Методология исследования политического: основные подходы и направления ( Коллектив авторов, 2013)

В монографии представлены различные подходы к выявлению содержания политического, истоков его формирования и особенностей развития. Авторами предпринята попытка определения данного понятия как основополагающего в политической науке. Книга предназначена для политологов, преподавателей и студентов вузов.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Методология исследования политического: основные подходы и направления ( Коллектив авторов, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Проблема определения политического в политической науке

Т. В. Карадже, Л. В. Оленикова


В последнее время мы являемся свидетелями глобальных по своему масштабу перемен во всех областях жизни. Набирающий скорость процесс глобализации, усложнение взаимосвязей и появление новых политических субъектов на международной арене, политизация всех сфер жизнедеятельности, качественное изменение средств ведения политики – все это дает основания для постановки вопроса о необходимости развития методологического аппарата, более глубоко и объективно исследующего политическую реальность.

Одни и те же идеи и концепции в разные исторические периоды, и в различных политических контекстах могут быть интерпретированы различным образом. Понятийный аппарат политической науки требует постоянного уточнения, так как разночтение и некорректность определения содержания дефиниций искажает действительную сущность исследуемого объекта, затрудняя его исследование.

Необходимо учитывать, что мир политического представляет собой не столько четко очерченную, раз и навсегда систему с фиксированными параметрами, сколько то, что люди, на данный момент, считают политикой. Это вполне естественно, если учесть, что власть и политика отражают человеческие отношения, а представления об этих отношениях, подвержены изменениям. Следует также подчеркнуть, что при разработке понятий и категорий в политической науке, значительную роль играет метод абстракции, позволяющий игнорировать несущественные свойства феномена с целью выделения сущностных признаков и закономерностей. Однако по мере диалектического развития объекта, ранее несущественные его свойства и признаки начинают актуализироваться, и феномен приобретает новые характеристики, что также предполагает корректировку и уточнение его определения.

Одним из наиболее трудно определяемых понятий политической науки, является понятие «политическое», вокруг которого, вот уже несколько десятилетий не утихают споры. Это обусловлено тем, что невозможно исследовать политические феномены без понимания сущностных характеристик ключевых системообразующих понятий политической науки, среди которых, понятие «политическое». Речь идет о понятии, которое могло бы более или менее полно отразить не только сложность, динамику, но также истоки и закономерности развития политической сферы. Понятие, содержание которого отражает сложное и многоуровневое предметное поле политической науки.

Прежде чем перейти к исследованию сущностных характеристик политического, необходимо ответить на вопрос, насколько обоснованно активное введение в научный оборот данного понятия? В политической философии уже существуют такие определения предметного поля политической науки как «политическое бытие», «политический мир», «политическая реальность», «политическое пространство».

Рассмотрим их сущностные характеристики. В политической онтологии часто используется понятие «политическое бытие». По способу существования политическое бытие разделяется на институциональную сферу, политические отношения и политическое сознание. Данное понятие фиксирует наличие явлений и предметов, однако не отражает эволюцию развития этих явлений и предметов, то есть «не схватывает» наиболее важного свойства политической сферы – развития и изменения.

В философии категория «реальность» имеет два значения: как все существующее, то есть весь материальный мир, включая его идеальные продукты и как объективная реальность, то есть материя в совокупности различных ее видов. В этом смысле объективная реальность противополагается субъективной реальности, то есть сознанию.

Наличие данных подходов к определению категории «реальность» предполагает ее разночтение, что затрудняет использование в одном общепринятом смысле. Если же говорить о понятии «политическая реальность», то в силу вышесказанного, остается непонятным и весьма спорным его содержание: это проявление политического бытия во всех его формах, или же это данное понятие употребляется для противопоставления «политическому сознанию»? Так как содержание данной категории в философской науке интерпретируется различным образом, то данный спор в рамках политической науки представляется весьма абстрактным и малопродуктивным.

Более распространено употребление понятия «политическое пространство», которое стало объектом исследования таких научных направлений как геополитика, геоэкономика, мировая политика и т. д. Также необходимо отметить ограниченные возможности употребления понятия «политическое пространство». Пространство это, прежде всего, место, в котором возможно движение, различные положения и взаимные расположения объектов, арена их действий, определяющее сущность происходящих в нем событий, что отражает лишь пространственную характеристику политической сферы.

Очевидно, что рассмотренные понятия не могут в полной мере, отразить особенности развития политической сферы и ее сущностные характеристики. Поэтому вполне оправдан исследовательский интерес к понятиям, которые позволяют не только фиксировать уже определенные свойства и признаки объекта политической науки, но и отражают его диалектичность, изменчивость, незавершенность развития. При исследовании категориально-понятийной базы политической науки будем учитывать, что:

– представления о политике, ее целях и функциях исторически и идеологически обусловлены;

– постоянно изменяется сам объект и его взаимосвязи с внешней средой;

– развивается научно-исследовательский аппарат, позволяющий выявлять новые свойства объекта.

