Глава 2
— Меня травят звуком, — объявила Тамара Владимировна, едва я втиснулась в крохотную прихожую, — очень противный такой: и-и-и-и! Полковник нервничает, сержант не спит. Снимай туфли и иди на кухню.
Я покорно сбросила балетки и очутилась в отсеке, по сравнению с которым место в авиалайнере, где стюардессы разогревают еду для пассажиров, просто Версальский дворец. Вместо окна здесь была форточка, столом служила откидная доска, приделанная к стене, а сидеть предлагалось на крошечных трехногих табуреточках.
— Даже тараканы ушли! — уточнила хозяйка. — А их тут было немерено. Я сначала решила, что Моте таки удалось вывести противных насекомых, она давно их шпыняет, но я поспрашивала соседей и поняла: прусаки только от меня удрали. Покидали квартиру цепочкой, с детьми и женами.
Я кивнула.
— Ясно!
— Тянулись из ванной, — не успокаивалась Тамара, — с багажом. Хочешь посмотреть? Пошли в комнату.
— Конечно, — согласилась я.
Делать нечего, процесс укрощения сумасшедшей занимает много времени.
Тамара Владимировна открыла крошечную дверцу, принятую мною за створку миниатюрного шкафа.
— Иди сюда.
Я сгорбилась в три погибели, вдохнула, задержала дыхание, протиснулась в узкий проем, сделала пару шагов в кромешной темноте, запуталась в тяжелых бархатных занавесках, но сумела их отдернуть и ахнула:
— Черт возьми!
— Все так говорят, — кивнула Тамара Владимировна, идя следом за мной. — Удивляюсь, ну до чего у людей стандартная реакция на мою комнатку!
Я стояла с разинутым ртом. Комнатку? Зал примерно семьдесят квадратных метров! Одна стена состоит из огромных, от пола до потолка, окон, вторая, с дверью, сплошь завешена книжными полками, вдоль третьей тянутся консоли со статуэтками и посудой, а четвертая теряется вдали.
— Ну и размер! — восхитилась я. — Странно, что здесь такая крошечная кухонька!
— Еще больше тебя удивит ванная! — улыбнулась хозяйка. — Хочешь посмотреть?
Натыкаясь на кресла, столы, козетки, пуфики, тумбочки и прочую мебель, мы добрались до огромной дубовой кровати с пологом.
Тамара Владимировна распахнула дверцу одного из бесчисленных шифоньеров, но я увидела не платья, а небольшой унитаз, над которым висел душ. Рукомойника здесь не было, из стены торчал кран, под ним на полу маячил тазик.
— Супер, — вырвалось у меня, — квартиру проектировал сбрендивший архитектор! Вы моетесь, сидя на горшке? А куда девается грязная вода?
— Часть попадает в слив толчка, остальное на пол, там есть отверстие, оно ведет в канализацию, — пояснила Тамара Владимировна, закрывая дверцу, — садись в кресло!
Я плюхнулась в продавленные подушки, а хозяйка начала рассказывать историю квартиры.
Дом был построен богатым купцом еще во времена правления Николая Второго. Лавочник возвел аж пятиэтажное здание, почти небоскреб. После революции его живо расстреляли, а дом превратили в скопище коммуналок. Бабушке и дедушке Тамары достался бывший зал для балов. Ни кухни, ни санузла в нем не было, поэтому семья пользовалась общей с соседями уборной на четвертом этаже, варила обед на третьем, а мыться ходила в баню. После Второй мировой войны в семье Куклиных появился зять, отец Тамары, рукастый мастеровой человек, который сообразил, что две прилегающие к огромной комнате каморки можно превратить в личную кухню и ванную. Каким образом родители смогли оформить жилплощадь как отдельную квартиру, Тамара не знала. Она просто живет тут с рождения и не собирается уезжать.
