Секретарь дьявола, или Сколько ты стоишь?
Лина Личман

Полтора месяца, проведённые Алисой в Лос-Анджелесе после переезда из Екатеринбурга, не были чем-то особенно запоминающимися. Но после того, как она получает работу у «Дьявола», жизнь девушки из обыденной превращается в детективный сериал.

Оглавление

  • Книга посвящается моему папе, которого больше нет. Живу надеждой, что ТАМ, ему лучше, чем было здесь…

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Секретарь дьявола, или Сколько ты стоишь? предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

© Лина Личман, 2019

ISBN 978-5-0050-4370-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга посвящается моему папе, которого больше нет. Живу надеждой, что ТАМ, ему лучше, чем было здесь…

Все описанные ниже события и действующие лица,

являются вымышленными. Любые совпадения случайны.

Алиса

Авто заглохло буквально за несколько кварталов от нужного ей дома. Ударив со злости по рулю, она обречённо вздохнула. Сегодня, как будто весь мир был против того, чтобы девушка получила эту работу. Сначала сел телефон, отчего не прозвонил заведённый на нём с вечера будильник. Потом ключ, сломавшийся прямо в замке, когда она закрывала квартиру. Но добила её старая кляча, именуемая машиной, которая отказывалась заводиться. Упорство Алисы взяло своё, и она всё же смогла её оживить, правда ненадолго.

— И что теперь делать? — вслух спросила девушка, сама не зная к кому обращаясь. — Помощи ждать минут сорок, может и дольше, а у меня всего четверть часа до назначенной встречи.

Решив не сдаваться, она переключила рычаг на нейтральную передачу, и стала толкать машину ближе к обочине. На её счастье, сдохла старушка не на шоссе, а в спальном районе, что упрощало задачу. Попробуй Алиса проделать тоже самое на оживлённой магистрали, неизвестно чем бы всё закончилось, а так она с трудом, но смогла пристроить авто у чужого газона. Не увидев знаков, запрещающих здесь парковку, девушка облегчённо вздохнула, вытащив свою сумочку и закрыв машину, потопала в нужном ей направлении. Если бы не время, которое поджимало, то прогулкой можно было бы вполне насладиться.

Дома в этой части Лос-Анджелеса казались ей шикарными, а может они и были таковыми. Заглянуть в Зиллоу, чтобы выяснить их стоимость, она побоялась, ещё, чего доброго, инфаркт хватит, потому что цена может варьироваться от нескольких миллионов, до бесконечности. На днях по телевизору ей довелось видеть домик за двести сорок миллионов, правда находился тот в Беверли Хиллз, и размером своим мог соревноваться с военным госпиталем.

И всё же город Ангелов был великолепен. У каждого района был свой неповторимый колорит. Например этот, отличался большим количеством зелени, ухоженными газонами и чистыми улочками, идти по которым можно было и босыми ногами, но от этого девушка всё же воздержалась, хотя и было искушение сбросить неудобную обувь и шлёпать босиком.

Нужный ей номер нашёлся достаточно быстро. Только вот самого дома, как такового она не увидела, от посторонних глаз его скрывала каменная изгородь, увитая плющом. А сразу за забором шла высокая стена из росших плотно друг к другу кипарисов, настолько высоких, что даже задрав голову, увидеть вершину не представлялось возможным. Подойдя к калитке, Алиса обнаружила звонок с видеокамерой, и позвонив в него, принялась ждать.

— Слушаю, — раздалось откуда-то сверху. Она огляделась, но никого живого рядом с собой не обнаружила.

— На собеседование, назначенное на одиннадцать ноль-ноль, — сама не зная кому отвечает, произнесла девушка.

— Проходите, — после этих слов калитка открылась, а как только она вошла внутрь, сама собой захлопнулась.

— Чудеса, — пробормотала себе под нос Алиса, и стараясь не думать о том, что её ждёт, пошла по дорожке, которая привела ко входу в дом, больше похожий на замок Дракулы, чем на жилище обычного человека. Несмотря на то, что строение было всего лишь трёхэтажным, выглядело оно внушительно. Стены покрывал какой-то тёмный толи камень, толи кирпич. По бокам были круглые башни с остроконечной крышей и вытянутые арочные окна. Образ довершали пару неизвестных чудищ из бетона, сидящих по обоим сторонам ступеней. От увиденного «великолепия», девушка передёрнула плечами и буркнула: Жуть… — после чего заметила стоящую у дверей женщину, в белом кружевном переднике и таком же кружевном чепчике.

«Интересно, а какую функцию выполняет она? — подумала девушка. — Кухарка? Экономка? Уборщица? Кто там ещё есть из обслуги господина? — в том, что эта громадина принадлежит какому-нибудь наркобарону, Алиса не сомневалась. Честным трудом таких бабок точно не заработать.

— Следуйте за мной, — проговорила женщина, и не представившись, прошествовала вглубь дома. Девушке ничего не оставалось, как молча плестись следом за ней.

Внутреннее убранство жилища, ничуть не уступало тому, что было увидено ей снаружи. Сразу от входа, начиналась гостиная, стены которой покрывало тёмное дерево. По центру располагался большой камин, а над ним висела картина с изображением странной битвы. По одну сторону, сражались люди в белых одеждах, больше похожих на тогу или хитон. По другую сторону находились чудовища. Алиса узнала Гидру, Химеру и Цербера, а вот составляющее большинство, видела впервые. Справа от камина, шла витая лестница, по обеим сторонам которой, стояли статуи в человеческий рост, имеющие верхнюю часть тела от человека, за исключением заострённых ушей и рогов, и нижнюю, толи от козла, толи от барана.

Пол помещения был устелен в шахматном порядке, большими чёрно-белыми плитами, очень похожими на мрамор. Плиты лежали и по коридору, ведущему видимо, к кабинету её будущего работодателя. Здесь на стенах так же висели картины с портретами, в резных рамах. Только вместо обитателей этого жилища, на них опять присутствовали всевозможные монстры, от одного взгляда на которых, девушку пробирала дрожь.

Не то чтобы дом её пугал, но ощущение оставлял так себе. Она бы в таком точно жить не стала. Странная женщина, встретившая Алису на крыльце, остановилась у закрытой двери, и посмотрев на неё со значением, развернувшись, ушла. Девушка же осталась гадать, что ей теперь предстояло делать: ждать, когда позовут, или самой проявить инициативу? Приняв решение в пользу второго варианта, она тихо постучалась, и не дожидаясь приглашения, вошла.

Кабинет был под стать жилищу, а вот его хозяин нет. Если только он не являлся дьяволом, успевшим к её приходу перевоплотиться в человека.

За столом из тёмного дерева, находящимся у огромного окна, восседал мужчина. На вид ему было не больше сорока. Короткие тёмные волосы, слегка тронутые сединой, умные голубые глаза и белоснежная улыбка, делали его похожим на голливудского актёра. Одет он был не в шёлковый халат, как почему-то ранее представлялось ей, а в строгий серый костюм и такого же цвета рубашку. На его фоне Алиса почувствовала себя замухрышкой.

— Присаживайтесь, — улыбнулся мужчина, и жестом указал ей на место перед своим столом.

— Здравствуйте, — запоздало поприветствовала она хозяина дома.

— Я Кристофер, а вы должно быть Элис? — толи спрашивал, толи утверждал мужчина. — Насколько я понял вы недавно в Лос-Анджелесе. Расскажите, почему вы хотите получить эту работу.

Вся заготовленная со вчерашнего дня речь о том, что она именно тот работник, который ему нужен и всё в том же духе, испарилась из головы Алисы. Девушка сидела, как школьница, сложив ладони на коленях, и стараясь не поднимать глаз. От низкого бархатного голоса мужчины, по её спине пробежали мурашки. Голос обволакивал, и как будто заставлял подчиниться. Чувствовала она себя словно кобра, которой факир наигрывает волшебную мелодию на дудке.

— Я приехала в США полтора месяца назад, выиграла в лотерею Грин Кард. Родом из Екатеринбурга, это такой город в России, но вы, наверное, о нём и не слышали, так как ничем особым он не знаменит. В России училась на преподавателя английского, но не закончила, потому что учиться нужно было ещё год. Здесь снимала квартиру ещё с тремя девчонками, искала работу, но кроме должности в официантки, мне ничего найти не удалось. Проработала пару недель. Деньги, которые я привезла с собой, закончились, а ресторанчик наш не особо популярный, вот и решила поискать что-то другое. Если вы меня не возьмёте, то мне придётся уезжать обратно, потому что сегодня последний день, когда я должна либо внести оплату за-месяц, либо съехать с квартиры. В машине жить не вариант, так как она сломалась за несколько кварталов до вашего дома. Да и нельзя по законам Калифорнии в авто спать. Так что мне придётся звонить родным и просить денег на обратный билет, чтобы вернуться в Россию. Возвращаться туда, мне бы очень не хотелось, и не только потому что, уезжая в Америку, я поругалась с роднёй, и сейчас отношения с ними не поддерживаю. А ещё потому, что не представляю своего существования на родине после того, как увидела жизнь в штатах. Здесь у меня никого нет. Ни друзей, ни хороших знакомых я приобрести пока не успела, — скороговоркой проговорила Алиса, и подняла глаза на своего не состоявшегося работодателя. Сама не зная, зачем ему всё это рассказала, но теперь она была уверена наверняка, что от должности ей откажут. Кому же нужен работник с кучей проблем, которые он ещё и вываливает на голову своему предполагаемому нанимателю? Конечно никому!

— Интересный у вас подход, — хмыкнул Кристофер. — Расскажите, почему поругались, и кто остался у вас на родине.

— Старшая сестра и мама. Папа умер. Инсульт. Родные считают меня предательницей.

— Почему? — удивился мужчина.

— Потому что уехала в страну врага, — повторила она слова своего отца.

— И чем обусловлено такое мнение ваших родных касательно США?

И что ей на это было ответить? Что Россия дремучая страна, в которой девяносто процентов населения верят в счастливое завтра, даже тогда, когда сегодня хуже, чем вчера?! Где большая часть людей живёт от зарплаты до зарплаты, еле сводя концы с концами, и народу нужно кого-то винить в своих бедах? Иначе совсем труба. Своё правительство они винить не могут, запрещено законом. Нынче или власть уважаешь или плати штраф, а то и в тюрьму за неуважение упекут. Значит нужно найти врага во вне. А тут ещё промывка мозгов о том, что Америка, это враг человечества номер один, да и все беды из-за неё. Она проклятая во всём виновата! Если бы не США, то и зарплаты были бы больше, и дороги лучше, и люди добрее. Союз и тот бы был цел, если бы не злосчастная Пиндосия. А то, что президент и его гоп компания живут, как сыр в масле катаясь, а к народу отношение, как к рабам, никто видеть не хочет, или старается не видеть. Ни коррупцию, ни неработающие органы власти, ни то, что сотрудники ГАИ превратились в дорожных рэкитиров. Патриоты, бьющие себя кулаков в грудь, замечать не хотят. Нищие пенсионеры, разваливающаяся медицина, увеличение налогов и пошлин, все гнилые нововведения и не упомнить. Да и надо ли? В глубине души Алиса конечно же надеялась, что наступит тот день, когда-нибудь населению несчастной, затоптанной, заплёванной, униженной и обворованной до нитки России, надоест молча терпеть происходящее. И тогда люди выйдут на улицы и снесут к чёртовой матери зажравшееся и обнаглевшее донельзя правительство…

— Почему вы молчите? — долетел до неё голос собеседника.

— Потому, что, если начну рассказывать, вы — мне, не поверите, — убеждённо проговорила она.

— А вы попробуйте, — подбодрил её Кристофер. И девушка начала свой рассказ. По мере повествования, выражение лица мужчины менялось. Сначала он улыбался, потом хмурился, а под конец, вообще сидел покусывая нижнюю губу. Когда она закончила, её несостоявшийся работодатель, молчал, видимо переваривая полученную информацию. Ей нужно было встать и уйти, но сделать это было неловко, не хотелось нарушать тишину. Алиса представляла себе, как позвонит матери с просьбой о деньгах, и её тут же начинало мутить. Сразу вспомнилось всё, что предшествовало отъезду в США.

