© Денис Морро, 2020
ISBN 978-5-0051-8080-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1
Народ толпился по залу ресторана. Все холеные, расфуфыренные. Противно. Да, все они богаты и, возможно, честным трудом заработали свои капиталы, но в кого они превратились теперь? Царьки, что не считают людей за людей с доходом ниже среднего. Люди для них теперь стали всего лишь обслугой. Оценка мира и окружающих сузилась до толщины кошелька.
Это заметно стало для меня с самого детства. Я наблюдала картины унижения персонала в нашем доме. Этим всегда промышлял отец. Сколько раз я с ним ссорилась из-за этого? Миллион. А толку? Ноль. По итогу, окончив школу, собрала вещи и переехала к подруге. С тех пор промчалось пять лет, а мы не перекинулись и парой слов. Даже ни разу не виделись. Честно говоря, я поначалу думала, что Герман Иванович решится на возврат дочери в отчий дом, но он и пальцем не пошевелил. Наверное, я надоела ему со своими постоянными высказываниями о добре и зле.
В этот солнечный июльский день я присутствовала среди всех этих господ лишь из-за сестры. Моя роднулька, Иришка, устроила помолвку. Созвала под эти шикарно убранные своды друзей и коллег, своих и отца. Выбором ее я была не совсем довольна. Сестра выбрала в спутники жизни своего зама (Ирина, довольно успешно, несколько лет управляла отцовской компанией). Ильдар казался лично мне скрытным и лицемерным человеком. Бывает такое, что смотришь на человека и понимаешь — подлец. Но Ира не замечала и не чувствовала ничего плохого. Одним словом влюбленная барышня.
— Геля, — взвизгнула Ирина и кинулась с объятиями ко мне, — как хорошо, что ты пришла.
— Ира, как ты могла подумать, что пропущу сие мероприятие? — сжимая в объятиях ее, проговорила.
— Сейчас начнется официальная часть, — поправляя прическу, пропела счастливая Иришка. — Ты будешь на самом почетном месте.
Сестра ухватилась за мою руку и повела сквозь блестящую толпу гостей в центр ресторана.
Импровизированная церемония помолвки была прекрасна. Романтичная и безмерно трогательная. Сестренка была вообще обворожительна. Нежное розовое платье в пол, открытые плечи и кропотливая прическа с белым цветком. Много замечательных слов. Все выказывали радость и кучу пожеланий.
— Классно, — с придыханием протянул за спиной незнакомый парень. — Вы Ангелина? Сестра невесты?
— Да, — обернувшись, кивнула. Будто бы и так не понятно. Все в Москве и, наверное, во всем Подмосковье знали, что у Ирины Кораблевой есть сестра близнец, то бишь я. Зачем спрашивать, если и так все написано на лице?
— Я Марк Суворов, — он протянул руку.
— Очень приятно, — естественно, выказала уважение к незнакомцу и пожала его ладонь. Рука у него крепкая. Сжал мои наманикюреные пальчики с каким-то остервенением. Стопроцентно служивый, только они, пожимая приветственно руку, сжимают ее так, словно пытаются выжать сок.
— Недавно работаю на вашу семью, Герман Иванович назначил меня заместителем начальника охраны. Наслышан о вас.
— Надеюсь, только хорошее? — язвительно поинтересовалась, зная ответ.
Парень вздохнул.
— Честно? В основном про вас стараются не говорить, но если же заходит разговор, то стараются выражаться помягче…
Совершенно не удивилась ответу Марка. Так оно и есть. Мой отец настоящий деспот, который не терпит ничьего мнения. Все давно привыкли к этому и, словно безвольные существа, подстраиваются под него. А он, мягко выражаясь, относится ко мне не с лучшими чувствами. Мне иногда кажется, что он меня ненавидит. За что? Просто-напросто потому, что никогда не прогибалась под его стальным гнетом и испепеляющим взором.
— Не волнуйтесь, Марк, я давно привыкла к подобному отношению и меня это ничуть не смущает. Вот такой у нас Герман Иванович.
— Регина Олеговна, всегда о вас отзывается прекрасно… — протянул Марк. Что-то было в его глазах манящее. Никогда такого не испытывала. Странно. Парфюм совершенно некстати врезался в мой нос. Суворов имел превосходный вкус.
