Оковы огня. Часть 2

Дмитрий Морн, 2022

Вторжение демонов закончилось войной. Войной, обескровившей континенты. Войной, конец которой положила Империя. Но враг не был повержен. И вот тысячу лет спустя, демоны нашли лазейку из своей темницы. Эверард Осгод, наследник драконов, душу и тело которого исказила, изуродовала магия демонов, он живёт в постоянной борьбе с самим собой, со скверной внутри. И демоны, вновь выползшие из своих нор, разжигают в нём яростную ненависть. Сможет ли он среди этой борьбы защитить Империю и Род? Сможет ли он защитить ту, что доверилась ему, и при этом сохранить себя?

Оглавление

  • Часть 2

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Оковы огня. Часть 2 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Часть 2

Глава 12

В дворцовой зале за длинным, метров в двадцать, столом собрался весь свет Империи: герцоги, маркизы и самые влиятельные графы. Сейчас они сидели, тихо переговариваясь. Не часто Император повелевал им собраться вне установленного порядка: раз в сезон — четыре раза в год. Они могли руководить землями на своё усмотрение, если следовали имперским законам и воле Императора. И вот, Император повелел. Большинству из них пришлось ускорить сборы и отправиться в столицу раньше своих семей, которые готовились к главному празднику в году — Осеннему балу.

Осень — особое время для Империи. В её первом месяце была основана Империя, во второй месяц была одержана победа над демонами, а конец третьего предвещал начало нового года.

Некоторые из дворян бросали взгляды во главу стола, где, к их удивлению, стояло два тронных кресла. Самое большое, очевидно, для Императора, но для кого приготовлено другое кресло, прямо по правую руку от Императора, оставалось загадкой.

И вот двери залы отворились. Собравшиеся устремили взор на вошедших и тотчас же поднялись с мест. Первым был Император, а вот его спутник вызвал удивление. В первую очередь тем, что он был в маске и был на голову ниже Императора, а значит — выше любого из здесь собравшихся, хотя большинство среди них не гнушалось воинского дела. Одеяние его тоже говорило о многом, особенно серебряные драконы на чёрной ткани. Взгляды дворян приобрели настороженное выражение.

— Да здравствует, Император! — Все склонились в поклоне.

Император опустился в кресло в виде трона и милостиво кивнул, разрешая им занять свои места. Его спутник невозмутимо расположился в кресле чуть пониже. По правую руку от Императора.

— Рад, что все успели добраться до столицы вовремя. Знаю, что все сейчас заняты приготовлениями к празднествам, но так сложились обстоятельства, — Император обвёл взглядом собравшихся. — Вам должно быть известно, что ситуация с нападениями демонов участилась. Значит, наших действий недостаточно. В связи с этим я решил, что всеми происшествиями с участием демонов будет заниматься отдельное ведомство. Его возглавит Эверард Осгод, герцог Нортром. — Император кивком указал на мужчину рядом с ним. — Прошу любить и жаловать. — От улыбки Генриха дворяне почувствовали себя не в своей тарелке.

Все взгляды в зале сосредоточились на Эверарде. Он в свою очередь всё также невозмутимо восседал в кресле. Глаза под маской смотрели бесстрастно и выжидающе. Но никто не посмел подать голос или выразить неудовольствие. Всё-таки теперь им придётся отчитываться не только перед Императором, но и перед ним. Хорошо.

— Рад встрече, господа, — сказал Эверард, его голос разнёсся по залу, подкреплённый магией, казалось, он приникал в мысли и чувства. — С кем-то из вас мы знакомы, кто-то знает меня, или слышал обо мне. Достаточно и того, что я знаю о вас. — Он обвёл дворян безразличным взглядом. — А чтобы познакомиться с вами поближе, я попрошу вас сидеть смирно.

Эверард поднял правую руку и её охватило серебряное свечение с прожилками синего огня. С лёгким шелестом с ладони на стол соскользнул сгусток стального тумана. Он начал изменяться: вспучиваться и изгибаться змеёй. Спустя несколько мгновений на столе красовался небольшой бескрылый дракон в локоть длинной. Его тело покрывала серебряная чешуя, но всем бросился в глаза хвост дракона, сегментированный, похожий на жало скорпиона. Стоило созданию поднять голову, как блеснули изумрудные камни глаз, а хвост из нескольких члеников изогнулся вверх, устремив своё жало на людей. Из пасти вырвался тонкий рёв, больше похожий на клёкот птиц.

Дворяне бросали друг на друга озабоченные взгляды. Дракон же тем временем засеменил своими короткими лапками по столу, и по залу разнёсся цокот когтей по дереву. Вдруг он остановился перед герцогом лет пятидесяти в богатых одеждах, глаза дракона блеснули изумрудным светом, и мужчина содрогнулся от неприятного чувства, охватившего его.

— Что он делает? — осторожно спросил мужчина. Он был умудрён опытом и особо не переживал, но лучше знать наверняка, что с ним собирались сделать, тем более, если это касалось какого-то неизвестного магического творения.

Эверард продолжал молча наблюдать за собравшимися, теперь с лёгким интересом. Каждый их взгляд и движение были у него перед глазами.

— Считывает ауры. Это безвредно, — отозвался молодой голос. Несколько голов повернулись к говорившему мужчине лет тридцати. Граф Отарст. Один из самых способных магов среди молодого поколения дворян. — Должен сказать, что не видел ничего подобного. Многие в Академии были бы поражены. Сила и знания Рода драконов поистине поражают.

Эверард бросил на него взгляд синих глаз. Этот маг был неплох. Очевидно, он понял, что перед ними голем, созданный магией. Эверард знал, что многие в Академии пытаются создать более-менее полезных големов или автоматонов, но всё, на что те оказывались способны, так это выполнять задания из разряда «принеси-подай».

Дракон в это время успел запомнить и проанализировать ауры трети собравшихся. Каждый раз он встречался изумрудным взглядом с парой глаз следующего дворянина, затем следовала пауза в несколько секунд довольно тревожная для тех, кто был не совсем чист на душу, и дракон семенил дальше, а граф, маркиз или герцог незаметно выдыхали с облегчением.

Внезапно голем замер и клекотнул напротив одного из дворян. Седые аккуратно подстриженные волосы и лицо в мелких морщинах говорили о его преклонном возрасте, но прямая спина и пышущее здоровьем тело, которому позавидовали бы и молодые, служило свидетельством внутренней силы, целеустремлённости и дисциплины.

Эверард перевёл взгляд на мужчину. Малколм Хорст, герцог Кэдвин. Владелец одного из средних по размеру южных герцогств, но один из богатейших людей Империи. Всё благодаря торговым путям с Севера на Юг, через Империю в южные государства, от небольших королевств до сатрапий. На Юге было много товаров и материалов дешевле, чем в Империи, и на разнице цен можно было заработать прилично. Контрабанду тоже никто не отменял.

— Что это значит? — спросил герцог Кэдвин, обращаясь к Эверарду. Дракон напротив него уселся на задние лапы и пристально смотрел изумрудными глазами-бусинами, а его хвост возбуждённо подрагивал. Аристократы следили за всем этим с напряжением. Голем впервые показал какую-то реакцию. Теперь им оставалось гадать, что это значит.

Эверард молча смотрел на мужчину. В глазах постепенно разгоралось — в этот раз невидимое для окружающих — синее пламя.

— Думаю, вы просто заинтересовали его, сэр Хорст, — добродушно усмехнулся Император, чтобы разрядить обстановку. Характер младшего совершенно не подходил для работы с людьми, впрочем, в этом он был похож на своего отца.

— Продолжай, — раздался холодный голос Эверарда. Дракон в ответ понурил голову и тихо рыкнул, но поднялся и засеменил дальше, бросая взгляды по сторонам, осматривая остальных дворян.

Император мысленно вздохнул и, чтобы перевести внимание, сказал:

— Для оценки ситуации в каждый из районов Империи будет отправлен отряд Гвардии, к ним присоединятся маги Академии, так же Светлый Престол обещал нам помощь Вопрошающих. — Он посмотрел на собравшихся и увидел, как изменились лица некоторых. Усмехнувшись про себя, он подумал, что теперь многие завозятся, как ужи на сковородке. У Вопрошающих были полномочия опрашивать дворян независимо от титула, и их способности позволяли с лёгкостью обнаруживать ложь, как в словах, так и в поведении, жестах. В крайнем случае, они могли и в голову забраться, было бы желание и разрешение Престола.

Дворяне зашептались, загудели. Раздались неуверенные голоса: стоит ли это того, ведь пока что демоны нападают только на деревни, а в городах и единичные случаи — редкость.

— Демоны распространяются, подобно чуме. Сейчас их немного, но пройдёт несколько месяцев, и в опасности окажутся уже и крупные города. — Эверард протянул руку к подкрадывающемуся дракону, который закончил считывать информацию со всех аур. Голем с радостью уцепился лапами за руку хозяина и обвил предплечье от запястья до локтя, превращаясь в серебряный браслет. — Мы должны найти их логова и уничтожить все до единого.

***

После совещания Эверард с Генрихом сидели в небольшой уютной комнате, в которой чувствовалась женская рука: Императрица постаралась сделать комнату отдыха для мужа как можно более комфортной. Кресла были обращены к большому окну, из которого открывался вид на сад, полный цветов, деревьев и различных кустарников со всех концов света. Эверард и здесь отметил заботу Императрицы, хотя знал, что его дядя совершенно не разбирается в красоте растений, впрочем, как и он сам.

— По-твоему, они зашевелятся? — спросил Генрих.

— Ты вытащил в столицу меня, — усмехнулся Эверард, голос из-под маски звучал гулко, в прорезях были видны его настоящие глаза, синие с серебром. — Уверен, они не ожидали, что я появлюсь на горизонте так скоро. Теперь все сомневающиеся поостерегутся, значит демонам придётся действовать быстрее, иначе они рискуют потерять момент силы.

— Да, им придётся действовать активнее, а значит, будут новые жертвы. — Император продолжал любоваться садом. — Нужно ускорить формирование отрядов.

— Они — демоны, не забывай об этом. Души людей для них всего лишь пища. Жертвы будут в любом случае, а вот сколько — это уже зависит от нас. Чем быстрее мы закроем прорыв, тем лучше.

Император взглянул на Эверарда, но промолчал.

***

Стол кабинета был погребён под горой книг по истории Империи, и рассказывающих о древних родах, но сейчас всё внимание Изабеллы оказалось устремлено на небольшой кусочек бумаги у неё в руках, всего-то в ладонь размером. Приглашение на Осенний бал. Через неделю. Она в раздумьях не заметила, как прикусила губу.

Совершенно не хотелось посещать никакие балы, но опять же она приехала в столицу, а все дворяне высшего ранга должны хотя бы на несколько мгновений появиться на балу, или отправить своего родственника как представителя. Этот бал символизировал единение знати ради процветания Империи. Не прийти — выказать неуважение к вековым традициям, презрение к предкам. Такого Изабелла позволить себе не могла. Значит, придётся идти. Но у неё не было спутника. В мыслях на мгновение промелькнули пылающие синие глаза, но она решительно мотнула головой, отгоняя наваждение. Он ненавидит большие сборища, ненавидит терять время понапрасну, а Осенний бал как нельзя точно подходит под эти категории.

Она даже не могла отправиться на бал с тётей — та всё ещё была далеко от столицы. В последнем сообщении Алисии говорилось, что она где-то посреди степей Южного домена и должна успеть к самому началу бала, но гарантировать это не могла. Стало быть, придётся идти в одиночестве.

Изабелла тяжко вздохнула. И в этот момент дверь в кабинет отворилась, вошла её личная служанка Керри, прибывшая прямо из Ночной луны. Изабелла вопросительно подняла бровь. Настроение было хуже некуда.

— Мисс, Вам доставили посылку, — осторожно сказала Керри.

— Посылку? От кого?

В глазах служанки блеснул озорной огонёк, и Изабеллу посетило смутное подозрение.

— От господина! — Улыбка Керри растянулась чуть ли не до ушей. — Вам стоит посмотреть.

— Веди, — со вздохом сказала Изабелла. Внутри появилось неясное чувство, от которого на душе немного полегчало.

Посреди гостиной гордо возвышался шкаф. Самый настоящий шкаф. А рядом с ним — невозмутимый Джером.

Изабелла так и замерла на ступенях лестницы.

— Что это такое? — выдавила она из себя, но смутное подозрение уже кричало на краю сознания.

— Леди Корт, — Джером поклонился ей и, когда она сошла со ступеней, передал сложенное письмо, — скоро состоится Осенний бал. Хозяин решил посетить его, поэтому он приготовил для вас наряд. — С этими словами он отворил створки шкафа. — Хозяин решил, что вам понравится.

Девушка судорожно вдохнула. Платье в пол цвета тёмного изумруда было достойно и Императрицы. Изабелла подошла прикоснуться к нему. Первосортный атлас приятно холодил пальцы, на ткани созвездиями расположились драгоценные камни. Лёгкую улыбку смущения вызвал мягкий корсет.

Изабелла повернулась к выжидающе смотрящему Джерому:

— Предайте Его Светлости, что платье мне нравится.

— Всенепременно, госпожа. — Джером поклонился. — Хозяин прибудет к вам перед балом.

Изабелла сжала кулак, сминая ткань платья. Что за самоуправство, её никто ни разу и не спросил, согласна ли она. Опять всё решили за неё, даже то, в чём она появится на балу, но юная графиня смолчала. В этот раз она почему-то была не так уж и против. Да и лучше быть на хорошем счету у герцога.

***

Мужчина в плаще с надвинутым капюшоном расхаживал из одного конца скромно обставленной комнаты в другой. Зеркало в человеческий рост на одной из стен казалось чужеродным, выбивающимся из окружения. Обрамлённое бронзой оно создавало ощущение древности.

— Вы уверены, что они не смогут определить, что я нахожусь с вами в контакте? — требовательно спросил мужчина.

Зеркало в ответ покрылось рябью, и в нём отразилась не комната, а мрачная зала с факелами на стенах, в центре был виден расплывчатый силуэт, с безмятежностью восседавший в кресле.

— Вы не прошли ритуал полностью, — с гипнотической неторопливостью проговорил голос из зеркала. — Ни ваша аура, ни тело не были затронуты. Они ничего не смогут определить. Вам переживать не о чем.

— Но что-то в герцоге Кэдвине привлекло их внимание, — не успокаивался мужчина в плаще. — Он один из нас, так?

— Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, что герцог Кэдвин, является нашим сторонником, дабы не скомпрометировать доверившихся нам друзей. — Из зеркала донёсся такой же неспешный голос. — Возможно на нём был артефакт сомнительного происхождения, либо что-то другое привлекло внимание герцога Нортрома. Вам об этом волноваться не стоит.

