Возвращение к практике. Том 1

Кира Измайлова, 2012

Все хуже и хуже обстоят дела с раскрываемостью преступлений в Арастенском королевстве. Катастрофически не хватает судебных магов! В такой ситуации Флоссия Наррен, потомственный судебный маг, просто не может остаться в стороне. Десять лет назад она была вынуждена покинуть Арастен. Ведь тогда речь шла о безопасности близких людей. Но теперь не время думать о личных проблемах – нужно выполнять долг! И Флоссия с головой погружается в раскрытие множества запутанных преступлений, еще не зная, что ей предстоит встретиться с грозным противником, отыскать потерянную любовь и наконец избавить королевство от безумного злодея, который… Впрочем, это пока секрет!

Оглавление

Из серии: Колдовские миры

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Возвращение к практике. Том 1 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

Кража

Таинственный знакомый господина Авниса не заставил себя ждать. Похоже, он примчался, как только получил известие от купца, а тот, надо думать, поспешил отправить гонца. Любопытно, что же стряслось у этого человека?

Посетитель мой, которого Тея предусмотрительно проводила в кабинет, оказался невысоким, ничем не примечательным мужчиной лет примерно пятидесяти. Впрочем, по людям такого типа сложно сказать, который им идет год, можно ошибиться лет на десять в любую сторону. Явно коренной арастенец. Странно сравнивать работорговца и чистокровного арная — а он отрекомендовался именно так, — но принадлежали они к одному типу. Оба сухощавые, светловолосые и сероглазые. Одет просто, но очень дорого, а фамильный перстень на руке (иных украшений я не заметила) стоил примерно столько же, сколько мой дом.

Арнай Орес явно чувствовал себя не в своей тарелке, но умело это скрывал. Любопытно, что связывает его с Авнисом, человеком богатым, но самого что ни на есть низкого происхождения? Впрочем, это я надеялась выяснить в самом скором времени.

— Госпожа Нарен, — коротко поклонился он, когда я вошла в кабинет.

— Арнай Орес, — кивнула я, занимая свое кресло. — Чему обязана визитом?

— Мне порекомендовал обратиться к вам господин Авнис, — ответил он, меряя взглядом столешницу. — Впрочем, не скрою, я наслышан о вас, госпожа Нарен. Вы были известны в столице. Правда, я считал вас умершей, но…

— Многие поддались этому заблуждению, — ответила я не без насмешки. Как, однако, ревностно хранили мою тайну те немногие, кому я решила довериться! — Значит, арнай Орес, у вас какая-то проблема, причем настолько деликатного свойства, что вы не сочли возможным обратиться ни в сыскное отделение, ни к моим коллегам…

— Вы правы, госпожа Нарен, — ответил он. — Проблема… имеет место. Обращаться в сыскное отделение я не хочу, к частным лицам тоже. Видите ли… я не уверен в том, способны ли они сохранить тайну в том случае, если она будет угрожать моему доброму имени.

— А во мне, значит, вы уверены?

— Я достаточно слышал о вас, — повторил Орес. — Я склонен верить хорошим знакомым.

— Прекрасно, — кивнула я. — Мои расценки вас не испугают, я полагаю?

— Я готов заплатить любые деньги за то, чтобы доискаться правды, — ответил Орес сумрачно.

— А почему, кстати, вы не обратились к моему коллеге? — поинтересовалась я между прочим. Я слышала об этом молодом маге, но пока еще не встречалась с ним.

— Я приглашал его, — огорошил меня Орес. — К сожалению, он не добился никаких успехов.

— Арнай Орес, — сказала я, закуривая. — У нас не принято перехватывать контракты у коллег. Если делом начал заниматься тот парень, то я…

— Я расторг с ним договоренность, — поджал губы Орес. — Этот молодой человек ничем мне не помог, я только выбросил деньги на ветер. Госпожа Нарен, прошу вас… Мне нужна именно ваша помощь!

— Ну что ж, — вздохнула я, выпуская колечки дыма. — Будь по-вашему. Изложите суть дела.

— Из моего дома пропали драгоценности, — просто сказал Орес.

— Много?

— Изрядно, — ответил он. — Если измерять в деньгах, сумма получится фантастическая. Это драгоценности моей покойной жены. Я хранил их у себя в кабинете, под замком.

— Давно пропали?

— Две недели назад, — помрачнел Орес.

— Как вы это обнаружили?

— Очень просто, — ответил он. — Открыл сейф, чтобы достать кое-какие документы, увидел пустые футляры…

— Вы заявили о пропаже?

— Нет.

— Почему? — приподняла я бровь. — Вы подозреваете кого-то из домочадцев?

Орес вздохнул, опустил взгляд.

— Говорите, — подбодрила я. — Дальше меня ваши тайны не пойдут, ручаюсь.

— Это было очень странно, — сказал он, разглядывая свои руки. — И неожиданно. Вряд ли в дом мог проникнуть чужак, там стоит хорошая защита. А подозревать кого-то из тех, с кем я бок о бок жил столько времени…

— Но драгоценности пропали, — напомнила я. Орес кивнул. — Скажите, вы нанимали новых слуг? Или кто-то взял расчет?

— Нет, госпожа Нарен, — качнул он головой. — Слуги живут у меня много лет, я хорошо их знаю. Новой прислуги я не брал, никого постороннего в доме не было. Я не люблю гостей и редко кого-то принимаю у себя, так что и этот вариант исключается.

— Значит, кто-то из своих?