— Я знаю. У нас понимание и чуткие отношения, — в следующую минуту, подумала: с чего настолько душещипательный диалог? Чего он все выпытывает? Волна негодования подступила к горлу. Насупившись, выпалила, — Это все? Допрос окончен?
Глаза парня округлились. Бедолага совсем не ожидал такой перемены во мне, он даже отстранился немного.
— Извините… Я не хотел, я просто…
— Давайте, окончим эту беседу… — пробурчала и отвернулась.
Каков наглец. Что ему вообще нужно? Может отец подослал?
По телу пробежала волна мурашек. Поежилась и постаралась успокоиться.
Тем временем ведущий в белом пиджаке, облепленный стразами, попросил выйти из толпы несколько человек, что приготовили поздравительные речи.
На сцену направились четыре человека. Наши родители и предки Ильдара. Счастья быть представленной им не имела. Как только родитель жениха раскрыл рот, поправляя бабочку на толстой шее, я заскучала. Полный мужчина, похожий на Винни-пуха, бубнил низким голосом. Будто пытался убаюкать всех присутствующих.
— Какой сегодня чудный денечек. Все красивые и прекрасные. Очень рад, что в нашу большую семью вливается Ирочка. Хочется сказать вам напутственные слова…
Мужчина говорил так, будто это была свадьба. Обычная помолвка. Новые веянья моды у богачей. Собрать тучу народа для того, чтобы сообщить о намерении пожениться. Вот уж бред.
Навалилась усталость и поклонило в сон. Отец Ильдара явно только набирал разгон. Сдерживая зевоту, ринулась в сторону выхода.
Уселась на разогретую солнцем ступеньку перед центральным входом и достала телефон.
— Алло, Свет, как дела? Все тихо? — сказала, услышав голос подруги и по совместительству напарницы.
Со Светой мы познакомились в музыкальной школе. Обе ходили на фортепьяно. Герман не разделял моего увлечения музыкой, поэтому отправил в обычную музыкалку, так сказать грызть гранит науки на ровне с местными ребятами из простых семей. Кстати, за это ему благодарна.
Пианистками мы не стали, но дружба у нас крепка. После моего ухода из дома Света меня приютила. В академию ветеринарии вместе поступили, и окончила с отличием. Теперь работаем в одной из клиник столицы.
— Сегодня на удивление тихо, — немного помолчав, ответила та. — Как на поле боя? Виделась с отцом?
— Нет, — вздохнула и облокотилась на перила, — вернее издалека видела его, когда на сцену выходил… С мамой поговорили украдкой. Ирка очень красивая и счастливая.
— Не переживай, — принялась щебетать подруга, — ты просто накрутила себя. Все люди, а людям свойственно ошибаться. Ильдар, наверняка, хороший парень и не обидит твою сестру.
— Не нравится он мне, — отрезала я.
— Ну, Геля… — устало протянула напарница, — это всего лишь твои заморочки. Если тебе попался говнюк, это не значит, что твоя сестра нарвется на те же грабли.
— Давай, только не о нем…
Зачем она напомнила? Вот и рассказывай после этого душевные переживания подруге. Полгода назад рассталась с парнем. Влюбилась как дура с первого взгляда, а он оказался еще тем хлопчиком. Пел о высоких чувствах, а сам мечтал познакомиться с моим отцом. Наивный, полагал, что Кораблев будет спонсировать никчемные проекты мужа дочери. А дочь-то, как выяснилось, не совсем любимая и не настолько приближенная как он считал. Наша схожесть с Ирой сыграла злую шутку. Альберт думал, что крутит роман с Ириной Кораблевой, а оказалась сестра-близнец по профессии и призванию доктор-ветеринар Ангелина Кораблева, о которой практически никто не знает и вообще не подозревает о ее существовании. Да-да и такому есть место. Альберт не подозревал о моем существовании. Парень знал только об одной дочери известного бизнесмена. Самое интересное, его не смутили мое имя и сфера деятельности. Он думал, что богатая девица так развлекается, ну а что, у богатых свои причуды.
Все выяснилось как только Алик собрался делать предложение. Хотел познакомиться с родителями, чтобы по всем традициям попросить руки и сердца у главы семейства. В общем, узнав горькую правду, испарился туда, откуда прибыл.