— Весь дом уже поменял жильцов, — объясняла старуха, — на втором этаже раньше пять семей жило, а теперь один бизнесмен. Он людям отдельные квартиры приобрел, уезжали все с радостью. На третьем и четвертом тоже Шанхаи гудели, их банкиры расселяли, лишь мы с Мотей на пятом этаже остались. У меня зал, у нее бывшая буфетная, семь квадратов, зато кухня полноценная и туалет с ванной здоровущей. Там Мотин бывший муж живет.
— В сортире? — уточнила я.
— Он аж двадцать метров, — хмыкнула Тамара Владимировна, — кровать влезла, столик. Конечно, не очень удобно, когда Мотя и ее новый супруг в туалет хотят!
— Жуть, — поежилась я.
Тамара Владимировна поджала губы.
— Люди хуже живут. Я ни за что отсюда не сдвинусь! Мне много раз предлагали двушку, но я не уеду из родительской квартиры. Враги мои это поняли и начали травлю. Один олигарх старается, имени его я не знаю, сюда его адвокат приходит, вертлявый парень, кличут Осипом. Где-то у меня его визитка валяется. Эй, Полковник, найди бумажку!
Куча пледов на кровати зашевелилась, из нее высунулась небольшая мордочка с бородой, круглыми глазами и лохматыми ушами.
— Обезьянка! — подпрыгнула я.
— Сама такая, — обиделась Тамара Владимировна, — это собака.
Небольшое четвероногое вылезло полностью.
— Что это за порода? — продолжала удивляться я. — Никогда такого не видела.
— Пти Барбансон из Сен-Барбансона, — ответила старушка.
— Какая странная кличка — Полковник, — не удержалась я.
— Еще есть Сержант, — улыбнулась бабуля, — он, как понимаешь, моложе и состоит в подчинении у Полковника. Смотри.
Тамара Владимировна выпрямила спину и громко сказала:
— Что у нас сегодня происходит? Полковник! Где визитка противного адвокатишки?
Пес пошевелил бровями. Понимаю, что большинство из вас сейчас возразит: «У собак нету бровей». Но у Полковника они были, и он мог ими двигать. Из-за большой подушки в изголовье гигантского ложа показалась еще одна морда, тоже лохматая. Полковник издал звук, похожий на кашель. Вторая собака начала выбираться из укрытия: тело вытянулось на кровати почти до середины матраса. Наконец показались задние ноги.
— Это Сержант, — познакомила нас хозяйка.
— А он какой по-породы? — очумело спросила я и услышала в ответ:
— Пти Барбансон а-ля эскимос.
— Но псы абсолютно не похожи, — возразила я, — у них только растительность на морде одинаковая!
— Разве француз идентичен эскимосу? В смысле люди? — заморгала Тамара Владимировна.
— Не очень, — признала я.
— Тогда почему ты ждешь, что северная собака будет близнецом европейской? — спросила она. — Есть бурый медведь, а есть белый.
— Ага, — кивнула я, наблюдая, как «эскимос» медленно, словно варенье, стекает с кровати на пол, — но у Сержанта очень короткие ноги!
— И что? — нахмурилась Тамара Владимировна. — Согласна, Сержант отнюдь не красавец, но он обладает кучей талантов! Ты пришла сюда обсуждать размер его лап? Меня травят звуком! Надо отыскать и обезвредить его источник.
— Обязательно, — пообещала я, — займусь этим прямо сейчас. У вас найдется палочка, веточка или кусок проволоки?
Хозяйка встала и подала мне бамбуковую указку.
— Сойдет?
— Супер! — обрадовалась я и вытянула перед собой обе руки. — Минутку!
— Что ты делаешь? — с интересом осведомилась старушка.
Я постаралась ответить с самым серьезным видом.
— Улавливаю звуковые колебания. Знаете, есть такие люди — лозоходцы. В древности, когда в деревне собирались рыть колодец, всегда нанимали такого специалиста. Человек брал в руки ветку или, на старый лад, лозу, шел по селу, и в каком-то месте палочка начинала в его руках шевелиться. Именно там следовало рыть, вода была недалеко от поверхности.
— Слышала о подобном, — тихо сказала Тамара Владимировна.