Эволюция содержания понятия «политическое» также тесно связана с историей представлений, отображающих поэтапное усложнение сферы политики, изменением места и роли человека и государства в мире, а также развитием методологического инструментария, позволяющего выявлять и исследовать его новые свойства.

Генезис представлений о политическом начинается с аристотелевской теории, связывающей политическое, с началом появления государства. Акцентируется внимание на том, что само понятие «политическое» восходит своими корнями к древнегреческим терминам, связанным со словами «polis», то есть «город-государство», «politea» – конституция и «polites» – гражданин. Это стало основанием для утверждения, что Аристотель сферу политического рассматривает как сферу государственных отношений и государственного управления. Именно этот тезис со временем стал теоретическим основанием концепции отождествления политического и государственного.

Однако данный подход весьма уязвим для критики. Дело в том, что в политической модели Аристотеля нет еще четкого разделения государственной и общественной сфер, а каждый гражданин полиса представлен и как частное лицо, входящее в городскую общину, и как участник государственно-публичной жизни, влияющий на процесс управления и принятия решений. Сфера политического здесь рассматривается как государственно-общественная сфера, где государственные интересы неразрывны с общественными, другими словами, государство отождествлялось с сообществом, осуществляющим совместную жизнь во всех ее формах и проявлениях. По сути, политическое начало пронизывало все сферы жизни. В его теории нет четкого разделения социального и политического, что стало в дальнейшем основанием для появления теорий, ссылающихся на Аристотеля, но различным образом трактующих представления о политическом.

Если представление о политическом до XVII в. тесно связывалось с государством и его деятельностью, то с XVII в., с началом формирования гражданского общества, именно сфера взаимного влияния государства и гражданского общества становится в центре проблемного поля политики. Государство и общество рассматриваются уже как отдельные субъекты, интересы которых различны. Политическое начинает выделяться как самостоятельная сфера, куда входит государственная сфера и область взаимодействия государства и гражданского общества, и рассматриваться как область реализации «общественного договора» во взаимоотношениях государства и гражданского общества.

В конце XVIII – начале XIX вв. расширяется понимание негосударственной области политической жизни. С появлением марксистской теории «классовой борьбы», открывшей новый этап в развитии представлений о политической сфере, политика, в основном, стала сводиться к классовым или иным социальным отношениям. Согласно марксистской доктрине, политика связана с разрешением антагонистических противоречий между классами, имеющими прямо противоположные экономические интересы, что проявляется в форме классовой борьбы и социальных революций. Учение об организованном насилии и классовом господстве как основе всякой государственной власти и политики в условиях антагонистического общества представляет по-иному политическое. Подобный подход акцентирует внимание на следующих составляющих политического: взаимодействие с другими сферами общественной жизни, классовая борьба, легитимное насилие государства, выражающего интересы правящего класса, по отношению к обществу.

К. Маркс в работе «Капитал» отмечал, что государство, выполняя две функции: выполнение общих дел, вытекающих из природы всякого общества, и специфические классовые функции, отражает единство двух тесно взаимосвязанных сторон – общечеловеческой и классовой. Отсюда его вывод о том, что с исчезновением антагонистических противоречий при коммунизме отомрет государство как аппарат насилия, что неизбежно повлечет исчезновение политического.

XX в. вносит существенные коррективы в понимание политического, ядром которого является государство. Меняется видение мира политики: от «государственного моноцентризма» к «социальному полицентризму», формально отдавая приоритет обществу и индивидам, по сравнению с государством и его институтами. В мировой политической практике на смену монополии государственной власти приходят идеи плюрализма, усиления значения различных социальных институтов гражданского общества и административных институтов, разделяющих и контролирующих власть. Логическим завершением данного направления исследования политического, является вывод Ю. Хабермаса о том, что «политическое трансформировалось в программу самоподдержания административной подсистемы» и политическое уже не является серьезной философской проблемой»[1].

Рассматривая государство как основной системообразующий элемент политического, данное направление приходит к логическому заключению, что с сокращением полномочий и функций государства, снижением роли в организации жизнедеятельности общественной системы, сокращается и, в конечном счете, уничтожается сфера политического. Таким образом, выделяя государство как основную сущностную характеристику политического и системообразующий элемент политического, данное направление приходит к логическому заключению, что с сокращением полномочий и функций государства и его роли в жизнедеятельности общественной системы, сокращается и, в конечном счете, уничтожается сфера политического.