— Это чудовище в прошлый раз устроило настоящую мясорубку! — Мужчина взмахнул руками. — Мне повезло, что я не был в столице, иначе моя голова тоже слетела бы с плеч. Его цепные псы резали всех направо и налево.

— В этот раз всё будет иначе, не тревожьтесь. Для Его Светлости у нас припасён особый сюрприз. — Из зеркала донёсся тихий смех.

***

Изабелла смотрела на себя в зеркале. Платье пришлось по фигуре. Пожалуй, даже слишком. Пусть период строгого траура и закончился, но… Она посмотрела на отражение и вздохнула. Мягкий корсет подчеркивал грудь, а декольте на грани допустимого привлекало к себе взгляд. Волосы, забранные в высокую прическу, оставляли открытой белую шею. Изабелла ещё раз тяжко вздохнула и надела кулон, оставшийся от отца, его доставили на днях, после оглашения завещания. Украшение разместилось немногим выше манящей ложбинки. Теперь всё внимание уж точно будет сосредоточено ниже её глаз, как того, очевидно, и хотел Герцог. Вот только зачем? Что же, она ему подыграет.

— Мисс, господин прибыл. — Из-за двери раздался голос Керри.

— Иду. — Изабелла бросила на своё отражение последний взгляд и провела рукой по платью. На губах заиграла лёгкая улыбка.

***

Эверард взглянул на представшую перед ним девушку и поразился, как она изменилась всего за несколько дней. Ещё пару недель назад она была не уверена в себе, пусть и прятала это за манерами и умением держать лицо, но сейчас перед ним стояла целеустремлённая, собранная женщина. Её изумрудные глаза лучились энергией и странной решимостью, от чего он почувствовал себя некомфортно. Взгляд Эверарда опустился ниже, и он понял — перестарался. Женская красота — страшное оружие. Жаль, что он понял это, только увидев её.

Он заметил, как под его пристальным взглядом на щеках девушки проступают следы румянца, как её грудь начинает вздыматься чуть сильнее. Внезапно захотелось взять и замотать её во что-нибудь поплотнее, чтобы никто больше не видел её такой. Он повёл плечом, сбрасывая странный порыв, и сказал:

— Вы неотразимы, леди Изабелла.

Его голос невольно прозвучал ниже обычного, отчего девушка вздрогнула, но тем не менее гордо вздёрнула подбородок.

— Вашими стараниями, Ваша Светлость, — сказала она, борясь со странной слабостью в ногах от взгляда синих глаз. Герцог в чёрном с серебром наряде так и притягивал взгляд. Вышитые на ткани драконы, казалось, готовы сорваться с рук и разорвать в клочья вставших на пути их хозяина. — Когда мы отправляемся? Не хотелось бы опоздать на мой первый Осенний бал.

«Быстрее бы покончить со всем этим представлением,» — подумала про себя.

— Не переживайте, мы можем позволить себе явиться позже остальных. Привилегии положения.

— Ах, ну как же я могла забыть? — Изабелла сверкнула глазами.

Эверард не обратил на её слова никакого внимания. Пальцами левой руки он прикоснулся к правому предплечью, и на нём блеснул серебряный браслет, больше похожий на наруч в виде необычного дракона.

Изабелла ахнула от удивления. Дракон был настолько необычен: бескрылый, с хвостом скорпиона, и зелёными мерцающими глазами-бусинами.

— Что это? — Она вопросительно изогнула бровь.

— Подарок, — невозмутимо ответил Эверард. — Вашу руку, леди. — Не то просьба, не то требование. Он не знал и сам.

— Ещё один? Не слишком ли много подарков, Ваша Светлость? Не зная вас, можно было бы подумать, что вы не равнодушны ко мне. — Изабелла встретила его взгляд, пытаясь казаться, как можно более спокойной, но Эверард видел, как часто билась жилка на тонкой и соблазнительной шее. Он протянул руку.

— Это обязательно? — с волнительным вздохом спросила Изабелла.

— Боюсь, что да.

Ей не оставалось ничего другого, как позволить надеть на правое предплечье странный наруч. Эверард почувствовал, как девушка напряглась от прикосновения. Его глаза потемнели.

Изабелла же решила сосредоточиться на маленьком драконе, чем на двухметровом рядом с ней.

— Вам не кажется, что он великоват? — спросила Изабелла. Наруч обхватывал руку от запястья до локтя и держался довольно свободно: любое неосторожное движение — и он сорвётся. Не хватало только потерять подарок герцога, тогда её, чего доброго, съедят заживо.

— Не волнуйтесь. — Эверард неожиданно взял её за руку, и коснулся головы дракончика, от чего тот зашевелился и, как живой, плотнее обвил предплечье.

Изабелла с удивлением смотрела на ладонь герцога, плотно сжимавшую её собственную, и оживший вдруг дракон на руке волновал её сейчас меньше всего.

— Надеюсь, он не живой? — спросила она, чтобы сказать хоть что-то.

— Нет. — Эверард задержал её руку ещё на мгновение, прежде чем отпустить. — Не забывайте всегда брать его с собой, когда выходите из особняка. — Он перехватил её вопросительный взгляд, но решил, что сейчас не время. — Пора отправляться.

***

Просторная карета была погружена в молчание, едва слышный цокот копыт по мощёной камнем дороге погружал в странное расслабленное состояние.

Эверард наблюдал за Изабеллой, устремившей взгляд в окно.

— Я слышал, вы несколько раз навещали моего деда, — сказал он.

— Светлый Престол — интересный человек. — Изабелла посмотрела на Эверарда. — Он, в отличие от некоторых, отвечает на мои вопросы и не считает за хрупкую и беспомощную девушку.

Эверард пристально взглянул на неё, видел, что она ждёт ответа.

— Будьте осторожны в общении с ним, леди Изабелла. — Он проигнорировал упрёк. — Старик умеет вызывать доверие — по должности положено, но затем он может использовать это доверие себе на пользу.

— Как и любой другой, — хмыкнула Изабелла. — Он хотя бы говорит со мной, рассказывает об истории Империи и соседних стран. Да, из его речей можно почерпнуть много полезного.

— Не сомневаюсь. Он уже рассказывал вам о силе, к которой может прийти человек, если возьмёт на себя ношу ответственности?

— Считаете, что он неправ, Ваша Светлость? — Изабелла сжала кулон на шее. — Я думаю, в этом есть зерно истины. — Взгляд зелёных глаз устремился на Эверарда.

— Возможно. Только этот груз должен быть соизмерим возможностям, иначе человека ждёт крах и падение в пропасть.

***

Перед западным крылом Императорского дворца царила тишина. Изабелла, собравшись с духом, взялась за протянутую руку Эверарда и как можно быстрее, но при этом сохраняя достоинство, вышла из кареты.

Как она и думала, все давно были внутри. Они прибыли последними. Девушка бросила на герцога недовольный взгляд. Теперь им предстояло предстать перед взглядом всех собравшихся. О, она уже представляла, какие поползут слухи. Изабелла ещё раз смерила Эверарда взглядом — ему-то точно всё равно. Напоследок оправила платье, одновременно пытаясь отогнать проклятое волнение.

— Прошу, леди Корт. — Эверард предложил ей руку.

Изабелла молча обвила его левую руку, и, поджав губы, двинулась к дворцовым дверям вместе с ним шаг в шаг.

Эверард с интересом наблюдал, как менялось лицо и походка девушки. Вот, в первую минуту перед ним молодая, немного своевольная девушка, а в следующий момент перед ним полная достоинства молодая аристократка, образец наследия древнего рода.

Стража и слуги перед дворцом не смели слишком откровенно их рассматривать, но Изабелла то и дело ловила на себе взгляды. Что же будет внутри?

Войдя в двери, они оказались в просторной светлой зале для приёма гостей, здесь дворяне ожидали своей очереди для входа, когда объявят об их прибытии.

Взгляд Изабеллы устремился на высокие створки из светлого орехового дерева, за которыми лежал праздничный зал. Она и сама не заметила, с какой силой сжала руку Эверарда.

Он опустил взгляд и тут же пожалел об этом. Его рука оказалась в плотном окружении девичьих прелестей, и сверху ему открывался невероятный вид на прижатые к нему пики. От их мягкости и эластичной податливости сводило скулы. Во рту пересохло от странной жажды.

Изабелла, не обращая ни на что внимания, сосредоточила всё внимание на следующих дверях, через которые им скоро предстоит пройти, казалось, уже слышала, как начинают объявлять их титулы. Сначала его — длинный и заковыристый, с перечислением всех владений, и её — короткий и понятный: графиня Корт.

— Леди Изабелла, — сказал Эверард. В ответ — никакой реакции. Он нахмурился, глаза под маской блеснули синим огнём. Она слишком переживает.

— Изабелла. — Он провёл тыльной стороной указательного пальца по её шелковистой щеке. Наконец, та встрепенулась. — Вам не стоит так волноваться, всё будет хорошо.

Девушка воззрилась на него, не понимая, что происходит: она просто стояла, может слегка задумалась, это правда, а он уже начал распускать руки. Что за невоспитанность! Она с праведной яростью уставилась на него, желая прожечь взглядом. Эверард выдержал его невозмутимо, а затем таким же взглядом указал ей на свою руку.

Изабелла, нахмурившись, посмотрела вниз и обомлела. О, Светлейший! Она прилипла к нему, как пиявка, как какая-нибудь девка из трущоб, наконец-то увидевшая билет в жизнь. Позор, какой позор. Всё, чему её учили, насмарку. Изабелла тихонько отстранилась от Эверарда, но по коже уже расползался жар смущения, и она погрузилась в раздумья, почему так произошло. Она не отрицала, что герцог, скорее всего, использует её, и никогда не бывает до конца откровенным, но, несмотря на всё это, она чувствовала себя в безопасности. «Неужели…» — она подняла на мужчину неуверенный взгляд.

Эверард в свою очередь вздохнул про себя: «Прекрасно, теперь она задумалась о чём-то другом».

Но вот двери распахнулись, и они вошли в бальную залу. Эверард выглядел как ни в чём не бывало, и Изабелла, совладав с собой, надела маску спокойствия и уверенности.

Зал встретил сначала оглушительной тишиной, которая постепенно стала заполняться тихими шепотками. Очевидно, их появление, да ещё и вместе, стало для многих сюрпризом. Особенно сейчас, когда по стране бродят слухи о бесчинствах демонов, появление людей, непосредственно связанных с ними, пусть и связь эта — смерть родных, вызывало интерес и беспокойство.

Изабелла чувствовала десятки взглядов. Заинтересованные, любопытные, были и безразличные, ощутила несколько презрительных. Интересно, от мужчин или от женщин?

Она медленно осмотрела залу и с удивлением обнаружила, что некоторые из мужчин смотрят на неё с опаской и немедля отводят взгляд, начиная переговариваться друг с другом. Она не могла понять причины, но узнавала многих из них — портреты большинства высшего дворянства были в книгах по истории Империи, которые ей дал для изучения Светлый Престол. Изабелла отметила, что Император с семьёй ещё не прибыли. Значит, Эверард был сейчас самым высокородным дворянином на данный момент, и им предстояло несколько напряжённых минут.

Особенно смелые и близкие к Императорскому роду стали подходить для приветствия. Изабелла шла рядом с Эверардом, периодически останавливаясь, чтобы поприветствовать того или иного дворянина и затем также неспешно продолжить путь по зале дальше.

— Нам придётся сделать круг почёта. — Эверард наклонился к ней, отчего у Изабеллы на мгновение перехватило дыхание. — Задача муторная, но необходимая. Как ваши впечатления от Осеннего бала?

Изабелла посмотрела в сторону, чтобы не встречаться взглядом с герцогом: не дай Светлейший, чем-нибудь себя выдать.

— Слишком много фальшивых улыбок и наигранной радости, — сказала она. — Думаю, многие здесь с радостью впились бы в глотку ближнему своему, чтобы заполучить больше преференций, богатств, или земель для своего рода. А так им приходится терпеть друг друга и вежливо улыбаться.

— Как и всегда, даже оказавшись на самой верхушке общества, человек остаётся человеком. Хотя, должен признать, многие из них всё-таки думают и о процветании Империи, — с лёгкой улыбкой в голосе сказал Эверард. — Не бескорыстно, конечно. Их благополучие завязано на величии Империи, на силе нашего Рода.

— Считаете, что люди не способны на чистые душевные порывы? — спросила Изабелла.

— Почему же? Способны, иногда люди поражают меня бескорыстием и честью. Даже аристократы. В особенности из Древних Родов, чьи предки учувствовали в войне. Столько самопожертвования и героизма не было ни в какую другую эпоху. — Эверард посмотрел на идущую с ним рука об руку девушку.

— И тем не менее вы не очень-то доверяете окружающим, — сказала Изабелла и с вызовом посмотрела на него.

Блеск изумрудных с золотом глаз на мгновение заворожил Эверарда.

— Только тем, кто в первую очередь руководствуется выгодой для себя, леди, — сказал он и добавил: — Вы к ним не относитесь.

— Я говорила не о себе, — парировала Изабелла, ей так захотелось топнуть или наступить кому-то на ногу, но она сдержалась и незаметно для окружающих ущипнула его за руку, постаравшись, чтобы вышло побольнее, но тот только усмехнулся. — И вообще, вы плохо меня знаете, Ваша Светлость. — Не желала сдаваться она.

— Неужели? Мне казалось, что мы познакомились с Вами уже достаточно близко. — И на её непонимающий взгляд он снова наклонился к ней и прошептал: — Вы, как-никак, побывали в моей постели.

Изабелла встала как вкопанная, утратив дар речи. Щёки запылали, а ноги начали подкашиваться.

— Ах вы! — вспыхнула она. — Да что вы себе позволяете! — прошептала разъярённо.

— Идём, не стоит привлекать к нам внимание, леди, — глазом не моргнув сказал Эверард и потянул её за собой. — Сейчас прибудет Император.

Изабелла, пылая от смущения и злости, быстро огляделась по сторонам. И действительно, за ними наблюдали десятки пар любопытных глаз. Но она не смогла удержаться и, чуть покачнувшись, будто на мгновение потеряла равновесие, с наслаждением впечатала каблук в ногу Эверарда — прямо по пальцам. Его удивлённый вздох послужил усладой для её ушей.

— Простите, Ваша Светлость, я оступилась. Так неудобно, — пролепетала она с невинной улыбкой.

***

Император вскоре прибыл, и Изабелла с сожалением провожала взглядом спину Его Светлости, когда тот оставил её в компании нескольких герцогов в годах, а сам отправился к Императорскому трону, чтобы встать по правую руку от Его Императорского Величества Генриха. Изабелла сперва удивилась, но потом поняла: кому, как не будущему Патриарху, занимать второе после Императора место в Империи, по крайней мере из здесь присутствующих.