Проверяя первого мая результаты лотереи, она не сразу поверила, что заветный номер оказался счастливым. Шесть раз подряд трясущимися руками девушка снова и снова вбивала свой номер в строку. И шесть раз подряд экран компьютера показывал ей, что она выиграла.

Первым желанием было побежать и поделиться своей радостью с родителями, но Алиса себе это делать отсоветовала. Знала, что они её не поймут. Отец всегда был яростным патриотом, а Путина возводил чуть ли не в ранг божества. Америку он ненавидел искренне, люто и всем сердцем, считая, что все беды великой державы родом из загнивающего запада. Нет, её отец не был глуп или слеп, просто промывка мозгов в виде телепрограмм и новостей по телевизору, отлично делала своё чёрное дело.

В тот же день она заполнила необходимую форму, и отправила её по нужному адресу, а потом постепенно стала готовиться к интервью. Американский адрес, на который будет отправляться грин карта и все сопутствующие документы, девушка не указала, пометив, что сообщит его на собеседовании. В течение недели Алиса списалась с несколькими людьми, которые оказывали услуги, по предоставлению адреса в штатах для документов из посольства (так она и познакомилась с Татьяной, у которой приехав, стала снимать комнату). Потом была оплата пошлины, прохождение медкомиссии и фотографии на будущую визу. В итоге собрав все необходимые документы в папочку, которую спрятала у себя на работе, девушка почувствовала себя уверенней. В тот момент она подрабатывала в секретариате в том же университете, в котором проходила обучение.

Настал день собеседования. Алиса очень переживала, что из-за волнения не сможет связать и пары слов, но всё прошло на удивление легко и гладко, а уже через несколько дней у неё на руках был паспорт с визой. Вылететь она планировала через две недели, так как посчитала, что этого времени ей вполне хватит, чтобы завершить все свои дела и собраться. И вот, купив билет в страну «светлого завтра», наконец-то решилась сообщить родителям, а потом уже оповестить руководство университета. Если бы она знала, чем обернётся её разговор с предками, то покинула бы родину по-английски.

Алиса ждала ужина, потому что на ужин отец приезжал в обязательном порядке, даже если на работе намечался завал. «Война войной, а ужин должен быть по расписанию и в кругу семьи, — любил говаривать он.

— Пап, мам мне нужно вам что-то сказать, — садясь за стол пробормотала Алиса.

— Нужно, так говори, — добродушно произнёс отец. — Мать, ты нас сегодня кормить собираешься или мы голодаем? — обратился он к матери, которая настороженно смотрела на дочь с половником в руках.

— Конечно будим, — отвлеклась она от созерцания своей младшей, и стала разливать по тарелкам борщ.

— Что там у тебя? — беря свою порцию, и зачерпывая варево ложкой, поинтересовался родитель.

— Я выиграла в лотерею Грин Кард, — на одном дыхании протараторила тогда Алиса.

— И что, много денег? — отца больше не интересовала еда, его интересовала сумма выигрыша. Поняв, что родители никогда и слыхом не слышали о американской рулетке, и лотерея для них это что-то сродни Спорт Лото, где люди могут стать миллионерами, она решила объяснить более понятным языком.

— Это не лотерейный билетик, это шанс получить гражданство другой страны, в данном случае…

— А на кой чёрт тебе гражданство другой страны? Тебе что в России плохо живётся или думаешь, что там куличи слаще? — перебил её папа, улыбаясь. Мать всё это время молча взирала на дочь, комкая в руках кухонное полотенце.

— Нет, не думаю. Просто…

Договорить у неё не получилось, потому что в дверь позвонили.

— Зин, открой, а мы пока с дочкой поговорим. Так что там просто? — уже обращаясь ко ней, поинтересовался отец.

— Просто Америка, это страна для людей и…

— Америка значит, — перебил её он. — И что, когда удираешь в стан врага?

— Через две недели, — не став припираться, и пропустив слова о вражеской территории, спокойно ответила Алиса.

— Ириша приехала, — появившись на кухне, оповестила мама. — Сейчас вместе с нами ужинать будет.

Какой чёрт решил принести в тот день в родительскую квартиру старшую сестру, которая всегда являлась подстрекательницей, и уж если ей выпадала возможность стравить кого-то, и посмотреть на скандал, не важно при этом друзья это были, родственники, или чужие люди, та всегда этой ситуацией пользовалась. А потом тихо стояла в сторонке, и получала удовольствие от происходящего.

Именно в тот вечер, провокаторша решила навестить отчий дом, как будто чувствовала, что сможет вновь применить свои способности на практике. В то, что Ирина просто проезжала мимо, Алиса не поверила, так как та жила аж пол часа езды от родительской квартиры. Не припрись сестрица в тот день, возможно всё бы было по-другому, и отец остался бы жив. Но как случилось, так случилось, и ничего уже изменить нельзя.

— Слышь, мать, Алиска решила родину сменить, — горько усмехнулся мужчина и отложил ложку. — Жил себе, жил, и даже не думал, что Андрея Власова рощу, только в женском обличье. В Америку наша дочурка замыслила переехать.

Мать испуганно ойкнула, и стала переводить взгляд с младшей дочери на мужа. А тут ещё старшая на кухню подоспела, и конец разговора услышала.

— Пап, а что ты хотел? Алиса же не зря английский решила преподавать, наверное, с детства план побега из России готовила. Да, предательница родины? И сколько же тебе Госдеп заплатил? Почём свою душонку-то продала? — сузив глаза, уставилась на неё Ирина.

Особой любовью между сёстрами никогда и не пахло. Толи причиной тому разница в возрасте, толи характеры обеих — не понятно. Младшая всегда была тихим послушным ребёнком. Училась на отлично, и проблем не доставляла, за что и была любима родителями. Старшая же не только отличалась вздорным характером, но и помимо плохих оценок, имела многочисленные приводы в милицию. То в магазине что-нибудь стащит, то соседский детей отколошматит. Да и отца с матерью не особо уважала. Ситуация немного изменилась, когда Ирина скоропалительно выскочила замуж и от родителей съехала. Нет, старшая не стала спокойной или доброй, просто отдельное проживание сделало своё дело. И так, как виделись родственники значительно реже, то и причин для ссор стало меньше.

— Не говори ерунды, — спокойно обратилась Алиса к Ирине, пытаясь погасить зарождающийся скандал в зародыше. Но старшую, как обычно несло, а младшая начинала тихо закипать.

— Ерунды? — сузила глаза её сестрица. — Да ты, и родных отца с матерью за грош продашь, не поморщишься. А я-то гадала, почему ты замуж не выходишь, двадцать три, а у тебя ни ребёнка, ни котёнка…

— Замуж не выхожу, потому что не хочу быть такой же злобной и неудовлетворённой жизнью, как ты! — парировала девушка. — Не хочу делать хорошую мину при плохой игре! Знать, что муж гуляет на право и налево, закрывать на это глаза, и котлеты ему жарить, да улыбаться, мол всё хорошо — это, твой удел!

— Ах ты дрянь! — старшая швырнула в Алису стакан, стоявший на столе, но девушка увернулась, а вот стакан, ударившись о подоконник, разлетелся на кучу осколков.

— У себя дома посуду бей, — не осталась в долгу младшая. — Или там перед гулящим муженьком ты тряпка? Что, даже слова поперёк сказать ему не можешь, потому что знаешь, что он тебя вышвырнет, как побитую собаку? Все твои подружки над тобой смеются, а Катька так вообще с твоим Виктором спала, и не скрывает этого!

— А вы что молчите? — накинулась Ирина на родителей, безмолвно наблюдавших за склокой дочерей. Она наверняка знала, что все слова, сказанные сестрой, чистая правда, и ответить ей на это было нечего, но от этого её злость только росла. — Сегодня она Родину продала, а завтра вас! Пап, уж не мне тебе объяснять, в какой мы заднице из-за Америки! Цены на продукты почти вдвое взлетели, а Запад нам всё новые и новые санкции придумывает!

— Сядь, — рявкнул на Ирину отец. — А ты, — обратился он к младшей дочери. — Никуда не поедешь!

— Поеду, — спокойно проговорила девушка в ответ. — Виза получена, и билет уже куплен. И ничего я менять не буду, хотите вы того или нет!

— Нет не поедешь! — теперь уже рявкнул на неё отец. Голос он повышал крайне редко, и только в тех случаях, когда кончались аргументы.

— Я не спрашивала вашего позволения, как никак, уже совершеннолетняя, и в родительском разрешении не нуждаюсь. Я просто думала, что вы порадуетесь за свою дочь, которая будет жить, как человек в нормальной стране, — с горечью произнесла Алиса. Она не хотела обижать маму с папой, но и терпеть эту несправедливость, была не готова.

— А мы, что, по-твоему, не люди? — распалился родитель.

— Какие мы для неё люди? Мы — рабы. Люди в Америке живут, в великой стране, а в Россия же благодаря штатам нищая, так что здесь только рабы, — подлила масла в огонь старшая дочь.

— Да, — честно ответила Алиса. — В России девяносто пять процентов населения, это рабы, а правитель этих рабов всемогущий Царь-Жопа.

— Ты что такое несёшь? — побагровел отец.

— Я говорю то, что думаю. Сейчас не тридцать восьмой год и за правду не сажают! Хотя скоро, возможно, и будут, не зря же президент считает Сталина своим кумиром. Но мне это уже не интересно, к тому времени меня здесь не будет!

— Господи, кого я воспитал?

— Павлика Морозова ты воспитал! Предложат, и вас с матерью продаст! — продолжала мутить воду Ирина.

— Всё, с меня хватит, пошла вон! — проорал отец. И девушка облегчённо выдохнула, надеясь на то, что старшая сестра уйдёт, и с родителями можно будет, поговорить спокойно. Но обрадовалась она рано. Вон было велено пойти ей.

— И не подумаю, — спокойно проговорила Алиса. — Через две недели пожалуйста, а сегодня нет.

— Вон я сказал, — лицо отца стало багряным, а на висках вздулись вены.

— Володя, успокойся, тебе нельзя нервничать, у тебя же давление, — пискнула мать, затравленно глядя, то на младшую дочь, то на мужа. Девушка уже подумывала, чтобы действительно собрать вещи, и съехать, даже начала подниматься из-за стола. Но услышав слова сестры, так обалдела, что плюхнулась обратно.

— Ага, пойдёт она, как же! Небось уже и часть свою в вашей квартире продала, нужно же ей в Америке на что-то жить. А как уедет, у вас новые жильцы и объявятся. Будите благодаря младшенькой на старости лет в коммуналке жить, — ехидно улыбнулась Ирина.

Отец собиравшийся что-то сказать, вдруг стал хватать ртом воздух, а потом вообще свалился со стула на пол. Алиса испуганно рванула к телефону, и набрала скорую, со слезами умоляя врачей приехать, как можно скорее. Мать с Ирой суетились возле папы, а она, как чужая топталась рядом. Девушка, проклиная себя, кусала губы и заламывала руки от отчаянья. Когда скорая забирала отца, она вдруг подумала, что тот умер. Умер здесь, на кухне, а медики просто забирают его тело, в котором пока ещё продолжает биться сердце.

Мама с сестрой уехали вместе со скорой, а Алиса отправилась к себе в комнату, и за пару часов собрала чемодан. Сидела у себя в спальне, и ждала родительницу. Позвонить ей, она боялась. Мать приехала почти под утро и без сестры. Молча села у окна, и стала пить чай.

— Мам, не молчи, — взмолилась Алиса. — Как папа?

— Плохо. Инсульт. Сейчас он в коме.

— Прости, — со слезами произнесла девушка. — Я не думала, что так всё выйдет, если бы вернуть время назад, то я бы не стала спорить…

— Не нужны мне твои извинения. Уезжаешь в свою Америку, и катись! Через две недели, чтоб духу твоего здесь не было! Ты — предательница, — сказала, как плюнула в неё мать.

