Красный песок. Капитан Лет (Г. В. Иевлев, 2013)

Движимый завещанием отца – адмирала Валл'Иолета, его сын, капитан Лет отправляется на поиски колониальной экспедиции толлонов и находит её на грани умирания, но ему удаётся помочь ей перебраться на другую планету. Пытаясь наладить жизнь колонии, Лет, с делегацией толлонов, направляется с дружественным визитом в цивилизацию гиттов. Но цивилизация гиттов переживает свои не лучшие времена: космическая экспансия сменяется космическим нигилизмом. Пытаясь разобраться в противоречиях цивилизаций, капитан Лет сталкивается в разумами другого измерения, разумами внутреннего мира. Но и в многомерном мире не всё однозначно.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Красный песок. Капитан Лет (Г. В. Иевлев, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других


ГЛАВА ПЕРВАЯ

CЛЕД ПРОШЛОГО


Случайные бывают в жизни встречи,

Как отзвук прошлого,  приходят к нам.

Все раны заживают – время лечит.

Жизнь всё расставит по своим местам.

(Н. Лащ)


1


Собравшиеся на космодроме южного материка десятка три гиттов, в основном офицеров космического флота, зашумели, зашевелились, закрутили головами и наконец, успокоившись, повернули головы в одну сторону – поодаль, на посадочный слот космодрома, величественно опускался большой белый левет. Мягко коснувшись широкими опорами-лыжами посадочного слота, летательный аппарат замер. Его двери скользнули вверх.

Выскочивший из передней двери левета щеголеватый офицер, покрутил головой, видимо осматриваясь и шагнув к задней двери, замер. Прошло несколько мгновений и из дверного проёма показался грузный мужчина пожилого возраста. Офицер тут же вытянул руку в сторону. Мужчина незамедлительно направился в указанном направлении. Шагал он уверенной поступью, гордо вскинув свою светловолосую, но не от рождения, а от прожитых лет, голову.

Когда мужчина был на полпути к собравшимся гиттам, один из них, в одежде офицера космического флота с эмблемой адмирала на левом рукаве курточки вышел вперёд и повернулся к гитту, одетого в идеальный чёрный костюм капитана космического флота и стоящей рядом с ним женщине, в строгом чёрно-сером платье.

– Думаю, нам следует встретить Регистратора. – Негромко заговорил адмирал. – Всё же главное лицо цивилизации.

– Как прикажете, господин адмирал. – Капитан резко кивнул головой.

– Лет, не паясничай. – Адмирал, натянуто улыбнулся.

– Только не начинайте. – Женщина взяла офицера под руку. – Хотя бы сейчас помолчите.

– Как скажешь, мама.

Капитан шагнул навстречу приближающемуся Регистратору, увлекая за собой женщину. Адмирал пошёл рядом с женщиной, с другой стороны.

Не доходя нескольких шагов до высшего должностного лица цивилизации, они остановились. Подошедший Регистратор остановился перед ними.

– Здравствуйте, господин Регистратор. – Одновременно произнесли адмирал и капитан, резко кивая головами.

– Здравствуйте. – Произнесла женщина.

– Рад видеть, адмирал. – Волевым голосом произнёс Регистратор.

– Разрешите представить: госпожа Шарова и капитан Лампорт. – Адмирал по очереди укал рукой на Ирну и Лета.

– Рад видеть. – Чуть повернув голову в сторону капитана и женщины, Регистратор кивнул головой. – Начинайте! – Произнёс он, возвращая взгляд на адмирала.

– Прошу! – Повернувшись, адмирал вытянул руку в сторону стоящего поодаль сооружения, покрытого белой материей.

Все четверо подошли к сооружению и повернулись к гиттам.

– Господа! – Заговорил адмирал и его голос зазвучал над космодромом, подобно реактивному движителю. – Сегодня мы открываем памятник великому человеку, человеку, в полной мере сделавшему всё, чтобы наша цивилизация сделала широчайший шаг в своём развитии и стала в один ряд с великими галактическими цивилизациями, человеку, стоящему у истоков создания нашего межзвёздного космического флота, капитану толлонской цивилизации, первому адмиралу космического флота нашей цивилизации Валл'Иолету Лампорту. Светлая память о великом звёздном капитане навечно останется в наших сердцах, нашей памяти, его имя навечно останется начертано в списке величайших людей цивилизации Гитты. – Адмирал повернулся к Ирне и Лету и вытянул руку в сторону сооружения. – Госпожа Шарова и капитан Лампарт, откройте памятник.

Взяв мать за локоть, Лет подтолкнул её вперёд. Подняв руку и резко проведя ею по лицу, Ирна шагнула к сооружению. Капитан Лет пошёл рядом. Подойдя, они вместе взялись за завязанный узлом шнурок и потянули: узел ослаб и покрывало, скользнув вниз, упало к их ногам. На невысоком постаменте стояла статуя Валл'Иолета, с поднятым вверх лицом.

Резко подняв руку, Ирна, вновь провела ею по лицу, смахивая невольные слёзы. Капитан Лет склонил голову и…

Чёрная пелена окутала его мозг, сквозь которую проступило лицо живого отца.

Завещаю тебе, Лет Лампорт: отомстить ненавистным кроканам за гибель Толлоны; ты должен найти колониальную экспедицию и возродить цивилизацию толлонов.

Ввинтились в мозг капитана Лета непонятно откуда пришедшие слова, хотя губы отца остались плотно сжатыми.

Чёрная пелена спала. Лет тряхнул головой, будто стряхивая с себя её остатки и быстро скользнул взглядом по сторонам.

– Что с тобой? – Донёсся, явно, взволнованный голос, Ирны. – Ты весь дрожишь? Тебе плохо?

– Нет, нет, мама. – Лет сжал локоть матери. – Просто… Отец… Нет, нет. Всё хорошо.

Постояв ещё несколько мгновений перед памятником, они вернулись к адмиралу.

– Почему его лицо так поднято вверх? – Недовольным голосом, поинтересовалась Ирна.

– Мы долго думали, как он должен выглядеть. – Заговорил адмирал. – В конце-концов, решили, если он любил звёзды и очень часто смотрел на них часами, не отрываясь, то пусть он на них и смотрит.

Присутствующие на церемонии гитты потянулись к памятнику и принялись класть на постамент цветы. Цветов было очень много и они начали сыпаться к подножью памятника.

Подошедший к Регистратору, прибывший с ним офицер, протянул ему два больших белых цветка. Регистратор тоже подошёл к памятнику, положил цветы на самый верх всех остальных цветов и кивнув головой, повернулся и величественным шагом направился в сторону белого левета. Сопровождающий его офицер, пошёл рядом.

Через некоторое время белый левет взмыл вверх и развернувшись, умчался прочь.

– Пройдёмте в управление, госпожа Шарова. – Адмирал вытянул руку в сторону входа в величественное здание управление космического флота, рядом с которым был установлен памятник. – Господа, прошу всех в звёздный зал. – Громко произнёс он, посмотрев в сторону остальных гиттов.

Прошло совсем немного времени и все присутствующие на церемонии гитты, скрылись за входной дверью здания управления космического флота цивилизации гиттов, площадь опустела и лишь один бронзовый адмирал остался стоять на ней, высоко подняв голову и устремив свой взгляд к далёким звёздам…


***


Что такое жизнь? А разумная жизнь – есть вершина жизни, или есть какие-то её более высшие формы, к которым стремится жизнь? А если высшая форма жизни – бессмертие? Размышлял капитан Лет, неторопливо шагая по коридорам управления космофлота, так как до назначенной адмиралом встречи, у него ещё было время, позволявшее ему не торопиться. Но нужна ли для бессмертия жизни космическая экспансия? Скорее всего – даже необходима. Лет механически покивал головой. Ведь звёзды взрываются и гаснут, а если цивилизация намерена продолжать жить, ей необходимо искать для себя другой дом, другую планету и так, перебираясь от одной звезды к другой, цивилизация должна продолжать жить, стремиться к бессмертию. А если внезапный катаклизм? Успеет цивилизация найти для себя новый дом или перебраться в уже найденный? Значит она должна быть расселена по многим мирам, а уже это и есть экспансия. Но просто расселение, ещё не экспансия. Должна быть налажена достаточно быстрая связь между колониями, информационный обмен, обмен технологиями, контакты, иначе одни цивилизации окажутся более развиты, другие отстающими, а контакт цивилизаций со слишком большим разрывом в уровне развития, неизменно приводит к деградации менее развитой. А для этого нужны совершенно другие знания, основанные, возможно, на каких-то совершенно других физических законах, позволяющих цивилизациям создавать грандиозные астросооружения, способствующие процветанию цивилизаций. Но не захлебнётся ли слишком большое общество в огромном потоке информации? Значит, тогда и сам разум должен стать другим. А если это будет уже не тот разум, который находится в мозге, в голове человека, а освобождённый от каких-либо носителей, бестелесный, свободный разум, которому для поддержания своего существования не нужна будет какая-то пища в привычном понимании, а лишь энергия, окружающая бестелесный разум. Тогда и для его перемещения нужны будут не космические корабли, а космические лучи, перемещающие не физические объекты, а физические поля. А сможет существовать такой разум, не разорвут его мощные энергетические поля или силы гравитации? Как будет выглядеть защита бестелесного разума? А если психотронное поле и есть его защита? Значит у меня уже есть защита моего разума. Осталось лишь избавить его от оболочки – моего тела. Но это же… Бред какой-то.

Лет мотнул головой и вдруг осознал, что стоит напротив широкой двери с табличкой: "Адмирал Корт Таров". Глубоко вздохнув и резко выдохнув, он взялся за ручку двери.

Едва он оказался в приёмной адмирала, как вскочивший из-за стола младший офицер космического флота, вытянул руку в сторону одной из дверей приёмной.

– Адмирал вас ждёт, господин капитан. – Негромким, но чётким голосом произнёс офицер.

Молча кивнув головой, Лет шагнул к указанной двери и вошёл в кабинет адмирала космического флота цивилизации гиттов, Корта Тарова.

Едва Лет оказался в кабинете, как Корт Таров поднял голову и кивнул рукой в сторону одного из ближних к себе кресел.

– Садись! Сам бы пришёл, да погряз в бумагах. Ты уж извини.

– Да что, вы господин адмирал. – Лет состроил гримасу полнейшего недоумения. – Что-то произошло? – Поинтересовался он, когда его растерянность от слов адмирала прошла и он занял указанное кресло.

– Произошло! Произошло! – Таров закрыл, то, что лежало перед ним на столе и двинул в сторону Лета – это было, что-то, вроде, большой книги. – Можешь полистать. Весьма интересное произведение. – Губы адмирала тронула усмешка, от того, как высоко подпрыгнули брови Лета. – Называется: "Концепция развития цивилизации". Высоколобые постарались.

– Обязательно прочту. – Привстав Лет взял книгу и перенёс её на стол перед собой. – У меня недельный отпуск с завтрашнего дня. Будет чем заняться.

– Это нельзя отсюда выносить. – Адмирал мотнул головой. – Секретность такова, что эта записка, даже, не по каналу связи пришла, а курьер принёс в пакете, отпечатанную.

– Вы мне предлагаете поселиться у вас в кабинете? – Лет широко улыбнулся.

– Я тебе предлагаю полистать, пока будешь находиться здесь. – Голос адмирала зазвучал строже. – Должен тебя огорчить – никакого отдыха, с завтрашнего дня, у тебя не будет.

– Ка-а-ак? – Брови Лета взлетели до середины его лба.

– Та-а-ак! – Передразнил его адмирал. – А кто будет концепцию претворять?

Лет молча пожал плечами.

– Как мать? Профессорская мантия ещё не тесна? Может пора академическую заказывать?

– Пока не жалуется. Ей отдают кафедру Горова.

– А кто это?

– Её руководитель.

– Такой маленький, лысый, с большим животом?

– Он! – Лет широко улыбнулся.

– А что с ним?

– Берст уходит. Его кресло будет занимать.

– Это, который, деньги на экспедиции даёт. Такой здоровый старикан. Мать о нём неплохо отзывалась. Сам? Или?

– Мать говорит, что сам.

– Стареем. – Адмирал глубоко вздохнул. – Один ты у нас молод. Даже, завидно.

– И вы в старики, господин адмирал? – Лет вскинул брови. – Не рано? – Он громко хмыкнул.

– Скоро шестьдесят. – Адмирал глубоко вздохнул. – Поневоле задумаешься. Наверное и концепция не поможет. Ты, возможно и доживёшь.

– До чего?

– Согласно концепции, даже не знаю, кто сочинил это опус… – Адмирал ткнул пальцем в стол. – Наша продолжительность жизни должна составлять, не сто – сто пятьдесят, как сейчас, а сто пятьдесят – двести лет.

– Замечательно! – Лет улыбнулся. – И как скоро?

– Насколько я понял… – Адмирал откинулся в кресле. – Эта концепция развития рассчитана на двести-триста лет.

– Тогда и мне от неё ничего не перепадёт.

– Перепадёт, перепадёт. Ещё как перепадёт. И не когда-то, а прямо сейчас. – Адмирал покивал головой. – Дело в том, Лет Лампорт, что наша цивилизация, оказалась, совершенно, не готова к свалившемуся на неё счастью – стать цивилизацией галактического масштаба. Мы, так сказать, ноги поставили на следующую ступеньку своего развития, а всё остальное, осталось на предыдущей. Наше сознание оказалась не готово, потому, как этот шаг был не естественным шагом нашего развития, а невольным, если можно так сказать, нас его заставил сделать твой отец, не дав осмыслить его и не подготовиться. Мы шагнули, слабо представляя – куда и… Твоего отца нет и куда дальше шагать, никто теперь не представляет. Такое впечатление…– Он указал пальцем на лежащую перед Летом книгу. – Что это должна сделать концепция, а мы посмотрим, куда она зайдёт, а затем решим, стоит нам идти за ней, или повернуть в другую сторону.

– Я не понимаю, вас, господин адмирал. – Лет поднял плечи и покрутил головой. – Вы не рады, что отец научил нас технологиям своей цивилизации?

– Дело не в том, Лет, что мы рады или нет. Конечно же рады. Дело в том, что наша промышленность оказалась не готова к столь стремительному скачку в развитии цивилизации и осталась на предыдущей ступеньке. Прошло четыре года, как вернулась последняя экспедиция с другой планетной системы и думаешь, что-то сделано. Совершенно… – Адмирал покрутил головой. – Мы опасались, что приползут кроканы на своих рогачах и будут что-то требовать, но никто не появился и теперь нужно решать, что делать дальше: либо двигаться вперёд, либо остаться с тем, что есть. Тогда был твой отец, который заставлял нас шевелиться. Был нами недоволен, был недоволен всем и вся. И правильно делал. Его не стало и мы, будто, сдохли с ним. Не стало кнута и конь остановился. – Таров, с грустью на лице, махнул рукой.

– Я всё больше и больше не понимаю, вас, господин адмирал. – Лет в очередной раз покрутил головой. – Чем я должен помочь нашей цивилизации? Взять кнут и заменить отца?

– А ты смог бы? – Адмирал широко улыбнулся.

– Это плохая шутка, господин адмирал.

– Тогда, господин капитан, тебе предстоит готовиться к новой экспедиции за ратаном. Срок на подготовку экспедиции – сорок дней. – Заговорил адмирал твёрдым, волевым голосом. – Экипаж двенадцать человек. Ещё восемнадцать – техники, для работы на обогатительной фабрике. Второй крейсер – тоже самое. Поведёте два грузовика. Четыре года, конечно, слишком короткое время, чтобы считать, что опасность миновала, но вещество массы для наших звёздолётов на исходе и мы перед выбором: или похоронить свои галактические помыслы, или опять отправляться на Фабру. Регистр, после долгих и непростых споров выбрал второе. Капитан второго крейсера, Витор там был и знает куда идти. Но будьте, чрезвычайно, внимательны: при малейшей угрозе – бросайте грузовики и уходите.

Над столом адмирала вспыхнула голограмма с изображением его адъютанта.

– Советник Доминикали, господин адмирал. – На одной ноте выпалил адъютант.

– Пусть войдёт.

Голограмма погасла. Адмирал поднялся и направился к двери.

Лет тоже поднялся, но лишь повернулся к двери. Дверь в кабинет открылась и быстрой походкой вошёл Доминикали.

– Рад видеть, господин советник. – Адмирал остановился и резко кивнул головой. – Что привело вас в такую даль?

– Здравствуйте господа! – Доминикали на ходу кивнул головой. – Извините, господин адмирал! Не знал, что вы заняты. – Доминикали подошёл к адмиралу вплотную. – Я на минуту.

– У нас ещё будет время обсудить свои дела, господин советник. – Адмирал вытянул руку в сторону кресла напротив кресла Лета. – Присядьте, пожалуйста!

– Спасибо! – Доминикали улыбнулся. – Только я уже не советник. Со вчерашнего дня.

– Что-то произошло? – Таров вскинул брови.

– Регистратор решил уйти. Через несколько дней он объявит об этом. Только, это пока секрет.

Доминикали приложил палец к своим губам и подойдя к указанному креслу сел. Адмирал вернулся в своё адмиральское кресло, Лет сел в тоже кресло, где и сидел.

– Я почти всего его годы правления был рядом с ним. Даже, как-то свыкся, как с родным. – Усмешка тронула губы Доминикали. – И с другим, уже не смогу.

– А что случилось? Почему Регистратор уходит? Выборы ещё же не скоро? – Поинтересовался адмирал.

– Всё из-за этой ерунды? – Доминикали приподнялся и ткнул пальцем в лежащую перед Летом концепцию.

– Она так страшна? – Адмирал усмехнулся. – Она неоднозначна – да. – Он кивнул головой. – Но кто мешает Регистратору настоять, чтобы Регистр пересмотрел её?

– Это была его идея. – Доминикали развёл руками. – Он попросил меня сделать анализ, того, что нам предстоит сделать чтобы наша цивилизация смогла развиваться в новых для себя условиях, чтобы понять, не задохнёмся ли мы от столь стремительного бега. Я обратился в академию. Учёные сделали анализ и свои выводы отразили в этой самой концепции. Регистратор, отложил все дела и не отрываясь, очень внимательно, прочёл этот труд, затем закрыл, отложил, поднялся, походил, сел и наконец произнёс – ухожу. Я все эти два часа, пока он читал, сидел перед ним. – Он покивал головой. – Потом мы долго беседовали, но он остался непреклонен, сказав, что для претворения этой концепции нужен более молодой глава цивилизации.

– А почему её сделали ограниченной для распространения? – Поинтересовался адмирал.

– Она имеет, явную, милитаризованность. – Доминикали развёл руками. – Наше общество сейчас взбудоражено последними событиями в далёком космосе. Все ждут, что кроканы поятся в любое мгновение и начнут уничтожать нас, как поступили с цивилизацией толлонов. И если бы сейчас проходил референдум о сотрудничестве с толллонами, то навряд ли бы он имел успех. Но теперь уже поздно, прошлого не вернёшь и нужно думать о том, как обезопасить себя, в случае угрозы. Свой, какой-никакой, красный песок, решено использовать для перемещений в ближнем космосе и потому будем возить криил издалека.

– Штаб флота уже принял решение, господин Доминикали. – Адмирал кивнул головой. – Через сорок дней к Фабре уходит экспедиция. Будем надеяться, что скоро наши астрофизики найдут свою планету с красным песком и нам не придётся ходить в этот опасный район галактики?

– Это очень сложный вопрос. – Доминикали погримасничал губами. – Если углубиться в небольшой экскурс ближнего к Афоне пространства, то можно сказать, что нам в какой-то степени повезло. Хотя… – Состроив ещё одну гримасу, Доминикали покивал головой. – Всё может быть и иначе. Наша цивилизация находится на краю достаточно плотного звёздного скопления, которое, скорее всего, некогда образовалось из одного мощного газо-пылевого облака, которое находится в правой части нашего летнего звёздного неба. Афона, сравнительно молода и видимо, одной из последних звёзд покинула свою колыбель и потому она совсем недалеко ушла оттуда – не далее ста светолет. Звездообразование уже прекратилось в нашем облаке, но… Основная часть зародившихся в этом родильном доме звёзд, мало чем отличалась от Афоны, но скорее всего были и несколько гигантов, которые, достаточно быстро израсходовали своё термоядерное горючее и коллапсировав, превратились в белые карлики или нейтронные. Но… – Даже не знаю, как и сказать. – Доминикали широко улыбнулся. – С одной стороны, нам повезло, что все эти большие звёзды ушли из яслей в другую сторону, нежели Афона и потому их губительное излучение в момент коллапса, было задержано пылевой туманностью и до нас, практически, не дошло. Конечно, тем цивилизациям, которые зародились с той стороне, навряд ли повезло и скорее всего, они прекратили своё существование. Но повезло, тем цивилизациям, которые зародились уже вторично: видимо толлоны и их противная сторона – кроканы, как раз и являются такими вторичными цивилизациями. Им легче. По проведённым исследованиям, в их пространстве было, порядка, четырёх-пяти сверхновых. Конечно, страсти там кипели нешуточные – выгорело всё, что могло гореть, но зато восставшие из пепелища получили прекрасный строительный материал для своего развития. В тоже время, сверхновые, добавили некоторое количество материала в газо-пылевое облако, несколько уплотнили его и в нём вновь заработала фабрика звёзд, что мы и наблюдаем. Конечно, облако сейчас не столь могущественно, каким оно было в далёкие времена, но пятью-семью звёздами оно непременно разродится. Четыре мы отчётливо сейчас наблюдаем и есть ещё несколько тёмных сгустков. Если они соберут достаточное количество материала, то, непременно, станут настоящими звёздами. Но чтобы это узнать, нужно запастись терпением лет так, миллионов на сто. – Губы Доминикали тронула лёгкая усмешка.

– Они станут сверхновыми и у нас будет свой красный песок? – С широкой улыбкой произнёс адмирал.

– Миллиардов, так, через десять. – В свою очередь улыбнулся Доминикали. – Нашей планетной системы к тому времени уже не будет. Так что и наши потомки не увидят их, если не найдут для себя другое пристанище. Есть вероятность, что красной станет та планета, с какой привезла кремнесодержащий песок первая экспедиция. Но навряд ли выживет наша цивилизация, от взрыва её звезды, уж слишком она близка.

– Какой-то парадокс. – Адмирал хмыкнул. – Если будет песок, то не будет нас. Кому же тогда песок будет нужен? А нам где брать? Или так и сидеть в своей берлоге?

– Скорее всего, такая планета должна быть по другую сторону туманности. Не исключено, что придётся туда и отправиться на её поиски. Искать, практически и негде больше: треть близлежащего пространства вокруг Афоны занимает туманность; треть – совершенно пустое пространство – Великая Пустошь, на четыреста светолет ни одной звезды; и лишь треть пространства представляет интерес для исследования, где, собственно и были найдены известные нам планеты. Теперь же придётся значительно расширить пространство поиска. Но для этого нужно раза в два увеличить продолжительность жизни. Лет четыреста, было бы в самый раз. Возможно, когда-то это и произойдёт. – Доминикали повернул голову в сторону Лета. – Как поживает госпожа Шарова?

– Собирается в очередную экспедицию к таркам.

– Разве она, ещё не все пещеры обследовала? – Доминикали поднял брови. – Сколько раз она уже была там?

– Четыре. Если не ошибаюсь. – Лет дёрнул плечами. – Говорит – главное ещё не доказано: куда исчезли тарки.

– Что ж, пожелайте ей от меня удачи. – Доминикали, повернул голову в сторону адмирала. – Мне необходимо попасть на орбитальный телескоп. Когда ожидается ближайший транспорт на орбиту?

– Через сорок дней – однозначно. Раньше… – Адмирал покрутил головой. – Пора бы уже астрофизикам построить что-то своё. Ходили бы на орбиту, когда хотели.

– Не знаем, за что хвататься. – Доминикали глубоко вздохнул. – Регат несколько дней обсуждал пути космической экспансии. Старшины приняли решение о строительстве космического круизного лайнера, чтобы население могло любоваться Афонской системой со стороны. Идея, несомненно, превосходная, но, возможно, несколько преждевременная. Комфортабельный лайнер на пятьдесят-семьдесят пассажиров и столько же экипажа. Тридцать-сорок дней космического путешествия по Афонской системе, с подходом к самым интересным планетам и их спутникам. Впечатления должны быть… – Доминикали покрутил головой. – Незабываемые.

– Так, это для лайнера срочно нужен ратан? – Лицо адмирала сделалось серьёзным. – Не слишком ли круто: принести в жертву одну сотню гиттов, чтобы смогла развлечься другая сотня.

– Слишком пессимистично, господин адмирал. Во-первых – ратан для лайнера, решено добывать из своего песка. Для круиза не нужны гиперсветовые скорости и потому энергии, запасённой в нашем песке будет вполне достаточно. Во-вторых – как только у населения появится возможность увидеть всю красоту своего космического дома, настроение в обществе, несомненно, улучшится и уже гораздо меньше будет этих несуразных разговоров о том, нужен нам космос или нет. А ратан нужен нам, затем, чтобы иметь, хотя бы, несколько боевых космических крейсеров, чтобы в случае угрозы, было бы чем огрызнуться. К сожалению, новая ступень развития требует и новых масштабов существования. К тому же, теперь мы сможем в полной мере обезопасить Гитту от астероидной угрозы. Решено организовать ещё одну экспедицию к планете Вирта, для её, более тщательного анализа. Не исключено, что там всё же будет создана небольшая колония, для поиска нужных полезных ископаемых и если таковые найдутся, то начнётся строительство добывающих заводов-автоматов. О широкомасштабной колонизации речь не идёт. Это дело далёкого будущего. Планета молода и скорее всего, с ещё не устоявшимися ни тектоническими процессами, ни климатом. Вероятно, для колонизации придётся подыскивать более подходящую планету. Пара хороших кандидатов уже есть, к ним, видимо, и придётся отправиться в недалёком будущем. Так что, ратан нужен в больших количествах, не для праздного любопытства, а для очень серьёзных исследований наших ближних галактических окрестностей. К возврату этой экспедиции с Фабры решено построить ещё два крейсера и два грузовика. Причём, грузовики должны быть, гораздо, большей вместительности. Работы, выше крыши. – Доминикали поднялся. – Прошу извинить, что отвлёк. Отправлюсь на старый космодром. Буду добираться проверенным способом. Придётся принять во внимание ваше возмущение, господин адмирал и заказать какой-то небольшой корабль, для быстрой доставки на орбиту, небольших грузов и техников для работы на орбитальных заводах, которых тоже решено построить несколько. Так что, проблем у нас, действительно, выше крыши. Хватило бы времени их реализовать. Н-да. – Он на несколько мгновений умолк. – Пора. – Состроив гримасу, Доминикали покивал головой. – До свидания, господа. – Повернувшись, он покинул кабинет адмирала.

– До свидания!

Таров поднялся. Поднялся и Лет.

– Ну и ну! – Единственное, что смог произнести адмирал, когда дверь за Доминикали закрылась и он опять уселся в своё кресло. – В общем, ты всё слышал и добавить мне больше нечего. – Заговорил он, уставившись, в оставшегося стоять, Лета. – Через сорок суток старт. Реши, кого из экипажа направить на грузовые лейтеры. Два экипажа по четыре человека. У Витора взять некого, у него всего их двенадцать. Если не ошибаюсь, один из бывших экипажей лейтера у тебя полностью. Его и верни. Во второй отбери поопытней. К Фабре лейтеры придётся тащить. Они будут налегке и проблем не будет. Оттуда загрузите их контейнеры, тем, что удастся нарыть и пусть ползут сами. Их движители такие же как и у крейсеров и тормозить вас они будут не слишком. Через пару дней начнут поступать продукты и оборудование. Ты командир экспедиции. Рассчитывай на двенадцать-тринадцать лет пути. И ещё раз повторяю – будь очень и очень внимателен. Всё! Можешь идти.

– Да, господин адмирал! – Кивнув головой, капитан Лет повернулся и направился к выходу.


***


А существуют ещё какие-то носители энергетического концентрата, кроме красного песка? Задумываются физики Гитты об этом? Да ни о чём они не думают, если даже не в состоянии добиться чистоты энергетического концентрата, а пользуются тем, что им подарила другая цивилизация? Размышлял капитан Лет, неторопливо шагая по космодрому.

Выйдя от адмирала, несколько взбудораженный услышанным от Доминикали, он решил пройтись до своего крейсера пешком.

Прав адмирал – исчез кнут и некому стало подхлёстывать. А если мы не найдём такой своей планеты и что, забыть о звёздах и других цивилизациях? Но это же уже невозможно. Это же деградация. Мелькали у Лета возмущённые мысли. Неужели цивилизация хочет этого? Но я этого не хочу. Я ведь не они. И что из того? Самому отправиться на поиск такой планеты? Но где искать? По одну сторону от Афоны звёзды очень далеко. Не доберёшься. Значит за туманность. Голова Лета механически качнулась. Со слов Доминикали: пять сверхновых там должно было быть. Если толлонам были известны три, значит две ещё есть. Но если они не смогли их найти, то где я их найду? Там же триста светолет пространства, если не больше. И сколько для этого потребуется ратана? Весь ангар крейсера забить контейнерами. А хватит моей жизни? Но я же не гитт. Усмешка тронула губы Лета. Толлон и потому должен жить очень долго. А экипаж? Но ведь отец ходил один. Но у него же был и другой корабль. Отец, что за завещание ты мне оставил? Может быть мать что-то знает о нём? Разве в состоянии я один выполнить его. Найти колониальную экспедицию ещё можно попытаться, но отомстить кроканам. Лет покрутил головой. Возможно ты имел ввиду, что гитты помогут отомстить мне? Но они сами боятся их. Может быть через триста-четыреста лет они и буду представлять какую-то силу в космическом масштабе, но доживу ли я до этого? Хаара!

Лицо Лета исказила гримаса – привычки отца всё настойчивее наполняли его жизнь.


***


Ирна остановилась перед жёлто-коричневой дверью с табличкой – "ЛАБОРАТОРИЯ ГЕОАНАЛИЗА ПРОФЕССОР СМОЛН" и согнув указательный палец, постучала по двери.

– Войдите! – Донёсся из-за двери глухой мужской голос.

Взявшись за ручку, Ирна толкнула дверь и шагнула внутрь.

Ирна ещё ни разу не была в кабинете профессора Смолна и войдя, остановилась поражённой – кабинет был огромен и скорее всего был даже не кабинетом, а каким-то выставочным залом, со стоящими вдоль стен многочисленными стеклянными стеллажами, в которых виднелось бесчисленное количество книг и каких-то экспонатов. Огромный, под стать кабинету, стол профессора стоял посреди зала, за которым он и сидел, в коричневом кресле с высокой спинкой. Перед столом стояли ещё три таких же кресла.

– Здравствуйте, господин профессор. – Негромким голосом произнесла Ирна.

Смолн поднял голову и увидев вошедшую Ирну, поднялся и направился к двери.

– Здравствуйте, госпожа профессор. – Заговорил Смолн, останавливаясь перед Ирной. – Наслышан, наслышан. Очень рад. Примите мои поздравления. – Он склонил голову.

– Полно вам, господин профессор. – Ирна мотнула головой. – Я рада, что вы не забыли меня.

– Прошу! – Смолн взял её под локоть и вытянув руку в сторону своего стола, подтолкнул Ирну и сам пошёл рядом, не выпуская из руки её локоть, будто опасаясь, что она убежит.

Посадив её в кресло и вернувшись в своё, Смолн уставился в Ирну.

– Ну-с! – Поинтересовался он.

– Господин профессор. – Ирна чуть улыбнулась. – Я готовлю ещё одну экспедицию в пещеру тарков. Попытаюсь ещё раз понять, что это за цивилизация. Всё же у меня не выходит из головы мысль, что она не наша.

– Как это не наша? – Смолн вскинул брови.

– Чужая. Не с Гитты. – Ирна мотнула головой. – Люпии – наши, тарки – нет. – Она опять мотнула головой.

– Но как, тогда, она оказалась на Гитте? И куда исчезла? – Смолн поднял плечи.

– Это я и хочу понять. – Ирна широко улыбнулась. – Складывается какое-то парадоксальное мнение о тарках: они умели выплавлять металл очень высокого качества; знали такие технологии его обработки, которые мы освоили лишь несколько десятилетий назад; и вдруг, были покорены цивилизацией, которая имела стадный образ жизни. И потом, имея такие прогрессивные технологии, складывается впечатление, что тарки были безграмотны. Мы, ведь, практически, не находим письменности у них, лишь небольшое количество непонятных наборов знаков, тогда как у люпий в тот период письменность уже была, хотя и малопонятная сейчас. И почему тарки не торговали своим оружием с другими племенами Гитты, которые жили в более благоприятных климатических зонах. Такое впечатление, что из своих пещер, они, практически, не выходили. Они, что, боялись солнечного света? Ни одной из моих экспедиций не удалось найти следы огня на полу или стенах их пещер. Выходит, что они, действительно, жили в темноте. Но каким тогда образом они плавили и обрабатывали металл. Ведь без огня было не обойтись, но его следов нигде нет. И потом: где их захоронения? Мне не удалось найти ни одной человеческой кости в их пещерах. Кости животных есть, человеческих – нет. Воздух в пещерах сухой и кости животных хорошо сохранились. Значит и человеческие сохранились бы. Но их – нет. Более пятнадцати тысяч метров пещер. Их невозможно вырубить лишь одними руками, за тот промежуток времени, который тарки жили там. В них большое содержание металла, а их стены достаточно хорошо обработаны. Да и не всё ясно с их технологиями металлообработки и плавильным производством. Руда в стенах пещеры другая, нежели, которую использовали тарки в своих изделиях и удалось найти и лишь одну примитивную печь. Металлурги утверждают, что в этой печи невозможно выплавить металл того качества, из которого сделаны наконечники стрел и копий, мечи и прочие изделия. Так же, не совсем, понятно, чем они питались. Если верить прочитанным летописям люпий: тарков было между пятьюстами и тысячей человек и продуктов на такое племя нужно было немало. Тех костей животных, что удалось найти, едва ли хватит на десятерых. И я совершенно не понимаю, как люпии могли их уничтожить. – Ирна покрутила головой. – Ведь вход в пещеру один и оборонять его не составит труда, всего лишь, нескольким человекам. Вопросы и вопросы. До открытия пещеры, их было гораздо меньше, нежели стало сейчас. – Ирна закончила свой монолог глубоким вздохом.

– А сколько же лет они жили в своей пещере? – Поинтересовался Смолн.

– От ста до тысячи лет. Летописи люпий не дают точного ответа. В пещере тоже всё неоднозначно.

– Я не могу понять: пещера одна или их несколько?

– Фактически одна, но с большим количеством ответвлений.

– А какова моя роль в вашей экспедиции? – Смолн поднял брови. – Не сомневаюсь, за этим вы оказались в моей лаборатории.

– Это ваша лаборатория? – Ирна покрутила головой, осматривая зал. – Оригинально. Я бы не прочь иметь такую же.

– Надеюсь, господин Горов пойдёт вам навстречу.

Лицо Ирны, тут же покрылось маской недовольства, что неприменуло отразиться на лице Смолна, который тут же состроил гримасу досады.

– Вы проницательны, господин профессор. – Заговорила Ирна твёрдым голосом. – Я предлагаю вам принять участие в моей экспедиции. Мне нужны ваши анализаторы. Я хочу глубже просветить стены пещеры. Уверена, что там очень много тайн. Стены содержат много металла и чтобы их раскрыть, нужно серьёзное оборудование, которое в институте есть, только, у вас. Заказывать себе такое же, не вижу смысла, так как оно, возможно, всего лишь один раз и понадобится.

– И когда же экспедиция?

– Дней через сорок. Как только в пустыне восстановится погода, так и отправимся.

– К сожалению, должен вас огорчить, госпожа Шарова. – Смолн поднял руки над столом. – Дела.

– Жаль! – Ирна глубоко и протяжно вздохнула.

– Но вместо себя я предлагаю вам двух аспирантов. Прекрасные молодые люди: умные, грамотные и главное – молодые, ничем не обременённые. Они вам, совершенно, не доставят никаких хлопот. Да и им будет хорошая практика.

– А оборудование?

– Получите всё, которое считаете нужным для вас, госпожа профессор.

– Что ж! – Ирна поднялась. – Я надеялась вместе с оборудованием получить и ваш опыт. – Усмешка тронула уголки её губ. – Но хоть что-то.

Смолн молча взмахнул руками над крышкой стола.

– В таком случае, пусть ваши аспиранты в ближайшие два-три дня найдут меня на кафедре. Мы обсудим детали экспедиции и какие для её целей потребуются анализаторы.

– Непременно, госпожа Шарова. – Смолн тоже поднялся. – Извините. Но если для следующей вашей экспедиции вновь появится надобность в моей лаборатории, сообщите, где-то вначале года, чтобы я смог заранее спланировать свою работу. Договорились?

– Хорошо, господин профессор. Спасибо за помощь. До свидания! – Кивнув головой, Ирна повернулась и покинула лабораторию профессора Смолна.

Медленно идя по коридорам института к своей кафедре, она пыталась вновь и вновь продумать план экспедиции, чтобы всё предусмотреть и ничего не забыть, так как выручавшие её в предыдущие экспедиции адмирал Таров и сын, теперь, навряд, ли смогут помочь. Подойдя к двери своей кафедры, она увидела двух молодых людей, явно, в нетерпении, крутящихся напротив её двери.

– У вас какие-то проблемы, молодые люди? – Поинтересовалась Ирна.

– Нам нужна профессор Шарова. – Произнёс один из молодых людей.

– Я профессор Шарова. – Ирна подняла брови.

– Здравствуйте госпожа профессор. – Заговорил второй молодой человек. – Нас прислал профессор Смолн, чтобы помочь вам в экспедиции.

– Хм-м! – Ирна широко улыбнулась.– Завидная оперативность. – Она толкнула дверь кафедры. – Проходите! Тогда прямо сейчас и обсудим аспекты вашей помощи. Кстати, как вас звать?

– Денис. – Назвал себя, пояснивший их причину появления, молодой человек среднего роста, со светлыми, зачёсанными назад волосами и большими залысинами.

– Итон. – Представился второй молодой человек, ростом несколько выше первого, более темноволосый, с короткой стрижкой.

Беседа Ирны с аспирантами растянулась на более, чем два часа. Молодые люди оказались очень дотошными и пытались узнать у неё все подробности экспедиции, чтобы, как они пояснили, не сесть в лужу. Ирне понравилась их настойчивость и к концу беседы она уже не жалела, что профессор Смолн отказался от участия в экспедиции.


***


Лет стоял перед экипажем своего крейсера "Вояр", выстроившегося в ангаре корабля, обводя строй медленным взглядом. Часть оборудования уже была погружена, завтра на крейсер прибывали техники, а он всё никак не мог решить кого из экипажа отправить на грузовики, так как понимал, что это будет навсегда, а он уже сжился со своим экипажем и расставаться с кем-то из них ему никак не хотелось и он тянул сколько мог. Но адмирал Таров торопил, так как экипажи должны были познакомиться со своими новыми кораблями. Экипаж крейсера прекрасно знал, что кому-то придётся покинуть свой корабль, но добровольцев не было и потому выбирать приходилось капитану, самому.

Вахту на крейсере несли одновременно четыре человека, сменяясь через четыре часа. Ещё одна вахта была в ангаре, занимающаяся текущими регламентными и восстановительными работами, которая тоже состояла из четырёх человек и так же длилась четыре часа. Ещё четверо несли вспомогательную службу, по обслуживанию жизненных потребностей экипажа.

С одним экипажем грузовика проблем не было – это была пятая вахта крейсера, которая уже знала, что она возвращается на свой лейтер и даже уже вела себя как-то отчуждённо. После долгих размышлений Лет решил перевести на второй грузовик полную вахты, чтобы экипажу не пришлось срабатываться, а оставшиеся вахты сократить до трёх человек, переведя на несение вахт вспомогательную службу, а вспомогательными работами предложив заняться прибывающим завтра техникам.

– Вторая и пятая вахта переводятся на новое место службы – в экипажи грузовых лейтеров. – Наконец заговорил он, останавливая свой взгляд на одном из старших офицеров переводимой вахты. – За оставшиеся до старта дни вы должны подготовить грузовые лейтеры к старту. Пятая вахта возвращается на свой лейтер, вторая – на второй. – Усмешка тронула уголки губ Лета. – Времени вполне достаточно. Управление лейтером ничем не отличается от управления крейсером: та же система управления; похожий зал управления, даже кресла такие же, только два. Вам нужно будет лишь вывести грузовики за границу Афонской системы, затем жёсткая сцепка с крейсерами, которые потянут их к Фабре.

Экипаж зашумел. Старший офицер вахты, на которого смотрел Лет сделал шаг вперёд.

– Господин…

– Это приказ. – Заговорил Лет, предваряя вопрос офицера. – Не обсуждается. Все претензии адмиралу Тарову разрешаю высказать лично. Все свободны.

Повернувшись, Лет направился в каюту капитана, так как никаких прощальных слов, от уходящей на грузовик второй вахты, он слышать не хотел.


***


Провожающих было очень много, что было впервые при проводе экспедиции. Присутствовали родственники членов экипажей; почти все техники космодрома, с уходом экспедиции им и обслуживать становилось, практически, нечего; бесчисленное количество стереонщиков и просто журналистов; и даже несколько старшин Регистра, чего, прежде, никогда не было.

Среди провожающих была и Ирна. Сказав сыну, лишь, единственное слово – "возвращайся", она стояла в первом ряду, меж двух десантников, невидящим взглядом наблюдая, как левет адмирала, по очереди, обходит экипажи, выстроившиеся перед трапами своих кораблей.

Каким завещанием отца интересовался Лет? Сверлила мозг Ирны навязчивая мысль. Я никогда о нём не слышала. Он никогда, ни о каком завещании не говорил. Может быть не хотел, чтобы я знала о нём? Может у толлонов есть какие-то скрытые желания, о которых при жизни не говорят? Кто о нём может знать? Адмирал! Ирна вздрогнула, возвращаясь в реальность происходящих событий, её взгляд скользнув по космодрому, замер на чёрном левете. Таров, непременно, должен что-то знать о завещании. Нужно обязательно встретиться с ним. Твёрдо решила она и оторвав взгляд от чёрного левета, найдя рядом с величественным крейсером стоящего сына, уставилась в него.

Наконец, чёрный левет адмирала, отойдя от стоящего последним, лейтера, умчался в сторону здания управления космофлота. Экипажи потянулись внутрь кораблей. Прошло ещё не менее часа, прежде чем первый из них, крейсер под командованием Лета Лампорта, подпрыгнув и качнувшись, будто попав на лоно вод, медленно пошёл вверх. Долетевший порыв горячего воздуха обдал провожающих. За первым крейсером потянулись и остальные корабли: ещё один крейсер и два грузовика и вскоре все они растворились в безоблачной синеве гиттского неба.

Провожающие зашумели. Ирна повернулась к стоящему позади неё Валио.

– Пора и нам. – Тихо произнесла она.

– Пусть им сопутствует удача. – Произнёс Валио и повернувшись, быстро зашагал в сторону стоящего вдалеке красного левета.


2


Большой анализатор, который для обследования пещеры любезно предоставил профессор Смолн, в упаковке оказался большим для входного коридора пещеры и Ирна предложила вытащить его, а ящик оставить снаружи, что несколько озадачило молодых учёных и им пришлось консультироваться с профессором Смолном, но тот оказался любезен и посоветовал им поступать так, как предлагает начальник экспедиции, профессор Шарова.

Наконец оборудование было перебазировано внутрь пещеры и все с удовольствием расселись на принесённых стульчиках. На этот раз экспедиция была совсем небольшая: Ирна – руководитель, Валио – отвечающий за всю технику, Ивор – как грубая физическая сила, два аспиранта-физика и молодая девушка-археолог по имени Лилина, приглашённая Ирной со своей кафедры, которая чем-то напоминала её саму молодую и от которой не отходили аспиранты, сыпя всевозможными шутками, вызывающими у Лилины смех и недовольное ворчание Валио, который сам был не прочь повертеться вокруг девушки, но увлечённая молодыми людьми, она, совершенно, не обращала на него никакого внимания.

Галерея была хорошо освещена, прикреплённой к её потолку, ещё прошлыми экспедициями гирляндой светильников и потому все детали в ней хорошо просматривались.

– Что ж, начнём, пожалуй. – Заговорила Ирна, поднимаясь со своего стульчика. – Лилина, Ивор и Валио, остаются на хозяйстве. Думаю, не стоит ничего выдумывать, будем жить в той же нише, что и всегда. Я и молодые люди посмотрим стены анализатором. Я хочу посмотреть, как он работает. Может зря мы его сюда тащили? Если результаты будут удовлетворительными, завтра, с началом дня, начнём обследование.

Состроив на лице недовольную гримасу, молодые люди поднялись и направились к оборудованию. Губы Валио вытянулись в широкой усмешке. Ивор поднялся, потянулся во весь свой огромный рост и став на носки, достал руками до потолка галереи. Лицо Лилины вытянулось, она поднялась со своего стульчика и не сводя глаз с Ивора, отступила в сторону, подальше от того места, где он стоял.

Анализатор представлял собой большой плоский щит – экран на колёсах, который можно было тащить вдоль стены. На экране тут же отображался участок стены напротив которой стоял анализатор на глубину до тридцати метров. Для анализа, поманипулировав с настройками щита, можно было выбрать срез определённой глубины. Можно было манипулировать и с масштабированностью анализа, как в сторону увеличения, так и его уменьшения.

Подойдя к анализатору, аспиранты включили его – тут же на экране отобразилась малопонятная структура стены. Ирна попыталась понять, что означают многочисленные цветовые градации, но что-то выделить в понятное, ей не удалось.

– Что-то я не могу понять, что это за радуга на экране? – Произнесла она, ни к кому, конкретно, из аспирантов не обращаясь.

– Это срез плотности на глубине трёх, четырёх и пяти метров. – Принялся объяснять Денис. – Каждой глубине соответствует свой цвет. Более светлые краски, менее плотный материал, тёмный цвет – материал плотный. Здесь чётко видно, что на глубине пяти метров… – Он провёл пальцем по экрану. – Есть пустота. Если уменьшить масштаб… – Он ткнул пальцем куда-то вниз экрана и структура картины на экране поменялась – пятна уменьшились, но их стало больше. – Сейчас анализатор сканирует всю высоту стены и хорошо видно, что пустота начинается где-то в метре от пола и идёт до потолка. Можно узнать её глубину. – Его пальцы вновь мелькнули перед нижним краем экрана и от вспыхнувшего разноцветья у Ирны зарябило в глазах. – Здесь уже можно увидеть, что пустота простирается от трёх до шести метров в глубину. – Продолжил объяснять аспирант. – Чтобы узнать её длину, придётся проехаться. – Аспиранты покатили шит вдоль стены. – Примерно четыре метра. – Произнёс всё тот же Денис, когда щит остановился. – Несколько странная пустота. – Он дёрнул плечами.

– И что же в ней странного? – Поинтересовалась Ирна.

– Довольно большой объём, почти правильной формы.– Денис дёрнул плечами. – Как-то не верится, что природа смогла создать подобную пустоту.

– А если это какое-то хранилище, созданное тарками? – Толи спросил, толи просто произнёс второй аспирант – Итон.

– Но я не увидел входа в него. – Денис вновь дёрнул плечами.

