Глава 2
Большие, миндалевидные глаза, абсолютно черные, без радужки, затягивающие в свой омут, смотрели на тебя спокойно. Аккуратные, чуть заостренные ушки мило выглядывали из-под коротких прямых волос, ежиком торчавших на самой макушке. По коже цвета лазури струились едва заметные родовые спирали по всему телу. Далаланка, и этим все сказано. Правда, вместо изысканности и вкуса в нарядах, так отличавших ее расу, здесь скорее присутствовал стиль улиц: футболка с веселой рожицей, да шаровары на подтяжках. Несколько колец в ушах, чипы-модификаторы на висках с двух сторон, и встроенные в плечи подвижные манипуляторы, в обычном состоянии крепко сцепленные с телом, дополнительная пара механических рук.
— Привет, Охотник, — повторила, улыбаясь, женщина.
— Я тебя знаю? — спросил Кир, незаметно принимая боевую стойку.
Он наклонился немного вперед, прикрывая собой остальную компанию, медленно, на пол миллиметра вытащил лезвия, для скорейшей атаки:
— Кто ты и почему на моем корабле, без приглашения?
Аня прижалась ближе к холодной стене, чтоб не мешать, если будет драка, и только неуемное любопытство не позволило ей остаться наружи, да еще вера в своего спутника. Патрик прикинулся бездушной жестянкой и тоже замер.
— Эх, Охотник, — далаланка скорбно покачала головой, — не узнаешь старых друзей. Обидно.
Муррат представил мысленно всех тех, кого он мог бы назвать другом, безрезультатно. Память Кира, по-прежнему, оставалась чиста, словно белый лист бумаги.
— Вижу, напарница больше никуда не пропадает, прими поздравления. Привет! Рада с тобой, наконец, познакомится в живую, — незнакомка помахала рукой Ани, та инстинктивно ответила ей, — а вот что робота завел — удивлена.
Она постучала по круглому корпусу ПА-3, подлетевшему совсем близко.
— Жил все один, да один, а тут, смотрю, семьей обрастаешь. Вот и прекрасно, значит, еще один член экипажа тебе не помешает.
— Да кто ты такая, во имя богов! — эмоционально выкрикнул Кир, — я не знаю тебя.
Тут робот вытянул щуп, совсем близко от женщины, на его конце заискрился маленький разряд тока. Если Патрик коснется далаланки, он ее вырубит, став героем.
— Что ты делаешь? — механический манипулятор отделился от руки, перехватывая щуп Патрика, железные пальцы плотно сомкнулись на тонкой антенне.
— Охотник, я от тебя такого не ожидала, — мелодичным голосом произнесла укоризненно пришелица.
— Похоже, ты нас всех знаешь, — заметила Аня, — а мы тебя нет. Представишься?
Далаланка с вызовом усмехнулась.
— Значит, правда не признаешь меня. Я всегда думала, Гвеншипер тогда продал мою личину за свободу. Ну, нет, так нет. Обычно, ведь наша братия воображает о Дельцах самое плохое. Я ждала, что когда-нибудь ты сыграешь против меня козырем в рукаве. Все время забываю, наши мысли — есть отражение только нас самих, наших возможных поступков, и не надо присваивать их чужим.
Она подмигнула.
— Тогда, давай знакомиться, я — Нован, — далаланка протянула родную руку для пожатия, улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба.
— Нован? Ты — Нован? — голос Кира зазвучал удивленно, вспоминая образ друга — хакера, к которому он периодически наведывался за взаимовыгодной помощью.
Защищаясь, компьютерный гений никогда не показывался в живую, теперь Охотнику стало чуточку понятнее почему.
Не дождавшись другой реакции, пришелица отсалютовала поклон.
— А можно вас попросить, — вдруг пропищали откуда-то сбоку, — меня все-таки отпустить. Не знаю как другие, а я все осознал и больше не буду током колоться.
Нован разжала механическую клешню, убирая ее, скрепляя вновь с биологической рукой:
— Какой интересный речевой аппарат!
Патрик отлетел на два шага назад.
— Ты женщина?! — муррат все еще не верил в открытие великой тайны.
Взломщик вел удивительно скрытый образ жизни, позволявший безнаказанно заниматься не совсем законной деятельностью. Он контактировал с миром только через экран монитора, и аватарки каждый раз менялись. О его личной жизни не знал никто, даже друзья.
— Охотник, ну сколько можно-то, — далаланка взмахнул руками, — в наши дни это уже моветон.
— Бывает, — подала голос от своей стены Аня, — все люди разные.
Кир моргнул, еще раз.