Генрих в золотых церемониальных одеждах возвышался над всеми в зале, его рослая фигура сама притягивала взгляд, а исходящей от него ауре власти и силы хотелось беспрекословно подчиниться. Он начал свою речь поздравлением всех собравшихся с Днём основания Империи, говорил о том, что в будущем году всё будет лучше, чем в текущем, стоит только всем приложить к этому максимум усилий.

Дальше Изабелла не слушала — поняла, что будет простая праздничная речь: ничего ни об угрозе демонов, ни о демонопоклонниках Император говорить не будет. Девушка решила с большей пользой провести время и стала внимательнее осматривать залу. Она и сама не знала, что искать, но раз уж явилась на сборище всей знати Империи, то не мешало бы наладить связи и поискать недовольных Императорской властью. Конечно, по лощёным лицам дворян прочитать что-либо трудно — часы обучения этикету и умению держаться в обществе давали своё. Но ведь и она была одной из них, так что попытаться стоило.

Речь Императора заняла всего лишь минут десять, а Изабелла за это время успела разглядеть все первые ряды, хоть и пришлось делать это как можно незаметнее, чтобы не вызвать подозрительных взглядов, а то подумают, что наследница рода Корт позволяет себе выказывать неуважение Императору, нагло и злостно игнорируя того. Пару раз она ловила на себе взгляд синих глаз Эверарда, но предпочла проигнорировать и мужчину, и странную дрожь внутри.

Когда Император закончил речь, то повернулся к Эверарду и что-то сказал тому с улыбкой, после чего они вместе вышли из зала. Изабелла вздохнула с разочарованием — она не смогла заметить никого подозрительного, ничего выпадающего из правил приличия. Хотя чего она ждала на Императорском приёме? Вряд ли кто-то решится проявить даже малейшее неуважение к правящей семье.

Зазвучала музыка, и Изабелла приготовилась к неизбежному. Рано или поздно её кто-нибудь пригласит на танец, и с высокой долей вероятности этот кто-то будет молодым, целеустремлённым, намеренным во что бы то ни стало окольцевать молодую графиню. Она внутренне содрогнулась, представив целую толпу из страждущих до неё добраться. Особенно её занимали представители старых, но обедневших родов.

Но что удивило в последующие несколько минут, так это то, что вокруг неё собралась целая компания из герцогов и графов, все среднего возраста, и уж точно никто из них не искал себе пассию. Родовые супружеские кольца говорили об их семейном статусе. Все женаты. Больше всего недоумения вызывало, что все выказывали ей странное уважение и, выразив соболезнования по поводу кончины её отца, тут же переходили на отстранённые темы: образование, искусство, историю, и, что странно, экономику — казалось, их не остановить.

Изабелла с вежливым участием слушала каждого и в нужных местах выражала своё мнение короткой фразой либо лёгкой улыбкой. Её знаний экономики и ведения хозяйства было вполне достаточно для поддержания беседы, всё-таки годы обучения для управления целым графством не прошли даром. Только вот, чего же хотят добиться окружившие её мужчины?

За неспешной беседой прошло с полчаса. Начался первый перерыв в танцах, и музыка стала почти неслышной, звучащей на грани восприятия. Изабелла осмотрела зал и, к своему удивлению, заметила, как на неё бросают взгляды как мужчины, так и женщины. Она усмехнулась: собрала вокруг себя целое столпотворение из мужчин, и никто ведь не поверит, что они говорили всего лишь о торговле и экономике. Ну и демоны с ними.

Изабелла вежливо простилась с собеседниками и неспешно двинулась по залу, взяла бокал с фруктовым вином, только чтобы занять чем-то руки. Ещё на входе она приметила несколько уединённых альковов и как минимум три выхода на просторные балконы. Пожалуй, сейчас было самое время подышать прохладным воздухом первого дня осени.

***

Вечерело, и небо над столицей наливалось алыми красками, совсем скоро диск солнца коснётся линии горизонта и землю затопит море рубинового света. Никто так и не смог объяснить этот феномен, но людям это не мешало. Если раз в году вся Империя погружается в красное, кровавое море света, так уж пусть лучше это будет праздник, чем день страха и отчаяния перед тайной природы.

Изабелла оперлась о мраморные перила балкона и подставила лицо под свежие дуновения ветра. Закрыла глаза, чтобы яснее ощутить аромат уходящего лета, когда ласковая теплота сменяется ещё лёгким, почти нежным, но холодом. В бокале вина рядом с ней — небо, как алая бездна.

Вдруг за спиной раздался лёгкий девичий смех и мужские голоса. Изабелла с сожалением развернулась, её минутка покоя закончилась. Перед ней оказалась компания молодых людей и девушек, больше других внимание привлекал молодой человек, к которому кокетливо прижалась белокурая красавица в светлом платье и что-то шептала ему на ухо, украдкой бросая взгляды на Изабеллу. Лицо того осветила улыбка, и он неспешно двинулся к Изабелле.

А она тем временем пыталась вспомнить, где же видела этого человека.

— Леди Корт, какая честь. Позвольте представиться, Ливис Карвел, граф Пакрит. — Он склонил голову в приветствии.

— Рада познакомиться, граф Пакрит. — В глазах Изабеллы проскользнул холод узнавания, тем не менее она слегка поклонилась для соблюдения приличий.

— Я впервые вижу вас на приёмах, вы недавно в столице? — с улыбкой спросил граф.

— Примерно месяц. — Изабелла чуть склонила голову набок, с интересом рассматривая юношу напротив.

Граф с удивлением поднял брови:

— И вы ни разу не были на приёмах в столице? Неужели вы так любите уединение?

Изабелла должна была признаться, что тот был довольно симпатичен, но в его внешности ей виделась какая-то слащавость, а в жестах — самолюбование. «По сравнению с…» — она поспешно оборвала едва не пустившиеся вскачь мысли.

Пауза затягивалась, и она, наконец, сказала:

— Вас это так удивляет?

— Нет, что вы. Напротив, я рад что ещё есть леди, которые ценят уют и комфорт домашнего очага, — всё с той же улыбкой ответил граф, но Изабелла смотрела на него и видела лишь напыщенность и странную пустоту.

— Я тоже несомненно рада, что такие леди ещё есть, но с чего вы взяли, что я одна из них? — с лёгкой улыбкой спросила Изабелла. — Если я не посещаю балы и приёмы, это не значит, что я сижу в четырёх стенах, занимаюсь вышиванием, рисованием и музицированием, хотя, должна сказать, что иногда такое времяпрепровождение и доставляет мне удовольствие.

Ливис взглянул на неё с интересом, но в глазах читалась насмешка.

— Леди, я склоняю голову перед вашим характером, — улыбнулся он и картинно поклонился. — Я уверен, вы, в отличие от многих, со всей серьёзностью относитесь к обязанностям наследницы и сделаете всё для процветания своей земли, как и для сохранения доброго имени вашего рода. — Он с восхищением посмотрел на Изабеллу. — Побольше бы женщин, как вы, и в Империи наладились бы дела. Но управление настолько огромным куском земель — это такой неимоверный труд. Мне несказанно жаль, что такая ноша оказалась на ваших хрупких плечах. Несправедливо, когда подобное испытание достаётся столь молодой и красивой леди. В такие моменты, несомненно, ощущаешь себя один на один с враждебным миром, в полном одиночестве. Когда кажется, что окружающие совсем не понимают твоих переживаний, — вздохнул он, а Изабелла внутренне скривилась от фальши в его голосе.

— Я благодарна вам за сочувствие и такие искренние слова, лорд Пакрит. — Изабелла изобразила то ли книксен, то ли просто расправила складки платья, но со стороны никто не упрекнёт в нарушении правил приличия. — Вам всё же не стоит переживать за меня — моими землями сейчас распоряжается управляющий Его Величества, и, уверяю вас, делает он это по моей воле. Что же до одиночества, тут вы несомненно правы, но Вам не стоит беспокоится. Одна я уже не останусь. — Изабелла пристальным взглядом впилась в лицо мужчины, от чего тот нахмурился.

— Леди Изабелла, я всего лишь выразил участие. Прошу простить, если чем-то из своих слов расстроил вас. — Ливис как бы в растерянности развёл руками. — В качестве извинений позвольте пригласить вас на танец.

— Не стоит, лорд, я вовсе не обиделась, — улыбнулась Изабелла. — Прошу простить, но все мои танцы на сегодня уже заняты. Думаю, вам лучше будет вернуться к друзьям, они уже неимоверно вас заждались, как я посмотрю. — Она взглядом указала на группу перешёптывающихся дворян и, присев в книксене, отправилась обратно в бальную залу.

Ливис проводил девушку холодным взглядом, вежливая улыбка сменилась презрительно поджатыми губами. Он посмотрел на оставшийся стоять бокал вина на мраморных перилах, аккуратно поднял его — в тёмной жидкости играло заходящее солнце. Он с жадностью втянул ноздрями сладкий аромат и замер в наслаждении.

Голоса позади возвратили его из быстротечной неги, и по лицу пробежала тень, он отбросил бокал прочь. Пара тёмных капель упала на белый мрамор, а бокал исчез в темноте имперского сада. Мужчина, резко повернувшись, зашагал к говорливой компании, и ему не понравилось, как они неуверенно встречались с ним взглядом.

***

Изабелла вошла в зал. Со всех сторон на неё обрушились потоки голосов, а от пёстрых нарядов женщин зарябило в глазах.

Императорской четы в зале видно не было, и Эверард, наверное, всё ещё занят разговором с Его Величеством. Изабелла обвела взглядом зал в поисках знакомой фигуры и, не увидев его, вздохнула. Теперь начнётся самое тяжёлое: попытаться найти недовольных правлением Императора или неимоверно жаждущих власти и могущества, настолько, что и собственная душа — не цена.

Она уже определила с кого лучше начать. Не стоило строить из себя гения разведки и политики, поэтому в первую очередь — самое очевидное: дворяне Южного домена. Изабелла поморщилась, вспомнив встречу на балконе. Нужно будет узнать, где именно находится графство Пакрит. Название ей было не знакомо, значит, графство небольшое, а может, от этого титула только бумажка с пожалованием и есть. Но это позже. А пока она заметила статного мужчину в одеждах багрового цвета, вышитых серебром, и с его плеча на грудь уходила перевязь герцогского знака. Девушка двинулась в сторону Его Светлости, герцога Кэдвина.

Она была уже на полпути, когда кто-то резко схватил её за правую руку. От вскрика спасло только воспитание и привитое умение держать себя. Изабелла проводила взглядом удаляющуюся фигуру герцога. Упустила такую возможность. Она резко обернулась, в то же время попытавшись рывком освободить руку, но держали её крепко.

— Значит, вам по нраву мужчины постарше. Так, леди Корт? — Злобно процедил мужской голос.

— Лорд Пакрит! — сквозь стиснутые зубы прошипела Изабелла. — Какого… Что вы себе позволяете? Отпустите немедленно.

— И не подумаю. — В ответ он рывком привлёк её к себе, а зал, как назло, наполнила музыка. — С вас причитается танец, леди.

— Какой ещё танец? — Изабелла снова попыталась вырваться, но мужчина держал крепко. Удалось только втиснуть левый локоть между собой и грудью мужчины. — Вам я никаких танцев не обещала уж точно.

В глазах мужчины вспыхнул гнев.

— Выходит, обещали себя богатым старикам и бастардам без роду и племени, а? — прохрипел он. — Нет, моя дорогая, сегодня вы будете моей.

— Да, что на вас нашло? — Изабелла с изумлением воззрилась на этого спятившего. Ещё несколько минут назад его голова была в полном порядке, а сейчас он походил на рехнувшегося мужлана.

— Не прикидывайтесь, леди. — На скулах Ливиса играли желваки, он будто выдавливал каждое слово. — Вы ведь уже встречали меня раньше, не так ли?

Её взгляд сразу показался ему странным, словно она пыталась вспомнить его, но он-то бы уж точно запомнил такую девушку с первого раза. А самое главное, в её взгляде не было ни восхищения, ни интереса, присущих юным девицам при знакомстве с ним, ни заинтересованного оценочного взгляда девушек постарше. Точно вердикт уже был вынесен, и она просто наблюдала за тем, как он пытался произвести на неё впечатление. О, несомненно, внутри она потешалась над ним, считала за очередного повесу.

— Отпустите меня, — со всей возможной жёсткостью и холодом сказала Изабелла, попыталась освободиться ещё раз, но безрезультатно. Крепкие руки мужчины держали её, как оковы.

Ливис бросил взгляд по сторонам: не привлек ли он чьё-либо внимание? Но нет, все были сосредоточены на танце в центре залы. На пару в «объятиях» никто не обращал внимания.

— Пойдёмте, леди. — Ливис повелительно потянул девушку за собой.

— Куда вы меня тащите? — прошипела Изабелла, она пыталась вырваться и при этом не привлечь слишком много внимания, иначе её репутация будет испорчена. Этого она допустить не могла, только не сейчас, когда она и есть лицо и дух рода Корт. Её достоинство — достоинство рода.

— Туда, где нам никто не помешает. — Ливис усмехнулся. Он крепко обнял девушку за талию, ощутив под ладонью тепло тонкого, стройного девичьего тела. Дыхание сбилось от огня предвкушения.

— Да что вы себе позволяете! — Изабелла дёрнулась в сторону от мужчины, но цепкие руки не выпустили добычи. Девушка с отчаянной яростью заметила, что они всё ближе к одному из альковов, каждый из которых был изолирован от внешнего мира. Стоит оказаться внутри, как никто не услышит и звука, не услышит её крика. Изабелла в отчаянии соображала, как выпутаться из этой ситуации и при этом сохранить достоинство. У неё будет только один шанс, перед тем как они окажутся перед входом в альков, когда мужчина будет считать, что уже у цели, что уже добился своего. Тогда у неё появится шанс.

Ливис ощутил, что девушка в его руках успокоилась и с презрительной усмешкой посмотрел на сдавшуюся жертву. Ещё раз он одержал победу. Всё оказалось проще, чем он думал. Ещё ни одна из них не решилась устроить скандал на виду у людей. Глупые, наивные дуры. Пекутся о репутации, а у самих даже нет сил постоять за себя. О каком достоинстве говорить, если у тебя нет уверенности и решимости защитить себя. Хотя, опять же, он тщательно выбирал женщин, тех кого хотел сломить, у них не было и шанса.

Никто так и не обратил внимания на пару молодых людей. До алькова оставалось всего каких-то пару метров. Изабелла поняла, что время действовать пришло. Решительные вдох и выдох, чтобы собраться с силами. Мужчина посмотрел на неё, и Изабелла встретила его взгляд. В её глазах сверкала холодность и насмешка.