Я заискрилась широкой улыбкой.
— Замечательно. А мне достался талант ощущать звуки, сейчас возьму след и спасу вас.
— Дуру из меня делаешь! — покачала головой пенсионерка. — Полагаешь, что я клиентка психушки?
— Конечно, нет! — возразила я.
— У меня редкий слух, — пояснила Тамара Владимировна, — можно сказать, нечеловеческий. Когда противный звук включается, я воспринимаю его. Думаю, для обычного человека он неуловим, хотя вызывает беспокойство, мигрень, тошноту и бессонницу. Просто другие не понимают, в чем причина этого.
— Сей момент все исправим, — оптимистично пообещала я, — чую, волны ползут от окна!
— Нет, их источник в туалете, — не согласилась хозяйка, — оттуда звук доносится.
Полковник спрыгнул с кровати и начал метаться около двери в сортир.
— Началось! — вздрогнула бабуля. — Видишь, он реагирует!
Полковник распушил бороду, Сержант кинулся под кровать, Тамара Владимировна схватилась за голову.
— Слышишь?
— Нет, — честно ответила я, начав сомневаться в сумасшествии старушки.
Звуковые галлюцинации, как правило, преследуют исключительно больных людей, а если мучаются собаки, значит, они тоже что-то слышат. А Полковник с Сержантом явно испытывали дискомфорт.
Дверь в туалет приоткрылась, меня затошнило.
— О! Теперь и мыши решили слинять, — ткнула пальцем хозяйка квартиры.
Полковник бочком пятился к стене, Сержант постанывал из-под ложа. Я предпочла упасть в кресло и поджать ноги.
Из сортира потекла цепочка серых грызунов. Они деловито прошли по комнате и потерялись в ее противоположном конце. Мышей было много и разных размеров, среди них выделялись крупные особи, вероятно, отцы семейств, средние экземпляры и крохотные мышки.
— Сначала тараканы, теперь грызуны, — простонала Тамара Владимировна, — следующие на очереди мы с собаками, так и задумано.
— Главное, сохраняйте спокойствие, — приказала я, вынимая мобильный. — Сейчас сюда прибудет компьютерный гений с хитрой аппаратурой. Черт, меня мутит, и голова болеть начинает.
Через полтора часа Димон нашел маленькую черную коробочку, аккуратно запрятанную под плинтусом в туалете.
— Смахивает на ультразвуковую мышеловку, — констатировал Коробок.
Мы с Тамарой Владимировной опешили, а хакер, осторожно упаковав находку в пластиковый мешок, пустился в объяснения:
— Наука выяснила, что грызуны, кроты и прочие вредители урожая не выносят звуки особой частоты. Если слышат их, сразу испаряются. Отличное средство, действует почти со стопроцентной эффективностью, отпугивает любителей полакомиться корнеплодами на чужом огороде и выгоняет непрошеных гостей из дома. Одна беда: если у вас есть собаки-кошки-хомячки, они тоже испытают страдания. А еще очень редко встречаются люди, мутанты, которые способны уловить безопасные для большинства других звуковые колебания. Вы, Тамара Владимировна, вероятно, из их числа.
— Здорово! Я генетический урод! — обрадовалась старушка.
— Я сказал «мутант», — не смутился Димон. — Это не одно и то же!
— Вы точно не покупали это устройство? — вмешалась я в беседу.
— Зачем бы? — ответила Куклина.
— Шикарный вопрос, — кивнула я, — напрашивается ответ: чтобы избавиться от мышей.
Тамара Владимировна махнула рукой.
— Их здесь такое количество, что бороться бесполезно. И мы с ними договорились: я не трогаю их, они не лезут в комнату, копошатся по ночам в туалете. Если уж очень разойдутся, Полковник Сержанту приказывает, тот идет разбираться, пару раз в санузел сунулся, больше конфликтов не возникало.
