Магинари. Облики Тьмы
Грейс Амбер Ланкастер, 2018

Представьте мир, в котором магия – это обычное дело. Правда, это будоражит сознание? Едва ли не каждый мечтал обладать такой силой, но когда магия пришла на Землю, все обернулось катаклизмом. Покидая умирающую Землю, Тильда надеялась начать лучшую жизнь. Она и не думала, что прошлое отправится за ней даже в другой мир.В оформлении обложки использована фотография с сайта pexels.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Магинари. Облики Тьмы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 1. Катастрофа

Ι

«А все так хорошо начиналось! — с досадой подумал главный императорский маг, и по совместительству младший сын правителя империи Д'Аор, изворачиваясь от массивной лапы с тремя длинными когтями. — Проснулся с двумя чудными девицами, которые помогли нескучно скоротать миновавшую ночь. На повестке дня был запланирован поздний завтрак с пречудесной маркизой Боуи, обожающей прогулки с молодыми юношами императорской крови. Видят боги, эта нивоха испортила все, что могло сегодня произойти хорошего!»

Принц едва не пропустил очередной взмах острых когтей, и был сбит с ног подсечкой длинного хвоста нивохи. Молодой маг упал на пол и услышал звон бьющегося стекла. Мимолетом вспомнил о припрятанной бутылке из коллекции отца, недавнее как вчера украденной из императорских погребов.

Тучное существо с серой склизкой кожей, покрытой острыми короткими волосами двинулось к молодому магу. Две пары задних лап, расположенных друг над другом помогали существу быстро передвигать жирное тело, а длинные передние лапы, снабженные тремя пальцами с острыми когтями, ловко захватывали все, что попадалось под лапы. Пасть-присоска разверзлась, обнажая несколько рядов острых, похожих на иголки зубов в самой глотке нивохи.

Принц Харис достал из сумки надбитое горлышко бутылки и швырнул его в существо, вложив в бросок всю досаду и разочарование. Но горлышко разлетелось на осколки, едва коснувшись толстой шкуры нивохи, не причинив ей никакого вреда. К аромату гниющего мяса, который источало тело нивохи, присоединился запах алкоголя, весенних цветов и винограда.

«Лучше бы это был мой череп. — хмуро подумал принц Харис — все равно голова будет болеть от поучений отца и от синяков, а удовольствия — ноль! Так бы хоть избежал всех этих причитаний.»

Размышляя о досадной случайности, главный маг империи успел подняться на ноги и ещё дважды отбиться от лап нивохи. В первый раз он ударил огненной вспышкой, ослепляя существо и сбивая его с толку. Второй раз времени хватило только создать щит вокруг себя, и острые когти прошли сквозь него, как сквозь призрака, не причинив никакого вреда.

— Хватит. — возмутился принц Харис и, вдобавок, грубо выругался. Сотворив в одной руке стрелу, сотканную из молний, а во второй мощный лук, принц наложил стрелу на лук, натянул тетиву и прицелился. Для большей точности он прикрыл одно веко и немного склонил голову на бок. Затаил дыхание, немного провел жертву на острие стрелы, и спустил тетиву, пока нивоха не успела подобраться к нему ближе, чем на расстояние удара длинной лапой с острыми когтями.

Стрела попала в глазницу. Пораженное существо грохнулось на каменный пол со всей тяжестью своей необъятной туши. В воздухе заструились черные струйки дыма, и поплыл запах горелой мертвечины. Поджаренная нивоха горой обугленного мяса лежала в трёх шагах от принца Хариса.

— Неплохо! — прозвучал голос капитана его охраны — Можно было подпустить ещё на шаг ближе, чтобы кровь прямо вскипела внутри.

Капитан Кайя, начальник отряда телохранителей принца, как раз закончил разбираться со вторым существом. Он рывком вытащил из мертвой туши свой меч, который именовал Сомна. Заботливо вытер с него кровь краем черного плаща с вышитым на спине символом правящего дома: звезда, возвышающаяся над деревом с тремя широкими ветвями и пышной кроной. Символ даорской империи, самой сильной империи на Бушане, был знаком солдат императорской гвардии и личной охраны императорской семьи.

— Кай, здесь закончили, — заключил молодой маг, проверив магическим зрением все помещение старых водосборников.

Капитан поправил темно-русые волосы, которых уже успело коснуться серебро седины, и заложил за ухо выбившиеся из короткого хвоста на затылке, пряди волос. Серые глаза укоризненно взглянули на молодого принца.

— Нужно помочь остальным. Там ещё три этих дряни! — скомандовал капитан, и направился в коридор. — Держись за спиной, Харис.

Принц Харис вздохнул и побрел следом, шаря ладонью в сумке. Все было залито вином — магические книги, несколько старинных манускриптов, которые он тайком прихватил из библиотеки главы ордена магов Дамфи, записка от миловидной герцогини с золотыми кудрями, имя которой он так и не вспомнил — все было окончательно и бесповоротно испорчено, и магу стало невероятно жаль, что столь чудесный напиток пропал зря. «Хоть бы уже расквасил его об голову этой заразы.» — печально подумал Харис. Кайя поторопил принца, и молодой маг прибавил шагу, покидая старый ветхий и замшелый зал подземелья старого водосборника.

Капитан был уже не молод, но седина на его волосах была преждевременной. А как же иначе? Он охранял младшего сына правителя даорской империи с тех дней, когда принц Харис научился ходить. И с этих же дней маленький сорванец только и придумывал новые способы пощекотать нервы своих нянек и телохранителей. Кайя был поджарым мужчиной среднего роста, с глубоко посаженными серыми глазами, смотревшими прямо в самое сердце, острыми скулами, прямым носом и тонкими губами, всегда искривленными в презрительной ухмылке. Он отлично владел практически любым оружием, но его страстью был меч Сомна, полученный в наследство от отца, доставшемуся тому от его отца и так далее. Капитан не был примером милосердия или дружелюбности, а свои команды всегда подкреплял звучной бранью, но молодого принца, несколько лет назад назначенного главным магом империи Д’Аор, капитан Кайя любил почти как собственного сына. Кстати сказать, семьи у капитана не было, и всю жизнь он посвящал защите третьего наследника престола даорской империи.

Капитан и принц двигались по коридору в сторону лестницы, ведущей на поверхность. Капитан держал в руке обнаженный меч, а принц поигрывал небольшим диском энергии, перебрасывая его с ладони на ладонь. По пути наверх они внимательно проверяли каждое помещение и закуток. В случае возникновения опасности каждый был готов в то же мгновение продемонстрировать свое мастерство.

В это время Тильда отвлекала внимание одной из оставшихся нивох. Их мир служил переходным пунктом между разными мирами, своего рода аванпост для магов и волшебных существ. Правду говоря, Бушан не был родным миром для Тильды, но за неимением другого, телохранительница приняла его, как родной. Уже три года она служила в личной охране главного императорского мага и вместе с отрядом телохранителей помогала принцу разгонять существ из других миров, устранять неловкие ситуации с местной магией и блюсти законы использования магии в империи Д'Аор. В мире, где магия столь же привычна, как и то, что ростовщики дерут непомерные проценты со своих клиентов, а у булочника, чья пекарня ближе всего к мельнице, всегда самый свежий хлеб, появление магических существ из других миров было таким же привычным, как восход небесного светила. Скучать не хватало времени никогда.