— Возможно. Именно поэтому я и не хотел обращаться в сыскное отделение. А частным сыщикам не доверяю, уж простите…

— А мне-то что? — хмыкнула я. — Я не частный сыщик. Я судебный маг, а это разные вещи, арнай Орес. Но если уж вы решили обратиться ко мне, то извольте рассказывать все от и до, во всех подробностях, иначе у нас с вами ничего не получится. Итак, вы обнаружили пропажу драгоценностей. Что вы предприняли?

— Поначалу ничего, — осторожно сказал Орес. — Я… Да, вы правы, госпожа Нарен, я прежде всего подумал на тех, кто имел доступ в мой кабинет, а их не так уж мало. Начиная со слуг и заканчивая моими детьми…

— Рассказывайте, — велела я. — Итак, слуги?..

— Слуг я исключил почти сразу же, — сказал Орес. — Я всех их помню с юности, они провели в моем доме много лет. Кроме того, никто из них не знал, где я держу эти драгоценности, ручаюсь.

— Вы даже не представляете, сколько всего слуги знают о своих хозяевах, — хмыкнула я. — И тем не менее… если слуг вы исключили, а к тому же не обратились в сыскное отделение, значит, вы заподозрили кого-то из родных. Я права?

— Да, госпожа Нарен, — кивнул Орес. — Вы правы. Но… Все это слишком странно.

— Я слушаю, — подбодрила я.

— Первым, на кого бы я мог подумать — это мой младший сын, — сказал Орес. — Он играет по-крупному и чаще проигрывает, чем выигрывает. Мне много раз приходилось оплачивать его долги, и он клялся, что бросит игру, но…

— Это мне знакомо, — кивнула я. Что ж, сын-игрок — это уже неплохо. — Но вы сказали «мог бы подумать». Почему же не подумали?

— Незадолго до этой кражи, — Орес вздохнул, — мы серьезно поссорились. Ивэн проигрался очень сильно, и я не стал оплачивать его долг, сказал, что еще немного, и я не просто прекращу давать ему деньги, а выгоню из дома и вычеркну из завещания.

«Неплохой мотив, — хмыкнула я про себя. — Просто-таки классический. Сын-игрок, угроза лишения наследства, прижимистый папаша… Однако!»

— Ивэн ушел молча, — продолжал Орес. — Пропал на несколько дней…

— И тут похитили драгоценности, — вставила я.

— Нет, — мотнул головой арнай. — Это произошло немного позже. Сперва Ивэн явился ко мне… я его не узнал. Он сказал, что расплатился со всеми долгами сам, а от меня не желает больше никаких милостей. Что собирается жить сам по себе…

— И на какие средства? — поинтересовалась я. Становилось все любопытнее.

— Он снова играл, — вздохнул Орес. — По-крупному. Поставил все, что у него было. И выиграл в кои-то веки! Продолжил… Одним словом, он выиграл поместье недалеко от Арастена и приличную сумму денег.

— Неплохо, — хмыкнула я. — Думаете, он сказал правду?

— Я проверил, — сказал Орес. — У меня есть… связи. Он говорил правду, игра была, и он оплатил все свои счета до последнего рисса. И поместье действительно переписано на его имя. И есть свидетели его выигрыша. А сам Ивэн сказал, что удача единственный раз в жизни повернулась к нему лицом, да так, что грех испытывать ее снова. Обещал раз и навсегда завязать с игрой…

— Вы ему поверили?

— Он слабый человек, избалованный, но… — Орес вздохнул. — В нем есть немало от меня. Я верю, что он сумеет справиться со своей страстью. Как мне докладывали, с тех пор он не появлялся в городе, не был замечен в игорных притонах. Может быть…

— Может быть, кто-то обменял это поместье и долги вашего сына на драгоценности вашей покойной жены? — приподняла я бровь.

— Я тоже думал об этом. — Орес опустил голову. — Это… мерзко. Но я не могу исключать такой возможности. Правда, на момент кражи Ивэна не было в городе…

— Это еще ни о чем не говорит. Хорошо, вы сказали, это ваш младший сын. Кто еще?

— Старший сын — на королевской службе. Третий год в пограничном гарнизоне, домой носу не кажет, — ответил Орес. — Его я подозревать не могу. Итор — мой наследник, в конце концов…

— Еще кто-то?

— Дочь, — неохотно признал Орес. — Инайя. Она на выданье. Но ей не было никакого смысла красть драгоценности!

— Это вам так кажется, — вздохнула я. — Сколько ей лет?

— Шестнадцать.

— Девушка в самом расцвете… — Я глубоко затянулась и выпустила колечко дыма. — Романтичная, я полагаю? Наверняка у нее масса поклонников, и кто-то мог…

— Госпожа Нарен, — поднял руки Орес, — первым делом я припер к стенке Инайю. Я мыслил примерно как вы: какой-то мерзавец запросто мог одурачить мою дочь, вынудить ее отдать ему драгоценности под каким-то романтическим предлогом…

— И что же она сказала? — поинтересовалась я. Дело принимало наилюбопытнейший оборот, давненько у меня не бывало столь предприимчивых клиентов!

— О!.. — Орес рассмеялся. — Инайя была оскорблена до глубины души. Прежде всего она напомнила мне, что драгоценности матери и так достались бы ей после замужества, так что смысла красть их не было никакого. Затем, если бы ей вдруг понадобились деньги, то она их и взяла бы — из тайника, где я держу кое-что на непредвиденные расходы. И призналась, кстати, что так и поступала, когда ей хотелось какую-нибудь безделушку, а я не давал денег или когда Ивэн проигрывался в пух и прах, а я был на него зол и не желал платить за него…

— Какая бойкая девушка! — ухмыльнулась я.