Рассмотрим этапы эволюции данного подхода:

– I этап: государство и общество рассматривается как единое целое, что составляет область политического;

– II этап: с развитием гражданского общества, происходит противопоставление государственной и гражданской сфер, что дало основанием считать политическим государственную сферу и область взаимодействия государства и гражданского общества.

– III этап: с появлением классовых теорий, политическое рассматривается как область антагонистических классовых противоречий, где государство выполняет функции легитимного насилия;

– IV этап: согласно современным концепциям, государство уступает свои функции гражданскому обществу и административным институтам, что дает основание для вывода о «смерти» политического.

Очевидно, что данный подход свидетельствует всего лишь об определенном этапе развития политического, связанного с появлением такого политического института как государство. Схема лишь отражает процесс диалектического развития государства и эволюцию его функций, как одного из составляющих политического, однако не исчерпывает сути политического.

В этой связи, рассмотрим подход, предлагающий иные критерии определения политического, в данном случае, теорию К. Шмитта. Он справедливо отмечает, что в политической науке «редко можно встретить ясное определение политического», что обусловлено ограниченностью методологического подхода, определяющего понятие «политическое», через понятие «государство». «Государство оказывается чем-то политическим, а политическое чем-то государственным, и этот круг в определениях явно неудовлетворителен»[2].

Определить сущностные характеристики политического возможно, согласно К. Шмитту, лишь обнаружив и установив его специфически политические свойства. Этим специфическим различением политического, по его мнению, являются такие политические действия и мотивы как различение «свой – чужой», «друг и враг». Смысл различения «друга и врага» состоит в обозначении «высшей степени интенсивности соединения или разделения», ассоциации или диссоциации. Согласно теории Шмитта, враг не конкурент и не противник в общем смысле – врагом можно назвать борющуюся совокупность людей, противостоящую точно такой же совокупности. «Политическая противоположность – это противоположность самая интенсивная, самая крайняя, и приближается к крайней точке, разделению на группы «друг – враг»[3].

Народы всегда группируются по противоположности «друг – враг». Этот критерий различения носит исторический характер и не означает, что определенный народ вечно должен быть другом или врагом определенного другого народа. Мир, в котором полностью устранена и исчезла возможность борьбы, стал бы миром без различения «друга и врага» и вследствие этого миром без политики. Всякая противоположность – религиозная, моральная, экономическая или этническая может превратиться противоположность политическую, разделяя людей на группы друзей и врагов. По мнению К. Шмитта, политическое не имеет никакой собственной предметной области и проявляется там, где «реальное разделение на группы «друзей и врагов» столь сильно и имеет столь определяющее значение, что отодвигает на задний план свои предшествующие критерии и мотивы «чисто» религиозные, «чисто» хозяйственные, «чисто» культурные – и оказывается в подчинении, отныне, уже политической ситуации»[4]. То есть любая проблема из любой сферы жизнедеятельности общества, может обрести статус политической и политическое может извлекать свою силу из различных сфер человеческой жизни. Таким образом, понимание К. Шмиттом политического, определяется основным критерием: деление на «своих – чужих»/«друзей – врагов», а политизация различных сфер общественной жизни детерминируется степенью активности объединения или разъединения людей по данному принципу.

Действительно ли деление на «своих – чужих»/«друзей-врагов» является сущностным и исчерпывающим критерием политического? Для ответа на этот вопрос рассмотрим эту установку, являющуюся как одним из основных этологических механизмов, регулирующих процессы жизнедеятельности животного мира, так и психоэмоциональным и культурологическим механизмом, регулирующим социокультурные процессы:

– «свой – чужой» в животном мире это различение по запаху, окрасу, иерархической и территориальной принадлежности, ритуальным формам и т. д.; действует как механизм снятия внутривидовой агрессии и механизм защиты «своего» вида;

– «свой – чужой» функционирует в социальной системе как принцип, определяющий развитие культуры и ее функции интеграции и дезинтеграции; различение «свой – чужой» по ценностным установкам и нормам;

– «свой – чужой» – установка различения, действующая в социальной сфере по различным социальным показателям: бедный – богатый; руководитель-подчиненный и т. д.;

– «свой – чужой» – установка, действующая в политической сфере по отношению к власти, властным институтам, идеологическим ценностям и т. д.

Итак, установка «свои – чужие»/«друзья – враги» отражает общий принцип функционирования сложноорганизованных живых систем и является не только политическим, но и этологическим, социальным, культурологическим механизмом регулирующим поведение систем. Нетрудно сделать вывод, что она является одной из важнейших характеристик политического, как элемента более общих системы, регулирующих свою жизнедеятельность на основе различения-разделения. Все сложноорганизованные системы обладают этим свойством, что отчасти, объясняет как механизмы политизации других сфер общественного бытия, так и более глубокие истоки происхождения политического.

