Глава седьмая
Утром в палату заглянул Виктор Викторович — главный врач.
— Никаких изменений? — поинтересовался он.
— Не знаю, — ответила Вероника. — Иногда мне кажется, что он все слышит и все понимает, знает, где находится, что с ним и кто рядом. Смотрю на него, вижу, как он дышит, вижу, как дрожат его ресницы, жду, когда он откроет глаза и скажет мне, что это розыгрыш…
— Скорее бы, — отозвался главврач. — Но в его положении сейчас лучше лежать вот так, как он лежит, никак не проявлять свое настоящее состояние, все понимать и притворяться спящим. Я в детстве очень любил фантастику, и любимой моей книгой был роман «Когда спящий проснется». Теперь, разумеется, едва помню его содержание, но там все наверняка закончилось хеппи-эндом. Герой проснулся и победил всех своих врагов.
— Когда придет Алексей Иванович?
Виктор Викторович посмотрел на стену, где под потолком висели круглые часы.
— Думаю, что он уже поднимается на лифте. Светляков никогда не опаздывает, уж поверьте мне.
Он оказался прав: не прошло и пяти минут, как в дверь постучали.
— Заходите, Алексей Иванович, — крикнула Вероника, — мы ждем вас!
Он пришел в том же костюме, что и накануне, другими были только рубашка и галстук. Светляков ополоснул ладони в настенном умывальнике, может, машинально — по старой врачебной привычке, а может, потому что касался пальцами кнопок больничного лифта. Накануне он этого не делал. И, вытирая руки полотенцем, произнес:
— Я целый вечер размышлял, что мне помешало вчера. И до сих пор не могу понять. Возможны два варианта. Или вашего мужа закодировали, но как ему могли внушить столько информации о княжеском роде Лукомских? Я вчера вечером проверил по компьютеру — все, что говорил Николай Николаевич, истинная правда. Род Лукомских — старинный. В основном все его представители были военными. Хотя и один композитор все же имеется… Я бы побеседовал об этом с вашим мужем, но боюсь, что остановиться не сможем. А вам ведь нужно, чтобы он снова стал Ракитиным.
Конец ознакомительного фрагмента.