Эта история знакомит с героями, отчаянно борющимися с одиночеством и собственными демонами, которые всё сильнее толкают их к безумию. Денис — помешанный на деньгах пятиклассник, в голове которого уживаются две личности. Антон — профессиональный домушник, всё глубже вязнущий в трясине своего прошлого. И Андрей — отставной военный, который безуспешно пытается вытащить бывшего подчинённого из этой трясины в ущерб собственной семье. У каждого из этих героев есть свой личный демон, но настоящий он только у одного из них.
Приведённый ознакомительный фрагмент книги «Стальная бабочка. Часть 1. Знакомство» предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.
Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других
Пролог
Сколько раз за последние недели мне приходилось вытаскивать этого мальчишку из неприятностей? Я уже давно сбился со счёта. Да уж, хотел, называется, провернуть всё с наименьшими потерями, а на деле получил бездну новых проблем. Сам виноват: его давно пора было лечить. Но кто же знал, что Антон отреагирует настолько остро?
— Что значит «мне надо лететь»? Ты с ума сошёл?!
Лера стояла в дверях номера и прожигала меня взглядом. Её б воля, и от меня давно бы осталась кучка пепла. Чтобы довести её до крика — это надо было сильно постараться. Что ж, сегодня я в этом преуспел, чем не особенно гордился. Девочки, слава богу, убежали на море час назад, и не видели, как мы ругаемся. Я мимолётно подумал о младшенькой — Ане. Насколько сильно она расстроится, когда узнает, что я уехал?
— Лера, отойди. Тебя это не касается.
— Что значит «не касается»?! Мы здесь и дня не пробыли, а тебе вдруг понадобилось улететь?! Андрей, кто тебе звонил? Опять он? Антон?!
Не так я себе представлял отдых в новогодние праздники, совсем не так. Весь год я работал как проклятый, и наконец представился шанс провести время с семьёй, вдали от сибирских морозов, но когда бы что получалось так, как мы планируем?
Полчаса назад позвонили с незнакомого номера, и я хотел было уже нажать отбой, но что-то дёрнуло меня ответить. И едва только из трубки донёсся голос Рудзинского, как я сразу понял: накрылся мой отдых медным тазом. Антон запинался и проглатывал слова, то лихорадочно шептал, а то орал так, что в голове звенело. Кое-как мне удалось понять, что он просит забрать его откуда-то, что у него нет денег, нет вообще ничего, кроме одежды, да и та, кажется, не его; что он не понимает, как тут оказался, что он даже не знает, в какой он части страны. Минуту я ждал, пока он выяснит название города, до меня доносились крики, заунывные голоса пели песни, кто-то рыдал навзрыд. Не сказать чтобы меня это сильно удивило — за последние пару месяцев я практически разучился удивляться, — но на этот раз нечто едва уловимое в голосе Антона встревожило меня. Да и эти вопли на заднем фоне… Я всё ещё надеялся, что он пьян. Да, всего лишь пьян. Или накурился какой-то дряни. Но интуиция настойчиво нашёптывала мне, что он перешёл на калибр посерьёзнее.
Шесть лет я положил на то, чтобы сделать из этого мальчишки человека, и за какие-то недели всё полетело к чёрту и стало даже хуже, чем в самом начале. И меня не оставляла мысль, что я сам в немалой степени в этом виноват. Но рано или поздно Антон прикончил бы либо девушку, либо себя. И я не имел права оставаться в стороне.
Итак, я накарябал на листке бумаги адрес некой питерской коммуналки, схватил сумку со своими вещами, которую так и не успел разобрать со вчерашнего дня, и вызвал такси до аэропорта. Успел подумать, что прямых рейсов до Петербурга, скорее всего, нет и не факт, что я смогу попасть на ближайший самолёт до Москвы, тем более сейчас, в начале января, а значит, придётся лететь с пересадкой в каком-нибудь европейском городке, а то и не одном. Прикинул, сколько часов займут перелёты и во сколько мне всё это встанет. И не только в денежном эквиваленте. Но выбора у меня нет. Разве что плюнуть и забыть об Антоне раз и навсегда.
Но я не мог так поступить. Не тот я человек, чтобы бросать на полпути дело, в которое вложено столько сил, времени и нервов. Нет, не тот. Лера и девочки как-нибудь перебьются без меня, а вот Антон, если я не вмешаюсь, точно пропадёт.
— Уедешь сейчас и домой можешь не возвращаться!