Вот и теперь девушка выручала своего напарника от удара длинными когтями. Темноволосый воин распластался на полу, сбитый с ног ударом нивохи на противоходе. Существо нависло над воином по имени Сади, осматривая темноволосого воина с гастрономическим интересом. Ядовитая слюна, скапывающая из рта-присоски, должна была вот-вот достать до тела, и прожечь смуглую кожу воина.

Тильда повернула в руке огромный нож — размером от ее локтя до костяшек пальцев. Его даже можно было назвать внебрачным ребенком меча и обычного ножа. Девушка принесла оружие из родного мира, ныне павшего. Она была неразлучна со своей Осой, и нож всегда служил ей надёжной защитой и опорой.

— Ну, Оса, не подведи. — шепнула девушка ножу.

Замахнувшись, она изо всей силы ударила ножом плашмя по старой железной опоре. Звон и скрип железа разлетелся по всем помещениям водосборников. Нивоха насторожились и замерла, но не отошла от Сади. Тогда Тильда ударила ещё и ещё, пока существо не бросилось на нее. Нивохи были быстрыми благодаря двум парам ног, но неповоротливы, девушка это знала так же отлично, как и то, что она в два раза меньше этой твари и проворнее ее. Телохранительница отскочила в сторону, перекатилась ещё дальше, пока существо попыталось не врезаться в столб. Безнадежно. Встав на ноги, Тильда перехватила украшенную перламутром рукоять ножа в обратный хват и, отталкиваясь от нижней лапы нивохи, запрыгнула ей на спину и вонзила нож прямо в основание черепа существа. Девушка спрыгнула на пол, и существо провалилось на столб, сползло по нему, и распласталось на полу.

— Ты как, Сади? — спросила телохранительница, тормоша напарника за плечо.

— Все на месте. — ухмыльнулся воин и подмигнул девушке голубыми глазами.

Тильда помогла напарнику встать и предостерегла от лужи слюны нивохи. Они направились в центральный коридор, когда за их спинами раздался душераздирающий скрип и скрежет железа и камня. Столб, на который упала мертвая туша, не выдержал невероятных испытаний и завалился на бок. Потолочная балка, которую он удерживал, последовала за ним, запуская эффект домино.

Девушка успела отскочить в сторону от падающей каменной плиты, а вот двухметровый и широкоплечий воин Сади был не столь прыгучим и проворным. Балка задела его плечо и сбила с ног. Но к счастью, Тильда успела отбросить плиту всплеском магической энергии.

Едва девушка успела подбежать к потерявшему сознание воину, как за спиной прозвучали шаркающие звуки, в воздухе повисла приторная вонь гнили и коридор наполнило сопение слюнявого рта. У нивох не было носа, они вдыхали ароматы ртом, пробуя их на вкус. Воздух для жизни им был не нужен вовсе, а вот жертв они отыскивали именно по звукам и запаху. Поскольку их глаза были очень чувствительны, они боялись солнечного света и поэтому жили в катакомбах. Старые водосборники, как тот, в котором сейчас находился отряд телохранителей принца Хариса, отлично подходил под требования этих существ. Однако солнечный свет был не способен напугать и прогнать нивох, как это считали древние маги, написавшие «Великое и полное руководство по истреблению нивох», которым немного ранее воспользовался главный маг империи. Оказалось, что свет небесного светила пробуждает этих существ от спячки, делая их очень голодными и чертовски злыми.

И вот теперь последняя из этих тварей, прибывших из промежуточного пространства между мирами, стояла у девушки за спиной. Тильда обернулась и через плечо осмотрела коридор. Ни впереди, ни позади никого не было. Это неимоверно обрадовало ее. Все время, лишь она решит воспользоваться магией, как кто-то лезет под руку. Тильда встала во весь рост, развернулась к нивохе и вонзила в нее взгляд. Девушка мысленно представила, что существо сгорает в огне, обратилась к магии в ее крови, прося помочь ей. Она почувствовала, как сила в ней откликается на призыв. Через миг нивоху охватил столб пламени, окутав существо с головы до хвоста, и за считанные мгновения оно превратилось в пепел. Сделав жест ладонью, девушка сотворила порыв ветра, который развеял пепел и скрыл вонь горелой мертвечины.

Послышались шаги. Телохранительница резко обернулась, опасаясь, что ее колдовство заметили, но показавшиеся в дальнем конце коридора Вака и два других воина едва ли смогли бы разглядеть, что произошло.

— Скорее сюда! — крикнула девушка, делая встревоженный вид.

— Что случилось? — уже подбегая к телохранительнице, спросил Урбан.

— Помещение обвалилось, его зацепило балкой.

Урбан гоготнул. Для него слово"помещение"было диковинным, но все считали Тильду иностранкой, уроженкой одной из двух соседствующих империй Бушана, и уже не обращали внимания на необычные слова. Долговязый великан с белоснежными волосами взвалил бесчувственного напарника на плечи и потащил к лестнице.

Вскоре весь отряд телохранителей вышел на поверхность из подземелий старого водосборника. Капитан отряда и принц уже стояли, подпирая плечами развалившейся сторожевую будку. Тильда и Урбан отчитались в количестве убитых тварей, и возник вопрос о том, что случилось с последней нивохой. Изначально тварей было пять, а убили четыре. Телохранительница смолчала, что сожгла последнюю в столпе пламени, появившимся по ее воле. Хоть в даорской империи магия и была привычной, вольное владение ее силой без вспомогательных чтений речевок и обрядов было редкостью.

Немного поспорив с Кайя, принц всё-таки оставил свою сумку и отправился проверить, все ли нивохи мертвы. Молодой маг прежде почувствовал вспышку магии, но теперь не чувствовал ничего. К счастью Тильды, Харис решил, что это существо вернулось в родное для него переходное пространство между мирами. Но все же решил спуститься в водосборники ещё раз, в одиночку, и все проверить магическим зрением, чтобы в будущем не пришлось бороться с нашествием нивох. Никто больше спорить не стал. Лишнее время в тишине и глуши нравилось всем — и любителям природы, и лентяям.

Окраина столицы даорской империи — Арноха — была тихой и благоухающей, чего не скажешь про сам город. Раскинувшийся у подножия водопада, названного одноименно с рекой Сишлинх, на которой стоял императорский замок, город всегда был наполнен тихим шипением падающей с обрыва воды. Кроме него Арнох был наполнен привычными звуками столицы: в порту сами собой разгружались деревянные ящики, что иногда сопровождалось грохотом падающей груды ящиков. На Мукичной площади булочники перекрикивали друг друга, расхваливая свой товар и уводя покупателей от соседних конкурентов. На рыбном рынке брань заменяла обычную речь, а стоящий на рынке смрад буквально в каждом пробуждал хищника, готового вцепиться в горло соседу. По улицам тарахтели повозки и колесницы, лаяли псы, базарные бабы бранились в рыночных рядах, городская стража гулко чеканила шаг, а продавцы газет на весь город горлопанили о последних новостях империи и соседних государств.

Спустя час отряд уже вернётся в оглушающий гул Арноха, а пока все наслаждались чириканьем птиц и шумом листвы на полувековых деревьях. Капитан Кайя любовно водил точильным камнем по лезвию Сомны, Сади приходил в себя после удара, Урбан упражнялся с кистенем, Вака отдирала остатки крови со своего меча, а остальные члены отряда отдыхали, развалившись на траве.