— Вы спрашивали, видела ли я вас? — улыбнулась она, надев маску ледяной надменности и презрительного высокомерия. В глазах мужчины появился интерес, и он замедлил шаг. — О, я прекрасно рассмотрела, как вы валялись посреди улицы, словно полное ничтожество, вместе со своими друзьями. — Её губы изогнулись в презрительной, желчной усмешке. — Признаться, вы так нелепо пролетели над землей, дрыгая своими… членами, что я подумала, вы пытались воспарить, аки птица, но в итоге рухнули головой прямо в грязь. Такая неприятность. — Изабелла пару раз цокнула с сожалением.

Лицо Ливиса исказилось, и глаза налились кровью.

— Значит, это всё-таки была ты. А я сначала и не поверил, когда они сказали, что видели тебя, — прохрипел он. — Шлюха! — Он резко развернул девушку к себе, от чего Изабелла рассерженно зашипела. Он с такой силой сжал её руку, что показалось, будто он раздавил мышцы и схватил её прямо за оголённую кость. — Говори, кто он. Этот гад как сквозь землю провалился. Говори, куда забилась эта тварь.

Изабелла в ответ только сверкнула глазами. Ничтожество выведенное из себя. Он что не видел, кто стоял рядом с Императором? Небось, пожирал женщин своими мерзкими глазами. Или ему на столько плевать на Императорский Род? Безглазый и безмозглый идиот.

— Размечтался! — Она резко рванулась, но не прочь, а, наоборот, к нему, будто ныряя глубже в объятия, со стороны так и могло показаться. Но этого хватило, чтобы сместить центр тяжести мужчины, и тут она со всей доступной силой заехала коленом ему промеж ног. Глухой стон, полный боли и удивления, прозвучал как услада для её ушей. Изабелла рванула правую руку, ту, что в захвате, на себя, одновременно левой нанося удар ему в горло. Но проклятый гад смог совладать с болью, пронзившей его тело, и уклониться, приняв удар на плечо.

— Неплохо, — прохрипел он, с силой хватая девушку за правое запястье. — Совсем неплохо для благородной леди, — выплюнул он, — прямо как портовая девка.

— Что, кто-то из них тоже заехал тебе в межножье? Ничтожество, — Изабелла прорычала, как раненная волчица.

Ливис пронзил её взглядом полным ненависти, и рванул на себя, увлекая ко входу в альков. Изабелла с силой забилась в его хватке, ей уже было всё равно, увидят её или нет, станет она посмешищем или нет, будут на неё смотреть с осуждением или жалостью.

— Отпусти меня, — прохрипела она, изо всех сил пожелав, чтобы державшая её рука оторвалась от тела графа, рассыпалась прахом, чтобы её просто не стало. В этот момент Изабелла не заметила, как вспыхнул зеленью её взгляд, и точно так же сверкнули глаза маленького дракона на её предплечье. Резкое движение, невидимое глазу, и оживший дракон вонзил жало хвоста прямо в руку мужчины, пронзая плоть до кости.

Ливис взревел от боли и отдёрнул руку, всё-таки выпуская добычу из рук. Он со страхом и изумлением воззрился на стального дракона, обвивающего руку Изабеллы, зверь крепко держался когтистыми лапами, но так аккуратно, что на нежной бледной коже не было ни следа, ни царапины. Хвост зверя взвился вверх, как у скорпиона, открывая на обозрение острое окровавленное жало. Изумрудные глаза с гневом смотрели на мужчину. Из хищной пасти раздавалось гневное шипение. Он был готов к рывку, казалось, стоит отдать приказ, и дракон со всем неистовством вопьётся во врага.

Изабелла обмерла и с оцепенением смотрела на появившегося откуда ни возьмись дракона. Дракона на её руке. В голове пролетали несвязные мысли о том, как обращаться с дикими животными: замереть на месте или убегать, кричать, звать на помощь или молчать. Но вспомнила, как Эверард надел браслет ей на руку, вспомнила его взгляд, и по телу разлилось странное спокойствие.

— Тварь! Что это за тварь? — прорычал Ливис, судорожно хватаясь за раненную руку, он пытался остановить кровотечение, при этом не спуская глаз с шипящего змея.

— Кто здесь тварь, нужно ещё посмотреть, — прохрипела Изабелла, от волнения горло сдавило, но разгневанный клёкот змея успокаивал и придавал сил.

— Убью! — Глаза мужчины заволокло кровавой пеленой ярости.

Он рванулся вперёд, и Изабелла со вскриком отшатнулась назад, а зверь на её руке, ощерив пасть, сжался тугой пружиной, приготовившись вцепиться в противника.

Граф успел сделать два шага, как перед ним соткалась прозрачная стена, и он со всей силы врезался в неё, и по уплотнившемуся воздуху разошлись волны, как по водной глади.

— Я не знал, что нравы столицы опустились до такого уровня. — Раздался низкий голос, в котором чувствовалась холодная ярость. — Даже варвары юга не докатились до того, чтобы нападать на женщину, тем более — прямо под взором Императора.

При звуке этого голоса внутри Изабеллы само собой появилось странное спокойствие, словно, что бы ни произошло, всё будет в порядке. Она повернулась в сторону герцога и с радостью посмотрела на мужчину в чёрном с серебром одеянии, только теперь она заметила, что драконы на его рукавах очень похожи на того, что сейчас вцепился в её руку, смотрел на герцога и радостно щебетал, что-то понятное ему одному.

— Эверард, — со вздохом облегчения произнесла Изабелла, но она ощутила на себе его пристальный взгляд, и щеки вспыхнули огнём. Отвернулась, но лучше от этого не стало — как минимум половина залы наблюдала за ними.

— Ты! Это ты, ублюдок! — яростно просипел Ливис. — Что, надоело прятаться? Решил показаться? В рыцаря сыграть? — Он чувствовал на себе взгляды дворян, но почему-то это не останавливало. Гнев, смущение, стыд — всё приводило его в ещё большее бешенство, и он не заметил, как от его слов весь зал замер, как по команде.

Изабелла бросила гневный взгляд на Ливиса, так и хотелось взять и придушить мерзавца.

— Вы в порядке? — спросил Эверард у Изабеллы, не обращая ни на что внимания, он и сам не заметил, насколько мягко прозвучал его голос. Настолько, что из Изабеллы начисто вышибло все гневные мысли и она с удивлением воззрилась на герцога.

Пламя синих глаз мерцало, затягивая Изабеллу, увлекая за собой. Ещё чуть-чуть, и она, подобно какой-нибудь деревенской простушке, встала бы с открытым ртом на глаза у всего высшего дворянства Империи, но вспомнила, что её вроде бы о чём-то спросили.

— Да. Да, со мной всё в порядке, — ответила, смущённо опустив взгляд в пол. Щеки продолжали нестерпимо полыхать.

— Хорошо, — сказал Эверард и перевёл взгляд на серебряного дракона, который успел незаметно перелезть с руки на плечи девушки и, устроившись там, как заправский кот, урчал, свесив хвост, жало на его конце уже впитало кровь и поблескивало хищным металлом. — Молодец, — похвалил он голема.

Затем Эверард повернулся к молодому графу, которого до этого игнорировал напрочь, и воздух сгустился от напряжения, казалось, вот-вот во все стороны хлынут потоки молний, как в самый грозный шторм.

— Стоит отдать должное, как вас там?.. Вы первый, кто посмел назвать меня ублюдком и сказать об этом мне в лицо. Воистину, смелость достойная должной награды, — с презрением процедил Эверард.

К этому моменту воздух вокруг Ливиса уплотнился настолько, что ему стало трудно дышать, горло сдавило, и он попытался двинуться, но невидимые путы приковали к месту. Выражение лица резко сменилось с разгневанного на недоумённое, растерянное, по щекам поползла мертвенная бледность — он, наконец-то, осознал, что совершил глупость, смертельную глупость. Его глаза в отличие от остального тела все ещё могли двигаться, и он только сейчас увидел странные выражения на лицах собравшихся, как будто они смотрели на что-то неприглядное, достойное презрения.

Вдруг давление стало настолько большим, что Ливис не удержался на ногах и с немым возгласом упал лицом в пол, растянувшись во весь рост. Боль пронзила его от макушки до пят, что-то хрустнуло, и во рту появился солоноватый металлический привкус.

Эверард приблизился к распластанному телу и пинком перевернул его на спину. Глаза графа Пакрита смотрели с ужасом непонимания, губы шевелились в немом вопросе. Он так до конца и не осознал, чем заслужил всё это. Попытался взглянуть в сторону, ему хотелось завопить, попросить о помощи, но все просто смотрели на него, и никто не решился ни заступиться за него, ни отвернуться.

Глаза Эверарда блеснули синим пламенем и давление на графа усилилось настолько, что по залу прокатился отвратительный треск рёбер вперемешку со странным булькающим хрипом — изо рта графа заструилась кровь.

— Ваша Светлость, — невольно вскрикнула Изабелла. Она хотела, чтобы мерзавец получил по заслугам, но видеть, как того калечат и убивают прямо у неё на глазах было страшно.

Эверард бросил быстрый взгляд на Изабеллу и нехотя ослабил нажим.

— Лорд Вастрид! — От его мощи затрещали стены.

Из рядов собравшихся выступил полноватый мужчина средних лет с редкими волосами на шарообразной голове, по мертвенно-бледному лицу струился пот. Взгляд серых глаз был прикован к лежащему на полу молодому графу.

— Ваша Светлость. — Мужчина склонился в поклоне.

— Поведение, недостойное дворянина, прилюдное оскорбление Имперского Рода и проявление неуважения к Императору. — Холодный голос Эверарда разнёсся по зале. — Вы помните, какое за это следует наказание, лорд?

От каждого последующего слова голова лорда Вастрида опускалась всё ниже и ниже, пока, наконец, он не упал на колени.

— Прошу снисхождения, Ваша Светлость. Прошу Ваше Светлейшее Высочество проявить милость. — Со скорбным вскриком мужчина коснулся лбом пола. — Прошу сохранить жизнь. — Ещё один поклон.

— Всё будет по усмотрению Его Светлости, герцога Нортрома. — По залу прокатился глубокий величественный голос.

Изабелла осмотрелась, но не увидела в зале Императора, по спине прошёлся лёгкий холодок, и она вздрогнула: почудилось, что за ней следит чей-то невидимый взгляд, или ей уже просто мерещиться опасность в любой ситуации, хотя не каждый день её хотят затащить в тёмный угол, чтобы надругаться над ней, если не что похуже.

Лорд Вастрид мертвенно бледный невидяще смотрел в пустоту, выглядело так, будто он не мог поверить, что теперь его род войдёт в анналы истории с опороченной честью.

— Вы не ответили на мой вопрос, лорд, — спокойно сказал Эверард, словно бы он и не заметил голос Императора.

Мужчина моргнул и уставился во все глаза на Эверарда, в них сквозило отчаяние, страх и глубоко спрятанная ненависть. Герцог на это лишь усмехнулся. Его взгляд холодным пламенем прожигал само нутро лорда Вастрида.

— Что же вы молчите, лорд?

— Смерть. — Тяжело сглотнул Вастрид. — Смерть виновного и казнь членов рода его.

Эверард продолжал пристально смотреть на склонившегося мужчину, серебряная маска отражала бледное исказившееся лицо.

— Ваше решение, лорд.

***

Лорд Вастрид закрыл глаза, он с такой силой сжал кулаки, что побелела кожа.

— Я Восэл Карвел, маркиз Вастрид, глава рода Карвел, изгоняю Ливиса Карвела, графа Пакрит, из рода Карвел. — Он впился взглядом в маску Эверарда. — С этого момента его судьба не имеет ничего общего с родом Карвел, как и судьба рода не имеет ничего общего с человеком по имени Ливис, — на одном дыхании произнёс лорд Вастрид. Лицо его закаменело, и он не взглянул, не осмелился взглянуть в сторону лежащего на полу бывшего графа, который с ужасом и беспомощным отчаянием наблюдал за происходящим. Вдруг давление на его горло ослабло.

— Отец, — только и смог выдавить из скованного горла Ливис. От звука этого голоса лорд Вастрид содрогнулся, как от удара хлыста, но затем медленно, с усилием поднялся на ноги, всё также пристально глядя на Эверарда.

— Ваша Светлость, удовлетворены? — едко спросил лорд Вастрид.

— Нет, — холодно ответил Эверард, от чего на полных щеках лорда проступили желваки. — Но закон есть закон. Уберите с глаз долой это недоразумение. — Он махнул рукой, и около распластанного Ливиса внезапно появились два Императорских гвардейца в серебряных доспехах. Они ловко подхватили обессилевшее тело под руки и с невозмутимым видом потащили его по полу прочь.

— Всего доброго, лорд Вастрид, — невозмутимо сказал Эверард.

— И вам, Ваша Светлость, — прохрипел в ответ маркиз и, развернувшись, спешно направился к выходу.

Эверард посмотрел в сторону Изабеллы, но девушки там уже не было. Мгновенно в поисках раскинул ментальную сеть и, убедившись, что она в безопасности и голем при ней, быстро двинулся прочь из залы. Гнев внутри требовал действий.

***

Изабелла с хмурым видом медленно шла по внутреннему саду Императорского дворца. Дракон расслабленно растёкся по её плечам, точно довольный кот.

— Вот негодяй, — рассерженно проворчала Изабелла, дракон вопросительно поднял голову. — Хозяин твой, кто ещё. Как всё хорошо сложилось, а? Сначала откуда ни возьмись приглашение отправиться на бал, затем он вручает мне тебя, исчезает посреди приёма вместе с Императором, а потом. — Она на мгновение замолчала. — Бездна, даже вспоминать не хочется. И всё так вовремя, как по написанному. Скажешь, нет? — Дракон же в ответ поудобнее улёгся, будто говоря, что было, то прошло. — Легко тебе, — улыбнулась девушка и осторожно погладила зверя под вытянутой челюстью, а тот замурчал, словно был он из меха, а не стальной чешуи.

***

Массивная дверь распахнулась с такой силой, что врезалась в стену да так там и осталась.

— Эверард! — раздался громогласный окрик Императора. — Что это значит?

— Что за дурацкий вопрос, Твоё Величество, — яростно процедил Эверард. Сейчас один его вид внушал страх. Из прорезей маски вырывались языки синего пламени, а фигуру окутывали клубы чёрного дыма. Стоило ему войти, как в воздухе в диком танце закружились тени. Стены, покрытые защитными плетениями, и те пошли тонкими трещинами.

— Уймись, ей ничего не грозило, — как можно спокойнее сказал Император, но на всякий случай поудобнее положил руки на стол и откинулся в кресле, готовый действовать в любой момент: взрывная природа племянника была для него сущим наказанием.