— Вся в мать, — улыбнулся и Орес. — Кроме того, еще и начитанная. Сказала, что драгоценности — это прекрасно, но она понятия не имеет, кому и почем их сбывать. А если бы какой-то хлыщ подкатился к ней и, напирая на свою несчастную долю, попытался уговорить выкрасть эти вещи, чтобы спасти его, скажем, от разорения… Так она прочла достаточно романов, чтобы как минимум усомниться в его словах!

— Начитанная и практичная, — рассмеялась я.

— Более чем, — серьезно сказал Орес. — Кстати, она уже помолвлена. Правда, еще год назад Инайя заявила мне, мол, замуж она выйдет за того, кого я укажу, лишь бы не был вовсе отвратителен и стар, но если муж ей не понравится, то искать утешения она будет на стороне, и пусть я ей не пеняю на это. А на вопрос, откуда такие идеи, ответила — мать научила…

— А кто жених? — поинтересовалась я.

— Старший сын господина Авниса, — ответил Орес, и многое встало на свои места. Однако! Арнай отдает дочь за купца!.. — Хороший юноша, даром что неблагороден. Впрочем, это неважно, он все равно войдет в мою семью.

— Вот как? — подивилась я. Обычно арнаи не слишком охотно вступали в браки с низкородными. — Почему?

— Все те же драгоценности, госпожа Нарен, — улыбнулся Орес. — Они передаются от матери к дочери, но мне не хотелось бы, чтобы они покинули семью. Рино Авнис — хороший юноша, он по душе Инайе… и у отца его предостаточно денег. Это будет прекрасный брак. Авнис счастлив тем, что его внуки будут носить титул арная, а моим предприятиям не помешает финансовая поддержка. Это ведь закономерно, не так ли?

— Вполне, — ответила я, стараясь уложить в голове эти сведения. — Выходит, дочери вашей не было никакого смысла красть драгоценности?

— Никакого, — покачал головой Орес. — Они и так принадлежат ей. А уж если ей вздумается бежать с кем-то, то сделать это можно и после свадьбы с Авнисом, когда драгоценности окажутся в полном ее распоряжении. И уж вряд ли она лишила бы себя удовольствия показаться на собственном бракосочетании в брильянтовом гарнитуре!.. Поверьте, я знаю свою дочь, вряд ли она рассуждала бы иначе. К чему лишние сложности?

— А что достанется старшему сыну? — поинтересовалась я.

— Поместье, титул, все доходы, — ответил Орес. — Если вы о деньгах, то в них он никогда не знал недостатка. Однако он пошел в меня: никогда не тратил сверх необходимого. А вот Ивэну я оставил бы только содержание, но… Он, похоже, одумался и сумел обеспечить себя сам.

— Как любопытно… — Я поерзала в кресле. В самом деле, отличная загадка! — Вашим домочадцам красть драгоценности было ни к чему, скорее всего. Инайе они очень скоро достались бы и так, во всяком случае… Кстати, как ваши сыновья относились к этому факту?

— Спокойно, — ответил Орес. — Они с детства знали, что драгоценности матери принадлежат только сестре. Так принято, я ведь сказал: они передаются от матери к дочери.

— Но соблазн велик, — заметила я, дымя трубкой. — Сестра уйдет из семьи, а вместе с нею сокровища. Вы ведь не делали будущую свадьбу с Авнисом достоянием гласности, не так ли?

— Сыновья знали, — твердо сказал Орес. — Более того… Мать они боготворили и против ее воли не пошли бы. Те вещи принадлежат только Инайе.

«Знал бы ты, на что идут люди ради сотни аров, не говоря уже о семейных ценностях!» — подумала я, но промолчала.

— А сколько стоили похищенные драгоценности? — спросила я. — Хотя бы примерно.

Орес назвал сумму. Я присвистнула. Он поспешил пояснить:

— Видите ли, госпожа Нарен… Все не так просто. Моя жена не могла похвастаться знатным происхождением. Ее дед — известный ювелир, из очень богатых, но и только. Те драгоценности, о которых идет речь, он делал сперва для своей жены — хоть ей и некуда было их надевать, — а потом и для внучки, когда она вышла за меня замуж. Они… Они бесценны не столько потому, что камни и металл стоят бешеных денег, сколько потому, что работа этого мастера… — Орес перевел дыхание. — Вот, взгляните…

Он протянул мне медальон. Совсем простой, серебряный с аквамаринами, но… Таких вещей я не видела никогда. Безделушка выглядела произведением искусства, каким не погнушался бы и Его Величество…

— Это просто поделка, — сказал Орес грустно. — Их много. А то, что он сделал для жены и внучки…

— Могу представить, — вздохнула я. — Кстати, вы можете рассказать подробно, что именно у вас украли?

— Конечно. — Орес полез за пазуху. — Вот опись большей части драгоценностей, ее сделали еще при жизни деда жены. С рисунками… С тех пор коллекция пополнилась, я покупал кое-что для жены, для дочери, но те вещи ценятся только за драгоценные камни и металл… и их вор не тронул, кстати сказать.

— Очень интересно…

Я просмотрела бумаги. Однако… Дед жены Ореса понаделал такого, что даже у меня текли слюнки при виде одних лишь схематичных рисунков! Шут с ними, с камнями, но если все эти вещи выглядели не хуже медальона Ореса, то я понимаю неведомого вора!