Пока мы с Тамарой Владимировной беседовали о домашних вредителях, Димон сел за стол, открыл свой чемоданчик, набитый разной всячиной, включил ноутбук и принялся тихо напевать:
— Шла Маруся, а за нею гуси…
— Вы упоминали про соседку, которая пыталась вытравить тараканов, — продолжала я.
— Матрена их боится, — улыбнулась Тамара Владимировна. — Глупо, прусаки ведь не кусаются. Но Мотя вся состоит из нелогичных поступков, ей при рождении забыли вложить в черепную коробку мозги, набили туда желе из сарухая, так она теперь и живет.
— Что такое сарухай? — не поняла я.
— Фрукт, — ответила Тамара Владимировна, — экзотический. Стоит дорого, ни вкуса, ни запаха не имеет, дрянь, одним словом. Даже Сержант его жрать не стал, а он все может слопать.
— Гуси, гуси щипали Марусю, — мирно выводил Димон, производя «вскрытие» коробочки.
— Мотя ко мне подкатывалась, — продолжала Тамара Владимировна, — говорила: «Давай их вместе отравим», но у меня принцип никого не убивать.
— Вероятно, соседка приобрела ультразвуковой отпугиватель и подсунула к вам в туалет, — предположила я, — осталось выяснить, как она сюда проникла в отсутствие хозяйки.
— Мы ключами обменялись на всякий случай, мало ли чего, — пояснила Куклина.
— Отлично! — обрадовалась я. — Вы ушли гулять с собаками, а Мотя сунула приборчик под плинтус в санузле. Ее поступок отвратителен, но, полагаю, она не собиралась причинять вред вашему здоровью. Надо побеседовать с мадам!
— Этта точно, — подхватил Димон, — побалакать с дамочкой необходимо. А насчет вреда здоровью… Я бы не судил столь категорично о намерениях очаровательной соседушки.
— Думаешь, Мотя хочет извести Тамару Владимировну при помощи звуковой мышеловки? — хмыкнула я. — Считает ее крупным грызуном?
— Это не простой прибор для отпугивания крыс, — ответил Дима.
— А что тогда? — заморгала Куклина. — Ты же сам пару минут назад так сказал.
Димон почесал переносицу.
— Очень похож на первый взгляд. А на второй уже нет. Боюсь, не смогу вам объяснить его принцип действия.
— И не надо! — оборвала хакера Тамара Владимировна. — Я не знаю, как работает телик, не понимаю, откуда он берет сериалы, но мне важно, что я их вижу! Просто скажи: чего мне ожидать?
Коробков уставился на мелкие детальки, лежавшие на столе.
— Любимый кинофильм эта зараза вам точно не продемонстрирует.
Тамара Владимировна изогнула брови.
— Да ну? А я, дура, ожидала узреть с ее помощью канал «Дискавери» или «Анимал плэнетс».
— Она не сумасшедшая, — шепнула я Коробку.
Куклина не лгала, когда говорила про свой необычайно острый слух.
— Пока нет, — фыркнула она. — Хотя не уверена, что через двадцать лет не стану, как Мотя, читать «Желтуху».
— Простите, — смутилась я.
— Ничего, деточка, — милостиво кивнула хозяйка. — Скажи ты: «Тамара Владимировна совсем из ума выжила» — мне это было бы неприятно, а признание моей дееспособности необидно. Ладушки, с кино разобрались, теперь об электронной гадости поподробнее.
Димон потрогал пальцем одну из частей коробочки.
— Ухо человека воспринимает звук в диапазоне от 16 до 20 килогерц. Остальное мы не слышим, но это не означает, что других колебаний нет. Животные более чувствительны, о чем следует помнить их владельцам. Четвероногие воспринимают музыку. Есть исследования, подтверждающие: коровы лучше доятся, когда им включают вальс или нечто лирическое, и почти впадают в безумие от тяжелого рока.
— Похоже, я буренка, — вздохнула Тамара Владимировна. — Когда слышу «умц-умц, тынц-тынц, бах-барабах», тоже впадаю в безумие.
— Дальше, — поторопила я хакера.