– Мы ведь не смотрели сверху. – Итон мотнул головой.

– Давай посмотрим. – В голосе Дениса скользнуло возмущение.

– Стоп, стоп! – Ирна помахала перед собой руками. – Я чрезвычайно довольно увиденным. На сегодня достаточно. Отдых. Сейчас обсудим, что и как нужно искать и с утра начнём. Я должна осознать возможности анализатора и подкорректировать намеченный план поиска.

– Как скажете, госпожа профессор. – Ещё раз дёрнув плечами, Денис отключил анализатор и повернувшись, быстрым шагом направился в сторону стоящих вдали Лилины и Валио…

На следующее утро около щита-анализатора была вся группа: щит толкал Ивор; Валио правил его путь; аспиранты шли напротив щита, манипулируя его настройками; Ирна и Лилина шли рядом, слушая пояснения аспирантов. Никаких других исследований Ирна в этой экспедиции не планировала, так как в прежние экспедиции, всё, что можно было внутри пещеры, уже было обследовано и проанализировано…

Прошли первую тысячу метров. Ничего, что могло бы заинтересовать Ирну, не нашлось. Всего лишь удалось найти несколько больших пустот, но чутьё подсказывало Ирне, что это не то, что она надеялась найти. Она приказала повернуть назад и пойти вдоль противоположной стены. Ничего, что привлекло бы внимание не нашлось и там. Вернувшись, устроили перерыв. Затем аспиранты установили анализатор горизонтально и покатили его вдоль пола. В полу пустот, практически не было, хотя трещин отображалось даже больше, чем в стенах. Пройдя тысячу метров, повернули назад, уже анализируя потолок, где тоже не нашлось ничего, что могло бы заинтересовать Ирну. Когда вернулись к лагерю, Ирна и Лилина уже едва передвигали ноги.

Несмотря на усталость, Ирна приказала перенести лагерь на тысячу метров вперёд, чтобы назавтра сразу же начать работу. Снаряжение на себе несли, Ивор и Валио. Лилина шла, уцепившись обеими руками за Дениса. Уснула она, едва присев на свой спальный мешок. Ирна прикрыла её лёгким пледом, так как в пещере было не холодно и приказала не будить – это была первая экспедиция девушки.

На следующее утро Ирна чуть изменила стратегию и начали обследование первой стены, предварительно откатив анализатор на тысячу метров вперёд. Лагерь перебазировали уже в перерыв и потому, к концу обследования потолка пещеры, уже идти никуда не нужно было и аспиранты, даже принялись шутить с Лилиной, вызвав у Валио очередной приступ досады.

Несмотря на свой, уже, достаточно солидный возраст, он так и не обзавёлся семьёй, находясь в постоянных разъездах и многочисленных экспедициях. Сансан ушёл из института археологии, сразу же после возвращения из той экспедиции, когда был найден корабль толлонов и Валио потерял с ним связь и где он был сейчас, не имел представления. Ивор был семейным человеком и потому, ему был непонятен сентиментализм Валио. Часть прежней работы Сансана по институту перешла к Валио и он крутился без остановки, но жаловаться ни на что и никому не собирался.

Это была его вторая экспедиция в пещеры кольцевых гор и если в прошлой экспедиции работы у него было невпроворот, так как ему пришлось пробурить не менее сотни отверстий в стенах пещер, то и времени на синтементализм у него не оставалось, сейчас же, когда партия, оказалась, совсем небольшой и времени свободного, вдруг, оказалось очень много и к тому же Лилина, вдруг, тронула его сердце, заставив задуматься о своём будущем и очень переживал, что девушка, совершенно не обращает на него внимание, а всё своё свободное время проводит рядом с молодыми аспирантами…

Лишь на четвёртый день обследования, в стене пещеры была обнаружена, достаточно, большая пустота, которая заинтересовала Ирну. К тому же пустота, на треть своей высоты, явно, была заполнена жидкостью. Скорее всего, это была вода, но с какими-то примесями, которые повышали её плотность. Толщина стенки до пустоты была около семи метров и Ивор с Валио, принялись за бурение отверстия, с помощью небольшого переносного бура, чтобы взять пробу жидкости. Остальная группа продолжила обследование пещеры.

Теперь щитом-анализатором управляли Денис и Лилина, а Итон с Ирной следили за экраном. Денис и Лилина были оживлены и шли, строя друг другу весёлые гримасы. Ирну начало раздражать их весёлое настроение, так как оно уже начало переходить границы простой дружбы, на что она никак не рассчитывала, приглашая Лилину в эту экспедицию. Лилина нравилась ей своей непосредственностью, независимостью суждений, она была начитана, эрудированна, умна и даже красива и чем-то напоминала Ирне её саму в свои первые археологические экспедиции. Она намеревалась присмотреться к этой девушке получше, вне академических стен, в глубине души надеясь, что Лилина окажется той девушкой, которая может понравиться Лету, так как он сам, до сих пор, как казалось Ирне, достаточно прохладно относился к противоположному полу, грезя лишь о странствия среди звёзд. К тому же, сын уже полностью ушёл из под её опеки и она чувствовала себя как-то неуютно, даже занимаясь любимой работой. Ей нужен был близкий человек рядом, которым, как она надеялась и станет Лилина. Перед уходом Лета в экспедицию, она устроила небольшую вечеринку, где была и Лилина и даже познакомила её с Летом, но так и не смогла понять, понравилась ли сыну девушка, а поинтересоваться не решилась, опасаясь, что Лет, всегда противясь её вмешательству в свою жизнь, демонстративно воспротивится присутствию рядом с собой Лилины. А Ирна, втайне, уже строила радужные планы, по воспитанию внуков. И сейчас, слыша весёлый смех девушки, она корила себя, за недостаточную решительность в обустройстве семейной судьбы сына. В тоже время, она прекрасно понимала, что двенадцать лет очень долгое время ожидания и никак не хотела превратить эти годы, в годы страданий для Лилины, которые могут, вообще, завершиться кошмаром, когда, по возвращении, Лет не воспримет её.

Вопрос Лилине, нравится ей Лет или нет, она не задавала, считая его безнравственным, не зная отношения к ней сына…

Ирна, несколько раз в течении дня, подходила к бурильной установке, но бурение шло медленно, так как стена была очень прочной, да ещё с густыми металлическими вкраплениями и к концу дня Ивору и Валио удалось пройти лишь чуть более четырёх метров. Ирна даже сделала анализ керна, но ничего нового, к тому, что она знала, анализ не дал.

К вечеру Валио настолько устал, что ему было не до переживаний о недоступности Лилины и он уснул, едва оказался в спальном мешке. Ивор ещё некоторое время пытался поддерживать вечерний разговор своими грубоватыми шутками, но вскоре, тоже умолк. И лишь аспиранты, ещё долго в ночи шушукались с Лилиной, вызывая у Ирны глубокие вздохи, которой никак не спалось.

С утра работы возобновились и к середине дня бурение должно было вот-вот завершиться. Ирна приказала аспирантам остановить обследование стены пещеры и вернуть щит к буровой установке, для более точного контроля бурения. Когда щит оказался напротив буровой установки, то сердце Ирны невольно сжалось – до окончания бурения оставалось пройти менее полуметра.

Но бурение, вдруг, застопорилось, на экране щита, было хорошо видно, что бур стремительно меняет свой цвет.

– Там что-то происходит. – Громко заговорил Итон. – Такое впечатление, что бур горит.

Ивор, состроив гримасу явного недовольства, включил реверс, Валио принялся разбирать штангу. Денис вознамерился ему помочь, но Валио, резким толчком плечом в плечо, оттолкнул аспиранта.

– Не мешай!

Не разжимая зубов, процедил он, вызвав немой вопрос у Ирны, но сославшись на усталость Валио, она промолчала.

– Хм-м! – Раздался громкий возглас Ивора, когда бур оказался у него в руках.

Ирна шагнула к нему.

– Сгорел, напрочь. – Ивор повернул бур к Ирне. – Даже не знаю, что и делать? – Он поднял плечи.

Ирна повернулась к Итону.

– Почему анализатор не показал увеличения плотности горной породы? – Она вопросительно взмахнула подбородком. – Она значительна.

– Я попытаюсь. – Состроив гримасу недоумения, Итон склонился к панели управления анализатором.

Денис принялся ему помогать с настройками. Донеслось их перешёптывание. Картина на щите начала меняться, но прошло немало времени, пока аспиранты распрямились и повернулись к Ирне.

– Уплотнение есть. – Итон дёрнул плечами. – Но я бы не назвал его критичным. Материал тот же – горная порода.

Ирна повернулась к Ивору и молча подняла плечи.

– Если только калёным алмазом. – Ивор, в свою очередь, тоже поднял плечи. – Но где такой взять?

– Что это? – Ирна взмахнула подбородком.

– Искусственный алмаз магнитным полем раскаляют, почти до пяти тысяч градусов и как только он начинает перестраивать свою структурную решётку, бросают в жидкий азот – маленький взрыв и прочность алмаза возрастает в три четыре раза. Но это происходит не с каждым алмазом. Природный алмаз не калится – природа обезопасила его от дурного влияния человека.

– А если лазером прожечь? – Вдруг, заговорила Лилина. – Температура в месте контакта может достигать десяти тысяч градусов.

– У нас нет такого лазера. – Ирна покрутила головой и повернула голову в сторону Ивора. – Сместитесь на пару метров и просверлите ещё одно отверстие. Возможно, это какое-то очень прочное вкрапление. Всё же, я склонна верить анализатору.

– Как скажете, госпожа профессор. – Ивор дёрнул плечами.

– А помнишь, как мы нашли корабль толлонов? – Заговорил Валио, смотря на Ивора. – Сколько буров сожгли: два или три.

– Ты хочешь сказать, что там тоже инопланетный корабль? – Ивор кивнул головой в сторону стены.

– Но как-то же это туда попало? – Валио поднял плечи.

– Есть такое понятие – слёзы гор. – Заговорила Ирна. – Вода по микротрещинам попадает в пустоты гор и хранится там столетия. Возможно, это они и есть.

– Зачем, тогда, бурить? – Ивор развёл руками. – Вы и так всё знаете.

– Чтобы убедиться. – Голос Ирны стал резким и твёрдым. – Я не хочу, чтобы всю оставшуюся жизнь, меня мучили сомнения о моей правоте.

– Как скажете. – Глубоко и протяжно вздохнув, Ивор принялся освобождать буровую установку от крепления к полу пещеры.

Валио принялся ему помогать. Аспиранты и Ирна, с Лилиной покатили щит-анализатор к тому месту стены, где они прервали её обследование…

Со вторым отверстием повторилось тоже, что и с первым – бурили его почти два дня и когда осталось полметра, бур во что-то упёрся и сгорел. Вытащив его, Ивор, подойдя к Ирне, показал ей оплавленный бур и молча покрутил головой. Так же, молча, посмотрев несколько мгновений на оплавленный металл, Ирна направилась ко входу в пещеру.

Выйдя наружу, она подошла к левету и подняв двери, уселась в кресло пилота и ткнула пальцем в несколько клавиш на его панели управления – из вспыхнувшей через несколько мгновений голограммы на неё смотрело лицо профессора Горова.

– Здравствуйте, господин профессор. – Заговорила Ирна.

Ей очень не хотелось привлекать к своим исследованиям Урана Горова, но она поняла, что внутри гор спрятано что-то неординарное и её экспедиции узнать, что там, скорее всего будет не по силе и потому придётся привлекать какие-то сторонние институты, а это было вне её компетенции. Можно было бы махнуть рукой, на это странное хранилище, но Ирне уже стала интересна эта непонятная тайна гор…

С того момента, как её партия нашла корабль толлонов, Уран Горов стал ей неприятен. Она и сама бы не могла сказать, почему. Неприятен и всё. Хотя, он больше ни разу не привлекал к себе её внимание, без необходимости, с тех пор, как ушёл из пустыни, закрыв свою экспедицию, но он всегда оставался её непосредственным руководителем. Как Ирна ни старалась выбраться из-под его опеки, Горов всегда был на шаг впереди. Единственным выходом было уйти из этого института археологии и перебраться в какой-то другой, менее значимый, но она не видела себя никем, кроме археолога, а все другие институты, в той или иной степени зависели от Центрального института Археологии планеты и все размышления Ирны по этому поводу, неизменно, заводили её в тупик…

– Здравствуйте госпожа Шарова. – Горов поднял брови. – Чем обязан?

– Моя экспедиция наткнулась на странное хранилище воды. Его стенки настолько прочны, что буры плавятся, будто они вылеплены из воска. – Ирна дернула плечами. – Я хотела бы привлечь к исследованию этого хранилища физиков. Мне думается, это не природное образование. – Он мотнула головой.

– С вами не соскучишься, госпожа Шарова. – Горов широко улыбнулся. – У вас, прямо, дар какой-то, на аномалии.

– И всё же, я настаиваю. – В голосе Ирны скользнули металлические нотки.

– Непременно, госпожа Шарова. – Лицо Горова посерьёзнело. – Я сегодня же свяжусь с одним из институтов и надеюсь, в ближайшие дни физики будут у вас. Только дайте знать, как вас найти.

– Спасибо, господин профессор. Я включу маяк левета. Горы надёжно экранируют волны и связи в пещере нет.

– Желаю успеха! – Лицо Горова дернулось и голограмма погасла.

Состроив гримасу досады, Ирна включила маяк, выпрыгнула из левета и опустив его дверь, вернулась к своей группе.

– Пока оставим полость в покое. – Заговорила она, останавливаясь напротив отдыхающих Ивора и Валио. – Придут физики, пусть они и разбираются.

– Это ведь мы нашли. – Заговорил Ивор вставая и шагнув к Ирне, навис над ней всей своей мощной фигурой. – И опять отдать? Я знаю, где можно достать бур из калёного алмаза. Но моего уровня жизни не хватит. Если ты согласен? – Он повернул голову в сторону Валио.

– Никто своим уровнем жизни жертвовать не будет. – Ирна резко взмахнула пред собой рукой. – Уверена, там не обычная вода, иначе, зачем нужно такое хранилище. Если там что-то полезное, я сделаю всё, чтобы вас не забыли. А сейчас, сворачивайте буровую и к щиту. – Повернувшись, она направилась к аспирантам.

Поднявшись и поворчав ещё некоторое время, Ивор занялся демонтажём буровой установки. Покрутившись около него пару минут и видя, что тот прекрасно справляется сам, Валио направился к щиту, за очередной порцией досады, но по другому он уже не мог…

Физики появились в пещере, лишь, через четверо суток: один, уже в возрасте, назвавшийся профессором Норманном и четверо веселых молодых людей – аспирантов-физиков, увешанных всевозможными приборами, освободившись от которых, они тут же устремились к Лилине и окружив её, принялись сыпать остротами.

Аспиранты-археологи попытались вытащить девушку из их круга, но физики, сомкнув свой ряд, стали напротив археологов.

Неизвестно, что было бы дальше, не вмешайся Ивор – взяв одного из физиков за шиворот, он отвёл его на несколько шагов от девушки и отпустив ткнул пальцем в пол пещеры.

– Увижу кого-то из вас ближе к ней, чем это расстояние… – Он провёл пальцем от ног физика, до ног Лилины. – Вышвырну из пещеры вон. Я понятно сказал?

– Да иди…

Физик было рванулся опять к своим товарищам, но в тот же миг у него перед лицом оказался кулак Ивора, который был ничуть не меньше лица физика.

– Доказать?

– Не нужно. – Буркнул физик и повернувшись, направился к своему профессору, который, вместе с Ирной, стоял напротив недосверленных отверстий в стене пещеры.

За ним потянулись и другие молодые физики, стараясь подальше обойти, наблюдавшего за ними, со сдвинутыми бровями, Ивора.

Когда физики ушли, к Ивору подошёл Денис и протянул ему руку.

– Спасибо, шеф.

Смерив его хмурым взглядом, Ивор повернулся и направился в сторону профессоров и чем ближе он к ним подходил, тем дальше от них отступали молодые физики, но как только Ивор оказался около них, профессор Норманн отвернулся от Ирны и направился в сторону молодых физиков.

– Что-то решили? – Поинтересовался Ивор у Ирны.

– Развёрнёте с Валио буровую и где профессор покажет там и будете бурить. Они сами возьмут пробы. В общем, что он скажет, то и будете делать.

– Молодёжь чересчур уж задиристая. Не сработаемся.

– Уже успели. – Ирна покрутила головой.

– Они к Лилине прилипли.

– А тебе то, что?

– Свои есть. Не хуже.

– Ну и ну. – Ирна широко улыбнулась. – Но имей ввиду – Лилина моя и я её никому не отдам.

– Как скажете, госпожа профессор.

– Я уже сказала.

Дёрнув плечами, Ивор направился к археологам. Подойдя, он положил руку на плечо Валио.

– Пойдём бурить. Ирна нас отдала физикам.

Валио тут же состроил гримасу сострадания. Ивор наклонился к нему.

– Забудь!

– Что? – Валио поднял на Ивора взгляд.

– Не что, а кого. – Его губы вытянулись в широкой усмешке. – Её.

– О ком ты? – Валио поднял брови.

– Не юли. – Ивор хмыкнул. – Я прекрасно вижу, как ты пялишься на Лилину. Готов сожрать. Ирна сказала, что она её. Наверняка для сына присмотрела. Так что – забудь! – Ивор положил руку на плечо Валио. – Мы тебе лучше найдём. – Он шагнул в сторону и потянул Валио за собой. – Пойдём бурить. Физики уже издёргались. – Убрав руку с плеча Валио, он повернулся и направился в сторону буровой установки.

Состроив кислую гримасу, Валио поплёлся за Ивором…

Третье отверстие бурили очень аккуратно, улучшенным буром, привезённым физиками. Норман с молодыми физиками, периодически исследовали керн всевозможными анализаторами, которых, в изобилии, они привезли с собой, но никаких новых ни элементов, ни минералов, кроме уже известных, не находилось. И всё же, как Ивор не был аккуратен, бур всё же ткнулся в твёрдый слой стены – взвизгнула муфта и Ивор тут же включил реверс. Штанга поползла назад.

Бур был оплавлен, хотя и не так сильно, как при первых двух бурениях. Его анализ физиками ничего не дал – ни единого атома инородного вещества найдено не было. Профессору ничего не осталось, как состроить гримасу полнейшего недоумения.

– Такое впечатление, что там абсолютный кристалл. – Принялся объяснять он, подошедшей Ирне. – Нечто подобным был покрыт шип на корпусе, найденного в пустыне, инопланетного корабля. Если не ошибаюсь, инопланетный капитан называл тот минерал иштором. Но он был непроницаем для всех наших анализаторов, а здесь же совершенно иная картина – анализатор прекрасно видит и полость и её содержимое, но бур… – Он покрутил головой. – Не идёт. А какова высота гор над нами? – Поинтересовался он у Ирны.

– Порядка трёхсот метров. – Ирна подняла плечи.

– Сделать над полостью площадку и попытаться пробить сверху колодец. – Норманн состроил непонятную гримасу. – Но это лишь в следующий сезон. Сейчас уже не успеем. В пещеру буровую вышку не затащишь. Делать нечего – придётся ждать. А как ваши успехи? – Он вопросительно взмахнул подбородком.

– Заканчиваем. – Ирна натянуто улыбнулась. – Ещё пару дней. Но кроме этой полости, другого ничего найти не удалось. Кроме досады, никаких других чувств. Или я чего-то не понимаю, или здесь, действительно, не было того, что я пытаюсь найти.

– А удалось расшифровать какую-либо надпись? – Норманн указал рукой на знаки на стене напротив, отдалённо напоминающие неправильные геометрические фигуры.

– Никакого представления. – Ирна мотнула головой. – Мы даже не можем понять: настоящая ли это письменность, или же просто, какая-то нелепая шутка ироничного тарка. Здесь не много подобных значков. Две их последовательности напротив этой полости, но они, совершенно, разные. Возможно, какое-то предупреждение, чтобы не долбили здесь стену. – Ирна глубоко вздохнула.

– Госпожа профессор! – Донёсся далёкий высокий голос.

Ирна повернула голову – в их сторону шла Лилина.

– Видимо, что-то произошло. – Ирна вскинула брови. – Зря идти в такую даль не имеет смысла.

– А я могу узнать, что там произошло или это секретная информация? – Поинтересовался Норманн.

– Какие секреты, раз уж вы здесь. Это, действительно, далеко, а у нас нет никакого транспортного средства.

– Я не тороплюсь.

– Тогда, пойдёмте. Не мешало бы нашим специалистам придумать какое-то новое средство связи для таких сложных условий.

Повернувшись, Ирна направилась навстречу девушке. Норманн пошёл следом.

– Госпожа профессор! – Заговорила Лилина, шумно дыша, когда они встретились. – Там ещё одна полость. Ребята послали меня спросить: может быть господин профессор заинтересуется ею?

– Увы. – Норманн негромко хмыкнул. – Придётся отложить до следующего раза. С наскока их не одолеть.

– Но она огромна и пуста. – Лилина развела руками и покрутила головой.

Ирна и Норманн переглянулись.

– Я не совсем поняла. – Ирна сдвинула брови. – В чём суть твоего сообщения?

– П-полость. – Выдавила из себя девушка и её щёки заметно порозовели.

– На ваше усмотрение, господин профессор. – Ирна подняла плечи. – Мне, поневоле, туда идти.

– С вашего разрешения, госпожа профессор, я воздержусь. Разрешите откланяться. – Он кивнул головой.

– Как пожелаете. – Ирна развела руками. – Надеюсь, это не последняя наша встреча здесь. – Она шагнула к Лилине и взяла её под локоть. – Пойдём, дорогая, посмотрим, что такого, вы там нашли, что тебе пришлось идти в такую даль. Мог бы кто-то и из молодых людей сбегать.

– Я сама вызвалась. – Лилина улыбнулась. – Захотелось пройтись.

– Вот как! – Ирна хмыкнула. – Весьма!

Ирна принялась рассказывать о результате работы физиков, потом они перешли на обсуждение учёбы Лилины в институте и за разговором их путь оказался не таким длинным и утомительным.

Как только они подошли к щиту, сидящие у стены аспиранты, поднялись. Денис протянул им две баночки тоника.

– Зря я туда ходила. У физиков та же проблема – бур сгорел. – Заговорила Ирна, беря баночку. – Устала, дальше некуда. Что вы там нашли? Это может подождать до утра? Уже вечер.

– Если полость не убежала до сих пор, надеюсь, не убежит и до утра. – Губы Дениса растянулись в широкой улыбке.

– То, что острить вы мастера, я уже убедилась. – Ирна улыбнулась уголками губ. – Хорошо! Показывайте. Посмотрим. А что с ней делать, решим утром.

Денис подошёл к щиту анализатора и ткнув пальцем в одну из его клавиш, активировал его – вспыхнувший экран был покрыт почти сплошным серым цветом.

– И что это? – Ирна кивнула подбородком в сторону серого экрана.

– Это значит, что за семиметровой стеной огромная пустота, глубже тридцати метров. – Пояснил Денис.

– А её ширина? – Ирна развела руки.

– Мы прошли более трёхсот метров вдоль неё. – Денис покрутил головой.

– Может это внешняя сторона гор? Расщелина.

– Мы смотрели карту – там нет там никаких расщелин.

– Сколько ещё осталось до тупика? – Ирна повернулась в ту сторону, где пещера заканчивалась.

– Около полутора тысячи метров.

– Посмотрим, что там.

– Но ведь вы же сказали – завтра! – В голосе Дениса послышалось возмущение.

– Считай – оно и наступило. – Ирна улыбнулась.

– Как скажете.

Взявшись за ручку щита, Денис покатил его в, теряющийся вдали, конец галереи. Итон взялся за вторую ручку и скорость щита заметно увеличилась.

Вскоре щит оказался в тупике. Ирна приказала установить его напротив торцовой стены галереи. Развернув его, аспиранты включили анализатор – на экране была всё та же серая картина, но была она какой-то не такой. Аспиранты принялись тыкать пальцами в панель управления анализатора. Наконец, Денис повернулся к стоящим за ними Ирне и Лилине.

– Толщина стены здесь около трёх метров. К тому же, анализатор выделяет характерный сдвиг цвета. – Он провёл пальцем по экрану. – Такое впечатление, что здесь когда-то был проход.

– Где? Далеко от края? – Поинтересовалась Ирна.

– Около метра.

Ирна подошла к торцовой стене пещеры и принялась всматриваться в неё. Затем провела рукой, постучала по ней ладонью и отвернувшись, дёрнула плечами.

– Здесь нет никаких швов. – Произнесла она.

– Тот, кто маскировал проход, постарался сделать так, чтобы его не нашли. – Губы Итона вытянулись в широкой усмешке.

– Что-то интересное? – Поинтересовался, подошедший Ивор.

Валио тут же оказался рядом с Лилиной, опрометчиво оставленной молодыми археологами без внимания.

– Молодёжь утверждает, что здесь есть дверь на ту сторону. – Ирна похлопала рукой по стене.

– Вот как. Можно взглянуть? – Ивор взмахнул подбородком.

– Взгляни. – Ирна сделал несколько шагов в сторону. – Почему вы не привезли бур?

– Если это стоит бура, я за ним сбегаю.

Подойдя вплотную к стене, Ивор принялся всматриваться в неё, затем начал водить по ней руками.

– И где же она? – Произнёс он, повернувшись в сторону аспирантов.

– Если верить излому цвета. – Денис провёл пальцем по экрану. – Примерно, в метре от стены.

Ивор подошёл к экрану щита и принялся всматриваться в него. Желая ему помочь, Денис провёл пальцем по экрану.

– Вот. На весь экран.

– А как она идет вдоль потолка, пола? Смотрели? – Поинтересовался Ивор.

– Если судить, что излом цвета идёт от пола до потолка, то, скорее всего, проход идёт по их граням. – Денис ткнул пальцем в нижнюю часть экрана отключая щит.

– В древние времена, строители сооружений, часто делали в стенах потайные двери, чтобы в случае опасности, можно было незаметно уйти от врага, которые открывались нажатием на потайной ключ или кирпич. – Заговорила Лилина. – Тарки, несомненно, жили в древние времена и почему бы им не создать что-то подобное? – Она обвела всех восторженным взглядом.

– И где же, по твоему, этот потайной кирпич. – Губы Ивора вытянулись в широкой усмешке.

– Думаю, он не должен быть очень далеко. – Лилина покрутила головой. – Эту стену мы уже смотрели. – Она махнула рукой в сторону правой к тупику стены. – Давайте посмотрим эту. – Она махнула рукой в сторону противоположной стены.

Денис и Итон, взявшись за щит подкатили его к противоположной стене и включив, уставились в экран.

– Я ничего не вижу. – Наконец, произнёс Итон, крутя головой. – стати, пустота здесь заканчивается. – Он провел пальцем, примерно, через середину экрана.

– Посмотрите подальше. – Произнесла Ирна.

Ивор и Валио неторопливо покатили щит вдоль стены. Остальные шли напротив экрана, пристально всматриваясь в него, но ничего, что могло бы ассоциироваться с каким-то механизмом на экране не отображалось. Пройдя около сотни метров, процессия остановилась.

– Нет смысла тащиться дальше. – Заговорил Ивор. – Нужно быть полным идиотом, чтобы относить потайной механизм так далеко. Можно и не успеть добежать до двери. Скорее всего, нужно, просто-напросто, выломать ту дверь. Завтра с утра и начнём бурить.

– Значит, что-то мы упустили.

Произнесла Лилина и повернувшись пошла назад, всматриваясь в пол. Не доходя до тупика пять-шесть шагов, она присела и принялась водить рукой по полу, медленно передвигаясь вдоль стены на корточках.

Подошли остальные археологи. Итон присел рядом с девушкой.

– Я ничего не вижу. – Произнёс он.

– Здесь что-то есть. Я чувствую странные колебания. – Произнесла Лилина, поднимая голову и смотря на Ирну.

– Странно. – Состроив гримасу, Итон дёрнул плечами.

– Ты, просто устала. – Ирна улыбнулась девушке.

– Да нет же! – В голосе Лилины послышалось возмущение.

– Я тоже чувствую, что меня ноги уже не держат. – Заговорил Ивор. – Если не пойдём отдыхать, я свалюсь прямо здесь. – Он подошёл вплотную к Лилине. – Что ты тут можешь чувствовать. Ничего здесь нет. Смотри.

Чуть присев, он подпрыгнул и с глухим тяжёлым звуком, опустился на пол, рядом с девушкой

– Проклятье! – Ивор, задёргался всем телом и отчаянно замахал руками.

– Не умно! – Ирна выдавила из себя, жалкую улыбку. – Отдых! Завтра продолжим.

– Я не умничаю. – Ивор выпрямился и подняв плечи, покрутил головой. – Пол действительно зашатался. Я едва устоял.

Археологи переглянулись. Ирна подошла к Ивору и постучала ногой по полу. Ничего не произошло.

– Ты серьёзно? – Она сдвинула брови.

– Мне не до шуток.

Ирна подняла взгляд на аспирантов.

– Посмотрите, что здесь. – Она ткнула указательным пальцем себе под ноги.

Она и Ивор отошли в сторону. Аспиранты подкатили щит к указанному месту и направив на пол, склонились над ним.

– В принципе… – Заговорил Итон. – Здесь тоже самое, что и на стене – излом целостности цветовой палитры. Лишь меньших размеров. Но есть здесь и нечто, что при большом воображении можно принять за какой-то рычаг, идущий вдоль стены. – Он провёл пальцем по экрану. – По крайней мере: я склонен к такому выводу.

– И где же границы кирпича? – Поинтересовался Ивор.

– Примерно полметра от стены и чуть более метра вдоль неё. – Итон достал из кармана курточки белый грифель и нарисовал на полу, около стены, прямоугольник. – Как-то так. Видимо, для трёх-четырёх человек

Ивор обвёл взглядом археологов.

– На весы. – Он ткнул пальцем в площадь прямоугольника. – Узнаем – мы тяжелее или тарки.

Он смело перешагнул через белую полосу и повернулся к стене спиной.

– Валио – проснись. – Ивор ткнул пальцем в прямоугольник, рядом с собой.

Состроив непонятную гримасу, Валио стал рядом с ним.

– Денис. Ты вроде бы ничего. Сюда. – Ивор ткнул пальцем по другую сторону от себя.

Аспирант смело шагнул в прямоугольник и стал рядом с Ивором. Все уставились в торцовую стену пещеры, но никаких изменений с ней не происходило.

– Мелочь – Ивор глубоко вздохнул и обвёл взглядом оставшихся археологов. – Госпожа Шарова! Определённо, без вас ничего не получится.

– На руки возьмёшь? – Ирна широко улыбнулась.

– Мы потеснимся. – Ивор чуть толкнул Валио и взяв Дениса за плечо, прижал к себе. – Пожалуйста, госпожа профессор.

Ирна подошла к прямоугольнику сбоку и осторожно переступила белую полосу. Ничего не произошло. Ирна громко хмыкнула.

В тот же самый момент, будто её возглас послужил сигналом, стена в торце пещеры заметно дрогнула и медленно поползла вниз. Остекленевшими взглядами археологи уставились в расширяющийся от потолка проём, в котором появлялось нечто. Наконец, плита полностью ушла вниз, открыв взору археологов огромную площадь, с виднеющимися за ней многочисленными ходами, уходящими в глубь горы.

Первой пришла в себя Ирна. Не глядя себе под ноги и потому, постоянно сбиваясь с шага, она направилась к образовавшемуся проёму. Археологи, затаив дыхание, следили за ней, не двигаясь с места. Пройдя через проём, она остановилась и покрутила головой.

– Крепость – Раздался её голос. – Всё же, она существует.

Позади Ирны раздался громкий шелест. Она попыталась оглянуться, но что-то твёрдое ткнулось ей в ноги. Не устояв, она шагнула вперёд и полетела вниз.

Плита, скользя вверх, гораздо быстрее, чем опускалась, закрывала проём.

– Стой! Стой! – Раздался громкий крик, пришедшего в себя Ивора.

Сорвавшись с места, он бросился к проёму. Плита ещё больше увеличила скорость своего подъёма. Сделав несколько огромных шагов, Ивор оказался у плиты и схватившись за её край, подпрыгнул и нырнул в сужающийся проём. Плита замедлила свой ход. Донёсся громкий выход, будто сдулся воздушный шар. Плита замерла, оставив у потолка щель не толще ладони. Прошло несколько мгновений и по стене вниз скользнула красная струйка. Истошный женский вопль, многократно отражаясь от стен пещеры, унесся прочь.


***


Не прошло и трёх часов, как прибыли спасатели с северной базы на двух коптерах. Их было более двадцати человек. Археологи дожидались в левете. Лилина сидела прижавшись к Денису, периодически срываясь в истерику. Никто её не успокаивал, лишь аспирант крепче прижимал её к себе. При появлении спасателей выходить из левета она не захотела, закатив очередную истерику и потому к спасателям вышли лишь Валио и Итон. К ним тут же подошёл плотного телосложения моложавый мужчина с короткой стрижкой. В свете прожекторов, подробно рассмотреть черты его лица было проблематично.

– Капитан Рольф. – Мужчина резким движением поднёс ладонь к виску своей головы и тут же сбросил её вниз. – С кем имею честь? Что произошло?

– Валио – механик археологической группы. – Назвал себя Валио.

– Аспирант института археологии Итон Стоков. – Назвал себя Итон.

– Наша группа, под руководством профессора Шаровой, проводила обследование пещеры тарков. – Принялся объяснять Валио. – В самом конце пещеры нам удалось найти дверь или проход, который был закрыт массивной плитой. Нам удалось сдвинуть плиту. Госпожа Шарова прошла через проём и тут плита начала подниматься, закрывая проход. Госпожа Шарова или упала или что-то другое с ней произошло, не знаю. – Валио мотнул головой. – Она осталась по ту сторону плиты и исчезла из нашего вида. Ивор – наш буровой мастер, бросился к плите, видимо, надеялся спасти госпожу Шарову и его придавило плитой. Вот, собственно и всё. – Валио дёрнул плечами.

– Где это? Далеко отсюда? – Поинтересовался капитан Рольф.

– Около десяти километров. В самом конце пещеры. – Валио махнул рукой в сторону горной ниши.

– Транспортным средством есть возможность воспользоваться?

– Нет. – Валио мотнул головой. – Сама галерея достаточно широкая, но вход в неё очень узок. Если только эту скалу срезать. – Валио вновь махнул рукой в сторону ниши.

– Нужно будет, срежем. – Резко и категорично прозвучал голос Рольфа. – Покажите место происшествия.

Повернувшись, Валио направился в сторону ниши. Догнав его, Итон пошёл рядом. Капитан спасателей, выкрикнув несколько громких команд, направился за ними, с кем-то разговаривая по спейсу. За ним потянулось с десяток спасателей.

Валио оглянулся на капитана.

– Имейте ввиду… – Заговорил он. – Связь в пещере не работает.

Капитан остановился и уставился в Валио немым взглядом.

– Много железа. Сильная экранизация. – Пояснил Валио.

Капитан оглянулся и махнул кому-то рукой. Один из шедших за ним спасателей, подбежал к нему. Отдав какое-то распоряжение, капитан продолжил свой путь.

Когда, наконец, спасатели оказались около места происшествия, там ничего с его момента не изменилось, за исключением того, что перед плитой образовалась приличное тёмное пятно, при виде которого, Итон, состроив гримасу страха, поспешно спрятался за спины спасателей. Капитан Рольф, наоборот, тут же оказался около панели и принялся её ощупывать, будто ища то место, дотронувшись до которого, можно заставить её разжать свои каменные клешни.

– Господин капитан! – Окликнул его Валио. – Плита сдвинулась с места лишь тогда, когда несколько археологов стали на этот прямоугольник. – Он указал рукой на нарисованный на полу около стены прямоугольник. – Затем мы ещё раз попробовали стать на это место, но видимо нашей массы не хватило, чтобы механизм управления плитой пришёл в движение.

Капитан тут же подошёл к Валио.

– Сколько вас было? – Рольф вопросительно взмахнул подбородком.

– Четверо. Но первый раз масса стоявших здесь была гораздо больше, чем во второй.

Капитан стал в прямоугольник и кивнул рукой трём ближним спасателям.

– Станьте рядом. – Приказал он.

Трое, достаточно внушительного вида спасателей, подошли к своему командиру и стали рядом с ним. Прошло достаточно долгое время, но ничего не произошло. Капитан уставился в Валио. Валио нашёл взглядом Итона.

– Включи анализатор и посмотри, правильно они стоят. – Произнёс Валио.

– Место же очерчено. – Тихим голосом ответил Итон.

– Что-то могло сдвинуться. – В голосе Валио послышались нотки раздражения.

Стараясь не смотреть в сторону тёмных потёков на подвижной плите, аспирант подошёл к щиту и включив его, уставился в экран. Затем поднял голову на Валио.

– Правильно. – Произнёс он единственное слово и тут же отошёл на прежнее место.

Повернув голову в сторону капитана и подняв плечи, Валио покрутил головой.

– Может вы как-то по особенному стояли? Какой-то порядок был другой? – Поинтересовался Рольф.

– Обычн… – Валио, вдруг, осёкся.

А почему плита пошла вниз? Замелькали у него мысли. Я ведь, совершенно, не почувствовал, чтобы пол под ногами шевельнулся. А что же тогда Ивор дёргался? Комедию ломал? Но тогда почему? Первым стал Ивор, затем я, Денис и последней стала Ирна. И плита пошла вниз. Ирна. Она и есть причина. Значит что-то в стене или полу анализирует биополе и если оно отвечает каким-то критериям – вход открывается. Скорее всего анализатор в стене; на полу лишь обозначена территория анализа. Пусть даже все десантники станут друг другу на плечи – плита останется на месте.

– Можете убираться. – Валио махнул стоявшим у стены десантникам рукой и шагнул к капитану. – Чтобы плита открылась, нужно какое-то поле. – Заговорил он. – Госпожа профессор является носителем такого поля, прочитав которое механизм и открыл вход. Что у ней за поле, которое она прячет ото всех, узнаем когда откроем плиту.

– И как же, тогда, мы её откроем? – Капитан вскинул брови.

– Будем долбать! – Состроив гримасу, Валио дёрнул плечами. – Долбяки в руки и вперёд. Сеть здесь есть. Не хватит мощности, тащите дополнительный кабель.

– Они с автономными источниками. А толщина стены?

– Около трёх метров.

– Ерунда! – Капитан махнул рукой.

– Хм-м! Железный гранит. – Валио покрутил головой.

– Справимся!

Валио дёрнул плечами, уже молча.

Капитан подошёл к высокому ящику и взяв с него что-то, приложил к уху. Влекомый любопытством, Валио подошёл ближе: от ящика в сторону входа тянулся провод – это оказался проводной телефон. Валио удовлетворённо покрутил головой.

– Что они будут делать? – Раздался рядом с ним голос Итона.

– Попытаются разбить плиту долбяками. – Не поворачивая головы, заговорил Валио.– Иначе не добраться до Ирны и Ивора .

– Они живы? – Прошипел Итон.

Оглянувшись, Валио уставился в аспиранта немым взглядом.

– Извините! – Лицо Итона приняло наиглупейшее выражение. – Может быть мне можно уйти? – Выдавил он из себя.

– Можно. – Валио кивнул головой. – Забирай свой агрегат и катись. Здесь сейчас будет столько грохота, что всем придётся уходить. А вообще-то, проваливайте вы все отсюда. – Валио махнул рукой. – Домой. Достанут Ивора – зрелище будет… – Он мотнул головой. – Не для нормальных. Оставите левет на площадке института. Расскажешь своему профессору, что произошло. Иди! – Он махнул рукой в сторону уходящей вдаль галереи.

Итон подошёл к щиту, перевёл его в походное положение и взявшись за ручку, потянул за собой к выходу.

– Куда он? – Поинтересовался, подошедший к Валио капитан Рольф.

– Домой. Что искали – нашли. Делать им тут больше нечего. Не держите их. – Произнёс Валио.

– Нам они не нужны. Но утром здесь будет служба безопасности.

– Я всё расскажу сам. – Валио покивал головой. – Они Ивора не толкали под плиту – сам полез. Да и Ирна, тоже, сама.

Ничего не сказав, капитан отошёл.

В ожидании спасателей с долбяками, Валио нашёл себе пристанище поодаль от места происшествия на полу пещеры, прижавшись к стене спиной и положив голову на колени – в пещере было тепло и сидеть на полу было не холодно. По его хронометру, уже наступило утро. Чувствовал он себя, изрядно, уставшим, так как, практически, весь вчерашний день и всю ночь провёл на ногах и сейчас усевшись, он чувствовал, что подняться уже не в состоянии. Его голова быстро тяжелела, будто на неё клали что-то тяжёлое. Его веки сомкнулись…

Валио вздрогнул и открыл глаза. Откуда-то со стороны доносился противный нудный писк, переменной тональности, будто кто-то играл на испорченном музыкальном инструменте. Он попытался поднять голову, в шею тут же впились тысячи игл, заставив его негромко простонать, но всё же он не остановил своего действия и подняв голову, медленно покрутил ею. Сноп игл от шеи покатился по телу, будто колючий шар. Валио начал шевелиться, пытаясь размять одеревеневшее тело. Прошло немало времени, когда, наконец, по телу пошла волна тепла. Помогая себе руками, он поднялся и осмотрелся.

Нудный писк шёл от работающих у плиты спасателей. Их было не менее десятка. Работали они парами, держа с двух сторон в руках достаточно громоздкие механизмы. На полу уже лежали несколько крупных обломков плиты, но сквозного отверстия в плите ещё не было. На удивление, не было и пыли, неизменного атрибута разрушительных работ. Вторая группа спасателей сидела поодаль кто на чём – видимо, отдыхала. Валио, нетвёрдой походкой направился к ним. Подойдя ближе, он увидел капитана, сидящего среди спасателей и повернул к нему.

– Набегался за вчерашний день и уснул. – С виноватой гримасой на лице, громким голосом заговорил он, останавливаясь перед капитаном. – Трудно приходится? До сквозняка далеко ещё?

– Да уж нелегко. – Капитан поднялся. – Пришлось ультразвуковые долота врубить на полную мощность. Меняемся каждые полчаса. Больше не выдержать. С метр уже прошли.

– Странно как-то, пыли совсем не видно.

– Плита очень твёрдая. Камень выкалывается большими кусками да и отсосы хорошо работают.

– А сколько уже долбаете? Долго я проспал?

– Около полутора часов долбаем. Я не видел, когда вы уснули. Но спали, наверное, часа два. Я не стал будить.

– Уже утро?

– Утро. – Капитан Рольф согласно кивнул головой. – Скоро здесь народу будет, не протолкнуться. Восемь коптеров, забитых учёными, корреспондентами и ещё кем-то, идут сюда. Больше сотни человек. Два старшины Регистра.

– Тут неподалеку, в нише, наш лагерь. Пойду приведу себя в порядок.

Повернувшись и обойдя отдыхающих спасателей, Валио направился к одной из ниш пещеры, где в последний день работы располагался лагерь археологов.

Когда он появился из ниши лагеря, то увидел, что в плите уже есть, достаточно, большая дыра. Он, незамедлительно, направился к ней. Капитан Рольф был около дыры и приставив к глазам какой-то предмет, заглядывал им в неё. Валио попытался заглянуть в дыру, но в сером отверстии что-то рассмотреть было невозможно. Видимо почувствовав его, капитан убрал предмет от лица и повернул голову.

– Ничего невозможно понять. – Заговорил он. – Сплошные пещеры.

– Госпожа Шарова сказала, что там крепость тарков. – С некоторым возмущением произнёс Валио.

– Нет там никакой крепости. – Капитан мотнул головой и отступил от дыры.

Валио тут же нырнул в дыру, но она оказалась узковата – пролезли голова и одно плечо. Побарахтавшись, он оставил свои усилия и выпрямился.

– Нужен кто-то худой. – Произнёс он резким голосом. – Во второй половине плиты дыра гораздо шире.

– Сюда и ребенок не пролезет. – Капитан усмехнулся. – Неожиданно вывалился большой кусок. Видимо, плита имела дефект. – Пояснил он.

– Так долбайте дальше. – Возмутился Валио.

– Сейчас очистим долота и продолжим. – Капитан вскинул брови, будто удивляясь непонятливости археолога.

– Там госпожа Шарова! Ей нужна помощь! – Выкрикнул Валио.

Ничего не сказав, капитан направился к спасателям, возившимся с ультрозвуковыми долотами. Вскоре первая пара направилась к плите и через несколько мгновений пронзительный звук возвестил о возобновлении работ.

Дыра в плите постепенно расширялось. Валио нетерпеливо маячил за спинами спасателей, не обращая внимания на закладывающие уши звуки и когда ему показалось, что дыра уже достаточно велика, он бесцеремонно похлопал одного из спасателей по плечу и кивнув головой в сторону, показывая, чтобы тот отошёл и дождавшись, когда тот отступил, нырнул в дыру и опять голова и одно плечо пролезли в неё без проблем, но второе плечо всё же уперлось в край дыры и как он ни дёргался и не ужимался, как ни толкали его спасатели, влезть в дыру не удалось. Выбравшись, Валио с досадой махнул рукой и вновь отступил от плиты. И только лишь третья попытка оказалась успешной – второе плечо, хотя и с достаточным усилием, оказалось в дыре, но сам ползти в ней он был не в состоянии.

– Толкайте! – Заорал он во всё горло.

Взяв за ноги, спасатели начали проталкивать его внутрь дыры. До половины дыры им пришлось прикладывать значительные усилия. Одежда на плечах Валио порвалась и он чувствовал, как острые кромки дыры раздирают плечи, которые вспыхнули, будто к ним поднесли горящие факелы и каждый толчок спасателей настолько острыми иглами впивался в мозг, что в глазах Валио темнело. Пытаясь не выдать своей боли, чтобы спасатели не вытащили его назад, он настолько плотно сжимал зубы, что казалось они вот-вот выломаются из челюстей. Наконец, за серединой плиты отверстие начало расширяться и продвигаться стало свободнее. Валио попытался помочь себе руками, но ворвавшийся в мозг обжигающий приступ боли, заставил прекратить это действие. К концу же плиты дыра расширилась настолько, что Валио, поневоле пришлось помогать себе руками, но уже затем, чтобы не вывалиться из дыры. Он замахал ногами, пытаясь показать спасателям, чтобы они прекратили его толкать, но они, видимо, поняли его действие по своему и схватив за ноги, потащили назад.

– Стой! Проклятье! Стой! – Заорал Валио, ещё энергичнее дёргая ногами и уцепившись руками за внешний край плиты, попытался остановить своё сползание назад.

Видимо, наконец, поняв, что от них нужно, спасатели отпустили его ноги и Валио, подтянувшись на руках, выглянул из-за края плиты.

Впереди простиралось, достаточно, обширное коричнево-серое плато, скорее всего вырубленное в скале, так как такое масштабное образование естественного происхождения представить было трудно. Плато простиралось в левую сторону и скорее всего в той стороне был выход, так как там было, достаточно, светло. Под Валио была совсем узенькая площадка, которая шла вдоль плиты и с правой стороны вниз шли такие же узкие ступеньки, по которым можно было идти лишь боком, прижимаясь спиной к стене. От дыры, из которой он выглядывал, до плато было не менее четырёх метров. В окружающий плато полукольцом стене скалы виднелись несколько входов, видимо в другие пещеры. Валио насчитал их шесть. Но все они имели один уровень с плато и только лишь та пещера, из которой он сейчас выглядывал, возвышалась над плато. Никаких предметов, кроме стоящего неподалёку строения, примыкающего прямо к стене, на плато не наблюдалось. Строение было круглое с оконными проёмами, но без стёкол и видимо было выдолблено из скалы. Ирны нигде не видно не было.