— Самое обидное, госпожа Нарен, — вдруг понурился мой клиент, — это если вдруг окажется, что драгоценности украли просто так. Ради рыночной их цены. И растащат по камушку, и никто никогда больше не увидит того изумрудного ожерелья и броши с бирюзой…

— Подождите паниковать, — попросила я. — Арнай Орес, едемте к вам. Я должна взглянуть на ваш сейф!

Вот тут и пожалеешь, что нельзя установить на сейф, где хранятся такие сокровища, особую защиту вроде той, что на моем доме! Но увы, такое доступно разве что королям… С другой стороны, это тоже палка о двух концах: если человек ставит этакие запоры, значит, ему есть что прятать, — отличная наводка для вора! Впрочем, сейчас речь не о том.

Дорога не заняла много времени: мой клиент обитал не так уж далеко от Заречной.

Встретили меня настороженно: похоже, слуги Ореса жили здесь давно, хозяина любили, а всякое вторжение чужаков воспринимали как личное оскорбление.

— Точно никто из прислуги не мог вынести драгоценности? — спросила я по пути.

— Не думаю, — упорно отвечал Орес. — Я их всех много лет знаю. К тому же шифр сейфа им неизвестен.

«Наивный человек… — подумала я с усмешкой. — Но ладно, со слугами можно побеседовать и позже, а пока…»

— Кроме того, — добавил Орес, — я, кажется, забыл упомянуть: когда никого из нас нет дома, слуг я чаще всего тоже отпускаю, им ведь полагаются выходные дни. Тогда в доме оставались только повар да нянька Инайи.

— А откуда кто-то извне мог узнать, что хранится у вас дома? — поинтересовалась я.

Орес пожал плечами.

— Жена, пока была жива, надевала кое-что, когда мы выезжали. Инайя опять же любит драгоценности. Для молодой девушки там немногое подходило, но кое-что все же нашлось. Думаю, этого было достаточно, чтобы сделать вывод о наличии у меня этих вещей…

— Опять же, когда-то делали опись… — кивнула я. — Кстати, зачем?

— Она была приложена к завещанию деда жены, — ответил Орес. — У него осталось много наследников, поэтому завещание он написал очень подробное, с четкими указаниями, кому что должно достаться.

— Прекрасно, то есть по идее с описью могли ознакомиться еще какие-то люди, — сказала я. — Еще интереснее…

Я осматривала опустошенный сейф.

— Ничего не трогали?

— Только ваш коллега смотрел, что к чему, — ответил Орес серьезно, — но ничего не обнаружил. Деньги, видите, не взяли. То, что дарил Инайе я, — тоже. Я проверил, все на месте. И документы не тронули, лишь переложили с места на место.

— Это интересно… — процедила я, чувствуя приятный зуд в кончиках пальцев. Как давно мне не приходилось сталкиваться с такими делами! — Арнай Орес, я полагаю, мы можем исключить из числа подозреваемых вашу дочь.

— Неужто! — встрепенулся он. — Отчего?

— Да вот… — Я провела пальцем по кромке замка. — Смотрите. Кто мог похитить ваши драгоценности? Во‑первых, тот, кто был хорошо осведомлен о них. Во‑вторых, тот, кто имел к ним доступ. Инайя располагала и тем и другим, но вы сами раскрыли мне мотивы, по которым она не могла стать воровкой. Ну и я вижу теперь — сейф вскрыт.

— Да, я тоже это вижу, — покосился на меня Орес. — Это меня и удивило: дверца настежь, а следов взлома нет…

— Слушайте внимательно — вскрыт, а не открыт, — усмехнулась я, снова проводя кончиками пальцев по дверце сейфа. — Опытный вор, конечно, может открыть сейф так, что следов не останется, но это не наш случай. Видите ли, господин Орес, тут было использовано некое заклинание, в просторечии именуемое отмычкой. Они бывают разными: например, подходящими к данному конкретному сейфу…

— Вы хотите сказать, что воровал маг?!

— Необязательно. Воспользоваться этой отмычкой может любой. Другое дело, что она очень дорого стоит! Вернее, так: та, что предназначена для определенного замка, по карману почти любому. Для того чтобы получить ее, конечно, пришлось бы подкупить слуг или войти в доверие к вашим домашним, выяснить, что за замок у вашего сейфа… Но это опять-таки не наш случай. — Я с удовольствием набивала трубку. Да, мой коллега дал маху… А может, просто не знал, что существуют такие вещи — опыта пока не набрался. — Тут воспользовались иной отмычкой. Она действует на любой замок, ей нипочем любой шифр, но стоит она таких денег… Кстати, можно сказать, что злоумышленник, скорее всего, проник извне, — заметила я. — Двери такой отмычкой тоже можно открыть. Нет, арнай Орес, это не любители. И не ваш нуждающийся младший сын. Им бы просто неоткуда было взять средства на такую отмычку. Орудовал профессионал, и я могу вас успокоить: ожерелья и серьги не распилят и не разберут по камушку. Охотились на эти вещи именно как на произведения искусства. А то, что вы покупали позже, ценное именно камнями и металлом, не тронули вовсе… Это заказная кража, арнай Орес, — закончила я. — Жаль, что вы обратились ко мне так поздно. Боюсь, большая часть ценностей уже покинула Арастен.