— Я знал, что ты задумал свой очередной великий план, но подпустить к ней насильника. — Эверард с гневом смотрел на Императора, все силы уходили на то, чтобы сдержать рвущуюся изнутри силу. — Это слишком. Даже для тебя.

— Повторяю, Изабелле ничего не грозило. Всё было под контролем. Возможно, наш агент несколько перестаралась с «мотивацией» мерзавца, но мои люди не спускали глаз с леди Корт ни на секунду.

— Я дал слово, что с ней ничего не случится, — глухо сказал Эверард. — И первый, кто поставил под сомнение это обещание, буквально растоптал его — брат моего отца. Если ты не считаешь нужным учитывать моё мнение, то я наведу порядок собственными силами, — предупредил он. Ярость утихала, медленно превращаясь в ледяную решимость.

— Не смей! — Император с силой ударил по столу. — Хватило и прошлого раза. Все эти крысы забились в свои норы на пять лет, но что потом? Они расползлись по всей Империи, стража замучилась их вырезать. — И добавил спокойнее: — А теперь мы сможем выманить нескольких главарей, не думаю, что они будут сидеть и безучастно смотреть, как сына одного из их самых ярых сторонников заточили, чтобы казнить.

— Не обязательно было прибегать к такому способу. — Глаза Эверарда пылали. — Ты должен был посоветоваться со мной. Или не мне ты дал полномочия по борьбе с угрозой демонов?

— Мог бы и посоветоваться, но мы оба знаем, какой ответ ты бы дал. А так — никто не пострадал, и результат проявится намного скорее. — Император примирительно развёл руками.

— Иногда мне кажется, ты слишком долго сидишь на этом троне, дядя. — Эверард пристально посмотрел в глаза Императора. — Надеюсь, ты не забываешь, что важен не только результат, но и то, как ты достиг его, иначе скоро мы будем неотличимы от наших южных соседей.

— Я всё ещё сижу на этом троне, потому что меня некем заменить, — покачал головой Генрих. — Можешь помочь мне и поплотнее заняться воспитанием младших, тогда одной проблемой будет меньше.

— Они уже давно готовы нести ответственность и за себя, и за Род. Дай им возможность проявить себя, и я уверен, они докажут, что Империя окажется в надёжных руках. — Эверард развернулся и направился прочь из кабинета. — И помни: в твоих интригах Изабелла пострадать не должна. Демонами же займусь я.

***

Изабелла стояла на берегу небольшого пруда, она и не заметила, сколько прошло времени, только потемневшее небо в водной глади, говорило, что наступает вечер. Вот и прошёл ещё один день, а она едва ли приблизилась к разгадке смерти отца, хотела всего лишь познакомиться с лордами южного Домена, но и это не удалось.

Подул прохладный ветер, Изабелла тяжело вздохнула, и в щёку ей упёрся холодный нос дракона, потёрся и запыхтел. А она следила за расходящейся по воде рябью, и настроение понемногу улучшалось. Пусть сегодня её постигла неудача, но завтра будет новый день. Главное — не опускать руки и двигаться к цели.

— Леди Корт. — Внезапно за спиной раздался женский голос, погружённая в мысли Изабелла от неожиданности вздрогнула и развернулась.

Женщина перед ней в золотых с серебром одеждах была неопределённого возраста. Изабелле показалось, что ей могло быть и тридцать, и сорок лет, хотя на лице не было ни одной морщинки: гладкая кожа с лёгким румянцем, как у юной девушки, но глубокие тёмные глаза говорили об умудрённой опытом женщине. Изабелла подумала, что даже её собственная красота не идёт ни в какое сравнение. В добавок к обворожительной внешности и женственности вся фигура этой леди лучилась внутренней силой и достоинством.

— Ваше Величество. — Изабелла склонилась в глубоком реверансе. Сначала она не осознала, кто перед ней, но догадаться было не сложно. Императрица Луиза не любила светских мероприятий и по большей части оставалась во внутренней части дворца, где для её нужд было отведено специальное крыло, из глубины которого она незримо управляла светской жизнью столицы и всей Империи.

— Оставьте, леди Изабелла, — с улыбкой сказала Императрица, — мы, можно сказать, почти одна семья.

Изабелла от таких слов даже равновесие потеряла и чуть не растянулась на земле, не успев встать прямо после реверанса.

— Ваше Величество? — растерянно спросила она, во все глаза уставившись на женщину, та в ответ лишь продолжила тепло улыбаться, только в тёмных глазах блестели хитрые огоньки.

— Роумел и Алисия практически росли у нас с Генрихом на глазах, мне жаль, что вашу семью постигли такие несчастья. Примите, мои соболезнования, леди Изабелла, — со вздохом сказала Императрица.

Изабелла сперва растерялась, но, опомнившись, склонилась в поклоне:

— Благодарю, Ваше Величество.

— Мне стало известно, что во время приёма с вами произошёл… — Императрица замолчала, подбирая слова. — Неприятный инцидент. — Изабелла вздрогнула. Да уж, инцидент, и уж точно неприятный. — Эверард не знал об этом, — ни с того ни с сего заявила Императрица, на что Изабелла воззрилась на ту с изумлением и растерянностью.

— Ваше Величество? — нетвёрдо произнесла Изабелла, а щёки охватил жар да такой, что даже уши стали пунцовыми.

— Это была идея Генриха, — как ни в чём не бывало продолжала Императрица, казалось, она и не замечает, что девушка напротив хотела провалиться сквозь землю. — С ним уже провели беседу, что не гоже играться с репутацией благородной леди, в особенности, близкой Нам.

Изабеллу словно холодной водой облили, постаралась взять себя в руки — редко, когда тебе прямо в лицо говорят, что тебя использовали как разменную монету.

— Но зачем? — растерянно спросила она и поспешно добавила: — Ваше Величество.

— Что-то связанное с демонами, — повела плечами Императрица. — Можете позже спросить у Эверарда, уверена, он знает больше.

Её Величество окинула Изабеллу тёплым взглядом.

— Что ж не буду мешать вам наслаждаться уходящей красотой лета, — сказала она, как показалось Изабелле, с чувством выполненного долга. — Вам всегда рады во дворце, леди Изабелла. Всего доброго.

— Весьма признательна, Ваше Величество. Всего наилучшего и Вам. — Изабелла снова склонилась в реверансе и потом ещё несколько долгих мгновений смотрела вслед удаляющейся фигуре.

***

Эверард нашёл Изабеллу на одной из тропинок дворцового сада. Девушка с любопытством рассматривала деревья с ветвями, клонившимися к ней и образовывающими подобие арочного прохода. Время от времени она поглядывала на беззаботно стрекочущего на её плече металлического дракона.

Она обернулась внезапно, словно ощутила, что за ней наблюдают, но, увидев, кто это, Изабелла поспешно отвела взгляд. Эверард на это недовольно хмыкнул и направился к девушке.

Лучи заходящего солнца просвечивали сквозь листву деревьев, а прохладный ветер шелестом создавал чудную магическую атмосферу.

Взгляд Эверарда был прикован к стройной фигуре и к бледному лицу, на котором тени создавали замысловатые рисунки: в одно мгновение, казалось, что перед ним молодая радостная девушка, но вот следующее мгновение — тени меняют узор, и перед ним таинственная холодная незнакомка. Глаза под серебряной маской замерцали таинственным светом, похоже, сознание сегодня решило сыграть с ним злую шутку. Он теряет самообладание уже третий раз за день. Два раза от гнева, и вот сейчас, самому непонятно от чего. Только сердце гулко ударилось о рёбра вместе с желанием схватить девушку в охапку, отнести в замок и запереть там, чтобы никуда не делась. Так спокойнее.

Эверард усмехнулся сам себе, вот же мысли лезут в голову. Будто настоящему дракону. Он быстро утихомирил разбушевавшийся ум и поспешил успокоить ауру, а то Изабелла уже начала обеспокоенно смотреть на него, заметив пылающие глаза и сгустившиеся у ног тени.

Она встретила его пристальным взглядом изумрудных глаз, очевидно, уже успев овладеть собой. Эверард мимолётом посмотрел на растянувшегося на плечах девушки голема, от чего тот поежился и торопливо пополз по руке девушки вниз, где у запястья превратился в жидкий металл и замер серебряным наручем. Изабелле лишь оставалось с лёгким разочарованием наблюдать, как её ещё недавний союзник так быстро дезертировал перед хозяином.

— Знаете, я хотела закатить вам истерику. — Глаза Изабеллы блеснули.

— И что заставило вас передумать? — Эверард чуть склонил голову, встретив этот взгляд.

— То, что у вас хорошие союзники, Ваша Светлость, — улыбнулась она.

— Вот как. И кто же, позвольте узнать?

— Прошу вас, герцог, — с укоризной сказала Изабелла. — Я, конечно, не последняя леди Империи, но, чтобы со мной объяснялась лично Императрица, такого я не заслуживаю ни по статусу, ни по положению в обществе.

— Даже так, — задумчиво сказал Эверард. Вмешательства Императрицы он не ожидал, но если это облегчит его задачу, то почему бы и нет. — Я приношу вам свои извинения, леди Изабелла. По моему недосмотру вы подверглись опасности. — Он пристально посмотрел на девушку. — Я догадывался, что Император задумал какую-то схему, но не знал, что она связана именно с вами. Больше такого не повторится.

Вся его фигура выражала непреклонность и решимость, хотя он и сам не понимал до конца, почему с такой серьёзностью отнёсся к произошедшему: реальная опасность девушке не грозила, да ещё и не такие операции приходилось проворачивать. Но мысль о том, что она могла пострадать, пусть и теоретически, вызывала странное беспокойство. Неясный инстинкт зверем бился внутри, и Эверард не знал, кому он принадлежит: человеку, дракону или демону. Сущность в самой его глубине не желала видеть, как золотистые искры в изумрудных глазах померкнут от недоверия и тревоги.

Изабелла взглядом впилась в мужчину да так, будто бы хотела наброситься на него, сорвать маску и убедиться, что он говорит серьёзно. Губы Эверарда сами собой растянулись в улыбке, и она поняла это, то ли по взгляду, то ли по изменившейся атмосфере вокруг. Где-то вдалеке зазвучала музыка, или ей это просто померещилось.

— Светлейший с вами, — махнула рукой Изабелла. — В этот раз я вам поверю, — сказала она тоном обиженного ребёнка.

Эверард неожиданно рассмеялся тихо, легко. Изабелла в шоке уставилась на него. Очевидно, могущественный мрачный маг, готовый испепелить первого встречного за любое неосторожное слово, совсем не вязался у неё с этим беззаботно смеющимся мужчиной.

— Разрешите пригласить вас на танец, леди Изабелла? — С ярко мерцающими глазами предложил Эверард.

От такого Изабелла замерла, чуть было рот не раскрыла.

— Что простите?

— Танец, леди. — Эверард протянул ей руку. — Соизволите ли вы?

— Прямо здесь? — Изабелла осмотрелась по сторонам. Ветви деревьев смыкались над ними, а начинающиеся сумерки скрывали окружение, и казалось, за стеной из стволов деревьев начинался другой мир.

— Почему нет? — Эверард на шаг приблизился к девушке, и теперь они были практически вплотную друг к другу. Ещё немного, и она очутится в его объятиях. Он видел, как бледные щёки вновь окрасились румянцем, который в вечерней атмосфере создавал загадочное чувство. — Здесь нет лишних глаз, нам никто не помешает и не осудит.

— Что вы такое говорите! — воскликнула Изабелла, с тревогой оглядываясь. — Замолчите немедленно. Если вас кто-нибудь услышит… — зарделась она. — Вы что, смерти моей хотите? — и яростно взглянула на Эверарда.

Её взгляд вкупе с огнём смущения на нежной коже возымел совершенно противоположный эффект. Эверард правой рукой обхватил девушку за талию, властно привлекая к себе, а левой овладел её правой ладонью. Сладкий аромат будил в нём что-то древнее, неподвластное ему.

— Всего лишь танец, — хриплым голосом сказал Эверард замершей в его объятиях девушке. — Ничего больше.

«По крайней мере, не сейчас,» — добавил он про себя и двинулся в медленном танце, а Изабелла, всё ещё в шоке от такой внезапной близости, последовала за ним. Всё, что она могла делать, так это неотрывно смотреть в пылающие глаза мужчины, ведущего её.

Они не заметили тихой музыки, звучащей точно в ритм их танца. Несколько мгновений — и две фигуры слились, следуя за мелодией. Они то сближались, то удалялись друг от друга, но никогда не разделялись. Между ними установилась странная гармония. Сначала вёл мужчина, но в какой-то момент вперёд выступила девушка, сначала неуверенно, нерешительно, но, видя одобрение в огненных глазах, полностью отдалась танцу. И так они сменяли друг друга без счёта, пока на небе вовсю не засияли звёзды, призрачным серебристым светом пробиваясь сквозь кроны деревьев, чтобы осветить застывшую в объятиях пару.

Глава 13

Ну вот, а ты переживал, братец, — задорно усмехнулся Его Высочество, принц Николас. В руках он держал резную шкатулку из тёмного дерева. — Всё вышло, как нельзя лучше. Наверное, и матушку привлекать не стоило. Думаю, он не будет против, как думаешь?

— Откуда мне знать, — пожал плечами Его Величество, Принц Георг. — Твоя идея — тебе и отвечать.

— Но всё ведь вышло, как нельзя лучше. — Николас взглянул на брата. — Я не виноват, что старик придумал такую аферу. Я всю голову свернул, как свести последствия к минимуму. Вроде бы вышло неплохо, да? — Он крепко сжал заветную шкатулку: пришлось применить весь свой арсенал, чтобы выманить её у матери.

— Ты хочешь, чтобы я уверил тебя, что тебе ничего не грозит? — Георг посмотрел на младшего, приподняв бровь, отчего тот смешался на мгновение.

— Я всё сделал правильно, — с праведным лицом сказал Николас, но голос его при этом подрагивал. — Иначе они бы ходили вокруг да около, ещё Светлейший знает сколько времени. А так, вот уже почти — почти. Эх, — вздохнул он, — если бы не такая сильная ментальная защита, они бы уже свадьбу играли. — Принц понурил голову.

Георг молча посмотрел на Николаса, иногда он с трудом осознавал, что вот этот помешанный на проказах и сплетнях малец с горящими глазами — его кровный брат и будущий глава тайной стражи.

— Твоё счастье, что всё закончилось хорошо, все довольны и счастливы. Если бы всё зашло хоть на шаг дальше, то не поздоровилось бы всем. Особенно прямым зачинщикам, — Георг с намёком посмотрел на брата. — Ты прекрасно знаешь характер Эверарда, он ненавидит, когда его к чему-то принуждают или влияют на его действия и выбор.