Может она в том строении? Мелькнула у Валио обнадёживающая мысль.

Он приподнял голову и содрогнулся – чуть в стороне из края плиты торчали две человеческие ладони, от которых по плите вниз шли две широкие тёмные полосы.

Шумно выдохнув, Валио опустил голову: от края дыры до узкой площадки было чуть более метра, но площадка была настолько узкой, что у него появилось сомнение, что он сможет развернуться на ней, чтобы стать на ноги. Что было внизу, под самой площадкой, было не видно, но скорее всего, отколовшийся кусок от плиты валялся там, так как виднелся его изломанный край.

Проклятье! Лицо Валио исказилось гримасой досады. Нужно было привязать к ноге верёвку. Попробуй теперь докричись до них. Опять тащить начнут.

– Эй-й! Там! – Закричал он и дёрнул одной ногой. – Привяжите верёвку к ноге. – Он опять подёргал ногой и тут же почувствовал, как сильные руки, схватившись за неё потащили его назад и ему пришлось взмахнуть второй ногой, чтобы попытаться освободиться от хвата рук спасателей. – Идиоты! Верёвку! – Постарался прокричать он, как можно громче.

Хват рук исчез. Валио замер в ожидании, согнув одну ногу, готовый отбить попытку вытащить его из дыры.

Вскоре он почувствовал, что его ноги вновь что-то коснулось, нога непроизвольно дёрнулось, но скользнувший по ноге предмет не был руками. Валио замер.

Верёвка. Догадался он. Наконец-то!

Верёвочная петля охватила его ногу и нога выпрямилась, но спасатели не потянули его назад, видимо, ожидая, что будет дальше.

Валио, схватившись за край дыры, подтянулся, плечи тут же вспыхнули огнём, заставив лицо исказиться гримасой боли, но он не остановил своего действия. Подтягиваясь на руках, он выполз из дыры и выглянул из-за площадки: его сердце похолодело – внизу, лицом вниз, лежала Ирна. Нижняя часть её тела пряталась под вывалившимся из плиты куском.

Проклятье! Придавило!

Досадная мысль острой иглой кольнула мозг Валио, но присмотревшись, он понял, что вывалившийся кусок не прижимается плотно к плато внизу, а лежит под углом, опираясь своей одной стороной о стену. Валио энергичнее заработал руками, не замечая боли, задергался всем телом, торопясь поскорее выбраться из дыры.

Скользнув вниз, он повис на верёвке, но изогнувшись, схватился за верёвку и принялся тянуть её, верёвка скользнула вниз и он ощутимо грохнулся спиной о вывалившийся кусок плиты. Скользнув по нему, он скатился вниз и вскочив, бросился к Ирне – верёвка натянулась и он со всего маху рухнул на плато. Руки вспыхнули, будто он коснулся горячей сковороды.

– Идиоты! – Выкрикнул он очередное ругательство в адрес спасателей и не вставая, на четвереньках, пополз к Ирне, верёвка ослабла и потянулась за ногой.

Оказавшись около Ирны, он схватил её под руки и потянул из-под камня, это удалось сделать без проблем, она, действительно, не была им прижата. Вытащив, Валио перевернул её на спину. Его лицо исказилось очередной гримасой испуга – верхняя часть лица Ирны была залита кровью.

Он принялся лихорадочно отвязывать от ноги верёвку, но спасатели завязали такой хитрый узел и настолько тугой, что быстро разобраться с ним, не получалось.

– Проклятье! – Сорвалось с губ Валио. – Нож!

Он, вдруг, вспомнил, что у него в кармане есть нож, который он предусмотрительно положил туда, ещё в первый день экспедиции.

Сунув руку в карман, он достал нож и перерезав верёвку, отбросил нож и подсунув верёвку под Ирну, обмотал её вокруг её пояса два раза и завязав узел, вскочил и уже вознамерился бежать по ступенькам вверх, но подняв голову, увидел торчащее из дыры лицо спасателя.

– Болван! Куда! – Замахал он руками. – Назад! Тяните!

Но спасатель не подался назад, а наоборот, выскользнул из дыры и не свалился, как Валио, а профессионально перевернувшись, оказался стоящим на плато. Шагнув к Ирне, он присел около неё и дотронулся до шеи. Его лицо тут же исказилось гримасой досады. Поднявшись, он покрутил головой и взявшись за верёвку, несколько раз дёрнул за неё – верёвка поползла вверх, а вместе с ней и безвольное тело Ирны.

– Она мертва. – Будто удар грома, прозвучали для Валио слова спасателя.

– Но камень её не придавил. – Выдавил из себя Валио.

– Если судить по её виду – это произошло восемь-десять часов назад. – Произнёс спасатель и быстро поднявшись по ступенькам, принялся направлять тело Ирны в дыру.

Дыра для Ирны оказалась просторной и её тело, скользнув в неё, исчезло из вида.

Спасатель сбежал вниз и подойдя к Валио покачал головой.

– Нужно обработать раны. – Он указал рукой на одно из плеч Валио. – Чтобы не было проблем.

– Нечем. – Валио мотнул головой.

Сунув руку в карман курточки, спасатель достал пакет с биосалфетками и резким движением открыл его.

– Я сам. – Валио протянул руку и взял биосалфетки.

– Белой…

– Я знаю. – Произнёс Валио, прерывая инструктаж спасателя.

– Только снимите курточку, чтобы ткань не попала в рану.

Поморщившись от назойливости спасателя, Валио осторожно снял курточку и вдруг, почувствовал, что на плато гораздо прохладнее, нежели, чем в пещере.

Быстро обработав раны на плечах и приложив к ним биосалфетки и постояв некоторое время, с плотно сжатыми зубами, перетерпливая боль, он опять надел изрядно потрёпанную курточку и поднял взгляд на спасателя.

– Вы намереваетесь продолжать? Ивор ещё там. – Он поднял подбородок в том направлении, где торчали ладони бурильного мастера.

Спасатель поднял голову и тут же сорвавшись с места, побежал к ступенькам. Подбежав к дыре, он вызвал капитана Рольфа и начал ему что-то объяснять. Затем вновь сбежал вниз.

– Работы сейчас продолжатся. Нужно отойти на безопасное расстояние. – Спасатель вытянул руку в сторону.

– Расширьте дыру. Я хочу выбраться отсюда. – Сдавленным голосом заговорил Валио. – Здесь холодно. – Он поплотнее запахнул курточку – его начал бить озноб.

Спасатель вновь побежал наверх и что-то произнёс в дыру. Спустившись через некоторое время, он протянул Валио большую тёплую курточку.

– К сожалению, нашлась лишь такая.

– Благодарю!

Взяв курточку, Валио оделся и утопив голову в воротнике, направился подальше от дыры, так как сверху донеслись нудные звуки работы ультразвуковых долотен…


***


Для исследования пещер была организована группа под руководством профессора Норманна. Были в ней и четыре его аспиранта. Археологическую экспедицию возглавил профессор Горов, но археологи из группы Ирны отказались от дальнейшего изучения пещер.

Все пещеры, идущие от плато заканчивались большими просторными залами, в одном из которых располагался огромный блестящий цилиндр от пола пещеры, до её потолка. Учёные сошлись в мнении, что это какая-то энергостанция, так как от цилиндра, к башне на плато, под полом галереи шла или полость или какой-то энергопровод, бурить который учёные воздержались. Но одна пещера не имела зала, а заканчивалась тупиковой стеной. Но скорее всего, эта пещера тоже заканчивалась залом, который и был отгорожен от него этой самой тупиковой стеной. Исследования этой стены, проведённые физиками под руководством профессора Норманна, показали, что за стеной находится какой-то механизм или установка, которая имеет какое-то отношение к заполненной жидкостью полости, так как она располагалась в непосредственной близости от неё и они соединялись ещё одной короткой полостью. Все попытки пробурить отверстие в стене полости с жидкостью, чтобы взять из неё пробу, ни к чему не привели – горели все, самые сверхпрочные буры, которые смогла изготовить промышленность Гитты. Тогда было решено попытаться разбить тупиковую стену пещеры, за которой пряталась непонятная установка. Группе профессора Норманна, была передана группа спасателей капитана Рольфа, которая и занялась разрушением стены…

Высокий резкий звук, похожий на взвизгивание, больно ударил по ушам, заставив профессора Норманна недовольно поморщиться, а громкий шелест и глухой звук, отколовшегося и упавшего на пол пещеры куска стены – втянуть голову в плечи.

Собственно, страха, как такового у него не было, но от той установки, что находилась за стеной можно было ожидать чего угодно, а умереть, не узнав, что это, профессору Норманну не хотелось и потому, чтобы быть, хотя бы как-то готовому к возможной неадекватной реакции установки на попытку проникновения к ней, он не отходил от большого анализатора, контролирующего энергетичекие процессы за разбиваемой стеной. Из-за мер предосторожности стену разбивали лишь одним ультразвуковым долотом.

– Господин профессор!

Громкий окрик заставил Норманна оторвать взгляд от экрана анализатора и повернуть голову на голос – в его сторону смотрел спасатель, держащий в руках ультразвуковое долото. Норманн вопросительно взмахнул подбородком.

– Подойдите, пожалуйста. – Произнёс спасатель.

Норманн покрутил головой – его молодые ассистенты отсутствовали. Вспомнив, что разрешил им побродить по другим пещерам, пока спасатели разбивают стену, в поиске чего-то, заслуживающего внимания, он отвернулся от анализатора и подойдя к спасателю, ещё раз взмахнул подбородком.

Трое, ещё находящихся здесь спасателя, прервав свой отдых, тоже подошли к ним.

Спасатель приподнял ультразвуковое долото и повернул его рабочей частью к профессору.

– Вот!

– Что, вот? – Норманн вскинул брови.

– Сгорело. Едва с руками не улетело. Еле удержал.

– Возьми другое. – Профессор дёрнул плечами. – Это не моя забота, ваши долота. – Он мотнул головой.

– Сгорела рабочая часть долота, господин профессор. – Спасатель поднял долото выше, до груди профессора. – Камни полетели, будто выпущенные из ружья. Хорошо, что работал под углом. Там что-то ненормальное. – Он кивнул головой в сторону стены.

– Видимо очень твёрдое вкрапление. – Профессор дёрнул плечами. – Такое часто бывает в горной породе.

Он шагнул к стене и заглянув в дыру, отшатнулся – трёхметровая толща стены в том месте, где работал спасатель была пробита насквозь и в глубине дыры что-то синело.

– Проклятье! – Норманн метнулся к анализатору. – Просмотрел! – Он принялся манипулировать с настройками анализатора, но через некоторое время, выпрямился, дёрнул плечами и повернулся к спасателям. – Хм-м! – Лицо Норманна исказилось гримасой. – Анализатор не отмечает появление новой среды. – Он покрутил головой. – Будто и нет сквозного отверстия. Чушь какая-то. Совершенно непонятно: это твёрдое тело или жидкость. Возможно какая-то субстанция. Возьмите штангу и попробуйте взять пробу. – Он ткнул рукой в дыру. – Очень, очень аккуратно. Она может быть очень агрессивна.

– А привязать что?

– К чему?

– К штанге. Чем черпать субстанцию? – В голосе спасателя послышалось возмущение.

– Ничего черпать не нужно. – В свою очередь возмутился Норманн. – Просто ткните штангой в неё. Этого вполне достаточно. Только очень и очень аккуратно.

Положив ультразвуковое долото на пол, спасатель подошёл к стеллажу с инструментами, взял с него длинную штангу и развернувшись, медленно двинул её в дыру. Другие спасатели отступили в сторону, Норманн сделав шаг назад, лишь отвернул голову, но чтобы хотя бы краем взгляда видеть дыру и ползущую в неё штангу.

Напряжение нарастало. И вдруг, из дыры метнулся сноп жёлто-голубого пламени. Спасатель, будто получив мощный толчок, отлетел к противоположной стене пещеры и грохнувшись о неё спиной, сполз на пол и замер. Штанга, вылетев из его рук, яркой искрой мелькнула мимо головы Норманна и кувыркаясь и грохоча, понеслась по галерее пещеры, рассыпая фейверки искр из своего горящего конца. Стоящие спасатели упали на пол лицом вниз и прикрыли головы руками.

Грохот стих. Вскочив, спасатели бросились к своему неподвижному товарищу и начали его ощупывать и тормошить. Наконец, он шевельнулся и открыл глаза. Держась за щеку, к ним подошёл Норманн.

– Что с ним? – Поинтересовался он у одного из спасателей.

– Шок. Руки сильно обгорели. Обернули салфетками, может обойдётся. Сейчас отправим в реанимационный Центр. – Заговорил спасатель. – Да и вам, вижу, досталось. – Он протянул Норманну пакетик с биосалфеткой. – Приложите. Будет больно, но кожный покров быстро регенерируется и больших последствий не будет.

– Я же предупреждал. – Норманн покрутил головой. – Аккуратно и очень аккуратно.

Пытающийся взять пробу спасатель, лишь промычал что-то нечленораздельное.

Подняв пострадавшего коллегу, два спасателя повели его к выходу из пещеры.

Профессор открыл пакетик и достав биосалфетку, приложил её к обгоревшей щеке. Щека вспыхнула такой болью, будто это была не биоорганическая салфетка, а кусок раскалённого железа. В глазах у Норманна потемнело. Сжав зубы, он простонал раненым зверем. Его рука дёрнулась, чтобы убрать от щеки биосалфетку, но боль, вдруг, пошла на убыль и его рука замерла. Наконец боль стихла и Норманн убрал салфетку и провёл по щеке рукой – она была неестественно гладкой, заставив его сердце сжаться в тревоге. Он опустил руку и повернулся к оставшемуся рядом с ним спасателю.

– Что с моим лицом? – С тревогой в голосе произнёс он.

– Кожный покров восстановился, но он ещё молод. Пройдёт несколько дней и кожа примет естественный вид. Это обычная биологическая процедура. – Пояснил спасатель.

– Никогда не испытывал подобного ощущения. – Норманн попытался улыбнуться, но гримаса вызвала неприятное ощущение и он погасил улыбку. – Однако, пробу нужно каким-то образом, всё же, заполучить. – Он окинул спасателя долгим взглядом. – У вас есть какая-то одежда, защищающая от высоких температур? – Поинтересовался он.

– В коптере. Нужно идти. – Спасатель дёрнул плечами.

– Будьте любезны. Принесите. И скажите моим ассистентам, чтобы шли сюда. Довольно им блуждать.

Спасатель ушёл. Вернулся он не скоро и не один. С ним были аспиранты, ещё один спасатель и капитан Рольф, который тут же подошёл к Норманну, заглядывающему в дыру, где переливалась синева.

– Здравствуйте, господин профессор! – Громким голосом произнёс капитан Рольф.

Норманн выпрямился и повернулся к капитану спасателей.

– Здравствуйте, господин капитан.

– Что произошло? И зачем вам защитный костюм? – Поинтересовался Рольф.

– Что произошло, ваш подчинённый лучше знает и надеюсь, расскажет об этом и мне, а костюм мне нужен, чтобы взять пробу субстанции, которая находится там. – Норманн кивнул головой в сторону дыры.

– Вы сами будете брать?

– Сам! Чтобы не задавать больше глупых вопросов.

Норманн подошёл к спасателям.

– Защитный костюм принесли? – Поинтересовался он.

– Вот. – Пришедший спасатель кивнул головой в сторону прозрачного свёртка, лежащего на полу, с содержимым серебристого цвета внутри

– Как его надеть?

Один из спасателей присел, расстегнул пакет и достал одну часть одежды.

– Курточка. – Назвал он и другой рукой достал ещё одну часть. – Маска и перчатки. И брюки. – Он кивнул подбородком в сторону оставшейся в пакете части одежды.

Норманн сдвинул брови.

– Или вам нужен закрытый костюм? – Произнёс спасатель, поняв движение бровей профессора, как недовольство одеждой.

– Курточка, маска и перчатки. Остальное уберите. – Норманн повернул голову в сторону стоящих поодаль своих молодых ассистентов. – Помогите мне одеться.

Аспиранты подошли ближе и взяв из рук спасателя одежду, принялись натягивать её на профессора. Норманн был крупного телосложения и им пришлось приложить немалые усилия, чтобы натянуть на него курточку и застегнуть её.

– Тесновата. – Норманн пошевелил плечами.

– Это самый большой размер, который у нас есть сейчас. – Спасатель дёрнул плечами. – Больший размера нужно заказывать на базе.

– Потерплю. Давайте маску.

Один из аспирантов протянул профессору маску – это оказался шлем со стеклянной вставкой перед лицом. Надев её и перчатки, Норманн подошёл к стеллажу и взяв штангу, повернулся к стоявшим перед ним спасателям.

– Прочь отсюда! – Он вытянул руку в сторону галереи. – А вы… – Он повернулся к своим ассистентам. – К анализатору. Комплексный анализ на все виды энергий.

Дождавшись, когда все займут предписанные им позиции, Норманн приподнял штангу и направился к дыре.

Пока штанга двигалась до середины стены никаких ощущений у Норманна не было, но дальше она начала вибрировать и чем он двигал её глубже в дыру, тем вибрация усиливалась. К тому же, появилось противодействие движению, будто чья-то невидимая рука упиралась в штангу с той стороны стены, пытаясь не пустить её к тому, что охраняла.

Конец штанги стал лиловым и начал раскаляться. Норманн тут же вытащил её и прислонив к стене, подошёл к своим ассистентам.

– Там какое-то поле. Прикрепите к штанге магнитный датчик.

Один из аспирантов подошёл к стоящей у стены штанге и взявшись за неё, тут же отпустил, с грохотом она упала на пол. Норманн оглянулся.

– Что? – В его коротком вопросе послышалась тревога.

– Горячая. – Аспирант поднял плечи.

– Возьми другую! – Уже с нескрываемым возмущением, произнёс Норманн. – А вообще-то. – Он приподнял руку. – Ну-ка, отойди!

Он махнул рукой ассистенту и подойдя к стеллажу, принялся перебирать лежащие на нём штанги. Затем, взяв одну из них, опять направился к дыре.

Теперь дрожания штанги не было, когда её конец переполз далеко за середину стены, так как она была углепластиковая, но противодействие было и чем дальше профессор её продвигал, тем оно было ощутимее, будто с обратной стороны, действительно, находился кто-то невидимый и упираясь в сторонний предмет, пытался помешать его продвижению.

Норманн вытащил штангу и сняв перчатку, поднёс руку к тому её концу, который был в дыре – он был тёплый. Подойдя к своим ассистентам, он отдал одному из них штангу и сняв маску, потёр пальцами лоб.

– Так мы ничего не узнаем. – Он опустил руку и глубоко и шумно вздохнул.

– Датчик цеплять? – Поинтересовался аспирант со штангой.

– Цепляй! – Норманн махнул рукой и сняв перчатку со второй руки, повернулся к другому ассистенту. – Помоги снять костюм.

Аспирант принялся возиться с застёжками.

– Разреши мне?

Раздался голос и не дожидаясь разрешения, по застёжками пробежались чью-то пальцы и курточка распахнулась. Норманн повернул голову – рядом стоял спасатель, прежде помогающий ему одеть эту самую курточку.

– Благодарю!

Норманн сбросил курточку и подойдя к стоящему рядом с анализатором креслу уселся и повернул голову к своим ассистентам, закрепляющим на штанге датчик для измерения магнитных полей.

– Покажите, что вы там прилепили? – Произнёс он, когда один из аспирантов вознамерился направиться со штангой к дыре.

Аспирант повернулся и поднёс к профессору штангу с датчиком. Едва взглянув, Норманн сделал рукой отмашку.

– Замените на первую модель.

– Но он же очень грубый? – Попытался возразить аспирант.

– У него диапазон шире. – Аргументировал профессор.

– Если он у него вообще есть. – Процедил аспирант и направился к друзьям менять датчик.

Когда датчик был заменён, аспирант, выставив штангу в направлении дыры, повернул голову в сторону профессора. Поймав на себе его взгляд, Норманн вскинул брови в немом вопросе. Ничего не сказав, аспирант отвернулся и направился к дыре.

– Не дальше середины стены. – Произнёс ему в спину Норманн и повернулся к другим своим ассистентам. – Посмотрите, что там. – Он кивнул головой в сторону анализатора.

Подойдя к дыре, аспирант принялся осторожно вдвигать в неё штангу. Доведя датчик до середины стены, он оглянулся на стоящих у анализатора аспирантов.

– Я уже чувствую силовое поле. – Заговорил он. – Что у вас?

– Ничего! – Выкрикнул один из аспирантов у анализатора. – Стандартный фон, как и во всех пещерах здесь.

– Попробуйте поискать в других полях. – Произнёс Норманн.

Один из аспирантов принялся манипулировать с настройками анализатора. Оставив штангу в дыре, аспирант от штанги, тоже подошёл к анализатору. Его коллеги у анализатора уставились в него вопросительными взглядами.

– Она вибрирует. Уже зубы стучать начали. – Мотивировал своё появление подошедший аспирант.

– Нашли что-либо? – Поинтересовался Норманн.

– Ещё нет. – Ответил тыкающий пальцами в клавиши анализатора аспирант.

Донеслись шаги. Кто-то шёл по пещере. Норманн повернул голову в сторону спасателей. Один из них, отделившись от стены, направился навстречу шагам. Довольно скоро он вернулся – за ним шёл профессор Горов. Узнав его, Норманн поднялся и направился навстречу профессору археологии.

– Что заставило вас, господин профессор, проделать столь длинный путь? – Поинтересовался Норманн, после традиционного обмена приветствиями. – Удалось до чего-то докопаться?

Собственно, я сворачиваю свою экспедицию и решил поделиться с вами, господин профессор, некоторыми выводами. – Заговорил Горов. – Во первых, удалось, в конце-концов выяснить, кто такие тарки. Это одно из древних племён Гитты. Их настоящее название – такки. Они жили гораздо южнее и о них известно достаточно много. Они были хорошими ремесленниками и вели обширную торговлю с другими племенами. Но как всегда бывает, нашлось сильное воинственное племя, вторгнувшееся на территорию такков и захватившее её. Скорее всего, большая часть такков, была уничтожена, а остатки племени ушли искать другую территорию. Куда они ушли неизвестно, так как их след потерялся в истории Гитты. А оказалось, что не потерялся – они дошли до этих гор и обосновались у их подножья, где их, впоследствии и нашли люпии, дав им новое имя – тарки, так как две одинаковые согласные в языке люпий не имеют место. Видимо некоторое время они вполне, мирно сосуществовали, пока климат здесь не начал катастрофически меняться, из более-менее плодородной территории, превращаясь в безжизненную пустыню. Люпии коренные здесь жители и заподозрив угрозу своего существования от пришедшего племени, уничтожили его. Силы были, явно, неравны: племя такков едва ли насчитывало больше тысячи всех жителей, тогда как у люпий одних воинов было не менее десяти тысяч. Вот, собственно и вся история. – Состроив гримасу, Горов покачал головой.

– А чьи же тогда это пещеры? – Норманн провёл перед собой рукой.

– А это уже ваша прерогатива, господин профессор. – Горов натянуто улыбнулся. – Могу сказать лишь одно – они вырублены не руками древних народов нашей планеты.

– Значит, всё-таки, инопланетяне.

– Вам лучше знать. – Горов дёрнул плечами.

– Выходит, госпожа Шарова зря здесь… – Норманн покивал головой.

– Почему же зря? – В голосе Горова послышалось возмущение. – Если бы не она, наша цивилизация никогда бы не увидела другие планетные системы. По крайней мере, это произошло бы очень и очень нескоро.

– А где же, тогда, крепость тарков, которую она упорно искала?

– А не было никакой крепости. – Горов мотнул головой. – Скорее всего, была небольшая деревня, возможно огороженная частоколом, так как в тот климатический период здесь было достаточно много деревьев и выстроить изгородь вокруг небольшой деревни было из чего. А крепостью её звали люпии, так как у них никогда не было никаких заборов, вокруг их поселений, а всё огороженное у них, видимо, ассоциировалось с крепостью и потому, развалить или сжечь деревянную изгородь, им не составило большого труда.

– Но почему же это не было известно госпоже Шаровой?

– Это удалось выяснить, буквально, вот-вот. В одном из захоронений люпий, оказались не они, а, видимо, пленённые ими такки. Там было много всевозможной утвари. Она оказалась точно такой же, как и утварь южного племени такков. Там же нашли и несколько табличек с письменностью такков-тарков. Вывод напросился сам собой. В связи с этим, удалось, по новому, перечитать древние свитки люпий. Можно сказать: удалось перевернуть ещё одну страничку истории нашей цивилизации. И госпожа Шарова сыграла в этом не последнюю роль. А можно сказать и так: госпожа Шарова открыла новую страничку в истории нашей цивилизации, прочесть которую предстоит уже вам, уважаемый профессор. Кстати: что-то уже удалось?

– Если считать, что все эти пещеры построены инопланетянами, то были они чрезвычайно развитой расой. Уверен – гораздо умнее толлонов. В той полости, до которой мы пытаемся добраться и надеюсь, никогда не доберёмся – есть ничто иное, как какой-то вид энергии, заключённый в оболочку из силового поля, которую мы, навряд ли, сможем проткнуть, чем бы то ни было. Может быть через тысячу или две тысячи лет, она и станет нам по зубам. Но не сейчас. Либо инопланетяне вернутся за тем, что некогда спрятали там и поделятся с нами этим.

– Хорошо, если поделятся, а не распылят в атмосфере.

– К чему излишний пессимизм, дорогой профессор. Его у нас и без того в избытке.

– А кроме этой емкости, других доказательств нет?

– Огромный цилиндр из очень прочного материала. Не просвечивается никакими, известными нам, лучами. Есть мнение, что это какая-то энергостанция. Возможно, что субстанция из этой полости… – Норманн вытянул руку в направлении на дыру. – Является топливом для энергостанции. Сейчас идёт дискуссия – стоит пытаться вырезать в цилиндре отверстие? Может такое произойти, что от нашей цивилизации и воспоминаний не останется. На площадке, перед пещерами, найдены какие-то следы. Предположительно, от опор космического корабля. Шестнадцать одинаковых круглых пятен. По крайней мере, что-то, когда-то стояло на этой площадке, имеющее вытянутую форму.

– Как же корабль добирался до своей посадочной площадки, если со стороны входа почти сорок метров льда?

– Уважаемый профессор… – Норманн широко улыбнулся. – Если издырявить горы им не составило труда, то уж ледник они проткнули, как шило протыкает лист бумаги.

– А то круглое сооружение на площадке?

– Можно предполагать что угодно. – Состроив гримасу, Норманн поднял плечо. – Снизу вверх ведут очень узкие ступеньки, но их исследования создали впечатление, что по ним никто никогда не ходил, или ходили очень мало или те, кто ходил, какие-то невесомые. Конечно, они были здесь не вчера и время могло внести свои коррективы, но построенная ими система, практически, изолирована от внешнего мира и мало подверглась искажению времени лет. Лишь одна галерея, которая ведёт от пустыни имеет контакт с внешней средой. Складывается впечатление, что тарки знали инопланетян и даже были под их покровительством, и даже пользовались их некоторыми технологиями в металлургии и металлообработке, так как при всём уважении к таркам, сами они не могли достичь таких прогрессивных технологий, да и пещера выдолблена, определённо, не ими. Хотя металл они, несомненно, добывали здесь. Инопланетяне же не оставили после себя ничего, что могло бы, как-то сопоставить их внешний вид с нашим миром.

– А тот наконечник, на который напоролась госпожа Шарова, когда упала вниз? Он не похож на наконечники копий тарков. – Произнёс Горов.

– Скорее всего он или вывалился из пещеры в один из тех моментов, когда плита была опущена, или был потерян, когда инопланетяне покидали планету и упав, воткнулся в камень. Его прочность поразительна. Металлурги пытаются узнать его структуру, но скорее всего – это дело далёкого будущего. Или он покрыт каким-то сверхпрочным материалом, подобным тому, которым был покрыт шип звездолёта господина Лампорта, или это сплав материалов, которые в обычных условиях не сплавляются. Видимо, инопланетяне или пытались таркам передать более совершенную технологию металлургии, но, скорее всего, она оказалась им не по разуму, или что-то и другое. – Состроив гримасу, Норманн поднял плечи.

– Весьма занимательно. – Горов покрутил головой. – Непростое прошлое у нашей цивилизации. И всё же непонятно, почему инопланетяне бросили народ тарков на произвол судьбы? Почему не обеспечили им надёжную защиту от люпий?

– Или, хотя бы, не перебазировали их в какое-то другое место, где никто не посягал бы на их жизнь? – Обозначил свой вопрос Норманн.

– Тарки не смогли бы жить изолированно от других племён – они ведь были ремесленниками, а не земледелами. Но почему они остались незащищёнными – это непонятно. – Горов покрутил головой. – Видимо инопланетяне не посчитали нужным защитить их. – Сам ответил он на свой вопрос.

– Может быть, когда-то и узнаем. – Норманн шумно вздохнул.

– Что ж, уважаемый профессор… – Горов шагнул в сторону. – Обмен мнениями у нас вышел, весьма, интересный. Мне пора. Пойду дальше копаться в песках люпий. Может ещё что-то удастся выкопать. Желаю успехов! – Он кивнул головой.

– Благодарю, господин профессор. – Норманн тоже кивнул головой в ответ. – Успехов и вам!

Повернувшись, Горов направился по галерее к выходу.


3


До Фабры – так гитты назвали планету с обогатительной фабрикой, эскорт из крейсеров и грузовых лейтеров добрался без приключений, затратив на путь лишь чуть более шести гиттских лет. Это оказалось несколько больше времени пути первой экспедиции, но капитан перового крейсера Витор не рискнул забираться в глубь пылевого облака и провёл экспедицию по его краю, что и увеличило путь на год. Хотя Лет и был против такой излишней осторожности, но он не знал координат планеты и потому, вёл свой крейсер вслед за ведущим, негодуя молча. Витор нашёл ещё одну мотивацию такого пути – он опасался, что в глубине пылевого облака может прятаться рогатый корабль, который может внезапно атаковать экспедицию. Но всё обошлось.

Войдя в систему Фабры, крейсера и лейтеры расцепились и к планете подошли раздельно.

Звезде, вокруг которой крутилась Фабра гитты названия не придумали, а по их звёздному каталогу оно было не запоминаемо и потому за планетной системой закрепилось название по красной планете – система Фабры.

Над обогатительной фабрикой бушевала песчаная буря. Крутанувшись несколько раз по низкой орбите, Лет перевёл крейсер на синхронную орбиту над обогатительной фабрикой и связался с капитаном Витором. Хотя формально Лет считался начальником экспедиции, но ещё на Гитте они договорились, что каждый капитан будет действовать самостоятельно, не вмешиваясь в дела друг друга. К тому же Витор был старше и опытнее, исходил больше светолет в пространстве и потому Лет с уважением относился к его опыту.

– Долго будем вертеться? – Недовольным голосом заговорил Лет. – Бывшие здесь техники говорят, что песчаные бури на планете могут продолжаться до полугода. Экипаж на пределе. Того и смотри, сами прыгать начнут с орбиты. Нужно садиться.

– В такой мгле разбить корабль, плёвое дело. – Аргументировал свою осторожность Витор. – Тогда, мы, вообще, останемся ни с чем. Я против спешки. – Он покрутил головой.

– Как знаешь. – Усмешка тронула губы Лета. – Я буду сажать свой эскорт.

– Я не могу тебе запретить. – Витор натянуто усмехнулся. – У меня ситуация под контролем. – Голограмма с его изображением погасла.

Посидев в немом ожидании несколько мгновений, Лет повернул голову к штурману.

– Рассчитай время посадки, от момента входа в атмосферу со скорости десять, до нуля, с линейным снижением с двадцати тысяч метров. Минут на двадцать. Нет! – Он резко мотнул головой. – На десять минут. Результаты в систему управления крейсера и на грузовик. – Произнёс он чётким, твёрдым голосом.

– Да, капитан!

Штурман склонился к пульту управления и его пальцы забегали по сенсорам одного из терминалов. Вскоре он выпрямился и повернул голову к Лету.

– Расчеты выполнены и загружены, господин капитан. – Заговорил он. – Программа готова к выполнению.

– Спасибо, Гаррад!

Лет ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления – из вспыхнувшей голограммы на него смотрело лицо капитана ведомого им грузовика, Соттола.

– Мне надоело ждать неизвестно чего. – Твёрдым голосом заговорил Лет. – Будем садиться. Витор не торопится, но это его решение. Прими программу посадки. – Он мотнул головой в сторону голограммы, давая понять штурману, чтобы тот оправил программу на грузовик. – Я иду первым. Держишься левее на триста и выше на сто. Старт с двадцати тысяч метров. Опоры выпусти, как только войдёшь в атмосферу. Думаю, друг друга не потеряем. Удачи!

Взгляд Соттола стрельнул в сторону и вновь уставился в капитана Лета.

– Программа принята. Удачи, шеф! – С лёгкой улыбкой Соттола кивнул головой и его изображение исчезло.

Дождавшись, когда грузовик займёт озвученную позицию, Лет отклонил штурвал и крейсер скользнул вниз. Грузовик, будто привязанный, скользил следом, отчётливо наблюдаемый на экране вивв. Когда по экрану вивв заскользили красные сполохи, Лет снизил скорость входа, выпустил опоры и связался с Соттола.

– Всё под контролем, шеф. – Капитан грузовика широко улыбнулся.

– Не отключайся. – Лет махнул головой. – Если перестанем контролировать друг друга, попробуем чуть сблизиться. – Он ткнул пальцем в клавишу громкой корабельной связи. – Всем занять прочную позицию и пристегнуться. Посадка! – Произнёс он и тут же отключил громкую связь.

Хотя скорость снижения была невелика и загруженная программа чётко следовала заданным алгоритмам, ведя корабль на посадку, но всё же сполохи с экрана вивв не ушли и их даже стало больше. К тому же началась болтанка, будто крейсер входил в шторм. Лет обвёл взглядом членов экипажа, находящихся сейчас в зале управления: руки мёртвым хватом на подлокотниках, лица сосредоточены, взгляд устремлён в экран вивв. Он перевёл взгляд на голограмму с изображением капитана грузовика, его губы вытянулись в улыбке – хотя изображение в голограмме было значительно искажено и по ней бежали беспрерывные волны, но лицо капитана Соттола просматривалось вполне сносно, гримасы на котором менялись каждое мгновение, будто он читал какую-то очень занимательную историю. Подавив улыбку, Лет перевёл взгляд на экран: рыжих сполохов стало меньше, но теперь весь экран был покрыт белыми искорками, туча которых большим потоком впивалась в экран, будто норовя прорвать его полотно и хлынуть внутрь крейсера. Их поток увеличивался и экран на глазах белел. В зале управления заметно посветлело. Лет вновь перевёл взгляд на голограмму – изображение на ней едва-едва просматривалась и понять теперь, чьё это лицо, было совершенно невозможно.

– Капитан Лет вызывает капитана Соттола. – Заговорил Лет. – Капитан Соттола!

Никакого ответа не пришло. Состроив гримасу досады, Лет пробежал взглядом по терминалам пульта управления, но никой информации, указывающей высоту крейсера над планетой ни на одном из них не отображалось. Он чуть отклонил штурвал, намереваясь подвинуть крейсер ближе к грузовому лейтеру. Крейсер резко дёрнулся, но никакой информации о его перемещении, нигде не отобразилось и Лет вернул штурвал в прежнюю позицию. Он вновь перевёл взгляд на экран вивв – складывалось впечатление, что, пока он обозревал терминалы, кто-то воспользовался этим моментом и перекрасил его в белый цвет. Болтанка усилилась настолько, что Лету пришлось вызвать захваты, которые плотно прижали его к спинке кресла – сидеть стало некомфортно, но теперь, хотя бы, не нужно было думать о своей безопасности. Он крутанул головой, намереваясь приказать экипажу тоже пристегнуться, но штурман и системщик уже были пристёгнуты. Он остановил свой взгляд на штурмане.

– Долго нам ещё болтаться?

– Шесть минут, согласно программе, господин капитан. – Пришёл бесстрастный ответ штурмана.

– Хаара! – Лицо Лета исказилось гримасой досады. – С осторожничал. – Он откинулся в кресле и уставился в молочный экран пространственного сканера.

Только бы не сорваться в барраж. Замелькали у Лета тревожные мысли. Крейсер надёжный, если только опоры деформируются. А если бочка получит дырку, штопать нечем. Может зря я затеял этот бардак? Но сколько можно болтаться в пустую? Два раза сходил за песком и жизнь прошла. Нужна мне такая жизнь? Нисколько. Лет покатал голову по спинке кресла. Я не хочу всю свою жизнь песок возить, для этого никакого ума не нужно. Я хочу бороздить пространство, искать другие цивилизации. И в конце-концов, выполнить завещание отца. Вот у него была жизнь, иззавидуешься. Сплошные приключения. Опасные? Да! Но какие яркие, незабываемые, на грани жизни и смерти. Что он и нашёл. Лет глубоко вздохнул. Нет, не зря он прожил свою жизнь. Жаль, конечно, цивилизацию толлонов. Но они сами, в большей степени, виноваты. Смотреть нужно, кому, что даёте. Отец же дал мне пространственные координаты пути колониальной экспедиции толлонов. Острая мысль больно кольнула его мозг. А если попытаться вначале найти их? У них, наверняка, есть технологии строительства вессперов, которыми они могут поделиться с гиттами. Собственно, весь корабль нам не нужен, лишь конвертор и пространственный сканер. Да и хорошее оружие не помешало бы, защита. Лет широко улыбнулся. А это и есть боевой весспер. А когда у меня будет настоящая боевая эскадра отличных вессперов, тогда и месть станет реальной.

Вдруг, Лет осознал, что в зале управления стало заметно темнее. Он механически дёрнулся вперёд, но захваты неприятно надавили на грудь, заставив лицо исказиться гримасой досады. Его рука метнулась к клавише отключения захватов, но крейсер резко бросило в сторону и его рука, тут же вернулась на подлокотник.

Лет покрутил головой, хотя экран был заметно темнее, чем прежде, меньше скользило белых змеек молний, но никакой информации он по-прежнему не отображал. Болтанка стала заметно ощутимее. Даже без приборов чувствовалось, что крейсер по долгу скользит в сторону, а возвращается ли на прежний курс, можно было лишь гадать. Лет повернул голову в сторону штурмана.

– Долго ещё? – Поинтересовался он.

– Меньше полуминуты, господин капитан.

Лет напрягся, плотно сжал зубы и начал считать.

Счёт оборвался не достигнув и двадцати. От резкого толчка и впившихся в грудь захватов, у Лета перехватило дыхание. Крейсер клюнул носом, выпрямился и замер. Посидев несколько мгновений неподвижно, приходя в себя, Лет убрал захваты и крутанул головой по сторонам – и штурман и системщик смотрели в его сторону.

– Включите все внешние огни. Может что-то будет видно. – Он ткнул пальцем в клавишу корабельного оповещения. – Всем на выход. – Произнёс он и оттолкнув от себя штурвал, повернулся вместе с креслом, поднялся и…

Резкий толчок бросил Лета вниз, пол стал дыбом, из глаз брызнул сноп искр и наступила темнота…

Голова Лета дёрнулась и он открыл глаза, взгляд тут же упёрся в большое круглое лицо с широко отрытым ртом, из которого торчали огромные белые зубы. Зубы разжались и резко подались к нему. Лет попытался отстраниться, но голова упиралась во что-то твёрдое и увернуться не удалось. Зубы приближались.

Это конец. Всплыла у Лета досадная мысль и его глаза закрылись…

– Наконец-то! – Раздался над ним знакомый голос. – Дышит!

Лет открыл глаза – страшных зубов над ним уже не было. Рядом с ним, на коленях, сидел штурман, вытирая тыльной стороной ладони свой лоб. Лет пошевелился. Чьи-то сильные руки тут же упёрлись ему в спину и помогли сесть. Лицо горело, будто к нему поднесли факел, в голове стоял сплошной гул, будто заскочившее туда эхо от удара в барабан ищет теперь путь наружу и никак не может его найти.

– Ну, шеф. – Глубоко вздохнув, штурман покрутил головой.

– Что произошло? – Произнёс Лет и сам не узнал своего голоса: он был хриплым, скрежетащим и к тому же его губы едва шевельнулись, причинив лицу жгучую боль.

– Не знаю. – Состроив гримасу недоумения, штурман мотнул головой. – Или мы во что-то врезались, или что-то в нас. Мы думали, что вам… – Он махнул рукой. – Уже хотел делать искусственное дыхание. Угораздило же вас, шеф, встать с кресла в неподходящее время. Навряд ли кто-то сейчас вас узнает. – Его губы вытянулись в усмешке.

Вот откуда эти страшные зубы. Всплыла у Лета грустная догадка.

– Что с крейсером?

– Никаких тревожных сообщений система не выдала, значит целостность корпуса не нарушена.

– Помогите! – Лет поднял руки.

В тот же миг, кто-то взяв его под руки, резко потянул вверх и он оказался на ногах. Поддержка исчезла. Лета шатнуло и тут же, чьи-то руки вновь оказались на его теле.

– Я сам! – Лет повёл плечами – руки исчезли.

Постояв несколько мгновений, убеждаясь, что его больше не шатает, Лет аккуратно покрутил головой, вроде бы никаких последствий это не возымело, он остался на ногах.

– Оставайтесь здесь. – Прохрипел он и медленно повернувшись, шагнул к выходу из зала управления.


***


Лет неторопливо шёл по винтовой лестнице, ведущей из уровня управления, на первый уровень, где располагался ангар…

Модуль управления крейсера был трёхуровневый. На первом уровне располагался лишь ангар и нижний стыковочный узел; на втором – зал управления, каюты и вспомогательные залы; на третьем – складские помещения и верхний стыковочный узел. Крейсер имел двадцать опор восьмиметровой высоты, что, для почти двухсот метровой длины корпуса было не столь уж много. Модуль управления занимал лишь восьмую часть корабля, его носовую часть, а его большую часть занимал силовой модуль, заканчивающийся одним огромным овальным раструбом главного движения и двумя круглыми рулевыми, по бокам от главного. Крейсер имел три трапа: один из модуля управления и два из силового модуля. Уровни объединялись, как двумя винтовыми лестницами, вьющимися вокруг цилиндрических колон носовых опор корабля, так и лифтом, имеющим свой люк для выхода наружу. Хотя ангар был достаточно вместительный, но сейчас он был забит оборудованием техников, а на оставшейся площади смог разместиться лишь один трёхместный левет, который мог выйти наружу через овальный люк в полу ангара, на котором он, собственно и стоял. Силовая установка крейсера состояла из конвертора, высвобождающего из ратана сверхмассивные фа-готы, разгоняемые впоследствии линейным ускорителем и выбрасываемые наружу через сопло кроссфлектора и двух нуклеиновых энергостанций: одна вырабатывала энергию для генераторов магнитных полей линейного ускорителя; вторая питала все системы корабля. Во время боевых действий, когда скорость крейсера была невелика и энергии для линейного ускорителя требовалось не много, энергия нуклеиновых энергостанций, большей частью, шла в орудийные излучатели: две лазерные пушки и два бластера. Пушки крепились на подвижных консолях, выползающих из силового модуля вверх и вниз. Крейсер имел на вооружении ещё четыре небольших лазера на турелях, служащих, в основном, для уничтожения небольших астероидов. Для перемещения в атмосферах планет, крейсер имел две пары выдвижных крыльев и хвостовой стабилизатор, которые в пространстве полностью убирались в корпус. Для уменьшения трения о пространство, корпус крейсера был отполирован до зеркального блеска и потому понять его истинный цвет было невозможно…

В голове Лета было какое-то непонятное покалывание, острое, но не больное, будто какие-то странные иглы тыкались своим острым кончиком в мозг, но не раня его, а протыкая лишь тонкую защитную плёнку, будто создавая контакт с внешним миром, который тут же подключал его к мозгу и чем больше было таких контактов, тем отчётливее чувствовался внешний мир, ассоциирующийся с какими-то непонятными потоками энергии, идущими отовсюду, будто напитывая собою мозг, а через него и всё тело.

Вместе с чувством энергополей, появилась и какая-то новая информация, которой Лет никогда и не знал, будто образы чьей-то чужой жизни.

Хаара! Лет осторожно дотронулся до головы. Что это за наваждение? Я же никогда этого не видел. Сотрясение от удара головой о пол? Мозг стал другим? А что это за энергия? Я теперь подобен энергетическому аккумулятору, что ли? Могу жалить, будто парализатор? И сколько же энергии во мне будет аккумулироваться? А если произойдёт перенасыщение, будет взрыв? Ну и ну! И сколько же мне осталось?

Дальнейшие его размышления прервала последняя ступенька лестницы – он вошёл в ангар. Если на втором уровне было тихо, то в ангаре стоял нудный монотонный низкий гул, скорее всего от удара твёрдых песчинок о корпус крейсера. Видимо все техники уже были здесь, так как наблюдалась их большая скученность. Лету навстречу тут же направился руководитель техников Серк Шпин – невысокий темноволосый мужчина средних лет, плотного телосложения с мужественными чертами лица. Насколько Лет знал – это была его уже вторая экспедиция на Фабру и потому решил полностью положиться на опыт главного техника экспедиции.

– Что произошло, господин капитан? – Заговорил Серк, останавливаясь перед Летом. – Группа встревожена. Если грузовик окажется повреждён, наше пребывание здесь теряет смысл.

– Я не знаю, что произошло. – Состроив гримасу досады, Лет мотнул головой, причинив своему лицу неприятную боль. – И где мы сейчас находимся, тоже не знаю. Ты же сам сказал, что буря может длиться полгода. У меня нет желание провести здесь полжизни и потому я принял решение о посадке. Возможно мы столкнулись с грузовиком, он шел чуть выше и потому садился позже. Будем надеяться, что серьёзных повреждений нет. Готовьтесь к выходу. Использование левета в такую бурю бессмысленно. Придётся полагаться лишь на свои ноги. Надежда лишь на ваш опыт, господин Шпин и на удачу. Рекомендую надеть защитные костюмы. Отправьте на поиск два-три человека. Привяжите к ним верёвки, чтобы можно было их найти, если они выбьются из сил. Попробуем определиться – где мы.

– Да, господин капитан! – Кивнув головой, Шпин повернулся и направился к техникам.

Техники зашевелились и начали расходиться по хелперам – техническим отсекам ангара. Вскоре появились шестеро из них, в защитных костюмах яркого оранжевого цвета и направились к люку трапа. Идущие за первыми тремя техниками, вторые три держали в руках бабины с прочной нитью оранжевого цвета. Концы нитей были пристёгнуты к защитным костюмам первых техников. Лет направился к панели управления трапом.

Едва он коснулся клавиши опускания трапа, тут же включился анализатор наружной среды. По экрану терминала побежали ряды цифр. Состроив мину досады, Лет ткнул в клавишу блокировки анализа и отвернувшись от панели управления, замер, уставившись в то место на полу ангара, обозначенное жирным белым прямоугольником, где располагались створки люка, открывающие доступ к трапу.