Глаза Тильды, телохранительницы принца, внимательно следили за окружением, но в большей мере ее взгляд был прикован к облакам. Она с восторгом представляла, какими были бы они на вкус, на ощупь, какой имеют запах. Для девушки настоящей магией было то, как облака меняли свою форму, рассеивались и без какой либо помощи плыли по небу. Пальцы не прекращали ощупывать травинки. Инстинктивно каждое мгновение она проверяла реальность окружающего: шепота ветра в листве, поскрипывания веток, гружённых плодами и листвой, трели птиц, мерного блеска лучей небесного светила. В ее родном мире — на Земле — такого было разве что на старинных картинах и в книгах. Воздух в ее мире был охряного цвета от гари и загрязнения, а небо им заменяли рисунки на бетонном потолке бомбоубежища.

Вернулся принц, и все начали собираться обратно в Арнох. Тильда заметила, что рукав рубашки принца Хариса пропитался кровью и прилип к плечу. Но молодой маг, казалось, не замечал этого. Он обеспокоенно перерывал свою дорожную сумку.

— Как вы, господин? — спросила одна из его телохранительниц.

— Что? — принц вовсе не замечал никого вокруг.

— Принц Харис! — уже громче и настойчивее произнесла Тильда.

Главный маг даорской империи не обращал на нее ровным счетом никакого внимания. Как впрочем, и на остальных. Молодой принц систематично перерывал свою сумку, без какой либо очевидной цели. В голове Хариса крутилась неясная мысль сделать что-то поскорее, пока еще не поздно, но он никак не мог вспомнить, что сделать. А вместо этого он все больше зарывался в свою сумку, словно ответ был там. Искать становилось все труднее, и руки уже переставали слушаться хозяина. Харису захотелось прилечь в мягкие подушки, укрыться теплым одеялом и закрыть глаза. Еще лучше, конечно, было бы уснуть в компании девиц, выпив сладкого вина. Харис почувствовал, как тяжелеют его веки, тело сползает по стене на землю.

Тильда увидела, как быстро лицо принца бледнеет. Дело было явно не в царапине на плече — сквозь разорванные края серой рубашки была видна сама рана. И была она незначительной, словно маг неосторожно зацепил плечом вылезший гвоздь. Но вот темная паутинка, расползавшаяся от нее, насторожила телохранительницу принца.

Тильда схватила главного мага империи за руку и потянула к себе, параллельно разжимая крепко сцепившиеся пальцы. Невиданная дерзость! Невероятная наглость, граничащая с изменой. Остальная охрана принца бросилась к ним, оставив все прежние дела. Но в тот же миг из ладони молодого мага выпала костяшка с начертанной на ней черной руной. Телохранители замерли. Только Тильда быстро отшвырнула носком сапога кусочек кости с начертанной обернутой руной памяти. Эта руна помогает сохранять воспоминания, особо важные знания, на худой конец, вернуть память тому, кто потерял ее. Но обернутый символ стирал все воспоминания, начиная с последних. Причем делал это быстро и мог некоторое время действовать на расстоянии.

Тильда уже видела такое. Не здесь. В своем мире, павшем от магии. Следовало как можно скорее убрать руну подальше от принца и разобраться, зачем и кто всучил ее принцу Харису.

— Что это? — спросил капитан Кайя девушку-охранника.

— Не прикасайтесь к ней. Это стирает память, и даже здравый рассудок. — рыкнула Тильда на своего начальника. Тот отступил назад, посчитав, что если рассудительная и всегда осторожная Тильда так переменилась, то для того есть веская причина.

— Харис! — телохранительница тормошила осевшего на пол принца за плечо. Его глаза уже почти закрылись. — Харис, очнись! Что с тобой произошло?

— Сила. Магия исчезает из крови. — Харису понадобились все оставшиеся силы, чтобы произнести это. Глаза затягивала черная пелена, и дышать становилось все сложнее. Голос одной из его телохранителей звучал, словно из бочки с элем, но только он и удерживал его в сознании.

Глаза молодого принца сомкнулись, и Тильда собрала всю волю в кулак, чтобы не паниковать. Сглотнув, она вновь затормошила принца за плечи.

— Кровь. — едва слышно выдохнул принц.

Тильда поняла, что происходит. Принцу нужна была кровь, насыщенная магией. Как переливание крови в ее мире спасало жизни людям, так в этом мире насыщенная магией кровь другого мага могла разрушить заклинание крови. На Земле тоже делали такое, но только с иной целью.

Времени на переливания не было. Да и приспособлений для этого тоже не было при себе. Тильда, не колеблясь, достала свой обоюдоострый нож из чехла на поясе, и провела лезвием по предплечью от запястья вверх. Алая кровь быстро проступила на порезе, и рубиновые капли потекли по светлой коже.

— Пей. — велела она главному магу империи, подставляя окровавленную руку к его губам.

У принца уже не было сил ни сопротивляться, ни думать. Он жадно прижался губами к ране на руке Тильды и начал пить. Во рту появился солоноватый вкус меди, и маг подавил тошноту. Сил в тот же миг стало больше, и Харис вцепился обеими ладонями в руку Тильды.

— Что ты делаешь, Тильда? — заорал капитан, наконец, срываясь с места.

Кайя знал, что все его подчиненные обладают магической силой, но не считал, что силы скрытной и дерзкой девчонки хватит для того, чтобы разрушить заклятие. Однако когда лицо принца начало приобретать естественный цвет, а на щеках даже проблеснул румянец, глаза капитана округлились.

— Челюсть подбери. — засмеялась Тильда, увидев лицо капитана. Она перевела взгляд на Хариса, и в тот же миг все поплыло, мир пошатнулся, и земля выскользнула из-под ног. Чьи-то руки успели подхватить ее прежде, чем она упала на пол.

ΙΙ

Харрис пришел в себя и с трудом раскрыл глаза. Было такое чувство, словно сперва ему не давали выспаться несколько недель к ряду, а потом разбудили, как только он окунулся в сон.

Он понял, что находится не в своей комнате, куда обычно доносили его телохранители после драк или попоек. На потолке его спальни были прекрасные росписи, стены украшали гобелены, а над кроватью возвышался золотистый полог. Сейчас же стены и потолок были грязно-серыми. Никаких гобеленов, пологов или мягких шелковых постелей.

Харис с трудом сел. Рукой ощупал свое правое плечо и поморщился. На нем была повязка. Значит, все было не бредовым сном, а действительностью. Теперь он вспомнил яснее, как распахнулись его глаза от вкуса магии его телохранительницы. Он чувствовал, как после первого глотка внутри него все вспыхнуло, выжигая заклятие, и едва не сжигая его самого. Такой силы он не чувствовал никогда. А он был третьим по силе магом даорской империи. Чтобы сила не сожгла его самого, он сотворил огненные вихри, а затем потерял сознание.

Принц попытался припомнить, с чего все началось, и кто была та телохранительница. В памяти забрезжило воспоминание: скрытная, послушная, юная, светлокожая, с черными длинными волосами, всегда державшаяся в стороне. Молодой маг вспомнил, что прежде считал девушку неумехой. К тому же она была иностранкой, и потому он относился к ней предвзято. Но потом Харис заметил, как внимательно она наблюдает за всеми, ловя каждый посторонний взгляд и движение — ее навыки воина были на грани инстинктивных, словно она с самого детства училась выживать. И не раз телохранительница показала свою сообразительность и ловкость, вовремя применяя оружие или силу. Но Харис никак не мог припомнить, как звали девушку.