— Ладно-ладно, — запричитала Светка. — Чего так тихо? Олигархи ныне научились скромно празднества справлять?
— Я на улице, — пояснила, улыбнувшись на ее предположение. — Скучные поздравления и монотонные речи неизвестных мне людей убаюкивают.
Из ресторана послышался грохот и крики. Я вздрогнула и обернулась.
— Свет, я перезвоню. Что-то внезапно у них началось какое-то подозрительное веселье с битьем посуды и воплем.
Отсоединившись, подошла к двери, но она была заперта.
— Что за ерунда… — сказала вслух.
Для чего запирать дверь? Меня не предупредили, что нельзя покидать мероприятие. Вышла и все? Обратного хода нет? Бред какой-то.
Тем временем шум и гам усиливался. В помещении точно происходило что-то противоестественное. Тут же с обратной стороны послышался скрежет. Кто-то прильнул к двери и из последних сил пытался выбраться на улицу. Вот тут мне стало страшно. В первую минуту растерялась, но сразу собралась. Что делают в таких случаях? Звонят во все службы спасения. Так и поступила.
Через полчаса у здания ресторана стояла уйма машин. Спасатели, полицейские и медработники сновали повсюду. Произошел вопиющий случай. Честно говоря в голове это не укладывалось. После того как я вышла на улицу, некто закрыл двери элитной харчевни и выпустил пчел. Уму непостижимо. Да еще, не абы каких. Полосатые насекомые были одними из опаснейших на планете и довольно редкими. Африканские пчелы безумно агрессивны. Их яд настолько силен, что сбивает человека с ног. Жертва при укусе, чувствует боль, схожую с разрядом тока, прошедшего через все тело. Жуть.
Пострадало более ста гостей. Всех отвезли в ближайшую больницу. Ира и ее жених тоже пострадали. Слава богу, родители укрылись в туалете, туда разъяренные насекомые не добрались. Больше всех досталось отцу Ильдара. У мужчины случился сердечный приступ на фоне произошедшего.
Я примчалась в больницу и поговорила с доктором. Лекарь заверил меня, что с Ирой все в порядке. Успокоившись отправилась к ее палате. У дверей меня встретил отец.
— Тебе хватило наглости после всего заявиться сюда? — разъяренно прокричал он.
Вопрос поставил меня в ступор. Я-то при чем? Однако выражения моего лица навело старика на какие-то свои выводы.
— Так и думал, что это ты!
— Гера, не надо… успокойся… — придержала его мама.
— Помолчи, — скомандовал Герман. Он настолько был вне себя, что на его морщинистом лбу пульсировала венка.
Меня всегда удивляло, как так вышло, что мама оказалась замужем за отцом. У них разница в возрасте тридцать лет. Угораздило же ей, двадцатилетней девчонке влюбится в пятидесятилетнего мужчину. Вот уж точно, прилетел амурчик и обухом по голове вышиб разум.
— Герман Иванович, я каким боком? Как вы связываете случившиеся с моей скромной персоной? — осведомилась, сдерживая гнев и раздражение.
— Не прикидывайся, — брызгал слюной тот, хлопая рукой по груди, — кто у нас ветеринар? Ты совсем с ума сошла. Испортила праздник сестре. Знаешь, что я могу сделать? Написать заявление в соответствующие органы.
На угрозу мои губы выдали улыбку.
— Пиши, — игриво сказала, — только имей в виду, что я ветеринар и к насекомым не имею никакого отношения. И мне незачем было устраивать сей спектакль.
— Какая же ты сука! — взревел старик и опустился на скамейку у двери. — Как тебя только земля носит. Если бы ты не была близняшкой Иры, я был бы уверен, что тебя подкинули.
— Гера, — вновь вставила слово мама и подошла ко мне, — пожалуйста, прошу тебя, не говори так.
Она ловким движением изящной руки заправила выбившейся локон белых волос за ухо и посмотрела на мужа умоляющим взглядом. В уголках глаз появились слезы.
— Регина, помолчи! Почему ты все время встреваешь? — хрипел Герман.
— Гера… — тише повторила она и опустила глаза.
