я расскажу обо всем, только дай мне денег!

Растерявшись, я полезла в сумку в поисках кошелька. Эта сеньора выглядела слегка сумасшедшей, да что там говорить — в ее глазах плескалось безумие! Скорее всего, она была очень голодной. Я уже хотела протянуть ей несколько монет, но не тут-то было. Внезапно появившийся официант остановил меня резким жестом и подбежал к широко распахнутому окну, всем своим видом показывая отвращение к этой попрошайке.

— Убирайся отсюда! — стальной голос ранее услужливого паренька больше напоминал приговор бессердечного судьи. Женщина, показав ему средний палец, словно растворилась в воздухе.

— Вовсе не стоило так жестко обходиться с пожилой женщиной, — возмутилась я.

— Тоже мне, женщина! — поморщился парень, — Приползут из своих трущоб и клиентов отпугивают.

Я уже собиралась вступить с ним в дискуссию, но тут из дамской комнаты вернулись дона Сидерия с Карлой и остудили мой пыл. К моему облегчению, заказ принес другой официант, но перед глазами всё еще стоял образ бедной попрошайки. Оказывается, в Бразилии тоже процветали предрассудки. Это испортило мне настроение, и говяжьей вырезкой маминьей я не смогла полностью насладиться. Как хорошо, что меня уже ждал Атлантический океан! Мне так хотелось поскорее увидеть его своими глазами! Я обожала природу, ведь пред ней все равны — каждый имеет право вдыхать океанский бриз и чувствовать под ногами бархат песка, наслаждаясь теплом ласковых солнечных лучей.

* * *

После обеда тетя Сидерия отвезла нас с Карлой на побережье, наказав в воде не заходить далеко, так как местный пляж славился кровожадными акулами. Учитывая, что купальники мы с собой не взяли, ослушаться тетушку оказалось невозможным. Сама же Сидерия, сославшись на нежелание жариться на солнце, отправилась по делам — мы условились, что позвоним ей, как только надумаем ехать домой.

Когда мы приехали на Боа Виажем, главный городской пляж Ресифи, день был уже в самом разгаре. Боже! Океан оказался в тысячу, в миллион раз прекрасней, чем я себе его представляла! Передо мной раскинулась бескрайняя, ослепительно-лазурная гладь, с мощными, словно кружевными волнами, которые с разлетающимися в воздухе бриллиантами брызг хлестали о берег. Полуденное солнце золотило верхушки пальм, а рваные лоскутки облаков лениво проплывали по ярко-голубому небосводу. Все цвета были такими сочными и яркими, что казалось, я перенеслась на страницы популярного глянцевого журнала о путешествиях. Стоя на мягком, согревающем ступни песочке, я с наслаждением ощущала, как до меня долетают капли воды, касаясь разгоряченной кожи. Набрав полные легкие свежего морского воздуха, я зажмурилась от удовольствия. Теперь во всем мире существовали только я и он — его величество Атлантический океан.

— Смотри, Мари! — позвала растянувшаяся на лежаке Карла, — Справа от нас в паре метров от пляжа — знаменитая площадь Прасинья. Вечером на ней раскинут палатки с едой и сувенирами, соберутся шумные уличные артисты. Будет весело! И если бы дома нас не ждал ужин в твою честь, мы непременно остались бы тут до самой ночи.

Значит, вечером тут начнется настоящая движуха! Ну а пока тишина, раздавался лишь шум океанских волн, бурно плескавшихся на горизонте, да возгласы проходящих мимо торговцев, наполняющих воздух ароматом спелых ананасов и свежевыловленных креветок.

Я подошла чуть ближе к Прасинье. В самом сердце площади красовалась ярко-бирюзовая церковь Носса Сеньора, построенная португальцами еще в семнадцатом веке. Ее насыщенный цвет и колоритная латинская архитектура идеально сочетались с духом Боа Виажем и местными красками. Казалось, сама природа создала сей католический шедевр — настолько органично церквушка вписывалась в окружающую атмосферу.

Снова окинув взглядом океан, я заметила двух ребятишек, купающихся рядом с берегом. Эти темнокожие малыши на первый взгляд казались невинными ангелочками, но как только я разобрала, что они говорят, моему удивлению не было предела — крепости ругательств, которыми они, не скупясь, осыпали друг друга, позавидовал бы самый матерый сапожник. Выбегая на горячий золотистый песок, эти сорванцы орали во всё горло, а их сопровождающая, высокая сеньора с формами, лениво возлежала на полосатом шезлонге, потягивая двойную порцию кайпириньи. По пляжу бесконечно сновали продавцы, наперебой расхваливающие свой товар: солнечные очки, жареные пирожки кошиньяс, белый сыр с медом, кремы для загара, свежие устрицы, кружочки сочных ананасов. Вдоль пляжа вереницей пробегали спортивные, блестящие от пота привлекательные бразильцы и бразильянки.