По телу Николаса пробежала нервная дрожь, он даже обернулся на всякий случай проверить не появились ли вдалеке пылающие праведным гневом синие глаза.

— Ладно, — тряхнул он головой. — Дело сделано. — Он с лисьим прищуром посмотрел на Георга. — Старшего мы устроили, за Род можно не переживать. Теперь твоя очередь. — Его губы растянулись в предвкушающей улыбке. — Матушка будет вне себя от радости, когда узнает, что теперь ей можно подбирать кандидатуры для тебя.

Георг от слов брата скривился. Обещание заняться поиском спутницы по принципу старшинства. Он помнил об этом, да и матушка не забывала неустанно напоминать. И вот теперь это решение ударило по нему в самый неподходящий момент, прямо посреди противостояния с демонами. Для их матери это было всего лишь незначительным осложнением. Подумаешь, какие-то демоны. Продолжение Рода должно стоять на первом месте.

— Рано радуешься, брат мой, — сказал Георг, из-под нахмуренным бровей его глаза с мрачной готовностью смотрели на младшего, отчего тот замер на месте. — Теперь и твоя очередь стала на шаг ближе. Матушку ты знаешь, так что готовься. — С этими словами он двинулся дальше, оставив брата в немом удивлении смотреть вслед, а внутри разлилась теплота удовлетворения.

***

Восэл Карвел, маркиз Вастрид, тяжело ввалился в двери своего особняка. И моментально к его руке изо всех сил прижалась заплаканная худая женщина средних лет, в молодости она, без сомнений, была прекрасна, но сейчас её лицо кривилось от внутренней боли и паники, макияж на лице потёк от пролитых слёз, стирая остатки красоты. Волосы растрёпаны, подол дорогого чёрного платья смялся и путался в ногах, когда она всеми своими силами нависала на руке мужа.

— Ты должен что-нибудь сделать, — рыдала она. — Он твой сын. А ты взял и оставил его там, посреди этих монстров. Ты должен ему помочь. — Плач стонами пробивался сквозь её горло.

— Умолкни, женщина! — взревел лорд Вастрид, как только дверь затворилась за ним. — Я знаю, что делать. — Он решительно стряхнул её руки. — Иди и приведи себя в порядок. — Он посмотрел на молодую служанку, замершую в поклоне у стены. — А ты что стоишь? Не видишь, что госпоже нужна помощь? Отведи её в покои. Понабрали всякой мерзости, — бросил он в сердцах и быстрым шагом направился к массивной резной лестнице на второй этаж.

— Да, господин, — прошептала служанка, в глазах на мгновение проскользнула холодная улыбка, совсем не вязавшаяся с внешностью наивной и стеснительной простушки. — Госпожа, — обратилась она к хозяйке, — позвольте помочь вам.

Леди Вастрид опомнилась от окрика мужа только, когда прозвучал тихий голос девушки.

— Да, конечно, — без сил сказала она.

Лорд Вастрид с силой захлопнул дверь кабинета. Родные стены не придали ему ни сил, ни уверенности, только всё больше разжигали ненависть и гнев. Проклятые драконы, чтоб им сгореть в огне Бездны. Он ослабил ворот рубашки, сдавивший горло, мешавший дышать. Опустился в кресло за массивным тёмным столом и, в попытке расслабиться и унять бушующие чувства, откинулся на мягкую спинку. Нужно было подумать.

Так он сидел в течение нескольких долгих минут. Мысли судорожно скакали с одного на другое, а он пытался унять беспорядочно метающие обрывки, чтобы создать единую картину.

Сейчас от его решения зависела на только жизнь сына, как думала жена, но и выживание всего рода. Скорее всего, драконы, если и не нашли прямых доказательств его «падения», то уж точно подозрения у них есть. Слишком демонстративно, слишком беспощадно было наказание Ливиса. Прилюдное наказание члена рода Карвел. Там посреди зала протащили по грязи не только его сына и его, Восэла, репутацию, но и репутацию всего рода.

Лорд тяжело вздохнул. Выбора не было. Смерть в муках или попытка спастись. Он усмехнулся. Толстые пальцы отбили мрачный ритм по столешнице. Выбора не было.

Он встал и направился к зеркалу в человеческий рост с резной рамой из белой кости. Лорд Вастрид предпочитал думать, что это кость какого-то редкого животного, но в голову постоянно закрадывалось сомнение, учитывая количество «пропавших» людей, значительную часть которых он переправлял через свою территорию прямо в лапы демонов. Но что ему до жизни каких-то крестьян: они жили без цели, так пусть хоть их смерть принесёт пользу.

Белая рама отдавала холодом. Стоило только к ней прикоснуться, как пальца сковал мороз. Лорд Вастрид судорожно вздохнул, готовясь к боли, которая приходила с каждым разом, но сейчас она была для него в радость. Боль пронзила кончики пальцев, просочилась под кожу, змеёй вцепилась в кости, и неумолимой волной распространилась по телу. Он знал, что это длится всего мгновение, и моргнуть не успеваешь, но постоянно казалось, что время застывает и злорадно позволяет во всю силу насладиться агонией, распробовать её. Каждый такой сеанс забирал частичку его сил, кто-то говорил о душе, но лорду Вастриду было всё равно. Сила, которой одарили его, кружила голову, и каждый раз вслед за болью приходило чувство наполненности, ликования от ощущения жизни во всём теле.

Боль ушла, и зеркало замерцало. Он знал: это означает, что проверка пройдена и артефактом воспользовался именно тот, кто должен. Стеклянная поверхность пошла мелкой рябью, отражение подёрнулось туманом. Внезапно в кабинете потемнело, словно среди белого дня наступило затмение. Лорд впился взглядом в проступающий во тьме зеркала силуэт. Вспыхнули хищные жёлтые глаза, вечно голодные глаза.

— Ещё не время для связи, Вастрид, — холодное шипение разнеслось по кабинету. — Что заставило тебя использовать это зеркало, лорд. — Восэлу послышалась насмешка в обращении тени, но он предпочёл проигнорировать её.

— Произошло непредвиденное. — Восэл старался держаться как можно невозмутимее.

— О? — протянула тень. — Ну же, расскажи нам.

Восэл тяжело сглотнул: что-то было не так.

— Сегодня во время ежегодного приёма во дворце мой сын вступил в конфликт с отродьем Императорского рода, — сквозь зубы процедил Лорд. — Теперь он заперт в подземельях и ожидает приговора. Но и так понятно, что живым он оттуда не выберется. — Лорд замер на этих словах, готовясь к тому, что хотел произнести дальше.

— М? — С интересом в ярких глазах силуэт чуть подёрнулся рябью. — И почему ты обратился к нам?

— Я хочу, чтобы вы вызволили его из тюрьмы, — собравшись с мыслями произнёс лорд Вастрид. Выбора не было, и теперь пути назад нет. — Я знаю, вам это под силу.

Тень сосредоточенно смотрела на него сквозь матовую поверхность зеркала.

— Действительно, нам это под силу, но у всего своя цена. И это будет очень дорого тебе стоить, лорд.

— Если вы гарантируете моему сыну и мне жизнь, то я готов расплатиться, — принял он решение.

— Ты даже не знаешь, что мы потребуем, — усмехнулся силуэт. — Проникнуть в Имперскую тюрьму возможно, но вот выбраться из неё намного сложнее. Твоему сыну будет непросто. Ты знаешь, о чём я говорю.

Восэл побледнел, горло пересохло, и он сглотнул тугую слюну, словно камень в горле.

— Я согласен, — сказал он. — Сделайте всё, что нужно. Я найду, чем рассчитаться.

Тень засмеялась.

— Не сомневаюсь, лорд. Мы найдём тебе применение.

Лорд Вастрид закрыл глаза, пряча нахлынувшую боль и отчаяние. Давным-давно он дал себе обещание быть неизменно властным над своей судьбой. С тех пор он всегда подчинял себе окружающих. Этого требовала его природа, только в таком виде он воспринимал жизнь. Подчини или подчинись. И вот теперь, спустя столько лет, он преклоняет голову перед другим и не из-за силы того, а из-за своей слабости.

— Приговор Ливису вынесут в течение недели, — сквозь скованное горло прохрипел маркиз. — Если они решат придерживаться традиций.

Эти слова остались без ответа. Зеркало вновь отражало только его фигуру. Ссутулившуюся и обессилевшую. Он поспешно отвернулся.

***

Тёмные своды пещеры были освещены неровным светом, пробивавшимся через глубокие трещины в сводах. Они были такими, что, казалось, над головами вошедших раскинулось полное туч ночное небо. Пещера оказалась огромной, в ней могли поместиться, наверное, до пятисот человек.

— Вы уверены, что его держали здесь? — Разлетелось эхо женского голоса.

— Сейчас узнаем, — ответил ей мужской голос.

Они прошли через извилистые подземные ходы, полные затхлости. Казалось странным, что недавно здесь могли обитать десятки, если не сотни людей. На первый взгляд выглядело, что следов их пребывания здесь нет. Или они хорошо скрыты от непрошенных гостей.

Мужчина взмахнул рукой и вокруг его ладони закружились три огненных шара. Их свечение выхватило из сумрака фигуры вошедших. Патриарх и сопровождающая его Алисия.

Огненные шары, следуя за взмахом руки взмыли вверх, увеличиваясь в размерах, пока не стали похожи на три вращающихся солнца. Яркий оранжевый свет тут же растопил скопившуюся тьму, а жар огня испарил гнилой, затхлый запах, отдававший тленом.

— Похоже, вы не ошиблись, — сдавленно сказала Алисия. Глаза расширились от удивления, горло онемело, и по телу прошла странная слабость.

Трупы, огромное количество трупов. Как минимум две сотни, как показалось Алисии. Вложены странными спиралями, сужающимися к центру. Алисия прикрыла глаза, не в силах справиться с дрожью и подкатывающей тошнотой. В центре располагалась пирамида из отрубленных голов. Мужчины, женщины, она заметила и несколько детских лиц.

— О, Светлейший! — Горло перехватил сдавленный крик. — Как же можно сотворить такое? — спросила она в пустоту, не ожидая ответа.

— Демоны, — с яростным хрипом выдохнул Патриарх. Перед его глазами снова огнём вспыхнули воспоминания той давней ночи, полной крови, агонии и отчаяния. — Мы все для них всего лишь куски мяса. Не больше и не меньше.

Он решительно двинулся к центру пещеры, Алисия поспешила за ним. Патриарх медленно поднял руку перед собой, ладонью вперёд. Перед ними сплелась стена из призрачного света. Два заклинания в одном: защитное и поисковое. Нельзя было допустить срабатывания каких-либо остаточных плетений или закладок для уничтожения непрошенных гостей.

Но через несколько мгновений Патриарх опустил руку, призрачный свет угас.

— Ничего активного нет, — сказал он. — Следуйте за мной и не отходите. Здесь всё равно могут быть обрывки заклинаний или тлеющие потоки энергии. Так с ходу их не обнаружить. Слишком много помех.

— Помех? — спросила Алисия, осторожно переставляя ноги, она пыталась идти точно след в след за мужчиной. Хоть его шаги и были раза в полтора больше, чем у неё.

— Следы магии, жизненной энергии, эмоций. — Патриарх кивнул на круги из тел. — Слишком много энергии смерти. Они умерли не легко.

— Их пытали? — с горечью спросила Алисия.

— Можно и так сказать. — Патриарх приблизился к ближайшему от них телу, склонился над ним. Мужчина. Лет тридцать, в самом расцвете сил. На лице застыла гримаса боли. Патриарх коснулся его лба указательным и средним пальцами правой руки. — Из них извлекли всю кровь и жизненные силы вместе с ней. — Он встал и замолчал в задумчивости. Алисия не смела нарушать его размышления. — Странная смесь магий. Чувствуется магия демонов, но она странная, искажённая, с привкусом крови, но крови не жертв. Кто-то из магов использовал свою кровь, чтобы смешать её с демонической магией. Странное сочетание.

Алисия замерла на мгновение. О таком сочетании она уже слышала.

— Как в артефакте, который нашёл Роумел, — прошептала она.

Патриарх повернулся к ней.

— Именно. Остаётся понять, чего они хотели добиться таким странным ритуалом, и почему мы не обнаружили изменения магического фона? Всплески такой силы, — он обвёл взглядом десятки трупов, застывших в искажённым позах, с лицами полными отчаяния, — нельзя скрыть. Считалось, что нельзя скрыть, — поправил он себя.

— Значит, есть ещё такие места, — Алисия содрогнулась от одной такой мысли.

— По всей Империи исчезло несколько тысяч людей, — мрачно сказал Патриарх. — Теперь мы знаем, куда они пропали.

— Нужно предупредить Генриха, — Алисия не могла спокойно стоять. Тело то и дело порывалась сорваться с места, хотелось сжечь, уничтожить это место, стереть его из памяти. Понимание, что с Роумелом могло произойти что-то подобное, заставляло сердце обливаться ледяной кровью.

Внезапно она замерла.

— А что, если им требуется тот самый артефакт для проведения этих ритуалов? — трясущимся голосом спросила Алисия. — Он же сейчас у Изабеллы. Поэтому они охотились за ней?

— С вашей племянницей ничего не случиться, — уверенно сказал Патриарх. Его тёмные глаза отражали огненный свет. Казалось, что в них кружатся три пламенных шара. — Она под защитой моего сына. Пока он жив, ей ничего не грозит. Тем более в центре столицы, под боком у Генриха.

— Вот это-то меня и беспокоит, — сказала Алисия, но сердце перестало стучать так оглушительно.

— Осмотрим всё внимательнее. — Патриарх обратил свой взгляд на пирамиду из отрубленных голов. — Пока наше подкрепление в пути.

***

Тьму рассекали потоки лавы, стекающие по стенам, собирающиеся в углубления, пробитые сотнями лет упорного труда природы, которая и создала подобный мозаичный пол: часть его была плотной застывшей лавой, которая перемежалась с лужами жидкого пламени, уходившими к огненному сердцу бездны. От жара в воздухе постоянно висел смог, и он не позволял оценить истинные размеры пещеры, казалось, что ей нет конца.

У одной из стен, обтёсанной и выложенной грубым камнем пылал конус пламени размером в два человеческих роста. Багровый огонь клубился и сплетался в пугающие своими формами образы. В один момент он походил на странное растение с гибкими отростками, в другой — был похож на готового к броску невиданного зверя, но в следующее мгновение он замирал, подобно каменному изваянию, как будто пламя пытается найти свою форму, но у него это так и не выходит, и оно вынуждено изменяться и снова искать себя.

Перед огнём собрались три фигуры. Фигура в центре почтенно преклонила колени, касаясь головой пола. Две фигуры по бокам стояли, опустив головы, одна — массивная, дикая, закованная в стальную броню, вторая — невозмутимая и спокойная, скрытая плащом с капюшоном.