— Если бы я знал, что вы здесь! — вздохнул Орес. — Ваш юный коллега ничего не смог сделать, посоветовал обратиться в сыскное отделение, но вы сами понимаете, что…

— Конечно, — криво улыбнулась я. — Вам нужна конфиденциальность на тот случай, если все же окажется, что в деле замешаны ваши родные, так?

— Верно.

— Я почти уверена, что никто из ваших детей не виновен в краже, — сказала я. — Есть небольшая вероятность, что это мог сделать Ивэн в обмен на то поместье и выплату его долгов, но не думаю, что заказчик так рискнул бы: ведь юноша мог обо всем рассказать вам. А вот кто заказчик… Придется искать. Времени прошло немало, и не думаю, что поиски закончатся быстро. Тем не менее я не стала бы сдаваться. Я наведу кое-какие справки, арнай Орес. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы отыскать ваши драгоценности.

«Неплохо! Первое дело — и уже магический душок!» — подумалось мне.

— Я рассчитываю на вас, госпожа Нарен, — бледно улыбнулся он.

— А теперь я должна переговорить с вашей дочерью, — сказала я. — И со слугами.

Инайя оказалась именно такой, как я ее себе представляла: небольшого роста подвижная девушка, очень привлекательная. С возрастом должна превратиться в красавицу, такому типу внешности годы идут только на пользу.

Казалось, пропажей драгоценностей она вовсе не огорчена, но на самом деле это было совсем не так, я видела. Просто она не желала еще больше расстраивать отца, потому и крепилась.

Разговор с ней не дал ничего нового: я убедилась, что девушка неглупа, к романтическим бредням не склонна, в людях разбирается неплохо и обвести ее вокруг пальца не так-то просто, несмотря на кажущуюся ее беспечность и легкомыслие. За этим милым фасадом крылись железная воля и холодный расчет. Надо думать, молодому Авнису придется жить под каблуком у женушки, эта бразды правления в руки мужа не отдаст, готова поклясться.

Узнав, что я подозреваю Ивэна, Инайя заметно распереживалась.

— Это не мог быть он, госпожа Нарен, — повторяла она снова и снова. — Ивэн очень хороший, просто… ну просто у него слабый характер! Его баловали, и вот…

— А вас, значит, не баловали, — хмыкнула я.

— Меня — не слишком, — серьезно ответила Инайя. — А Ивэн маленьким очень много болел, и вот что вышло… Поверьте, ему бы и в голову не пришло взять что-то! Знаете… — Девушка оглянулась, понизила голос. — Отец, наверно, сказал вам про деньги…

— Сказал, — кивнула я. Кажется, Инайя собой гордилась.

— Это не все, — сказала она. — Однажды так вышло, что Ивэн опять проигрался и очень сильно поссорился с отцом. А на него уже наседали кредиторы… Я не могла взять сразу много денег, отец бы заметил, а меньшая сумма Ивэна бы не спасла. И тогда я предложила ему взять одно из моих колец или браслет. Не из прадедушкиных драгоценностей, конечно, а из тех, что мне отец дарил. — Она вздохнула. — Я бы сказала, что потеряла, а Ивэн мог продать эту вещь и расплатиться.

— А он?..

— Отказался, — развела руками Инайя. — Сказал, чтобы я не выдумывала глупостей, что ничего он не возьмет и вообще деньги — это одно, а драгоценности — совсем другое… Да и я подумала — его же любой обманет, дадут полцены, вот и все… Хотела уже сама поехать к ювелиру, но тут отец Ивэна простил. Он почти всегда его прощает, а Ивэн был такой несчастный…

«Такие «несчастные» годами могут тянуть деньги из родных, — подумала я. — Орес еще долго терпит…»

— Ивэн думает, что отец его презирает, — сказала вдруг Инайя. — Потому что он такой… Не может справиться с этой дурной страстью к игре. И всегда ставит ему в пример Итора — у того характер так характер! Когда он приезжает, Ивэн мигом бросает играть и сидит дома, знает, что Итор может ему и взбучку устроить, это не отец… Я знаю, Ивэн хочет, чтобы отец им гордился, только никак не выходит…

— А ваш отец действительно презирает Ивэна? — спросила я.

— Нет, не думаю, — помолчав, ответила она. — Он на него злится, ругает, но все равно любит. И больше себя винит, что вырастил его таким…

«Любопытная семейка, — подумалось мне, — впрочем, разве бывают иные?»

— Это не он, — снова сказала Инайя. — Правда, госпожа Нарен! Да и… я же говорю, если бы стало совсем плохо, — а он всегда мне все рассказывает! — я бы взяла и продала потихоньку что-нибудь из своих вещей, как собиралась, и все! И не сказала бы ему, откуда деньги!

— Так может, вы уже их продали? — поинтересовалась я. — Купили брату поместье, а чтобы не обнаружилась пропажа, инсценировали кражу…

— Нет, госпожа Нарен, — серьезно сказала девушка. — Я могла продать только то, что ношу постоянно. Вот, вот, еще это… — Она растопырила пальчики, демонстрируя мне кольца — дорогие, но не идущие ни в какое сравнение с пропавшими; повертела браслеты на запястьях. — Про них я еще могу сказать, что потеряла или они мне надоели. На оплату долгов этого бы хватило, но не на покупку поместья. А те вещи… те все лежали в запертом сейфе, отец открывал его, только когда я куда-то выезжала, чтобы достать украшения. Как я взяла бы что-то, даже если бы захотела?

— Вы знали, где тайник с деньгами, могли подобрать ключ и шифр, — заметила я.

— Ну а куда я тогда дела все остальное? — серьезно спросила Инайя.