Представляется, что использование в качестве единственного и основного критерия установку «враг – друг»/«свой – чужой» необоснованно расширяет границы собственно политического. Данная установка отражает общий принцип функционирования сложноорганизованных живых систем и является не только политическим, но и этологическим, социальным, культурологическим механизмом, регулирующим общественное поведение. Нетрудно сделать вывод, что она является одним из базовых имманентных свойств всех сложноорганизованных общественных систем, регулирующих свою жизнедеятельность на основе различения-разделения. Это отчасти, объясняет механизмы политизации других сфер общественного бытия, и указывает на более глубокие истоки происхождения политического.

Представляет интерес концепция Клода Лефора в которой развивается взгляд на политическое, созвучный идеям Аристотеля и К. Шмитта. Согласно его взглядам, политическое пронизывает социальное и является его упорядочивающей формой. Так как в основании общества лежит внутренний антагонизм, который никогда не может быть разрешен, то социальность может быть только там, где существует разделение, различие. Это предполагает как разделение самого общества на различные социальные группы, так и противопоставление государства внешнему миру. Именно внутренне присущий обществу антагонизм и разделение требуют некоей упорядочивающей формы, каковой является политическое. Согласно идеям философа, политическое определяет способ и порядок социальной организации и придание этому порядку устойчивости. Политическое является более всеобъемлющим и определяющим социальное: «мы имеем идею первичной размерности социального и она дается вместе с идеей о ее первичной форме, политической форме»[5].

Таким образом, наряду с разделением – противопоставлением «своих – чужих», характерным как для социального, так и для политического, К. Лефор выделяет еще функцию собственно политического – функцию упорядочивания и объединения социального: функцию целеполагания. Согласно данной теории, не существует и не может существовать какого бы то ни было аполитического общества, поскольку все сферы и формы общественной жизни и деятельности, в той или иной форме, пронизаны политическим началом. Важнейшей функцией политического является обеспечение единства общества, разделенного на разнородные группы, слои и классы. В сущности, общество едино в качестве политического сообщества, и в этом контексте, он выделяет интегративную роль политического. Но так как конфликт и консенсус составляют две важнейшие характеристики любой системы, то речь идет, прежде всего, о факторах, способствующих, с одной стороны, сохранению и жизнеспособности политической системы, а с другой – изменению как отдельных институтов, так и всей системы в целом. Феномен политического находится между двумя крайними интерпретациями, одна из которых рассматривает политику, всецело, как результат столкновения конфликтующих интересов, а вторая – как систему управления порядком и обеспечения справедливости в интересах всех членов общества.

Выводы К. Лефора о том, что все сферы общественной системы потенциально и имманентно содержат в себе элементы политического, и при определенных условиях способных актуализироваться, на наш взгляд, обоснованны. Данный подход, исследуя такие функции политического как управление, координация, интеграция и целеполагание расширяет границы понимания данного феномена.

В политической науке также достаточно распространен другой подход, рассматривающий политическое через феномен власти. Согласно данному подходу, политическое появляется и функционирует там, где появляется власть, и именно власть является его сущностной характеристикой.

Возникает вопрос «о какой власти идет речь?» – об общественной власти, политической власти или о власти государственной, и с какой властью связывают появление политического? Для ответа на этот вопрос обратимся к анализу эволюции власти.

Согласно политическим теориям, власть появляется там, где появляется необходимость в согласованных действиях, где происходит подчинение деятельности достижению определенных целей и появляются ведущие и ведомые, властвующие и подвластные. Как только проявление власти приобретает общественный характер, главной ее целью становится создание и поддержание порядка. Общественная власть существовала уже в период первобытно-общинного строя задолго до возникновения государства, и отличалась отсутствием жестких различий между управляющими и управляемыми.

Политическая власть вторична по отношению к общественной власти и существовала, как известно, не всегда. В обществах социально не структурированных, общественная власть еще не носит политического характера. Политическая власть возникает с переходом к редистрибутивной форме обмена, социальному расслоению общества, реализуется через институты (институты бигмена, вождества, государства и т. д.), определяется пространственными, территориальными границами и обеспечивает порядок в соответствии с определенной идеей.

Появление политической власти часто связывается с появлением особых принудительных учреждений, которые в лице государства отделились от общества и стали обладать легитимным аппаратом насилия. Это утверждение, представляется спорным, так как современные исследования в области социальной антропологии свидетельствуют, что уже на ранних догосударственных этапах развития общества появляются структуры, реализующие функции легитимного насилия. Различие в том, что легитимность власти и насилия в догосударственных структурах опиралась на традиции, а в государстве на закон. Таким образом, возможно сделать вывод о том, что протоосновы политической власти заложены были еще в догосударственный период, но окончательно она сформировалась с переходом к государственному этапу развития человеческой цивилизации.