Алиса развернулась, и ушла в свою комнату, а оставшиеся до отъезда дни жила в квартире, как чужой человек. В университете ничего про свой отъезд говорить не стала, просто взяла академический отпуск, а с работы уволилась. В один из дней она отправилась в больницу, чтобы проведать отца, но мама её даже к его палате не подпустила, а за пару дней до отъезда тот умер.

— На похоронах тебя видеть не желаю! — предупредила девушку мать. — Это, ты во всём виновата! Ты и никто другой! Ты, его угробила!

Ответить ей на это было нечего, но и виновной в смерти папы она себя не считала. На похоронах её не было, но по дороге в аэропорт, Алиса попросила водителя заехать на кладбище, где навсегда простилась с отцом. Потом был самолёт Екатеринбург Москва, и Москва Лос-Анджелес.

–… беру.

— Что? Простите, задумалась и прослушала вас, — подняв глаза на Кристофера, честно призналась девушка.

— Я говорю, что мне нравится ваша честность и прямолинейность. Я вас беру на работу.

— Вы не пожалеете, — не веря своему счастью, пролепетала она, потому, как ещё несколько минут назад мысленно звонила матери с просьбой выслать ей денег на обратный билет. — Я буду очень хорошим работником! Я трудолюбивая, аккуратная, ответственная.

— С этого стоило начинать, а не заканчивать, — рассмеялся работодатель, и смех его был таким заразительным, что вызвал у Алисы ответную улыбку. — Сейчас подпишем договор, и можете отправляться за вещами.

— Я без вещей обойдусь, — заверила его девушка, помня, что денег на такси у неё всё равно нет, а свою старую клячу она вряд ли сможет оживить повторно.

— Ах да, совсем забыл, у вас же сломана машина. Ничего, выдам вам аванс, и вы вполне сможете оплатить такси.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась Алиса. Пока ждала договор, который заполнялся юристом Кристофера онлайн, девушка решила уточнить, чем же придётся ей заниматься. — А за кем мне нужно ухаживать?

— Ухаживать? — удивился мужчина её словам.

— Ну да, — немного смутилась она реакции работодателя. — Должность личный помощник, это я помню, но вот обязанности описаны не были, поэтому и подумала, что нужно ухаживать за кем-то из ваших родственников. У меня правда нет медицинского образования, но я легко обучаема и…

— Вы, не правильно поняли, — прервал её тот. — Ухаживать ни за кем не нужно. Вы будите моим личным помощником.

— А какие обязанности должен исполнять ваш помощник? — насторожилась Алиса.

— Работа включает в себя функции секретаря, ведение моего расписания, посещение со мной всевозможных мероприятий, доставку важные документы, а также, вам придётся следить за моим гардеробом.

— Стирать что ли?

— Нет, — рассмеялся мужчина. — Отвозить мои костюмы и рубашки в химчистку, если это требуется, и забирать их конечно. При отсутствии возможности, можно заказать от них услугу курьера, тогда вам не нужно будет тратить своё время.

— Понятно. Извините, это я от волнения немного туплю.

— Ничего, — успокоил её Кристофер. — Вот — контракт, прочтите, спорные моменты мы можем обсудить. Если же всё устраивает, то распишитесь на каждой странице внизу, а второй экземпляр контракта оставьте себе, — проговорил он, протягивая ей стопку распечатанных листов. Она сразу же расписалась везде, где сказал работодатель.

— Готово, — передавая договор обратно, радостно отрапортовала Алиса.

— Что, даже читать не будите? — удивился её собеседник.

— А смысл? Мне терять всё равно нечего, а доверять нужно сразу. Смысл вам брать сотрудника, который вас постоянно перепроверять будет?

— Так-то оно так, но вдруг это договор, в котором вы мне свою душу продаёте?

— Если бы душу, то вы бы попросили расписаться кровью, — пожала плечами девушка, а её собеседник снова рассмеялся. Про себя же она подумала, что не удивилась бы контракту на душу, так как жилище будущего работодателя успело произвести на неё неизгладимое впечатление.

— А вы забавная. Вот деньги, — отсчитав две с половиной тысячи сотенными купюрами, и положив их перед Алисой на стол, произнёс Кристофер. Потом набрал на телефоне номер и проговорил: Заберите Элис, и покажите ей её жильё, — положив трубку, он обратился уже к ней: Грета вам всё объяснит.

— А она кто?

— Грета? Она кухарка, приходит с утра, и готовит на день. Вообще-то, она могла бы потом уходить, но она здесь, как правило до поздней ночи, а чаще и ночует здесь же. В этом доме у неё уже давно имеется своя комната. Ещё есть уборщица, которая приходит три раза в неделю, и садовник. Он появляется по четвергам.

— Ого, — не сдержалась Алиса, потом, поняв, что выглядит это некорректно, извинилась. — Простите, просто не ожидала, что в доме столько людей работают.

— Ничего, — улыбнулся мужчина. — Жду вас в этом кабинете завтра ровно в девять, буду вводить в курс дела. И пожалуйста, не опаздывайте! Не люблю опоздания.

— Спасибо, — поблагодарила она его, и покинула кабинет.

Гретой оказалась та самая женщина, которая встречала её у дверей дома. Она снова шла молча, а Алиса плелась за ней. И думала о том, что надо будет положить наличные на карту, оставив себе всего пару сотен, да и те разменять на двадцатки. Деньги жгли ей карман, так как для девушки они были громадной суммой. Даже в США она приехала всего с тысячей двести, а тут две с половиной.

Пока Алиса шла, и размышляла о деньгах, они успели покинуть дом через задние двери, и направились к бассейну. Она глядела на бассейн, который, как и всё на этом участке, выглядел необычно и слегка таинственно. Он скорее походил на старый заброшенный пруд с изумрудной водой и белыми кувшинками, чем на ёмкость для купания. Цвет воде придавала зелёная плитка, покрывавшая всё дно и бока бассейна, а водяные лилии, были не настоящими, а всего лишь искусно нарисованными на фарфоровых пластинах, устилавших его края.

Девушка недоумевала, от выбранного кухаркой направления. Грета её пугала, и своей отстранённостью, и тем, что казалось, видит всех насквозь.

«Какого дьявола она ведёт меня к воде, искупаться что ли захотела? — подумала Алиса.»

— Не поминайте нечисть! Хозяин этого не любит, — проговорила женщина, а она ойкнула, так как точно знала, что вслух этого не произносила.

— А так и не скажешь. Чего же он тогда по всему дому чудищ всяких навешал, да наставил? Видишь их и волосы на спине дыбом встают… да и само жилище, мало на человеческое похоже. Вам, кстати там не страшно по ночам находиться? — спросила она, глядя в спину кухарки.

— Мне там в самый раз…

«Потому, что ты ведьма, — подумала Алиса, но вспомнив, как Грета без труда смогла прочесть её мысли в прошлый раз (а что ещё она должна была о ней подумать?!), девушка стала произносить про себя: травка, травка, зелёная травка. женщина хмыкнула, а у неё по спине побежали мурашки.

— Вот ваш дом, — произнесла кухарка, а Алиса, не сдержавшись, присвистнула.

Ей предстояло жить в гостевом доме рядом с бассейном. О таком она даже и мечтать не могла. Сейчас девушка чувствовала себя не иначе, как Золушкой, которая получила от своей крёстной-феи карету и волшебное платье. Только домик в тыкву к двенадцати не превратится, значит ей повезло значительно больше, чем Золушке.

— Бассейном можете пользоваться в любое время, когда вы свободны. Продукты в ваш холодильник будут доставляться каждый вторник и пятницу. Если будут какие-то особые пожелания, просто составляйте список и крепите магнитом к холодильнику, а в следующее пополнение будите их получать. Например: во вторник крепите список, в пятницу продукты у вас. Готовить будите сами, я занимаюсь стряпнёй только для хозяина.

— Почему вы называете Кристофера хозяином?

— А кто он? — прищурилась Грета. девушка не нашла, что ей ответить, а женщина хмыкнула. — То-то. Убираться у вас два раза в неделю будет Пола, она же меняет постель и стирает бельё. Просто оставляйте грязные вещи в корзине в ванной. Вот — ключи, — протянула ей связку женщина. — Этот от калитки, этот от вашего домика, этот от основного дома, а вот это — указала та на устройство с кнопкой. — Пульт от ворот.

— Спасибо.

— Пожалуйста, — произнесла ей в ответ кухарка, и развернувшись, ушла.

Она же прошла в своё новое жилище и замерла от восхищения. В отличие от хозяйского, её дом внутри был оформлен в современном стиле, хотя снаружи таковым и не выглядел, но это вероятно было сделано для того, чтобы не нарушать дизайн.

Огромная гостиная была устлана мягким ковром с высоким ворсом, таким необыкновенно пушистым, что, став на него босыми ступнями, Алиса провалилась, словно в снег. У камина лежала охапка дров, а рядом стоял большой и мягкий белоснежный диван со стеклянным столиком, какие часто показывают в фильмах. На стене висел необъятных размеров плазменный телевизор, видеть которые раньше ей не приходилось.

Тут же находилась и кухня, тоже вся белоснежная и глянцевая, со стального цвета столешницей. За ней шла спальня, которая по размеру не уступала гостиной. Кровати таких габаритов она никогда не видела, наверное, потому и прыгнула на неё с разбегу. А потом ещё несколько минут лежала, раскинув руки по сторонам, и представляя, как сладко на ней будет спать.

В спальне тоже был телевизор, а ещё гардеробная. Целая комната с перекладинами и всевозможными ящичками. Ванная комната поразила девушку не меньше, чем постель. И ванная, и душ, и снова телевизор, только размером поменьше, чем в спальне. Такую роскошь она видела только в голливудских фильмах, и то не во всех.

— Спасибо, хозяин, — вслух произнесла Алиса, сложив ладошки вместе, словно собираясь молиться, и рассмеялась от счастья.

Немного постояв с закрытыми глазами, чтобы прочувствовать всё великолепие дома, отданного ей в распоряжение, она поняла, что нужно действовать. Первым делом решила забрать свои вещи и перевезти их сюда, по дороге обратно заскочить в банк, а уже потом, вызвать техпомощь для своей клячи, именуемой машиной.

Убер, девушка заказать не могла, так как платить за него предстояло картой, на которой у неё не было и десяти долларов, поэтому вызвала такси. Ей сказали, что водитель рядом и будет буквально в течение пяти минут.

К тому моменту, когда она вышла из калитки, таксист остановился у въездных ворот, и до комплекса апартаментов, в котором находилось её бывшее жильё, они доехали очень быстро. Попросив водителя подождать десять минут, Алиса потопала за вещами, предчувствуя недовольство от испорченного с утра замка, но ошиблась, не по поводу недовольства, а о причине его вызвавшей.

Открыв дверь своим ключом, она увидела Татьяну, которая была в курсе того, куда девушка хотела устроиться. Она даже рассказывала своей соседке по квартире о зарплате и проживании, так как очень хотела с кем-то поделиться.

— И? — уставившись на неё, спросила Татьяна.

— Взяли, — радостно оповестила Алиса соседку, ещё не до конца веря в своё счастье. — Я приехала за вещами, ну и попрощаться.

— Прям-таки и взяли? — не поверила ей та. — И чего на собеседовании спрашивали: про образование там, про планы?

— Про родню и друзей. Про переезд. Так, всякую мелочь, — не захотела вдаваться в подробности она, потому, как почувствовала неприязнь со стороны бывшей соседки, непонятно откуда взявшуюся.

— Хм, ерунда какая-то. И что же ты делать будешь, горшки за стариком убирать?

— Мой хозяин не старик, а очень даже красивый мужчина, и ему не больше сорока, — обиделась Алиса за Кристофера. — И нет, не горшки. Я буду его личным помощником, — гордо выпятив грудь, проговорила она.

— Хозяин, — хмыкнула Татьяна. — Сутенёр что ли? И какая нынче зарплата у проституток?

— Причём здесь проститутки? — не поняла девушка агрессии бывшей соседки, а то, что та в ярости, было видно невооружённым взглядом. Ну не ключ же, сломанный с утра в замке, её так разозлил. Стараясь не замечать оскорблений и враждебности, сквозившей в словах Татьяны, она стала спокойно объяснять, суть дальнейшей работы: — Моя работа включает в себя функции секретаря, плюс мелкие поручения: ну там костюмы с рубашками из химчистки забрать, отвезти важные документы, сопровождать на различные приёмы и презентации, и вести расписание Кристофера. Никакие интимные услуги я ему оказывать не буду, ты, видимо, не правильно меня поняла.