— Лера…
— Да что случилось?! Ты хотя бы можешь объяснить?!
У Леры в глазах стояли слёзы. У меня вырвался тяжёлый вздох.
— Потом поговорим. Прости.
Я отодвинул жену в сторону, вышел в коридор и быстрым шагом направился к лифтам. Сейчас не до неё: нет времени для выяснения отношений. И такси, наверное, уже подъехало.
— А что мне сказать девочкам, Андрей?! — неслись мне вслед истеричные вопли. — Что я им скажу?!
Лера найдёт что им сказать, тут я за неё не беспокоился.
Она с первых дней невзлюбила Антона, а за последние месяцы вовсе успела возненавидеть. Не понимала моей привязанности к парню, и я не винил её за это. Но и рассказать об истинных причинах этой привязанности не мог, хотя прекрасно осознавал, что наш брак балансирует на грани. По возвращении в Новосибирск меня ожидает тяжёлый разговор, но с этим потом разберусь. Я предпочитал решать проблемы по мере их поступления. И раз уж я добровольно взвалил на себя судьбу этого несносного мальчишки, то мне и на этот раз придётся расхлёбывать ту кашу, что он заварил.
***
В Петербург я прилетел только спустя сутки, рано утром. Изнутри меня точила тревога, я уже почти не надеялся отыскать Антона живым. Бог знает что он успел сотворить с собой за эти полтора дня. Возможно, я уже не найду его по тому адресу, который сжимал в кулаке. Между перелётами я раз пятнадцать набирал номер телефона, с которого он мне звонил, но сначала никто не отвечал, а затем при каждом звонке меня и вовсе стали встречать лишь частые гудки. По-видимому, трубку сняли с базы и так и бросили.
Адрес, конечно же, оказался неверным. Дверь квартиры мне открыла перепуганная старуха и, выслушав меня, растерянно покачала головой. Это и в самом деле была коммуналка, но жили в ней на тот момент, помимо старухи и её мужа, только молодые супруги c тремя детьми и тихий алкаш лет тридцати, к которому никогда не ходили гости. Впрочем, ни к кому из этих людей гости в последнее время не приходили, и молодого рыжего парня никто из них тоже не встречал.
Видно, на лице у меня отразились все мои мысли по поводу этой ситуации — а я уже практически смирился, что мальчишку в этом огромном городе мне не отыскать, — потому что старуха посмотрела на меня сочувственно и спросила:
— Кого разыскиваешь-то, милок? Сына, что ли?
Я лишь усмехнулся.
— Почти. Подчинённого бывшего. Служил он у меня в роте.
— Военный человек, значит, — с уважением покивала старуха. — То-то смотрю выправка у тебя… Мой-то папа тоже служил, в прорыве блокады участвовал. Столько медалей от него осталось, сам Сталин его однажды награждал! Может, зайдёшь, милок? Чаем хоть тебя напою, а то, смотрю, какой-то замученный весь.
Ещё бы. Я толком не спал уже почти двое суток и держался на одной голой воле.
— Спасибо, конечно, но времени нет.
— Понимаю. — Старуха задумчиво пожевала губами, а потом сказала: — А ты пройдись-то по домам соседним. Может, с номером твой парнишка ошибся. Новый год же. Пьёт небось уже который день. Вон, как наш Олежка. Дело-то молодое.
Если б оно было так.
***
Ох уж этот Питер. Ох уж эти его старые дома с нумерацией квартир, которая с трудом поддаётся логике. Но я понял, что цель близка, едва только моя нога ступила в седьмую по счёту парадную. Встретил меня непередаваемый запах мочи и горелого мусора, и я машинально зажал нос. Рудзинского магнитом тянуло в подобные злачные места, будто он постоянно жаждал вернуться в то болото, из которого я в своё время с таким трудом его достал. Оно и верно — как ни тащи свинью из грязи, а её всё обратно тянет.
Нужная мне квартира обнаружилась на третьем этаже. На площадке толклись четверо парней, все до одного бледные и перепуганные, совсем ещё молодые, студенты, судя по виду. Я протиснулся между ними к двери, но один из них ухватил меня за руку повыше локтя и неуверенно проговорил:
— Эй, мужик. Тут очередь вообще-то.
— А я по записи. Руку убрал.
Я взял его за тонкое запястье и сдавил, но несильно — побоялся, что переломлю цыплячьи косточки. Парень охнул, разжал пальцы и попятился. Остальные смотрели на меня, как срочники, которым только-только вручили автоматы.