Наконец створки дрогнули и поползли в стороны. В ангар тут же ворвалась туча серого песка, заставив техников попятится. Вошедший внутрь скрежетащий звук, больно ударил по ушам. Шпин подбежал к Лету.

– Я предлагаю поставить над люком палатку. – Быстро заговорил он. – Мы так делали во время прошлой экспедиции.

– Ставьте. – Лет согласно кивнул головой.

– Нужно закрыть люк.

Лет нажал на клавишу подъёма трапа, сворки люка пошли навстречу друг другу, гул начал стихать, фонтан песка пошёл на убыль. Створки люка сомкнулись.

Шпин побежал к техникам и вскоре они вынесли из одного из хелпов палатку и споро принялись устанавливать её над люком трапа. Прошло, буквально, несколько мгновений и палатка была закреплена. Шпин повернулся к Лету.

– Готово! – Произнёс он.

Лет тут же ткнул пальцем в клавишу опускания трапа и заблокировав анализ, направился к палатке.

Прошла, казалось, вечность, а зелёный индикатор на панели управления, возвещающий о завершении процедуры опускания трапа, никак не загорался. Что теперь происходило над люком трапа было не видно. Лет состроил гримасу досады. Видимо, прочитав мину капитана, Шпин подбежал к пологу палатки и чуть приподнял его – из появившегося проёма ударил серый фонтан песка. Шпин тут же опустил полог и повернув голову в строну Лета, дёрнул плечами.

Наконец на панели управления трапом вспыхнул долгожданный зелёный индикатор. Лет перевёл взгляд на Шпина.

– Можно выходить. – Заговорил он. – Что-то много на выход. Не запутайтесь в своих верёвках.

– Не запутаемся. Пойдём от трапа в три стороны. – Губы Шпина вытянулись в усмешке. – Лишь бы удалось сориентироваться. – Он повернулся к техникам и кивнул головой в сторону палатки. – Пошли! От линии не отключаться. При малейшей опасности, тут же сообщать. Никаких самостоятельных решений.

Откинув полог, первая пара нырнула в палатку.

– Разве в этой кутерьме есть прохождение волн связи? – Поинтересовался Лет.

– В верёвку вплетены проводящие нити. По ним и держится связь.

– Оригинально. – Лет мотнул головой.

– Первая экспедиция многому нас научила. – Шпин глубоко вздохнул. – Господин Лампарт был блестящим капитаном и всегда находил выход из трудных ситуаций. Но и требователен был. Даже не представляю: сможем ли мы что-то сделать без него.

В голосе Шпина послышалось сожаление, вызвавшее у Лета гримасу досады, заставив его лицо вспыхнуть от боли. Видимо осознав, что высказался невпопад, Шпин состроил мину и отвернулся.

Последняя пара техников скрылась за пологом палатки. Шпин подошёл к пологу и взявшись за него, замер.

– Внизу, ответьте? – Произнёс он через некоторое время ожидания.

– Все ушли. – Раздался из воротника курточки Шпина глухой, но хорошо слышимый голос. – В трёх шагах ничего не рассмотреть. Бортовые огни едва видны. Корабль на твёрдой поверхности. Но поле ли это космодрома или что-то другое, понять невозможно.

Наступила длительная пауза. Лет принялся прохаживаться перед палаткой. Шпин стоял молча у её полога. Оставшиеся техники стояли около левета, перебрасываясь негромкими фразами.

– Шеф! – Вдруг раздался громкий голос из курточки Шпина. – Микул утверждает, что в том направлении, куда он идёт, заметно светлее. Что-то, вроде светлой полосы. Выяснить, что там?

– Куда он направился? – Поинтересовался Шпин.

– По ходу трапа.

– Пусть выясняет.

– А у них есть камеры? – Поинтересовался Лет, подходя вплотную к техническому руководителю экспедиции.

– Есть. Но навряд ли они полезны сейчас.

– И всё же. Тот, кто направился к светлой полосе, пусть покажет её.

Шпин сунул руку в карман и достав спейс, ткнул пальцем в несколько его клавиш – над сканером связи тут же вспыхнула пустая голограмма.

– Пусть Микул даст изображение. – Произнёс он.

Голограмма некоторое время была пустой, затем по ней побежала рябь и вдруг из неё ударило серое облако, заставив Лета отшатнуться. По голограмме побежали серые полосы.

– Хаара! – Лет усмехнулся. – Такое впечатление, что песок полетел из голограммы. – Где светлая полоса?

– Микул! – Заговорил Шпин. – Что там за свет впереди? Покажи!

Рябь по голограмме побежала быстрее и вновь вернулась к прежней динамике. Лет всмотрелся в голограмму, но никакой светлой полосы не увидел. Повернув голову к Шпину, он молча покрутил головой.

– Совершенно ничего не видно. – Произнёс Шпин.

– Такая широкая полоса. – Раздался голос техника. – То ярче, то почти исчезает. Скорее всего из-за уплотнений в буре.

– Мы ничего не видим. Но ты продолжай идти. Возможно, когда подойдёшь ближе и мы что-либо увидим. – Шпин повернул голову в сторону капитана Лета. – Можно отключить?

– Как пожелаешь. – Лет дёрнул плечами. – Но иногда, всё же, просматривай. Я в зал управления. Может оттуда, что-то удастся рассмотреть. Если удастся определиться – сообщи немедленно.

– Да, господин капитан.

Бросив быстрый взгляд на мерцающую голограмму спейса, Лет направился к лестнице соединяющей уровни крейсера.

Штурман и системщик находились в зале управления. Экран вивв был сер, с неприятно мельтешащими белыми сполохами. Лет занял своё кресло и повернул голову в сторону штурмана.

– Прямо по ходу трапа что-то светится. – Заговорил он. – Попробуй поискать.

Штурман подался к пульту управления, его пальцы забегали по клавишам. Изображение на экране задёргалось, ещё больше утомляя взгляд, но прищурившись, Лет продолжал смотреть в мельтешащие сполохи. Вдруг, по экрану мелькнул длинный светлый сполох и исчез.

– Верни назад. – Заговорил Лет быстрым голосом. – Что-то есть.

Экран дёрнулся и в его нижней части появилась короткая светлая полоса.

– Скорее всего, это она. – Лет вытянул руку в сторону экрана. – Далеко до неё? Попытайся приблизить.

Прошло несколько мгновений и светлая полоса начала расползаться по сторонам и вдруг, скользнув вверх исчезла. Состроив гримасу недоумения, Лет уставился в серый экран.

– Не понял. – Оторвав взгляд от экрана, он повернул голову в сторону штурмана. – Зачем ты убрал её?

– Я ничего не убирал. – В свою очередь штурман повернул голову в сторону Лета и покрутил ею. – Она сама исчезла.

– А как далеко она была? Ты смог определить?

– Примерно полторы тысячи метров, плюс-минус триста.

– Довольно широкая полоса на таком расстоянии. – Лет состроил гримасу. – Не похоже на габаритные огни лейтера. Прожекторов у него нет? – Он покрутил головой.

Брови штурмана выгнулись высокими дугами в немом вопросе.

Ничего больше не сказав, Лет поднялся и быстрым шагом направился в ангар.

Шпин стоял на прежнем месте, рядом с пологом палатки и что-то говорил, создавая впечатление, что разговаривает сам с собой. Остальные техники по-прежнему стояли рядом с леветом. Два техника в защитных костюмах, стояли рядом со Шпином.

– Полоса исчезла. – Заговорил Лет, подойдя к палатке. – Это не грузовик. Когда вы уходили, какие-то огни, обозначающие местоположение обогатительной фабрики, оставляли?

– Нет! – Шпин мотнул головой. – Господин Лампорт лично проверил, чтобы всё оборудование было обесточено. Никаких огней фабрики не должно быть.

– Странно! – Лет сдвинул брови. – Такое впечатление, что она стартовала.

– Кто стартовал? – В голосе Шпина послышалась тревога.

– Фабрика.

– Этого не может быть. – Шпин состроил гримасу недоумения. – Она же стационарная.

– Значит какой-то другой объект стартовал. – Лет провёл рукой по лбу. – Кроканы? Но насколько я знаю, у них не было таких больших кораблей. Странно! А если ещё кому-то нужен красный песок? Кому? – На лицо Лета легла маска тревоги.

– Шеф! – Раздался громкий голос из воротника Шпина. – Я долго не удержу один.

– Идут! – Произнёс Шпин и повернувшись к стоявшим рядом техникам, махнул рукой. – Пошли!

Техники в защитных костюмах откинули полог палатки и скрылись в ней.

– Повнимательней! – Бросил им вслед Шпин.

– Что-то случилось? – Поинтересовался Лет.

– Горий куда-то провалился. Гдан держит. Ребята пойдут по верёвке. Попытаются вытащить.

– Хаара! – Лицо Лета исказилось гримасой досады. – Под ноги нужно смотреть.

– По его словам, что-то, вдруг, отвалилось под ногами и он полетел вниз.

– Далеко он ушёл?

– Около полутора тысяч.

– А где тот, который шёл к полосе?

– Из-за Гория я совсем забыл о нём. – Шпин мотнул головой. – Где Микул? – Выкрикнул он.

– Молчит. – Пришёл ответ.

– Как молчит? – Возмутился Шпин.

– Уже несколько минут ни слова.

– А верёвка?

– Натянута.

– Потяни.

– Не тянется. Я одной рукой помогаю Гдану.

– Ничего не понимаю. – Посмотрев на Лета, Шпин покрутил головой.

– Выясняйте! – Лет дёрнул плечами.

Шумно вздохнув, Шпин повернулся к оставшимся техникам.

– Двое на выход. – Громким голосом произнёс он.

Отвалившись от левета, два техника ушли.

Прошло несколько минут томительного ожидания, пока они появились около палатки, одетые в защитные костюмы.

– К Микулу! – Произнёс Шпин, чуть приподнимая полог палатки и впуская в ангар фонтанчик песка. – И поаккуратнее там.

Техники нырнули в палатку. Шпин опустил полог и повернул голову к капитану Лету.

– Господин капитан, так мы только тем и будем заниматься, что друг друга искать. – С явным недовольством в голосе, произнёс он.

– Мне, защитный костюм. – Твёрдым голосом произнёс Лет.

– Мы сами справимся. – Шпин покрутил головой.

Повернувшись, Лет направился к техникам.

– Защитный костюм. – Заговорил он, подойдя к ним. – Я хочу выйти наружу.

– Как скажете, господин капитан – Произнёс один из техников и отделившись от левета, вытянул руку в сторону. – Любой!

Лет повернул голову – рука техника указывала на одну из дверей ангара.

Лет вернул взгляд на техника и застыл от недоумения – в его голове был образ защитного костюма оранжевого цвета, быстро надеваемого на невидимую форму.

Чуть тряхнув головой, избавляясь от наваждения и ничего не сказав технику на его, столь, наглую, выходку, Лет направился к указанной двери. В хелпере, в большом шкафу висели несколько защитных костюмов яркого оранжевого цвета. Выбрав подходящий, Лет быстро облачился в него, хотя прежде этого никогда не делал, но, видимо, сказались тренировки по натягиванию скафандра. Выйдя в ангар, он направился к палатке.

– Если через сутки не вернусь… – Заговорил он останавливаясь перед Шпином. – Поднимайте трап и ждите крейсер Витора. Не думаю, что буря продлится вечность. – Отвернув полог, Лет наклонился и нырнул внутрь палатки.

Сойдя по трапу, он увидел трёх техников в защитных костюмах с большими катушками ниток в руках. При его появлении, техники повернули к нему свои головы и в его мозг тут же ворвались три непонятных тока. Ему показалось, что в голове промелькнули какие-то образы с уходящими вдаль серыми человеческими фигурами.

Проклятье! Опять какое-то наваждение? Отряд экстрасенсов, а не техников. Лет тряхнул головой и образы исчезли.

– Куда ушёл Микул? – Поинтересовался он.

– Туда. – Стоявший перед трапом техник махнул рукой по ходу трапа. – Два техника уже отправились выяснять, что с ним произошло. Хотите присоединиться к ним – беритесь за верёвку. – Техник приподнял руки с катушкой.

Лет молча шагнул к нему, взялся рукой за верёвку и направился туда, куда она тянулась, так как никакой видимости, практически не было и что оказывалось под ногой, когда она опускалась для очередного шага, понять было, практически, невозможно. Вспомнив, что на шлеме защитного костюма есть прожектор, Лет включил его, но вспыхнувший луч света, будто упёршись в стену и отразившись от неё ударил в глаза, ослепив и сделав видимость, вообще невозможной. От неожиданности, Лет замер и мысленно выругавшись, отключил прожектор и продолжил свой путь в темноту.

Буря была сильна и порой с такими порывами, что, практически, останавливала продвижение, бросая в шлем плотные песчаные сгустки. Серый песок безостановочно барабанил по защитному костюму, выбивая из него противные низкие звуки. Особенно неприятные исходили от шлема, ввертываясь в уши, подобно спиралям и вызывая в голове тупую, нудную, непрекращающуюся боль. Чтобы как-то отгородиться от неприятных звуков, Лет углубился в размышления.

Что произошло с моей головой, когда я упал на пол зала управления? Что-то сдвинулось в мозге? Почему я начал чувствовать энергетические токи? Может это лишь банальное сотрясение и через какое-то время всё это пройдёт. Замелькали у него беспокойные мысли. А если это началось проявляться то странное поле, которое досталось мне от отца и которое так досаждало мне в детстве? Психотронное поле. Но оно же, практически, не чувствовалось последние годы. А если оно как-то трансформируется с возрастом? Время трансформации прошло и моё падение, просто, совпало с его включением? И что теперь с ним делать? Почему отец почти ничего не рассказывал о нём? Как-то странно называл он своё тело? Кажется, носитель. Именно, носитель. Носитель психотронного поля. А если его нужно скрывать и потому о нём не рассказывают? Но ведь все знают, что оно было у отца и есть у меня. Но отец был личность. Его все и боялись, и уважали. Уважали, за то, что он передал нам технологии строительства межзвёздных кораблей, а боялись, скорее всего, из-за этого поля. Но как он пользовался им: как включал, как выключал? Прежде оно, будто бы постоянно было включено у меня, а затем почему-то выключилось и теперь вновь включилось. А если этому нужно учиться индивидуально. Каждый носитель, по-своему. Может здесь, на Фабре, когда рядом никого нет и стоит начать своё обучение. Но как?

Лет сдвинул брови, напряг лоб, но никаких признаков появления странного поля не обозначилось.

Как же тогда?

Он поднял брови и образовал на лбу морщины, но и в этот раз никаких проявлений чего-то необычного в его голове не произошло.

Что же мне, чтобы его вызвать, нужно головой обо что-то постучаться? Бред какой-то. Тогда уж, определённо, мне одна дорога – в Центр для умалишённых Гитты. Может мать знает, как отец вызывал своё поле? Лет остановился и покрутил головой. Далеко я забрёл? Он опустил взгляд – верёвка, сжимаемая его рукой, уходила в сторону, его лицо исказилось гримасой досады. Что-то я замечтался?

Он поднял голову и покрутил ею по сторонам и в тот же миг почувствовал впереди себя что-то необычное, будто какое-то нечто ворвалось в мозг и создаёт в нём какую-то непонятную напряжённость. Повинуясь неизвестно какому инстинкту, он выпустил из руки верёвку и направился в ту сторону, откуда исходила напряжённость.

Напряжённость нарастала, неумолимо расползаясь по сторонам, превращаясь из точечного источника в нечто огромное и необъятное. Сердце Лета сжималось в тревоге. Страха не было, или, может, он был совсем небольшой: его больше тревожило само присутствие этого огромного нечто.

Прошло некоторое время и нечто заслонило собой всё пространство перед Летом и затем начало окружать его со всех сторон. Он остановился и покрутил головой – нигде ничего не наблюдалось, но напряжённость была всюду, проникая в мозг и обволакивая его неприятной тупой болью. В тоже время, складывалось впечатление, что буря заметно стихла и пространство просматривалось значительно дальше, чем до сих пор, но на некотором расстоянии, будто стояла серая стена, будто он попал в какой-то цилиндр.

Хаара! Лет поморщился. Что за наваждение? Аномальная зона? Но никто не говорил о ней. А если она появилась недавно? И куда теперь? Он покрутил головой. Я шёл оттуда. Но я же бросил верёвку, когда уже отклонился от пути и теперь назад идти бессмысленно. Значит – вперёд.

Постояв ещё некоторое время, но так и не придумав ничего, более подходящего в сложившейся вокруг себя обстановке, Лет продолжил свой путь.

Вскоре затишье закончилось и он опять углубился в песчаную бурю, казалось ещё более мощную, нежели прежде, будто бы она уплотнилась за счёт свободного пространства и теперь недовольная, неиствовала с ещё большей силой. Видимость упала до трёх четырёх шагов, порывы ветра шли со всех сторон, порой бросая в Лета такие плотные песчаные сгустки, что он едва оставался на ногах, шатаясь и крутясь. И куда он шёл после очередного песчаного заряда, не имел представления.

Наступила усталость. Лет уже, просто, механически переставлял ноги, порой, вдруг, осознавая, что не идёт, а просто кружится на месте, вращаемый песчаными зарядами. Хотелось лишь одного – лечь и закрыть глаза. Будто желая удовлетворить его желание, ему в лицо, вдруг, ударил такой мощный заряд песка, что полностью затмил собою пространство. Сделалось абсолютно темно.

Хаара!

Лет вытянул руки перед собой и махнул ими в стороны, будто намеревался, таким образом, раздвинуть тьму, но следующий заряд, не слабее предыдущего, сбил его с ног. Лет упал на бок.

Здесь, внизу ветер был заметно слабее, да и песчаные заряды были не такие чувствительные. Вставать не хотелось. Хотелось лишь одного – покоя.

– Нет! – Лет тряхнул головой. – Нет! Идти! Идти вперёд! – Прошелестели его губы.

Он перевернулся и опираясь на руки, попытался подняться, но в тот же миг ещё один мощный песчаный заряд, будто дожидаясь, когда он вознамериться продолжить свой путь, бросил его вниз. Глаза Лета закрылись.

– Нет! – Лет опять тряхнул головой и попытался раздвинуть веки, но они будто склеились. – Только вперёд!

Став на колени и не сумев раздвинуть веки, он двинулся вперёд.

Лет не представлял, сколько шагов, стоя на коленях, ему удалось сделать: пять; десять; а может и вовсе один, только он, вдруг почувствовал, что передвигается, как бы вверх. А может это ему так казалось, так как его движения с каждым шагом становились всё медленнее и медленнее, будто он забирался на крутую гору и сил для этого у него становилось всё меньше и меньше. И вот при очередном шаге, его колено, вместо того, чтобы двинуться вперёд, вдруг, скользнуло, будто по льду и он растянулся во весь рост. Его голова ткнулась во что-то мягкое и сыпучее…


***


Лет шевельнулся и открыл глаза. Было темно. Он пошевелился и понял что лежит на животе на чём-то мягком, с вытянутыми вперёд руками. Он попытался пошевелить ими – они ткнулись во что-то твёрдое.

Повозив руками Лет попытался понять, что это может быть – это было что-то плоское, стоящее вертикально.

Вдруг он понял, что песчаной бури больше нет.

Он тут же попытался подтянуть руки и ноги – тело заныло тупой болью.

На шлеме же есть прожектор. Вспомнил он.

Приподняв руку, Лет нащупал клавишу включения прожектора и вжал её: вспыхнувший луч света разорвал тьму и упёрся в серую стену. Лет оторопел.

Где я? Всплыла у него тревожная мысль, он покрутил головой, луч света скользнул по стенам. Ангар? Но это же невозможно, чтобы так заплутать. Нет, нет! Ангар небольшой. Значит это не "Вояр". Лейтер! Но почему темно? Нет энергии? Но как я сюда попал? Случайно? Из тысяч случайных шагов, я выбрал именно этот, который привёл меня сюда. Это, что, действительно, случайность или что-то неведомое направляло мой путь? Невероятно. В это невозможно поверить. Лет механически покрутил головой. Я полз вверх. Значит трап опущен. Но где экипаж? Погиб? Острая мысль больно кольнула его мозг. А может тоже отправился на поиски. Мы – их, они – нас.

Опираясь руками о стену он поднялся и покрутил головой по сторонам: весь ангар был засыпан серым песком и особенно его большая куча была вокруг люка трапа. Дверь из ангара к лестнице на второй уровень была открыта. Луч света выхватил странную кучу песка перед дверью. Лет вернул луч света к трапу – песок почему-то больше не летел из его проёма.

Как это у меня получилось в "Вояре".

Лет попытался напрячь мозг, чтобы вызвать такие же ассоциации чувства энергетических токов, которые он чувствовал в стенах своего крейсера, но никаких токов не чувствовалось.

Хаара! Как этим можно управлять? Кто об этом может сказать? Почему отец не научил этому?

Лет почувствовал нестерпимую жажду.

Наверху должна же быть вода! Мелькнула у него обнадёживающая мысль.

Он направился к проёму, за которым скрывалась лестница, ведущая на второй уровень лейтера. Хотя тело надсадно ныло, но жажда была сильнее. Перед проёмом двери была насыпана куча серого песка. Чтобы перешагнуть её нужно было сделать очень широкий шаг, либо разгрести кучу. Лет выбрал второй вариант и махнул перед собой ногой, стараясь разгладить кучу – нога во что-то упёрлась и резко остановилась, вызвав приступ тупой боли во всём теле.

Хаара! Невольно вырвалось у Лета.

Он опустил голову, чтобы куча песка была в луче света и осторожно повозил по ней ногой – из песка выглянуло что-то тёмное. Его сердце вздрогнуло. Он присел и аккуратно провёл по куче рукой – песок ссыпался – под ним лежал человек. Забыв о боли в теле, Лет принялся лихорадочно разгребать песок руками и освободив человека, перевернул его – это был капитан лейтера – Соттола. Лицо капитана было искажено неприятной гримасой страха, если не ужаса.

Расстегнув перчатку, Лет освободил от неё руку и положил её на шею Соттола – пульс не прощупывался, да и ни какого дыхания капитана лейтера не просматривалось.

Оставив тело Соттола в покое, Лет поднялся и перешагнув через него, пошёл на второй уровень лейтера.

По сравнению с крейсером, модуль управления грузовика был двухуровневый, совсем небольшой и располагался в передней части корабля, перед огромным грузовым отсеком для криила. Нижний уровень модуля управления лейтера занимал небольшой ангар, со складскими помещениями и стыковочным узлом, на верхнем располагался зал управления, четыре каюты и небольшой хозяйственный блок. Изначально грузовик строился, как временный корабль, с последующим строительством больших грузовых кораблей, но когда должно было наступить, это самое, последующее время, наверное никто из гиттов сказать, навряд ли бы смог.

На втором уровне тоже было темно. Едва Лет сделал шаг от лестницы, как упёрся в ещё одного из членов экипажа грузовика, лежащего на полу на спине, с такой же гримасой страха на лице, как и у Соттола. Не прикасаясь к нему, Лет бросился в зал управления – два последних члена экипажа грузовика сидели в его креслах, со всё теми же масками страха на лицах.

Лет провёл лучом света по пульту управления – ни единый его терминал не светился. Он осторожно коснулся клавиши включения питания – пульт управления остался безмолвным. Лицо Лета исказилось гримасой тревоги.

Что здесь произошло? Почему все мертвы и нет энергии? Если трап опущен и капитан внизу, значит это произошло не сразу после посадки, а через некоторое время. Замелькали у Лета догадки. Зачем они опустили трап? Как и мы, хотели отправиться на поиск? А если они увидели кого-то и хотели встретить его или их? Хаара! А если это связано с тем светлым пятном, которое наблюдалось на экране крейсера и которое ушло вверх? Что это могло быть? А если, действительно, космический корабль? А вдруг, это, действительно, кроканы? Набрали криила и ушли? А если вернутся? Хаара! Но отец же рассказывал, что у них есть планета с богатым ратаном песком. Зачем им эта беднота, да ещё в такой дали? Есть же аварийный источник. Изменил он ток своих мыслей.

Наклонившись, Лет сунул руку под пульт управления и нащупав большую клавишу, вжал её – зал управления наполнился бледным светом. Лет принялся тыкать пальцами в клавиши пульта управления – экран вивв неторопливо развернулся примерно наполовину передней полуовальной стены зала управления. Брови Лета выгнулись высокими дугами – песчаной бури не было, снаружи было серо и пасмурно: или было ранее утро местного времени; или же поздний вечер.

Лет снял с головы шлем – дышалось вполне сносно, хотя приходилось делать глубокие вздохи. В голове покалывало, чувствовались какие-то непонятные энергетические токи. Опять захотелось пить.

Лет привычным движением открыл ящик пульта управления, где обычно на "Вояре" хранил тоник и оторопел – в ящике стояли две баночки с тоником. Рот мгновенно стал сухим. Взяв баночку с тоником, он открыл её и опомнился, когда вместо тоника глотнул воздух. Бросив пустую баночку в ящик и закрыв его, он резко ткнул пальцем в несколько клавиш пульта управления, но энергостанция лейтера осталась безмолвной.

Хаара! Лицо Лета исказилось гримасой досады. И что теперь делать здесь, если криил грузить некуда? Он ткнул пальцем в клавишу связи – из вспыхнувшей над пультом управления голограммы на него смотрело лицо штурмана крейсера "Вояр", Гаррота.

– Шеф! – Брови штурмана поползли вверх и замерли едва ли не у самых волос на его голове.

– Я на лейтере. – Заговорил Лет, безо всяких предисловий. – Песчаная буря закончилась. Экипаж лейтера мёртв, его энергостанция молчит. Причин я не знаю. Второй вахте немедленно отравится на грузовик. В какой он стороне – не знаю. – Он мотнул головой. – Найдёте по маяку. Поторопитесь!

Прервав связь, Лет бросил шлем на пульт управления и надев снятую перчатку, схватил одного из членов экипажа под руки и потащил его из зала управления. Затем вытащил в коридор и второго. Уложив их там на полу, он вернулся в зал управления и усевшись в одно из кресел, достал вторую баночку с тоником и откинувшись в кресле, уставился в экран вивв, медленно потягивая прохладный напиток.

А не получится, как и в прошлый раз – нагрузимся, а на орбите нас будет кто-то ждать. Углубился он в невольные размышления. Тогда отец, ценой своей жизни спас экспедицию, а кто сейчас? Я? Он прекратил пить и состроил удручающую гримасу. Но они же меня и близко не подпустят к себе, уже грамотные. А если увести их за собой? А долго я буду убегать на своёй телеге? Догонят не моргнув. Значит нужно так убегать, чтобы их преимущество в скорости не имело никакого значения. В каком-то астероидном поле, например. Он опять прислонил баночку к губам и сделал большой глоток приятного напитка. Но где его найти? Я ведь совершенно не знаю этого пространства. Между планетами есть орбиты с астероидами. Но уж слишком они жидковаты. Делать нечего достать там крейсер из мощной пушки. А у них пушки, определённо, не чета, нашим. Долбанут с двух сторон и… Кажется между третьей и четвёртой планетами рой достаточно мощный. Не мешало бы посмотреть получше, чтобы знать, хотя бы, куда соваться. Техники начнут работать, нужно, обязательно, смотаться. Он приложил баночку с губам и понял, что она пуста. Хаара! Вырвалось у него и бросив пустую баночку в ящик, он скользнул взглядом по экрану вивв. Где они застряли? Сколько можно ползти? Бури нет, можно было бы и леветом воспользоваться. Лицо Лета исказилось гримасой досады. Сам виноват. Нужно было приказать.

В тот же миг его взгляд поймал скользнувший по серому экрану вивв чёрный предмет. Его сердце дрогнуло. Он выпрямился. Его взгляд, полный тревоги, заметался по экрану. Но вот чёрный предмет вынырнул из-за края экрана и пошёл прямо на него. Лет шумно выдохнул – это был левет. Техники оказались умны. Поднявшись, Лет направился из зала управления.

Едва он сошёл с трапа, как описав короткую дугу, перед трапом опустился чёрный левет. Его двери скользнули вверх и из него выпрыгнул командир второй вахты экипажа крейсера "Вояр". Он был в защитном костюме. Лет, вдруг, осознал, что дышит часто и глубоко. Хотя из зала управления буря не просматривалась, но здесь, внизу, ощущался достаточно сильный ветер, нёсший мелкий противный серый песок, отчего Лету пришлось прищуриться и плотно сжать губы. Командир второй вахты – Атона, подтянутый, моложавый мужчина, подбежал к нему и заговорил, едва остановившись.

– Рад видеть, господин капитан. Мы встревожились, когда вернулись техники без вас и принесли пустую верёвку. Пытались искать, но или ночью так казалось, или в самом деле, но буря сделалась невыносимой. На ногах невозможно было стоять. Всю ночь несли вахту вокруг крейсера, думали, что вы сбились с пути. Что произошло?

– Я, действительно, заплутал и набрёл на грузовик. – Лет указал пальцем себе за спину. – Что с ним произошло – не знаю. – Он мотнул головой. – Трап опущен, экипаж мёртв, энергостанция не работает. Удалось включить резервный источник. Попытайтесь разобраться в его проблемах. Экипаж придётся захоронить здесь – не тащить же его назад, да и где. – Он дёрнул плечами. – Я на "Вояр". Будут проблемы – сообщайте немедленно. Делайте что хотите, но грузовик должен быть на ходу, иначе делать нам здесь нечего.

– Да, господин капитан. – Атона кивнул головой. – Ещё бы чуть и лейтер был бы в фабрике. – Он кивнул подбородком вперёд. – Тогда бы всем здесь делать было нечего.

Лет оглянулся – вдалеке, меж опор лейтера просматривалась чёрная стена фабрики, которую он не заметил, вчера из-за песчаной бури, сегодня из-за того, что грузовик стоял кормой к фабрике и пространственный сканер её не видел. Он опять повернулся к Атона.

– Может из-за этого и проблемы. – Лет состроил непонятную гримасу. – Насколько я видел, вы ходили туда. Грузовик не задел здание? – Поинтересовался он.

– Корма в трёх-четырёх метрах. Угораздило же. – Атона покрутил головой.

– Хаара! – Лицо Лета исказилось гримасой досады. – Запустите конвертор, отодвиньте его. Вдруг, следующая буря снесёт. Тогда уж, точно, не восстановим. Курс на крейсер? – Он вопросительно взмахнул подбородком.

– Там маяк, господин капитан. Хотя и метёт, но прохождение сносное.

– Хорошо! – Лет кивнул головой. – Грузовик ваш. Сегодня техники должны приступить к своей работе. Удастся наш лейтер восстановить, будем грузить его; нет – второй лейтер быстрей загрузим.

Шагнув в сторону и обойдя Атона, он направился к левету. Сидящие в нём штурман и системщик, тут же выскочили наружу. Они были без защитных костюмов.

– Здравствуйте, господин капитан! – Разом произнесли они.

Молча кивнув им головой, Лет сел в кресло пилота лейтера и взялся за штурвал. Двери левета опустились. Он резко взмыл вверх и развернувшись, помчался прочь от тревожного лейтера.


***


В районе посадки крейсера, хотя песчаная буря и была слабее, чем вчера, но значительно сильнее, чем в районе посадки лейтера, видимо корпус обогатительной фабрики служил какой-то защитой. Посадив левет у самого трапа "Вояра", Лет поднял дверь рядом с собой и мысленно выругался и от ворвавшегося внутрь песчаного заряда и от того, что забыл шлем защитного костюма на пульте управления лейтера.

В проём просунулась голова в защитном шлеме – это был Шпин.

– С вами всё в порядке, господин капитан. – Поинтересовался командир техников. – Вчера мы здорово переволновались, когда…

– Всё хорошо. – Лет кивнул головой, перебивая Шпина. – Атона доложил. Благодарю! Грузовик сел рядом с обогатительной фабрикой. Там буря уже утихла. Приступайте к работе. Не тяните.

– Хорошо, господин капитан. Мы немедленно приступим к перебазированию.

– Дай выйти. – Лет сделал отмашку рукой.

Шпин отстранился. Выпрыгнув из левета, Лет побежал по трапу внутрь крейсера. Вынырнув из палатки, он передёрнулся, будто вбежал из холода в тёплое помещение и потрепал ежик своих волос на голове, вытряхивая песок. К нему тут же подошёл штурман его вахты Гаррот.

– Рад видеть, господин капитан. – Заговорил штурман. – Мы…

– Взаимно. – Взяв штурмана за локоть, Лет несильно тряхнул его, выражая благодарность. – Витор выходил на связь? Что у него? – Поинтересовался он.

– Нет, господин капитан. – Гаррот мотнул головой.

– Сам свяжись. – В голосе Лета скользнули нотки раздражения.

– Мы ждали вас, господин капитан. – Гаррот дёрнул плечами.

Состроив недовольную гримасу, Лет направился в хелпер, где вчера облачался в защитный костюм, там снял его и затем отправился на второй уровень.

Штурман и системщик находились в зале управления, сидя в своих креслах. Едва Лет занял своё кресло, пальцы Гаррота тут пробежались по клавишам панели связи – над пультом управления вспыхнула пустая голограмма. Состроив гримасу удивления, Лет повернул голову в сторону штурмана.

– Или прохождение плохое или крейсер за горизонтом. – Произнёс Гаррот, не поворачивая головы. – Придётся ждать.

Лет открыл ящик пульта управления, достал из него баночку с тоником и открыв её, откинулся в кресле и принялся пить. С каждым глотком, приятный напиток, напитывал тело живительной энергией, снимая остатки неприятного ощущения. Опустошив баночку, Лет бросил её в утилизатор и уставился в экран вивв.

Сегодня экран вивв был уже не таким унылым, как вчера. Хотя серые песчаные заряды ещё пробегали по нему, но были они не часты и не столь мощны, да и белых сполохов на экране не наблюдалось. Песчаная буря или утихала, или уходила куда-то в сторону.

– Что-то серьёзное с лейтером? – Раздался голос системщика.

– Экипаж мёртв, все энергосистемы бездействуют. – Ответил Лет, не поворачивая головы.

– Какой ужас! – В голосе системщика послышались нотки испуга. – Что с ним могло произойти?

Лет выпрямился и ткнул пальцем в одну из клавиш пульта управления.

– Макр. Зайди в зал управления. – Произнёс он и ткнув пальцем в туже клавишу, отключил связь.

Не успел он ещё откинуться к спинке кресла, как за спиной раздались торопливые шаги и рядом с креслом появился командир третьей вахты Макр Солит.

– Рад видеть, господин капитан. – Произнёс Макр.

Лет повернул голову.

– Найди Шпина… – Заговорил он. – Если уже ушёл, дождись возвращения левета. – Со своей вахтой внимательно осмотри корпус "Вояра". При посадке был удар. Выясните, есть ли повреждения и насколько серьёзны.

– Да, господин капитан. – Кивнув головой, Макр повернулся и ушёл.

Лет повернул голову в сторону системщика.

– Тщательно проверь все системы. Если нас зацепил лейтер, то почему он приземлился далеко от нас. Не верю, что удар отбросил его так далеко и он явился причиной проблем. Трап на лейтере был опущен, значит после посадки экипаж был жив. Что-то произошло позже.

– Вчера весь вечер тестил. – Повернув голову в сторону капитана, системщик дёрнул плечами. – Никаких сбоев не было.

– Что же тогда было? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

Состроив гримасу, системщик поднял плечи.

– Господин капитан!

Лет повернул голову на голос – из голограммы на него смотрело лицо капитана Витора.

– Как посадка? Удалось добраться до обогатительной фабрики. – Поинтересовался Витор.

– Серьёзные проблемы с лейтером. – Заговорил Лет. – Его экипаж мёртв.

Глаза Витора заметно округлились. В них промелькнула искра страха.

– Буря стихла. Техники направились на фабрику. Надеюсь, вскоре приступят к работе. Ты когда намерен сесть? – Поинтересовался Лет.

– Отсюда не заметно, что песчаная буря утихла. – Витор покрутил головой. – Лишь чуть сместилась, но фабрика ещё под ней. Придётся ждать, когда она уйдёт, иначе буду у тебя на голове.

– Ты не наблюдал никакого чужака? Есть подозрение, что мы спугнули кого-то.

– Серьёзно? – Лицо Витора вытянулось. – Тоже за криилом пришёл? Никого не было. – Он мотнул головой.

– Значит, показалось. – Лет шумно вздохнул. – Всё же, не тяни с посадкой. Включим маяки – не напорешься.

– И всё же, я покручусь ещё немного. Два–три дня, когда у нас счёт идёт на года, мало, что решат.

– Как знаешь. – Вытянув руку, Лет ткнул пальцем в клавишу прерывания связи и откинувшись в кресле, прикрыл глаза…

– Господин капитан! Шеф! Господин капитан!

Негромкий далёкий голос вывел Лета из забытья. Он открыл глаза и вслушался, но никаких звуков ниоткуда не приходило.

Приснилось!

Он шумно вздохнул и выпрямившись, покрутил головой – в зале управления, кроме него больше никого не было. Его лицо тут же исказилось гримасой недоумения.

– Капитан Лет!

Пришедший из-за спины голос, заставил Лета оглянуться – позади никого не было.

Хаара! Лет отвернулся и тряхнул головой. Что за ерунда? Это явь или я сплю?

Он скользнул взглядом по экрану вивв – его брови выгнулись высокими дугами – больших изменений на нём не было, может лишь, он чуть стал светлее, показывая, что песчаная буря утихала. Вместе с тем по нему беспрерывно скользили какие-то непонятные строки с непонятной информацией. Лет попытался всмотреться в бегущий информационный поток, но это не были знаки письменности в привычном понятии, а знаки, состоящие из энергетических уровней, его мозг наполнился каким-то непонятным покалыванием, определённо, это опять чувствовались энергетические токи, которые шли со всех сторон. Особенно мощный ток энергии исходил из странного пятна, находящегося прямо перед ним на экране вивв, будто экран прогорел и теперь излучал. Ток был настолько мощный, что заставил Лета вжаться в кресло…

– Господин капитан!

Громкий возглас, заставил Лета вздрогнуть и поднять взгляд – с голограммы на него смотрело лицо третьего вахтенного офицера Атона.

– Извините, господин капитан. – Губы Атона вытянулись в лёгкой улыбке. – У вас были открыты глаза и я подумал, что вы, просто, задумались.

– Это так. – Лет кивнул головой. – Что у тебя?

– Мы внимательно обследовали все системы лейтера – никаких повреждений нет. Нуклонный реактор заглушен, но как-то странно, будто не системой управления лейтера, а извне, мгновенно. Странно, что он не взорвался.

– Как извне? – Лет состроил гримасу недоумения.– Что за чушь?

– Системщик говорит, что такое возможно, если на него воздействовать очень мощным магнитным импульсом. Тогда произойдёт разрыв магнитного поля шнура реактора и он прервётся. Но магнитный луч должен быть чудовищной мощности, так как стенки рабочей зоны реактора толще полутора метров. Это сделано для того, чтобы никакие внешние поля не смогли добраться до плазменного шнура. Но такое поле должно резко разогреть корпус реактора и он, непременно, должен взорваться. Но взрыва не было, будто кто-то вовремя остудил корпус реактора.

– Вы сможете запустить реактор? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– Надеюсь, что да. Но отсюда нет. – Атона мотнул головой. – Резервный источник лейтера на исходе и его оставшейся мощности не хватит, чтобы зажечь и удержать некоторое время шнур. Нужен крейсер и кабель.

– Хорошо! Крейсер есть, кабель техники найдут. Ждите!

– Да, господин капитан. – Атона кивнул головой и голограмма погасла.

Хаара! Лет провёл руками по лицу. Что это было: действительно, сон или наваждение? Но если глаза были открыты, то… Он механически покрутил головой и вдруг, увидел, что в зале управления он, действительно, один. Что за ерунда?

Он повернулся вместе с креслом и поднявшись, шагнул к выходу и в тот же миг в проёме двери, будто материализовался штурман его вахты, Гаррот.

– Что происходит? Почему вахты нет? – Строгим голосом произнёс Лет.

– Извините, господин капитан. – Гаррот состроил виноватое лицо. – Шпин попросил помочь с погрузкой оборудования. Крейсер далеко от фабрики и чтобы не делать много долгих рейсов, техники забивают левет под завязку.

– Им ещё долго таскаться?

– Последний рейс ушёл, господин капитан. – Кард пошёл со Шпином, чтобы пригнать левет.

– Макр ещё не вернулся с осмотра?

– Он сейчас в ангаре. Раздевается. Говорит, что видимых повреждений нет. – Гаррот мотнул головой. – Но они ходили через верхний люк и не всё осмотрели. Вернётся левет, я сам поднимусь и осмотрю корпус. Всё же странно…

– Не стоит. Если Макр не нашёл, то и ты не найдёшь. Это был магнитный луч или его отражение.

– Магнитный луч? Отражение? От чего? – Брови Гаррота взметнулись вверх.

– Здесь кто-то был и мы или помешали ему или им, или что-то другое произошло. Как утверждает Атона, лейтер попал под их магнитный луч. А по "Вояру" они или промазали, или нас нашёл отражённый от лейтера луч. Видимо грузовик они приняли за вражеский корабль. А нам, будем считать, что повезло.

– Магнитное оружие. – Гаррот покрутил головой. – И что теперь?

– Главное теперь, восстановить работу нуклеиновой энергостанции лейтера. Атона утверждает, что его резервный источник почти израсходован. Менее, чем за сутки. Какая-то ерунда. – Лет мотнул головой.

– Может его забыли заменить перед стартом? – Произнёс Гаррот.

– Возможно, хотя и не верится. – Лет ещё раз мотнул головой. – Вернётся Кард, перебазируемся к грузовику и попытаемся подать на него энергию от крейсера. Удастся – будет надежда, что он оживёт. Нет, придётся бросить. Из зала управления во время вахты ни шагу. Это, приказ. Неизвестно куда они ушли и когда вернутся. Передашь это и Карду.

– Да, господин капитан.

Гаррот прошёл к своему креслу и усевшись, уставился в экран пространственного сканера.

– Я на кухню.

Выйдя из зала управления, Лет направился в сторону хозяйственного блока. Никаких энергополей вокруг себя он не чувствовал.

Странно. Его лицо исказилось гримасой досады. Почему я не всегда чувствую энергетические токи? И что нужно сделать, чтобы контролировать это чувство? Как оно включается?

Лет напряг лоб, сдвинул брови; затем наморщил лоб и поднял брови; вытянул губы вперёд; растянул их, изобразив подобие улыбки, но никакого чувства энергополей, так и не появилось.

Хаара! Он шумно выдохнул. Может не нужно никаких усилий, а просто подумать об этом? Вдруг пришла ему интересная мысль. Никаких других мыслей, лишь мысль о том, чтобы высвободить или активировать это непонятное поле. Как-то так.

Лет постарался освободиться ото всех сторонних мыслей и сосредоточился на том, чтобы почувствовать какое-то энергополе и…

Мощный энергетический ток, вошедший ему в мозг, заставил его болезненно поморщиться.

Ну и ну! Он мотнул головой. Не так же сильно.

В тот же миг ток энергополя заметно ослаб.

Гораздо приятнее. Губы Лета вытянулись в лёгкой усмешке. И как дальше? Он постарался погасить мысль о своём непонятном чувстве и тут же энерготок, практически исчез из его мозга. Вот и прекрасно!

Лет широко улыбнулся и вдруг, осознал, что стоит напротив закрытой двери хозяйственного блока. Толкнув дверь в сторону, он вошёл внутрь и пройдя к одному из холодильных шкафов, достал из него упаковку с едой и баночку с тоником, шагнул к столу, но постояв около него несколько мгновений, повернулся и направился в коридор. Выйдя в коридор, он направился в свою каюту. Ткнув ладонью в сенсорную пластинку, он вошёл внутрь, подошёл к одному из кресел и усевшись, откинулся на его спинку и прикрыл глаза…

– Господин капитан! – Негромкий голос у самого уха, заставил Лета приподнять веки – рядом никого не было.

Опять! Его губы вытянулись, изобразив состояние досады.

– Господин капитан! – Пришёдший сзади голос прозвучал уже громче и отчётливее. – Атона на связи. Требует вас. Что-то неотложное.

Лет поднял голову и оглянулся – рядом с креслом стоял Гаррот. Он перевёл взгляд за штурмана – дверь каюты была открыта. Он опустил голову – его руки сжимали, так и не распакованную еду.

Надо бы нормально выспаться, иначе, так и буду на ходу засыпать. Всплыла у него досадная мысль

– Сейчас буду. – Лет приподнял руки с едой.

– Да, господин капитан. – Развернувшись, Гаррот вышел.

Быстро покончив с едой и бросив пустые упаковки в утилизатор, Лет вышел в коридор и закрыв дверь каюты, направился в зал управления.

Штурман и системщик сидели в своих креслах, голограмма, с терпеливо дожидающимся Атона, висела над пультом управления. Как только Лет оказался в своём кресле губы второго вахтенного офицера шевельнулись.

– Господин капитан. – Заговорил Атона. – Система конденционирования не работает и лейтер нагревается. Внутри уже душно. Если охлаждение подключить к резервному источнику, его на и час не хватит. Продукты придут в негодность. Придётся выбросить.

– Я всё помню. Извини! – Лет покивал головой. – Техники ушли. Сейчас будем перебазироваться. – Ткнув пальцем в клавишу завершения связи, он повернул голову в сторону штурмана. – Вахта Макра на месте?

– Пытаются выбраться из чёрной зоны. – Губы Гаррота вытянулись в широкой усмешке. – Вахта Атона незаметно им ногу подставили перед уходом – они и вляпались.


***


Вахты в свободное время играли в интерактивную компьютерную игру "Тёмная зона", используя экран вивв кают-компании. Игра представляла собой космический симулятор приключений с элементами боевых действий. Игра была достаточно захватывающая. Каждая команда имела свою космическую базу и несколько космических кораблей. В игре требовалось искать для них энергетические ресурсы в виде некоторой субстанции, которая появлялась в окрестности звезды лишь на короткое время перед переходом её в стадию сверхновой. Такие звёзды были редки в галактике и потому нужны были хорошие знания физики звёзд, чтобы узнать, какая звезда вот-вот станет сверхновой и оказаться в её пространстве перед этой стадией первым и не дать сопернику завладеть субстанцией, строя на его предполагаемом пути всевозможные ловушки. Соперники тщательно скрывали и свой путь и своё местонахождение и требовалась большая изобретательность, чтобы найти способ обнаружить соперника.

"Темная зона" игра так называлась потому, что в пространстве можно было генерировать специальные невидимые зоны, при попадании в которую, зона мгновенно темнела, звёзды исчезали и корабль терял ориентацию. Чтобы выбраться из такой зоны требовалось немалая находчивость и сноровка. Генерируя подобные зоны, можно было надолго задерживать продвижение кораблей противника. Но была у тёмных зон и особенность – после генерации она становилась невидимой не только для противника, но и для её создавшего и где она находится, требовалось помнить её пространственные координаты. По прошествии определённого времени, если тёмная зона не активировалась, она рассасывалась пространством, как и активированная, но активированная была активна до тех пор, пока в ней находился корабль. Количество генерируемых тёмных зон зависело от энергонасыщенности корабля – чем больше у него было энергии, тем больше зон можно было сгенерировать.