— Ага, конечно, так я тебе и поверила! Пять тысяч долларов в месяц за красивые глаза. Ты правда такая дура, или просто прикидываешься? Думаешь, что на роль его постельного секретаря других баб не нашлось? Или ты без рода, племени и образования оказалась лучшей из лучших? Да кому нужна секретутка из провинции, у которой английский второй язык?

Ей была не понятна злоба Татьяны в её сторону, поэтому Алиса просто пожала плечами и продолжила собирать свои пожитки. Когда чемодан был упакован, и она подошла к двери, её теперь уже бывшая соседка по квартире не выдержала молчания, или просто решила оставить последнее слово за собой.

— Не удивлюсь, если ты, так же бесследно исчезнешь, как и те три девушки, которых прирезали за последние несколько месяцев. Хотя они не исчезли, у них здесь родня была, а вот ты исчезнешь, потому что кроме меня, никто не знает, куда ты отправляешься… ведь не будешь же ты отрицать, что сходство с ними имеешь почти стопроцентное? Длинные светло-русые волосы, светлые глаза, европейские черты лица, спортивное телосложение и рост в районе пяти с половиной футов, — с каким-то садистским удовольствием перечисляла Татьяна.

— Причём тут пропавшие девушки? Или они всё же не пропали? — удивилась она.

— Какая разница, итог один — их кокнули… как поросят разрезали… кровищи было море, я сама репортаж с места преступления смотрела!

— Мне это не интересно, так что не старайся, — произнесла девушка, чтобы бывшая соседка от неё отстала. Но та и не собиралась затыкаться…

— Ты, что думаешь, он просто так тебя о родственниках и знакомых допрашивал? Тебя же никто даже искать не станет.

— Наверное мне пора, — решила она перевести тему разговора, который был ей неприятен. Алиса уже тысячу раз пожалела о том, что поделилась с Татьяной своим счастьем. Не зря будущим эмигрантам советуют держаться подальше от русскоязычных… Ну не умеют те радоваться за соотечественников, вот заработать на них это да, это они с удовольствием… а если новоиспечённым повезло больше, чем им, сдохнут от зависти, но порадоваться за кого-то не смогут…

— Пора, пора, — ухмыльнулась её собеседница. — Люцифер тебя уже поди заждался.

— Кристофер, — автоматически поправила она, начиная раздражаться. Татьяна же будто и не заметила её нарастающего раздражения.

— Ага, я и говорю, Люцифер! Ты же теперь у нас секретарь самого дьявола. Ну что, удачи тебе в постельном обслуживании! Через месяцок свечечку за упокой души твоей поставлю.

— Зависть — это, плохое чувство. Учись радоваться за людей, тогда и мужики от тебя убегать, как от прокаженной, не станут, — уже закрывая дверь её квартиры, проговорила девушка, припомнив жалобы бывшей соседки на представителей мужского пола. Вслед ей понеслись проклятья вперемежку с матом, а Алиса хохотала, сбегая по ступенькам на первый этаж. С чемоданом это делать было проблематично, но ей сейчас было так весело, что никакие трудности не испортили бы настроение.

Водитель стоял рядом с машиной и курил.

— Куда теперь? — засовывая её ношу в багажник, поинтересовался он.

— Туда, где вы меня забирали, а по дороге неплохо было бы в банк заскочить, — проговорила девушка, загружаясь в машину. Таксист уточнил какой конкретно банк ей нужен, и неспешно тронулся с места.

Сидя на заднем сиденье, она глазела по сторонам. Спустя полтора месяца в Лос-Анджелесе, Алиса продолжала видеть его таким же сказочно прекрасным, как и до переезда в Америку. Её не пугали ни сумасшедшие, свободно бродившие по городу, ни огромное количество бездомных — именно так, она стала называть их, переселившись в эту страну. От слова бомж, девушку коробило, оно казалось ей каким-то уничижительным. Может всё дело было в том, что на её родине к бездомным относятся очень плохо. Их не просто не любят, представителей этого слоя общества унижают и гнобят. В России бомжи хуже бездомных животных, тех хоть подкармливают сердобольные бабули. Алиса не раз становилась свидетелем того, как бездомного мужичка избивали дворовые подростки. Ни за что-то, а просто так. Причём били с такой ожесточённостью и злобой, как будто тот сделал им что-то плохое. А он всего-навсего собирал бутылки. Девушка конечно же всегда вступалась за несчастных, бывало и сама получала, если силы были не ровны, но спокойно смотреть на подобные издевательства не могла никогда.

— Приехали, — проговорил водитель, чем отвлёк её от невесёлых мыслей. Оглядевшись, она увидела, что машина стоит перед зданием Ситибанка.

— Я быстро, — пробормотала Алиса, и скорым темпом направилась к банкоматам. Там она проделала нехитрые манипуляции с картой и подождав, когда откроется отверстие для приёма купюр, сунула туда деньги. Железная машина поглощала банкноты с такой скоростью, что это стало наводить девушку на мысли о том, что денег много не бывает.

Кристофер

Он сидел в своём кабинете и смотрел на анкетные данные странной девчонки, которую сегодня принял на работу.

— Старею, — вслух проговорил мужчина, барабаня пальцами по столу. — Становлюсь сентиментальным.

На самом деле, Кристофер знал, что взял девушку не из жалости, а потому что всегда доверял своему чутью. Вот и сегодня, увидев в своём кабинете претендентку на роль своего помощника, он почувствовал зуд в ладонях, который всегда для него означал хорошее приобретение, коим он считал и людские ресурсы в том числе.

Девушка была не просто хороша собой, она была настоящей красавицей, причём красота её была натуральной, а не приобретённой у пластического хирурга. В чём, в чём, а в этом мужчина разбирался. Она была улучшенной копией его первой супруги, да и остальных жён тоже. Что он находил раньше в таком типе внешности, Кристофер не знал, но вовремя совместного проживания с последней благоверной понял, что запросто может убить, причём не быстро, а растягивая удовольствие на подольше. Он не раз представлял себе, как кровожадно кромсает ножом плоть, отрезая кусочек за кусочком от всё ещё живой Барбары. И мысли эти посещали его именно тогда, когда та начинала скандалить. Теперь она являлась для него уже бывшей женой, и видел её мужчина только один раз в год на своих днях рождениях. Странно, но подобные фантазии у него всегда вызывала лишь определённая внешность, как раз такая, которую имела Элис.

Кукольное личико с огромными и печальными голубыми глазами, маленький вздёрнутый носик и красиво очерченный рот с пухлыми губами. Белая фарфоровая кожа, будто подсвеченная изнутри. Волосы светло русые и до того густые, что хотелось потрогать их пальцами. Да и фигурка у неё была великолепной. Его же благоверным приходилось часами потеть в спорт зале, чтобы достичь такого результата, а вот девчонке она досталась благодаря генетике.

Смотря на неё, возникал вопрос — Почему с такими данными девушка пошла в личные помощники, а не в модели? Ответ напрашивался сам собой, потому что сделала ставку на то, что сможет стать женой того, кому собирается помогать! Ведь узнала же как-то о его предпочтениях, касательно женской внешности… Зачем много лет вкалывать, когда можно желаемое получить сразу?! А значит, эта куколка ещё та акула… Так он подумал, увидев её, но потом, когда малышка заговорила, все выводы Кристофера полетели к чертям… Мало того, что Элис не собиралась никого арканить, а действительно искала работу, так ещё и не догадывалась о том, насколько красива. И судя по рассказу о родителях, виноваты в этом были как раз-таки они.

На работу девушку он взял с огромным удовольствием, причём сделал немыслимое: поселил в своём доме, правда в гостевом, хотя по контракту, должен был выделить городскую квартиру, в которая для этого и предполагалась (как раз в там и жила его прошлая помощница, пока у неё не появились мысли о соблазнении своего босса). Нет, у Кристофера не было желания с ней спать, это для всех он был ловеласом, для себя же он давно понял (спасибо последней экс супруге), что мужская часть населения земли ему гораздо ближе, чем её женская половина. Хотя по юности отдавал предпочтение как раз-таки женщинам, оставляя парней, как разнообразие рациона. Это у других всё просто: либо бабы и ты натурал, либо мужики и ты гей, а вот его тянуло и к тем, и к другим одновременно. Свою привязанность к особям мужского пола Кристофер тщательно скрывал, хотя уже много лет мог демонстрировать это открыто. Благо времена, когда общество это осуждало, прошли. Но ему было так удобно, а собственный комфорт и душевное спокойствие, для него являлись наиважнейшими факторами.

Его раздумья прервал завибрировавший мобильный. Взяв телефон, он взглянул на экран и улыбнулся. Звонил Дэвид, который уже несколько месяцев пребывал в статусе его постоянного любовника. Парень был не навязчивым, без манерностей и закидонов, к тому же красив, как Бог, чем-то напоминая в юности его самого.

— Слушаю, — сухо произнёс Кристофер.

— Привет. Чем занимаешься? — аккуратно поинтересовался собеседник.

— Если ты, имеешь в виду, данный момент, то разговариваю с тобой.

— Я хотел спросить про планы на сегодняшний вечер… если ты не занят, то мы могли бы…

— Могли бы, — перебил парня он. Ему импонировала симпатия Дэвида. Тем более, что она была искренней, без каких-либо корыстных целей на дальнейшее. От подобного Кристофер успел отвыкнуть. От него все чего-то хотели. Бывшие жёны — содержания, дети объявлялись только тогда, когда им требовались деньги или дорогостоящие игрушки в виде новых авто. Новым и старым знакомым, а также партнёрам, от него нужны были какие-то услуги или протекции. Все что-то от него хотели, и только Дэвид звонил, потому что соскучился. Это чертовски льстило его самолюбию.

— Ты меня даже не дослушал… у меня в съёмках предвидится недельный перерыв, и я хотел предложить тебе съездить отдохнуть на острова, — тихо произнёс его любовник, который трудился в модельном бизнесе.

— Заманчиво, но…

— Но?

— Но я только сегодня взял нового личного помощника, и требуется время, чтобы ввести человека в курс дела.

— Понятно, — проговорил парень, но голос его дрогнул. — Красивый?

— Кто? — удивился Кристофер.

— Помощник красивый? — в этом вопросе было столько разочарования…

— Не так выразился. Не помощник, а помощница. И да, очень красива, куколка просто, причём наивная и простая, что встречается в последнее время всё реже. Но ты ведь знаешь, женщины мне не интересны вообще…

— Знаю, — весело согласился Дэвид. — Помощница нужна, без неё никуда. Не самому же тебе своё расписание составлять?

— Это точно. А знаешь, ты предложил отличную идею. На ближайшую неделю никаких серьёзных мероприятий у меня не предвидится, а на всякую ерунду, как ты помнишь, я время не трачу. Так что сбрасывай на почту, что успел там насмотреть, и если меня впечатлит, то почему бы и не расслабиться, грея косточки у океана… завтра с утра, проинструктирую Элис, и можно будет вылетать, а девчонка пусть отдохнёт здесь несколько дней, а то зашуганная она какая-то.

— Круто, — обрадовался парень. — Сейчас сброшу пару отелей, надеюсь, что тебе понравится. Вещи собирать?

— Собирай, конечно. Вечером приеду.

— Тогда, жди письма. И да, я скучаю, — проговорил собеседник, после чего отключился. Кристофер же ещё некоторое время сидел, глядя в пространство, и улыбаясь собственным мыслям. От раздумий его отвлекла Грета, постучавшаяся в дверь.

Свою кухарку Кристофер обожал и боготворил. Она была единственным человеком, которому он верил полностью и безоглядно. Пятнадцать лет назад он спас от смерти её единственного сына Альберта, оплатив ему дорогостоящую операцию в Швейцарии. Светилы американской медицины, тогда отказались, так как считали опухоль не операбельной, а вот швейцарцы согласились, хоть и не давали никаких гарантий. Всё, к счастью, прошло успешно, и парень выжил. Потом была долгая реабилитация, стоившая ещё больше, чем сама операция, и проходившая там же. А когда Альберт не захотел возвращаться в штаты, Кристофер предложил оплатить ему обучение, а затем и колледж.