Справа от велосипедной дорожки брел мальчонка лет тринадцати. Одной рукой он тянул тележку, наполненную какими-то ящиками, а на вторую руку опиралась пожилая, чуть хромающая дама. Сеньора была одета «с иголочки», ее широкополая шляпа в сеточку чудесно сочеталась с элегантным лимонным платьем ниже колен, а кожаная сумка в тон говорила об изысканном вкусе хозяйки. Неужели ей не жарко? Мальчуган же представлял собой полную противоположность своей спутницы — мулат с непослушными смоляными кудрями, одетый в залатанные грязно-серые брюки и короткую черную футболку, сиротливо сползавшую с его острого худенького плеча. Несмотря на нелегкий груз и сильное пекло, лицо мальчишки казалось беззаботным, а глаза ясными, словно безоблачное бразильское небо. Он беспечно насвистывал какую-то мелодию в стиле босса-новы, и было что-то такое смелое и отважное в его облике… Точно! Он напомнил мне бравого героя Антонио Балдуино из моей любимой «Жубиабы» Жоржи Амаду. Интересно, кто этот мальчик и кем приходится ему эта высокомерная с виду сеньора?

— Эй, моя русская подруга, о чем ты там задумалась? Айда на лежак, пропустим с тобой по ледяному кокосику! — громкий крик Карлы резко выдернул меня из задумчивости.

— Два кокоса, пожалуйста, вон к тем лежакам, — сделала я заказ проходящему мимо продавцу. Он хмыкнул и, едва сдерживая смех, широко улыбнулся, не стесняясь кривых зубов, затем заспешил к стоящему поодаль холодильнику. Я с недоумением подошла к Карле и опустилась на лежак.

— Будь внимательна к тому, что говоришь, дорогая, а то не так поймут. Ты только что попросила дерьмовую воду, причем на весь пляж! — и Карла бесхитростно расхохоталась.

— А я-то наивно верила, что у бразильских кокосов поистине божественный вкус…

— Да, если произносишь «côco» с ударением на первый слог. А если сделать на второй, то получается «дерь-мо», — состроив рожицу, Карла показала мне язык.

— О, нет, нет! — я почувствовала, как румянец заливает мои щеки, — Вот что значит отсутствие практики. Тут и Коко Шанель лучше не упоминать, да уж! Колись, о чем еще я должна знать, прежде чем снова опозорюсь?

— Например, «хлеб». Произноси его как можно сильнее в нос: «pão». А то получится нечто похожее на… в общем, похожее на хлеб только по форме, то есть «pau»! — у Карлы от смеха даже слезы выступили на глазах.

— Спасибо, дорогая, буду иметь в виду и постараюсь не попросить член в местных булочных. В крайнем случае, скажу, что это для моей подружки Карлы, — я так хохотала, что почти сводило челюсть.

— Только попробуй, зараза такая! А вот и наши кокосики!

Какое-то время мы молчали, растянувшись на лежаках и смакуя ледяную сладкую мякоть натурального баунти. Я никогда раньше не держала в руках такого кокоса! Огромный, скользкий, ярко-зеленого цвета, с полосатой соломинкой посередине — он почему-то казался мне неестественным, даже пластмассовым. Этот райский плод, оказывается, отлично утоляет жажду. Под подол моего сарафана забился песок и, кажется, успел добраться до исподнего, но ничего на свете не испортило бы сейчас моего благодушного настроя.

— Марианна, дорогуша, завтра у моих друзей Феррейра намечается вечеринка, место просто шикарное! Я хочу познакомить тебя со своими друзьями, особенно с Кларисси. И кто знает, может, именно там ты и встретишь свою судьбу, ммм? Твое сердце ведь всё еще свободно?

— На данный момент полностью, — я устало зевнула.

Признаться честно, мне вовсе не хотелось забивать голову мыслями о возможных романах. Здесь, рядом с океаном, я словно отключилась от повседневных забот и не заметила, как задремала, сморенная палящим солнцем и океанским бризом.

* * *

Домой мы возвращались на такси уже около семи вечера. Добрую часть дороги водитель со странным именем Данкесон пытался угадать, откуда я приехала, и в конце разговора пришел к выводу, что, должно быть, его экзотичная пассажирка родом из… Хухуя.

— Что, простите? Из Хухуя? — я едва не поперхнулась минералкой.

— Ну, знаешь ли, дорогая, мне показалось, что ты так похожа на Габи, это дочка моего другана, она живет в Хухуе — это на севере Аргентины, вроде как провинция. Или это на юге? Хрен его разберешь! Те же зеленые глаза, да еще и этот твой испанский акцент. А что я такого смешного сказал-то? — Данкесон растерянно наблюдал за моей неудержимо расплывающейся улыбкой.

— Да нет, уважаемый, увы, я не из Хухуя. Я из России, знаете ли.