Лет не принимал участия в игре и его вахтенным, Гарроту и Карду приходилось вертеться вдвоём и они часто оказывались около звезды последними, так как порой игра приобретала такой бурный динамизм, что двух пар рук и глаз, явно не хватало для управления всеми своими некромантами.


***


– Левет? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– В ангаре. На стопах.

– Перебазируемся. – Лет ткнул пальцем в клавишу громких корабельных оповещений. – Приготовиться к старту.

Отключив оповещение, он ткнул пальцем в клавишу подъёма трапа – на пульте управления вспыхнул и замигал красный индикатор.

Наученные горьким опытом весспера, попавшего в песчаную бурю, гитты установили компрессор для обдува и поднимаемого трапа, и люка, и пыль больше не скапливалась в его швах.

Прошло некоторое время и красный индикатор на пульте управления перекрасился в зелёный цвет. Пальцы Лета пробежались по клавишам пульта управления и он расцветился индикаторными панелями, по которым побежали тесты диагностики – крейсер вздрогнул, будто его разбудили ото сна. Лет взялся за штурвал и корабль, качнувшись, медленно пополз вверх.

Песчаная буря стихла ещё больше, но в атмосфере висел какой-то песчаный туман и потому окружающая обстановка просматривалась не достаточно далеко и грузовик виден не был. Лет не стал убирать опоры крейсера, а так и повёл корабль над космодромом, хотя это было грубым нарушением правил космоплавания.

Штурман и системщик молчали, так как указывать, даже на недопустимые действия, капитану считалось скудоумным поведением экипажа.

Крейсер медленно скользил над инопланетным космодромом. Была, примерно, середина дня, так как местное солнце нещадно палило в верхней части экрана, даже несмотря на светофильтры. Белых сполохов, изобилующих на экране во время бури, практически не наблюдалось и сердце Лета больше не сжималось в тревоге, что от их изобилия начнут выходить из строя решётки пространственного сканера. Наконец из-за пульта управления показался серый корпус грузового лейтера. Лет глубоко вздохнул.

Вдруг, на панели управления вспыхнул и замигал один из красных индикаторов, по экрану одного из терминалов побежали строки сообщений, по экрану вивв заскользили причудливые сине-зелёные разводы, едва ли не полностью закрыв собою видимость, крейсер резко потянуло в сторону. В голову Лета ворвались тысячи игл и принялись тыкать своими тупыми концами в мозг, вызывая не болезненные, но неприятные ощущения.

– Анализатор отмечает наличие сильного магнитного поля. – Быстрым голосом заговорил Кард, тыча пальцами в ряд клавиш пульта управления перед собой. – Оно неоднородно. Вихревой разнонаправленной структуры…

– Что нам грозит? – Перебил его монолог Лет, пытаясь остановить и выровнять крейсер, который начал перемещаться какими-то странными рывками.

– Не знаю. – Пришёл обескураживающий ответ системщика.

– Отстрой пространственный сканер. Ничего не видно.

– Не отстраивается. Сполохи за гранью настроек.

– Я бы посадил крейсер. – Заговорил штурман. – А уже затем разбирался.

Лет отклонил штурвал и крейсер резко провалился вниз. Раздался тяжёлый надсадный стон, крейсер качнулся и замер. Наступила тишина.

Какое чутьё заставило меня не убирать опоры. Всплыла у Лета довольная мысль. Чтобы сейчас от нас осталось?

– Странное магнитное поле отмечает анализатор. – Нарушил молчание Кард. – Скорее всего, это даже не поле, а то, что от него осталось. Что же тогда представляет собой это поле в своей полной силе. Интересно было бы посмотреть.

– Выйди и посмотри на грузовик. – Раздался грубый, недовольный голос капитана Лета. – Как бы и наш реактор не заглох.

– Вихри не настолько мощны, чтобы пробить его защиту. – Продолжил говорить Кард. – Но весьма любопытны. Таких я ещё не встречал.

– Вот и займись их анализом. Оба остаётесь здесь. – Лет ткнул пальцем в клавишу громких сообщений. – Вахте Макра – на выход. – Оттолкнув от себя штурвал и развернувшись вместе с креслом, он поднялся и покинул зал управления.

Когда он сошёл в ангар, вахта Макра уже была там и крутилась вокруг левета, освобождая его от стопов. Лет направился к ним.

В ангаре покалывание непрошенных игл ощущалось сильнее. Лет постарался активировать своё поле и как-то вытолкнуть неприятное покалывание, неизвестно каким образом, но это удалось – неприятные иглы исчезли, оставив после себя лишь лёгкий шум.

– Крейсер попал в сильное магнитное поле. – Заговорил Лет, останавливаясь перед повернувшимися в его сторону членами экипажа. – На экране вивв сплошной калейдоскоп. Пришлось сажать. Лейтер уже недалеко, но кабеля такой длины у нас может и не оказаться. Опустите трап и выгляните наружу. Если никаких угроз нет, откройте большой люк и обойдите на левете вокруг "Вояра". Всё же посадка была не из мягких.

Штурман третьей вахты направился к панели управления трапом и вскоре на панели управления вспыхнул зелёный индикатор, и створка люка на полу ангара скользнула в сторону. Макр нырнул в образовавшейся проём и скрылся из вида, но уже через несколько мгновений его голова появилась из проёма люка.

– Лейтер рядом. – Заговорил он. – Атона уже бежит сюда. Жарко! – Резко и шумно выдохнув, он опять исчез в проёме.

– Левет наружу. – Произнёс Лет и направился к люку трапа.

Сбежав по трапу вниз и сделав от него несколько шагов, он покрутился, осматриваясь.

Лейтер, действительно, находился неподалёку. Крейсер стоял носом в его сторону и от носа до грузовика было не более двух сотен шагов. Макр и Атона уже встретились и что-то оживлённо обсуждали, беспрерывно махая руками. Песчаная буря, в этой части космодрома, практически, стихла. Дул средней силы горячий ветер, неся по космодрому меж кораблей тонкий слой серой пыли, безо всяких завихрений. Было жарко. Местная звезда, видимо, была над крейсером, так тень корабля, практически, не выходила за его контуры, но её палящий зной ощущался превосходно даже под днищем крейсера. Дышалось тяжело, горячий воздух обжигал не только горло, но и лёгкие. Покалывание в голове по прежнему ощущалось, но было уже не таким, как внутри корабля, а каким-то размытым.

Совсем рядом, за грузовиком возвышалось мрачное тёмное широкое здание, при ярком свете уже не чёрное, а коричнево-серое. На стене здания чёрнели двое широких ворот, которые сейчас были закрыты и за какими был Шпин со своими техниками, можно было лишь гадать.

От грузовика в сторону крейсера шли штурман и системщик вахты Атона, что-то катя перед собой и за ними по полю космодрома тянулся какой-то хвост. Присмотревшись, Лет понял, что они разматывают кабель, толкая перед собой барабан с ним. Он направился в сторону что-то обсуждающих Макра и Атона. Или почувствовав или увидев приближение капитана, вахтенные офицеры перестали разговаривать и повернулись в его сторону.

– Где вы взяли кабель? – Поинтересовался Лет, останавливаясь напротив Атона.

– В ангаре нашли. Триста пятьдесят метров.– Пояснил Атона. – Жаль, что крейсер не удалось ближе подогнать.

– Здесь какая-то аномалия. – Состроив гримасу Лет мотнул головой. – Хотя бы так удалось. Не хватит кабеля, тогда и будем двигать, если сможем. Лишь бы грузовик не разнести.

Штурман и системщик прокатили мимо них барабан. Лет проводил их долгим взглядом.

– Тонковат. – С сарказмом произнёс Макр.

– Другого нет. – Атона поднял плечи. – Я на грузовик. Подключите – сообщите. Будем синхронизировать работу. Лишь бы импульс прошёл, а там пусть горит.

Развернувшись, он быстрым шагом направился в сторону грузовика. Лет и Макр пошли к трапу крейсера.

Кабеля хватило и двигать крейсер не пришлось. Лет внутрь крейсера не пошёл, а остался внизу, нетерпеливо прогуливаясь рядом с трапом. Ему уже не терпелось вырваться в пространство и приняться за осуществления своего плана, по поиску возможного отхода при появлении врага. Хотя времени было ещё очень и очень много, для загрузки лейтера должно было уйти не менее полугода, но неопределённость угнетала.

Развернувшись в очередной раз, он, буквально, остолбенел, его челюсть отвисла – от лежащего перед ним кабеля во все стороны били струи сизого дыма, с каждым мгновением становясь всё мощнее и мощнее, оболочка кабеля буквально плавилась на глазах, каким-то киселём отекая на поверхность космодрома. Из неё показались две красные полосы, которые становились всё ярче и ярче, будто раскаляясь от негодования и вдруг, ярко вспыхнув, заставив Лета прищуриться и отвернуться, погасли. Лет открыл глаза – на поверхности космодрома остался черный дымящийся след, пролегающий между двумя кораблями цивилизации гиттов.

Прошло несколько мгновений и позади Лета раздался топот ног. Он оглянулся, по трапу сбегали штурман и системщик вахты Макра, закатившие барабан с кабелем в ангар крейсера и оставшиеся там. Через весь трап шла чёрная дымящаяся полоса.

– Что за… – Лет сдвинул брови. – Вы у меня год бессменно будете драить крейсер. – Громко, с нескрываемым негодованием, произнёс он.

Негласным законом космоплавания, по главному трапу следовало лишь ходить, а не бегать и за пренебрежение этим порядком, следовали самые строгие наказания, которые были возможны на корабле.

Штурман и системщик, тут же остановились. На их лицах отобразились гримасы глупейшего выражения.

– Л-лейт-тер… – Выдавил из себя штурман.

– Что лейтер? Покидает космодром? Это не оправдание.

– Грузовик горит, господин капитан. – Спокойным голосом заговорил системщик. – Вахтенный один.

– Как горит? – Лет состроил мину недоумения, но у него тут же возник перед глазами плавящийся кабель. – А крейсер?

– Макр со своими тушит.

Ничего не сказав, Лет сделал шаг назад, показывая, что штурман и системщик могут продолжить свой путь. Видимо так это и поняв, они сорвались с места и перепрыгивая через ступеньки сбежали вниз и помчались в сторону грузовика. Недовольно поморщившись, Лет проводил их хмурым взглядом и шагнув к трапу, пошёл внутрь, стараясь не наступить на дымящуюся чёрную полосу.

Ангар был полон едкого дыма. В горле запершило и Лет закашлялся. Тут же перед ним материализовался Макр.

– Ну вонючий же гад. – Заговорил вахтенный, махая перед собой рукой. – Уже затоптали, господин капитан. Пришлось ботинки снять… – Он приподнял ногу и Лет увидел, что Макр стоит перед ним в одних носках. – Чтобы следов не наделать. Ангар теперь долго придётся драить. – В его голосе скользнула досада.

– Что с грузовиком? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– Та же история.

– Реактор заработал? – Повысил голос Лет.

– Шнур есть, но пока нестабилен. Атона пытается его удержать. Кабель сгорел слишком быстро.

– Открой большой люк.

– Да, господин капитан.

Повернувшись, Макр подбежал к панели управления и нажал одну из его клавиш – створки большого люка в полу ангара медленно поползли в стороны. Образовавшийся сквозняк потянул за собой дым, который заструился меж расползающихся створок люка.

– Соскребите с пола эту вонь. Я в левет. Схожу к грузовику, затем к Шпину.

Пройдя в левету, Лет уселся в кресло пилота и выведя летательный аппарат наружу, направил его в сторону лейтера.

Опустив левет около трапа грузовика, он поднялся внутрь. В ангаре был полумрак, но он уже был чист и хотя по его полу тянулась чёрная полоса, дыма не было, хотя резкий запах от сгоревшего кабеля чувствовался отчётливо. Никого из гиттов в ангаре не было и Лет направился на второй уровень в зал управления. Атона и штурман его вахты были там. Они стояли нависнув над пультом управления и видимо, были чрезвычайно чем-то увлечены, так как, совершенно, не отреагировали на появление своего командира. Экран вивв был свёрнут.

Подойдя, Лет заглянул через их головы – скорее всего они наблюдали за терминалом нуклеинового генератора, по которому бежали строки разноцветных сообщений и графиков, так как другие терминаторные панели были неактивны.

– Проблема серьёзна? – Негромким голосом поинтересовался Лет, выпрямляясь.

Атона и штурман разом оглянулись и тут же выпрямившись, повернулись к Лету.

– Шнур очень тонок. – Атона поднял плечи. – Мы сняли всю нагрузку, кроме схем стабилизации и контроля реактора. Стабилизировать его удалось, дальше… – Он покрутил головой. – Энергии не хватает.

– Ваш технарь…

– В блоке управления. Вручную отключает, какие можно, системы.

– Внизу левет. – Лет кивнул головой в сторону двери. – Задействуйте его генератор.

– Сейчас всё плохо. – По губам Атона скользнула усмешка. – И вброс энергии в реактор и её отбор. Шнур в состоянии лишь себя удерживать. Любые колебания приведут к его разрыву. Остаётся лишь ждать. Думаю, ещё часов пять-шесть. Дальше бессмысленно. Если он начнёт толстеть, значит реактор выползет. Если останется таким же, придётся рвать.

– Хаара! – По лицу Лета скользнула тень досады. – Чего-то наши технари недодумали.

– Всего не предусмотришь. – Атона глубоко вздохнул. – Никто и не предполагал, что у кого-то есть такое чудовищное магнитное поле, способное погасить реактор таким примитивным способом.

– Даже не знаю, что и сказать. – Лет мотнул головой. – Может у Витора есть мощный кабель на вторую попытку? Не буду досаждать. О любом результате докладывать незамедлительно.

Повернувшись, Лет вышел из зала управления лейтера и спустившись на космодром, уселся в левет и направил его в сторону мрачного здания обогатительной фабрики.

Оба ворота были опущены и поколебавшись, Лет направил летательный аппарат к правым из них. Опустив левет перед воротами, он вышел наружу и подойдя к воротам, постучал по ним ладонью – звук получился глухой и невыразительный. Он обвёл взглядом периметр ворот – нигде никаких панелей, могущих иметь принадлежность к управлению воротами не наблюдалось. Дёрнув в досаде плечами, Лет вернулся в левет и направил его к другим воротам и едва оказался перед ними, как они медленно поползли вверх. Мысленно выругавшись, Лет направил левет в образовавшийся проём.

Внутри было темно и свет шёл лишь из проёма ворот. Лет включил прожекторы левета – вдали, в лучах света блеснули контуры какого-то сооружения, на первый взгляд, состоящего лишь из сплетения разновеликих труб. Внутри фабрика была настолько огромна, что её противоположный край даже не просматривался, прячась в темноте. Нигде, никого из техников видно не было, как не было видно и никаких огней. Лет направил летательный аппарат вглубь фабрики.

Вблизи, в лучах света сооружение по обогащению красного песка выглядело ещё внушительнее: оно было не столь высоко, сколь размерно. Многочисленные трубопроводы соединяли собой несколько блестящих, в лучах прожекторов, цилиндрических и прямоугольных конструкций. Около одной из конструкций стояли четыре серых самодвижущихся механизма, полуцилиндрической формы оплетенные трубопроводом. Что они были самодвижущимися, Лет понял из того, что каждый механизм имел не менее десятка больших чёрных колёс. И вновь никого из техников нигде не наблюдалось. Расстояние между конструкциями было достаточно велико, трубопроводы внутри фабрики шли вверху и левет беспрепятственно скользил в их пространстве.

Вдруг, впереди что-то блеснуло, заставив сердце Лета вздрогнуть. Это была не конструкция в луче света. Его пальцы тут же ткнулись в клавишу на пульте управления левета: раздался щелчок откинутого люка и негромкое шуршание выползающей из ниши летательного аппарата лазерной турели. Но его опасения оказались напрасны, когда левет подошёл ближе, он увидел ползущую вверх дверь, через которую пробивался свет, но как-то странно обрываясь, будто перед ним была некая преграда. Лет остановил левет и замер в ожидании. Наконец дверь замерла и в её проёме показался громоздкий самодвижущийся механизм, напоминающий огромную бочку с хоботом, перемещающуюся на широких гусеницах. Вползя внутрь, самодвижущаяся бочка свернула в сторону и за ней показалась ещё одна, которая, оказавшись внутри свернула в другую сторону. Лет вжал акселератор и направил левет вслед за второй бочкой.

Подползя к одной из круглых конструкций, бочка остановилась и неведомо откуда взявшись, вокруг неё забегали несколько человек – в одном из них Лет узнал Шпина. Он подвёл левет к бочке и опустив его на пол, открыл дверь и выпрыгнул наружу. Командир техников тут же подбежал к нему.

– Что-то произошло, господин капитан? – Поинтересовался Шпин.

– Пришёл поинтересоваться, как ваши дела. – Принялся объяснять Лет. – Если всё в порядке, я схожу на орбиту и осмотрюсь – не даёт мне покоя та полоса света, которую мы видели во время песчаной бури. Можете не торопиться: наш лейтер ещё не готов принимать вещество массы; а Витор свой ещё не посадил.

– Об этом не беспокойтесь, господин капитан. – Шпин широко улыбнулся. – Ещё не скоро первый ратан потечёт в контейнер. Это лишь первые хорвесторы. Нужно заполнить этот накопитель. – Шпин указал рукой на цистерну. – И только потом запускать процесс обогащения. Карьер сейчас далеко от фабрики и путь у хорвесторов длинен. Мы даже энергостанцию фабрики ещё не включили. Если только дня через три-четыре.

– Может здесь есть кабель, чтобы подать энергию в лейтер? Наш сгорел.

– Навряд ли толлоны оставили здесь что-то лишнее. Лишь необходимое. – Шпин мотнул головой. – Они очень и очень аккуратны. Нам остаётся лишь завидовать.

– К чему такой пессимизм. – Лет вытянул руку и тряхнул Шпина за предплечье. – Скоро и мы будем не хуже их. Я уверен. Я хочу посмотреть песчаный карьер.

– Из ворот… – Шпин махнул рукой в сторону открытых ворот. – Километров сорок, по прямой. Там ещё два хорвестора. Всех четыре. Пока нет Витора, мы работаем всеми. Придёт он – два его.

– Вот и отлично! – Ещё раз тряхнув Шпина, Лет опустил руку и развернувшись, зашагал к левету.

Усевшись в летательный аппарат, он опустил дверь и подняв левет, направил его в открытые ворота.

Лет, будто, попал в другой мир: в верхней части лобового стекла сияла огромная жёлто-красная звезда; неподалеку от неё едва просматривалась яркая белая звёздочка, нейтронный остаток после взрыва сверхновой, некогда бывшего второго солнца; впереди простиралась какая-то сиреневая поверхность, с тянущимися за горизонт унылыми сиреневыми холмами по обе стороны от того котлована, по которому шёл левет; ни единого зелёного проблеска, лишь призрачный сиреневый пейзаж, заставляющий лицо искажаться невольной гримасой тревоги. Лет оглянулся: за леветом тянулся мощный шлейф сиреневой пыли. Он невольно потянул штурвал на себя – шлейф стал ниже, но шире. Мотнув головой от досады, Лет вернул взгляд в лобовое стекло.

Идти, действительно, пришлось долго, прежде, чем в пейзаже стали заметны изменения – сиреневый цвет начал разбавляться розовым. Да и шлейф пыли за леветом стал заметно меньше, будто она стала тяжелее и уже не с такой охотой стремилась оторваться от своего насиженного места.

Котлован, по которому скользил левет начал быстро расширяться, глубина уменьшаться и Лет поднял левет выше и.. Сиреневые холмы исчезли и летательный аппарат оказался над бескрайней розовой пустыней, с уходящими за горизонт барханами, по вершинам которых скользил лёгкий ветерок, поднимая над ними розовые песчаные облачка.

Впереди виднелись два хорвестора, стоящие перед розовой стеной песка с воткнутыми в неё своими хоботами.

Лет не стал опускаться вниз и подходить к добывающим машинам, а поднял левет ещё выше и повёл его вглубь розовой пустыни.

Он будто попал в другое измерение: розовые пески будоражили мозг, будто насыщая его неведомой энергией, отчего настроение Лета круто ползло вверх, по телу, будто, шли волны бодрости, казалось, что сейчас он готов совершить что-то такое, необычное, невозможное, ему хотелось мчаться и мчаться, мчаться в бесконечность.

Лет оглянулся: за леветом простирались лишь розовые пески, лишённые всякого ориентира. Его сердце невольно дрогнуло – не заблудиться бы. Он ткнул пальцем в клавишу связи – вспыхнувшая над штурвалом голограмма была сплошь испещрена блёстками помех, из штурвала донёсся шум, густо разбавленный, колющим уши, потрескиванием. Ткнув пальцем в клавишу прерывания связи, Лет круто повернул штурвал: описав дугу, левет развернулся и помчался в обратном направлении.

Я, вроде бы никуда не сворачивал, шёл по прямой. Размышлял он, всматриваясь в горизонт, но из-за него шёл и шёл лишь розовый цвет, без каких-то намёков на другие цвета.

Огромное красно-желтое солнце висело прямо перед лицом, придавая пескам более насыщенный цвет, переходящий из розового в красный, ещё больше возбуждая.

Хаара! Лицо Лета исказилось неприятной гримасой. Можно же подняться выше.

Он потянул штурвал к себе и левет взмыл вверх – из-за горизонта тут же поползли, почему-то серые, а не сиреневые холмы, но были они далеко справа. Скорее всего игра цвета была из-за того, что теперь была видна не освещённая сторона холмов, а теневая.

Всё же сбился. Всплыла у Лета досадная мысль. Наверное от переизбытка эмоций. Его губы вытянулись в усмешке.

Он повернул штурвал и дождавшись, когда серая гряда окажется прямо по курсу, вжал акселератор – левет рванулся вперёд.

Не доходя до серой гряды, Лет, вдруг, резко повернул штурвал и левет помчался, обходя обогатительную фабрику стороной. Лету не хотелось опять оказаться среди мрачных холмов, навевающих уныние.

Вскоре показалась и сама фабрика. Издалека, при ясном дне, она выглядела внушительно и у Лета появилось даже некоторое восхищение этой невзрачной, но впечатляющей конструкцией. Непонятно было лишь одно: почему цвет фабрики был таким, скорее всего, очень тёмно-тёмно коричневым.

Выскочив из-за фабрики, Лет увидел лейтер. Его пальцы пробежались по клавишам панели связи – из вспыхнувшей над штурвалом голограммы, на него смотрело лицо Атона.

– Как успехи? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

Атона молча покрутил головой. Прервав связь, Лет направил левет в строну крейсера и ткнул пальцем в клавишу деактивации оружия – тихий шелест известил, что турель заняла своё место в нише левета.

Песчаная буря уже утихла полностью и по полю космодрома совершенно не мело. На удивление, неприятной серой пыли на космодроме, почти, не было и его тёмное покрытие хорошо просматривалось, будто он был убран неведомым дворником и левет оставлял за собой лишь лёгкое, едва видимое, облако из серых пылинок.

Створки большого люка крейсера были открыты и Лет войдя в ангар, опустил левет на пол и погасив генератор, выпрыгнул из летательного аппарата. В ангаре никого не было. Горелый запах от кабеля совершенно не ощущался, тёмная полоса на полу едва-едва просматривалась. Удовлетворённый, Лет лёгкой пружинистой походкой направился на второй уровень. Чувствовал он себя, великолепно.

В зале управления находилась вахта Макра. При появлении капитана все трое вахтенных разом вскочили и повернулись в его сторону. Макр ещё дополнительно сделал шаг в сторону от своего кресла. Лет скользнул взглядом по экрану вивв и увидев две, скользящие по нему, зелёные точки, повернул голову в сторону Макра.

– Витор? – Он взмахнул подбородком в сторону экрана.

– Да, господин капитан. – Макр утвердительно кивнул головой. – Идёт на посадку. Через пятнадцать минут будет здесь.

– Осторожничает. – Губы Лета вытянулись в усмешке.

Макр молча дёрнул плечами.

– Хорошо! Твоя вахта на лейтер. Пытайтесь с Атона каким-то способом разогнать реактор. Думайте! Я на орбиту. Осмотрюсь. Может что-то полезное найду. Заберите левет. У Шпина теперь своя техника, но возможно и им будет нужен. Загрузите его продуктами под завязку. Да, и попробуйте от его генератора запитать холодильные шкафы лейтера. Приступайте!

– Да, господин капитан. – Кивнув головой, Макр повернулся и шагнул к выходу.

Штурман и системщик его вахты последовали за ним.

Лет уселся в привычное кресло и ткнул пальцем в клавишу корабельных оповещений.

– Первой вахте заступить на дежурство. – Произнёс он и отключив громкую связь, сунул руку в ящик для принадлежностей и достав баночку с тоником, открыл её и откинувшись в кресле, уставился в экран вивв, по которому неторопливо скользили две жирные зелёные точки, медленно потягивая прохладный напиток.


4


Повесив "Вояр" на синхронной орбите над обогатительной фабрикой, чтобы в случае опасности вернуться, как можно быстрее, Лет занялся обзором околопланетного пространства. Никаких подозрительных объектов нигде не наблюдалось.

Где-то здесь погиб отец. Вдруг всплыла у Лета грустная мысль. Где-то в районе астероидного кольца. Его взгляд скользнул по неширокой светлой полосе посреди экрана. Адмирал Таров, наверное бы, смог показать это пространство, хотя он говорил, что они были достаточно далеко. Странная планетная система: чередование планет и астероидных колец. Неужели взрыв сверхновой избирательно действовал на планеты? Наверное и второй звезде недолго осталось? Лет перевёл взгляд на огромное красное солнце. Как-то не совсем продуманно организована экспедиция. Могли бы и пару учёных отправить сюда. Всё же планетная система достаточно необычна. Год можно было бы изучать. Больше бы знали о своих соседних звёздах, лучше бы ориентировались в пространстве. Определённо, пройдёт совсем немного времени и мы научимся строить корабли, не хуже толлонских и начнём расползаться по галактике. А если будем знать, что от какой звезды ожидать, то и не будем соваться, туда, где велик риск какого-то катаклизма. Вернёмся, обязательно доложу об этом адмиралу. Но это ещё не скоро. Лет глубоко вздохнул. А сейчас можно пройтись вдоль астероидного кольца, возможно и удастся найти место сражения. Вдруг останки кораблей до сих пор кружатся вместе с астероидами.

Он покрутил головой, обводя взглядом Гаррота и Корада: они сидели откинувшись в креслах и уставившись в экран вивв.

– Сбегаем к астероидному кольцу. – Заговорил Лет. – Может быть, что-то интересное найдём среди камней.

– Это далеко. Капитан Витор будет недоволен. – Заговорил Гаррот, поворачивая голову в сторону капитана. – Восемь-десять суток придётся потратить, чтобы пройти вдоль кольца, на приемлемой скорости и что-то увидеть. Туда, сюда. Суток пятнадцать, не меньше.

– Во-первых – я его предупредил о своём намерении. – Лет дёрнул правым плечом. – Во-вторых – наши команды независимы друг от друга: хочет, пусть присоединяется; вдвоём будет быстрее и безопаснее.

– Пусть лучше там сидит. – Вступил в разговор Корад. – Если с нами что-то случится, он, хотя бы, грузовики домой вернёт.

– Хм-м! Однако, ты пессимист. – Лет улыбнулся. – Впервые такое вижу за тобой.

– Да мы уж столько… – Корад, вдруг осёкся и умолк.

– Не понял? – Лет вскинул брови.

– Вы капитан, господин капитан, вам и решать. Я за вами, куда угодно. Хоть на край галактики. – Пришёл ответ от системщика.

– Хм-м! Ну и ну! – Лет покрутил головой. – Что ж, я принимаю твоё предложение – пусть Витор остаётся на космодроме, да и зная его осторожность, навряд ли он примет наше предложение и потому не будем ему ничего и предлагать. В путь!

Взявшись за штурвал, Лет развернул крейсер в направлении на астероидное кольцо и резко толкнул акселератор вперёд.


***


Вблизи астероидное кольцо оказалось не таким уж и узким – его размеры впечатляли. Лет подвёл крейсер очень близко к середине кольца с внутренней стороны и включил внешний обзор. Кольцо оказалось настолько широким, что его края терялись в темноте пространства.

Белый карлик отсюда едва просматривался, красный же гигант был виден превосходно и потому его свет придавал проносящимся мимо крейсера металлосодержащим астероидам некоторую мистичность, игрой теней на своих изломанных плоскостях, заставляя сердца экипажа "Вояра" замирать от восхищения.

Астероидное кольцо было разнородно и состояло из разновеликих камней: маленькие проносились мимо крейсера быстро кружась, будто заведённые волчки; средние проносились кому как вздумается и вертясь и катясь; самые большие астероиды шли степенно, некоторые медленно кружась, будто давая возможность рассмотреть себя в полной мере, чтобы оценить своё величие, некоторые катились, ни на кого не обращая внимания, будто погружённые в свои сокраменные мысли, а некоторые и вовсе шли лишь величаво покачиваясь, будто показывая, что им ни до кого нет дела.

– А красота-то какая! – Шепотом заговорил Корад, будто опасаясь громким голосом уничтожить изображение на экране вивв. – Здесь бы голофильм снять. Все бы главные призы собрал.

Лет и Гаррот лишь молча кивнули головами в ответ.

Полюбовавшись некоторое время астероидами, Лет перевёл пространственный сканер в стандартный режим работы.

– Очень много металлосодержащих камней. – Гаррот взмахнул подбородком в сторону экрана вивв, на котором отображалась широкая полоса из скользящих по нему красных точек. – А некоторые, вообще, чистое железо. Сюда бы металлургический завод. Наверняка, здесь есть все химические элементы.

– Возможно, когда-то и построим. – Состроив гримасу, Лет качнул головой и повернув штурвал, направил крейсер вдоль астероидного кольца, навстречу его вращения, внимательно следя за экраном вивв.

Из рассказов адмирала Тарова он помнил, что сражение весспера с дифферентами произошло, примерно на противоположном направлении вектора на Афону, но если оно было близко от астероидного кольца, то кольцо могло увлечь корабельные обломки в своё вращение и где они теперь, можно было лишь гадать, а идя навстречу вращению, встреча с ними, непременно, ускорится.

– Шеф, мы что-то ищем? – Нарушил длительное молчание Гаррот. – Может стоит на чём-то заострить внимание, чтобы не пропустить?

– Где-то здесь произошло сражение космических кораблей двух цивилизаций: толлонов и кроканов. – Заговорил Лет. – Возможно сохранились обломки их кораблей. Для нас они были бы очень и очень полезны.

– Откуда об этом известно? – Поинтересовался Корад, с долей иронии в голосе. – Астрономы в телескоп увидели?

– Адмирал Таров очевидец этого сражения.

– Это, когда погиб… – Гаррот осёкся.

Лет промолчал.

– Господин капитан. – Заговорил Корад, поворачивая голову в сторону Лета. – Я советую изменить курс на обратный. – Если обломки в астероидном поле, мы их сможем не увидеть – слишком быстро элементы астероидного кольца проносятся мимо и что это, камень или обломок корабля понять сложно, а все они дают красный отклик из-за большого содержания металлов.

– Может быть и так. – Лет кивнул головой. – Сейчас сделаем круг против движения и если ничего не найдём – пойдём по движению.

Молча дёрнув плечами, Корад отвернулся…

Крейсер уже возвращался к той точке, откуда и начал свой бег. Шли пятые сутки, как они покинули космодром Фабры. Отдыхали по очереди: двое несли вахту, а один уходил в каюту и валился на спальную платформу, давая глазам отдых. Никаких обломков искусственного происхождения обнаружено не было и у Лета появилось чувство досады.

Всё же, нужно было двигаться в обратном направлении. Всплыла у него мысль раздражения. Но я же хотел, как можно быстрее. Тут же нашёл он себе оправдание. Поспешишь, экипаж насмешишь. Вот и насмешил. Губы Лета вытянулись в горькой усмешке.

– Шеф! – Вдруг раздался голос Гаррота. – Вон те два камня, чуть в стороне, как-то не вписываются в астероидное кольцо.

Штурман отстегнул от пульта управления указку и на экране вивв вспыхнула яркая оранжевая стрелочка, которая, скользнув, описала круг вокруг двух красных точек, висящих чуть выше астероидного кольца. Крейсер уже прошёл их и они, неумолимо, сползали к краю экрана.

– Не мог раньше сказать. – Буркнул недовольным голосом Лет.

– Прежде, они, практически не выделялись из общей массы. А когда "Вояр" отдалился, как-то, стали заметны. – Попытался оправдаться штурман.

Ничего не сказав, Лет повернул штурвал и описав широкую дугу в пространстве, крейсер направился к заинтересовавшим его экипаж астероидам.

Астероиды оказались достаточно далеко от кольца и двигались они не вдоль него, а как-то по диагонали, что однозначно говорило о непринадлежности их к астероидному кольцу и чем ближе крейсер подходил к ним, тем пристальнее его экипаж всматривался в экран вивв, тем чётче на их лицах обозначалась гримаса тревоги. Вначале красные точки перекрасились в чёрные, которые, затем, превратились в тёмные кольца, которые становились всё больше и больше, неумолимо расползаясь по экрану вивв.

– Это не астероиды. – Первым нарушил молчание, вернувшийся с отдыха Корад.

– Ясно, что не астероиды. – Поддержал его штурман.

Лет двинул акселератор назад – крейсер начал резкое торможение. Не ожидавшие этого штурман и системщик уткнулись грудью в пульт управления.

– Проклятье! – Донёсся грубый голос штурмана, который усиленно барахтался, с трудом выпрямляясь. – Я кажется терминал температур раздавил. Шеф, можно было бы и предупредить. – Наконец выпрямившись, он постучал пальцем по одному из терминалов пульта управления перед собой. – Глухо!

Быстрее справившийся с неудобством Корад, громко хмыкнул.

– Правила космоплавания гласят, что во время вахты необходимо пристёгиваться. – Резким голосом произнёс Лет и ткнув пальцем в панель управления, активировал внешние прожекторы, два ярких луча света разорвав тьму пространства, упёрлись в странные кольца..

Наконец кольца настолько выросли в размерах, что стало понятно, что это не совсем кольца, а два сегмента, имеющие один конец свободным, а другим своим упирающиеся в какую-то прямоугольную конструкцию.

Лет тут же вспомнил рассказ отца о кораблях кроканов – дифферентах, которые имели форму огромных овалов и хотя он никогда их не видел, но сходство, с описанными отцом кораблями кроканов, было очевидное.

Лет повернул голову в сторону штурмана и системщика: те сидели уставившись в экран и знали ли они что-то о кораблях кроканов, он мог лишь догадываться.

Вдруг, по экрану вивв прошла будто волна, протянувшая за собой искажение отображаемого пространства, будто сделав его объёмным, так как тёмные сегментированные овалы будто заплясали на этой волне, явив взору гиттов свой внешний вид с нескольких сторон.

Наваждение какое-то. Лет тряхнул головой и в тот же миг тысячи игл ткнулись ему в мозг, норовя разорвать его на крошечные фрагменты. Он механически схватился за голову обеими руками, будто, таким образом её можно было удержать в целостности и закрыл глаза – боль тут же ушла, будто его жест и в самом деле, оказался действенным.

– Шеф! Очень сильное магнитное поле. – Раздался громкий голос Корада. – Нужно уходить от…

Системщик осёкся. Лету тут же показалось, что в зале управления наступила, какая-то, зловещая тишина. Он опустил руки и открыл глаза – навстречу крейсеру, будто материализуясь из пространства, полз огромный космический корабль стального цвета, сияя бесчисленным количеством бортовых огней. По бокам корпуса корабля торчали огромные раструбы, несомненно, какого-то оружия.

– Шеф! Уходим! – Раздался истошный вопль Корада.

Лет резко вывернул штурвал, намереваясь увести крейсер от встречи с гигантским кораблём, но никакой реакции крейсера не последовало, он продолжал идти навстречу неизвестному кораблю. Тогда Лет рванул акселератор на себя, переводя крейсер в режим резкого торможения, но "Вояр" продолжал идти вперёд, будто и не получал никаких команд от систем управления.

Лет прометнулся недоумённым взглядом по пульту управления: мощность конвертора стремительно сваливалась в отрицательную зону, показывая, что крейсер интенсивно тормозит, но величина его скорости была положительной и более того, оставалась постоянной; по терминалу анализатора полей, график магнитного поля задирался всё выше и выше, наливаясь красным цветом.

– Господин капитан! – Заговорил штурман. – Мы идём в лобовую атаку? Но тот корабль гораздо больше. У нас нет шансов.

– Он тянет нас к себе. – Лет двинул акселератор вперёд, останавливая его в нулевой зоне. – Видимо какой-то энергетический луч. Скорее всего магнитный, так как магнитное поле за бортом растёт. Силовой агрегат крейсера не в состоянии противостоять ему, он его нейтрализовал.

– И что теперь? – Прошипел Корад.

– Будем надеяться, что судьба не покинет нас. – Пришёл ответ штурмана.

Лет промолчал. Он сидел, откинувшись, в кресле, уставив взгляд в экран вивв, где неумолимо разрастался в размерах незнакомый корабль неизвестной цивилизации. Покалывание из головы не исчезло, может лишь, чуть притупилось, но это скорее всего от того, что он уже не обращал на него внимания, думая лишь о том, что их ждёт через те несколько мгновений, когда крейсер окажется рядом с этим огромным кораблём.

Неизвестный корабль уже полностью материализовался или раскрылся, о чём Лет мог лишь догадываться и стоял на пути крейсера под углом, будто желая показать своё величие. Был он настолько огромен, что его корма терялась вдали пространства, превратившись в узкую светлую полосу. Нижняя часть носа корабля выдавалась далеко вперёд, а весь он представлял собой заострённую вогнутую плоскость. Корабль был очень высок и если можно было судить по рядам бортовых огней, тянувшихся вдоль его корпуса, то имел он не менее двух десятков уровней. С той стороны корпуса, к которой приближался крейсер, были открыты несколько люков из которых торчали стволы излучателей и ещё какие-то раструбы, имеющие и игольчатую и спиралевидную форму. В нижней части корабля, сбоку, торчал огромный раструб, настолько огромный, что в него наверняка бы мог войти крейсер. У Лета, вдруг, всплыла мысль, что это не оружие, а система, которая генерирует тот самый магнитный луч, который сейчас и тянет крейсер и можно было видеть, что крейсер шёл куда-то в нижнюю часть незнакомого корабля. Лет присмотрелся – определённо, в нижней части корпуса чужого корабля открывался огромный проём, куда, скорее всего и тянуло крейсер.

Незнакомый корабль разрастался, занимая всё большую и большую часть экрана вивв. Скорость крейсера заметно снизилась, показывая, что магнитный луч управляем. В зале управления начало темнеть, крейсер вползал в тёмный проём. Лет невольно вжался в спинку кресла. Он, вдруг, осознал, что прожектора крейсера погашены, хотя он этого не делал и кто и когда их выключил, он, совершенно, не представлял.

Лет повернул голову в сторону штурмана и системщика – они сидели не шевелясь, откинувшись в креслах и в каком они были состоянии Лет мог лишь гадать. Он уже приоткрыл рот, чтобы поинтересоваться их самочувствием, как, вдруг, корабль резко провалился и челюсти Лета громко клацнули друг о друга.


***


Лет встрепенулся и ошалело закрутил головой – он сидел в своём кресле в зале управления "Вояра", с той лишь разницей, что зал управления был ярко освещён, а экран вивв свёрнут. Свет был очень ярок, но не резал глаз, так как его источника видно не было, будто фотонами был наполнен воздух зала управления. В голове ощущалось лёгкое покалывание, но это были не прежние болезненные уколы, а нечто, подобное скользящей по босым ногам воды журчащего ручья. Из-за яркого света пульт управления едва просматривался и функционировали ли какие-то его терминалы, понять было совершенно невозможно. Гаррот и Корад неподвижно сидели откинувшись в своих креслах.

Лет поднялся и шагнув к соседнему креслу, в котором сидел штурман, тронул его за плечо – штурман не пошевелился. Лет наклонился и заглянул Гарроту в лицо: глаза штурмана были закрыты, лицо неподвижно, создавая впечатление, что он окаменел.

Состроив гримасу, Лет выпрямился и обойдя кресло штурмана, подошёл к системщику и заглянул в лицо и ему – по всей видимости, Корад находился в таком же состоянии, что и штурман.

Оставив Корада в покое, Лет повернулся к входной двери – она была открыта. Он направился к выходу.

В коридоре было так же светло, как и в зале управления, создавая всё тоже ощущение, будто воздух состоит из фотонов, а не из дыхательной смеси.

Дышалось легко и свободно, будто организм дышит не лёгкими и ему нужен не кислород, а какая-то энергия, которая поступает через кожный покров ко всем органам тела сразу, насыщая их собой в полной мере. С каждым шагом, Лет чувствовал себя всё лучше и лучше. У него создавалось впечатление, что следующий шаг для него будет последним и он уже не будет идти по полу, а начнёт парить между полом и потолком. Ощущение было столь сильным, что при каждом шаге, он невольно вскидывал руки, думая, что он уже воспарил и непременно врежется головой в потолок.

Ангар был пуст и так же светел. Подойдя к панели управления трапом, Лет механически ткнул пальцем в клавишу опускания трапа и замер в ожидании. Прошло привычное время ожидания работы анализатора внешней среды. Лет мысленно выругался, вдруг, осознав, что ни один из индикаторов панели управления не светится, однозначно показывая, что энергия отсутствует, но произошло то, что и должно было произойти: сбоку раздался лёгкий шелест. Лет повернул голову – створка люка трапа медленно ползла в сторону.

Дёрнув плечами в недоумении, Лет развернулся и шагнул к проёму трапа.

Едва он оказался внизу и сделал от трапа пару шагов, как рядом с ним, будто материализовавшись из насыщенного фотонами пространства, оказались два человека в тёмной одежде, высокого роста и внушительной комплекции, хотя сложены они были достаточно гармонично, лишь несколько неестественно выглядела их огромная обувь, создавая впечатление её неподъёмности. Несомненно, это были мужчины, но рассмотреть их лица при таком ярком свете оказалось невозможно – они имели вид каких-то бледных без эмоциональных масок.

– Здравствуйте, господа!

Произнёс Лет и ещё одна гримаса недоумения исказила его красивое лицо – его голос прозвучал сгенерированный не голосовыми связками, а будто сгенерированный всем его телом, распространяясь во все стороны окружающего его пространства одновременно.

Вместо ответа, один из мужчин вытянул руку перед собой. Лет хотел было поинтересоваться, куда его приглашают, но, вдруг, его правая нога сама приподнялась и сделал шаг в направлении вытянутой ладони мужчины. Челюсть Лета механически отвисла. За правой ногой сделала шаг и левая и затем они обе уже шагали, управляемые неведомой волей, в направлении вытянутой, чужой руки. Мужчины в тёмной одежде шагали рядом.

Лет, вдруг осознал, что совершенно не слышит шагов мужчин, хотя при таких внушительных размерах их обуви стук о пол должен был быть подобен ударам молота о наковальню. Он опустил взгляд, его лицо исказилось очередной гримасой – ноги мужчин не касались пола, они шагали над ним. Лет перевёл взгляд на свои ноги – он шёл по полу и даже были хорошо слышны глухие звуки его шагов.

Лёгкое покалывание в голове Лета сохранялось. Оно было неназойливым и нисколько не мешало току его мыслей, хотя он прекрасно чувствовал, что не управляет своими действиями.

Они, что, невесомые, легче воздуха? А если у них что-то спрятано в обуви, что делает их невесомыми, не зря же она такая огромная? Замелькали у него догадки. Интересно бы поносить такую обувь. Как она будет соотноситься с нашим генератором масс? Парадокс какой-то. Усмешка тронула губы Лета. Мы пытаемся у себя на кораблях создать силу тяжести, они – невесомость. Хотя… Он механически мотнул головой. Я же иду вполне нормально, значит сила тяжести на их корабле есть.

Вдруг Лет пошатнулся и от неожиданности выбросил руки в сторону. Его правая рука коснулась мужчины и прошла сквозь него, не почувствовав, совершенно, никакого сопротивления. Он тут же опустил руки, но мужчина абсолютно не отреагировал на его жест, будто и не почувствовал его.

Что случилось? Молнией мелькнула у Лета мысль, он мотнул головой и понял, что повернулся и сейчас идёт уже не по большому пространству, а по какому-то коридору, так как плечи идущих рядом с ним мужчин, едва не касались стен коридора.

Не сон ли это? Лет попытался незаметно одной рукой ущипнуть другую – боль ощущалась отчётливо. Состроив гримасу недоумения, он поднял плечи.

Не сон. Что же тогда? А если…?

Он, уже осознанно выставил, теперь уже левую, руку в сторону и коснулся другого мужчины, но никакого прикосновения не почувствовал – рука беспрепятственно прошла сквозь одежду мужчины. Лет опустил руку. И опять, мужчина никак не отреагировал на его действие.

Хаара! Действительно фантомы. Но как они управляют мной? Я же совершенно не чувствую какого-либо воздействия на мозг. А если покалывание и есть управление. Возобновился ток его мыслей. А может это не они управляют мной, а кто-то ещё? Куда они ведут меня? Красота! И упрашивать не нужно: сделай то; сделай это; что захотели, то и сделал. Это же какое совершеннейшее оружие в руках злодеев: одной мыслью можно поставить цивилизацию на колени, заставить делать то, что может взбрести в больную голову. Этому можно как-то научиться? Моё поле способно обучиться этому навыку? Если да, что я с этим буду делать? Повелевать гитами? Ставить их на колени, когда вздумается, заставлять ползать перед собой на животе. Фу-у-у! Какой бред! Лет мотнул головой.

Его качнуло. Он тут же вернулся в реальность и понял, что стоит перед стеной. Определить в таком изобилии света её цвет было сложно, но скорее всего, она была какого-то серого оттенка.

Хаара! Когда это закончится, в конце-то-концов. Лицо Лета исказилось гримасой досады. Смогу я после всех этих издевательств иметь навыки самостоятельной жизни или, теперь, придётся ходить с поводырём?

Занятый своими размышлениями он не увидел, каким образом в стене появился проём, но у него сложилось впечатление, что часть стены перед ним, просто исчезла. Его ноги сами сделали несколько шагов вперёд и он оказался в совершенно нормальном зале, светло-коричневых тонов, с нормальным освещением, исходившем от большого круга на потолке.

Лет покрутил головой, его фантомных спутников рядом с ним не было. Он оглянулся: проёма за спиной тоже не было, стена представляла собой единое целое. Отвернувшись, он занялся осмотром помещения.

Зал был достаточно высоким и подними он руку, то навряд ли бы дотянулся до потолка, хотя в каютах на "Вояре" это он делал безо всяких усилий. Из мебели в зале был большой круглый стол, стоящий под кругом света и четыре кресла вокруг него с очень высокими спинками. На столе стоял цилиндр тёмного цвета. На полу лежал, скорее всего, ковёр коричнево-жёлтых тонов, но то место, где сейчас стоял Лет, было свободным от ковра и представляло из себя что-то деревянное, напоминающее паркетный пол той квартиры, где он жил с матерью в Минтаре. Каких-то других предметов в зале не было, как не было ни окон ни дверей, ни каких-то экранов, отображающих то пространство, где он сейчас находился – строгий аскетизм уюта.