— Ты знаешь свою задачу, — по пещере разнёсся глухой голос, он будто исходил со всех сторон, но собравшиеся знали, что его обладатель находится в потоке огня, вернее он и был им.

— Да, Хозяин, — склонившаяся фигура подняла голову, всматриваясь в пылающий огонь.

Мужчина двадцати лет, закутанный в просторную серую мантию. Бледное лицо змеями пересекали пугающие чёрные вены. Тёмные глаза лихорадочно блестели. Он выхватил из складок мантии изогнутый кинжал.

— Ваш дар, Хозяин, в надёжных руках, — как одержимый, сказал мужчина. — Я не подведу. Клянусь. — Он снова ударился лбом в пол.

— Хорошо. — Ярко блеснул огненный столп, собравшимся представилось, что тот доволен. — Ступай, выполни волю своего Повелителя.

С очередным ударом об пол мужчина с кинжалом вскочил и, смотря на клинок, как на несказанное сокровище, со всех ног бросился прочь из пещеры. Выполнить приказ Хозяина, и он будет несказанно вознаграждён, но важнее всего — доказать свою преданность. Только она и ценна. Выполнять волю Хозяина — вот высшее из благ.

— Молись, чтобы твой план удался, человек, — голос из пламени обратился к фигуре, скрытой плащом. В нём сквозило презрение и насмешка.

— Я молюсь, Хозяин. — Фигура склонилась в подобострастном поклоне. — Молюсь, чтобы он удался. Молюсь каждый день, — холодно прошептал он.

***

Экипаж Изабеллы остановился прямо перед воротами Собора. Дверь отворилась, и она подала руку, которую принял Джером, вот уже три дня тенью следовавший за ней, с того самого момента, как она вернулась в особняк после Осеннего бала. Видимо, делал он это по приказу своего господина. Только вот того самого господина что-то и видно не было. Сколько бы она ни пыталась найти его, выследить — всё безуспешно. Его Светлость постоянно ускользал от неё. Изабелла сначала пыталась уговорами повлиять на Джерома, чтобы тот раскрыл, куда же пропал герцог, но каждый раз он с неизменной невозмутимостью отвечал, что не знает и сам. Хозяин, видите ли, перед ним не отчитывается. Приказал охранять леди Изабеллу, вот он и охраняет. Даже угрозы отправиться прямиком к Императору, пожаловаться Императрице ни к чему не приводили. Так что на третий день Изабелла смирилась. Смирилась, но не простила.

Она опёрлась о поданную руку и невесомо выпорхнула из экипажа. Перед ней снова во всём величии стоял Главный собор. Стряхнув чувство благоговения, подошла к служителям у ворот, ответственным за приём гостей и прихожан. Среди них были и люди в летах, от пронзительных взглядов которых у Изабеллы пробегали мурашки по коже, были и совсем молодые, недавно ещё дети, теперь они своими весёлыми беззаботными голосами создавали непринуждённую атмосферу. Но стоило беззаботному смеху превысить какую-то незримую грань, как тут же следовал строгий взгляд старших служителей и младшие немедля замолкали и с видом, который они, очевидно, считали самым серьёзным и суровым, следовали примеру взрослых: чинно раскланивались, приветствовали прихожан и благодарили их за то, что те веруют искренне. Изабелла и сама не заметила, как от такого зрелища на губах заиграла улыбка.

Она подошла к миловидной девушке чуть старше её, одетой в коричневую робу послушницы, и с, как показалось, наиболее доброжелательным выражением лица.

— Не могли бы вы проводить меня к Его Святейшеству? — немного волнуясь, спросила Изабелла. Хоть тот и сказал, что она может обращаться к нему, когда захочет, но, может, он это из вежливости, а она вот такая взяла и явилась. В предыдущие свои посещения она встречалась с дедом Эверарда только по приглашению.

Служительница от прозвучавшего вопроса сначала замерла на месте, и во все глаза посмотрела на Изабеллу, но потом во взгляде зажёгся огонёк понимания.

— Прошу следовать за мной, Леди Корт, — с лёгким поклоном сказала она и, уверенная, что за ней последуют, двинулась ко входу в Собор, к массивным распахнутым дверям из тёмной бронзы, к изображённым на них фигурам святых и сподвижников веры в Светлейшего.

Изабелла шла следом за девушкой, а Джером тенью следовал за ними. Сейчас Изабелле было не до красочного убранства. Все её мысли занимали раздумья о предстоящем разговоре с Его Святейшеством. Она не могла решить, будет это нарушением приличий с её стороны или нет. В голову опять полезли события того вечера: взгляд пламенных глаз и танец, будивший в ней необычные чувства, от которых замирало сердце и кружило голову. Она должна разобраться, что ей делать. Должна понять, стоит ли и дальше следовать по этому извилистому пути, который может окончиться в лучшем случае ничем, а в худшем — её падением в пучину боли и отчаяния.

Так, тяжело вздыхая и морща лоб в раздумьях, Изабелла и шла по коридорам и залам Собора, полностью доверившись своей проводнице.

— Ваш сопровождающий может подождать здесь, — выбили её из размышлений слова послушницы.

Изабелла в растерянности взглянула на девушку, посмотрела по сторонам. Они стояли под арками прохода, ведущего в раскинувшийся на огромной территории парк. В изумрудных глазах Изабеллы проскользнуло изумление. Она и не знала, что посреди Собора есть такое место. А ведь снаружи и не скажешь, что внутри столько пространства. Наверное, магия, как и во дворце, подумалось Изабелле.

Джером остался у границы парка, а Изабелла уже с любопытством последовала за послушницей.

Она видела среди деревьев и кустов переплетения тропинок, слышала журчание воды. Один раз ей довелось увидеть группу служителей в серых одеждах, замерших в медитации. Но самое главное — атмосфера спокойствия и умиротворения, что царила здесь. Создавалось, какое-то родное чувство. Если сад во дворце создавал впечатление чего-то таинственного и грандиозного, то этот парк же был чем-то родным, близким. Снова вспомнился вечер, призрачный лунный свет сквозь кроны деревьев, сильные руки, сжимающие её в объятиях. Изабелла судорожно вдохнула прохладный сладковатый воздух. Хоть и наступили первые дни осени, период увядания, но здесь пока царило полное тихой жизни лето. В самый раз. Тихо и спокойно. То, что ей сейчас нужно.

— Ваше Святейшество. — Служительница согнулась в поклоне. Изабелла от неожиданности растерялась, но чтобы не упасть в грязь лицом, начала глазами искать то самое Святейшество. Неужели она могла не заметить его? Она осторожно окинула взглядом окружающее пространство — небольшая поляна в окружении аккуратных ухоженных деревьев, в тени которых расположились резные скамьи. Она, действительно, не заметила Его Святейшество: тот сидел на одной из скамей, застыв в такой неподвижности, что он будто сливался с окружением, особенно этому помогала его тёмная ряса. Если бы не сопровождающая Изабеллу девушка, то она прошла бы мимо и не обратила никакого внимания.

Мужчина обратил на них взгляд.

— Леди Изабелла, — с тёплой улыбкой сказал он. — Спасибо, что проводила Её Милость, Марила. — Обратился он к послушнице, та в ответ поклонилась, а затем, улыбнувшись Изабелле, неспешно отправилась обратно на свой пост, по крайней мере, так показалось Изабелле.

— Ваше Святейшество. — Изабелла склонила голову.

— Я рад, что вы решили навестить старика. — С его лица не сходила улыбка. — Прошу, присаживайтесь. — Он указал на свободное место рядом. — Сейчас моя самая любимая пора года. Летняя жара сменяется лёгкой прохладой, в самый раз для моих старых костей. — Усмехнулся он.

Изабелла со склонённой головой опустилась на скамью. Пальцы судорожно вращали серебряное кольцо на пальце.

Престол смотрел на расположившуюся возле него девушку, и в его глазах блистали озорные огоньки — он видел её смущение и смятение.

— Похоже, вас привело не только желание навестить старика, но и что-то ещё, — мягким голосом сказал он. Изабелле показалось, что звук этого голоса обволакивает её, успокаивает. Она с непониманием моргнула несколько раз: неужели опять магия? Она нахмурилась — везде магия.

— Никакой магии, только годы неустанной практики и общения с людьми, — рассмеялся Патриарх, заметив выражение её лица. — К тому же мой внук озаботился вашей безопасностью, я гляжу. — В ответ на недоумевающий взгляд изабеллы он уточнил: — Голем на вашей руке, — указал он на браслет в виде дракона на правой руке Изабеллы. — Он защищает не только от физической угрозы, но и от ментального воздействия, а в купе с кольцом вокруг вас очень прочный защитный купол. Чтобы пробить такой нужно постараться.

— Да, вы правы, простите, — полушёпотом сказала Изабелла. Её щёки опалило жаром при одном упоминании Эверарда. Про себя она проклинала герцога за то, что ей приходится ходить за советами вместо того, чтобы заниматься поисками убийц отца. Но какой бы недовольной ей не хотелось казаться, она тем не менее ласково коснулась наруча, показалось, что тот от удовольствия готов был заурчать, как довольный кот.

Старый Престол с тёплой улыбкой наблюдал за девушкой. От него не могли ничего утаить и многомудрые мужи, разменявшие сотню лет, куда там девушке, которой не исполнилось и двадцати.

— Думаю, я знаю, что привело вас ко мне, — сказал Его Святейшество, в его голосе звучало тепло с примесью озорства. — Мой внук, действительно, не очень хорош в выражении своих мыслей и чувств, — вздохнул он. — За это я приношу свои извинения.

Изабелла вскинула голову, с испугом глядя на Престола, но щёки обожгло огнём смущения, и она потупилась:

— Что вы, не стоит. В этом нет вашей вины.

— В этом, возможно, виноват как раз я, — с горькой усмешкой сказал он. Изабелла посмотрела на него с немым вопросом. — Как вы знаете, мы отличаемся от обычных людей.

— Да, вы — драконы, — с возбуждением сказала Изабелла, её тело само собой подалось вперед, почувствовав тайну.

Мужчина улыбнулся:

— Драконы — всего лишь название. — Сощурился он, в углах глаз собрались лучистые морщины. Весь его облик принял вид доброго дедушки, который рассказывает внучке сказку. — На самом деле мы своим физическим телом изначально не отличаемся от обычных людей. Вся разница — вот тут, — он постучал пальцем по виску.

— Но как же, — растерянно прошептала Изабелла. Вспомнила все те сказки, рассказы, которыми полнилась история и культура Империи. Огромные змеи, дышащие огнём, рассекающие воздух, парящие в небе монстры. Она и сама не раз представляла, как они превращаются из человека в огромных зубастых рептилий. И от этого ещё в детстве её охватывал трепет перед мощью Императорского рода. — Всё это неправда? — с распахнутыми от удивления и какого-то детского разочарования глазами спросила она.

— Почему же, — развёл руками Престол. — Наша мощь всё-так же велика, в этой части сказания и история не врут, а что до огромных летающих монстров, то это секрет Рода. — Заговорщически улыбнулся старик, как бы намекая, что, вот станешь частью Рода, тогда и поговорим.

Изабелла поджала губы. Какой же вредный дед у Эверарда: сначала заинтересовал, а, когда дошло до самого интересного, то сразу и замолчал.

Престол с улыбкой в глазах смотрел на девушку, пытался сдержаться, но не смог, и его смех раскатами пронёсся по парку. Слишком умилительное выражение лица оказалось у юной графини. Прямо конфетку отобрали у ребёнка.

— Ваше Святейшество, — смущённо прикрикнула Изабелла, оглядываясь по сторонам: не дай Светлейший, кто увидит, как Престол хохочет над ней, как над неразумной девчонкой. Она поправила несколько выбившихся прядей волос и пристально взглянула на Его Святейшество, тот же в свою очередь прекратил смеяться и теперь сидел с широкой улыбкой.

— Вы говорили что-то об Эверарде, — попыталась перевести разговор на другую тему Изабелла, но в голове словно колокола зазвучали. Она с испугом посмотрела на Его Святейшество и тут же поправила себя. — О Его Светлости, вы говорили о Его Светлости. — Предательский румянец, казалось, готов был сжечь кожу на щеках. По телу прошла волна дрожи.

— Да — да, как раз о нём, — со смешком сказал Престол. — Как я уже говорил, сейчас драконы не более чем название, так мы напоминаем себе о пути, которым решили идти наши предки. — Изабелла вся обратилась в слух. — Открою вам секрет, на самом деле драконы были нашими врагами.

— Что? — воскликнула Изабелла. — Так значит, они были на самом деле? Это не сказки?

— Конечно, — кивнул Престол. — Это были опаснейшие из созданий, настоящие гиганты. Самые крупные достигали в размере двух сотен метров. — Изабелла во все глаза смотрела на старика, а в воображении представали огромные монстры размером с целую гору, для которых мелкие людишки были чем-то вроде назойливых тараканов, которые и в пищу-то не слишком годились.

— Вы сказали, они были вашими врагами, — опомнилась Изабелла.

— Да. Тогда, тысячи лет назад, мы были всего лишь ещё одним диким, необразованным племенем. Единственное, что у нас было в избытке, так это смелость, решимость и презрение к страху. — Престол странно усмехнулся, словно вспоминал собственную буйную молодость. — Так уж получилось, что мы решили поселиться на земле, которая сейчас именуется Западным доменом. Нам всегда нравились горы, и там их оказалось в избытке, но вышло так, что у нас под боком оказались довольно агрессивные соседи, которые разделяли нашу любовь к горным вершинам и клубящимся вокруг них облакам.

— Драконы?

— Именно. Когда мы впервые оказались в Западном домене, то это место показалось нам раем на земле: густые дикие леса, полные дичи, чистые реки, горные ручьи, и у подножия гор почти весь год было тепло. О чём ещё могло мечтать дикое племя?

Изабелла затаила дыхание, не решаясь прервать Престола.

— Тогда мы не знали, что тоже место выбрали для себя тридцать восемь драконов. По крайней мере такое количество драконов упоминается в летописях, — сказал Его святейшество, заметив вопрос в глазах девушки. — Почти четыре десятка монстров против десяти тысяч человек. Нашему племени не сулило ничего хорошего. Но нам повезло, что драконы проводят в спячке по несколько десятков лет, некоторые — и вовсе по сотне. Об одном таком случае есть несколько упоминаний. После одного из сражений раненный дракон отступил и его больше не видели. Решили, что он не оправился от ран, но сотню лет спустя этот дракон, весь покрытый шрамами, с небывалой яростью обрушился на нас. Но мы уже не были прежними. — Она видела, как расширились зрачки старика, он смотрел сквозь неё, полностью погружённый в воспоминания прошлого.