Теперь же принц был в порядке. Он спустил ноги с больничной кровати и только сейчас увидел на соседней койке свою телохранительницу. Ее рука была перебинтована от локтя до ладони. Девушка лежала неподвижно. Она была бледна, и грудь едва вздымалась от слабого дыхания.

«Тильда! — пронеслось в голове принца имя телохранительницы — Ее зовут Тильда. Странное иностранное имя.»

Харис считал, что она иностранка. В ее речи слышался легкий акцент, хоть она и умело скрывала его. Девушка знала обычаи и законы даорцев, прекрасно ориентировалась в географии не только Арноха — столицы империи Д’Аор, но и всей империи. Молодой маг не раз замечал, что она держится отстраненно в любой компании, хоть и чувствует себя, словно своя среди чужих. Капитан Кайя и отряд его телохранителей никогда не сторонился девушки, и это давало основания принцу доверять свою жизнь и ей.

Но имя девушки было непривычным, даже странным. Если в империи было целое море Греев — как звали его старшего брата, кронпринца империи Д’Аор, или каждый десятый был Ридом, то Тильды он никогда не встречал. Именно поэтому Харис решил, что девушка прибыла из другой империи. Там водились и умелые воины, и сильные маги. Подогнав теорию под факты, молодой принц решил, что девушка могла бежать от родителей, не позволявших ей заниматься любимым делом. Или от замужества по расчету (уж он знал наверняка, сколько таких беглянок в империи его отца). Потому никаких подозрений и не вызвало, что телохранительница нашла новый дом и работу в Гаринохе, а затем в Арнохе. Девушка была не особо в его вкусе: длинные волосы всегда заплетены в косу, лицо вечно испачкано то кровью, то мелом после тренировок, высокая, тощая, едва ли выдающаяся грудь, а зеленые глаза всегда словно смотрели в самое сердце. Ее повадки были скорее мужскими, чем женственными, да и была она слишком грубой. Потому Тильда никогда не интересовала принца как девушка. Только в качестве надежной защиты его собственной жизни.

Однако теперь принц начал немного жалеть, что не разведал про нее больше у капитана, прежде, чем тот принял девушку в свой отряд императорской стражи.

Маг подошел ближе к девушке и осторожно коснулся ее ладони своей. На миг вспыхнула янтарная искра, и на щеках Тильды появился румянец. Длинные ресницы задрожали, а дыхание стало ровнее и глубже.

Прежде Харису потребовалось бы не меньше десяти минут, чтобы излечить кого-то, да и сам он при этом терял массу сил. Но после того, как из крови Тильды к нему попала ее сила, он мог буквально все, не теряя при этом своей энергии. Девушка раскрыла веки, сверкнув изумрудными глазами.

— Тильда?

Она несколько раз моргнула, обводя комнату взглядом, затем взглянула на молодого мага.

— Вы целы, ваше высочество? — спросила она.

Харис улыбнулся неожиданному ответу.

— Это я должен спросить у тебя. И можешь обращаться ко мне на «ты», я же не настолько стар и страшен, как мой отец, император Сарки.

— Я в порядке. — ответила девушка, присаживаясь на кровати.

Она осмотрела свою руку, затем взглянула на принца.

— Кто ты? — спросил Харис.

— Я? Я Тильда. Ваш, то есть, твой телохранитель. — немного удивленно ответила девушка, и смущенно заложила прядь коротких черных волос за ухо.

— Нет. Я не об этом спрашиваю. Ты понимаешь, что я хочу узнать?

По тому, как Тильда потупилась, Харис понял, что она не из его мира. Все на Бушане, не исключая и принца, знали, что их мир служит своеобразным перевалочным пунктом между мирами с магией и без нее. Между мирами, где магия это всего лишь наука, ветвь физики и химии, или где магия — это все равно, что повседневная жизнь, или мирами, где ее никогда не было и все подчиняется жестким законам логики. Множество вселенных пересекались и замыкались на его мире, и маги других миров путешествовали через Бушан. Но никогда не оставались в нем.

Тильда опустила глаза, чтобы принц не прочел в них страха. Тогда, спасая его жизнь, она совсем не подумала, что тем самым раскрывает себя. Она лишь хотела спасти Хариса. Падение ее мира тоже началось с подобных смертей, когда из правящих мужей Земли высасывали силы, и тело умирало. Сперва все начиналось с мелких чиновников, потом последовали министры, вице-президент, и, наконец, сам президент — те, кто считал, что магинари не место на Земле. Началась гражданская война, а затем массовые убийства и эпидемия. Но ее планета пала, сгорев дотла в пламени войны и магии, задохнулась ядовитым воздухом. В конце концов, она оказалась в другом мире. Одна.

Девушка отогнала воспоминания прошлого, и ответила.

— Я с Земли. — произнесла Тильда.

— Из павшей империи?

— Земля это планета. — ответила Тильда и улыбнулась. Сколько раз она хотела сказать это замечание вслух, и всегда прикусывала язык, чтобы не выдать себя.

— Как ты оказалась здесь?

— Бежала. Семь лет назад.

— От кого?

— От смерти. Неужели не ясно? — девушка яростно сверкнула зелеными глазами — Мой мир умирал, магов убивали ради их силы, или вирус выжигал их изнутри. Я открыла портал, и меня занесло сюда. Случайно. Честно.

— Что произошло с Землей?

Харис, наконец, нашел человека, который сможет ответить на запрещенные вопросы и утолить жажду знаний.

— Примерно пятьсот лет назад у нас начала появляться магия. Сперва, отдельные люди, чаще дети, проявляли способности. Это считали случайностью, или шарлатанством. Но их становилось все больше, и ученые начали искать ответы, откуда же взялась магия в нашем мире. Прежде все подчинялось законам физики, химии, биологии. А магия все перевернула. Но с тем, как быстро распространялась она, как заполоняла города, захватывала своих носителей, мы поняли, что это отнюдь не чудо. Ученые пришли к выводу, что это своего рода влияние радиации. Скорость возникновения и проявления последствий распространялись по схожей схеме с лучевой болезнью. Магия просто медленно убивала своих носителей — появлялись ожоги на руках, кожа сгорала и облазила, возникали зловонные волдыри, а волосы опадали с головы, как листва осенью с деревьев.

— Ради… что?

— Радиация. — Тильда махнула рукой — Не важно. Двести лет назад мы научились притуплять магию. Дело было в крови, и наши ученые изобрели антидот, который позволял усмирять ее, чтобы она не сжигала того, кто пользуется этой силой. Но магия была очень соблазнительным запретным фруктом, чтобы оставить ее в покое. Благодаря экспериментам ученых, в наш мир проникла неизвестная инфекция, чума Земли, получившая имя «магинари». Оно захватывало тела, обещая своим носителям всевозможные удовольствия, богатства и блага. Обещало невероятную силу. Магинари пророчило исчезновение человеческого рода и рождение качественно новой расы владык магии. Зараза нашла последователей среди людей. Они называли себя Вездесущими, и считали, что магия должна проникнуть в каждого из нас и сплестись с разумом и плотью.