— Допустим, — наконец заметил он, — предположим, что это — правда, что совсем не отменяет вопроса: что ты делаешь на моем корабле?
Нован сморщила носик.
— Прячусь, — наконец просто ответила она.
— Собственно, помнишь свой подарок? — она согнула два пальца на обеих руках и помахала ими в воздухе, — «Отлично, я расплачусь со всеми долгами», прямо вижу, как ты так думаешь, и мне прилетает обвязанная бантом одна замечательная инфа — клиентская база клана Охо. Я, по глупости, у тебя ее приняла, обрадовалась даже, вначале. Успела выгодно продать несколько имен, а потом на меня вышли хозяева информации.
Хакер сделала паузу, в которую Кир успел вставить:
— Я — то здесь причем?
— Так вот, хозяева базы оказались не довольны. Очень сильно. Это же надо придумать, грабануть клан убийц!
Охотник несколько смущенно отвел глаза.
— Может быть, просто кто-то неправильно воспользовался информацией? — подала голос со своего места Аня.
Патрик, из-за спины далаланки постарался незаметно показать ей щупом поднятый вверх палец одобрения.
— Мы же не собирались ее никому продавать.
— Ага, вы просто отдали ее мне. А на меня вышел клан Охо. У них оказались тоже неплохие хакеры. Не такие как я, конечно, — в голосе Нован прозвучало самодовольство, — мне удалось сбежать, подчистив всю свою деятельность в сети. Но, по вашей милости, у меня теперь осталась только пара защищенных каналов. Ну и сама клиентская база убийц, надежно спрятанная, разумеется. Надо же мне чем-то будет выкупать свою жизнь в будущем? И в связи с этим вопрос: как думаешь, сколько им понадобится времени узнать, кто эту базу все-таки выкрал? Из непреступной крепости, которой считалась ранее. И на что они готовы, чтобы этого кого-то устранить?
— Здравствуй, Нован, — Кир, наконец, справился со своим удивлением, — я так рад, наконец, с тобой познакомиться воочию! Спасибо, что навестила и предупредила о возможной опасности. Как друг, надеюсь, ты понимаешь, что эту проблему нам легче решать поодиночке. На меня они могут выйти только через тебя. По сему предлагаю и впредь сводить общение лишь к виртуальному, у нас неплохо это получалось.
— Уговорил, поздороваюсь с тобой и я снова: привет, Охотник, я — Нован, твой друг и спаситель в трудную минуту. И мне нужна твоя помощь.
Далаланка улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой.
— Это в чем же? — задал вопрос муррат, — я в ваших мудреных технологиях не разбираюсь.
— Чем? Этим, — взломщица проворно вскочила, подлетев к Киру, и потыкала в мускулы другого пальчиком.
Тут в голову Охотника пришло понимание, что в его дверь вот уже настойчиво целых пятнадцать минут стучат новые проблемы.
— Нет, нет и еще раз нет, — он и сам понял, как его голос звучит не убедительно, — на моем корабле всего два кресла. Раз, — Кир показал пальцем на Аню, — и два, — он ткнул в себя, — робот не в счет. Тебя просто негде разместить.
— Если за этим все дело, — Нован модельной походкой прошла мимо Охотника, остановилась напротив выхода и достала из кармана пластину, — так я не взыскательная.
Она потрясла прямоугольником в воздухе, увеличивая его прямо на глазах, раз, наверное, в пятьдесят. Махнула опять, и вся его верхняя поверхность зазеленела мягким ворсом. Далаланка опустила появившийся ковер на пол, села сверху, скрестив ноги по-турецки и прислонившись к стене проговорила:
— Вот мое место.
— А ты что молчишь? — Кир внезапно развернулся к Ане.
— Я? — удивилась девушка, — ты здесь капитан.
Он тяжело вздохнул и прошлепал к своему капитанскому креслу. По пути, еле слышно, проносились отрывки фраз:
— Мой одноместный, маленький кораблик в балаган превратился.
Пара шагов помогла ему справиться с эмоциями, и, в какой-то мере, смириться с неизбежным. Кир сел, развернувшись лицом к публике:
— Так, и что мы будем дальше делать?
— В качестве жеста доброй воли я хорошенько спрячу твои деньги. Бандиты по первой решили меня обокрасть, — предложила Нован.
Она нажала на вмонтированный в висок чип, и перед глазами взломщика возникло электронное квадратное поле. Ее механические ручные манипуляторы отделились от плеч, превращая в четверорукий организм. Двадцать пальцев единовременно затанцевали на просторах виртуальной реальности.
— Добрая воля, конечно, хорошо, — вставил Кир, — но не хочешь ли ты узнать мой номер счета?