— А ну разойтись! — гаркнул я, и студентики бросились врассыпную.
Так обидно вдруг стало за нашу молодёжь. Родителям не до детей — понятное дело, они не будут шататься по таким местам, разыскивая своих отпрысков, это только меня понесло чёрт знает куда. Да что там, они небось и не подозревают, где их сыновья проводят вечера. В армию бы этих парней — там у них не будет времени даже подумать о том, чтобы ширнуться. А казалось бы, чистенькие, аккуратно одетые ребята, но глаза уже пустые, бессмысленные, как у рыб, и очень повезёт, если хотя бы один из них соскочит вовремя.
Очень повезёт.
Не успел я нажать на звонок, как дверь распахнулась, будто только меня тут и ждали. В нос ударила вонь ещё ядрёнее, чем в подъезде. Пахло бездарно просранным будущим нации. Я услышал знакомую заунывную песню, словно бы вот только что разговаривал с Антоном, а через минуту как по волшебству оказался здесь. В квартире стоял невнятный гул голосов, хотя коридоры пустовали, если не считать товарища, что мне открыл. Откуда-то донёсся взрыв истеричного хохота. Хотелось плюнуть на всё, развернуться и уйти, но зря я, что ли, проделал такой путь? Я решительно отодвинул стоявшего передо мной темноволосого парня с такими же, как у студентиков, пустыми глазами и переступил порог между миром людей и миром конченых мразей. И Антон был где-то здесь, среди них. По крайней мере, хотелось надеяться, что он не сбежал куда-нибудь ещё.
— Э, мужик, у тебя какое дело? — с беспокойством спросил хозяин притона. А кто, как не здешний заправила, стал бы открывать мне дверь? — Если за товаром, то говори сразу, сколько вешать.
— Нисколько. — Я повернулся к нему. — Ищу я одного человека, он должен быть здесь.
Барыга заметно нервничал. Я же бегло огляделся. Горела тусклая лампочка, коридор типичной питерской коммуналки тянулся куда-то вглубь и терялся в сумраке. Из двери по левую руку выполз мальчишка, смахивающий на скелет, и побрёл в нашу сторону.
— Пшёл вон, Сашка, сказал, больше не дам! — рявкнул на него барыга, и мальчишку как ветром сдуло. — А ты сам кто? Мент, что ли?
— Нет. Сказал же, человека ищу. — Я поколебался, затем достал из кармана пальто тысячную купюру. — На, держи. За беспокойство. Я ищу парня, рыжего, зовут Антон…
Не дослушав, барыга выхватил деньги из моих рук и спрятал в карман брюк. В его пустых глазах зажглись неприятные искорки, и я вдруг осознал, что нахожусь в огромной квартире, под завязку нашпигованной малолетними торчками, которым терять в этой жизни нечего. А на мне — дорогое пальто, в карманах которого разряженный в ноль мобильник не самой бюджетной модели и портмоне, набитое как рублями, так и валютой, и при этом я никому не сообщил, где нахожусь. Не то чтобы я испугался, нет, но стало мне вдруг как-то неуютно, будто я забрёл в загон с целой стаей голодных гиен.
— Через меня толпы таких Антонов каждый день проходят, папаш, — оборвал барыга поток моих мыслей. — Хочешь, иди ищи сам своего человека, а у меня работа.
Он высунулся в парадную и проговорил:
— Заваливайте, чуваки, чего жмётесь?
Через секунду в дверном проёме показались белые как мел лица моих студентиков, и вот тогда я заметил в их глазах нечто, смутно напоминающее жизнь.
Я не стал спорить и, преодолевая брезгливость, двинул вперёд по коридору, заглядывая по пути в каждую комнату. Не приходилось мне ещё бывать в подобных местах, и я бы предпочёл, чтобы никогда и не пришлось, но Рудзинский, по-видимому, вознамерился показать мне всю грязь, какая только существует в нашей разорванной ветрами перемен стране.
В первой комнате не было никакой мебели, помимо облезлой тумбочки и голого матраса в пятнах всевозможной человечьей жизнедеятельности. На матрасе валялась тощая девчонка со свалявшейся копной волос, её колотило, глаза лезли из орбит. Жуткое зрелище, но мне в своё время и не такое приходилось видеть. Рядом на полу, не обращая на неё никакого внимания, толпа парней запевала что-то из нынче популярной у молодых музыки, и вот от звуков их хриплых голосов у меня мурашки пробежали по коже. Я бы нисколько не удивился, если бы ведущим вокалистом этого замогильного хора был Антон, но его среди них не обнаружилось, и я быстро оттуда ушёл. Никто даже головы ко мне не повернул.