Закончив осмотр, Лет перевёл взгляд на центр зала, где стоял стол – его нижняя челюсть опустилась, за столом сидели двое мужчин и одна женщина: его отец – Валл'Иолет Лампорт, адмирал – Корт Таров и мать – Ирна Шарова.

– М-ма-ма! Отец! – Прошелестели губы Лета.

– Проходи, садись, капитан Лет. – Шевельнулись губы адмирала Корта и его рука вытянулась в сторону кресла, стоявшего к Лету спинкой.

Лет крутанул головой по сторонам, рядом никого не было. Он перевёл взгляд на адмирала и состроив мину недоумения, поднял плечи.

– Я могу сам подойти? – Поинтересовался он.

– Тебе нужен поводырь? Ты боишься заблудиться? – Вновь шевельнулись губы адмирала.

– Нет. Но… – Лет чуть повернулся и вытянул руку в сторону стены за спиной. – Сюда меня привели.

– Ты хорошо знаешь дредноут? Сам бы нашёл дорогу? – Опять шевельнулись губы адмирала.

– Нет.

Лет мотнул головой, вдруг осознав, что губы адмирала шевелятся совсем не так, как произносятся слова, да насколько он понял, слова приходят ему прямо в мозг, минуя барабанные перепонки ушей. Да и тело адмирала при разговоре оставалось абсолютно спокойным, чего, никак, не должно было быть. Выходило, что его губы шевелились лишь для вида.

Зачем весь этот маскарад? Что им нужно от меня? Всплыли у него тревожные мысли. Однако, если предлагают, нужно сесть. Но получится ли у меня это сейчас? Он попытался оторвать правую ногу от пола, но она не шевельнулась. Хаара! Лет похолодел. Действительно, не могу шевельнуться. И что теперь? Просить, чтобы двигали моими ногами.

Он вновь попытался поднять правую ногу – она вяло оторвалась от пола. Лет своей мыслью послал её вперёд. Нога резко выбросилась и упала на пол и он едва удержался, чтобы не покатиться кувырком. Его лоб мгновенно покрылся испариной. Он попытался оторвать левую ногу – это вполне сносно удалось. На полусгибаемых ногах, с повисшими каплями влаги на бровях, будто заводная механическая игрушка, он направился к указанному креслу.

В кресло Лет не сел, а, буквально, свалился.

– Надеюсь, тебе приятно наше общество? – Шевельнулись губы адмирала и Лет увидел подтверждение своей догадке – губы адмирала, просто шевелились.

Он обвёл внимательным взглядом сидящих перед ним близких ему людей: с малого расстояния стало очевидным, что они являются лишь грубой копией их, настоящих.

– Кто вы? Зачем устроили весь этот маскарад? – Стараясь вложить в голос нотки недовольства произнёс Лет.

– Достаточно того, что ты знаешь. – Пришёл бесстрастный ответ адмирала.

– Но я, совершенно, ничего не знаю. – Лет состроил гримасу недоумения.

– Этого достаточно.

– Мне неприятно видеть грубые подделки дорогих и близких мне людей. – Лет покрутил головой. – Я хотел бы разговаривать с реальными личностями.

Фигуры Валл'Иолета и матери мгновенно исчезли, будто кто-то, где-то повернул какой-то выключатель. Адмирал остался в своём кресле. В зале наступила длительная пауза. Лет ждал, что в креслах окажутся реальные инопланетяне, но кресла оставались пусты.

– И всё же. – Нарушил он молчание. – Я хотел бы видеть вас воочию.

– Мы перед тобой. – Шевельнулись губы адмирала.

– Но я вижу лишь…

Лет, вдруг, встал с кресла и шагнув к соседнему креслу, повёл рукой над его подлокотниками. Едва рука оказалась над серединой кресла, как его бросило назад, тысячи игл впились в его тело и начали рвать его на части. Лет упал спиной на пол и начал извиваться на нём от мучительной боли. Стонов не было, так как не было на них сил.

Прошло некоторое время, боль начала отступать и вдруг, резко исчезла, будто её никогда и не было. Лет поднялся и занял своё кресло. Никаких признаков, только что перенесённой мучительнейшей боли, совершенно, не ощущалось, будто и не было никогда, только что перенесённых им страданий, словно это произошло и не с ним, вовсе, и по полу катался кто-то другой. Да и своё тело он теперь чувствовал превосходно. Видимо эти некто, больше не управляли им.

– Любопытство удовлетворено? – Шевельнулись губы адмирала.

– Вы бестелесны! – Лет вытянул лицо в недоумении. – Но как же вы управляете таким огромным кораблём?

– Разуму не важна его оболочка, важна его организация.

– Организация превосходна. – Лет покрутил головой. – Мы о такой, можем лишь мечтать.

– Для тебя это не проблема. – Губы адмирала как-то неестественно вытянулись, демонстрируя или улыбку или усмешку. – Стоит лишь захотеть.

– Я могу стать бестелесным?

– Ты им уже был.

– Как? – Лицо Лета вновь вытянулось.

– Мы провели молекулярный анализ ваших информационных полей. Твоя оболочка достойно перенесла его отсутствие.

– Что значит, перенесла отсутствие? – Лет сдвинул брови. – Вы сканировали наш мозг? Гаррот и Корад не выдержали сканирования? Они умерли?

– Они были несовершенны.

– Что значит, несовершенны? – Возмутился Лет. – Они люди. Достойные представители своей цивилизации. И не вам судить о нашем совершенстве. Зачем вы убиваете нас? Зачем вы уничтожили экипаж лейтера? Мы же не причиняем вам никакого вреда? Или вам, тоже, нужен красный песок?

– Красная пыль нас не интересует.

– Хаара! Что же тогда?

– Мы ищем порталы из нашего мира. Их построили эллы, где-то в этом районе вашего пространства. Вы могли знать о них. А ваш корабль оказался слишком близко.

– Не знаем мы ни ваших эллов, ни выходов…

А если это никто иные, как кроканы? Эллы – толлоны, а выходы – обогатительные фабрики, которые строили толлоны. Молниями замелькали у Лета догадки. И ищут они ратан, который здесь когда-то получали толлоны. Может они его спрятали где-то на планете. Но зачем, тогда, отец заставил нас обогащать красный песок, а не отдал нам контейнеры с ратаном? Берёг их для себя? Но почему не воспользовался, ведь запасы вещества массы на весспере были на исходе? Бред! Лет механически мотнул головой. Если бы это были кроканы, гиттов бы уже не было.

– Нас не интересуют ни толлоны, ни кроканы, ни другие цивилизации вашего мира.

– Вы непозволительно читаете мои мысли!? – В голосе Лета послышалось возмущение. – Это недостойно развитой цивилизации.

– Не тебе судить о наших достоинствах, червь. – Вонзился в мозг Лета резкий грубый голос, определённо принадлежащий не адмиралу, так как губы того остались неподвижны. – Довольно бессмысленных препирательств! Что можно от них узнать, мы знаем. Очистите их память и вышвырните их!

Последние фразы, определённо, предназначались не Лету, но почему они были произнесены, а не переданы адмиралу мысленно, так как Лет был уверен, что те, кто управлял этим кораблём, без проблем общаются на уровне мыслей, если ни каким-то другим, немыслимым, способом, вообще.

Но для чего эти мысли невидимкой были озвучены, Лет мог лишь догадываться. Возможно, чтобы вселить в него страх.

– Память… – Болью ввинтилось в мозг Лета грубо произнесённое слово.

Прошло довольно долгое время, но ответ Лет не услышал.

Что он имел ввиду, память. Замелькали у него тревожные мысли. Очистят её от информации о встрече с ними? Только от этого или и от всего другого?

– Ты прав. – Шевельнулись губы адмирала. – Ты будешь подвергнут очистке.

В тот же миг рядом с креслом, в котором сидел Лет материализовались двое мужчин в чёрной одежде, напоминающей одежду десантников службы безопасности Гитты.

Лет покрутил головой, пытаясь рассмотреть лица десантников: его изначальное впечатление было верно, их лица представляли собой невыразительную маску.

Он ещё не успел закончить осмотр десантников, как оказался на ногах.

– Вы испортили наш грузовик. – Быстро заговорил Лет. – Уверен, вы восстановите его работу, так же легко, как и ис… -Он умолк, так как адмирала в кресле перед ним уже не было. – Хаара! – Невольно сорвалось с его губ.

В то же миг он оказался на ногах и повинуясь неведомой силе, повернулся и зашагал к неизвестно когда появившемуся, проёму в стене, через который и попал в этот зал. Теперь он уже не придавал значения, тому, как движутся ноги, помимо его воли и потому напряжения в них не чувствовалось и каждый шаг не отдавал болью.

Куда они меня сейчас ведут? Подвергать очистке? Что это за процедура. Болезненная, нет? Сродни вивисекции мозга? Замелькали у Лета тревожные мысли, едва он оказался в ярком свете коридора. А если такая же, что и была в зале, когда я вознамерился дотронуться до невидимки? Но в кресле, определённо, никого не было. Я ведь совершенно ничего не ощутил. А если моё мучительное катание по полу было лишь наказанием за любопытство? Или их восприятие лежат за гранью наших чувств? Он, вдруг, осознал, что стен коридора нет и его ноги идут по обширному простору, схожему с тем ангаром, куда инопланетяне затащили крейсер. Когда же очистка? Его брови взметнулись высокими дугами. Или она уже прошла? Кто я для них? Червь, как выразился кто-то из них. Видимо, более важный, нежели представший в образе адмирала. Он покрутил головой – сопровождавшие его десантники шли рядом. Но я же всё помню. Что-то не так? Или чего то я не понимаю? Хаара!

Впереди замаячил неясный контур какого-то сооружения.

Вот и вивисектор. Всплыла у Лета грустная мысль.

Но чем ближе он подходил к сооружению, тем сильнее вытягивалось его лицо – несомненно, это был "Вояр".

На крейсере будут чистить, чтобы даже, как выглядит их корабль не помнил. Всплыла у Лета догадка. Как он его назвал? Дредноут, кажется.

За размышлениями, он не заметил, как оказался перед трапом. Осознал это лишь тогда, когда полетел носом вперёд и два успел выбросить руки, чтобы не уткнуться носом в ступеньки трапа.

Резко оттолкнувшись, Лет выпрямился.

– Какого… – Он крутанул головой – рядом никого не было.

Глубоко вздохнув и взявшись обеими руками за поручни, медленно переставляя ноги, он побрёл внутрь крейсера. Нечто, любезно вернули ему способность управлять своими действиями.

Поднявшись в ангар, он направился к лестнице, ведущей на второй уровень, но на полпути остановился и проведя рукой по лбу, повернулся и шагнул к панели управления трапом. Теперь на крейсере было привычное освещение.

Хаара! Ещё вышвырнут из своего дредноута не дожидаясь, когда трап поднимется. Потекли у него грустные мысли. Что для них жизнь червей. Кто они такие, чтобы так отзываться о других цивилизациях. Сможем ли мы когда-либо говорить с ними на равных?

Дойдя до панели управления, Лет ткнул пальцем в клавишу поднятия трапа и не дожидаясь, когда он поднимется, повернулся и продолжил свой путь к лестнице на второй уровень.

В зале управления всё было в таком же состоянии, как и тогда, когда он его покинул: экран вивв светлый; неподвижные штурман и системщик, откинувшиеся, в своих креслах; на пульте управления ни единого светящегося терминала.

Подойдя к штурману, Лет тряхнул его за плечо – штурман шевельнулся, Лет встрепенулся и схватив штурмана за курточку, тряхнул его сильнее, голова штурмана склонилась на бок, он обмяк и начал сползать с кресла. Выбросив руку к подлокотнику, Лет ткнул пальцем в одну из клавиш в его нижней части – выскочившие захваты прижали полусползшее тело штурмана к спинке кресла. Затем он подошёл к другому креслу и прижал захватами и системщика. Вернувшись в своё кресло, он откинулся в нём и уставился в экран вивв…


***


Лет встрепенулся и крутанул головой – он сидел в своём кресле полутёмного зала управления "Вояра". Большая часть экрана вивв была испещрена густой россыпью ярких звёзд, в его нижней части просматривалось широкое астероидное кольцо, над которым медленно плыл крейсер, никакого инопланетного корабля нигде не наблюдалось. Он крутанул головой – Гаррот и Корад неподвижно застыли в своих креслах. Пульт управления сиял разноцветьем индикаторов и терминалов. Мощность конвертора была нулевой. Лет перевёл взгляд на акселератор, тот стоял в нейтральной зоне. Он пробежался пальцами по одному из рядов клавиш пульта управления – тут же вспыхнул терминал лазерных пушек. Лет нажал на клавишу поиска цели и двинув акселератор вперёд, взялся за штурвал и повернул его – крейсер начал разворачиваться. Лет уставился в экран вивв, лихорадочно бегая по нему взглядом. "Вояр" описал круг в пространстве, но никакого чужого корабля система захвата цели не обнаружила, хотя красных точек на экране вивв было предостаточно, но видимо интеллект захвата цели не посчитал их достойными своего внимания.

– Хаара! Ушёл! – Шевельнулись губы Лета.

Он ткнул пальцами в несколько клавиш одной из панелей пульта управления, заставляя систему управления снизить температуру в зале управления и вновь уставился в экран вивв.

А те сегменты, к которым мы шли, тоже исчезли? Всплыла у него мысль любопытства. Они, ведь, были уже недалеко. А если они имели какое-то отношение к дредноуту, потому они и захватили нас, чтобы не совали нос куда не следует? Но, всё же, проверить, необходимо. Решил он.

Он отключил систему поиска неопознанных объектов и принялся, вновь, всматриваться в экран вивв.

Вскоре тёмные сегменты нашлись, они были совсем неподалёку и видимо, Лет их, просто, пропустил, заострив внимание лишь на поиске дредноута. Установив сегменты в центр экрана вивв, он двинул акселератор вперёд и сегменты начали неумолимо расти в размерах и вскоре заняли всё пространство экрана вивв. Лет повернул штурвал, включил прожекторы и крейсер заскользил вокруг, хорошо видимых в лучах света, сегментов.

Несомненно – это были космические корабли и именно, корабли кроканов, о которых рассказывал отец и в сражении с которыми он погиб. Цвет их был ближе к зелёному, нежели к чёрному. Каждый корабль состоял из двух огромных сегментов, один конец которого был свободен, а второй упирался в большой прямоугольный модуль со скругленными гранями. В задней части сегментов, прикреплённых к модулю виднелись раструбы движителей. Один их сегментов, каждого корабля был значительно повреждён, причём, у одного корабля повреждён был сегмент одной стороны, у другого – другой, создавая впечатление, что они столкнулись этими сегментами, что и вызвало их разрушение. Никаких признаков обитаемости кораблей не наблюдалось, ни единого огонька на них не просматривалось.

Брошены!

Констатировал Лет и глубоко вздохнул. Его руки, сжимающие штурвал, напряглась, намереваясь отвернуть крейсер, но тут же расслабились.

Но отец же рассказывал, что они передали кроканам свои космические технологии. Вдруг всплыли у Лета новые воспоминания. Значит движители этих сегментов должны быть такие же, как и на кораблях толлонов. Но ведь наши движители построены тоже по технологиям толлонов. Но со слов отца, корабли кроканов в скорости не уступали кораблям толлонов, не то, что наши. Главное – это конвертор с его магнитными полями. А что если попытаться снять конвертор с одного из этих кораблей и поставить на "Вояр"? Несомненно, скорость крейсера значительно вырастет. А если там остались ещё и контейнеры с настоящим веществом массы, то скорость "Вояра", возможно, приблизится к десяти скоростям света. Это же, как минимум, вдвое сократится время пути от Гитты до Фабры. Но здесь мы, однозначно, не сможем заменить конвертор, да и демонтировать с сегмента его навряд ли удастся. Ток мыслей Лета на несколько мгновений угас. Но я ведь тащил сюда лейтер, почему бы не тащить назад эти сегменты. Лишь бы удалось зацепиться за них. Хорошо бы штангу демонтировать с лейтера, она снаружи под ёмкостью. Но… Лет покрутил головой. Это усилитель конструкции грузовика. Ещё развалится в пути. Нет, исключено. Он опять покрутил головой. Значит трос. Гибкая сцепка. Его лицо исказилась гримасой досады. Чуть зазеваешься и сегменты будут сидеть в крейсере. Значит, придётся не зевать. Лишь бы он не развалился или не загорелся на сверхсветовой скорости.

Он отклонил штурвал и направил "Вояр" к одному из сегментных кораблей, как ему казалось, менее повреждённому, намереваясь его рассмотреть в непосредственной близости, чтобы получше оценить степень его повреждения.

С близкого расстояния профиль сегмента напоминал огромное изогнутое крыло. Повреждения, казавшиеся издалека незначительными, оказались существенными: крыло-сегмент было разрушено более чем на треть, во все стороны из него торчали спирали каких-то блестящих труб. Одна из спиралей торчала из сегмента на несколько десятков метров и была до такой степени искорёжена, что, буквально, завязалась узлом.

– Хм-м! – Лет некоторое время погримасничал.

А ведь если удастся пропихнуть в этот узел одну из задних опор, то, пожалуй, можно и тащить его. По крайней мере, до Фабры. Пусть висит на орбите. Уж оттуда он не убежит. А второй заберёт Витор. Всплыла у него обнадёживающая мысль. Ему хороший конвертор тоже не помешает.

Лет пробежался пальцами по клавишам панели связи и из вспыхнувшей перед ним голограммы на него смотрело хмурое лицо капитана второго крейсера.

– Рад видеть! – Лет кивнул головой.

– Рад! – Витор ответил таким же кивком. – Наконец-то. Ты даёшь. – Он покрутил головой. Мы уже и не надеялись. Решили, что поймал астероид. Я хотел выскочить на поиск, но техники – на дыбы. Случись что и… Навечно здесь. Так что, извини. – Витор дёрнул плечами. – Что произошло? С крейсером всё в порядке?

– Крейсер в порядке. Что произошло – по возвращении. Я нашёл два повреждённых сегментных корабля. Скорее всего – это корабли кроканов. – Быстрым голосом заговорил Лет, будто опасаясь, что время связи закончится и голограмма погаснет. – Один беру я, второй – ты. Потащим их к Гитте.

Лицо Витора вытянулось в гримасе удивления.

– Это дифференты. Ты уверен, что они полезны нам? – Произнёс он.

– Более чем. – Лет покивал головой. – Если их конверторы не повреждены, мы сможем значительно увеличить скорость своих крейсеров.

– Меня и эта устраивает. – Плечи Витора поднялись.

– Меня – нет! – Голосе Лета стал резок и груб. – Зафиксируй вектор на меня. Я вернусь, сходишь и заберёшь свой. – Со злом ткнув к одну из клавиш панели связи, Лет погасил голограмму. – Пентюх. – Отправил он нелестный отзыв в адрес Витора. – Чем там они недовольны? Я же предупреждал. Всего-то прошло…

Лет поднял взгляд на цифры хронометра и остолбенел – шли двадцать вторые сутки, как он покинул космодром Фабры.

– Ну и ну!

Сутки до кольца… Принялся считать он. Четверо вокруг кольца. Это что, они семнадцать суток нас держали у себя. За это время можно было на молекулы разобрать и собрать. Стоп, стоп! Он механически провёл пальцами по лбу. Адмирал… Хаара! Лицо Лета исказилось гримасой досады. Этот псевдо упоминал о каком-то молекулярном анализе. Значит разбирали. Меня удалось собрать, а Гаррота с Корадом нет. А если не захотели? Они что-то говорили о времени. Видимо слишком долго возились с ними. Хаара! Нужно попытаться связаться с грузовиком. Что там у них?

Он вытянул руку в сторону панели связи, но на полпути она замерла – из вспыхнувшей над пультом управления голограммы на него смотрело лицо Атона.

Я своей мыслью его вызвал? Всплыла у Лета мысль удивления.

– Шеф! Ну и ну! Наконец-то. – Лицо Атона расплылось в широкой улыбке. – Как Витор сказал, что потерял тебя, так мы уже и… – Он состроил гримасу.

– Что у вас? Как лейтер?

– Сплошная мистика. – Атона покрутил головой. – Шнурок тлел, тлел… У Витора тоже никакого кабеля не оказалось. Мы уже хотели погасить его, как, вдруг, сегодня, он вспыхнул, так, как никогда прежде не горел. Мощность почти в полтора выше номинальной. Даже не знаем, что и делать: гасить или оставить. Сейчас заряжаем все системы.

– Температура реактора? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– В диапазоне. – Атона дёрнул плечами.

– Оставьте. Что-то необычное было, перед тем, как разгорелся шнур?

– Да нет. – Состроив гримасу, Атона покрутил головой. – Хотя… Витор сообщал о резком скачке магнитного поля. Видимо пришёл выброс от звезды. Шеф, ты думаешь, это он?

– Мы встретили их. Гаррот и Корад мертвы. – По лицу Лета скользнула тень грусти. – Это они расправились с грузовиком.

– О ком ты, шеф? – Брови Атона подскочили, в глазах мелькнули искорки испуга.

– Я не знаю, кто они. – Лет мотнул головой. – Фантомы. Вернусь расскажу. Мы нашли два повреждённых корабля кроканов. Я решил забрать их на Гитту. У Витора желания нет возится. Тащить два самому – большой риск. Значит второй придётся тащить тебе. Мне не хочется заставлять тебя. Ты должен сам осознать.

– Как скажешь, шеф. – Атона дёрнул плечами.

– Вот и замечательно. Как у техников процесс? Идёт?

– Первый хорвестор во второй грузовик слили.

– Нужны два троса. Не меньше трёхсот метров каждый.

– У каждого грузовика есть триста метров. Вдруг, что-то в дороге. Нужно – укоротим.

– Нет. Чем длиннее, тем лучше.

– Как скажешь, шеф. – Атона в очередной раз дёрнул плечами.

– Тогда всё. – Лет ткнул пальцем в клавишу прерывания связи – голограмма погасла.

– Хм-м! – Он состроил гримасу недоумения.

Связь же появилась, едва я лишь вознамерился её осуществить. Это исходило от меня или?… Лет потёр лоб. Ещё раз попытаться. Атона пугать не стоит. С Витором.

Лет принялся посылать мысль в направлении экрана вивв о связи с крейсером Витора, но сколько он ни старался – вызвать второй крейсер не удавалось. Он принялся манипулировать мимикой лица, но и это не помогло.

Хаара! Лицо Лета исказила гримаса досады. Значит Атона сам вышел на связь. Но ведь псевдо, что-то говорил о моих возможностях. Как их вызвать?

Лет наморщил лоб. В мозг тут же кольнули несколько игл и… Он, вдруг, почувствовал нечто, которое, словно вышло из его мозга и стало осязаемым. Оно бурлило, клокотало, вертелось, перекатывалось и переливалось. Оно чувствовалось со всех сторон. Такое ощущение было впервые.

Это и есть, то самое поле? Всплыла у Лета догадка. Оно, что, прячется в моём мозге? Оно необходимо ему или мозг может существовать без него? А как его убрать. Не может же оно вечно висеть надо мной? Что я должен сделать? Сказать – убирайся. Он негромко хмыкнул и тут же осознал, что никакого клокочущего нечто больше не чувствует. Хаара! Его лицо исказилось гримасой досады. Какая-то мистика, Иного не скажешь. Однако, пора возвращаться.

Он склонился над пультом управления и принялся нажимать некоторые клавиши – на самом большом экране терминала пульта появилось мнемосхема крейсера с двенадцатью красными кругами, обозначающими местоположение опор. Лет ткнул пальцем в один из кругов – он замигал. Он ещё раз ткнул пальцем в этот же круг – мигания сделались реже и вдруг, круг перекрасился в зелёный цвет, показывая, что опора выпущена.

Лет переместил бег своих пальцев в другое место пульта управления и на экране вивв появилось изображение торчащей вниз опоры, под которой вдали виднелся корпус инопланетного корабля с торчащими из него искорёженными спиралями трубопроводов. Взявшись за штурвал, Лет медленно двинул крейсер к завязанному узлом трубопроводу.

Когда опора оказалась рядом с узлом, выяснилось, что трубопровод покачивается, а вместе с ним качается и узел. Чем это было вызвано, было непонятно, так как крыло-сегмент выглядело стабильным. Лет начал приноравливаться.

С первого захода он основательно промазал. Второй оказался более успешным и Лет попал опорой крейсера в трубопровод, совсем рядом с узлом и лишь с четвёртого захода – в сам узел: опора скользнула через него, трубопровод дёрнулся, узел, вдруг развязался и спираль трубопровода плотно обвилась вокруг опоры.

Хаара! Лицо Лета исказилось миной досады. Как же я, теперь, освобожу опору?

Он послал крейсер вверх – трубопровод потянулся за ним, но опора из спирали не вышла, а потянула за собой и свой корабль.

Если я вытащу опору, как же я потащу его? Всплыла у Лета тревожная мысль. Пусть висит до орбиты Фабры. Там будет видно.

Решил он и толкнув акселератор вперёд, отклонил штурвал – спираль трубопровода начала распрямляться, инопланетный корабль пришёл в движение и спираль чуть сжавшись замерла в таком состоянии. Ткнув пальцем в одну из клавиш, Лет перевёл экран вивв в стандартный режим и откинувшись в кресле, ещё чуть двинул акселератор вперёд…

Добирался до Фабры он, почти, двое суток, вначале медленно набирая скорость, затем ещё медленнее её гася, регулярно включая камеру внешнего обзора, чтобы убедиться, что спираль ещё не лопнула и инопланетный корабль послушно следует за крейсером. Собственно, Лет не опасался, что трубопровод лопнет, он опасался, что потеряв контроль, инопланетный корабль может потерять устойчивость и приобретя какое-то инерционное ускорение, врежется в крейсер – их, ведь, разделяло, всего лишь, восьмиметровое расстояние. Но всё обошлось.

Зависнув на стационарной орбите над обогатительной фабрикой, Лет принялся размышлять, как освободить опору. Как он ни старался, но единственный вариант, который был приемлем – медленное убирание опоры в корпус крейсера – упёршись в корпус крейсера, спираль трубопровода должна была сползти с опоры. Опасность была в том, что, перед тем как сползти, спираль, практически, вплотную подтащит инопланетный корабль к крейсеру. Но Лет надеялся, что скорость будет очень низкая и если случится столкновение, корпус крейсера не будет тотально повреждён.

Включив камеру внешнего обзора, он принялся за освобождение опоры.

Корпус инопланетного корабля медленно, но неумолимо приближался. Лет, с замершим сердцем наблюдал, как он расползается по экрану вивв, заслоняя собой пространство. Спираль трубопровода сжималась.

Только не лопни! Мысленно заклинал её Лет.

Наконец, спираль сжалась полностью и… Произошло, то, чего Лет никак не мог предположить, спираль принялась не сползать, а свинчиваться с опоры, потянув за собой и свой корабль, который медленно пополз в сторону, приобретя момент вращения. Лет похолодел, ожидая неминуемого удара и разгерметизации крейсера.

Какой величины силы, сейчас, пытались рассоединить корабли, он мог лишь гадать, но видимо немалые, так как, вдруг, спираль лопнула и крейсер резко пошёл в сторону. Лет тут же рванул штурвал на себя и корпус инопланетного корабля начал быстро удаляться. Кусок оставшейся спирали соскользнул с опоры и помчался в сторону своего корабля и врезавшись в него, заскользил обратно. Мысленно выругавшись, Лет резко толкнул акселератор вперёд. Надсадно простонав, крейсер, набирая скорость, помчался неизвестно в какую сторону.

Лет тут же перевёл пространственный сканер в стандартный режим работы – Фабра стремительно удалялась. Дифферент, вращаясь медленно шёл к ней.

Хаара!

Лет рванул акселератор на себя и резко отклонил штурвал, разворачивая крейсер.

Стоило столько возиться, чтобы всё так бездарно испортить. Замелькали у него досадные мысли. А если упадёт на обогатительную фабрику? И как теперь подбираться к нему? Придётся выходить, иначе не зацепиться.

Он принялся внимательно наблюдать за информацией, отображаемой рядом с изображением дифферента: хотя он и шёл вниз, но его скорость заметно снижалась.

Произведя несложные подсчёты, Лет сделал вывод, что дифферент вскоре затормозится и не удалится далеко от синхронной орбиты, и его смещение относительно обогатительной фабрики не будет быстрым, и он будет оставаться в зоне видимости с космодрома весь период работы экспедиции на Фабре, и потому, будет под контролем.

Успокоившись, Лет двинул акселератор вперёд и отклонив штурвал, направил крейсер в сторону космодрома обогатительной фабрики.


***


Атмосфера над космодромом была прозрачна и Лет в полной мере смог рассмотреть его. Это была не просто большая посадочная площадь, а достаточно сложное сооружение, с ангарами и эстакадами обслуживания, которые из-за пыльной бури увидеть не удалось и которые счастливо удалось миновать при слепой посадке. Эстакады и ангары находились далеко от обогатительной фабрики, на противоположной стороне космодрома и около одной из них сейчас стоял крейсер Витора. Грузовик, пришедший с ним стоял неподалеку от первого грузовика. Лет не повёл крейсер к эстакаде, а аккуратно посадил его между двух грузовиков, чем, видимо, вызвал тревогу у экипажей лейтеров, которые выбежали из своих кораблей наружу и предусмотрительно отдалились от них на почтительное расстояние. Они опасались не напрасно, так как от приземлившегося крейсера до грузовиков расстояние было не более пятнадцати метров и любая случайность могла оказаться роковой.

Едва Лет опустил ногу на поверхность космодрома, как перед ним оказались экипажи обеих грузовых лейтеров, лишь с разными выражениями на лицах: экипаж его лейтера сдерживал свои улыбки; лица же экипажа лейтера Витора были, явно, недовольны.

– Рад видеть, шеф. – Первым заговорил Атона. – Мы уже подумали, что ты решил сесть, буквально, нам на шею. Но ты мастер. – Он покрутил головой.

Улыбнувшись, Лет молча пожал всем гитам руку и остановился перед Макром.

– Заберите Гаррота и Корада из зала управления. Поаккуратнее. Хотя я снизил температуру в зале управления, но их вид уже неприятен.

Молча кивнув головой, Макр шагнул к трапу. Его вахта направилась за ним. Вахта Атона тоже потянулась к трапу. Экипаж второго лейтера направился к своему кораблю. Лет шагнул к уже ставшему на первую ступеньку трапа Атона.

– Что у тебя?

– Всё в порядке. – Атона дёрнул плечами. – Нуклеиновый реактор вышел в режим. Шнур стабилен. Буквально перед вашей посадкой слили первый хорвестор. Что-то серьёзное произошло там? – Он взмахнул головой.

– Позже. Шпину нужна помощь?

– Говорит, что справляются сами. – Атона вновь дёрнул плечами. – Гродор забрал половину техники и им стало легче. Жалуется, что песок очень бедный и много шлака. Практически, хорвестор, что ссыпал в бункер, то и тянет в отвал. Одна беготня.

– У него есть другое предложение?

Атона, состроив гримасу, молча дёрнул плечами.

– Витор не досаждает?

– Приходил после посадки, но вроде бы всё обошлось.

Лет молча покивал головой. Поняв этот жест, как завершение расспросов, Атона продолжил свой путь по трапу.

Лет принялся прохаживаться перед трапом. Несмотря на усталость у него не было желания направиться в свою каюту для отдыха, а хотелось пройтись по поверхности планеты, почувствовать настоящую силу тяжести, подышать, хотя и менее приемлемым, но настоящим воздухом.

Что со мной произошло? Углубился он в размышления. Прежде, у меня никогда не было такого, явного, желания, побыть вне крейсера. Может произошедшие события столь негативно подействовали? Да и смерть самых близких мне членов экипажа слишком тягостна, воздух в зале управления стал тяжёл. Он глубоко и протяжно вздохнул. Сентиментальность. У отца его не было.

Вскоре экипаж вынес два больших чёрных пакета и положив их перед трапом, выстроился перед ними в ряд. Лет подошёл и стал рядом. Наступило долгое молчание.

– Прощайте! – Наконец, нарушил молчание Лет и отступил в сторону.

Попрощались и остальные.

– Я за леветом. – Произнёс Атона и направился в сторону своего грузовика, под которым чернел левет.

Ничего не сказав, Лет шагнул к трапу и медленно пошёл внутрь крейсера.

Войдя в свою каюту, он подошёл к спальной платформе, сел на неё и провалился в темноту.


***


Лет открыл глаза. Было темно. Он шевельнулся и понял, что лежит на боку в неудобной позе. Он сел. Каюта наполнилась тусклым светом. Тело неприятно ныло. Покрутившись туда-сюда, но не добившись улучшения состояния, Лет поднялся и направился в санационную. Приведя себя в порядок, он направился на кухню.

К его удивлению, вахта Макра находилась там. При его появлении все поднялись. Так как кресел на кухне было четыре, а вахты сейчас состояли из трёх человек, то одно кресло пустовало. Лет подошел к нему и повернувшись, обвёл членов экипажа быстрым взглядом.

– Рад видеть! – Он кивнул головой. – Так как нас осталось четверо, то будет две вахты: я и Николос… – Он посмотрел в сторону системщика и кивнул головой. – И вторая… Он перевёл взгляд на вахтенного офицера. – Ты и Максим. Что у вас: завтрак, ужин? – Он вопросительно взмахнул подбородком.

– Ужин, господин капитан. – Ответил Макр.

– Отлично. Надеюсь, для меня тоже найдётся порция ужина?

Макр повернул голову в сторону Николоса и молча указал подбородком на участок стола, перед Летом. Системщик тут же вышел из-за стола и шагнув к стеллажу с кухонными агрегатами, принялся за какие-то манипуляции. Лет сел. Сели и остальные, но к столовым приборам никто не притронулся, все сидели уставившись в капитана. Вскоре Николос поставил перед Летом две тарелки с дымящейся едой, баночку с тоником и положил столовые приборы. Лет взял вилку, но тут же вернул её на место и подняв голову, обвёл хмурым взглядом членов экипажа.

– Ждёте доклада. – Он натянуто улыбнулся. – Не буду тянуть. Но давайте совместим ужин и разговор. Очень хочу есть. – Он вновь взял вилку и наколов дымящийся кусочек с одной из тарелок, отправил себе в рот. – Выйдя на орбиту, мы осмотрелись: вокруг Фабры было чисто и тогда мы решили сходить к астероидному кольцу, вдруг там…

Лет, достаточно, подробно описал произошедшие с ними в пространстве события, но ничего не говоря о метаморфозах, происходящих с его телом. Все слушали не перебивая, лишь Макр иногда вставлял в паузы, когда Лет отправлял в рот очередной кусок своего ужина, ничего не значащие междометия.

– Вот, собственно и всё. – Заключил свой монолог Лет и поставив пустую баночку из под тоника на стол, откинулся в кресле.

– Призраки. – Сделал заключение Максим.

– Они вернутся… – Толи спросил, толи просто произнёс Николос.

Все повернули голову в его сторону. Состроив гримасу, Николос поднял плечи.

– Интересно, то, что они ищут, будет работать в наших конверторах? – Произнёс Макр.

– Когда найдём, тогда и узнаем. – Улыбнулся Николос.

– Ты тоже решил поискать? – Со смехом в голосе произнёс Максим, поворачивая голову в его сторону. – А не боишься лечь… – Он кивнул головой в сторону.

– Значит так… – Опередил Лет, уже открывшего рот Николоса. – Макр и Максим к Атона за тросом. Мы в зал управления, готовиться к старту. – Он поднялся. – Будет спокойней, если и второй дифферент, как его назвал Витор, будет под нашим присмотром. Попытаются увести – будем способны противостоять, будем сражаться, нет – помашем рукой. Благодарю за ужин!

Выйдя из-за стола, Лет направился в зал управления. Вскоре там появился и Николос. Подойдя к соседнему креслу, он замер.

– Не торчи, сядь! – Недовольным голосом произнёс Лет.

– Сюда? – Николос ткнул рукой в кресло штурмана.

– Забыл свои обязанности? – В голосе Лета скользнуло недовольство.

Состроив гримасу, системщик прошёл к своему креслу, сел и уставился в один из терминалов пульта управления по которому скользили аналитические графики работы систем крейсера.

Прошло около часа молчания, которое нарушил вошедший в зал управления Макр.

– Трос загружен, господин капитан. – Произнёс он.

– Где Максим?

– В ангаре.

– Оба сюда. – Лет ткнул пальцем в пол. – Здесь и будем решать, как цепляться.

Макр ушёл. Его долго не было, наконец он появился в сопровождении штурмана своей вахты. Войдя, они остановились у входа.

– Что происходит? – Заговорил Лет резким голосом, повернувшись к ним. – Один вошёл, не знал куда себя деть. Вы такие же. Забыли свои обязанности? Напомню! Штурман… – Он указал на кресло, которое всегда занимал штурман вахты. – Второй пилот. – Он указал на кресло по другую сторону от своего. – Или ещё и за шиворот усадить.

Ничего не сказав, Макр и Максим заняли указанные кресла и уставились в экран.

Лет повернулся к пульту управления и нажал клавишу подъёма трапа.


***


Дифферент нашли без каких-то усилий, он по-прежнему неторопливо скользил над астероидным кольцом. Лет описал вокруг инопланетного корабля несколько кругов, долго всматривался в экран вивв, убеждаясь, что никакой опасности не наблюдается. Наконец, остановил крейсер перед дифферентом и повернулся в сторону Макра.

– Вам придётся влезть в скафандры и выйти в пространство, чтобы зацепить трос. Не думаю, что это будет сложно. Корабль повреждён и в нём полно дыр. Второй конец закрепите в замок, к которому крепится штанга лейтера. Воспользуйтесь переходным шлюзом. Будет быстрее и безопаснее.

– Да, господин капитан! – Макр повернулся вместе с креслом и поднявшись, направился к выходу.

За ним покинул зал управления и Максим. Лет повернулся к Николосу.

– Помоги им одеться.

Системщик, будто подброшенный пружинами, вылетел из кресла и выбежал из зала управления.

Лет сделал на экране вивв врезку и вывел на неё изображение с камеры внешнего обзора из-под днища крейсера, с которой хорошо просматривался, как переходный шлюз, так и транспортный замок.

Ждать пришлось долго, прежде, чем открылся люк переходного шлюза и из него выплыли два человека в белых скафандрах, держась за бухту с тросом и направились к замку. Работали они неторопливо, но уверенно, с одной стороны раздражая Лета своей медлительностью, с другой – успокаивая тем, что не переделывают свою работу по нескольку раз. Закрепив петлю троса в замок, они поплыли в сторону дифферента, разматывая трос. Лет убрал из экранной врезки изображение замка и вывел увеличенное изображение дифферента.

Найти подходящее место для закрепления троса, как и предполагал Лет, оказалось несложно и вскоре, отвернувшись от дифферента, один из членов экипажа, понять кто из них кто в скафандрах было невозможно, поднял руки над головой и сложив их, потряс сцепкой, показывая, что всё в порядке.

– Господин капитан! – Донёсся из пульта управления голос Макра. – Насколько мы видим, у дифферента открыт большой люк в его модуле управления. Разрешите войти и посмотреть, что внутри?

– Разрешаю. Но недолго. – Произнёс Лет и достав из ящика под пультом управления баночку с тоником, открыл её и принялся медленно пить, уставившись в экранную врезку.

Что за порталы разыскивают здесь эти невидимки? Углубился он во, вдруг, появившиеся, размышления. Что портируется через них? Сюда или к ним? Видимо, это нечто не простое, если призраки ищут их по всей галактике. Он вдруг негромко хмыкнул. Если они пришли сюда, то не исключено, что оно здесь и находится. Незря они крутятся здесь. А если поискать на планете? Времени, более, чем достаточно. Но, видимо, они-то его не нашли. А я должен искать то, не зная, что. Он усмехнулся. Навряд ли мои действия Витор сочтёт нормальными. Какая разница. Лет механически махнул свободной рукой. И так мои действия разрисует такими красками, что, как бы не выперли с крейсера. Уж из капитанов, определённо. Шесть человек уже мертвы. Одно спасение – эти дифференты. Несомненно, в них есть ещё неизвестные нам технологии. И…

– Проклятье! – Вдруг раздался со стороны громкий возглас, заставивший Лета повернуть голову на голос – это был Николос.

За размышлениями он и не заметил, когда вернулся системщик, который сейчас сидел, уставившись взглядом в экран вивв.

Подняв брови, Лет повернул голову в сторону экрана – его лицо вытянулось: из модуля управления дифферента вниз бил фонтан огня, а от него, кувыркаясь в пространстве удалялся какой-то светлый предмет, изрыгающий красные сполохи. Лицо Лета исказилось гримасой тревоги, несомненно – это был человек в горящем скафандре. Дифферент, набирая скорость, полз вверх, грозя потащить за собой и крейсер.

– Макр! Ответь! – Громко произнёс Лет.

– Макра больше нет. – Раздался из пульта управления негромкий голос Максима.

– Хаара! Что там у вас происходит? – Выкрикнул Лет.

– Мы вошли. Ангар совсем небольшой, почти, как у лейтера. Да ещё летательный аппарат внутри. Свободного места, в скафандрах едва развернуться. Я начал осматривать летательный аппарат, а Макр что-то другое. Потом хлопок и фонтан огня. Летательный аппарат сорвало с креплений и он прижал меня к стенке ангара. Кое-как выбрался. Макра нет. Скорее всего, взрывом выбросило в пространство.

– Его можно догнать. – Раздался голос Николоса. – Я выйду.

Лет повернул голову в его сторону, системщик уже был на ногах, но вдруг сел и откинувшись в кресле, закрыл глаза. Лет перевёл взгляд на экран – по врезке расползалось большое огненно-жёлтое пятно.

– Хаара! – Процедил Лет, поняв, что скафандр с Макром взорвался. – Максим! Убирайся оттуда!

Прошло некоторое время. Дифферент продолжал скользить вверх. Трос соединяющий корабли натянулся. Лет сдвинул акселератор назад, вводя конвертор отрицательный квадрант работы. Дифферент, видимо не в состоянии стронуть с места упирающийся крейсер, заскользил в сторону, грозя обернуть трос вокруг крейсера. Состроив гримасу недовольства, Лет толкнул акселератор вперёд, придавая крейсеру небольшое ускорение и в тот же миг из-под модуля управления дифферента выплыл белый скафандр.

– Хаара! – По скулам Лета прошлись желваки.

Его кулак невольно опустился на подлокотник кресла. Донёсшийся глухой звук заставил Николоса нервно вздрогнуть. Он рывком повернул голову в сторону капитана.

– Как бы не затянуло куда-либо. – Заговорил Лет, почувствовав на себе взгляд системщика. – Отстанет. Сколько у него осталось воздуха? Теперь, просто, не затормозить. Уж лучше бы сидел в ангаре дифферента.

– Он уже почти четыре часа в пространстве. Ещё столько же. – Раздался голос Николоса.

– Максим! Отстань! Уходи! – Заговорил Лет. – Заберём чуть позже, когда связка стабилизируется. Николос! Следи за ним. Не потеряй!

Стабилизация затягивалась. Лет нервничал, что ещё больше затягивало время. Дифферент никак не хотел становиться на одну линию с крейсером и бегал по пространству туда-сюда, будто не желая идти за свои поводырём и норовя, во чтобы-то ни стало сорваться с привязи и убежать. Было видно, что из его люка всё ещё выбивается сизый дымок, который, скорее всего и мешал стабилизации. Белый скафандр остался позади и на врезке едва просматривался, отставая всё дальше и дальше, норовя, вот-вот, исчезнуть из вида. Из пульта управления доносилось лишь шумное дыхание Максима. Николос пытался несколько раз завязать с ним разговор, но Максим односложными ответами давал понять, что ему не до бесед. Чтобы стабилизировать связку, нужно было увеличивать скорость, но тогда об оставшемся в пространстве штурмане, можно было забыть.

– Прошло три часа. – Донёсся голос Николоса.

– И что из того? – Резко ответил Лет.

– У него воздуха на час осталось.

– Хаара! – Лет состроил гримасу досады. – Максим!

– Да, господин капитан! – Пришёл из пульта управления далёкий голос.

– Сейчас я развернусь и пойду навстречу. Попытайся зацепиться за трос с первого раза. И следи за дифферентом. Повнимательней.

– Да, господин капитан! – Донёсся, всё тот же далёкий голос.

Выбрав момент, когда дифферент пошёл в сторону, Лет отклонил штурвал в другую сторону и связка начала стремительно разворачиваться, крутясь вокруг центра тяжести системы. Выбрав момент, когда крейсер окажется напротив Максима, Лет чуть толкнул акселератор вперёд и крейсер двинулся вперёд, таща за собой дифферент и тем самым стабилизируя положение связки. Когда до Максима осталось совсем недалеко, Лет двинул акселератор назад и послал крейсер вверх, трос чуть ослаб и дифферент, имея большую скорость, начал приближаться к "Вояру", однако, из-за того, что они теперь были в разных плоскостях, трос шёл к Максиму по вертикали, который, манипулируя реактивными струями скафандра, пытался оказаться между крейсером и дифферентом, напротив троса.

– Газ реактивных ускорителей весь вышел. – Вдруг донёсся голос Максима.

Хаара! Лицо Лета исказилось гримасой досады. Если до сих пор была надежда, что Максим сможет, выпустив реактивную струю по ходу приближающего троса, как-то смягчить контакт с ним, так как скорость связки была, великовата, то теперь надеяться было не на что. Надежда была лишь на сноровку человека в белом скафандре и точный глазомер пилота крейсера.

Только бы не промахнуться. Сверлили мозг Лета тревожные мысли. Только бы он успел зацепиться.

Человек в белом скафандре стремительно приближался. Корабли уже, практически, поравнялись и дифферент уже, вот-вот, начнёт обгонять крейсер. Насколько можно было судить по врезке, трос шёл точно на Максима. Оставались считанные метры. На врезке было видно, как Максим дёргаясь всем телом, пытался выбрать наиболее удобную позицию. Сердце Лета замерло в ожидании и…

Вдруг, трос изогнулся дугой и обойдя отчаянно барахтающегося в пространстве человека в скафандре, поплыл дальше. Лет оцепенел в полнейшем недоумении.

Но Максим, видимо не растерялся: от его скафандра, отделилось лёгкое светлое облачко и поплыло прочь, толкнув при этом скафандр с противоположную сторону. Человек в скафандре вытянул руки и схватил убегающий трос.

– Воздух. – Донёсся тихий протяжный голос из пульта управления, будто от безысходности простонал сам крейсер.

Чтобы догнать трос он создал реактивную струю, выпустив воздух из скафандра. Молнией мелькнула у Лета догадка.

– Быстро в скафандр и наружу! – Заорал он, не глядя на Николоса. – Пристегнись к тросу!

Николос, хотя его имя не было произнесено капитаном, вылетел из кресла, выброшенный даже не пружинами, а будто реактивной струёй и бросился из зала управления, и Лет, если бы считал, то навряд ли бы успел досчитать до ста, как на врезке, по тросу вниз уже скользил белый скафандр.

Лет чуть двинул акселератор вперёд, так как дифферент уже был впереди и послал крейсер вверх, натягивая трос.