— Зачем? — искренне удивилась Нован, поднимая голову, — я же сама тебе банковскую систему устанавливала. Кстати, Охотник, занялся благотворительностью? С чего бы? Вижу, на Ганее перечислил кругленькую сумму в фонд Вдов и сирот. Говорю без обиняков — стареешь, пора разживаться своим гнездом.
Она захихикала.
— Да ну тебя, — Кир махнул на нее рукой.
Муррат погрузился в тяжелые думы о вечном, как снова выкрутиться из передряги. Аня с любопытством наблюдала за быстро снующими по экрану руками. И только Патрик остался не удел. Наконец, ему надоело притворяться бездушной машиной, и он подлетел к увлеченно работающей в своем мире далаланке. На серой панели из дыма пробегали всполохи и звезды, это ему напомнило о родной планете. Почти не задумываясь, он протянул манипулятор к экрану, касаясь его.
С отборной бранью Нован вскочила:
— Сейчас же убери от меня своего робота!
ПА-3 резво отлетел в сторону, прячась за Анной, на его боку застыло какое-то странное выражение. Да и два надвигающихся манипулятора выглядели страшно.
— Ты что, не знаешь, нельзя влезать в поле электроника, когда тот работает! — продолжала возмущаться Нован, — это как заглянуть в его душу! Без нижнего белья! Это слишком личное! Не смей без разрешения это делать! — она продолжала бушевать, — Охотник! Тебе надо подправить мораль поведения своего робота! Я даже могу это сделать в качестве доброго поступка номер два.
— Я бы действительно хотел на это посмотреть, — откликнулся со своего места весело Кир.
— Этого нельзя делать! — встала на защиту друга Аня, — он такое же полноценное существо, как я или ты, и не нуждается в подправке.
— Вот с последним я бы поспорил, — так же весело откликнулся муррат, — но, увы, должен согласится: никто здесь никого вскрывать не будет, как бы сильно не хотелось.
Робот выполз чуть вперед, втянув щуп на место.
— Знакомься Нован, это — Патрик, и он не принадлежит мне, он равноправный член экипажа.
Кир не стал выдавать тайну антурианца, захочет, сам расскажет.
— Здравствуйте, — представленный вылетел вперед, галантно качнувшись, — у нас с вами с начала все не заладилось, но, я уверен, мы это исправим.
Он протянул щуп вперед для рукопожатия.
— Не лезть ко мне! — прошипела Нован, размещаясь обратно перед экраном.
Огорченно, ПА-3 втянул манипулятор и отлетел в сторону, замирая рядом с Аней.
— Ничего, вы еще подружитесь, — утешила она его, — наша гостья, вроде ничего, и Кира она не раз выручала.
— Она прекрасна, — прошептал чуть слышно робот.
В дверь постучали, так настороженно и робко, как присуще только подчиненным перед высоким начальством. Председатель вопросительно замер.
— Входи, — наконец пригласил Зиус, когда совсем надоело ждать.
В проеме возникла пухлая голова Жаля, за ней протиснулось и остальное тело:
— Я узнал, как выглядит наш вор!
Жестом председатель указал на стул за круглым столом. Хлюмель тут же расположился со всеми удобствами, пользуясь случаем и выпуская мальков из жаберных щелей. Головастики тут же закружились вдоль потолка белоснежной комнаты, летая от отца к Зиусу, не забывая сделать остановку у аквариума.
— Не тяни, говори, — поторопило начальство.
— Я проверял ремонтных роботов на станции, обнаружено, один из них занимался мелкой починкой. Пустяки, порез на приемном желобе. Так вот, я проверил его глазные датчики, и обнаружил, что камера зафиксировала лицо похитителя.
Он запустил неуклюжую руку в кожаный карман на жилетке и извлек оттуда накопитель памяти, маленькую коробочку с пластиной из слюды.
— Сейчас я вам покажу, — он вставил пластинку в свой идентификационный браслет, направляя руку, как прожектор, на ровную стену.
По белой поверхности побежала рябь, с каждой секундой все больше превращая расплывчатое, темное пятно в яркую картинку. И вот уже напротив председателя вглядывалось в бесконечность злое лицо муррата.
— Молодец, — Зиус улыбнулся, — ты снова подтверждает свое мастерство. Я сейчас же разошлю портрет по всем заинтересованным людям. Думаю, мы даже сможем предложить награду за любые сведения о данном субъекте.
День председателя складывался отлично, что бывало крайне редко. Тяжела доля руководства. Он вздохнул, вновь садясь за стол, покрытый горой отчетов.