— Звучит довольно соблазнительно.

— Не так сладко, как хотелось бы. Последователей этой идеи, впустивших в себя магинари, стало очень много. Мнения разделились на два фронта, и началась гражданская война. А затем, наступило самое страшное время: зараженные начали сходить с ума от влияния магинари на их разум. Вездесущие жаждали все больше силы. Магия стала для них как наркотик, как воздух и пища, и заменила собой все. В поисках новых источников силы они начали убивать незараженных и выпивать их кровь, насыщенную магией. Вездесущие превратились в живых мертвецов, охотящихся не за плотью, а за кровью. Они уже не были людьми, их разум не принадлежал им.

— И много было тех, кто не заразился?

— Много. — кивнула девушка — Магинари нельзя было «подцепить», как заразу от уличной девки. Вирус мог войти в тело только по добровольному согласию владельца этого самого тела. На Земле было много идиотов, поверивших в сказки магической чумы, но все же не все. А когда зараженные начали пожирать здоровых — все, кто еще не лишился разума, попрятались в бункеры.

— А зараженные?

— Те, кто не находили пищи, заживо сгорали в потоке вышедшей из-под контроля силы. Но в это время Земля уже доживала свои последние дни.

— Как ты выжила?

— Не знаю. — девушка повела плечами — У меня был брат, старше меня на восемь лет. Робби защищал и обучал меня после смерти родителей. Мы были частью движения сопротивления. Он учил меня драться и защищать выживших. Пока были живы родители — они учили меня пользоваться магией. Ее я стала проявлять еще с рождения. Но их казнили. А когда Земля вспыхнула адским пламенем, я бежала.

— Я знал много людей, побывавших на Земле до ее падения. Но впервые встретил жительницу того мира.

— Я ничем не отличаюсь от бушанок.

— Кстати, твоя сила зажгла меня, словно искра — пороховую бочку.

В подтверждение своих слов принц щелкнул пальцами, и вокруг его ладони заплясали огненные лошадки. Тильда усмехнулась и подумала, что ее действия были слишком опрометчивы. Что она могла убить принца, вместо того, чтобы спасти. Подвергла себя опасности и раскрыла свой секрет. А этот дурак радуется тому, что она «зажгла» его.

— Это продлиться не долго. — серьезно сказала девушка — Скоро твое тело израсходует избыток магии, и твои силы станут прежними.

— Тильда.

— А?

Принц потянулся к ней, слегка обхватил ее лицо ладонями.

— Зачем это? — удивилась девушка, отрывая взгляд от губ принца. Ей ужасно хотелось поцеловать его. Но тысячи «но» кружили сейчас в ее голове и все портили.

— Это вместо спасибо. — ответил молодой маг.

Харис прижался губами к ее губам, и Тильда затрепетала. Она закрыла глаза и подалась ближе к магу. Это даже трудно было назвать поцелуем. Так, случайное прикосновение губами, но Тильда почувствовала, как в ее груди распускается цветок жара.

— Да, тебя соблазнить так же легко, как любую другую жительницу даорской империи. — усмехнулся Харис, играючи отстраняясь от нее.

Глаза Тильды злостно сверкнули, и принц почувствовал, как его с силой оттолкнули назад. Это были не руки Тильды, а волна энергии, созданная ее яростью. Удар о спинку кровати вышиб почти весь воздух из легких. Харис закашлялся, с хрипом, вновь наполнил их воздухом.

— Что ты такое? — воскликнул молодой принц, растирая ушиб на груди.

В комнату вбежал капитан охраны принца. Он окинул быстрым взглядом девушку, молодого человека, и жестом велел страже увести Тильду. Девушка не сопротивлялась. Лишь когда два стражника, закованные в заговоренную броню, потянулись к ней, она отмахнулась от их лап, сама встала с кровати, и направилась к двери. Тильде стоило не малых сил не пошатнуться от усталости, и еще большего — не взглянуть на Хариса. Впрочем, она ничего иного и не ожидала от него. Нельзя рассчитывать на доблесть от подлеца.

Капитан Кайя кивнул в сторону девушки, и стража поспешила за ней, провожая Тильду по коридору.

— Мой принц, вы в порядке? — осведомился капитан, когда двери закрыли.

— Да, вполне, Кай. — махнул рукой маг.

— Мне стоит вынести Тильде наказание?

— За что? — Харис расплылся в улыбке — За то, что она спасла меня?

— Не мне… — начал капитан, но быстро исправился — Никак нет, Харис. Прости.

— Ладно. Расскажи мне, как у нас обстоят дела. Что изменилось за то время, пока я был без сознания?

Пока капитан Кайя рассказывал принцу последние новости, Тильда широким шагом преодолела коридор лазарета, и вышла через распахнутые двери в малый двор императорского замка. Стража захлопнула за ней двери. Девушка обернулась к ним и мысленно выругалась. Она уже собиралась отправиться в Арнох, к себе домой, когда додумалась осмотреть свою одежду. Серая рубашка была в крови и разорвана в нескольких местах. Штаны были залиты кровью, грязью и слизью. Черная кожаная жилетка с гербом императорского дома Д’Аор так же оставляла желать лучшего — если императорского стражника увидят в городе в таком виде, то непременно вынесут штраф и выговор за то, что позорит герб императора Сарки. Перчатки без пальцев и оружие и вовсе пропало с пояса вместе с ножнами.

Проведя рукой по волосам, тем самым проверяя в каком виде ее причёска, девушка тяжело вздохнула и направилась в казармы. Ее благо, что императорский замок был огромен. В свое время император-параноик, пра-пра-прадедушка нынешнего императора Сарки, опасаясь, что в его замок проберутся враги, неожиданно подстерегут и убьют, не только наложил на поместье императора массу заклинаний. Но он еще и пристроил к замку лечебницу, казармы для императорской стражи, казематы, правительственные палаты, магическую школу и библиотеку. Помимо того, что сам замок уже тогда был огромен, и дед нынешнего императора увеличил его вдвое, он еще и обнес замок водой. Нет, не рвом. Император Равух при помощи магов со всей империи перенес замок на специально сооруженный каменный помост посреди реки Сишлинх. Водрузил замок за несколько метров от того места, где река срывается вниз, превращаясь в водопад. Сам император-параноик пользовался магией, чтобы попадать из замка на берег реки и назад. Но позднее, когда император умер, его сын приказал соорудить каменные мостки, на которых построили мост через реку с видом на водопад. Мостки служили небольшим садиком для жителей замка, и оттуда открывался чудесный вид на раскинувшийся у подножия водопада Арнох.

В казармах императорской стражи у девушки лежал запасной комплект чистой одежды на подобный случай. Находясь на службе у императорского мага, она часто попадала в такие приключения, про которые вполне можно было бы написать сносный рассказ. Его императорское величество, император Д’Аора Сарки, а по совместительству и отец Хариса, несколько лет назад поставил своего младшего сына главным императорским магом. Он делал это не столько, чтобы избавиться от непоседливого, любознательного и разгульного наследника, сколько чтобы привить ему хоть немного ответственности. Данная должность включала в себя обязанности носиться по городу и даже империи на места событий, связанных с сильной магией. Для жителей Бушана магия была обыденным делом, но порой происходили вспышки силы, с которым простая городская стража не могла справиться. К примеру, поймать взбесившегося от переедания синих поганок каменного гиганта, который снес одни из десяти городских ворот, и начал громить торговые лавки в поисках карамелек. Или убить пятиметрового паука, случайно упавшего в казан с магическим варевом. Или даже проверить дом брюзгливой старухи, в окнах которого мелькали странные огни и слышались потусторонние голоса (контакты с существами иных миров были запрещены законами империи).