— Припрятали, чтобы продать, когда дела вашего брата опять пошатнутся, — ответила я.

— Но такие вещи нельзя продать незаметно, — резонно заметила девушка. — Сразу пошли бы слухи. А если по частям… у меня бы рука не поднялась!

— Даже ради Ивэна? — спросила я.

Инайя промолчала. Видно было, что она не знает ответа на этот вопрос.

— Это не я, — сказала она серьезно. — И не Ивэн.

— Это мы еще проверим, — пообещала я, и мы распрощались.

Разговор со слугами тоже мало что прояснил. Все они жили в доме давно, родом были из поместья Ореса, считались едва ли не членами семьи. Это, конечно, ничего не значит, когда речь идет о больших деньгах, но поймать кого-то на лжи мне пока не удалось. Слишком мало было улик… Возможно, что-то нашел мой юный коллега, которому Орес дал отставку, но не могла же я, право слово, заявиться к нему и потребовать поделиться обнаруженным!

Нет, здесь пока тупик. Нужно проверять другие версии… С этой мыслью я и отбыла из дома Ореса.

Я держала путь к Рыночному кварталу, в обиходе именуемому еще Разбойным, в заведение под названием «Три кружки», где прежде меня всегда встречали с распростертыми объятиями. Радушно встретили меня и на этот раз — явно не узнав: теперь тут заправляли старшие сыновья папаши Власия. А вот когда он сам, теперь лишь следивший орлиным взором за происходящим в его владениях, обнаружил, кто пожаловал к нему в гости…

— Госпожа Нарен!.. — Папаша Власий заметно постарел, но выглядел еще вполне крепким. — Госпожа Нарен!.. Вы же…

— Я жива и здорова. — На сей раз я позволила старику обнять меня. От меня не убудет, а ему приятно. Объятие вышло не по-стариковски крепким, папашу Власия еще рано было списывать в утиль; надо думать, сыновей он пристроил к делу, чтобы учились под его присмотром, а вовсе не потому, что состарился и счел это занятие себе не по силам. — Обстоятельства так сложились, что…

— Молчите, молчите, госпожа Нарен! — отмахнулся он, разжав руки. — Не желаю знать! Вы живы, вот и прекрасно! — Он понизил голос: — Но уж папаше Власию могли бы сказать, что к чему…

— Не успела, право слово, — вздохнула я. — Уж простите, Власий, такая работа.

— Да разве я что говорю… — смешался он. — Пожалуйте, госпожа Нарен… Ваше любимое завсегда подам!

Мы поговорили немного. Я узнала немало интересного о жизни Разбойного квартала, и не только, Власий получил от меня поручение поглядывать за торговцами краденым, в особенности же — драгоценностями. Я очень сомневалась, что сокровища Ореса всплывут в таком месте, но чего только не бывает!.. Опять же, папаша Власий взялся напомнить местным, кто такая Флоссия Нарен и почему с ней стоит сотрудничать, а это немалого стоило. Пора было возвращаться к работе по-настоящему…

Отобедав у папаши Власия, я направила лошадь в прямо противоположном направлении — в сыскное отделение. Там, к моему приятнейшему удивлению, заправлял мой старый знакомый, Вислас, уже подполковник. Моему появлению он удивился настолько, что я убедилась: маскируюсь я прекрасно, раз уж даже осведомители сыскарей меня не засекли. Впрочем, наверно, просто не успели: я ведь совсем недавно решила объявиться открыто, слухи еще не распространились…

— Кого я вижу! — Вислас был искренне рад. — А я был уверен…

— Слухи, Вислас, дурацкие слухи, — сказала я, устраиваясь в кресле напротив и закуривая. Признаться, мне уже немного надоело излагать свою версию событий, но это придется делать еще долго. — Я просто уехала по делам, а тут какая-то сволочь спалила мой дом. Только и всего, а шуму на весь Арастен!

— Точно, точно, — кивнул он и не стал расспрашивать дальше, хотя я видела по глазам — он мне не поверил. — Чем могу помочь, госпожа Нарен? Вы ведь к нам не с пустыми руками?

Я кратко изложила свою просьбу: присматривать за рвущимися на новую родину арастенцами, а особенно обращать внимание на обладателей драгоценностей (опись с рисунками прилагалась, я сняла копию с документов Ореса, провозившись битый час).

Конечно, пришлось заручиться согласием Ореса на привлечение сотрудников сыскного отделения — в одиночку, даже с помощью осведомителей, мне пришлось бы туго. Людей Вислас выделил проверенных, тех, что болтать не станут, да имени клиента им и не называли. Нам когда-то приходилось уже так работать: сегодня я помогу сыскарям, завтра они мне… К счастью, Орес внял гласу рассудка, иначе с его делом мне пришлось бы возиться аккурат до будущей осени. Впрочем, это не исключалось и теперь…

— Вы снова с головой в работе, — констатировал Вислас, когда я договорила. Он мало изменился, разве что стал еще более уныл да поседел немного.

— А как иначе? — усмехнулась я. — Вы тоже времени не теряли! Вон, уже подполковник!

— Лучше бы я оставался майором, — мрачно сказал Вислас. — Быстро в звании растут только на войне, сами знаете… Войны нынче нет, да и не в том я подразделении, но… Не мое это место. Я не карьерист, в отличие от многих, госпожа Нарен, меня устраивало мое положение.

— Но вас все же сочли достойным этого звания, — сказала я, — полагаю, вполне заслуженно. Я помню, как мы с вами работали вместе. Вы отличный специалист.