Изабелла вздрогнула, по спине табуном прошли мурашки, и ей показалось, что сейчас она, действительно, прикоснулась к тайне древности. Она была уверена, что об этой истории кроме Императорского рода знало всего несколько человек.

— Вы сказали, что ваши предки не были прежними. Что это значит? — осторожно спросила она — боялась прерывать размышления старика, но желание узнать тайну разъедало её изнутри, точно яд.

— Мы знали, что горстке людей не победить древних монстров. — Взгляд Престола вынырнул из глубины веков и сосредоточился на собеседнице. — Нам нужно было стать едиными словно один организм, но и тогда у нас было мало шансов. Нам нужно было стать сильнее, намного сильнее. Наши шаманы хотели прибегнуть к магии природы и духов, но драконы практически невосприимчивы к такой магии. Ушли годы, годы, наполненные страхом, яростью и болью. И вот перед нами показался призрак надежды: один из наших Патриархов открыл способность использования Воли. Настоящей Силы Воли. — Его Святейшество усмехнулся.

По парку гулял приятный освежающий ветер, Изабелла чувствовала, как он нежно прикасался к коже, играл с волосами, пытаясь привлечь внимание, но девушка была полностью поглощена рассказом. Пока она не выпытает из старика всё — сгори хоть весь мир.

— Что вы имеете ввиду? — спросила Изабелла. Ей хотелось поторопить Его Святейшество. В голове бились сотни вопросов, или это так стучало её сердце?

Престол поднял руку ладонью вверх, и через мгновение в сантиметре над ней замерцал прозрачный сгусток, похожий на мерцающий огонь.

— Настоящее внутреннее пламя, — сказал старик, в его голосе звучала неприкрытая гордость.

Изабелла с изумлением смотрела на странное явление, ей казалось, что она уже раньше видела что-то подобное. Прозрачный огонь, больше похожий на мираж, на то, каким становится воздух в жаркий летний день. Вдруг сгусток начал изменяться, взвился вверх, превращаясь в острую спираль, а потом медленно вытянулся в лезвие, как у острейшего клинка. Лучи солнца, проходя сквозь него, блистали ослепительным золотым светом.

Престол с добродушной улыбкой наблюдал, как девушка пристально вглядывается во внутреннее пламя. То, что она смогла увидеть его сразу, говорило о её недюжинных способностях. Он улыбнулся про себя: они оказались правы в оценке её способностей. Это делало всё проще.

— Мне кажется, я уже видела что-то подобное, — медленно сказала Изабелла, продолжая всматриваться в непонятное явление.

— Да? И где же? — Престол напитал пламя светом, от чего оно из призрачного превратилась в сияющий золотом клинок.

— Его Светлость, — прошептала Изабелла, глядя на яркое лезвие, — он расправился с напавшими на меня в столице демонами при помощи чего-то подобного. И его, — она остановилась, не уверенно глядя на Престола, — пламя, оно было почти не заметно, я едва смогла разглядеть. Мне показалось, что это не магия.

— Всё верно, — кивнул Престол. — Внутреннее пламя имеется у каждого человека, и к магии оно не имеет никакого отношения. Если можно так выразиться, то это сила воли и разума, выраженная в физическом воплощении. У неё множество применений: она может укрепить тело, излечить его, а также усилить и трансформировать магию, — но то, что позволило нам достичь таких высот, — это внутренняя трансформация.

— Что вы имеете ввиду?

— Безжалостность. — Престол остро взглянул на Изабеллу, отчего по её телу прошла волна дрожи, а на спине выступил холодный пот. — Безжалостность к себе, и, как следствие, безжалостность к окружающим.

— Но это же ужасно, — прошептала Изабелла. Ей вспомнились рассказы о непреклонности и бессердечии, которые зачастую проявлял Императорский род. Об этом не раз упоминалось в истории. Но она не думала, что это как-то связано с тайной их предков.

— У всего есть своя цена, не так ли? — С грустью усмехнулся Престол. — Пока мы боролись за собственное выживание, искали силу, способную победить монстров, мы и сами не заметили, как стали превращаться в подобие драконов только в человеческом обличье. Спустя столетия войн и сражений мы одержали победу, драконы исчезли, но мы стали совершенно другими.

Изабелла заворожённо слушала его. А внутри змеёй сворачивался какой-то первобытный страх перед неизвестностью. Куда же она ввязалась? Не хватало ей демонов, так теперь ещё и драконы. Она тряхнула головой, свободные пряди каштановых волос заиграли на ветру.

— Но вы не создаёте у меня ощущение безжалостного монстра, Ваше Святейшество, — осторожно сказала Изабелла. Трудно было представить сидящего рядом старика как зубастого монстра без души.

— Какое первое правило хищника, леди Изабелла? — хитро улыбнулся Престол.

Она с непонимание посмотрела на старика.

— Не спугнуть добычу! — рассмеялся тот собственной шутке.

В ответ Изабелла только и смогла что вежливо улыбнуться, а внутри пронёсся тревожный холодок.

— Простите, не обращайте внимания, — успокоил девушку Старик, видя, что та снова начала нервничать. — У нашего Рода ушло очень много времени, чтобы выработать меры борьбы с нашим наследием. Беспощадные, не ведающие сострадания и привязанности монстры, не способны выжить в таком быстро меняющемся и опасном мире, как наш, не так ли? — спросил он, не ожидая ответа. — После нескольких тяжёлых поколений борьбы с самими собой нам удалось выработать методики тренировки сознания, чтобы вернуться хотя бы частично к нашему изначальному состоянию, при этом сохранив новообретённую силу. С тех пор каждый член Рода, независимо от положения, обязан посвятить свою жизнь собственному развитию и процветанию Рода. Это закладывается с самого раннего детства, когда тренировки наиболее тяжелы. Мы выяснили, что с возрастом характер человека с трудом поддаётся изменению, именно поэтому основные усилия по воспитанию мы прикладываем в детстве и юности. А в пятнадцать лет все без исключения проходят обряд совершеннолетия.

Изабелла напряжённо слушала, стараясь запомнить как можно больше — не каждый день приходится узнавать о традициях Императорского рода.

— Обряд совершеннолетия? — Ей показалось, что она уже где-то слышала о чём-то подобном.

— Именно так. Пройти его — священная обязанность каждого.

— Это сложно? — спросила она. Если учитывать, что ей только что рассказал Престол, то не возникало сомнений, что они придумали для своей молодёжи что-то серьёзное.

— Достаточно, чтобы выявить тех, кто достоин продолжать путь развития, а кто не сможет получить доступ к силе, — сказал Престол.

— А что с теми, кто не прошёл обряд? — В душе ворочалось тревожное предчувствие того, что ответ ей не понравится.

— Всё зависит от того, на каком этапе потерпел поражение испытуемый, — ответил Престол. — Всего этапов три. Характер, сила и воля. Как вы понимаете, самый важный — аспект личности, и он проверяется первым. Для нас важно, чтобы человек был чист душой и разумом. Если испытуемый проваливает этот этап, то его ждёт смерть, — холодно закончил Престол.

— Что? — Изабелла в неверии прижала ладонь к губам, чтобы подавить вырвавшийся вскрик. — Но как же… Они ведь ещё дети, вы сами сказали, что обряд проходят в пятнадцать лет. И вы их убиваете? Это невероятно жестоко. — В её изумрудных глазах застыла рассеянность и тревога.

Старик в ответ лишь грустно улыбнулся и посмотрел на раскачивающиеся от ветра верхушки деревьев.

— Да, я знаю, — вздохнул он. — Но альтернатива этому — наше постепенное угасание, внутренние распри и угроза не только стабильности Рода, но и всему миру. Представьте тысячи сильнейших воинов и магов, которыми движет только их дикая, необузданная природа хищника. Мы не можем этого допустить. — Он строго взглянул на Изабеллу. — К тому же на этом этапе проваливается довольно малое число испытуемых. Малыми жертвами мы гарантируем выживание всего Рода. Другого пути мы пока так и не нашли.

Изабелла со смятением следила за сидящим напротив неё мужчиной. Теперь она могла видеть в его взгляде, в выражении лица застывшую боль, и ей показалось, что эта боль была отчасти ей знакома.

— А ваши дети? — спросила она, и тут же отвесила себе мысленный подзатыльник за то, что ляпнула, не подумав. — Простите, это бестактно с моей стороны.

— Ну что вы, — с улыбкой сказал Престол. Девушке показалось, что на мгновение вся его фигура вспыхнула застаревшей болью. — Вы должны знать, что члены главной ветви Рода испытываются по отдельным правилам: для них провал на любом из этапов гарантирует смерть.

Изабелла неверяще воззрилась на Старика. О Светлейший, бедные дети. Она снова заметила скользнувшую в глубине взгляда мужчины давнюю боль.

— Значит, ваши дети?.. — она не решилась закончить вопрос.

— Двое из них прошли все испытания, — Престол смотрел в глубь парка странным отсутствующим взглядом. Изабелла уже перевела дыхание, как он продолжил: — А вот остальные трое — не справились.

Изабелла вздрогнула, и внутри всё сдавило от грусти и жалости не только к погибшим детям, которых она и не знала, но к мужчине в летах, сидящему рядом. Одна только мысль о погибшем отце до сих пор острой болью жгла сердце, и ей было страшно представить, что бы она чувствовала, доведись ей потерять трёх своих детей, тем более самой отправить их на смерть.

— Мне жаль, — только и смогла произнести она.

— Это дело прошлого, — грустно улыбнулся Престол. — Время притупляет любую боль. Она не проходит, нет, но становится терпимой. — Старик откинулся на спинку скамьи, устремив взгляд в небо. — Иногда мне кажется, что цена нашей силы, действительно, слишком велика, но потом я вспоминаю, что пришлось перешить нашему Роду, и это развеивает мои сомнения.

— Я не могу сказать, что понимаю или могу представить, что пришлось пережить вашим предкам, но прошло уже так много времени, неужели, требуется жертвовать юными жизнями, чтобы продолжать величие Рода? — спросила Изабелла, она в сомнении поглаживала серебряный наруч в надежде, что тот придаст ей решительности.

— Мы пытались, но рано или поздно появлялись те, кто ставил свой собственный интерес и процветание выше Рода, доходило даже до смертоубийства. И это со всеми мерами внутреннего контроля и тысячелетних традиций. — Его Святейшество покачал головой, отгоняя неприятные воспоминания. — Нет, другого пути мы не видим. Если для выживания нам нужно быть жестокими и безжалостными к самим себе, то так тому и быть.

Изабелла молча опустила голову, взгляд упал на серебряного дракона, оплетающего её руку, на его поблескивающие изумрудным светом глаза. Юной графине на мгновение представилось, что и внутри него жила такая же непримиримость с миром и с самим собой, какая жила в каждом драконе, пусть и хорошо спрятанная за личиной спокойствия и уверенности.

— Вы слишком сосредоточены на контроле, — сказала Изабелла, она и сама сперва не поняла, что сказала это вслух. Промелькнувшая мысль показалась ей удивительно точной. — Такая жизнь, полностью подчинённая правилам и традициям, не думаю, что в ней есть место счастью, обычному, простому счастью.

Престол улыбнулся этим словам.

— Счастье и радость. Многие из нас сказали бы, что это какой-то призрачный концепт. Что есть жизнь, как не постоянная борьба и страдание с редкими проблесками тех самых счастья и радости, о которых вы говорите? Мы стремимся к существованию, наполненному смыслом, наполненному значением. Именно поэтому мы взяли на себя ответственность за всю Империю.

Изабелла опустила глаза, рассматривая ткань платья. Да, давать советы старшим — то ещё неблагодарное занятие.

— Но вы правы, — продолжил старик, — Мы слишком сосредоточены на контроле: за собой, и за окружающими. И, к сожалению, Эверард является живым, наверное, самым ярким примером этого.

Эти слова Его Святейшества привлекли внимание Изабеллы. Она с нетерпеливым ожиданием приготовилась слушать. Наконец, то ради чего она и пришла. Хотя даже самой себе она не решалась признаться, что Эверард стал ей небезразличен, стал уже не просто герцогом Нортромом, могущественным магом.

— Вы знаете, что он был подвержен демоническому влиянию во время рождения? — спросил Престол, заметив неподдельный интерес девушки.

— Да, тётя рассказывала, что это был какой-то кровавый ритуал демонопоклонников, — осторожно ответила Изабелла. Теперь ей приходилось следить за каждым словом, чтобы, не дай Светлейший, не сказать чего лишнего.

— Его мать была на последней неделе беременности, когда демоны похитили её и с помощью какого-то тёмного ритуала спровоцировали роды, — мрачно сказал Престол, по его лбу пролегли глубокие морщины, и он стал похож на старого рассерженного тигра. — Мы до сих пор не знаем, что именно они с ним сделали, но то, что этот ритуал изменил его, было понятно с самого начала. Когда мы нашли его, то сначала и не поняли кто это.

— Мне жаль, — тихо, почти шёпотом сказала Изабелла. — Но почему? Что с ним случилось?

— Скажем так, он был непохож на обычного ребенка, — после небольшой паузы ответил Престол. — И с самого момента его спасения мы поместили его под наблюдение. И не зря. С самого раннего детства он испытывал проблемы не только с контролем своей силы, что вполне нормально для наших детей, но, что самое опасное, он с трудом мог контролировать свой характер: в нём было слишком много гнева, ярости, — они сидели так глубоко, что мы не могли понять их причин. А между тем время испытаний всё приближалось. Многие из Старейшин Рода выражали мнение, что мальчика нужно… — Он на секунду замолчал, подбирая слова. — Нейтрализовать, не дожидаясь прохождения ритуала.

— Что значит «нейтрализовать»? — взвилась Изабелла, в груди глухо застучало, и защипало в глазах. — Он же был ребёнком. — У неё перед глазами так и стоял образ одинокого мальчика в постоянной борьбе не только с самим собой, но и с окружающими. Изабелла не могла себе представить, что значить быть настолько не похожим на окружающих, особенно среди Императорского Рода, так сосредоточенного на постоянном контроле. Что-то говорило ей, что порядки там, может, и построже, чем во многих сатрапиях Юга.

— Вы знаете, что это значит. — Престол бросил на неё острый взгляд. — Но вмешался его отец, который заявил, что Эверард был, есть и будет его единственным сыном, так что если они хотят видеть, как прервётся главная ветвь Рода, то они могут попробовать. Но тогда он не отвечает за сохранность их жизней. — Старик усмехнулся.

— Слава Светлейшему, — облегчённо выдохнула Изабелла. Она преисполнилась радости за, тогда ещё мальчика, Эверарда, что тот не остался в одиночестве, и благодарности к Патриарху Гильему за то, что тот решил защитить сына. — Что было дальше?

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Часть 2

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Оковы огня. Часть 2 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я