— Вот оно что, русская! Знаю, что там всегда холодно. А еще у вас же коммунизм до сих пор?..

— Да, — перебила его Карла, — У них там еще и диктатура! — переглянувшись, мы прыснули от смеха.

В доме семьи Мартинш нас ожидал большой сюрприз: в честь моего приезда тетушка Сидерия с Сэлмой устроили настоящий пир! Стол, покрытый белоснежной вязаной скатертью, буквально ломился от всевозможных яств. Главным украшением стола, безусловно, стала пухлая жареная индейка — традиционное праздничное и любимое бразильцами блюдо. Птицу украшали ярко-красные ягоды кисло-сладкой питанги, а на гарнир к ней полагалась огромная порция риса с изюмом. Кстати, я выяснила, что без риса бразильцы своей жизни не представляют вообще! В таком же почете была и фасоль, называемая здесь фейжао, без нее ужин тоже не обошелся. На столе возвышалась дымящаяся кастрюля с сочной фейжоадой — кушаньем из фасоли, сосисок и мяса. На выбор предлагалась и светло-бежевая фасоль, которую бразильцы ласково прозвали «мулатиньей», а в блестящей глиняной салатнице пестрил местный аналог оливье — салпикао. Это сочные кусочки филейной грудки, перемешанные с кукурузой, сухофруктами, овощами и майонезом.

Хрустальный поднос с причудливыми бортиками едва выдерживал тяжесть всевозможных тропических фруктов. А в качестве напитков предлагалось местное вино, произведенное на юге страны, огромное количество бутылок с ледяным пивом, а также несколько литровых банок с кока-колой и местной гуараной, в которую я влюбилась с первого же глотка. Лимонад для бразильцев — это святое! Они запивают им и сладчайшие пироги, и мини-десерты бригадейро, оказавшиеся приторными даже для меня. А ведь я та еще сладкоежка! По словам Сэлмы, именно страсть к бригадейро спровоцировала у второго супруга Сидерии тяжелую форму сахарного диабета. Кстати, нынешнего мужа хозяйки дома я на празднике не увидела. Кажется, он уехал на какие-то соревнования.

Я едва успевала пробовать блюда, раздавать русские сувениры, от души хвалить стряпню Сэлмы и отвечать на вопросы сидящей рядом любопытной подруги Сидерии, которая то и дело норовила потрепать меня за щеки и выразить свое восхищение.

— О, ну что за милашка, какие красивые у тебя глаза! Ты так замечательно говоришь по-португальски! Клянусь, я почти ничего не знаю о России, но у вас там очень холодно и, кажется, намечается война? — сеньора Данубия не переставала тараторить, периодически пытаясь выковырять из безупречных зубов застрявший кусок индейки.

— Будет тебе, дай девочке спокойно поесть, — время от времени останавливала ее Сидерия. Карла же почти всё время молчала, лишь иногда расплываясь в понимающей улыбке. Казалось, она витала где-то в облаках.

Угостившись от души вином, подруги детства Сидерия и Данубия погрузились в воспоминания, возвращающие в беспечную юность. То они заливисто хохотали над тем, как однажды заблудились «в трех пальмах», разыскивая дом коллеги, и им пришлось ночевать в мотеле где-то на обочине. То, не скупясь на пикантные выражения, сокрушались над тем, какой свиньей оказался единственный муженек Данубии, проспавший собственную свадьбу. А ведь она, Данубия, готовилась к этому событию целых два года и сшила на заказ необыкновенной красоты платье из чистейшего шелка, украшенное жемчугами. Да не где-нибудь, а в ателье у самой Амалии Алвеш, лучшей портнихи города.

Я мужественно вникала во все истории этого бесконечного конвейера, но с каждой минутой Морфей всё настойчивее увлекал меня в свои объятия. Стрелки часов едва перевалили за девять, а по моим ощущениям на дворе стояла уже глубокая ночь. Я вдруг почувствовала себя невероятно усталой — долгий перелет, тропическая жара, морской воздух и обильная еда с алкоголем расслабили меня настолько, что я едва могла шевелить губами. Мне очень хотелось зафиксировать впечатления от Бразилии на страницах нового блокнота, но сегодня я вряд ли была в состоянии написать хотя бы строчку. Завтра, всё завтра!

Едва покончив с десертом — пирогом с фруктово-ванильным вкусом — я от всего сердца поблагодарила хозяев за теплый прием и отправилась, наконец, в свою спальню, где меня уже ждала тщательно приготовленная постель, устланная накрахмаленной простыней и воздушным на ощупь одеялом (Сэлма, ты ангел!). Я включила кондиционер, задвинула тяжелые ставни на окне и, обессиленная, упала на кровать.

И снилась мне бесконечная лазурь океана с выброшенными на берег солеными водорослями…

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Однажды в Бразилии предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я