По мнению Ж. М. Денкена, политическая власть стала осуществлять ряд функций, имеющих политический характер: решать проблему согласия, учитывая то обстоятельство, что общество разделено различными интересами; определять формы и способы достижения цели; требовать наличия институтов как субъектов политической власти, через которые она и реализуется[6].

С формированием государства остро встает вопрос уже о соотношении политической и государственной власти. Представляется справедливым мнение Е. Вятра, рассматривающего государственную власть как «наивысшее, наиболее полное выражение политической власти в ее наиболее развитом виде». Он выделяет следующие черты государственной власти: легитимность применения силы; обязательность решений государственной власти для всего общества; обладание всеми ресурсами власти и возможность их использования для реализации властных полномочий[7]. Необходимо отметить, что с развитием государственной власти, появляются новые функции власти, обеспечивающие стабильность, порядок и эффективность развития всего общества. В современном мире наблюдается усиление значения общественной власти, реализуемой общественными институтами, участвующими в управлении государством.

Анализ эволюции власти свидетельствует, что каждый последующий этап развития власти проявляет ее новые формы и функции, расширяя представления об этом феномене.

Краткий экскурс в историю представлений о политическом, дает основание сделать вывод о том, все рассмотренные подходы, несмотря на кажущуюся противоположность, всего лишь, отражают различные аспекты политического, взаимодополняя и расширяя его понимание.

Политическое представляет собой сложное, многоуровневое, многообразное и, вместе с тем, динамично изменчивое явление, которое невозможно исследовать с помощью четко очерченной схемы. Любая попытка исчерпывающе определить его содержание неизбежно терпит крах, что вполне обоснованно и продиктовано логикой развития политического. Политическое имеет множество измерений, граней и особенностей и каждый из них требует собственного методологического подхода, что еще более актуализирует задачу выявления сущностных характеристик данного феномена. Как справедливо отмечал К. Шмитт, политическое имеет свои собственные критерии, «начинающие своеобразно действовать в противоположность различным, относительно самостоятельным предметным областям человеческого мышления и действования, в особенности в противоположность моральному, эстетическому, экономическому»[8].

На основании представленных подходов, попытаемся определить сущностные характеристики, определяющие политическое. Для этого вначале необходимо, как минимум: определить его системообразующие элементы и структуру; истоки его формирования; факторы, детерминирующие его развитие и функционирование; границы и функции.

Проведенный выше анализ различных подходов дает основание выделить два системообразующих элемента политического: установку «свои – чужие»/«друг – враг» и власть.

Как уже выше отмечалось, установка «свои – чужие»/«друг – враг», предложенная К. Шмиттом в качестве критерия политического, отражает особенности функционирования всех живых сложноорганизованных систем и носит универсальный характер.

Рассмотрим следующий элемент политического – власть. Носит ли власть также универсальный характер или она является атрибутом сугубо политической сферы. Ответ на этот вопрос даст понимание границ собственно политического.

Обратимся к анализу истоков данного феномена. Как свидетельствуют результаты исследований современной биополитики, истоки властных отношений своими корнями уходят в ранние этапы развития высокоорганизованных сообществ – к высокоорганизованным сообществам животных, у которых властные отношения находят свое отражение в иерархических отношениях господства-подчинения. Протоосновой властных отношений являются иерархические отношения господства-подчинения как этологический механизм управления с применением насилия.

Схему эволюции власти, возможно представить следующим образом: иерархические отношения господства-подчинения – общественная власть – политическая власть – государственная власть. Такое понимание генезиса власти, имеющей своим основанием этологические механизмы иерархии, и являющейся системообразующим элементом политического, дает основание сделать вывод, что появление политического обусловлено не только развитием социальных форм, но и природными механизмами, регулирующими поведение высокоорганизованных общественных животных.

Именно тем, что в системообразующих элементах политического, проявляются свойства универсального характера, присущие высокоорганизованным общественным системам, объясняется такое свойство политического как инклюзивность, то есть способность политизировать другие сферы общественной жизни. Речь идет о не проникновении политического в различные области, а об актуализации свойств политического, которые имманентно присущи общественным системам.

Принципиально важным для исследования политического является анализ его структуры. В политической философии структура политического представлена двумя уровнями: актуализированное (проявленное) политическое и потенциальное политическое. Можно сказать, что вычленение мира политического, как актуализированной формы бытия, в качестве самостоятельной подсистемы произошло на определенном этапе исторического развития общественной системы. Анализ генезиса власти дает возможность сделать вывод о том, что актуализированную форму политическое приобретает на этапе формирования политической власти и появления управленческих институтов и институтов легитимного насилия на основе либо традиции, либо права. Как выше отмечалось, что это не всегда совпадает с этапом формирования государства, и возможно уже на этапе развития более ранних социальных форм. К актуализированной форме политического относятся явления, институты, организационные формы, отношения за которыми стоит власть с функциями управления, реализации общественно значимых целей и сохранения порядка на основе легитимного насилия.