Грета была эмигранткой, родившейся и в Германии, а выросшей в Швейцарии. В Америку же она приехала вместе со своим ребёнком, за год до произошедшего. Поэтому желание её сына остаться на родине, показалось ей естественным. Женщина же с тех пор стала просто тенью Кристофера, и называла не иначе, как хозяин. Иногда ему казалось, что если понадобиться, то она и убить ради него может, настолько была преданна. Но Бог миловал, и такой надобности не возникало. Помимо верности, Грета обладала просто-таки фантастическим даром, читать чужие мысли. И этот подарок судьбы не раз помогал мужчине избегать неприятностей.

— Хозяин, вам собрать чемодан? Или хотите, это сделать сами? — спросила она, уставившись на него преданными глазами собаки.

— Да, собери. Ты с этим всегда справляешься лучше.

— Вы вылетаете завтра вечером?! — не то спросила, не то утвердительно произнесла кухарка.

— Вероятно. И будь любезна, приготовь мне чего-нибудь сладкого.

— Уже испекла шоколадные эклеры, сейчас принесу вместе с чаем в кабинет, — пробормотала она, уходя, а Кристофер в который раз за день улыбнулся.

— Находка, а не женщина, — хмыкнул он, открывая почту, и погружаясь в работу.

Несколько часов подряд мужчина отвечал на письма, пришедшие на электронный адрес, а также просматривал бумажную почту, которой накопилось в изобилии. Когда уже думал сделать перерыв, позвонил сын.

Так получилось, что от каждого супружества у Кристофера было по ребёнку, не потому что он очень любил детей, тут скорее с точностью до наоборот. Его раздражали детские крики, а вид грязных подгузников, вызывал приступы рвоты. Просто так уж вышло, что жёны беременели, едва успев вступить с ним в официальный союз. Последняя, помнится, даже на венчании настаивала, но он, не являлся христианином, потому отказал ей в её капризе.

Три дочери и единственный наследник. И если дочерям от него ничего не нужно было, помимо денег, конечно, то сынок постоянно подкидывал неприятностей. Временами мужчина вообще сомневался, что Роберт его дитя, слишком тот был непохожим на него, да и на свою мать, кстати, тоже. Невзрачная внешность дополнялась весьма паскудным характером. Парень постоянно влипал в неприятности, а чаще всего сам же их и создавал.

В пятилетнем возрасте он умудрился утопить подаренного ему щенка, спустя пару месяцев, поджечь кошку. А ещё через полгода — раздавить дверью собственной спальни, хомяка. Дальше больше. В подростковом возрасте он каждую неделю оказывался в полиции: то в магазине что-нибудь стащит, то в драку ввяжется. Последней каплей стало изнасилование, как Роберт тогда не загремел за решётку, одному Богу известно. Пострадавшая девушка пошла на попятный, и поменяла показания перед самым судом. Заявив, что была якобы пьяной, к тому же не сопротивлялась, а скорее хотела этого, в чём Кристофер сильно сомневался. В общем дело замяли, но мужчина дал себе зарок, что и пальцем ради поганца больше не пошевелит. Но… нет, он не вникал в дела сына, хотя денег охотно отстёгивал, лишь бы поменьше видеть младшенького. Роберт-же, прочувствовав отношение отца, словно издеваясь, являлся к нему каждый месяц, чем только увеличивал отвращение родителя.

Вот и сейчас, увидев входящий от сына, Кристофер поморщился, решив, сделать вид, что никакого звонка нет. В конце концов парню надоест трезвонить, и он отстанет. А если у него срочная потребность в деньгах, то об этом можно и в смс написать. Позвонив ещё пару раз, Роберт успокоился, но сообщение так и не прислал. Мужчина расслабился и снова углубился в работу. Взглянув на часы, Кристофер стал собираться к Дэвиду. Вечер обещал быть хорошим, к тому же ещё предстояло заказать авиабилеты и отель.

Парень встретил его с радостной улыбкой на лице, и приготовленным ужином. Они поели, выпили вина, и посмотрев какую-то пошлую киношку, закончили вечер в постели.

Утром Кристофер вернулся домой за пол часа до назначенной с помощницей встречи. Переоделся, и позавтракав, спустился в свой кабинет, а ровно в девять ноль-ноль в дверь постучали.

— Входи Элис, — проговорил он, мельком глянув на часы.

— Доброе утро, — поздоровалась девушка, и уселась напротив него. Мужчина смотрел на свою помощницу, и не мог понять, что же ней изменилось. Глаза… в её глазах появился огонёк, и из печальных они превратились в искрящиеся. Она сидела с серьёзной миной на лице, а вот глаза улыбались. Раньше встречать такого Кристоферу не доводилось, видимо поэтому он и растерялся.

— Хорошо выглядите, я бы даже сказал прекрасно.

— Спасибо, — произнесла девушка, и счастливая улыбка расплылась по её лицу. — Вы тоже. Простите за некорректный вопрос, и если не хотите, то не отвечайте. Сколько вам лет?

— Ну я же не женщина, чтобы скрывать свой возраст, так что с удовольствием удовлетворю ваше любопытство. Мне — пятьдесят четыре, — произнёс он, наблюдая за её реакцией.

Мужчина знал, что выглядит гораздо моложе своих лет. Правильное питание и спорт, плюс процедуры не дешёвых салонов красоты, делали своё дело. Да и генетика не подкачала. Его отец погиб, когда ему было слегка за семьдесят, но выглядел при этом отлично. И если бы не авария, жил бы может быть и сейчас. Мама, прожившая с мужем более пятидесяти лет, протянула без того, всего год, за который сильно постарела и осунулась. Её уже ничего не радовало, и единственным желанием стало, присоединиться поскорее к супругу, без которого она больше не представляла собственной жизни. Но это можно понять, не каждому дано легко пережить смерть любимого человека. Вот мама и не справилась.

— Я думала вам не больше сорока, — призналась Элис, и то, что она не врала, было ясно, как божий день, потому как лицо девушки выдавало все её мысли и эмоции.

— Засчитываю это, как комплимент, а сейчас давайте приступим к работе, потому что через пару часов мне нужно быть в аэропорту.

— Я могу вас отвезти, потому что мою машину починили, — проговорила ему новоиспечённая помощница, а потом, видимо осознав, какую глупость сморозила, покраснела. Понятное дело, её работодатель привык пользоваться авто бизнес-класса, и в старую рухлядь, к тому же работающую с переменным успехом, сядет, только если та будет последней машиной на свете. Ей он этого конечно же не сказал, а всего лишь подумал про себя.

— Не стоит беспокоиться, — решив, не добивать и без того смутившуюся Элис, проговорил Кристофер. — Такси уже заказано. Лучше используйте неделю моего отсутствия в своё удовольствие, насладитесь маленьким отпуском. Важных дел в эти дни не предвидится, так что…

— Как неделю? — испуганно уставилась на него собеседница. — Простите, что я вас перебила, просто у меня же сегодня только первый рабочий день… и отпуск, он же только после полугода работы предоставляется…

— Не переживайте, ваш отдых не запланирован, но оплачен, — поняв о чём она подумала, произнёс мужчина. — Купайтесь в бассейне, загорайте, сходите в кино в конце концов… думаю вы найдёте, чем заняться в моё отсутствие. А сейчас, мы с вами немножко поработаем, — Он протянул ей планшет. — С сегодняшнего дня, это ваше. Отслеживайте в приложении блокнота все мои встречи, а также приёмы, которые требуется посетить. Там же есть почта, отвечать на которую, теперь ваша прямая обязанность. И блокнот, и емэйл дублируются у меня в телефоне, так что все ваши пометки я буду видеть. Согласие на посещение тех, или иных мероприятий, согласовывайте лично со мной. Если будут звонить партнёры, то ссылайтесь на мой внезапный отъезд и записывайте, что они хоте ли бы мне передать.

— Куда ваши партнёры будут звонить?

— На мобильный, ваш, конечно же. Я уже сделал рассылку с вашим номером телефона и должностью, так что особых проблем возникнуть не должно. И да, постарайтесь меня не беспокоить по пустякам. Я тоже, как вы понимаете, лечу на отдых, и хочу его провести на все сто, — Кристофер наблюдал за девушкой с улыбкой. Она выглядела напуганной, но старалась не подавать вида. — И не переживайте так, Элис, у вас всё получится, побольше веры в себя.

— Да, хорошо, — тихо ответила та. — Я справлюсь.

— Вот, так намного лучше.

В дверь постучали, а затем она приоткрылась, и вошла Грета.

— Хозяин, вам пора собираться в аэропорт, — проговорила кухарка, и со значением посмотрела на девушку, от чего та подскочила со своего стула.

— Хорошего отдыха вам, Кристофер. Я пойду?! — толи спросила, толи проинформировала она.

— Спасибо, Элис. Да, вы свободны. В смысле можете идти.

Девушку из кабинета, как ветром сдуло, от чего Грета с улыбкой хмыкнула.

— Боится меня, — пробормотала себе под нос женщина, глядя вслед уходящей, а скорее убегающей, помощнице, и ухмыльнулась. Мужчина же наблюдал за происходящим с улыбкой. Он и сам, по первой, относился к кухарке с опаской, но сейчас воспринимал её, как свою правую руку, да и левую тоже. — Такси ждёт, а чемодан уже в багажнике. Вы переодеваться будете?

Кристофер посмотрел на свои ноги в модельных туфлях, и сделал вывод, что обувь нужна комфортная, да и костюм не помешало бы сменить на что-то подемократичней.

— Да, скажи водителю, что мне нужно несколько минут, — произнёс он, направляясь в спальню, чтобы переодеться в джинсы и поло, а ступни сунуть в удобные мокасины.

Через пять минут мужчина уже загружался в авто, а мыслями был на островах, где лазурная гладь океана, тёплый песок, и совершенно никого из знакомых. За исключением Дэвида, конечно, но тот был не просто знакомым, он был близким человеком…

Джеймс

Парень вышел на задний двор родительского дома, потому что снова увидел её. В соседском бассейне плескалась прелестная русалка, так он прозвал про себя незнакомую девушку, уже который день, проводившую на территории мистера Маски. Что это не его любовница, Джеймс знал наверняка. Это для всех Кристофер обольститель дамских сердец, на самом же деле старикан, хотя по его виду такого и не скажешь, предпочитал мальчиков, причём молодых и красивых. Последний, например, был ровесником его сына, если не моложе. Почему сосед скрывал свои пристрастия от окружающих, для парня оставалось загадкой, но делал он это умело, за что и получил от него своё прозвище.

Девушка скрылась из виду, и он подумал, что она, наверное, нырнула. Парень решил забраться повыше, чтобы хорошо видеть прекрасное создание. Его выбор пал на ветку, любимого с детства дерева, стоявшего практически вплотную к каменному забору соседей. Он подпрыгнул, и ухватившись за сук, подтянулся на руках. А усевшись поудобнее, стал дрыгать ногами, как, бывало, в раннем детстве. Настроение у Джеймса было отличным. Понаблюдав за водными процедурами прекрасного создания, он захотел с ней познакомиться, потому что на его весьма пристрастный взгляд, она была чрезвычайно хороша собой. Ему и раньше приходилось видеть на соседском участке девушек с похожей внешностью, но надменное выражение на их лицах, не вызывало в нём желания узнать тех поближе. Эта же выглядела совершенно простой и понятной. Вроде всё тоже самое: та же внешность, возраст и фигурка, но счастливое и беззаботное выражение лица русалки, делало её какой-то сказочной.

— Привет! «Как водичка?» — спросил он.

Незнакомка стала вертеть головой по сторонам, видимо пытаясь понять, откуда взялся голос, а увидев его заразительно рассмеялась.