— Был, — скривился Вислас. — Я теперь… руковожу. А на подхвате молодые да ранние! Поверьте, госпожа Нарен, лучше бы мне по-прежнему ловить воров в Разбойном квартале! Помните?

— Еще бы! — хмыкнула я, припомнив нашу вылазку. — Это когда меня едва не угробили?

— Именно! И вы еще сказали, что совпадение, мол… — Вислас смотрел серьезно и строго, и я не смогла не произнести:

— Вы были правы тогда. Меня хотели убить, но я не имела права ничего сказать. Такое уж попалось дело.

— Да я так и понял, — хмыкнул Вислас. — Вы же, госпожа Нарен, всегда сами по себе действовали, редко что объясняли. А в тот раз… понял я, что нечисто.

— И доложили, — кивнула я. Я так и думала, что это его рук дело.

— Служба! — развел он руками, и мы рассмеялись.

Я была рада, что теперь Вислас заведует сыскным отделением. Прекрасный человек, давно мне знакомый, пусть не блещущий умом, зато цепкий и хваткий… Словом, то, что нужно! Хорошо, что его оценили по достоинству…

Мы поговорили еще немного, и тут в кабинет проник ординарец Висласа, что-то сказал ему.

— Проси, — велел он, обратился ко мне: — Госпожа Нарен, это по делу. На пару минут, не более. Обождете?

— Конечно, — сказала я, отходя к окну. У коновязи прибавилось лошадей, появился холеный буланый жеребец.

Кто-то вошел: шаги были уверенные, тяжелые. Вислас произнес, видимо, привстав навстречу:

— Рад вас видеть.

— Взаимно, — ответил посетитель. Голос был низкий, хриплый, простуженный. — Господин подполковник, я по поводу тех документов. Случился рядом, решил забрать лично. Вы же знаете…

— Да, ваш ординарец — это притча во языцех… — рассмеялся Вислас, поднимаясь и огибая стол. — Подождите, прошу вас. Сейчас принесу — моему ординарцу их тоже лучше не доверять…

Он вышел.

Я неспешно набила трубку, раскурила. Обернулась, смерила взглядом гостя Висласа.

— Какая неожиданная встреча, — деревянным голосом произнес молодой гвардеец в капитанском чине.

— О да! — искренне ответила я. Я видела, как он растерян, но оценила, насколько хорошо капитан держит себя в руках. Припомнила кое-что, сопоставила пару фактов и добавила: — Уже не первая, господин капитан.

— Что?..

— Обоз, — напомнила я. — Примерно две недели назад, у въезда в Арастен. Вы были на буланом жеребце, не так ли? Во‑он том самом, что во дворе стоит.

— Вы… — Он наклонил голову. — Я принял вас за мужчину.

— Вы тоже сильно изменились, — улыбнулась я.

Продолжить беседу не удалось — вернулся Вислас. Протянул папку, с интересом поглядывая на нас обоих:

— Вот, прошу. Здесь все необходимое.

— Благодарю, — кивнул тот. — Всего доброго.

Хлопнула дверь. Я осталась наедине с Висласом.

— Помните его? — спросил он как ни в чем не бывало. — Хороший парень. В таком возрасте — уже капитан… Знаете, служба под вашим началом послужила ему отменной рекомендацией, да и Его Величество ему благоволит!

— Вот как… — сказала я.

— Стремительная карьера, — произнес Вислас. — Плюнул на армию, перевелся сперва в сыскное, а теперь… вы сами видели.

Я видела. Видела нашивки: не алые, как у гвардейцев, а темно-красные, еще кое-какие мелкие различия — это уже было охранное отделение, одна из групп, занимающихся наиболее щекотливыми вещами. Кто не знает, с ходу не отличит, но я‑то на арастенских знаках различия собаку съела! И звание капитана для такого подразделения — это очень и очень немало; немудрено, что Вислас обращается к нему как к равному…

— Уже полгода как формально руководит своим подразделением, — сообщил Вислас. — Начальник-то староват, готов уйти на покой, как только Его Величество отпустит. Вернее, как заместитель в силу войдет. Рано ему пока. Вы же знаете, капитана во главе подразделения не поставят, да и молод он еще, не поймут, сами понимаете…

— А вы не об этом молодом человеке говорили, когда упоминали о карьеристах? — поинтересовалась я как бы между прочим.

— Нет, я в общем… — махнул рукой Вислас. — Хотя этот тоже похож: в подобном возрасте этакие чины, знаете ли… Но оно все не даром ему досталось. Служит не за страх, а за совесть, всегда при деле. Да и то, семьи нет, доходов особых тоже, только служба и остается…

— У него вроде бы была сестра, — припомнила я, оценив, как ненавязчиво подполковник «сдает» мне коллегу.

— Да, слышал что-то, — кивнул Вислас. — Но живет он один, это точно: довелось как-то бывать проездом.

Он посмотрел на меня с хитрецой. Не знаю, что он там думал, вряд ли та давняя история стала достоянием гласности. Скорее всего, посчитал: мне просто интересно узнать, как сложилась карьера моего бывшего сопровождающего. В целом так оно и было.