Потенциально политическое это области общественной системы, общественного сознания и поведения, которые при определенных обстоятельствах, могут быть политизированы на основании глубоко укоренных механизмов различения «свои – чужие»/«друг – враг», это механизмы трансформации других сфер жизнедеятельности общественных систем в политическое, это процессы и закономерности, отражающие генезис власти и ее функций.

Структуру политического можно представить как пересечение двух осей – оси власти и оси «свой – чужой»/«друг – враг», характеризующейся интегрированностью и предполагающей вертикальную и горизонтальную согласованность структурных элементов.

Анализируя границы политического по вертикальной оси ординат – «власть», возможно сделать вывод о том, что политическое своими истоками уходит в более ранние эволюционные этапы развития социальных систем, в догосударственный этап развития человеческого сообщества.

Границы политического по оси абсцисс определяют процессы политизации других сфер жизнедеятельности общественных систем, где происходит обострение/угасание конфликта по оси «свой – чужой»/«друг – враг».

В связи с этим, необходимо отметить условность и подвижность границ политического.

Для того чтобы поддержать или опровергнуть данное утверждение обратимся к политической практике. Действительно ли границы политического по оси абцисса условны и носят ситуативный характер?

Развитие политических реалий второй половины XX столетия свидетельствует о расширение сферы политического: политизация различных сфер общественной жизни стало устойчивой тенденцией в условиях современного мира. Масштабный по своему размаху процесс политизации, затрагивающий все области жизни, можно определить как процесс расширения политического.

Проявлением процессов политизации считается:

– усиление влияния политики на другие сферы общественной жизни;

– придание политического звучания сколько-нибудь значительным вопросам общественной жизни;

– повышение роли государства в жизни общества;

– возрастание интереса к участию в политике отдельных социальных групп и индивидов;

– более широкое вовлечение масс в политическую деятельность, усиление политической направленности социальных движений;

– изменения в сознании и поведении индивидов и групп, происходящие в результате усиления влияния политики на все сферы их жизнедеятельности.

Политизация общественной жизни заключается в том, что политический характер приобретают явления и процессы, относящиеся не к политической, а к другим сферам общественной жизни. Это означает, что общественные явления, которые по своей природе не являются политическими, и ранее были вне политической сферы, оказываясь в области столкновения политических субъектов, становятся либо средствами для достижения политических целей, либо объектом воздействия со стороны политических сил. Примером того является деятельность государства по регулированию хозяйственно-экономической сферы, брачно-семейных дел граждан, идеологизация искусства как средства политической борьбы и т. д.

Процессы политизации особенно активно развиваются в условиях нарастания в обществе социальных и экономических кризисов. Как отмечает отечественный исследователь М. В. Данилов, «неспособность власти решить эти и многие иные проблемы традиционными для экономической сферы инструментами, заинтересованность контрагентов в ослаблении позиций властвующей элиты приводят к тому, что экономический кризис обретает статус политического и его преодоление, возможно было исключительно в политическом поле»[9]. Таким образом, обретение проблемой политического статуса служит фактором давления на власть, что происходит с целью достижения необходимых результатов в других сферах жизнедеятельности общества.

Политизируются экономические, культурные, правовые, административные, религиозные, нравственные и иные феномены. Политизация означает, по сути, перетекание проблемы из социальной, экономической или какой-либо иной сферы, в политическую. М. В. Данилов отмечает, что «политический статус проблемы означает ее наивысший накал, обостренную общественную значимость и актуальность, неспособность субъектов принятия решений справиться с ней с помощью привычных методов и практик»[10]. Процессы политизации могут носить как продуктивный, так и контрпродуктивный характер для развития социополитических систем.

Выделяются следующие причины процесса политизации:

– неспособность решить проблему, соответствующими для нее методами (экономическими, административными, правовыми);

– высокая общественная значимость проблемы, которая выводит ее сразу на политический уровень (техногенные катастрофы и природные катаклизмы, девальвация валюты и банковский кризис, банкротство крупнейшего телеканала, этнические столкновения и т. д.);

– искусственная политизация проблемы, вызванная действиями социально-политических субъектов.