Вот в таких случаях Хариса выдергивали из его шикарных покоев, из компании нескольких веселых девушек, и вместе с отрядом капитана Кайя отправляли на места происшествий. Поскольку донесение о странных магических происшествиях могло прийти в любое время дня и ночи, телохранители почти всегда находились в замковых казармах. И посему у каждого из воинов отряда была своя небольшая комнатушка с кроватью и шкафчиком с одеждой.

Направляясь по коридору к своей комнате, Тильда встретила Ваку. Девушка из ее отряда уже успела снять рабочую одежду, пропитанную кровью, вымыть волосы и лицо. Высокая воительница в форме стражи и с мечом в руках больше походила на симпатичного мужчину с небольшой грудью. У Ваки был острый нос, тонкие губы, массивная челюсть и короткие волосы. Сбросив форму, Вака надела легкое платье с длинными рукавами и серый короткий жилет, и превратилась в очаровательную женщину. Правда, это очарование могло одним ударом выбить несколько зубов тому, кто решится на похабные заигрывания или подаст девушке теплое пиво. Сама Тильда ненавидела этот напиток, и не раз говорила об этом девушке, но та лишь пожимала плечами, отвечая, мол, с детства его пьет, вместо материнского молока, и для нее ничего лучше нет. Тильда так ни разу и не решилась спросить у нее, шутка ли это. «Зато, — думала девушка — хотя бы не завязала драку.» Это была чисто женская солидарность, поскольку Сноу, решившийся однажды сделать Ваке замечание по поводу слишком глубокого выреза на рубашке, из которого виднелась ее плоская грудь, потом месяц проходил со сломанными пальцами на левой руке.

— Тебя уже пустили? — на весь коридор прозвучал голос воительницы.

— Ага. Еще попросили не возвращаться.

— Вот она, императорская благодарность. — пожала плечами Вака — Идешь выпить? Кайя дал сегодня всем увольнительную.

— Нет. Я, пожалуй, отправлюсь домой и отосплюсь. Но сперва переоденусь.

Девушка кончиками пальцев приподняла свою грязную рубашку, разорванную на рукаве и животе, окровавленную в пяти местах. Воительница понимающе кивнула.

— Ясно. — Вака вздохнула — Ну ты это, оденься что ли, как женщина. Вдруг по дороге домой встретишь того, кто скоротает твою ночь.

Вака игриво подмигнула. Тильда покраснела и отвела взгляд. Воительница даже в этом преуспевала, хоть ее манеры и были далеки от приличных или хотя бы женственных. А Тильда никогда не решалась заговорить первой с мужчиной, если только это не был товарищ по работе.

— Воспользуюсь твоим советом. — ответила Тильда, направляясь к своей двери — Вдруг действительно повезет.

Вака махнула рукой — одновременно прощаясь с Тильдой и показывая, что она ни капли не поверила ее словам.

Быстро нашарив за пазухой ключ от своей комнаты, Тильда открыла скрипящую деревянную дверь и вошла в середину. Как только девушка ступила на порог, в комнате загорелись магические светильники. На кровати девушки лежал ее пояс с ножом и перчатки. Последние были порваны.

Девушка захлопнула дверь, у порога сбросила с себя грязную жилетку с рубашкой, и направилась к миске и кувшину с теплой водой на ветхом комоде. В магическом кувшине вода всегда была теплой. Смыв с лица кровь и пот, девушка сбросила на пол черные штаны и размотала бинты, стягивавшие грудь. Для такой тощей фигуры, как у нее, грудь была немного велика. А в работе императорского стража, где правит грубая мужская сила, женская фигура была недостатком. Прежде Тильда еще и стригла волосы, но это все равно не помогало ей стать похожей на мужчину — выдавали слишком тонкие черты лица: пухлые губы, длинные ресницы, тонкие брови и аккуратный овал лица.

Сбросив бинты на пол, и вздохнув с облегчением, Тильда вылила на себя оставшуюся в кувшине воду. Девушка взяла полотенце, завернулась в него, и, прошлепав босыми ногами по мокрому полу, легла на постель. Заложив руки под голову, она с удовольствием растянулась на кровати. Та жалобно и тонко заскрипела. Через некоторое время она вспомнила о своем ноже. Нашарив ладонью под спиной огромные ножны, Тильда достала из них оружие. Лезвие было с обеих сторон окровавлено, перламутровая рукоять испачкана, да еще и появилась новая зарубка. Откуда она появилась девушка не могла сообразить. Но вот в том, как оно попало в ее комнату она не сомневалась: его просто-напросто принес капитан. Вероятно, он подобрал его, после того, как Тильда отключилась и выронила нож из рук. В лазарет вносить оружие было запрещено, вот он и притащил его в комнату телохранительницы.

Тильда почувствовала, как мысли становятся вязкими, словно кисель, и глаза закрываются сами собой.

«Хватит. — сказала девушка сама себе, вкладывая нож обратно в чехол. — Поспишь дома.»

В этот же миг прозвучало три удара в старую дверь. Тильда прислушалась и осторожно, стараясь не провоцировать кровать на скрип, присела, всматриваясь в тень, видневшуюся в щели между дверью и полом.

— Тильда! — возмутился голос капитана за дверью.

Девушка вздохнула и направилась к двери.

— Как ты узнал, что я здесь? — спросила она, открывая двери.

— Вака сказала.

Девушка недовольно вздохнула. Как для мужеподобной женщины, грубой и резкой, она слишком болтлива и весела.

— Может, оденешься? — предложил капитан.

— Мне и так хорошо. — девушка подавила смущение и непринужденно взглянула на капитана — С чем пожаловал, капитан Кайя?

— С разговором. — рыкнул начальник и шагнул в ее комнату.

Тильда спокойно отошла в сторону, пропуская мужчину вовнутрь, и закрыла за ним двери. Кайя присел на стул у комода, девушка присела на кровати, откинувшись спиной на холодную стену.

— Точно не хочешь одеться? Разговор, мне кажется, будет долгим.

Тильда закатила глаза и набросила на плечи покрывало с кровати. В одном она была уверена — на нем нет клопов, и это уже хорошо.

— Ну? — поторопила Тильда, чувствуя, как ее надежда поспать лопнула, как мыльный пузырь.

— Пытаюсь понять, когда я ошибся. — ответил капитан, сверля ее взглядом. Кайя смотрел на нее не как на женщину, замотанную в одно лишь мокрое полотенце, а как на равную себе, как на партнера по службе. Так было всегда. Это нравилось Тильде, и за это она уважала Кайя.

— В водосборниках?

— Нет. В тебе. Ты служишь у меня три года, и ни разу я не замечал за тобой силы магии, способной на что-то большее, чем заговорить нож от воровства.

— Не все щеголяют своими силами, как принц Харис.

— Подожди. До него мы еще доберемся.

Девушка фыркнула.

— Неужели ты не доверяешь своему капитану или отряду, что не раскрыла свой дар?