Джеймс попытался представить, как выглядел со стороны. На вид ему можно было дать не больше двадцати, хотя на самом деле было почти двадцать восемь. Смуглая кожа, выгоревшие до белизны волосы, хорошая фигура и приятная внешность. Правда одет он был только в шорты, майку и обувь не носил дома принципиально. Хватит того, что на работе он таскал костюм, и терпел галстук удавку, а от туфлей его ноги к концу рабочего дня, просто стонали. Поэтому дома, как у себя, так и у родителей, парень предпочитал одевать минимум одежды. Он бы вообще её не носил, но нудисты нынче не в моде.

Поняв, что русалка смеётся не над ним, Джеймс повторил свой вопрос.

— В самый раз для купания, только боюсь, что приглашения поплавать, ты от меня не дождёшься, — улыбнулась девчонка.

— Ничего, свой бассейн имеется, — нисколько не обидевшись, проговорил он. — А ты Кристоферу кто? Что-то я тебя здесь раньше не видел. Я, кстати, Джеймс.

— Элис, — представилась русалка, и нырнув под воду, поплыла к краю бассейна, наверное, решив сократить расстояние между собой и собеседником. Ему в голову, пришла та же самая идея, и к тому моменту, когда девушка вынырнула, он уже успел спрыгнуть с дерева, и подойдя ближе, сесть у самой кромки воды.

— Ещё раз привет, — улыбнулся ей Джеймс.

— Приглашения, ты решил не дожидаться… а тебя не смущает, что это — частная собственность?

— Не переживай, Кристофер ругаться точно не станет, я так часто к его детям наведывался в детстве. Например, к сыну. Кстати, где он?

Русалка вытаращилась на него в недоумении.

— Судя по выражению твоего лица, с Робертом ты познакомиться ещё не успела, — усмехнулся парень, а затем уточнил: Роберт — это, сын Кристофера.

С соседским сыночком Джеймс был знаком практически с рождения, тот часто гостил у отца, видимо, чтобы жизнь родителю мёдом не казалась. Роберт являлся человеком не самым приятным, часто создавалось ощущение, что вырос он не в хорошей семье, а у отпетых уголовников. Разговаривал соседский отпрыск на языке чёрных кварталов, да и вёл себя примерно так же. Папаша не то, чтобы радовался, но закидоны того до поры до времени сносил молча. Как правило, родителя хватало на пару тройку дней, а затем он указывал сыночку на дверь. Джеймс и сам бы не стал такого дитятку терпеть. Своих родителей он боготворил, и когда те уезжали в очередное путешествие, жил в их доме, и приглядывал за питомцами, которых можно было смело окрестить зоопарком.

Две собаки, две кошки, морская свинка, шиншилла, попугай и огромный аквариум с рыбками в довесок. Папа с мамой были людьми деятельными, и на месте им не сиделось, потому и приходилось Джеймсу жить на два дома, но он был этому только рад, потому как души не чаял в своих предках, а родительский дом был для него, словно курорт, где всё включено.

— Понятно, — проговорила девушка, чем вывела его из задумчивости.

— А вот мне не очень, — соврал парень. — Ты кто?

— А ты? — не стала сдаваться она.

— Я — Джеймс, — подначил её парень, делая вид, что не понимает её вопроса.

— На память я не жалуюсь. А меня родители нарекли Элис.

— Я не про твоё имя спрашивал. Ты подружка или дочь? Хотя нет, его отпрысков я всех видел… — тут он конечно загнул, подружкой Кристофера русалка точно не являлась. Да и дочерей соседа Джеймс знал в лицо, потому что провёл бок о бок с ними всё своё детство. Но ему было жутко любопытно, кто эта красотка мистеру Маске.

— То есть у тебя остался один вариант, или есть ещё предположения? — ухмыльнулась русалка. Девушка его дразнила, и он это понимал.

— Ты ответишь, или будишь и дальше цену себе набивать?

— Отчего бы не ответить, — решила смилостивиться она. — Моя должность — личный помощник.

— Врёшь… — произнёс парень, а сам подумал о том, что это действительно может быть правдой. Только вот чем она заслужила особые почести своего работодателя?

— А смысл? — удивилась та.

— Чего-то я раньше не видел, чтобы его сотрудники у бассейна загорали… — тут он снова врал, может и не сотрудницы то были, но в бассейне купались.

— Ага, я ещё и живу здесь. Вот в этом домике, — указала Элис пальцем на строение, находившееся рядом.

Джеймс уже не стесняясь глазел на неё во всю. Что и говорить, она была сказочно красивой. Все его друзья делились на тех, кто в первую очередь обращал внимание на грудь, и тех, кого интересовала задница понравившейся девчонки. Нет, конечно же и мордашка для всех имела значение, но уже после выдающихся форм. А вот он всегда обращал внимание на глаза, хоть и стеснялся признаваться в этом, наверное, потому что тогда бы парни стали над ним прикалываться. Не объяснишь же им, что глаза — это, зеркало души, и о человеке они могут сказать намного больше, чем его одежда или внешность. Так вот, судя по глазам русалки, душа её напоминала море в штиль, такое же спокойное и огромное.

— Не надоело тебе меня разглядывать? — поинтересовалась девушка, и судя по тому, как она это произнесла, он смог её смутить.

— Не, не надоело. Тебе никто не говорил, что у тебя очень красивые глаза?

— Только глаза? — улыбнулась она.

— Ты в принципе красотка, но глаза у тебя особенные, — проговорил Джеймс, ожидая услышать вопрос, чем же они особенные, даже ответ в уме успел сформулировать, но та его удивила.

— Ты живёшь в соседском доме? — спросила русалка. Он немного завис, так как смена темы выбила его из колеи.

— Вообще-то это дом моих родителей, но да, я тут живу достаточно часто. Они любители кататься по миру в поисках приключений, но при этом имеют дома целый зверинец, которому требуется внимание и ласка. Так что в их отсутствие я исполняю обязанности няньки, — усмехнулся парень. — А ты чего не спросила о том, в чём особенность твоих глаз?

— Знаешь, Кристофер сказал мне, что я слишком прямолинейна и откровенна, но это, вероятно, потому что он тебя ещё не знает, — снова удивила его своим ответом Элис.

— Знает. Значит прямолинейна и откровенна? Тогда ответь: я тебе нравлюсь?

— Хочешь лимонаду?

Джеймс рассмеялся, а про себя подумал: «Н-да, девушка-загадка… Или я ей действительно нравлюсь, вот и смущается.»

— Хочу, но сначала ответь откуда ты. У тебя акцент не здешний.

— Я из России. В США около пары месяцев, от сюда и акцент. Со-временем, наверное, пройдёт.

— Лучше не надо! Мне нравится, и ты мне нравишься. Сходим сегодня вечером куда-нибудь?

— Я за лимонадом, — проговорила русалка, выбираясь из бассейна, но Джеймс успел заметить, как на её лице выступил румянец.

Девушка скрылась в домике, а через несколько минут вышла оттуда уже одетой и с подносом в руках, на котором стоял кувшин с напитком и пару стаканов со льдом. Они устроились на шезлонгах, и почти два часа болтали о всякой ерунде. Элис оказалась очень забавной. Она рассказывала ему про своё детство, про страну в которой родилась, про то, как отважилась на переезд. Он мог бы слушать её вечно, потому что рассказчиком русалка являлась замечательным, а её голос был завораживающим, парень словно слушал АСМР.

— Элис, хозяин не любит чужих людей на своей территории, — прогрохотало где-то рядом, и Джеймс вышел из транса. Обернувшись, он увидел кухарку мистера Маски, которая сверлила их недовольным взглядом.

— Простите, Грета, я не подумала над этим, — извиняющимся тоном пролепетала девчонка, а ему захотелось придушить эту злыдню, ведь знает же его, но всё равно вредничает.

— Да, я, пожалуй, пойду, но только если ты дашь мне номер своего мобильного, — проговорил он, глядя на девушку. Кухарку Джеймс предпочёл не замечать, потому что был на неё зол, что происходило с ним крайне редко. Парень вообще не любил злиться, считая это чувство слабостью.

— Я сейчас напишу тебе на листочке, только ради Бога, иди уже. Через забор потом подам, — умоляюще уставилась на него русалка.

— Ужинать со мной пойдёшь?

— Пойду, пойду, только уходи. Ну, пожалуйста!

— Ладно, жду номер твоего сотового вон на том дереве, — указал Джеймс ветку, на которой сидел до того, как оказаться на соседском участке. — Адьёс, мадам, — отсалютовал он кухарке, и потопал к забору.

— Вы можете воспользоваться калиткой, — оповестила его женщина.

— Спасибо, но я выберу привычный для меня способ, — хмыкнул Джеймс. Пока он добирался до забора, то слышал, как Элис извинялась перед этой грымзой. Такое ощущение, что та работала не кухаркой, а личным цербером в доме Кристофера.

Алиса

«Господи, как же неудобно получилось, ведь Грета права на все сто процентов… Кристофер взял меня на работу, о которой я и мечтать не могла, дал возможность экономить на жилье, проживая при этом в шикарных условиях, а если сюда присовокупить и оплачиваемый отпуск, начавшийся со второго рабочего дня… Я свинья… — подумала она, стоя с поникшей головой перед женщиной.»

— Элис, это хорошо, что вы всё понимаете, и цените то, что сделал для вас хозяин, — проговорила кухарка, а девушка вздрогнула, потому что успела забыть про способность той, читать чужие мысли. — Надеюсь так будет и впредь, а этот инцидент мы забудем.

— Спасибо, Грета. Я правда…

— Просто в следующий раз, если захотите принимать гостей, поинтересуйтесь у хозяина, — перебила её собеседница.

— Да, конечно, я обязательно…

— Вам стоит отнести парню то, что обещали, — снова прервала её кухарка, после чего развернувшись, зашагала прочь.

Алиса стояла ни жива, ни мертва. Ей всё ещё не верилось, что буря миновала.

«А ведь Грета могла нажаловаться Кристоферу, но не будет… Конечно же я могла начать оправдываться, сославшись на то, что гостя не звали, он сам пришёл… но ведь я не прогнала его, а очень мило болтала с Джеймсом, — подумала она.»

— Джеймс, чёрт, он же ждёт номер моего сотового, — выругалась девушка вслух, и рванула к своему домику для того, чтобы написать парню свой телефон.

Когда Алиса подошла к дереву, то он поманил её наверх.

— Забирайся сюда, это просто. Хочешь, могу спуститься и подсадить? — предложил сосед.

— Спасибо, конечно, но мне тут как-то спокойнее.

— Это с таким-то надзирателем? — усмехнулся Джеймс, а Алиса обиделась.

— Зря ты так! Грета на самом деле не плохой человек, и если разобраться, то она права. Это дом Кристофера и если он не любит чужаков на своём участке, то имеет на это полное право. А вот с моей стороны настоящее свинство…

— С одной поправкой, — перебил её парень. — Я не чужой! И в доме Кристофера бывал миллион раз, потому что мои родители водят с ним дружбу. Да и с его детьми находился здесь постоянно, когда те, наведывались на каникулы. Кстати, кухарка это хорошо помнит…

— И всё равно, — упрямо повторила девушка. — Я не должна была…

— Вот только давай не обсуждать эту ерунду! Ты принесла мне свой номер? — снова оборвал её он.

«Да что ж за день сегодня такой? — подумала Алиса. — Почему меня все перебивают?»

— Вот держи, — уже вслух произнесла она, и протянула листок с написанной комбинацией цифр.

— Супер. У меня к тебе предложение, — беря бумажку, интригующе проговорил Джеймс.

— Вся внимание…

— Мне нужно до четырёх вечера попасть на кладбище. Ты со мной?

— Спасибо, конечно, но я ещё молодая, и планирую оставаться на этом свете до глубокой старости, — пробормотала в ответ девушка, а парень от её слов расхохотался.

— Извини, — отсеявшись, произнёс он. — Я просто ни так выразился. Мне нужно навестить могилу бабушки, у которой сегодня день рождение, а кладбище работает до четырёх. Так что, ты со мной? Потом можем заехать и где-нибудь посидеть.

— А, ну если вопрос обстоит так, то да. Ни разу не была на американском кладбище… точнее ни разу не посещала, — улыбнулась она. — Только мне надо одеться. Через сколько встречаемся?