— Замолчи! — взвилась я на папашу. Мне стало обидно за маму. Понятное дело, что она сама выбрала этого мужчину и эту жизнь под его гнетом, но терпеть такого отношения к ней в моем присутствии не могла. — Что ты хочешь? Чтобы ушла? Уйду, только успокойся и не действуй всем на нервы! Если тебе никто не может этого сказать, значит, скажу я! Ты невыносим, рядом с тобой невозможно находиться! Уже начинаю думать, что Ирка замуж собралась лишь бы уехать от тебя подальше!
— Убирайся! — срывающимся голосом простонал Герман.
Внутри все клокотало. Я сорвалась с места и выскочила на улицу. Ненавижу его! Никому не дает жизни. Постоянное недовольство, вечно все неправы. Умозаключения до боли странные. Как можно подумать, что я прикупила где-то африканских пчел и выпустила рой в ресторан? Главное с какой целью? Испортить помолвку? Впала в детство и начала творить бредовые поступки?
Чтобы хоть немного успокоится начала жадно вдыхать вечерний воздух. Пригород уже окутали сумерки, и жара понемногу стала спадать.
— Ангелина, — раздался приятный голос.
Меня догонял Марк. Я сложила руки на груди. Что ему-то нужно? Зря он сунулся под горячую руку. Если днем у меня роились сомнения, что он засланный казачек, то теперь я была уверена: его послал отец для серьезного разговора со мной.
— Чего вам? — кинула в ответ.
— Ангелина, Герман Иванович, поручил мне разобраться в произошедшем.
— Поздравляю, — фыркнула и ринулась в сторону парковки. Там была моя машина.
— Подождите, мне нужно задать вам несколько вопросов, — не отставал Суворов.
— У меня нет настроения, отвечать на ваши вопросы, — привольно отмахнулась.
Парень неожиданно настиг меня и схватил за локоть, притянув к себе. Марк изменился в лице. Более парень не выглядел как сосунок на побегушках у старого бизнесмена. Его карие глаза стали хищными в них появилось что-то темное. Из зализанной челки выбилась прядь и упала на прямой лоб, касаясь широкой вздернутой брови.
— Послушай меня, — заговорил полушепотом, — я не собираюсь бегать за тобой. Ты кого из себя строишь? Принцесса, блин! Ответишь на мои вопросы, а потом вали на все четыре стороны.
На это я не могла возразить. Даже не верилось, что сие адресовано мне. Мысли разбежались. Однако локоть отозвавшийся болью вернул ясность ума.
— Вот это да, — ухмыльнувшись сказала, — кто-то показал зубки. Интересно. Ну, ладно, задавай свои вопросы.
— Не ерничай, — приказал Марк, чем вновь ввел меня в ступор. Никогда ни один мужчина не позволял так разговаривать со мной. — Почему из зала ушла?
— Чтобы не уснуть. Уж очень вечеринка веселая была.
— Допустим. Куда отправилась?
— На ступеньках у входа сидела.
— Кто-нибудь входил в ресторан?
— Нет, — ответила и попыталась высвободить руку.
— Выходил? — сжимая пальцы, продолжал Марк.
— Отпусти, — взбунтовалась наконец-то. — Ты не в себе? Иначе мне придется сломать тебе нос.
Моя угроза его повеселила.
— Ого, даже так, — Суворов улыбнулся. — Вы свободны Ангелина Германовна, но если понадобитесь, я позвоню. Номер оставьте.
— Перебьешься, — сказала, пятясь назад, словно дразня его. Но это было совсем не так. Он видимо расценил мое поведение именно так.
Марк сделал рывок и очутился вплотную. Выхватил сумочку, заправски доставая телефон.
— Эй, отдай!
Все мои попытки вернуть сумку и телефон были тщетны. Суворов юрко уворачиваясь от моих рук набрал свой номер и сделал вызов. Как только его телефон раздался трелью, хам вернул мои вещи.
— Суворов, я тебя запомнила, — кинула уходящему парню, очередную угрозу.
— Свободна! — насмешливо сказал он.
Во мне все бушевало. Хотелось закричать на всю парковку. Вот же, сукин сын! Получил, что хотел и был таков. Ничего удивительного, каков работодатель, таков и сотрудник.