Почему он ослаб? Замелькали у него тревожные мысли. Я же не трогал никакой механизм управления? Он обвёл внимательным взглядом панели управления. Всё на своих местах. Опять мистика? Что-то ненормальное творится в этом пространстве. Может бросить эту затею и присоединиться к Витору. Пусть эти, проклятые, дифференты остаются тут навечно. Он перевёл взгляд на врезку.

Трос уже натянулся и соскользнув по нему, Николос оказался около Максима. На врезке было видно, что он принялся за кике-то манипуляции со скафандром штурмана.

– Как он? – Поинтересовался Лет.

– Не понять. Я подал ему воздух из своего скафандра. – Раздался из пульта управления голос Николоса. – Реакции никакой. Попробую оторвать от троса. – Донеслось его шумное дыхание. – Прицепился, не оторвать. Даже и не знаю, что… Наконец-то. Проклятье! Такое впечатление, что когда он хватался за трос, то повредил скафандр. Как-то странно он вспучен на его правой руке.

– Здесь изучишь. – Резким голосом заговорил Лет. – Быстро назад.

– Между замком и переходным шлюзом около ста метров. – Заговорил Николос. – Не представляю, как мы до него доберёмся.

– Я зацеплюсь за крюк переходного шлюза тросом скафандра и подойду к вам. Там сто метров. Должно хватить.

– Шеф! У нас всего три скафандра.

– Хаара!

Лет замер с открытым ртом. Он только сейчас вспомнил, что четвёртый скафандр, перед стартом с Гитты, он отдал на лейтер.

– Слушай внимательно. – Заговорил Лет, после нескольких мгновений размышления, найдя, как ему казалось единственное решение в сложившейся ситуации. – Подойди по тросу к крейсеру на расстояние от замка до люка переходного шлюза. Я начну торможение. Дифферент пойдёт вперёд. Я опущу крейсер. Трос пойдёт в сторону его носа. Будешь мне подсказывать, чтобы он оказался напротив люка. Как только расстояние уменьшится до приемлемого, отцепляйся, включай реактивные двигатели и ныряй в шлюз. Держи Максима перед собой. Будь внимателен. Попадёте под трос, разрежет. И не промахнись.

– Да, господин капитан! – Донёсся достаточно бодрый голос из пульта управления…


***


Раздавшийся за спиной звук шагов, заставил Лета выглянуть из-за спинки кресла – в зал управления входил Николос. Тут же повернувшись вместе с креслом, Лет поднялся и шагнул системщику навстречу.

– Где он? – Произнёс Лет.

– У себя в каюте. – Николос дёрнул плечами, словно удивляясь вопросу капитана.

– Было такое впечатление, что ты сидел в зале управления в скафандре. – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– Я его приготовил заранее, господин капитан. – Николос натянуто улыбнулся. – Когда провожал ребят.

– Н-да! – Лет кивнул головой. – Посмотри здесь. – Он ткнул рукой на свое кресло. – Скорость, курс – заданы. Встретится камень – отвернёшь. Я пройдусь. Загляну к Максиму.

– Да, господин капитан. – Подойдя к креслу капитана, Николос сел и уставился в экран вивв.

Повернувшись, Лет вышел в коридор и направился в каюту Максима.

Штурман лежал на спальной платформе, смотря в потолок. Дышал он шумно и глубоко, будто пытаясь восполнить потерянный кислород. Увидев вошедшего капитана, он попытался подняться, но это у него получилось неуклюже и по искажённому лицу, Лет понял, что это действие ему удаётся с большим трудом.

– Не стоит. – Лет махнул рукой. – Скажи, как тебе удалось продержаться столько времени без воздуха? Честно говоря, когда я увидел, что ты выпустил воздух… – Он покрутил головой.

– У нас в академии был такой прикол, господин капитан… – Негромко заговорил Максим, оставляя свою попытку подняться. – Кто на большее время задержит своё дыхание, ведя при этом счёт. Из курса, до тысячи удавалось досчитать лишь четверым. Николос пришёл, когда я досчитал до девятьсот восьмидесяти трёх. Время ещё было. – Он улыбнулся.

– Хм-м! Весьма. – Лет мотнул головой. – А почему трос обвис? Что-то произошло? Я ничего не увидел.

– Был какой-то выброс из люка дифферента, господин капитан. Видимо что-то ещё взорвалось внутри ангара.

– Н-да! Что ж, отдыхай. – Повернувшись, Лет вышел из каюты и медленно побрёл по коридору.

Больше никаких приключений. Размышлял Лет, медленно шагая по коридорам крейсера. Витор не рискует и всё у него в порядке. Интересно, у этих призраков есть тела? Каким же тогда образом они управляют своим кораблём? Мыслями? А я смогу мыслями управлять крейсером? А почему – нет. Я ведь чувствую энергетические токи. Но управление, не столько энергетические токи, сколько информационные. Смогу я их понять? Отец понимал. Но я никогда не видел, чтобы он мыслями управлял своим кораблём. Может он не хотел, чтобы я это видел? А как научиться понимать информационные потоки? Собственно, чем они отличаются от энергетических токов. Дискретностью. Придётся считать эти дискреты. Чуть какая-то. Лет механически мотнул головой. Это должно быть как-то по другому. Они сами должны считаться и превращаться в понятные образы. Несомненно – это должны быть образы. Ведь информация в мозге человека, в основном, хранится в виде образов. Нужно лишь научиться их распознавать. А у призраков она тоже хранится в виде образов? Её можно понять? А почему нет? Он дёрнул плечами. Если они поняли информацию из моего мозга, значит и я смогу понять их. А информационное поле машин, механизмов, можно понять? Хаара! Я даже не умею толком активировать своё поле, а уже размечтался. Как это…

Лет остановился и сосредоточился и тут же почувствовал покалывание в мозге и что-то не понятное начало расползаться вокруг головы. Покалывание усилилось. Вместе с тем он почувствовал, будто мимо него несутся какие-то токи, но вместе с теми токами, которые он чувствовал и прежде, теперь появились и какие-то другие, которые чувствовались иначе, они были быстрые и едва уловимые. Лет попробовал приказать своему необычному полю расшириться и действительно, оно начало, будто расползаться по сторонам, покалывание сделалось болезненнее, будто поле начало вбирать в себя больше токов, терпелось уже с трудом и Лет, неизвестно каким чувством, вернул свое поле – покалывание сделалось, вполне, сносным.

– Довольно. – Прошелестели губы Лета и поле исчезло.

Такое впечатление, что дрессированное. Всплыла у него саркастическая мысль. А почему и нет? Состроив гримасу, он дёрнул плечами. Видимо нужно им заниматься систематически, тогда и понимать его и управлять им буду. Но работать с ним нужно очень аккуратно, иначе неизвестно, что я могу натворить с системами управления крейсера. Проблем уже и так, выше макушки.

Глубоко и протяжно вздохнув, он развернулся и зашагал в зал управления.


***


Происшествий больше ни каких не было. Лет вёл связку осторожно и неторопливо и она благополучно добралась до синхронной орбиты Фабры. Максим отлежался и чувствовал себя вполне сносно, но Лет всё же не допускал его ещё до вахты, которую попеременно несли он и Николос. С торможением пришлось провозиться почти сутки и хотя, дифферент полностью не остановился и медленно полз по орбите, Лет махнул на это рукой, решив, что при возврате на Гитту, его каким-то способом всё равно зацепит, тем более, что трос остался прицеплен к дифференту.

Едва трап "Вояра" коснулся космодрома, около него опустился лейтер Витора.

Витор ждал Лета у трапа и едва капитан "Вояра" оказался внизу, как тут же подошёл к нему.

– Я не могу согласиться с вашими действиями, господин Лампорт. – Заговорил Витор, остановившись перед Летом и покачиваясь взад-вперёд. – Такое количество жертв, необоснованно. По возвращении, я буду вынужден доложить об этом в Регистр.

– Это ваше право, господин капитан. – Лет дёрнул плечами. – И я не собираюсь его отбирать у вас. Только почему в Регистр. Ваш непосредственный командир – адмирал Таров.

– Не вижу смысла. – Губы Витора тронула усмешка. – Вы заодно.

Ничего больше не сказав, Лет повернулся и направился в сторону своего грузовика, от которого, ему навстречу уже спешил Атона.

– Очень жаль, что так произошло. – Заговорил Атона, когда они оказались напротив друг друга.

Ничего не сказав, Лет покивал головой.

– Шпин наткнулся какое-то вкрапление в песке с большим содержанием криила. – Продолжил говорить Атона. – Траки теперь приходят по нескольку раз за сутки. Уже треть объёма затарили.

– Витор знает? – Лет вскинул брови.

– Шпин не сообщал ему о находке, но, скорее всего, они уже догадались.

– Пусть и его хорвесторы становятся рядом. Уходить будем все вместе.

– Шпин говорит, что жила узкая и два рядом не станут.

– Хорошо. Я разберусь. – Лет кивнул головой. – Что у тебя? Все системы восстановились?

– Да, господин капитан. – Атона улыбнулся. – Энергии, хоть раздавай. Температура реактора несколько выше обычной, но стабильна.

– Уменьшите мощность.

– Нарушается стабилизация реактора. Будем в пространстве, температура должна понизиться. Что-то, всё же произошло.

– Хаара! Где левет?

– За трапом лейтера. – Повернувшись в пол-оборота к лейтеру, Атона махнул рукой в его сторону.

– Максим восстанавливается. Если у кого есть какие-то рецепты для него – делитесь. Я к Шпину. Посмотрю, что за жилу они там нашли.

Шагнув в сторону, Лет обошёл Атона и направился к трапу грузовика, из-за которого выглядывал корпус левета.


***


Шпин находился внутри обогатительной фабрики, стоя у большого блестящего круглого цилиндра, к которому был пристыкован трак, видимо под загрузкой. Лет опустил левет рядом с траком и выйдя наружу, подошёл к Шпину.

– Что ты нашёл в песке? – Поинтересовался Лет у командира техников.

– Жила с большим содержанием ратана. Видимо такой песок был здесь изначально. Сказка. Если бы песок весь был таким, нам бы дней сорока хватило бы, чтобы заполнить лейтер. Наш обогащённый втрое беднее. – Шпин широко улыбнулся. – Правда, плавится тяжелее. Пришлось температуру поднять до двух тысяч. Но это, уже несущественно.

– Техники Витора знают о твоей находке? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

Шпин молча мотнул головой.

– Так или иначе, без них мы не уйдём отсюда. Заполните свой лейтер, будете возить в другой.

– Кто против. – Шпин дёрнул плечами. – Какая разница, кто её будет разрабатывать. Жила узкая и двум хорвесторам не стать рядом.

– Пусть начнут с другой стороны.

– Она на глубине четырёх метров, чуть более метра толщиной и где заканчивается, никто не исследовал. – Шпин покрутил головой. – Один хорвестор снимает слой песка, второй уже засасывает песок из жилы. Пока отвезёт – первый чистит. У нас нет времени заниматься разведкой. Хотят, пусть сами ищут. – Он дёрнул плечами.

– Ты что-то знаешь о портаторах? – Поинтересовался Лет.

– Впервые слышу. – Шпин покрутил головой.

– А что-то необычное, встречалось в песке или где-то рядом с ним?

– Не видел. – Шпин мотнул головой. – Да и времени нет, на что-то обращать внимание. Да и людей, тоже. У двоих техников пошла краснота по телу, пришлось отстранить на время.

– Хорошо. – Кивнув головой, Лет повернулся и направился к левету. Подняв летательный аппарат, он покрутил его и увидев вторую группу техников, направился к ним. Он не знал, кто руководитель второй группы и потому посадил левет у первых же двух техников, стоящих около трака и выпрыгнув из летательного аппарата, подошёл к ним.

– Где старший вашей группы? – Поинтересовался он у повернувшегося в его сторону техника.

– Я, командир группы. – Техник повернулся к нему полностью.

– Капитан Лет. – Лет кивнул головой. – Шпин наткнулся на богатую жилу. Если хотите ускорить загрузку, ищите её второй конец, у него заболели несколько техников и у него нет свободных людей.

– Мы догадывались. – Усмешка тронула губы командира второй группы техников.

– Свяжись с ним.

Развернувшись, Лет вернулся в левет и подняв его, вывел из обогатительной фабрики и направил по котловану в сторону работающих хорвесторов.

Яркую красную полосу, на розово-сером фоне, будто кровавый след, он увидел ещё издалека и направил левет к ней. Оба хорвестора были там.

Оказавшись над красной жилой, Лет остановил левет и открыв дверь, наклонился и вытянул руку наружу, намереваясь дотронуться до кровавого песка, но в тот же миг тысячи игл ткнулись ему в мозг, заставив отшатнуться и закрыв глаза, тряхнуть головой – покалывание исчезло, будто иглы, действительно, осыпались. Он закрыл дверь летательного аппарата и направил его вдоль красной жилы, которую уже очистил второй хорвестор.

Пройдя над жилой, Лет поднял левет выше и повёл его над розовым песком, стараясь выдерживать курс красной жилы, но пройдя некоторое время, убедился, что пространственный сканер левета, совершенно, не видит красную жилу под фоном розового песка. Вздохнув с сожалением, он отвернул левет и повёл его к краю песчаного поля, надеясь где-либо на его границе найти что-либо, что могло бы привлечь его внимание.

Идти пришлось очень долго и у Лета уже закралось сомнение, движется ли левет, вообще, так как однообразный песчаный пейзаж вызывал стойкий эффект стояния, несмотря на цифры скорости на панели управления, далеко отличные от нулевых. Он периодически опускал левет к самому песку и оборачивался, но неизменно видя, как за летательным аппаратом высоко вздымается розовый след из поднято в воздух песка, успокаивался и отрывал левет от песка, чтобы через какое-то время всё это повторить заново.

Наконец, из-за горизонта выползла чёрная полоса и начала быстро разрастаться ввысь. Лет глубоко вздохнул, от появившегося чувства усталости и вдруг, отметил, что, практически не испытывает тягости одиночества. Хотя он и прежде не тяготился им, но сейчас это уже, как бы, входило в привычку – он чувствовал себя гораздо комфортнее, если рядом с ним никого не было.

Вскоре стало понятно, что впереди горы. Подойдя к горной гряде ближе, Лет понял, что привычных предгорий не было, горная гряда вздымалась ввысь прямо из песчаного моря. На фоне розового песка, горы были, неестественного, чёрного цвета, хотя, скорее всего, это контраст ассоциировал такой цвет.

Интересно, а с той стороны, такое же песчаное море? Всплыла у него любопытная мысль. Может где-то есть ущелье и удастся пройти на противоположную сторону?

Лет снизил скорость летательного аппарата и развернув его повёл вдоль горной гряды, внимательно всматриваясь в склоны гор. Идти пришлось долго и вновь усталость напомнила о себе. Лет уже начал жалеть, что затеял эту бессмысленную экскурсию и вознамерился развернуть левет и вернуться на крейсер, как впереди на горном склоне показалась необычная светлая полоса, будто кому-то наскучил однообразный тёмный пейзаж горных склонов и он решил, хотя бы, как-то, сделать его более колоритным. Это оказалась долгожданная расщелина.

Зайдя в неё, Лет остановил летательный аппарат и всмотрелся в лобовое стекло – никакой опасности впереди не просматривалось. Расщелина была неширокой, но левет мог двигаться в ней свободно. Её стенки были несколько светлее, чем наружные склоны гор и были почти отвесными, создавая впечатление, что расщелина образовалась не естественным путём, а вырублена искусственно.

Лет попытался высвободить своё поле и тут же почувствовал, как что-то неосязаемое повисло над его головой. Тогда он попытался послать своё поле вперёд и тут же почувствовал, как оно скользнуло от него, однако не теряя связь с мозгом. Лет отчётливо чувствовал, что поле, будто вытягивает свои щупальца в стороны и касается ими стен расщелины, но никакого дискомфорта при этом он не испытывал, будто впереди нет никакой опасности. Не убирая своего поля, он поставил ногу на акселератор и чуть вжал его – левет медленно пополз по расщелине.

Становилось темнее. Лет крутанул головой, его сердце невольно дрогнуло – он и не заметил как расщелина сузилась настолько, что левет уже был не в состоянии в ней развернуться, да и горные склоны уже были не вертикальны, а нависали над головой козырьками.

– Хаара!

Его нога соскользнула с акселератора. Левет замер. Лет открыл дверь и выглянул наружу – до стенки расщелины было не дальше метра, над головой простиралась лишь узкая светлая полоса. Он посмотрел назад – там было темно, что было естественно, так расщелина делала несколько, хотя и не крутых, изгибов.

Я же не развернусь. И почему нельзя придумать, чтобы он мог кормой вперёд ходить? Всплыла у него досадная мысль. Как далеко тянется ущелье? Я уже долго иду.

Лет включил прожектор – его брови тут же выгнулись высокими дугами, луч света, метрах в трёх-четырёх перед леветом исчезал. По другому он и сказать бы наверное не смог, так как свет упирался в какую-то преграду и исчезал в ней. У Лета по спине пробежался холодок, заставив поёжится. Он провёл рукой по поясу – оружия не было.

– Хаара! – Механически прошелестели его губы.

Он тут же вспомнил, что с момента ухода с Гитты, ни разу не доставал свой гард из шкафа каюты капитана крейсера.

Неужели никто до сих не был здесь? Замелькали у Лета тревожные мысли. Наши возможно и нет, а толлоны? Отец никогда не говорил об этом ущелье. Может там и нет ничего, а лишь мои страхи? Усмешка тронула его губы.

Оставив свет включенным, он опустил левет на опоры, вышел наружу и неторопливо направился в сторону поглощающего свет препятствия. Подойдя к препятствию вплотную, он остановился, его первоначальное впечатление, оказалось реальностью – свет, действительно, поглощался каким-то, абсолютно чёрным нечто, совершенно не отражаясь от него и не преломляясь.

Тогда он осторожно подвел к преграде свое поле и попытался дотронулся до него, но его поле совершенно ничего не чувствовало, будто и не было никакого препятствия перед ним.

Лет вернул поле и вытянул шею в сторону контакта света и нечто, пытаясь что-то увидеть, но его усилие было напрасным, что-то понять было, совершенно, невозможно.

Хмыкнув он выпрямился и подняв руку, выставил указательный палец и двинул его в направлении нечто, но тут же опустил руку и принялся шарить по карманам своей одежды, нашлись: спейс; карточка уровня; и несколько салфеток. Карточку уровня он тут же вернул в карман; салфетки, покрутив, тоже вернул в тот же карман, откуда и достал. Остался лишь спейс. Он оглянулся – левет стоял на месте. Отвернувшись, Лет глубоко вздохнул и осторожно коснулся спейсом стены препятствия – ничего не произошло. Он даже не почувствовал какого-то препятствия, будто спейс и не касался чего-то. Состроив гримасу, Лет двинул спейс дальше – его уголок тут же исчез из вида, но никакого противодействия вновь не было.

Лет вытащил спейс и поднеся его к лучу света, принялся рассматривать – никаких внешних признаков повреждения не наблюдалось.

Дёрнув плечами, он вновь повернулся к чёрному нечто и уже смело сунул в неё спейс, вместе со сканером связи в нечто оказались и его пальцы. Увидев произошедшее, Лет резко вздохнул и замер с открытым ртом. Ничего не происходило. Наконец, выйдя из оцепенения, он отдёрнул руку и сунув спейс в карман, поднёс руку к глазам и покрутил её, рассматривая – никаких изъянов не было.

Состроив гримасу, он опустил руку и вновь вызвал свое поле, но тут же убрал его.

А стоит ли? Поле не рука. Всплыла у него тревожная мысль. Руку могут и другую прилепить, а мозг ещё не научились. Нет, уж лучше рука. Его губы вытянулись в лёгкой усмешке.

Глубоко вздохнув и шумно выдохнув, он расправил руку и осторожно сунул ладонь в чёрное препятствие – совершенно ничего не произошло, не было и никакого ощущения, будто и не было ничего перед ним, лишь воздух, только чёрного цвета.

Лет вытащил ладонь и осмотрел её – она была без изъянов. Тогда он уже смело сунул её в непонятную субстанцию и пошевелил ею – и опять ничего не произошло, как ничего он и не чувствовал, будто перед ним был, действительно, чёрный воздух. Тогда он вытянул руку и она исчезла по локоть и вновь никаких эксцессов. Постояв мгновение, он решительно шагнул вперёд и остолбенел – перед ним расстилалась широкое плато с каким-то круглым строением на его краю.

Если прошёл я, то, возможно пройдёт и левет. Всплыла у него мысль, через некоторое время созерцания, открывшейся перед ним панорамы.

Лет повернулся и уткнулся в светло-коричневую, каменную стену, определённо вырубленную в скале.

Гримаса удивления тут же исказила красивое лицо Лета. Он вытянул руку и осторожно коснулся стены пальцами – это, действительно, была стена. Она была тверда и прохладна. Лет с силой нажал на неё, надеясь, что приложив большее усилие, он сможет открыть впустившую его сюда дверь, но его усилие не возымело успеха, перед ним была настоящая каменная стена.

Развернувшись, он пошёл вдоль стены, при каждом шаге тыча в неё рукой…

Пришла усталость. Лет уже еле передвигал ноги. Повернувшись к стене спиной, он хотел сесть на плато и опершись на стену, отдохнуть, но, вдруг, увидел, что стоит напротив круглого строения, в стене которого отчётливо выделялся дверной проём. Оттолкнувшись от каменной стены, Лет, нетвёрдой походкой, направился к строению.

Подойдя к проёму, он заглянул внутрь строения. Внутри оно казалось гораздо больше, чем казалось снаружи. Перед ним был большой круглый зал, с небольшим круглым блестящим возвышением посреди, влево и вправо от проёма вверх шли ступеньки, теряющиеся в двух проёмах потолка, видимо там был ещё один уровень. Удивление вызывали ступеньки – они были столь узки, что по ним, навряд ли мог идти обычный человек, если только плотно прижавшись к стене спиной. Хотя Лету было и любопытно, что находится вверху строения, но балансировать на ступеньках сил у него уже не было и потому, войдя внутрь строения, он направился к возвышению.

Несомненно, возвышение было сооружено из камня. Оно было порядка трёх метров в диаметре и около полуметра высотой. Для чего оно было предназначено было непонятно, но создавалось впечатление, что им регулярно пользовались, так как на нём не было видно ни единой пылинки. Для уверенности, Лет провёл по возвышению рукой, пыли, действительно, не было.

Лет уже мало что понимал. Усталость была такой, что он чувствовал, что если он немедленно не примет какое-то другое положение, кроме вертикального, то окажется на полу, помимо своей воли.

Он сел на возвышение. Ничего не произошло. Тогда он повернулся, стал на колени, дополз до середины возвышения, лёг, вытянулся и положил голову на руки. Его веки сомкнулись.


5


Лет парил.

Это был полёт не в летательном аппарате. Это летело не его тело в каком-то воздушном потоке. Это летел его разум, покинувший своё тело.

Под ним расстилались бесконечное ледяное поле и его разум мчался над этим бесконечным безмолвием, впитывая в себя какую-то непонятную энергию, исходящую из ледяного поля. Никого холода он не испытывал, будто под ним была и не ледяная пустыня, а какое-то энергетическое поле, напитывающее собой его разум, который, непонятным образом становился всё мощнее и мощнее.

Вдруг, разум Лета насторожился. Ему показалось, что это ледяное безмолвие он уже встречал.

Где? Выстроилась ассоциация его разума.

Именно выстроилась. Но это было не то построение, имеющее под собой химическую основу, когда атомы сливаются в молекулы, которые, затем, выстраиваются в цепочки, образующие мысль, а будто в ряд выстроились кванты энергии, образовав энергетическую цепочку, подвластную не законам молекулярной химии, а законам квантовой физики.

Информационное поле. Выстроилась следующая ассоциация разума Лета. Вот, значит, он, какой, чистый разум.

По его разуму прошла непонятная волна, видимо означающая чувство восхищения, так как именно это чувство он и хотел проявить.

И всё же, где я встречал подобную ледяную пустыню? Выстроил Лет прежнюю ассоциацию в своём информационном поле. Стоп, стоп! По его разуму прошла волна возбуждения. Кольцевые горы Гитты. Это же ничто иное, как внутренний замёрзший океан.

В тот же миг, будто его догадка послужила сигналом к смене декораций, он оказался на большом каменном плато, перед стоящими перед ним мужчиной и женщиной, одетыми в светло-серые костюмы, спортивного образца, с какими-то непонятными золотистыми завитушками на левой стороне груди. Они были достаточно стройны, высоки, светловолосы и светлокожи, даже бледны, но черты их лиц были нечётки, хотя они стояли в каких-то четырёх-пяти шагах от Лета, имели обычные руки и ноги, обутые в серую высокую обувь. Определённо у них были глаза, тёмного цвета, нос и отчётливо выделяющиеся на их бледных лицах, яркие губы.

– Ты очень любопытен. – Прозвучали в голове Лета слова, хотя, насколько он мог видеть губы ни мужчины ни женщины даже не шевельнулись.

Видимо, сон. Тут же всплыла у Лета грустная мысль.

– Ты нарушил наш барьер. Мы обязаны позаботиться о своей безопасности. – Прозвучала в голове Лета следующая фраза, вызвав у него чувство тревоги.

Видимо, не сон. Всплыла у Лета ещё одна грустная мысль. Это уже прямая угроза моей жизни.

– Кто вы? – Произнёс он, первое, что смог осознать.

– Эллы. – Пришёл односложный ответ.

– Эллы? – Лет вскинул брови. – Странное слово.

– Не более странное, чем толлоны и гитты.

– Вы знаете нас?

– Это не сложно.

– Я ещё раз убеждаюсь, что у вас принято бесцеремонно вторгаться в чужие информационные поля? – Заговорил Лет резким, полным возмущения, голосом. – Кто бы вы не были, но это в высшей степени безнравственно и недостойно высокоразвитой цивилизации.

– Ты пытаешься убедить нас, что мы уже встречались?

– Около тридцати дней назад. Около астероидного кольца.

– Это невозможно.

– Вы хотите меня убедить, что то был сон, а сейчас явь.

– Возможно.

Лет вдруг почувствовал лёгкое покалывание в голове. Он тут же попытался вызвать своё поле, но покалывание тут же исчезло.

– Вы бестактны. – Лет тряхнул головой, будто пытаясь вытрясти из головы непрошенные иглы.

– Эллоты. – Услышал он вместо ответа на свой вопрос.

– Они себя так и назвали. Вы и они одна цивилизация?

– Они не цивилизация.

– Кто же, тогда?

– Не имеет значения. Их нет.

– Как нет? – Лет повысил голос. – Но они уничтожают нас.

– Не контактируйте с ними.

– Они нас не спрашивают. Наши пространственные сканеры не видят их.

– Мы научим тебя, чувствовать их приближение.

– Меня! А остальных? – Возмутился Лет.

– Если гитты являются носителями психотронного поля – они будут чувствовать их приближение.

– Гитты не являются носителями психотронного поля.

Наступила длительная пауза.

– Кто вы? Что делаете на Фабре? Вам тоже нужен криил? – Нарушил молчание Лет.

– Мы исследователи. Изучаем Вселенные. Криил нас не интересует.

– Вселенные? Их много? Где они? Как вы перемещаетесь по ним? Какая энергия движет вашими кораблями? – Чувство тревоги у Лета сменилось чувством любопытства.

– Энергия нашего мира, которая питает конвертор преобразователя мерности пространства.

– Мерности пространства? Вы в состоянии управлять измерениями?

– Мерностью невозможно управлять. Можно лишь использовать её для перемещений между пространств.

– Мгновенные переходы! – В голосе Лета послышалось восхищение. – Нуль транспортировки!

– Мгновенного ничего нет. Это вымыслы математиков и бредни фантазёров.

– Каким же образом, тогда, конвертируется измерение и сколько измерений вы используете для своих переходов?

– Семь измерений.

– Почему семь, а не другое количество? Ведь четырё ближе к трём, чем семь?

– Существуют рациональные многомерные пространства, где междумерные формулы конвертации проще, сходимость искривлений оптимальнее, они никогда не пересекаются и потому нет угрозы зон непредсказуемых выходов, да и самых кривых больше, а значит и выбор пути оптимальнее, ближе границы переходов, а значит меньше требуется энергии для их преодоления. Трёхмерное пространство; семимерное; пятнадцатимерное… Ряд оптимальных пространств бесконечен, но ещё в большей степени растёт и их сложность. Ваше трёхмерное пространство, хорошо конвертируется в семимерное, с минимумом энергетических затрат.

– Вы хотите сказать, что живёте в семимерном мире? Это же не возможно.

– Ты знаешь предел возможного?

– Есть же какой-то рационализм?

– Он, лишь, от недостатка знаний.

– Мы можем увидеть ваш мир?

– Ты его видишь.

– Хм-м! – Губы Лета вытянулись в усмешке. – Я уже ничего не понимаю. – Он покрутил головой. – Вы семимерныные, сейчас, передо мной? Так можно понять?

– Если ты в состоянии это понять.

– Вот почему вы утверждаете, что эллотов нет. Они всего лишь отображение мира семи измерений в нашей реальности трёхмерного мира. Хм-м! – Лет покрутил головой. – Если я не ошибаюсь: в теории многомерности говорится, что при переходе из более мерного пространства в менее мерное объект может появиться из ничего, исчезнуть в никуда, может изменять свои размеры, массу, цвет и прочее. Ну и ну! А хотя бы заглянуть в мир семи измерений можно?

– Тебе – да, другим – нет. Они мгновенно умрут.

– Я не такой, как все? Из-за своего поля?

– Не только.

– А что я увижу, оказавшись в вашем мире?

– Ничего.

– Темноту?

– Скорее, наоборот.

– Белое простр… – Лет состроил гримасу. – Вот почему коридоры дредноута были такими светлыми. Ну и ну! Энергию для своих транспортировок в трёхмерном мире вы тоже получаете из красного песка? – Поинтересовался он.

– Нет.

– Ваш энергетический минерал эффективнее ратана? Ратан способен конвертировать измерения?

– Возможно.

– Не слишком-то вы разговорчивы. А время, тоже конвертируемая величина в других измерениях? И какое это измерение в семимерном мире: седьмое или восьмое?

– Время не зависит от измерений. Оно не зависит ни от кого и ни от чего. Это, однонаправленный, строго линейный вектор вне пространств и измерений.

– Но многие теории указывают на его нелинейность и даже, отрицательную направленность, что приводит к замкнутости кривой времени.

– Это выдумки создателей этих теорий. Время неуправляемо никем, кроме самого себя.

– В реальном мире – да, но в микромире или мегамире – это величина нелинейная. Это уже доказано. Однозначно.

– Вы заблуждаетесь.

– Не слишком убедительно. Я непременно проконсультируюсь у математиков. Как можно получить вашу энергию? Из чего?

– Ваши технологии ещё не готовы к этому шагу.

– Мы можем поторопиться.

– Это не поможет.

– Что поможет?

Наступило длительное молчание. Не выдержав неопределённости, Лет вновь заговорил первым.

– В таком случае, зачем вы держите меня у себя? Отправьте на мой корабль? Уверен, для вас это не проблема.

– Мы хотим помочь тебе обрести себя.

– Превратить меня во что-то ненормальное, набор элементарных частиц, математических формул? Но я хочу быть тем, кто я есть.

– Ты несовершенен, но можешь им стать.

– Что я должен сделать, чтобы стать совершенным?

– Нужен другой носитель.

– Носитель? Левет, что ли?

– Другое тело для твоего разума.

– Другое тело? – Лет громко хмыкнул. – И на кого я буду похож? На вас? Меня моё тело, вполне, устраивает. – Он дёрнул плечами.

– Ты будешь похож сам на себя.

– Что тогда изменится.

– Твой носитель. Он будет другой.

– Мой двойник? Клон?

– Твоя точная копия.

– Клон?

– Клон и копия разные понятия.

– Зачем тогда, мне, другой носитель? – Лет громко хмыкнул. – И этот хорош.

– Он несовершенен.

– В чём будет совершенство нового носителя?

– В его функциональности.

– Я могу видеть сквозь стены или прошибать их лбом?

– Это ты и сейчас можешь.

– Наш диалог превратился в бессмысленный набор слов. Даже не представляю, нужна ли мне подобная трансформация моего тела?

– Твой разум сможет покидать свой новый носитель и перемещаться в пространстве на сколь угодно большие расстояния; твой носитель будет ждать свой разум, сколь угодно долго.

– А вода, еда? Кто должен питать мой носитель, пока я буду мотаться по пространству?

– Ни твоему разуму, ни твоему носителю, ни вода, ни еда в привычном понятии, будут не нужны. Вас будет питать энергия пространства.

– Вообще, ни есть, ни пить не потребуется?

– В каком-то смысле, да. Хотя, по желанию, ты можешь и продолжать химический путь получения энергии, путём переработки биологического материала.

– Вас невозможно понять. Одни загадки. А детей я могу иметь в своём новом носителе?

– По желанию.

– Я желаю, чтобы у меня, как у всякого нормального человека, были дети.

– Это зависит, лишь, от тебя.

– Хаара! Как долго будет изготовляться новый носитель? И могу я вернуться, если он мне не понравится, в старый?

– Немедленно. Вернуться – нет.

– Что будет, если я откажусь?

– Ты умрёшь.

– Хаара! Ну и ну! – Лет надрывно, рассмеялся. – Зачем тогда вся эта канитель?

– Твой выбор должен быть осознанным.

– Выбор между жизнью и смертью. Неплохое предложение. – Лет покрутил головой. – Я выбираю жизнь, конечно. Моих слов достаточно, или нужно какое-то письменное подтверждение?

– Достаточно.

– Зачем вам это нужно? При вашем могуществе?

– Мы хотим понять разум твоей Вселенной.

– Но я не весь разум моей Вселенной. Всего лишь его песчинка.

– Но одна из самых блестящих.

– Чушь, какая-то.

Разум Лета вновь почувствовал, что он находится, будто вне своего тела, но с той лишь разницей, что теперь под ним была не ледяная пустыня, а песчаная. Энергия была всюду, его разум насыщался ею, подобно губке, впитывающей воду…


***


Лет лежал на чём-то мягком и нестабильном. Было очень жарко. Он это отчётливо чувствовал, так как его тело будто жгли пламенем. Он попытался открыть глаза – это не удалось, веки были будто склеены. Тогда он попытался пошевелиться, чтобы отстраниться от пламени, но его тело не шевельнулось, будто было намертво приклеено к этой нестабильной поверхности.

Вдруг, он почувствовал, как какая-то прохлада опустилась на него и пламя пошло на убыль. Вскоре донеслись, определённо, человеческие голоса и как будто знакомые и понятные, тело Лета затряслось, а вместе с ним затрясся и его мозг. Он хотел потребовать, чтобы трясли не так сильно, но его губы даже не шевельнулись, будто были склеены. Его тело подлетело вверх, а мозг будто остался на месте и он провалился в темноту…

Лет открыл глаза – перед лицом быстро скользила серая поверхность, тело тряслось, будто скользя по волнам. Он повёл глазами по сторонам – рядом с ним были четверо человек, которые, определённо куда-то его несли. Он попытался пошевелиться – это удалось.

– Оставьте меня! – Попытался произнести Лет и это у него получилось громко и резко.

Несшие его тут же остановились и тело Лета дёрнувшись вниз, оказалось лежащим на твёрдой поверхности. Напружинившись, он резко сел и в следующее мгновение уже был на ногах в окружении четырёх техников группы Шпина. Он крутанул головой, определённо, это был коридор второго уровня "Вояра" и его несли в каюту капитана, так как она была уже в двух шагах.

– Благодарю! – Произнёс Лет, уже спокойным голосом и шагнув меж двух техников, направился в сторону зала управления. Его шаг был твёрдым, походка уверенной.

Двери зала управления были открыты. Войдя, Лет увидел, что все кресла заняты. Насколько он понимал по торчащей из-за спинки кресла голове, его кресло занимал Максим. Подойдя к нему, Лет положил руку ему на плечо.

– Уступи! – Негромко произнёс он.

Максим поднял голову и тут же, будто подброшенный пружинами, оказался на ногах. Его глаза округлились до неимоверных размеров.

– Шеф! – Прошелестели его губы.

– Где мы? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– Над Фаброй. Уходим.

– Почему? Что произошло? – Лет вскинул брови.

– Набрались, вот и уходим. – Максим дёрнул плечами.

– Чего набрались? Напились? С перепоя? – Буквально прошипел Лет.

– Грузовики загружены ратаном под завязку. – В голосе штурмана скользнули нотки обиды.

– Не понял. – Лет состроил гримасу недоумения. – Они же вчера были пусты. Инопланетяне их загрузили, что ли?

– Шеф! – Губы Максима вытянулись в усмешке. – Вы пропали почти двести сорок суток назад.

– Что-о-о!

Повернув голову, Лет скользнул взглядом по экрану вивв, отыскивая индикацию даты. Его лицо, тут же, приобрело кислый вид.

– Хаара! – Он вернул свой взгляд на Максима. – Где я был? – Он взмахнул подбородком.

Лицо штурмана вытянулось.

– Как вы меня нашли? – Поинтересовался Лет.

– Когда вы не вернулись через четверо суток, мы вознамерились отправиться на ваши поиски и попросили у Витора левет его крейсера, но он отказал. – Быстро заговорил Максим. – Тогда, мы хотели отправиться на "Вояре", но Витор запретил и пригрозил арестом. Извините, господин капитан. – Штурман глубоко вздохнул. – Их больше. На сегодня Витор назначил старт. Мы намеренно задержали старт "Вояра", сославшись на технические проблемы, а когда Витор ушёл, решили пройтись вдоль гор. Техники видели, как вы направлялись в их сторону. Недалеко от них вас и нашли. Вы лежали на песке. Техники подняли вас подъёмником. В песок ведь не сядешь. – Он дёрнул плечами. – Витор уже, наверное, бесится.

– Спасибо! – Лет положил руку на плечо Максима и тряхнул его. – Вы настоящий экипаж. Где грузовик?

– На орбите. – Максим опять дёрнул плечами. – Атона ушёл вместе с грузовиком Витора, чтобы не раздражать его.

– Дифференты там же? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– Не знаю. – Максим мотнул головой. – Как вы исчезли, Витор запретил, даже, думать о них.

– Вот и отлично. Значит там же. – Лет широко улыбнулся и ещё раз тряхнул Максима за плечо. – Разреши мне занять своё кресло?

Он опустил руку и сделав шаг в сторону, провёл взглядом по креслам: место штурмана занимал Шпин; Николос сидел в своём; четвёртое занимал какой-то техник. Всё сидели уставившись в него округлившимися глазами. Лет остановил взгляд на командире техников.

– Как прошла загрузка? – Поинтересовался он.

Шпин повернулся вместе с креслом и поднялся.

– В штатном режиме, господин капитан. – Заметно высоким голосом произнёс он.

– Красной жилы хватило?

– Примерно на две трети объёма нашего лейтера. Но всё равно, концентрация превосходная. Уверен, таких жил там не мало, но как их найти. – Состроив гримасу, Шпин дёрнул плечами.

– Я научу. – Лет кивнул головой. – При следующей экспедиции мы их все найдём. Уверяю. – Он опять кивнул головой. – Если хочешь остаться здесь, займи кресло техника.

– Да, господин капитан. – Шпин кивнул головой и сделав шаг в сторону, направился к креслу с техником, который тут же вскочил и направился из зала управления.

Лет повернулся в сторону своего кресло – оно было свободно. Усевшись, он обвёл взглядом экран вивв: нижняя часть экрана была занята розовой пустыней; выше – виднеющимися неподалеку горами; верх экрана занимало светло-синее безоблачное небо.

Затем он провёл взглядом по пульту управления: трапы были убраны; все люки закрыты; генератор находился в активной фазе; никаких тревожных сообщений не отображалось.

Он покрутил головой по сторонам – все сидели по своим привычным местам. Удовлетворённо покивав головой, он положил руки на штурвал и двинул акселератор вперёд – крейсер, быстро набирая скорость, заскользил вверх.

Едва экран вивв потемнел и наполнился блёстками звёзд, как над пультом управления вспыхнула голограмма с изображением Витора.

– Я-я-я… – Витора будто заклинило, его глаза округлились и сделались неимоверно большими.

– Вижу, что это ты. – Лет негромко хмыкнул. – Дальше что?

– Твоё поведение возмутительно. – Резким, срывающимся голосом заговорил Витор. – По возвращении, я обо всём доложу в Регистр.

– Я это уже слышал. Рекомендую поторопиться, чтобы успеть раньше меня. – Усмешка тронула губы Лета.

Мигнув, голограмма погасла. Лет покрутил головой, осматривая находящийся в зале управления экипаж, останавливая свой взгляд на Николосе.

– Надеюсь, в наших контейнерах чистый ратан? – Он вопросительно взмахнул подбородком.

– Да, господин капитан. – Николос кивнул головой. – Максимум, что нам удалось выжать из обогатительной установки – пятьдесят семь процентов.

– Значит мы будем на Гитте раньше. Я обещаю. – Лёгкая усмешка тронула губы Лета. – Две вахты, четыре часа: Я и Шпин; Максим и Николос. Сейчас наша. – Он повернул голову в сторону Максима. – Вам придётся заняться дифферентом. Наш последний. Второй будет тащить Атона. Без троса не выходить. – Он перевёл взгляд на Шпина. – Помоги им. У тебя должны быть тросы. Я уверен. Зацепите, тогда вернёшься сюда. Будет тяжело, пришлёшь какого-то из техников. Хотя, можешь и никого. Сам справлюсь. Я свяжусь с грузовиком, возможно придётся помочь и им. За работу!

Все трое разом поднялись и покинули зал управления.

Лет скользнул взглядом по экрану вивв: две зёлёные точки медленно удалялись; третья была неподалеку от них, но расстояние до неё оставалось стабильным; две красные находились в разных сторонах экрана и какой из дифферентов был с тросом, понять было невозможно. Лицо Лета исказилось гримасой досады. Он ткнул пальцем в несколько клавиш на панели связи – перед ним тут же вспыхнула голограмма с изображением Атона. Глаза капитана лейтера мгновенно сделались неимоверно большими.

– Не узнал. – Улыбка тронула губы Лета.

– Господин капитан! Как? – Прошелестели губы Атона.

– Позже расскажу. – Лет кивнул головой. – Оставайся на месте. Я подцеплю свой дифферент и затем ты – свой. Я помогу. Смерти наших товарищей не должны быть напрасными. Мы обязаны им показать это.

– Да, господин капитан. – Атона кивнул головой.

Лет ткнул пальцем в клавишу прерывания связи – голограмма погасла. Толкнув акселератор вперёд, он повернул штурвал и развернувшись, крейсер направился к одной из красных точек.

Дифферент был без троса, чем вызвал гримасу раздражения у Лета. Он уже вознамерился направить крейсер к другому, как, вдруг, ткнул пальцем в клавишу панели связи – со вспыхнувшей голограммы на него смотрело удивлённое лицо Атона.

– Это твой. – Заговорил Лет. – Подходи!

Прервав связь, Лет откинулся в кресле и механически сунул руку в ящик под пультом управления – ни одной баночки с тоником там не было.

– Хаара! – Прошелестели его губы.

Лет вытащил руку из ящика и вдруг, осознал, что совершенно не хочет ни пить, ни есть, хотя и не помнил, чтобы эллы предлагали ему какую-то пищу.

Неужели, они сдержали своё слово? Замелькали у него тревожные мысли. И кто я теперь?

Он осмотрел себя и не увидел никаких изъянов, он был прежним Летом Лампортом.

И что же тогда особенного во мне? Он дёрнул плечами. Как это можно проверить? Кажется они говорили, что я могу покидать своё тело… Нет, нет! Теперь же у меня не тело, а носитель. Носитель разума. Будто механизм какой-то. Усмешка тронула губы Лета. И как его можно покинуть? Сказать – пошёл отсюда или просто подумать об этом?

Он откинулся в кресле и прикрыл глаза…

Лет почувствовал, что, будто, летит. Он открыл глаза и… Глаз не было. Но он прекрасно чувствовал, что видит всё вокруг себя. Но ощущение было, совершенно, не таким, как прежде. Он и прежде чувствовал токи энергии, которые скользили и завихрялись вокруг него во всех направлениях, но теперь это были совершенно другие ощущения. И если прежде они вызывали чувство опасности, тревоги, то теперь они были совершенно не чуждые, не враждебные его разуму, но всё ещё не понятные.

И что можно понять в этой феерии? Выстроилась у него мысль озабоченности.

Пожалуй, по другому он и сказать бы не смог: мысль, именно, выстроилась, будто символы письма на листе бумаги, будто составленная цепочка из камней, он её видел, но не взглядом своих глаз, а взглядом своего разума.

Все энергополя поля, ведь, разные. Нужно лишь научиться определять, какое поле, чему принадлежит. Начали выстраиваться у него другие мысли. Что здесь, например…

Лет попытался коснуться до одного из близких энергополей, но получив ощутимый укол отдёрнулся.

Скорее всего, это нужно делать, как-то не так. Тут же выстроилась у него ещё одна мысль. А если касаться не самому, а своим полем. Для того же оно и дано мне, чтобы защищать, оберегать, противостоять. Видимо, это то облако, которое я часто чувствовал над собой? И где оно сейчас?

Лет, вдруг, почувствовал, что окружающие токи энергии сделались менее отчётливыми и в тот же миг он понял, что находится в окружении нечто.

И что мне с ним делать: узлом завязать или в копьё сосредоточить? Выстроилась у него следующая мысль. Как это должно выглядеть?

Он вдруг почувствовал, что часть нечто пришла в волнение и принялось, будто свиваться в тонкий шнур, заострённый с одной стороны.

Не отдавая себе отчёта, Лет вдруг, ткнул острым концом шнура в один из энергетических токов – вспыхнув, ток угас.

Хаара! По разуму Лета прокатилась волна, означающая ничто иное, как испуг. Я же только что, что-то уничтожил. Скорее всего на пульте управления. А если это что-то, очень, важное. Ну и ну! И что теперь? Как мне опять оказаться в своём носителе?

Его поле зашевелилось и он, вдруг, почувствовал где-то внизу, какое-то другое поле, которое, совершенно, не было похоже на уже знакомые энергополя, оно было заметно слабее и будто, живое.

А если это и есть поле моего носителя? Выстроилась у него мысль. И как оказаться в нём? Просто подойти ближе и накрыть его?

Он двинулся в сторону живого поля и…

Лет сидел в кресле за управления "Вояра" с открытыми глазами. Перед ним был пульт управления: из одного из терминалов струился лёгкий дымок.

– Хаара! Что я уничтожил? – Лет подался вперёд. – Терминал температур. Фу-у! – Он вновь откинулся в кресле.

Могло быть и хуже. Ну и ну! Он покатал голову по спинке кресла. Где там Атона?

Лет скользнул взглядом по экрану вивв – грузовик на экране вивв уже превратился в большую серу кляксу. Он был на подходе. Лет ткнул пальцем в клавишу корабельных сообщений.

– Это дифферент, который поведёт Атона. Лейтер уже на подходе. – Заговорил Лет. – Макс! Как только Атона займёт позицию и подаст штангу, выйдешь и прицепишь к ней дифферент. Я сообщу выход.

– Да, господин капитан. – Донёсся из пульта управления глухой голос Максима, по которому было понятно, что он уже в скафандре.

Лет нажал ещё одну клавишу пульта управления и из вспыхнувшей перед ним голограммы, на него смотрело лицо Атона.