— Тридцать минут тебе хватит?

— Вполне.

— Тогда я жду тебя у ворот через полчаса.

На том они и распрощались. Алиса шла к себе в домик, пытаясь вспомнить, есть ли в её гардеробе чёрное платье. Одно точно имелось, но подошло бы скорее для вечеринки, чем для посещения погоста, потому было слишком коротким.

— В конце концов это не похороны, так что подойдёт любой скромный наряд, — вслух пробормотала девушка.

В своём весьма небольшом гардеробе, она нашла белый хлопковый сарафан, который был и не вызывающе коротким, и лёгким одновременно, что при стоявшей жаре, было не маловажно. Алиса оделась, на ноги натянула босоножки на танкетке, и взяв сумочку, направилась к воротам. Времени она потратила намного меньше, и теперь гадала, сколько же придётся ждать Джеймса, но тот удивил, потому что уже сидел за рулём ярко-алой Теслы, стоявшей у ворот.

— Классная тачка, — проговорила девушка, усаживаясь. Она уставилась на огромный монитор, служивший толи телевизором, толи навигатором. Нет, Алиса конечно же была наслышана об этом авто, но внутри никогда не сидела.

— Спасибо, — усмехнулся парень, и машина тронулась с места. — Получил её буквально на днях. Почти полгода ждал, теперь вот испытываю. Как ты относишься к японской кухне?

— Положительно, — произнесла она. — Я к любой кухне отношусь положительно, потому что очень люблю поесть.

— По тебе этого не скажешь, — засмеялся собеседник. — Всегда считал, что те, кто любит покушать, выглядят иначе.

— Это если у них полно денег, чтобы свою любовь поддерживать, а если денег не особо, то любовь может быть чисто платонической. С моей прежней зарплатой, эта любовь оставалась практически безответной.

— Уговорила, я тебя угощаю, — расхохотался от её слов Джеймс.

— Вообще-то, в России мужчина, приглашающий девушку в кафе, это самое кафе и оплачивает, но у американцев я слышала по-другому… хотя теперь это не важно, на данный момент, я и сама в силах заплатить за себя, — гордо произнесла Алиса.

— Не будим нарушать русских традиций. Не вижу никаких проблем оплатить счёт. Или ты феминистка? — приподняв бровь, поинтересовался собеседник, взглянув на неё.

— Нет, я за то, что мужчины сильный пол и всё такое.

— Это радует. Кстати, мы едем на кладбище, которое называется «Голливуд Навсегда».

— Эээ… видимо название должно мне что-то говорить, но увы, — произнесла девушка и развела руками. Она действительно ничего не слышала об этом месте, да и вообще нигде в Лос-Анджелесе кроме Шерман Оукс и Голливуд бульвара, усыпанного звёздами знаменитостей, не была. Её мечтой было съездить ещё и к голливудскому знаку, парящему где-то у самой вершины холма, но Алиса туда так и не добралась. Потому, что не была особенно уверенной в своей машине, которая была даже старше её самой.

— Ты серьёзно? — удивился парень.

— Абсолютно! Я ведь совсем недавно в Лос-Анджелесе. Да и на моём авто чревато куда-то путешествовать, процентов девяносто девять, что заглохнет драндулет где-то на пол пути, и вместо экскурсии по городу получится потерянный на ожидание техпомощи день.

— Это нужно срочно исправлять. Как у тебя со временем на ближайшие дни?

— Совершенно случайно у меня на эти дни выдался отпуск, причём оплачиваемый, — с улыбкой заявила девушка.

— Ты же вроде недавно работаешь? — не поверил ей Джеймс.

— Отработала всего один, точнее пол дня, а дальше мне было объявлено, что у меня неделя оплачиваемого отпуска, — честно ответила она.

— Щедрость Кристофера не знает границ, — хмыкнул её собеседник.

— Я тоже думаю, что с работодателем мне крупно подфартило, — призналась Алиса, в этот момент они как раз въезжали в ворота какого-то парка, но по надписи у ворот она поняла, что это и есть кладбище. Джеймс припарковался, и попросив его подождать, куда-то ушёл, а девушка стала разглядывать пейзаж за окном машины.

Посмотреть здесь было на что: пальмы были насажены вперемешку с обычными деревьями, вдалеке виднелось озеро с фонтанами, бившими прямо из него, а посредине водоёма на острове стояло какое-то здание, больше похожее на склеп. То тут, то там располагались клумбы со всевозможными цветами, а кусты белых роз, казалось, росли вообще в хаотичном порядке. Но больше всего Алису поразили павлины, свободно разгуливающие по погосту. Людей тоже было в избытке, но никто из них не пытался себе на память, вырвать перо из хвоста птицы, как произошло бы, гуляй эти пташки в каком-нибудь из парков России.

— Хотя нет, там павлинов вообще бы не было, потому что свистнули бы их в первый же день, — смеясь, пробормотала себе под нос девушка.

— Ты с кем разговариваешь? — спросил Джеймс, открывая дверь авто. В руках у него была корзина с живыми цветами.

— Так вот за чем ты ходил…

— Да, здесь есть цветочный магазинчик, и весьма неплохой. Держи — это, тебе, — протянул он шелестящий свёрток.

— Эээ, что это? — спросила она, уставившись на чёрную ткань под прозрачным пакетом.

— Это сувенир, — усмехнулся Джеймс, наблюдавший за её реакцией.

Алиса аккуратно разворачивала свёрток, ожидая увидеть чёрный платок, потому что слова сувенир и погост, в её голове сочетаться отказывались. Но и траурный платок, по мнению девушки, подарком назвать было невозможно. Но к её удивлению, внутри оказалась чёрная футболка с весёленькими черепушками, разрисованными всеми цветами радуги.

— Надо же, — поражено произнесла она. — И размер мой. Откуда ты узнал?

— Такое ощущение, что ты бомбу разворачивала, — рассмеялся парень. — Я не знал, примерно взял, но оказывается угадал. Ты так и не ответила. С кем разговаривала?

— Сама с собой, — произнесла Алиса, но увидев реакцию Джеймса, поправилась. — Просто мысли вслух. Увидела павлинов и подумала, что в месте откуда я родом, они бы так свободно не погуляли.

— Ну да, в России же холодно…

— Не поэтому, — засмеялась она, понимая, что человеку, который не жил в России, сложно представить то, что там происходит. — А потому что там их бы уже кто-нибудь стырил. Кстати, а почему нас на кладбище так свободно пустили на машине?

— Так всех пускают: и туристов, и тех, кто посещает родственников… это сделано для удобства людей. Кладбище ведь большое и особо пешком не находишься. А что у тебя на родине по-другому? — удивился Джеймс.

— Ну, как бы да! В России похоронные машины на кладбище пропустят конечно, а вот все остальные паркуются недалеко от входа, а дальше топают своими ножками. И я в фильмах видела, что на американских погостах одинаковые могилы в виде белых мраморных надгробий, и стоят они ровными длинными рядами, а здесь…

— Так это ты про военные кладбища говоришь, а это — гражданское, — пояснил ей парень.

— У меня на родине всех на одном хоронят, есть различия только по популярности кладбища. Например, в Москве имеется пара погостов, типа такого, как это, в том смысле, что там много знаменитостей местного масштаба похоронено. Ваганьковское и Новодевичье, на втором кстати помимо знаменитостей находится ещё и могила первого президента России Бориса Ельцина, — рассказывала Алиса то, что почерпнула в интернете, когда собиралась съездить в столицу на выходные.

Поездка тогда так и не состоялась, но мечта прогуляться по этим двум кладбищам, у неё осталась. Для себя она решила, что поедет в Россию только тогда, когда будет морально готова к встрече со своей матерью, чтобы это самое свидание обошлось без взаимных упрёков и слёз, а для этого нужно, чтобы боль от утраты папы немного поутихла. Сколько для этого понадобиться времени, девушка не знала, может всего несколько месяцев, а может и несколько лет. Идти первой на применение, когда тебя вышвырнули из квартиры, как мусор, и даже попрощаться не сочли нужным, Алиса не хотела. Не то чтобы в ней говорила гордыня, скорее это чувство можно было назвать обидой…

— О чём задумалась? — прервал её размышления Джеймс.

— О России, и ещё о маме. У меня с ней отношения не очень… Точнее сейчас вообще никаких нет… после того, как папы не стало, всё полетело в тартарары…

— Если хочешь, можем поговорить об этом…

— Лучше не надо, — горько усмехнулась девушка. — Я даже думать об этом себе пока запрещаю, чтобы не впасть в уныние. Если ты не против, то я бы ещё помучила тебя вопросами про погосты.

— Валяй…

— Если правильно тебя поняла, то на военных хоронят только тех, кого на войне убили. Верно?

— Не совсем. Вообще-то место на кладбище может получить любой, кто прошёл положенный срок службы, за исключением тех, кто был уволен с позором. Военные резервируют себе будущие могилы ещё при жизни…

— Запасливые, — перебила Алиса парня. — Извини, продолжай.

— Так вот, похоронены там могут быть не только они сами, но и члены их семей — их жёны и дети. Часто случается так, что тот, за кем зарезервировано место ещё жив, но могила уже есть, потому что скончался, и был похоронен в неё кто-то из его близких.

— Их что же в одну могилу закапывают? — удивилась девушка. Рассказанное собеседником, ей казалось дикостью, потому что это уже какая-то братская могила получается. Только во время войны хоронили всех скопом.

— Да. Кстати, мы на месте. Машину мы оставим здесь, а дальше ножками, — проговорил Джеймс, подхватывая с заднего сиденья корзину с цветами.

Они шли вдоль памятников, а Алиса пыталась отыскать хоть что-то похожее на то, что видела в России. Нет, не имена и фамилии её интересовали, а то, почему так сильно отличаются культуры захоронения этих двух стран. У каких-то могил памятников вовсе не было, просто вмонтированные прямо в землю металлические таблицы с датой и данными покойного. Не было здесь и могильных холмиков, что тоже её удивило, либо могильные плиты, либо совершенно ровный газон на месте захоронения. Да и заграждения отсутствовали, ни скамеек, ни столиков. Когда они подошли к небольшому бетонному строению, её спутник поставил корзину с цветами рядом и стал отпирать замок, висящий на цепи, просунутой сквозь ручки дверей.

— Это что, склеп? — испуганно спросила она, и вцепилась ему в руку.

— Ты чего, испугалась? — рассмеялся Джеймс.

— Да, — честно призналась девушка. — Никогда не была внутри таких сооружений, да и не видела на родине ничего подобного.

— Не бойся. Это действительно семейный склеп, но страшного здесь ничего нет.

— Может я лучше снаружи тебя подожду? Я тут на травке пока посижу…

— Пойдём, трусиха, — проговорил парень, убирая ключ в карман, и открывая дверь. — Там никто не кусается. Это только в фильмах вампирами склепы облюбованы, в жизни всё иначе…

Открыв дверь, он пропустил Алису в перёд, и взяв цветы, вошёл следом. Внутри было очень холодно и сыро, а свет сюда почти не доходил. Помещение оказалось небольшим — примерно три на четыре метра. В стенах были сделаны выемки, в некоторых стояли урны с прахом, но большинство пустовало. Рядом с каждой урной прикреплены таблички с выбитыми на них данными усопшего, а также с датой рождения и смерти. Присутствовали здесь и фото в рамках, многие были сильно пожелтевшими от времени, и лишь какие-то оставались яркими. На одной из полок, помимо урны, девушка увидела куклу и медведя. На другой — лежали боксёрские перчатки.

— Бабушка здесь, — указал её спутник на центр соседней стены, где стояли несколько семейных фото, и лежал собачий поводок.

— А разве можно фото живых на кладбище держать? — шёпотом спросила Алиса.

— Это были любимые снимки бабули, а поводок от её пса, который умер спустя несколько дней после похорон. Он тоже был не молодым, но скончался от того, что не хотел ничего есть, просто лежал, и скулил. Врачи предлагали усыпить беднягу, но у родителей рука не поднялась. Сейчас пёс на кладбище для домашних животных, здесь же в Лос-Анджелесе. И почему ты шёпотом разговариваешь? — поинтересовался парень.