Однако наблюдаются не только процессы политизации, но и процессы деполитизации, что представляет собой диалектическое единство и определяет условность и неустойчивость границ политического. Рассмотрим причины процесса деполитизации, в результате которого происходит сужение границ политического:

– принятие решений и мер, способствующих решению проблемы;

– утрата проблемой политической актуальности и общественной значимости;

– искусственная деполитизация (проблема выводится за границы сферы политического)[11].

Таким образом, с одной стороны, политизация приводит к расширению политического, если экономические, социальные, культурные, религиозные и явления и процессы приобретают статус политических, а с другой – в ситуации стабильности в других общественных системах, политическое сужается и наблюдаются процессы деполитизации. То есть наблюдаем процесс перехода актуальной формы политического в потенциальную форму его существования. Это не означает уничтожения политического, это всего лишь, переход в иную латентную форму, которая вновь актуализируется в период обострения общественных проблем.

Важным свойством политического является свойство амбивалентности, отражающее диалектическое взаимодействие составляющих его характеристик. Как уже отмечалось, сущностными характеристиками политического являются установка «свой – чужой»/«друг – враг» и выстраивание ассиметричных взаимоотношений господства-подчинения. Однако это, всего лишь, проявление одной из противоположностей политического, продуцирующей его конфликтогенную составляющую. Другая составляющая политического, напротив, имеет своим основанием и своей целью всеобщую взаимосвязь социальных групп, институтов, различных сфер деятельности людей, обеспечение единства общества разделенного на разнородные группы и классы. В этом контексте, когда говорят об интегрирующей роли политического, не в последнюю очередь, имеется в виду общеобязательность решений властных институтов, использующих управленческие, правовые и силовые ресурсы государства для регулирования жизнедеятельности общественных систем.

Политическое, обладая свойствами амбивалентности и инклюзивности, открыто влиянию среды, с которой оно вовлечено в процессы взаимообмена и из которой получает важнейшие стимулы для своего развития. Политическое, как открытая самоорганизующаяся система, постоянно обмениваясь с окружающей средой информацией и ресурсами, имеет как «источники» – зоны подпитки энергией окружающей среды, действие которых способствует наращиванию его структурной неоднородности, так и «стоки» – зоны рассеивания, «сброса» энергии, в результате действия которых происходит сглаживание структурных неоднородностей в системе. Процессы политизации и деполитизации это демонстрируют достаточно ярко.

В связи с определением политического как открытой системы, расширяется и понимание системных свойств политического: наряду с такими традиционными характеристиками системы как место, целостность, иерархическая многоуровневость, структура, появляются новые характеристики: нелинейность, потенциальность, критическое поведение.

Нелинейность порождает своего рода квантовый эффект – дискретность путей эволюции политического. Нелинейность процесса и выбор альтернативы развития форм политического детерминируется множеством факторов, определяющих такие свойства политического как дивергентность (рост разнообразия), так и конвергентность (свертывание разнообразия).

Учитывая процесс самоорганизации, развитие политического носит бесконечно сложный характер и как открытая система способно генерировать множество разнообразных и конкурентных идей, дающих возможность создавать новые модели развития будущего политического. Развитие форм политического не предопределено однозначно и в точке бифуркации могут актуализироваться различные варианты развития, далеко не всегда конструктивные для развития системы.

Необходимо также учитывать, что в этот период идеи и ценности маргинальных контркультур и субкультур, реструктуризируя политическое, могут стать образцами будущего.

Отмечая неустойчивость, разнообразие, нелинейность развития политического, необходимо отметить и такое его свойство как актуализация в бифуркационной точке, прошлых вариантов развития зафиксированных в системе политических ценностей. Ценностные системы прошлого вновь востребуются настоящим, создавая впечатление цикличности развития политического.

Политическое, демонстрируя неустойчивость и разнообразие развития, проявляет повышенную чувствительность к ходу времени и как любая самоорганизующаяся система, имеет свой «системный архетип». В течение физического времени различные формы и структуры политического претерпевают различные изменения – фазовые переходы, бифуркации, усложнение, иерархическая перестройка и т. д., – порождающие собственное время политического. Поскольку политическое как открытая самоорганизующаяся система проходит через точки бифуркации, то в эти моменты характер поведения системы кардинальным образом изменяется, и меняются значения времени системы.

Согласно данному подходу, в бифуркационной фазе «прошлое» актуализируется в форме одного из вариантов «будущего», не выбранного и не реализованного в предыдущем развитии системы. Политическое как открытая система используя негэнтропийный поток, освобождающийся в процессе деградации ее различных форм, тем самым обладает информацией о многих их состояниях: как прошлых, так и будущих. В процессе развития политическое проходит ряд ключевых бифуркаций, где осуществляется выбор одной из возможных устойчивых ветвей дальнейшего развития. Информация о потенциальных и нереализованных в данный момент вариантах развития переносится до следующей бифуркации, а «что-либо рожденное или сделанное в этот момент обладает свойствами этого момента времени»[12]. В точке бифуркации существует целая комбинация возможных состояний прошлого и будущего политического. В будущих состояниях политического как открытой системы генерируется новая информация, в отличие от замкнутых систем, где «будущее» – это деградированное «прошлое»[13].