Я усмехнулась про себя. Охранное отделение… Подразделение, тесно связанное с сыскным, оно помимо всего прочего ведало особенно странными и подозрительными преступлениями, привлекало на помощь судебных магов, как Вислас в свое время… Кроме того, тамошние господа занимались и разного рода деликатными поручениями королевской семьи, а таковых во все времена бывало немало. Именно там, к слову, служил Ференц Лагарста, хотя и не афишировал этого. Правда, он подвизался на несколько иной ниве: шпионаж высшего уровня, разного рода контакты… А вот мой старый знакомец работает по другому направлению, больше связанному с сыскной деятельностью. Что ж, это по меньшей мере интересно!

Но как, однако, тесен мир… В который раз в этом убеждаюсь.

Мы поговорили еще немного — Вислас поделился кое-какой любопытной информацией, — а затем распрощались.

Буланый жеребец по-прежнему стоял у коновязи, заботливо прикрытый попоной. Видимо, у его хозяина нашлись еще какие-то дела в этом заведении.

Я не спеша отвязала свою кобылу, сунула ей сухарик — злобная животина понемногу привыкала ко мне, и уже можно было дать ей что-нибудь с руки, не опасаясь, что цапнет. Моей серой она, конечно, не чета, та была куда спокойнее, но что поделаешь! Придется дрессировать эту лошадь. Если бы она еще магии не боялась…

Кто-то прошел мимо меня. Военный, конечно: так цокают только подкованные каблуки армейских сапог, да и шагал человек уверенно, будто по плацу. Впрочем, кому тут еще оказаться? Разве что посетителю какому-то…

— Госпожа Нарен.

Я подавила усмешку: так и есть, это он. Видимо, ждал, когда я выйду от Висласа, не желая говорить в стенах управления.

— Слушаю вас, господин капитан, — отозвалась я, смерив его взглядом. Красивым его по-прежнему назвать было нельзя, но… я оказалась права — за десять лет из невзрачного мальчишки Лауринь превратился в довольно интересного мужчину. — Вы хотели о чем-то у меня спросить?

— Я не знал, что вы вернулись в Арастен, — медленно выговорил Лауринь.

— Прекрасно, — произнесла я. Маскировка моя не пропала даром. — Я и не хотела, чтобы кто-то узнал о моем возвращении раньше, чем я того пожелаю.

Лауринь промолчал. Ему-то как раз знать полагалось, стоило вспомнить о месте его службы! И все же его ищейки меня прозевали… мелочь, а приятно! Впрочем, будь сам Лауринь в городе, до него наверняка дошли бы кое-какие слухи, которые он сумел бы истолковать верно, но увы… Как сообщил Вислас, едва вернувшись в Арастен тогда, одновременно со мной, Лауринь снова отправился по каким-то таинственным делам. Надо думать, жизнь у него была крайне неспокойная…

— Могу я узнать о причинах, побудивших вас вернуться? — спросил он ровным тоном, разбирая поводья своего жеребца. Хм… годы пошли ему на пользу: он совсем перестал заикаться и выучился превосходно скрывать эмоции.

— Ну разумеется, — охотно ответила я, и Лауринь посмотрел мне в глаза. Взгляд оказался далеко не прежний — цепкий, холодный взгляд взрослого мужчины, успевшего кое-что повидать на своем не таком уж долгом веку. — Вы ведь из профессионального интереса любопытствуете?

— Именно так.

— В таком случае отвечу: меня привела обратно в Арастен банальная скука, — сказала я почти чистую правду.

— Неужели вам не нашлось занятия на островах?

— О, вы знаете, куда я отправилась? — приятно удивилась я.

— Я всего лишь предположил. — Лауринь чуть вздернул подбородок. Он немного прибавил в росте с тех пор, как я видела его в последний раз, но все равно был заметно ниже меня. — Итак, вы вернулись потому, что вам стало скучно?

— Совершенно верно. — Этот разговор забавлял меня несказанно. Не сомневаюсь, собеседники, знавшие только капитана Лауриня, наверняка были бы впечатлены этим взглядом и этим тоном, но, увы, я прекрасно помнила смешного вихрастого лейтенанта… — А в Арастене скучать не приходится, я уже по горло в делах.

Лауринь промолчал.

— Я могу откланяться, господин капитан? — поинтересовалась я, взяв кобылу под уздцы. — Я сказала о делах не для красного словца, меня в самом деле ждут кое-какие неотложные заботы.

— Разумеется, госпожа Нарен, — коротко кивнул он. — Не смею вас более задерживать.

— Господин капитан, — окликнула я, уже сев верхом. — К слову: посылать за мной никого не нужно, я проживаю по прежнему адресу.

— Я не собирался делать этого, госпожа Нарен. — Лауринь нахмурился.

— Конечно, — улыбнулась я. — А вот тот молодой человек у ворот с характерной физиономией «водилы»[3] просто наслаждается отличной погодой, верно? Всего доброго, господин капитан.

— Всего доброго, госпожа Нарен, — кивнул он в ответ, и я выехала со двора, отметив краем глаза: Лауринь сделал «водиле» какой-то знак, и тот остался на месте. Предусмотрителен, однако. Посчитал, видимо, что если уж о моем прибытии никто не знал, то и место своего обитания я могу скрывать, решил выяснить. Но «водилу» мог бы и получше подобрать, этого только слепой не засек бы! Или на то и было рассчитано? Хм… чем думать о подобных пустяках, решила я, лучше заняться делом Ореса! Время шло, информации пока не было, но я всегда могла найти, чем заняться.

Оглавление

Из серии: Колдовские миры

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Возвращение к практике. Том 1 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

3

«Водила» на профессиональном жаргоне сотрудников сыскного отделения и частных сыщиков — тот, кто «водит» человека, тайно следит за ним.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я