Даже в худших своих кошмарах я не мог предположить, что мой отпуск закончится так.
Комнат насчитывалось шесть, в одной их них стояли темнота и храп. На полу виднелись тела, сваленные, как трупы после боя, выключатель на стене не работал, и я не решился зайти: побоялся, что наступлю на кого ненароком. На провонявшей жареной картошкой и безысходностью кухне также сидела толпа молодёжи, кто на полу, кто на колченогих стульях, но и здесь я не увидел моего подопечного. Беда. Либо Антон в той тёмной комнате, либо я только зря трачу время.
Тощий парнишка, в котором я узнал недавнего Сашку, сидел на подоконнике и курил. Его руки мелко тряслись, кожа местами гноилась, а голова больше напоминала череп, но держался он достаточно бодро для живого мертвеца.
— Тебе чего, дядя? — лениво поинтересовался он, ткнув в мою сторону сигаретой. — Ты чё тут забыл-то в таком пальте?
— Человека одного ищу, — пояснил я. — Может, видел тут такого? Рыжий парень лет двадцати пяти, зовут Антон. Скорее всего, вёл себя шумно…
— Как же! Помню! — перебил меня Сашка, и моё сердце ускорило обороты. — Угарный пацан, байки травит как не в себя. И поёт хорошо, на сцене б ему выступать.
— Да, по описанию похоже, — кивнул я. — Не знаешь, он всё ещё здесь?
Сашка пожал плечами и затянулся.
— Давненько его чё-то не слышно. Может, ушёл. А может, и спать завалился.
— Есть одна комната, там свет не включается и тела навалены, — заметил я. — Нет ли тут фонарика где-нибудь?
Сашка подумал, потом сказал:
— Не. Зажигалка есть.
«Не трогайте меня, суки! Не трогайте!» — завопил за стенкой женский голос, раздался оглушительный визг, но тут же умолк. По кухне пронёсся шелестящий смешок, а один нарик зашёлся тем самым истеричным хохотом, который я слышал недавно. Этот смех напомнил мне Антона.
— И то хлеб. Давай свою зажигалку.
— Не, — опять сказал Сашка. — Не дам. Вдруг упрёшь. С тобой пойду.
Я легко согласился. Честно говоря, не улыбалось мне брать из рук этого парня что бы то ни было.
Лица мало чем отличались друг от друга, да и при свете зажигалки тяжко было что-то различить, но я не сомневался, что сразу узнаю Рудзинского. Не оставляло ощущение, что я нахожусь в комнате, набитой под завязку мертвецами, хотя самый жуткий мертвец плёлся за мной и, кряхтя, подсвечивал мне своих собратьев одного за другим. Кто-то застонал в темноте, и мой Сашка чуть не уронил зажигалку на лоб очередному торчку.
— О, кажись, вот он, Тоха твой, — вдруг сказал он.
Я быстро подошёл к нему, наступив по пути кому-то на руку, и склонился над спящим. И тут же заметил знакомый шрам, спускающийся с правого виска до самой скулы, и ещё кое-что, заставившее моё сердце ухнуть вниз: запёкшаяся кровь скопилась над верхней губой, тонкие струйки засохли по обе стороны чуть приоткрытого рта. И глаза. Глаза закатились так, что видны были только белки.
— Зараза! — выдохнул я. — Беги к хозяину, Сашка! Пусть звонит в скорую! Быстро! Скажи, я заплачу!
— Ой, да тут всё, того…
— Быстро, руки в ноги, твою мать! — рявкнул я, и Сашка попятился к выходу, а потом, спотыкаясь о спящих торчков, побежал.
— Серёга! Серёг, звони в скорую, человеку плохо!..
Трясущимися пальцами я нащупал на шее Антона сонную артерию и с облегчением выдохнул, почувствовав слабую пульсацию. Как быстро приедет скорая? Как долго ещё продержится этот чёртов мальчишка? Праздники, незнакомый город, Лера, девочки… Одно на другое. Накрылся мой отпуск. И почти тридцатилетний брак, скорее всего, тоже накрылся. Стоило ли оно того, спрашивал я себя. Стоили того все мои попытки сотворить из этого убожества человека?
Приведённый ознакомительный фрагмент книги «Стальная бабочка. Часть 1. Знакомство» предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.
Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других