— Не знаю… жутко здесь как-то, аж мороз по коже… Ты меня для компании взял, потому что в одиночку страшно?

— Не придумывай. Склеп, как склеп. Здесь просто холодно, потому что стены толстые и жара, которая снаружи, сюда не добирается.

— Давно твоей бабушки не стало? — решила девушка поменять тему. Ей действительно было жутковато находиться внутри, казалось, что с фото подглядывают те, кого уже давно нет в живых, и от этого тело покрывалось мурашками, а по спине шёл холодок. Ещё её пугали вещи покойных, присутствовавшие практически на каждой полке-выемке. Одна кукла чего только стоила…

— Уже несколько лет… она славная была… никогда меня не ругала, а на своё день рождения всегда сама пекла торт, магазинные не признавала. Деда своего я не видел, он скончался до моего рождения, и замуж бабуля, больше так и не вышла, — проговорил Джеймс, и поправил рамки с фото, стоящие на её полке. — Пойдём, а то ты вся продрогла.

Когда они оказались снаружи, то Алиса вздохнула с облегчением. Пока парень вешал замок обратно, она немного огляделась.

— Если хочешь, то могу показать тебе русскую часть кладбища, которая находится в той стороне, — указал рукой её спутник куда-то на лево.

— Спасибо, конечно, но для меня сегодня достаточно. Давай лучше куда-нибудь, где людей побольше, в смысле живых людей.

— Покойных бояться не стоит, — назидательно изрёк Джеймс.

— Да, да, я в курсе… в России говорят: «Бояться нужно не мёртвых, бояться нужно живых.»

— Верно говорят.

— Верно-то оно, верно, но я раньше даже не задумывалась над тем, что на кладбище своя энергетика… и не каждому она может понравиться. Только сегодня до меня дошло, что мне погосты как-то не очень близки.

— А раньше, что было по-другому?

— Знаешь, на родине у меня была приятельница, не подруга — нет, именно приятельница. Так вот, сейчас я понимаю, что она немного со сдвигом…

— Почему ты о ней заговорила?

— Потому, что эта идиотка книги пишет… и знаешь где она их пишет? На кладбище! Ходит туда каждый день, как на работу… говорит, что ей там дышится хорошо, что только там она может сосредоточиться… придёт, сядет у какой-нибудь могилки, и строчит, строчит… Правда по погостам эта сумасшедшая шляется только в тёплое время года, в холод-то там особо не посидишь…

— Ну, знаешь, у каждого свои тараканы… Если спросить психиатра, есть ли абсолютно нормальные люди, то он обязательно ответит, что таковых нет. У каждого имеется свой сдвиг по фазе… так что твоя знакомая всего лишь человек со странностями…

— Так ладно бы она сама тихо с ума сходила, так ведь и мне в уши натрубила, о том, что я просто обязана посетить пару столичных кладбищ… мол красота там неописуемая… и я ведь повелась, мечтала туда съездить. Сейчас поняла, что ноги моей там не будет! А вообще, ну её подальше с этими погостами. Поехали лучше куда-нибудь, перекусим и поболтаем о чём-нибудь приятном…

— Есть какие-то предпочтения? — поинтересовался парень, открывая перед Алисой пассажирскую дверь и помогая устроиться на сиденье.

— Я нигде кроме Макдональдса и подобных заведений быстрого питания, не была, так что сойдёт любое кафе.

— Ну тогда предлагаю съездить в Шерман Оукс, там есть отличная кафешка, где готовят потрясающие суши.

Всю дорогу девушка была слушателем, она слушала рассказ Джеймса о том, почему он решил снять себе жильё именно в Шермане. По его рассказам город был чудесным. Алиса не стала говорить ему о том, что уже видела этот городок, который тоже пришёлся ей по душу.

На второй день после приезда в Лос-Анджелес, она взяла такси и приехала по адресу, где когда-то жила девчонка, заразившая её мечтой, побывать в этой стране. Алиса побывала и в комплексе апартаментов, правда для этого ей пришлось соврать менеджеру, что она собирается снимать здесь квартиру, которую на самом деле, не могла себе позволить. Свободные апартаменты были, и ей даже показали пару, а потом устроили целую экскурсию по зданию… то, что когда-то она видела лишь на экране компьютера, теперь было явью… Девушка поблагодарила менеджера, сказав, что ей нужно подумать перед тем, как заполнять заявку на жильё. Ей вручили брошюрку с визиткой, и предложили звонить, если будут какие-то вопросы. Потом она долго гуляла по знакомым улочкам, и улыбаясь встречным прохожим, которые вполне могли принять её за сумасшедшую, но ей было всё равно. Парк оказался ей просмотрен вдоль и поперёк. За этой прогулкой Алиса даже не заметила, как пролетел день. Возвращаться в Ризиду, где она сняла комнату у своей соотечественницы, ей не хотелось. Эти два города были так не похожи друг на друга, как будто находились в разных полушариях Земли, а не являлись районами одного большого города…

— О чём задумалась? — долетел до Алисы голос её спутника.

— Так, о прошлом…

— Видимо приятном, потому что ты улыбалась, — усмехнулся парень. — Мы почти на месте.

Они припарковались почти на самом углу здания. Выйдя из машины, Джеймс открыл дверь с её стороны, и помог девушке выбраться, после чего вбросил несколько четвертаков в паркомат.

— Нам сюда, — проговорил он, и указал ей на дверь небольшого ресторанчика. — Сядем внутри или на улице?

— Лучше в помещении, снаружи сейчас слишком жарко.

Оказавшись внутри здания, Алиса осмотрелась. Оно было небольшим, всего на шесть столов, примерно столько же располагалось и со стороны улицы. Длинная барная стойка, способная при желании, вместить ещё человек десять, с обратной стороны которой находились пару мужчин, готовящих суши.

Не то что бы её родители были бедными, деньги у их семьи всегда водились, не большие конечно, но на жизнь хватало. Только вот на походы по ресторанам и кафе, финансов катастрофически не доставало. Да и домашняя еда, если так подумать, была более чем скромной. Никаких вам там красных рыб и икорных деликатесов. Борщи, супы, на второе, как правило, либо макароны с сосисками, либо гречка с подливой. А так, чтобы стейк там, или курица целиком, нет, такого она припомнить не могла. Разве что на новый год. Вот тогда стол накрывался царский. И красная рыбка появлялась, немного, но всё же. И курочку мама целиком запекала, а иногда, и икорка красная на бутербродах присутствовала. Но чаще, конечно же, были шпроты. Только вот для того, чтобы такой стол накрыть, родители начинали откладывать деньги за несколько месяцев, но на то он и праздник. Пиццу Алиса пробовала исключительно в мамином исполнении, а о блюдах японской кухни только мечтала. Нет, она, конечно, могла со своей зарплаты в кафе сходить, но тогда бы пришлось обойтись без обновок, которые и так были крайне редко, потому что деньги девушкой откладывались на мечту… Да и что та зарплата? Так, слёзы…

— Ты что будешь заказывать? — поинтересовался у неё спутник, разглядывая меню, где даже картинок не было.

— Если, по правде, то суши я никогда не пробовала, так что буду полагаться на тебя. Ты то здесь не в первый раз наверное…

— Да, я в этой кафешке частый гость, потому что от здания, в котором находится моя квартира, всего пара минут пешком. Значит так, нам пару бокалов Пино Гриджио, Филадельфию, Аляску, Калифорнию и сашими из угря и гребешков, — продиктовал парень, обращаясь уже к официантке, у которой на бейджике было написано Соня. — И меню нам оставьте пожалуйста, мы чуть позже выберем десерт.

— А тебе разве можно пиво, ты же за рулём? — спросила Алиса, когда заказ был принят, и девушка отошла от их столика.

— Это не пиво, я заказал белого вина. К тому же, всего бокал, а по правилам могу и пару. Допускается до ноль-четырёх про-миль.

— Понятно. В России выпить за рулём нельзя! И не важно, бокал или два.

— И что не пьют?

— Ещё как пьют, — усмехнулась Алиса. — Там с полицией можно договориться, ну в смысле денег дать…

— Серьёзно? — удивился её собеседник. — И что, те берут?

— Не просто берут, а сами требуют. Я здесь больше месяца водила машину, и меня никто не остановил, там же автолюбителей тормозят постоянно…

— По какой причине? — не понял Джеймс.

— Кушать хотят, — улыбнулась девушка. — На моей родине дорожная полиция хуже бандитов, слово вымогатели характеризует их в полной мере…

— А я планировал съездить в Россию, в Санкт Петербург. Теперь вот думаю, что машину в аренду там брать не стану, лучше такси воспользуюсь…

— Ещё одни вымогатели…

— Кто? — не понял Джеймс. Для него, видимо, как и для большинства американцев, эта страна ассоциировалась с водкой, медведями и балалайкой.

— Таксисты, кто же ещё?! Прежде чем озвучить цену на поездку, они сначала примерно подсчитают на какую сумму ты одет, а дальше всё зависит от полёта их фантазии… стоимость билета на самолёт до Москвы, по сравнению с доставкой от аэропорта до центра, тебе покажется копеечной…

— Да ладно, — не поверил парень. — Убер-же есть, он по всему миру работает…

— Россия дикая страна, и там закон джунглей работает, а не кем-то обозначенные правила… Там таксисты и морду набить могут, если кто-то вздумает у них денежного клиента увести… Недавно в Ютюбе нашла видео, как водитель Яндекс такси говорит своему клиенту мужского пола: «Если не выключишь камеру, то я тебя изнасилую!»

— Жуть…

— Это ты точно сказал… Если хочешь свободной страны, то это точно не Россия… — задумчиво проговорила Алиса, вспомнив рассказы приятельницы о поездке в столицу.

— Ты не любишь свою родину?

— Почему? Люблю, но ведь от реальности же никуда не убежишь… Это как мать, не важно алкоголичка она, наркоманка, или потаскуха, но мать же… так и здесь… Родину не выбирают…

— Как-то ты сравнение привела странное…

— Какое есть. Знаешь, у нас в городе вот недавно власти церковь строить задумали, а людям это дело не очень понравилось…

— Почему? — перебил девушку Джеймс. — Храм — это, ведь прекрасно.

— Так-то оно так, но когда этот самый храм хотят возвести в единственном нормальном парке, где гуляют и дети, и взрослые, то радости мало. Тем более, что после возведения сего сооружения от парка ничего не останется… так вот, люди вышли на протест. Они, в общем-то, и не были против храма, как такового, но место под него можно было, и другое выделить, не губя сквер… так там такой замес начался… Местные жители в итоге парк отвоевали, но какой ценой…

— Н-да… здесь церквей на каждом углу, причём любой веры, было бы желание… но все они землю себе под строительство сами покупают. Государство охраняет только памятники архитектуры…

— А у нас эти самые памятники сносятся в огромном количестве, если находится тот, кому земелька приглянулась. Раньше в Москве столько старых зданий было, сейчас же… Давай лучше о чём-нибудь другом, для меня тема родины какая-то болезненная. Ты давно Кристофера знаешь?

— И Кристофера и всех его детей.

— А что у него их много? — удивилась Алиса.

— Три дочери и сын, причём все от разных жён. Кстати, Роберт приезжает достаточно часто, он от последнего брака. Ещё Молли наведывается раз в пару месяцев, она-то как раз самая старшая. А вот двух других я давно уже не видел, они толи в Англии учились, толи во Франции, да так там и остались. Точно, Викки в Лондоне — она вторая по-старшенству, а Патриция в Париже.

— Ни фига себе он плодовитый… и любвеобильный к тому же… Хотя, это не моё дело! Пусть хоть ещё пять детей заделает, мне-то что?!

— По поводу детей вряд ли… — с какой-то странной интонацией в голосе проговорил её собеседник, а она, осознав, что это может означать, сглотнула.

— Он смертельно болен?

— Кто? — не понял парень её вопроса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Книга посвящается моему папе, которого больше нет. Живу надеждой, что ТАМ, ему лучше, чем было здесь…

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Секретарь дьявола, или Сколько ты стоишь? предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я