— Это не дар, а проклятье. Из-за него погибла вся моя семья, и я стараюсь как можно меньше пользоваться им. — девушка подалась вперед и стиснула зубы от злости. — Если я буду распространяться о своем даре каждому встречному, то орден магов поместит меня в клетку для изучения, выкачает всю кровь и вскроет, чтобы осмотреть органы.

— Что ты несешь?

— Разве этот засранец не рассказал тебе?

Повисло неловкое молчание. Слова Тильды были подобны ноге, зависшей над пропастью: и забрать назад уже нельзя, и продолжать страшно. Капитан был темнее тучи и, по тому какая глубокая морщина образовалась между его бровей, девушка решила, что он скорее расстроен, чем зол. Кайя помолчал немного, размышляя, побарабанил пальцами по рукояти меча. Девушка наблюдала за ним, не решаясь прервать. Она была не из болтливых, и не склонна рассказывать о своих проблемах даже близким людям. Но капитан всегда замечал, если у нее в жизни что-то шло не так и давал умные советы. Потому Тильда считала его очень мудрым и отчасти потому вверяла свою жизнь в его руки.

— Ладно. — наконец изрек Кайя — Харис, похоже, решил сделать из тебя свою игрушку. — капитан сверкнул серыми глазами, устремив их на девушку, и предостерегающе произнес — Я сам разберусь с ним. А ты сейчас расскажешь мне, почему наш принц заинтересовался тобой. Не давнее, как полчаса назад он потребовал приставить тебя к нему для охраны в замке.

Девушка ухмыльнулась. В частности в ордене магов (находящемся в одной из башен императорского замка), и, в общем, во всем замке, принц передвигался без телохранителей. Пока Харис развлекался или работал, его охрана отдыхала или упражнялась в казармах. Неожиданная просьба принца означала, что ему что-то надо от девушки, но он хочет все сохранить в тайне.

На миг это порадовало Тильду. Она уже не первый месяц подозревала за собой интерес к принцу. Чувства в ней проснулись внезапно. Прежде девушка служила охранником в Гаринохе у посла кухсумского царя в даорской империи. Однажды во время визита посла к императору, один из охранников посла совершил покушение на жизнь старшего сына императора Сарки — принца Грея. И только лишь благодаря молниеносной реакции Тильды наследник трона Д’Аор остался жив и отделался только испугом. После нескольких месяцев разбирательств и поисков козлов отпущения, девушку пригласили в императорский замок для беседы. Она была абсолютно без понятия зачем ее позвали — даже предположила, что решили в чем-то обвинить. Но вместо этого капитан Кайя от имени императора Сарки предложил ей работу в качестве телохранителя принца Хариса. Получив предложение о службе третьему сыну императора, она решила, что это отличная возможность возобновить поиски брата и друзей, а так же следить за тем, чтобы в Бушан не проникло ничего с Земли (если такое возможно).

Время шло, она отлично справлялась со своей работой и заслужила уважение коллег. Ни брата, ни друзей найти так и не удалось. Но Тильда полюбила свою работу (к тому же платили отменно), и решила продолжать службу. Когда сына императора назначили главным магом императорства и стали бросать на все подозрительные магические происшествия и явления, Тильда была единственной, кто обрадовался. Так она могла следить за тем, чтобы этот мир оставался в безопасности. Дело в том, что она не спешила кричать всем, откуда она — в каждой империи присутствует своя доля презрения к чужакам, а бежать с Бушана было некуда. Страх детства, страх того, что и этот мир умрет в неистовом пламени, как это произошло с Землей, ужас пережитых потерь долгими ночами не давал ей спокойно спать. Спустя семь лет она все еще видела зараженных, убивавших магов ради крови, видела смерть родителей и бурое небо, с которого сыпались бомбы.

— А что такого? — отмахивалась Тильда перед своими коллегами, одарявшими ее недоуменными взглядами после очередного вызова — Весело проведем время. Не отращивать же задницы на койках в казармах?

Возможно, более тесное общение с принцем пробудило в ней интерес к нему, или долгие годы невозможности проявить свои силы, или может она вообще сошла с ума, что заинтересовалась главным сорвиголовой и бабником империи. В любом случае, она не намеревалась показывать своих чувств, и тем более позволить им повлиять на ее работу. Но, похоже, впервые защита, которую Тильда возвела много лет назад вокруг своих чувств, дала сбой в этот день, когда она увидела на плече Хариса знакомую черную паутинку заклинания, высасывающего силы из мага.

— Итак? — напомнил капитан о своем присутствии.

— Я не из империи.

— Это я знаю. — хмыкнул Кайя.

— И не с Бушана.

— Это уже интересней.

— Вообще не из вашего мира. И моя магия отличается от магии Бушана. Среди своих магов я была бы слабой. Но здесь мои умения намного мощнее того, что умеют ваши маги. Потому Харис и заинтересовался мной. — она помялась, затем исправилась — Моими силами.

— Ясно. — вздохнул Кайя — И что тут такого страшного было?

— Я совсем другая. Я здесь только потому, что моя планета пала от вируса магинари, сводившего с ума и убивавшего магов. А сама я спасалась бегством.

— Это не меняет того, кто ты есть. Преданный страж, верный воин, надежный напарник и просто веселая молодая девушка.

— Ты расскажешь остальным?

— Зачем? Это не их дело. Я соображу хорошую отговорку для них, и мы закроем этот разговор. А ты постарайся не делать больше никаких вспышек силы. Договорились?

Тильда кивнула и закусила нижнюю губу, сдерживая улыбку.

— Да ладно тебе, — отмахнулся капитан — ты ведь одна из нас.

— Спасибо.

— Не за что. — он поднялся со стула, поправил ножны с Сомной, и строго взглянул на девушку — С Харисом я сам поговорю, а ты отправляйся домой. На остаток ночи ты свободна, а завтра утром, как обычно, поступишь в мое распоряжение.

— Ага. — кивнула девушка, радостно улыбаясь.

Капитан покачал головой и вышел, закрыв за собой дверь.

ΙΙΙ

Девушка спешила по улицам ночного Арноха домой. Жалования императорского стража хватало на небольшую квартирку в безопасном районе столицы. В сравнении с теми местами, где прошло ее детство, светлая и просторная комнатушка с собственной кухней и ванной комнатой были верхом ее мечтаний. На окнах и дверях было начертано несколько рун, защищающих от взлома, воров, пожара и прочего. Мебели было немного. Окна выходили на три стороны Арноха. Тильда специально не занавешивала их, чтобы видеть ослепляющую белизну неба и островерхие силуэты городских строений. Вдобавок, квартира находилась рядом с подъёмником, с помощью которого жители столицы и гости поднимались к императорскому замку.

Девушка закрыла за собой двери на замок — лишняя осторожность никогда не помешает — повесила на вешалку чистый черный камзол и плащ с гербом императорской стражи. Рядом на комод легла Оса и новые перчатки. Сев на кровати, девушка стянула сапоги и швырнула их в двери. Те глухо стукнулись и упали на пол. Распустив косу, Тильда растянулась на мягкой постели, ловким движением завернулась в легкое одеяло и взмахнула рукой, гася магические светильники. Сон пришел быстро и девушка не успела понять, когда закончилась реальность, и начался сон.