Необходимо отметить еще одно свойство политического – политемпоральность. Различная динамика развития политического в различные исторические этапы определяется одновременным сосуществованием и взаимодействием множества его форм как открытых систем, находящихся в разных фазах своего индивидуального системного времени. Политическое представляет собой взаимодействие различных временных потоков, имеющих свой ритм и динамику и обусловливающих необходимость их координации, так как характер социально-политических процессов напрямую зависит от согласования и корреляции временных потоков различных взаимодействующих систем. Политическое представляет собой взаимодействие различных уровней политической действительности, представленной не в виде единонаправленной и равноускоренной эволюции, а как множество разнообразных эволюционных и темпоральных потоков, взаимодействие которых порождает новые противоречия и усиливает турбулентность политических процессов. Это область, где пересекаются и взаимодействуют различные аспекты бытия, поэтому исследование хронотопа политического возможно, если будут учтены особенности различных типов времени, характеризующие протекание процессов в различных системах и в разных фазах их развития. Политическое время определяется динамикой совокупности темпоральных потоков, подтверждая нелинейность развития политического.

Рассмотрев различные концептуальные подходы к теоретической интерпретации политического, можно сделать заключение о существовании различных измерений и, соответственно, о многомерном характере феномена политического.

До середины XX столетия исследования политического проводились в рамках традиционной методологии научного познания, однако со второй половины прошлого столетия, развивающийся научный инструментарий расширил представления о данном феномене. В различных областях научного знания, начиная с этологии, генной инженерии, исследующих поведенческие инстинкты, и заканчивая мировой политикой и глобалистикой, ведутся исследования, позволяющие расширять представления о свойствах и принципах развития объекта политической науки. Таким образом, понятие «политическое» отражает не только процесс, эволюцию, появление новых свойств политического бытия, его развитие и незавершенность, но и развитие научного инструментария, фиксирующего и изучающего эти свойства.

Рассматривая политическое как предметное поле политической науки, возможно дать следующее определение: политическое это открытая, неравновесная, постоянно претерпевающая изменения и способная к самоорганизации система, обладающая свойствами инклюзивности, политемпоральности и взаимодействующая с другими сферами общественного бытия по поводу завоевания, использования и удержания политической власти. Политическое, обладая свойствами амбивалентности, неопределенности и открытости постоянно незавершенно в своем развитии.

Политическое нельзя свести к политическим процессам, политическим отношениям, политическим институтам и т. д., и даже к их совокупности. Это, также и те внутренние свойства процессов, отношений, которые их делают политическими, механизмы трансформации других сфер жизнедеятельности общественных систем в политическую сферу, процессы и закономерности, отражающие генезис власти и ее функций.

Понятие «политическое» отражает незавершенность, полемичность научно-рациональных, идеологических, мифологических и т. д. представлений о политике, возможность и необходимость их постоянного уточнения и расширения с учетом новых научных знаний о закономерностях развития политического бытия и политического сознания.

Содержание понятия «политическое», выражаясь языком синергетики, «не ставшее, а становящееся», предполагающее постоянное приращение новых знаний отражающих и углубляющих представления о развитии открытых и сложных систем. Уместно здесь привести слова И. Пригожина, который отмечает, что «единственной специфической особенностью сложных систем является то, что наше знание о них ограничено и неопределенность со временем возрастает».

Список литературы

1. Вятр Е. Социология политических отношений. – М., 1979.

2. Данилов М. В. Явление «политизации» в современном обществе: постановка исследовательской проблемы//Известия саратовского университета. 2009. – т. 9. – Сер. Социология. Политология. – Вып. 1.

3. Карадже Т. В. Политическая философия. – М.: Мысль, 2007.

4. Кузьмин М. В. Экстатическое время//Вопросы философии. 1996. – № 2.

5. Лефор К. Политические очерки (XIX–XX века)/пер. с фр. Е. А. Самарской. – М.: РОССПЭН, 2000.

6. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: Новый диалог с природой. – М.

7. Шмитт К. Понятие политического//Вопросы социологии. 1992. – № 1.

8. Штомпель Л. А. Смыслы времени. – Ростов н/Д, 2001.

9. Jung C. G. Commentary on «The Secret of the Golden Flower»//The Collected Works of C. G. Jung. Princeton, 1967. – Vol. 13.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Методология исследования политического: основные подходы и направления ( Коллектив авторов, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я