История девятая
Про любовь
Воскресенье
— Любовь — это ерунда, — сказал Мишка.
— Почему? — удивилась я.
— Потому. Надоели эти сюси-пуси. Серде-е-ечки, откры-ы-ыточки. А ещё, когда влюбляешься, надо целоваться. В губы.
— Фу-у-у-у!!! Там же СЛЮНИ!!!
Мишка скривился, будто проглотил какую-то гадость.
Мы сидели в коробке от холодильника. Мишка притащил её к себе в комнату и прорезал два окна. Я принесла одеяла, яблоки и пакет ванильных сухарей. Получился настоящий дом — даже с припасами на зиму.
— У вас в классе уже повесили ящик для валентинок?
— Ага. — Мишка засунул в рот сухарь. — Потом вше девшонки шердешки штитать штанут — у кого больше…
— А ты будешь кому-нибудь валентинку дарить?
— Я что, дурак, что ли!
Я хотела спросить про Машу Яценко, но посмотрела на Мишку и передумала. Когда человек так мрачно перемалывает свой сухарь, ему точно не до разговоров о любви.
Вообще, после каникул он стал какой-то угрюмый.
Хорошо, что мама увозит его в санаторий. Через неделю Мишка вернётся, и мы устроим праздник. Ну, например, в честь Дня Пока Не Знаю Чего. Мы точно придумаем что-нибудь поинтереснее, чем этот День всех влюблённых!
Когда я вернулась домой, Анька лежала, уткнувшись носом в стенку.
— Ань, а ты Герману сердечко подаришь?
— Отстань!
Как всегда. Я только подошла, а она уже накрыла голову подушкой.
Так и лежала, пока папа не позвал нас ужинать.
— У меня потрясающая новость, — сказал он и вылил на блин целое море варенья.
— В городе эпидемия холеры и все школы закроют на карантин? — мрачно спросила Анька.
— Очень смешно! — обиделась мама.
— Так, давайте начнём сначала, — предложил папа и вылил ещё одну ложку на блин. — Мы хотим сообщить вам потрясающую новость… Совершенно невероятную и замечательную.
— В общем, у нас будет ребёнок! — выпалила мама и отодвинула банку с вареньем подальше от папы.
— Какой ребёнок? — удивилась я.
— Пока не знаем, — улыбнулся папа. — Вариантов немного. Или мальчик, или девочка.
— А когда он будет?
— Ну-у-у… В конце мая… Или в начале июня. В общем, после твоего дня рождения. Ещё один подарок. Правда, здорово?!
Бряк — вилка упала на пол.
Бум — Анька так быстро вскочила, что опрокинула стул.
— Отличная новость! — сказала она скрипучим, каким-то ненастоящим голосом. — Прям зашибенная!
Бах — дверь в нашу комнату захлопнулась.
Кажется, в нашем городе эпидемия плохого настроения.
Жалко, что школы из-за этого не закрывают.
Понедельник
Сердечки. Из шоколада, стекла, картона, фарфора, пластмассы, блестящего золота и ненастоящего меха. Не знаю, почему их так любил святой Валентин. Может, он только их и умел рисовать?
До праздника — неделя, а все уже покупают валентинки.
Маргарита Романовна принесла для них специальную коробку. Теперь и в нашем классе есть «любовная почта». Девочки подбегают, толкаются, шушукаются друг с дружкой. Мальчишки подходят по одному и делают вид, что просто решили посмотреть, как эта коробка устроена.
Даже в столовой все говорят о любви.
— А у моей сестры в прошлом году было одиннадцать сердечек. Одно вообще от семиклассника!
— Подумаешь, бумажные! У нас в магазине продают сердца из шоколада. Большущие!
— А я видела — Королёв такое купил.
— Ого! Наверное, специально для Женьки!
От возмущения Королёв чуть не подавился компотом.
— Я?! Ещё чего! Да такие дылды только пришельцам нравятся! Завтра придём, а у нас над школой — очередь из летающих тарелок. Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы, — Королёв скорчил страшную рожу и замахал руками.
Конец ознакомительного фрагмента.