— Мышепугатели сделаны так, чтобы не нанести вред человеку, — бубнил Коробок, — а этот… он наточен не на грызунов, а на старушек! Кстати, Танюша, тебя тоже затошнило, когда ты тут полчаса просидела.
Мы с Тамарой Владимировной оцепенели.
— Я не старушка! — спустя миг вырвалось у меня.
— С этим трудно спорить, — согласился Коробок, — но к чему твое заявление?
— Если пытались нанести вред Тамаре Владимировне, почему устройство подействовало на меня? — удивилась я.
Димон откашлялся.
— Потому что ты тоже человек! Возраст в данном случае роли не играет. Оригинальный способ лишить здоровья себе подобного. Предполагалось, что Тамара Владимировна начнет испытывать легкое головокружение, расстройство сна, потом настанет время скачков давления, сбоя в желудочно-кишечном тракте. Естественно, она отправится к врачу, и как поступит доктор?
Старушка усмехнулась.
— Выпишет кучу таблеток, споет песню про капризы погоды, напомнит про правильное питание, прогулки, а сам подумает: «Помирать, старая кляча, тебе пора, нечего на хорошее здоровье в твоем возрасте рассчитывать».
— Слегка прямолинейно, но в принципе верно, — согласился хакер. — Состояние Куклиной начнет резко ухудшаться, а когда произойдет… э… мм… ну…
— А когда я отброшу тапки, никто не вздрогнет, — решительно подхватила Тамара Владимировна, — старухам положено играть в ящик.
Димон крякнул.
— Вам повезло, что вы обладаете ушами летучей мыши, поэтому попытка сжить вас со свету закончилась неудачей. Любой другой человек просто ощутил бы непонятное беспокойство, а вы сумели связать его со звуком.
— Очень противно пищало, — поморщилась бабушка, — иногда сильнее, иногда слабее, затихало и снова начинало. Полковник с Сержантом суетились, тараканы ушли, были у меня поводы забеспокоиться.
— Аппарат сделал умелец в кустарных условиях, — забубнил Димон, — талантливый человек, типа Кулибина, но чего-то он не учел, оттого мощность звука менялась, а вам делалось то лучше, то хуже. Ну, Таняша, какие мысли имеешь по данному поводу?
— Не особо оригинальные, — мрачно ответила я, — надо побеседовать с соседкой Мотей.
Моей ноги коснулось что-то мягкое, я посмотрела вниз. Около стула стоял Сержант. Он высоко задрал голову. В зубах у него торчал белый прямоугольник, собака явно хотела, чтобы я взяла бумажку.
— Что он притащил? — полюбопытствовала Тамара Владимировна.
Я поднесла к глазам картонную карточку.
— Визитку. Адвокат Осип Кошмаров.
— Хорошая фамилия для юриста, — без тени улыбки заметил Димон.
— Нашел! — обрадовалась Тамара Владимировна. — Сержант молодец! Хвалю! Возьми с полки пирожок!
С каждой минутой Куклина все больше мне нравилась, вот сейчас она употребила любимое выражение моей бабушки. Та тоже любила говорить в качестве одобрения: «Возьми с полки пирожок». А еще бабуля рассказывала, что маленькая Танечка, услышав первый раз про пирог, поняла слова буквально, отправилась на его поиски и очень расстроилась, не найдя угощенья.
Сержант гордо вскинул голову, засеменил короткими лапами до подоконника, на котором стояло блюдо, прикрытое салфеткой, и тихо тявкнул. Из другого конца комнаты к нему примчался Полковник, ловко привстал на задние лапы, дотянулся мордой до тарелки, просунул нос под ткань. Я разинула рот. В зубах Полковника торчал пирожок. Сержант издал ноющий звук, Полковник выплюнул свою добычу и ушел. «Эскимос» схватил пирог и проглотил. Я потрясла головой. В доме Куклиной фраза «Возьми с полки пирожок» имеет буквальное значение, Тамара Владимировна предложила Сержанту полакомиться, а поскольку у него лапки коротенькие, достать с подоконника награду ему помог Полковник.