– Подай штангу назад и постарайся пристроиться перед дифферентом. Его скорость невелика. – Заговорил он. – Можешь даже уткнуть штангу в его корпус. Максим выйдет и пристегнёт его.

– Да, господин капитан! – Атона кивнул головой и голограмма с его изображением исчезла.

Лет уставился в экран вивв…

К удивлению Лета, зачаливание, как одного, так и второго дифферента прошло, до уныния, без каких-то сложностей, хотя и не так споро, как хотелось бы. Кортеж Витора и его лейтера к тому времени уже исчез с экрана вивв и растворился в пространстве. Лет в какой-то степени был даже доволен, что Витор не вертелся перед носом и не досаждал своими угрозами.

Как только трос от дифферента был прицеплен к замку крейсера, Лет вызвал голограмму с Атона.

– Станешь в хвост. – Заговорил он. – Пойдём сквозь пылевое облако.

Брови капитана лейтера выгнулись высокими дугами.

– Облако неоднородно. – Проложил говорить Лет. – Оно состоит из нескольких мелких. Взрывы сверхновых заставили их сближаться. Но некоторые ещё не объединились и между ними есть тоннели. Через них и пойдём. Суток тридцать-сорок привезём Витору, непременно. – Он широко улыбнулся.

– Я не против, шеф. – Атона мотнул головой. – Я и сам дорогу знаю. Доползу.

– Сомневаешься! – Протянул Лет. – Но всё же, я не пущу тебя одного вокруг туманности и сам не пойду. – Он покрутил головой. – Так что, выбора у тебя нет. Ускорение на двадцать суток. Выполняй!

– Да, господин капитан. – Атона кивнул головой и голограмма с его изображением погасла.

Лет прометнулся взглядом по экрану вивв и найдя нужный ориентир, повернул штурвал и дождавшись, когда он займёт центральное место на экране, толкнул акселератор вперёд и откинулся в кресле, углубившись в очередное размышление.

Откуда я знаю о тоннелях в туманности? Всплыла у него удивлённая мысль. Отец, никогда, ни о каких тоннелях не говорил. Да и ни на одной звёздной карте их нет. А если эллы внесли в моё информационное поле эту информацию? Губы Лета вытянулись в усмешке. Ну и ну! Уже не мозг, а информационное поле, не тело, а носитель. Чего дальше ожидать?

Ток его мыслей прервали вошедшие в зал управления Максим, Николос и Шпин. Увидев их, Лет вскинул брови в немом вопросе.

– Вы уже более десяти часов на вахте, господин капитан. – Заговорил Максим, останавливаясь около кресла с Летом. – Вам, обязательно, нужно отдохнуть.

– Да и не устал я, вовсе. – Лет состроил гримасу. – Хотя… – Резко повернувшись вместе с креслом, он поднялся. – Действительно, почему бы не отдохнуть. Курс задан. Атона идёт за нами. Ускорение рассчитаете на двадцать суток. – Он перевёл взгляд на Шпина. – Через четыре часа, согласно вахтенного устава – наша вахта. Не опаздывать. – С лёгкой улыбкой кивнув головой, он направился к выходу.


***


Как Лет ни старался вести крейсер по оптимальному маршруту между пылевых облаков туманности, но это у него никак не получалось: облака не имели чётких границ и их рукава постоянно выпирали в сторону тоннеля, о чём Лет узнавал из помутнения изображения на экране вивв. Какое из облаков пыталось перекрыть путь было непонятно, температурный терминал он сжёг своим полем и потому в какую сторону нужно было уводить крейсер, он мог лишь гадать и потому отклонял штурвал наугад, пытаясь по помутнению изображения на экране вивв определить, правильно ли он корректировал путь: если экран темнел ещё больше и звёзды на нём становились тускнее, значит коррекция была не верна и он тут же отклонял штурвал в другую сторону; если звёзды становились ярче – значит коррекция пути была правильна.

Во время прохождения туманности вахта Максима и Николоса была очень короткой: Лет вызывал их в зал управления, лишь когда хотел привести себя в порядок и прогуляться. Вахту Шпина он тоже сделал свободной, но командир техников всё же неизменно высиживал в зале управления четыре часа вахты в кресле системщика, как наиболее близком ему по профессии или изучая звёзды на экране вивв, или терминалы пульта управления перед собой, иногда задавая вопросы.

Лейтер шарахался в пространстве вслед за "Вояром" и обеспокоенный резкой сменой курса, Атона регулярно связывался с крейсером и докладывал о сильном нагреве корпуса грузовика, но Лет лишь советовал ему быть более внимательным и не отставать.

Можно было бы снизить скорость и избежать ненужных волнений экипажа грузового корабля, но Лет хотел прийти на Гитту первым и потому торопился.

Дифферент болтался на привязи и при резких сменах курса уходил далеко в сторону, норовя стянуть за собой и крейсер, но Лету, каким-то немыслимым способом, всё же удавалось удерживать крейсер на курсе.

Конечно, если бы терминал температур был исправен, то по нагреву корпуса можно было бы судить о плотности пространства и корректировать курс заблаговременнее и точнее, но терминал не работал и Лет полагался лишь на своё чутьё и везение.

Пользоваться же анализатором пространства на такой скорости было бессмысленно, он, просто, не успевал его обрабатывать за приемлемое время и выдавал информацию о повышении плотности пылевого облака, когда Лет уже и сам понимал это. Граничный слой пылевых облаков был достаточно разряжён и практически, невидим пространственному сканеру и потому на экране вивв не отображался.

Наконец настал день, когда экран вивв долгое время оставался стабильно прозрачным и Лет понял, что туманность осталась позади. Он пробежался взглядом по экрану вивв – нигде никаких зелёных точек, кроме яркой зелёной кляксы лейтера не отображалось и где сейчас был кортеж Витора, он мог лишь догадываться. Он скорректировал курс крейсера и ткнул пальцем в клавишу связи – со вспыхнувшей передним голограммы смотрело встревоженное лицо Максима.

– Туманность позади. Курс на Афону. На вахту. Я пройдусь. – Без лишних объяснений произнёс Лет и погасив голограмму поднялся и не дожидаясь смены, направился из зала управления…


6


Дальнейший путь прошёл без приключений. Вахты исправно сменяли друг друга, ограничиваясь лишь сообщением, что всё спокойно. Лет даже Шпина научил в какой-то мере разбираться в управлении крейсером и доверяя ему своё кресло, сам отправляясь в блуждания по коридорам корабля, оттачивая своё владение психотронным полем.

Он никому не говорил о своём поле, но видимо техники сами поняли, что капитан является носителем чего-то неприятного, так при встрече с ним, в момент его блуждания по коридорам крейсера, техники испытывали сильные головные боли и дискомфорт во всем теле, будто их начинала ломать невидимая сила и потому старались во время прогулок капитана из своих кают не высовываться.

В один из дней таких блужданий, Лет, находясь в ангаре, случайно задел рукой один из механизмов техников, стоящих там. Как ему показалось, механизм был плохо закреплён и сдвинулся со своего места и повернулся так, что торчащий его острый угол стал представлять угрозу для экипажа, так как его рука вспыхнула обжигающим огнём и на ней отчётливо проявилась толстая красная полоса. Полный досады, он направился в зал управления, чтобы высказать своё негодование Шпину.

– В ангаре, один из ваших агрегатов сдвинулся. – Заговорил он громким голосом, останавливаясь рядом с креслом на котором сидел командир техников. Это недопустимо. – В голосе Лета скользнули грубые нотки. – Я даже руку…

Он выставил пораненную руку в сторону Шпина и остолбенел – та часть руки, которая ещё совсем недавно горела огнём, была, совершенно, чистой: от царапины не осталось и следа. Он несколько раз провёл второй рукой по месту возможной царапины, но кожа в том месте была совершенно гладкой. Дёрнув плечами он опустил руку.

– И всё же, пришли техников ангар. Пусть проверят крепление механизмов. – Произнёс он и повернувшись, полный недоумения, сам тоже направился в ангар.

Когда он оказался там, то техники уже возились со своими механизмами, проверяя и подтягивая их крепления. Увидев, что острый угол того механизма, который он задел поворачивается, чтобы стать безопасным, Лет шагнул к механизму.

– Один миг. – Лет положил руку на механизм.

Техники тут же прекратили работать и выпрямившись, уставились в него немыми взглядами. Ничего больше не говоря, Лет резко взмахнул рукой и острый угол механизма настолько больно продрался по ней, что Лет невольно резко вздохнул. Видимо он перестарался, так как боль сейчас была гораздо острее, чем при первом касании этого же острого угла, этим же местом руки.

Едва рука удалилась от острого угла, он тут же повернул раненое место руки в сторону лица, его брови полезли вверх – на руке была достаточно глубокая царапина яркого розового цвета, но из неё не выступило ни единой капли крови. И более того, рана светлела на глазах, быстро затягиваясь новой кожей. Дождавшись, когда она полностью исчезнет, Лет опустил руку и махнув техникам рукой, разрешая продолжить работу, направился в свою каюту капитана, чтобы попытаться осознать произошедшую с ним метаморфозу.

Выходит, что это действительно, было не какое-то помутнение моего разума, а реальные события. Углубился он в размышления, оказавшись в кресле своей каюты. Что они ещё говорили о возможностях моего носителя. Лёгкая улыбка тронула его губы. Он теперь может долго обходиться без воды и еды. Интересно, как долго? А если перестать питаться. Выдержит он до Гитты? А может ему и воздух не нужен? А какая ему нужна энергия? Любая или какая-то особенная? А для носителя и разума нужна одна и та же энергия или разные? А как часто можно покидать свой носитель? А если сейчас попробовать? Я ведь уже делал это. Никак не пойму, что для этого нужно? Просто думать, или какое-то действие? А что если сейчас…

Лет прикрыл глаза и…

Он почувствовал что-то необычное, будто он висел в пустоте. Он попытался посмотреть на себя и не увидел своего тела. Никаких предметов вокруг него не было, была лишь энергия.

А что сейчас с моим носителем? Выстроилась у него любопытная мысль. Как далеко я от него?

Он тут же почувствовал, как что-то эфемерное расползлось от него во все стороны и где-то внизу он почувствовал какое-то слабое поле. Он попытался управлять этим эфемерным нечто, оно скользнуло вдоль слабого поля. Определённо, это было какое-то энергополе, но с какими-то не совсем понятными свойствами, отличными от тех, которые окружали его со всех сторон.

А если это слабое поле и есть мой носитель и это поле, есть ничто иное, как биологическое поле живого организма? А эфемерное нечто и есть моё психотронное поле. А я могу чувствовать биение сердца своего носителя? А его дыхание?

Разум Лета двинул психотронное поле к своему носителю и тут же почувствовал, слабые пульсирующие токи.

А если эти токи, ничто иное, как токи крови? Выстроилась у него мысль. Только какие-то они очень слабые? Но если моего разума нет в носителе, то значит и питания моему мозгу требуется не в таком количестве, потому и токи слабые. Пришёл он к выводу. А что если походить по крейсеру в таком виде? Выстроилась у него следующая мысль. Как это… Разум Лета попытался разбросить своё поле по сторонам и окунулся в массу энергополей. Как определить дверь? Вокруг неё навряд ли будет много энергополей, если только поля замков.

Он выбрал направление, где энергополей было не такое обилие, как в других сторонах и принялся их анализировать. Вскоре ему удалось найти два больших энергополя, несомненно, принадлежащих запорам двери и ещё одно, небольшое, но определённо информационное, которое могло принадлежать пластинке идентификации. Поблуждав по информационному полю, разум Лета, в конце-концов, понял смысл его построения и выстроил нужную комбинацию, и тут же почувствовал, как изменились энергополя запоров.

Дверь открылась.

Понял он и выскользнул в коридор, но оказавшись в окружении больно жаливших нескольких мощных энергетических потоков, тут же вернулся в каюту.

Как бы не запутаться. Выстроилась у Лета тревожная мысль и он попытался разбросить вокруг себя психотронное поле. В какой-то степени это удалось и он тут же почувствовал внизу биополе своего оставленного носителя. Нырнув вниз, он соединился со своим носителем и открыл глаза.

– Фу-у! Ну и ну! – Лет глубоко вздохнул и поднявшись, направился в зал управления.


***


Торможение своего тандема он начал едва жёлтая звезда Афоны на экране вивв начала расползаться по сторонам, разрешаясь блёстками планет. У лейтера, жёстко связанного со своим дифферентом, торможение было более эффективным и Лет не стал задерживать его около "Вояра", а приказал Атона руководствоваться возможностями своей связки и связка лейтера с дифферентом, тут же умчалась вперёд.

В начале торможения эскорта, Витора на экране вивв не было и появился он лишь, когда "Вояр" пересёк границу планетной системы.

Губы Лета вытянулись в усмешке, когда он представил лицо Витора.

На орбите Гитты оба крейсера оказались одновременно. Витор сразу ушёл на космодром, Лет же ещё сутки успокаивал свой дифферент, пристраивая его на орбите, неподалёку от дифферента, доставленного лейтером, который кружил по одной из дальних орбит Гитты. Он не стал торопиться отцеплять свой дифферент, а связался с адмиралом Таровым.

– Рад видеть, господин адмирал. – Лет, с лёгкой улыбкой, кивнул головой, вспыхнувшей голограмме с лицом адмирала. – Я захватил пару дифферентов…

– Я знаю. – По лицу адмирала скользнула тень недовольства. – Атона уже предоставил свой рапорт. Жду такой же и от тебя.

– Я бы не хотел оставлять дифференты на орбите. – Заговорил Лет твёрдым голосом. – Не затем я тащил их пять лет, чтобы они сгорели в атмосфере Гитты.

– У меня нет такого крана, чтобы снять их. – Щека адмирала нервно дёрнулась.

– Я их сам сниму. – В голосе Лета зазвучали металлические нотки. – Мне нужна посадочная площадка. Навряд ли центральный космодром подойдёт для этой цели.

– Сбрось на северную базу. Она передана космическому флоту, как резервный космодром. Техники укажут слот.

– Да, господин адмирал.

Лет прервал связь и покрутил головой, обводя взглядом всех членов экипажа, находящихся сейчас в зале управления.

– Вы всё слышали. – Заговорил он. – Адмирал, явно, недоволен. Однозначно, Витор уже выполнил своё обещание. Сейчас опустим свой дифферент, выгрузим техников и за вторым. Надеюсь, мне не придётся становиться перед вами на колени?

– Шеф, не унижай. – Максим мотнул головой.

– Я вам тоже нужен, господин капитан? – Раздался голос Шпина.

– Нет. – Произнёс Лет, не поворачивая головы. – Но если появиться желание стать экипажем "Вояра", я буду рад.

– Я подумаю, господин капитан.

Лет ткнул пальцем в клавишу громкой связи.

– Всем занять свои места. Посадка! – Произнёс он и отключив громкую связь, потянул акселератор к себе, снижая скорость крейсера.

Прошло некоторое время и дифферент потянул "Вояр" вниз…

Со вторым дифферентом пришлось основательно повозиться и его посадка растянулась на трое суток. К тому же, чтобы над Гиттой не было никаких происшествий, Лет действовал очень и очень аккуратно. Едва "Вояр" коснулся опорами северного космодрома, перед Летом вспыхнула голограмма с изображением адмирала. Его вид был, явно, неприветлив.

– Жду у себя с бортовым журналом. Немедленно! – Резким голосом произнёс он и голограмма тут же погасла.

Лет поднялся и скользнув взглядом по лицам Максима и Николоса, дёрнул плечами, вытащил из пульта управления жёлтую пластинку бортового журнала и повернувшись, направился к выходу.


7


Едва Лет переступил порог адмиральского кабинета, Таров поднялся и выйдя из-за стола направился ему навстречу. Подойдя он протянул руку, но едва Лет коснулся его руки, адмирал тут же опустил свою.

– Соболезную! Очень жаль! – Адмирал покивал головой.

– Мне очень жаль ребят. – Лет глубоко вздохнул.

– Я о твоей матери. – Адмирал опустил взгляд.

– М-м-мать! – Задрожавшим голосом выдавил из себя Лет, его лоб мгновенно покрылся испариной. – Вот почему я не смог связаться с ней ни с орбиты, ни с космодрома. – Он провёл руками по лицу.

– Садись! – Повернувшись, адмирал указал рукой на одно из кресел. – Разговор будет длинный. – Он шагнул к своему креслу и усевшись, и дождавшись, когда Лет займёт указанное кресло, заговорил, негромким, грустным голосом.

– Это произошло вскоре после твоего ухода. Она направилась в экспедицию в эту же пещеру тарков, нашла там выход из неё и… – Он махнул рукой. – Нашли её с наконечником копья в голове.

– Тарки! – Лет подался вперёд.

– Нет там никаких тарков и никогда не было. – Таров покрутил головой. – Как оказалось, тарки это одно из древних племён Гитты – такки. Там такое хитросплетение. Не хочу его пересказывать из-за своей некомпетентности. – Он махнул рукой. – узнаешь в институте, где работала мать. У Горова. Это он докопался до истины.

– И всё же?

– Если коротко. – Таров глубоко вздохнул. – Госпожа Шарова открыла вход на какой-то заброшенный космодром неизвестно чьей цивилизации и со слов, тех, кто был с ней, захотела посмотреть, что нашла и будто бы этот вход начал закрываться и она упала и напоролась на этот наконечник. Судьба! – Состроив гримасу, адмирал покачал головой.

– Что за космодром?

– Может и не космодром, вовсе. – Адмирал дёрнул плечами. – Большое каменное плато с какой-то круглой многоуровневой башней. Решили, что это космодром.

– Такая круглая башня и чем выше уровень, тем он меньше в диаметре. – Лет описал в воздухе несколько разновеликих кругов. – С очень узкими ступеньками.

Лицо адмирала вытянулось, его взгляд застыл в немом вопросе.

– Ты там был? Когда? – Наконец выдавил он из себя.

– Такую же я видел на Фабре.

– Да, кстати! – Адмирал ткнул пальцем в крышку своего стола. – Корабельный журнал.

Лет достал из кармана жёлтую пластинку и положил на указанное место. Взяв пластинку корабельного журнала "Вояра", адмирал сунул её куда-то в стол.

– Ты временно отстранён от полётов. – Заговорил он твёрдым голосом. – Витор после посадки, минуя меня, отправился в Регистр и выложил им свой рапорт об экспедиции. Как сказал один из старшин – не рапорт, а роман. Хоть издавай. Наверное весь обратный путь сочинял. Ты выглядишь в его рапорте… – Адмирал покрутил головой. – Регистр потребовал твоего ареста, но в конце-концов, решили пока отстранить тебя от полётов и назначить расследование. Меня нет в комиссии. – Таров состроил гримасу и приподнял руки над столом. – Слишком много жертв. Стоят их, притащенные тобой корабли? Не думаю. – Адмирал мотнул головой.

– Не стоя-ят? – Протянул Лет, вскидывая брови. – Это же новые технологии. Более совершенные, чем которые смогли освоить мы. Отец не дал нам разобрать свой корабль, чтобы узнать их в полной мере, а дифференты же построены по технологиям толлонов. Конвертор, пространственный сканер, оружие. Наши корабли станут более быстрыми, более дальнозоркими, более боеспособными, будут в состоянии противостоять тем же кроканам, о которых предостерегал отец.

– Это и вызывает тревогу. С появлением новых технологий мы стали жить в постоянном страхе, ожидая, когда появятся эти самые, пресловутые кроканы. – Адмирал заговорил повышенным тоном. – А если они придут за своими кораблями? Что от нас останется? Тоже, что от Толлоны. Я этого не хочу. – Он мотнул головой. – Да и навряд ли нормальный гитт этого хочет. Даже не знаю, что тебе и сказать. – Адмирал махнул рукой. – Короче. Передашь крейсер Атона, а сам домой.

– Мне нечего передавать. Бортовой журнал здесь, остальное он знает не хуже меня. – Лет поднялся. – Я могу посетить место гибели матери?

– Не знаю. – Адмирал мотнул головой. – Это не в моей компетенции. – Там нашли какую-то субстанцию. Физики пытаются разобраться с ней, но пока безуспешно. Свяжись с ними.

– Энергетическая субстанция? – Вырвалось у Лета.

Адмирал уставился в него немым взглядом.

– Я могу идти? – Нарушил немую сцену Лет.

– Можешь! – Произнёс не меняя выражения лица Таров.

Повернувшись, Лет направился к выходу из огромного адмиральского кабинета.


***


В Минтар Лет прибыл ранним утром, проделав многочасовой путь от космодрома. Его доставил один из техников космодрома, за достаточно неплохой для себя уровень. Едва Лет открыл дверь квартиры, как из одной из комнат в коридор вышла девушка или очень молодая женщина и увидев его в дверях, застыла изваянием. Не ожидая, что в квартире кто-то может быть, Лет сам замер на пороге, пытаясь понять, кто это может быть. Коридор был хорошо освещён, и девушка была видна превосходно. Определённо, девушка ему была знакома, но где и когда он её видел, Лет вспомнить не мог.

Она была, примерно, среднего роста, среднего телосложения, круглолица, полнощёка, с длинными тёмными волосами, красивым водопадом падающим ей на плечи, большие тёмные глаза, сейчас, видимо, чуть больше обычных, немного пухлые губы, мягкий подбородок и высокая нежная шея. Одета девушка была в светлое платье строго покроя, с коротким рукавом и опускающееся чуть ниже её колен, застёгнутое под самую шею. Была она босиком, в одной руке держала светлую сумочку, на длинном ремешке, вторая рука держалась за платье, где-то около бедра, видимо она на ходу его поправляла и так замерла.

Не осознавая своё действие, Лет высвободил психотронное поле и коснулся головы девушки, она вздрогнула, сумочка выпала из её руки и она схватилась обеими руками за голову.

Лет тут же убрал своё поле и войдя в квартиру, закрыл дверь и подошёл к девушке.

– Капитан Лет Лампорт. – Произнёс он, кивнув головой. – Возможно, уже и не капитан. – Добавил он широко улыбнувшись и взявшись за одну из рук девушки, оторвал от головы и опустил её вниз.

– Лилина. – Тихим, немного срывающимся голосом заговорила девушка. – Лилина Отсева. Доцент кафедры археологии. – Представилась она более пространно. – Мы… – Она умолкла, вдруг, поняв, что капитан Лет не помнит её.

– Так это ваша квартира. – Состроив гримасу, Лет поднял плечи. – Извините! Но меня никто не предупредил. – Он отступил от девушки. – А вы не могли бы сказать, где сейчас вещи прежних владельцев квартиры?

– Это квартира, профессора Шаровой. Я здесь… Временно… Извините… Я уеду… Несколько дней… – Срывающимся голосом выдавила из себя Лилина, опуская вторую руку.

– Вы знаете, что произошло с профессором Шаровой? Как она погибла? – Лет вопросительно взмахнул подбородком.

– Я видела. – Лилина кивнула головой.

– И можете рассказать?

– Извините, господин Лампорт. Я тороплюсь. У меня лекция в институте.

– Жду вечером. – Лет отступил в сторону.

Лилина присела, подняла сумочку и поднявшись, подошла к входной двери, обулась и вышла из квартиры.

Дождавшись, когда за девушкой закроется дверь, Лет направился осматривать квартиру.

В ней, в принципе, ничего не изменилось с того дня, когда он последний раз был здесь перед уходом на Фабру: его комната была убрана и даже на столике, как и прежде стояли несколько игрушек-трансформеров, которые он собирал ещё с отцом; таким же осталась и главная комната квартиры и лишь в комнате матери, над её кроватью висел её небольшой портрет, которого прежде не было. Скорее всего в этой же комнате и жила Лилина, так в кресле лежала какая-то вещь, явно принадлежащая не матери.

Лету сделалось грустно. Постояв перед портретом матери некоторое время, он, глубоко и протяжно вздохнув, направился в свою комнату, где снял с себя верхнюю одежду и пошёл в санационную. Приведя себя в порядок, он вернулся в свою комнату и улёгся на свою кровать, которая, как бы грустно скрипнула под ним и заложив руки за голову, прикрыл глаза…

– Господин Лампорт! Господин Лампорт!

Негромкий голос заставил Лета открыть глаза – перед кроватью стояли Лилина и Горов. Лет рывком поднялся.

– Извините! – Про его лицу скользнула тень досады. – Уснул!

– Здравствуйте, господин Лампорт. – Горов кивнул головой. – Примите, искренние соболезнования. – Он на несколько мгновений склонил голову. – Никто не ожидал, что такое может произойти. Но, к сожалению, уже не вернуть. – Он покрутил головой. – Госпожа Отсева была рядом с госпожой Шаровой до последнего мгновения и непременно расскажет вам, всё что произошло в той злосчастной экспедиции. Возможно, вы захотите увидеть, где это произошло. Госпожа Отсева покажет. Она освобождена от лекций на некоторое время. Я не знаю, где сейчас левет госпожи Шаровой, но если вам потребуется какая-то помощь в посещении кольцевых гор, институт предоставит вам транспортное средство. В институте остались некоторые вещи госпожи Шаровой, вы их можете забрать в любое время. До свидания, господин Лампорт. – Горов склонил голову на несколько мгновений, затем поднял её и повернул в сторону Лилины. – Проводите меня, госпожа Отсева. – Произнёс он и повернувшись, шагнул к выходу из комнаты.

Лилина вышла за ним. Лет надел курточку и остался стоять посреди комнаты. Прошло достаточно долгое время, но Лилины не было. Дёрнув плечами, он вышел из комнаты, девушка стояла посреди коридора, опустив голову. Горова рядом с ней не было.

– Он ушёл? – Поинтересовался Лет.

– Да. – Лилина подняла голову.

– Так, что же… – Лет негромко хмыкнул. – Н-да! Видимо, нам нужно поговорить.

– Вы голодны? – Поинтересовалась Лилина.

– Нет! – Лет мотнул головой. – Если только тоник.

– Может быть в зале? – Девушка указала подбородком на одну из дверей коридора.

– Хорошо.

Лет шагнул к указанной двери и войдя в главную комнату квартиры, уселся в одно из кресел. Вскоре в комнату вошла Лиина, держа в руках несколько баночек с тоником и подойдя к столику, поставила на него баночки.

– Извините. – Она улыбнулась уголками губ. – Я не знаю ваших вкусов. – Она шагнула в сторону и села в кресло, с другой стороны столика.

– Меня зовут Лет. – Произнёс Лет.

– Я это знаю. – Девушка кивнула головой.

– Почему, тогда ты меня так не зовёшь?

– Мы почти не знакомы.

– Давай знакомиться. – Лет улыбнулся. – Лет! – Он кивнул головой.

– Лилина. – Девушка дёрнула плечами.

– Думаю, ты не просто так, живёшь здесь. Определённо, это желание матери. Я прав?

– Возможно. – Лилина вновь дёрнула плечами.

– Однако, ты не разговорчива.

– Госпожа Шарова надеялась, что мы будем жить вместе.– Лилина вскинула голову и тряхнула своими красивыми волосами. – Я не могла… – Она состроила непонятную гримасу.

– Как вместе? Как брат с сестрой? – Лет сдвинул брови.

– Н-н-н… – Щёки девушки вспыхнули лёгким румянцем.

– Хм-м! Всё же мать выполнила своё обещание. – Лет улыбнулся. – Теперь я тебя вспомнил. Мать ведь знакомила нас. Извини. – Он покрутил головой. – Смерть матери оказалась настолько неожиданной, что совсем память потерял. Извини!

Лилина опустила голову. Улыбка коснулась уголков её губ.

– Даже не знаю, что и сказать. – Лет мотнул головой. – Я не против, чтобы ты жила здесь, тем более, что я не знаю, что со мной будет завтра и захочешь ли ты не то чтобы жить со мной, а даже разговаривать, как сейчас. Я отстранён от полётов и кто я сейчас, даже не представляю. – Он покрутил головой. – Никто. Просто Лет. Лет Лампорт. А возможно уже и нет. – Состроив гримасу, он покачал головой.

– Что-то произошло? – В голосе Лилины послышался испуг.

– Произошло. И очень многое. – Лет шумно вздохнул. – Расскажи, как погибла мать.

– Мы обследовали пещеру с помощью нового анализатора… – Тихим грустным голосом начала рассказывать Лилина.

Лет слушал внимательно, не перебивая. Подробный рассказ девушки затянулся. Когда она надолго умолкла, Лет поднялся и принялся молча ходить по комнате. Затем остановился перед девушкой.

– Я хочу побыть у неё. Где это?

– За городом. В стене! – Произнесла Лилина, смотря на Лета снизу верх.

– Проводи меня. – Лет отступил в строну.

Лилина поднялась.

– Это далеко и на авто займёт несколько часов. – Заговорила она. – Вы не выпили тоник.

– Я передумал. – Лет мотнул головой. – У тебя нет левета? – Он вскинул брови.

– Лишь маленький авто. – Лилина покрутила головой.

– А левет матери?

– Я не знаю где он. – Девушка дёрнула плечами. – После произошедшего, из пещеры меня забрали спасатели. Что там происходило позже, мне неизвестно.

– Заказать левет можно или это ещё проблема?

– Наверное можно. – Лилина вновь дёрнула плечами. – Но я этого никогда не делала.

– Я это сделаю. – Лет достал из кармана спейс. – Адрес?

Лилина состроила гримасу недоумения, но затем шагнула к шкафу и взяв с его полки какую-то брошюру, принялась её листать. Что-то найдя, она вернулась к Лету и протянула ему раскрытую страницу.

– Вот!

Глядя в открытую страницу, Лет несколько раз ткнул пальцем в сенсоры спейса. Через мгновение над спейсом вспыхнула голограмма с лицом симпатичной девушки.

– Левет… – Лет назвал адрес, прерывая монолог девушки о прекрасном сервисном обслуживании клиентов.

– Пункт назначения. – Поинтересовалась девушка-диспетчер.

– Стена!

Глаза девушки округлились.

– Ждите! – Тихо произнесла она и голограмма погасла.

– Хаара! – Лет недовольно поморщился. – Ну и сервис. Сколько ждать? Через пять минут не придёт – закажу другой. – Он опустил взгляд, но Лилина уже опустила руку с брошюрой.

Но прошло всего три минуты, как из руки Лета раздался писк. Он поднял руку со спейсом и нажал клавишу подтверждения – из вспыхнувшей голограммы смотрело лицо молодого человека.

– Под заказ. – Заговорил он, назвав номер летательного аппарата.

Голограмма погасла. Лет вытянул руку со спейсом в сторону двери.

– Прошу!

Бросив брошюру в кресло, Лилина повернулась и направилась к выходу…

Добирались до стены они около часа. Пилот вёл левет не по прямому маршруту, а петлял по каким-то воздушным коридорам, вызывая нескрываемое раздражение Лета, которое неизменно появлялось у него на лице, когда левет делал очередной поворот. Но скрипя зубами, Лет молчал. Наконец, левет описал небольшой полукруг и скользнув вниз, опустился на большую посадочную площадку. День уже клонился к вечеру и посадочная площадка была полупустой.

– Дальше запрещено. – Произнёс пилот и двери левета скользнули вверх.

– Жди! – Бросил Лет и выпрыгнув наружу, подал руку Лилине. – Прошу!

Выйдя, девушка покрутила головой, затем повела подбородком в одну из сторон.

– Нам туда.

Ничего не говоря, Лет направился в указанном направлении.

Шли они долго. По пути Лет купил огромный букет живых красных цветов. Лилина молча шла чуть впереди. Лет тоже молчал. Никаких мыслей у него не было. Просто шёл, ни о чём не думая.

На удивление Лета, голографический портрет матери висящий перед стеной, оказался в окружении нескольких портретов Шаровых, о существовании которых он даже не знал. Для цветов под портретом была лишь узкая полочка, на которой лежали несколько засохших цветков. Смахнув их, чем вызвал недовольство девушки, которая подняла засохшие веточки и отнесла их в мусорную корзину, которая находилась достаточно далеко, Лет положил на полочку один большой белый цветок, а остальные цветы бросил рядом со стеной и отступив на шаг, склонил голову. Постояв так некоторое время, он повернулся и быстро пошёл назад, не оглядываясь, будто забыв о Лилине и девушке пришлось приложить немало усилий, чтобы догнать его.

– Вы торопитесь, господин капитан? – Произнесла она, шумно дыша.

– Мы идём в ресторан. – Не глядя на неё, произнёс Лет.

– Пешком?

– Мне всё равно.

Но всё же Лет умерил свой шаг и девушка, хотя и шла быстро, но на бег больше не переходила.

Усевшись в терпеливо ожидавший их левет, Лет повернулся к Лилине.

– Где хороший ресторан?

– Я в них редко бываю. – Девушка дёрнула плечами. – И не знаю, где какая кухня.

– Я знаю хороший ресторан недалеко от того дома, где я вас забирал. – Произнёс пилот.

– Значит идём к нему. – Лет взмахнул подбородком в сторону лобового стекла.

Когда они добрались до ресторана, уже был глубокий вечер. Рассчитавшись с пилотом, Лет помог Лилине выйти из левета и они направились к сверкающим обрамлением реклам, дверям ресторана.

Зал, на удивление, оказался полупустым и без труда выбрав подходящий столик и усевшись за него, Лет заказал самые лучшие блюда и очень много вина, чем вызвал тревогу в глазах Лилины.

– Вы хотите провести ночь здесь, господин капитан? – Поинтересовалась она.

– Твоя ирония неуместна. – Лет налил себе полон бокал вина, а Лилине лишь чуть. – Я не знаю, кто я сейчас и потому не связан никакими рамками приличий. – Он дотронулся своим бокалом до бокала Лилины и выпив вино, взял с одной из тарелок ломтик чего-то, сунул его себе в рот и откинувшись в кресле, уставился в девушку. – Я, действительно, не знаю, кто я такой, ни в прямом ни в переносном смысле. – Он широко улыбнулся. – Я, например, могу погасить висящий над нами светильник. – Лет поднял голову. – Над нами, пожалуй, не стоит. Перед входом.

Он высвободил своё психотронное поле и ткнул им в висящий перед входом в зал светильник – из светильника во все стороны брызнул фонтан ярких голубых искр и он погас. Широко усмехнувшись, Лет ткнул своим полем в соседний светильник – брызнув фонтаном ярких искр, тот тоже погас. В зале заметно потемнело, раздались возгласы возмущения. Лилина сидела повернувшись в сторону погасших светильников с широко открытыми глазами. В зале, будто вырос из пола, появился высокий мужчина в чёрном костюме.

– Господа! Оснований для тревоги нет. – Громким голосом заговорил он. – Мы немедленно исправим.

Состроив гримасу, Лет вернул своё поле. Лилина повернулась к нему.

– Это, действительно, вы? – Прошелестели её губы. – Как?

– Всё просто. – Лет широко улыбнулся и вновь наполнил свой бокал вином. – Стоит лишь подумать и…

Он выпил вино и бросив в рот кусочек чего-то с одной из тарелок, откинулся в кресле и вновь уставился в Лилину.

– Что ты не пьёшь? Вино превосходное. Или не нравится моё общество? – Произнёс он.

Взяв своёй бокал с вином, Лилина сделала глоток и вернула бокал на стол.

– Я тебя ждала Лет. – Тихо заговорила Лилина. – Но я ожидала совсем другой встречи. Мне неуютно здесь. – Она поднялась. – Извини! – Повернувшись, девушка направилась к выходу.

Посмотрев ей в спину, Лет вновь наполнил свой бокал вином и выпив, поднялся и взмахнул над головой рукой – перед ним тут же, будто материализовался, стюард. Достав из кармана карточку уровня, Лет протянул её стюарду. Проделав нужные манипуляции, стюард вернул карточку Лету. Сунув её в тот же карман, Лет взял со стола одну емкость с вином и направился к выходу. Подойдя к двери, он оглянулся и высвободив своё поле, ткнул им в светильник, над тем столом, где он сидел – из светильника брызнул фонтан огня и упал на стол, из стола вверх потянулись серые струйки дыма. Усмехнувшись, Лет отвернулся и вышел из зала.

Оказавшись на улице, он осмотрелся – Лилины нигде не было.

– Подумаешь. – Сорвалось с его губ.

Приложив горлышко емкости с вином ко рту, он выпил её содержимое и поставив пустую ёмкость рядом с дверью ресторана, медленно пошёл в сторону дома, высвободив своё поле и периодически тыча им в уличные светильники, которые ярко вспыхивая, гасли, но так как источники света в них были закрытые, то никаких искр из них не сыпалось.

Лилина была дома. Она сидела в кресле комнаты матери и на появление Лета, даже не повернула головы. Лет уселся напротив и уставился в девушку. Вдруг, из под ресничек Лилины выскользнули две слезинки и скользнули по щекам. Ничего не говоря, Лет поднялся и шагнув к девушке, опустился перед ней на колени и уткнулся своим лицом в её колени…


***


Лет открыл глаза и повёл ими по сторонам: определённо, он лежал. В том объёме, где он лежал был полумрак. Он рывком сел и покрутил головой – это была комната матери, он провёл ночь на её кровати. Рядом лежала Лилина. Судя по её неглубокому ровному дыханию, она спала.

Лет провёл рукой по лбу: как он оказался в кровати рядом с девушкой, в нижней одежде, совершенно, не помнил.

Он повернулся и опустил с кровати ноги, намереваясь встать.

– Ты уходишь? – Раздался за спиной голос девушки.

Лет оглянулся, она лежала привстав на локте, щурившись и улыбаясь.

– Я хочу отправиться к месту гибели матери. – Произнёс он.

– Ещё же рано. – Лилина выгнула брови красивыми дугами.

– В пространстве нет ни рано ни поздно, ни утро ни вечера. Там всегда ночь. – Заговорил Лет отворачиваясь. – Я не привык валяться на спальной платформе: лёг – уснул; проснулся – встал.

– Однако, вчера ты лёг и совсем не уснул.

– А что же я делал?

– Ты ничего не помнишь? – В голосе девушки скользнули весёлые нотки.

– Абсолютно. – Лет мотнул головой.

– Пусть, тогда это будет моей тайной.

– Как пожелаешь. – Лет дёрнул плечами. – Хотя… – Он поднялся и оглянулся. – Узнать это, не представляет проблемы.

В глазах Лилины, тут же вспыхнул испуг, она отшатнулась.

Взяв, лежащую на кресле свою одежду, Лет направился в санационную.

Приведя себя в порядок, он заглянул в комнату матери – Лилина стояла перед окном в нижней одежде и смотрела на улицу. Уже было заметно светлее и через ночную одежду хорошо просматривалось её тело. Лет невольно засмотрелся.

– Ты всегда подсматриваешь за девушками? – Раздался Голос Лилины.

– Извини! – Лет глубоко вздохнул, отводя от неё взгляд. – Я хочу, чтобы ты показала мне, где погибла мать.

– Хотеть не вредно. – Заговорила Лилина продолжая смотреть в окно. – Может разрешишь мне привести себя в порядок?

– Я буду в своей комнате.

Повернувшись, Лет направился в свою комнату, где, усевшись в кресло, уставился в потолок. Ни о чём не думалось.

Прошло достаточно много времени, когда, наконец в комнату вошла Лилина. Почувствовав её, Лет опустил голову. Девушка была одета в полуспортивный костюм тёмно-красного цвета, достаточно плотно облегающий её фигуру, подчёркивая её приятные формы.

– Я готова. – Произнесла она, широко улыбнувшись.

Лет поднялся и шагнув к ней, взялся руками за лицо Лилины и приподняв, заглянул ей в глаза: никакого страха в них не было, они светились. Наклонившись, он коснулся губами её губ и отпустив её лицо, выпрямился.

– Ты не будешь пытать меня, чтобы узнать, что произошло ночью? – Произнесла она с лёгкой улыбкой.

– Никогда. – Лет мотнул головой.

– Твоя мать рассказывала, что, когда твой отец своим полем входил ей в мозг, то он разрывался у неё на части. И говорила, что ты, тоже, доставлял немало неприятности окружающим, своим полем.

– Возможно. – Лёт дёрнул плечами. – Я хочу пить.

– Твой тоник на столе в зале. – Лилина повернулась и вышла из комнаты.

Лет вышел следом и заглянул в зал – на столе, стояли принесённые вчера Лилиной тоники. Подойдя к столу, он взял их все и вернулся к девушке.

– Вызови левет.

– В институте ещё никого нет. Рано. – Лилина дёрнула плечами.

– Вызови городской.

– Это очень дорого.

Лет достал из кармана карточку уровня жизни и сунул её Лилине в руку.

– Здесь хватит чтобы вокруг Гитты несколько раз обернуться.

– Там карточка госпожи Шаровой. – Лилина вытянула руку в коридор. – Тебе нужно обратиться в банк, чтобы её разблокировали.

– Она мне не нужна. – Лет покрутил головой.

– Госпожа Шарова говорила, что твой отец перевёл ей такой уровень, что хватит на тысячу лет.

– Хорошо. Вернёмся, напомни.

– Завтракать? – Лилина вопросительно взмахнула подбородком.

Лет молча покрутил головой.

Повернувшись, Лилина ушла. Лет, открыв одну из баночек, выпил тоник и поставив пустую баночку на полочку в коридоре, замер в ожидании.

Лилина появилась не скоро, неся в одной руке небольшую чёрную сумочку, а в другой, достаточно, большой пакет. Лет молча указал подбородком в сторону пакета.

– Еда в термоупаковках и тоник. Туда же идти не менее двенадцати часов. – Пояснила девушка. – Левет скоро придёт.

Молча повернувшись, Лет шагнул к двери.

– У звёздных капитанов не принято помогать женщинам? – Раздался голос Лилины.

Повернувшись, Лет подошёл к ней, взял пакет, положил в него и свои баночки с тоником, и вновь повернувшись, шагнул к двери и вышел из квартиры.

Когда они вышли из подъезда, левет уже стоял рядом с посадочной площадкой, прямо на газоне, видимо, из-за раннего времени посадочная площадка была плотно заполнена авто. Едва они оказались около него, одна дверь левета скользнула вверх и из её проёма показалась рука пилота.

– Я хотел бы убедиться в вашем уровне. – Раздался его голос.

Лилина молча сунула в его руку карточку уровня жизни Лета. Рука пилота исчезла, но уже через мгновение появилась вновь.

– Извините! – Он вернул карточку Лилине. – Иначе, чувство тревоги не покинуло бы меня. Теперь я спокоен.

Теперь уже все двери левета скользнули вверх. Лет бросив пакет на кресло заднего ряда, шагнул в сторону, намереваясь обойти левет и занять кресло рядом с пилотом.

– Разве мы не вместе? Надеюсь пилот сам найдёт дорогу. – Негромко произнесла Лилина

Лет замер, затем развернулся и вернувшись к девушке, взял её под локоть и подтолкнул к левету. Усадив её, обошёл левет и занял кресло рядом с ней.

– Северная база. – Произнёс он.

– Но…

– Северная база. – Произнёс Лет, повысив голос, перебивая возражение Лилины.

Двери левета опустились и он скользнув вверх, перешёл на горизонтальный ход.

Взяв Лета обеими руками за предплечье, Лилина прижалась к нему щекой.

– Я уже и не надеялась встретить своё счастье. – Тихо произнесла она.

Лет опустил на неё взгляд – девушка сидела прикрыв глаза…

Хотя около северного космодрома они оказались поздно вечером, так как левет шёл против хода солнца, но Лету путь не показался слишком долгим – практически всё время пути он рассказывал Лилине о своих приключениях в экспедиции к Фабре, периодически вызывая у неё тревожные вздохи и ахи. Когда вдали показались огни космодрома и левет скользнул вниз, Лет закрутил головой по стёклам летательного аппарата и наконец, остановив взгляд, тронул пилота за плечо.

– Влево. – Он постучал пальцем по боковому стеклу. – Дорога. По ней, на юг. Там будет дом. Сядешь рядом.

Бросив быстрый взгляд в окно, пилот повернул штурвал и левет, описав крутую дугу, помчался в новом направлении.

Отыскать в темноте, одинокий дом, в окружении разросшейся рощи из деревьев, оказалось делом не простым и пилоту пришлось описать не один круг над деревьями, прежде, чем Лет понял, что дом скрывается под их кронами. Посадочную площадку рассмотреть не удалось и пилот посадил левет рядом с рощицей.

– Оставайтесь. Я схожу посмотрю, что здесь за метаморфозы. – Произнёс Лет.

Дверь левета скользнули вверх и Лет, выпрыгнув наружу, направился к деревьям, потягиваясь на ходу, мысленно удивляясь, что его носитель, несмотря на приобретённое совершенство, сохранил свои человеческие слабости.

В темноте, найти дом оказалось непросто и Лет регулярно отпускал нелестные отзывы в адрес гиттов, не сохранивших усадьбу вокруг дома в своём изначальном виде и обдумывал, к кому следует обратиться, чтобы привести территорию в порядок. Дом он увидел случайно, уже проходя мимо него. Утешением оказалось, что система контроля дома не забыла его и едва он коснулся пластинки идентификации, входная дверь скользнула в сторону. Войдя в переходный шлюз, Лет включил наружное освещение и тут же вышел наружу.

К его удивлению, дорожки вокруг дома оказались не разрушенными, если не считать, кое-где пробивающейся через их покрытие травы. Посадочная площадка тоже оказалась в приличном состоянии. Просто свободной от крон деревьев была теперь лишь её средняя часть. Левет отца стоял прижавшись к одной из её сторон и потому сверху не был виден. Подойдя к нему, Лет открыл двери напротив кресла пилота и заглянув внутрь, ткнул пальцем в клавишу включения питания – пульт управления летательного аппарата тут же расцветился индикаторными панелями. Бросив взгляд на уровень накопителя энергии и с удовлетворением отметив, что он находится на середине своей ёмкости, отключил питание и закрыв дверь, направился на поиски левета, доставившего его сюда. Идти опять пришлось долго и хотя трава под деревьями была невысокой, но в темноте он постоянно натыкался на стволы деревьев, опять мысленно отправляя нелестные отзывы в адрес неизвестно каких гиттов. Однако сориентировался он правильно и вышел из рощи совсем недалеко от левета. Видимо, увидев его, пилот открыл дверь напротив себя.

– Прибыли! – Произнёс Лет.

Пилот тут же оглянулся на Лилину, которая протянула ему карточку уровня Лета. Вскоре пилот вернул ей карточку и открыл все двери своего летательного аппарата. Лет помог выбраться Лилине и забрал пакет с продуктами. Отступив от летательного аппарата они замерли. Двери левета опустились и он скользнув вверх, развернулся и исчез в ночи.

– Возьми! – Лилина протянула Лету его карточку уровня.

– Я не против, если она будет у тебя. – Лет дёрнул плечами.

– Нет! – Лилина мотнула головой и в темноте попыталась найти руку Лета. – Возьми же, наконец. – Раздался её недовольный голос.

Лет взял карточку и сунул её в карман курточки.

– Пойдём! – Он вытянул руку в сторону деревьев.

– Что там? – Поинтересовалась Лилина.

– Дом отца. Он потребовал, чтобы его построили подальше от цивилизации. Отец предпочитал одиночество. – Взяв Лилину за локоть, Лет подтолкнул её в сторону деревьев. – Заросло здесь всё. Нет отца и некому ухаживать за усадьбой. Нужно как-то заняться её расчисткой.

– Ты намереваешься здесь жить? – Лилина высвободила локоть и остановившись, повернулась к Лету.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Красный песок. Капитан Лет (Г. В. Иевлев, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я