Тихий невнятный шепот вырвал девушку из сна. Голоса были невнятными, но достаточно громкими, чтобы не давать Тильде уснуть, и она различала двух говоривших. Девушка поднялась с кровати и выглянула в окно — внизу никого. Вдруг позади нее, послышался тонкий пронзительный скрип, заставивший ее содрогнуться. Тильда обернулась и увидела в противоположном окне маячившую темную фигуру, болезненно сутулившуюся и все время подергивавшую плечами. Она жила на втором этаже дома, над прачечной. И за окном однозначно никто не мог стоять.

Стук в дверь отвлек ее от окна. Три знакомых удара капитана, но что он делал бы возле ее двери глубокой ночью? Срочные вызовы на службу приносили посыльные, а не капитан личной персоной. Окно вновь взвизгнуло, и стекло разлетелось на осколки. Тильда вскрикнула, но ее голос утонул в тишине. Голоса за окном стали громкими и отчетливыми, словно говорившие проникли в ее комнату, и вдруг она поняла, что голосов стало больше — пять или шесть — и все звали ее.

Тильда оторопела от ужаса. Голоса были знакомы — родители, друзья, оставшиеся на Земле, брат, сослуживцы-стражники из Д’Аора. Все звали ее по имени, все звали ее к ним, молили прийти, стенали и молили о помощи. Невозможным хороводом плачи и крики завертелись вокруг девушки, моля ее о помощи, и внезапно все смолкли.

Сама не понимая зачем, девушка бросилась к осколкам и схватила самый большой из них. На стекле появились кровавые разводы. Тильда поняла, что порезала ладонь. Но вместо того, чтобы отпустить стекло, она еще сильнее сжала его в ладони и по руке потекли струйки рубиновой крови. Совсем рядом с ней прозвучал шепот. Она почувствовала, как чье-то ледяное дыхание скользит по ее плечу.

— Тильда…

Она закрыла глаза и по щекам потекли слезы. Голос звучал хрипло, со свистами, в нем таился звериный голод. Но она узнала его, хоть голос был совсем не таким, как она помнила. Прежде этот голос читал ей книги перед сном, учил пользоваться магией и успокаивал, когда на их бомбоубежище сыпались авиаудары. Прежде в голосе не было ярости и угрозы.

— Тильда. — вновь повторил голос — Ты хорошо себя вела, дочь?

Внутри все скрутилось в узел, тело пробивала дрожь, отдаваясь острыми иглами по коже. По спине тек холодный пот, а ноги не желали слушаться. В голове не было ни единой здравой мысли что делать, и девушка лишь твердила себе, что это не может быть ее мать. Нет-нет, только не та женщина, которая защищала ее все детство. Она не могла теперь вызывать в собственной дочери сковывающий ужас и страх смерти.

Ледяные пальцы с острыми ногтями собрали с ее руки капли крови, текшие с пореза на ладони. Сбоку от себя она услышала, как то существо облизало кровь со своих пальцев и с восторгом причмокнуло, распробовав ее вкус.

— Твоя сила стала больше.

Голос повторялся многократным эхом, словно его повторяли тысячи других голосов с опозданием всего на мгновение. Вновь холодное дыхание побежало по ее шее.

— Отойди. — велела девушка, окончательно убедившись, что зараженное магинари существо не может быть ее матерью.

— Впусти меня. — продолжало шептать ей на ухо существо голосами всех, кого знала Тильда, — Они все здесь. Стоит лишь согласиться и дать мне твою кровь. Ты можешь снова быть с ними, Тильда.

Острые ногти прошлись по ее руке, и по коже побежали свежие капли крови. Глухим стуком, они забарабанили по деревянному полу. Ледяная ладонь легла ей сзади на шею. Девушка заплакала. Ей было страшно и одиноко, она действительно была готова отдать все ради воссоединения с семьей. Но Тильда понимала, что это голос магинари, и кроме лжи в нем нет ничего. Горько было осознавать, что до конца жизни она возможно и не узнает, что случилось с ее братом. Мысль о том, что он все еще жив, всегда грела ее, хоть и была абсурдной.

— Проснись! — вдруг голос Робби прорезал тишину и разрушил мрак.

Тильда подхватилась с кровати, и в тот же миг магические светильники вспыхнули, прогоняя ночной мрак. Девушка растерла лицо ладонями. Сердце стучало в груди, стремясь проломить грудную клетку и вырваться на волю. Голова шла кругом, в ушах гудели голоса и крики, а по коже все еще бежал мороз и по спине катился холодный пот. Одна из ладоней была окровавленной — она так сильно впилась ногтями в нее, что прорвала кожу.

За окном только загорался рассвет, и Тильда поежилась. Когда наступит утро, она будет чувствовать себя в безопасности — со светом всегда надежнее. А пока придется успокоиться и постараться не заснуть.

Она соскочила с кровати, взяла свой нож и привычным движением достала из комода точильный камень. Вернулась на кровать, подтянула под себя ноги, укуталась одеялом, и принялась размерено и спокойно натачивать Осу. С ножом было проще. А повторяющийся звук «чж-жух», с которым по лезвию скользил камень, успокаивал взбунтовавшиеся нервы.

ΙV

— Ты чего так рано приперлась? — нахмурился Кайя, увидев девушку в дверях общего зала.

— Не важно. — зевнув, выдавила Тильда.

Капитан пожал плечами и вернулся к бумагам. Телохранительница завернулась в черный плащ и села на соседний с капитаном стул. Он покосился на нее, но голову от бумаг не поднял.

— Ты с принцем поговорил?

— Нет еще.

— Но ты ведь… — девушка осеклась. Во-первых, он ее капитан, а не друг. Начальник и все такое. Во-вторых, если Кайя сказал что сделает что-то, то он это сделает. И первое, и второе было Тильде ясно, и прежде капитан несколько раз четко давал ей это понять. А расшалившиеся нервы и несколько часов до рассвета проведенные в тревожных размышлениях почему именно сейчас, после того, как она дала волю своей силе, к ней во сне заявилось магинари.

Прикусив язык, Тильда достала нож из-за пояса, и начала ковырять им столешницу. На ней было уже несколько зарубок с минувших раз, когда девушка на спор пыталась разрезать столешницу из самого прочного на Бушане дерева своим гигантским ножом. Тильда наивно полагала, раз ее нож из другого мира, то он, как и ее магия, будет сильнее той стали, из которой сделаны местные клинки. Но, увы, ошиблась. Ее порадовало то, что ошибка обошлась ей всего в девять золотых драков, а не в раскрытие секрета.

— Как твоя рука? — вспомнил начальник охраны принца.

— Работать смогу. — ответила девушка, осматривая бинты, закрывавшие предыдущий порез, полученный прошлым днем. Они пропитались кровью, и Тильда сообразила, что именно поэтому капитан обратил на них внимание. Пришлось их размотать, и девушка обнаружила, что раны под ними уже нет. Только девушка задумалась, как такое могло произойти: исцелять она не умела, родители умерли прежде, чем у нее набралось для этого силы, значит, либо она сделала это непроизвольно, либо не обошлось без посторонней помощи — как капитан перебил ее размышления.

— Чего ты такая бледная? Не смогла поспать? Опять с Вакой по барам шлялась?

— Нет. — отмахнулась Тильда, качаясь на задних ножках стула.

— Ты завтракала?

Девушка отрицательно помотала головой.

— Я слышал, сегодня нас зашвырнут в окрестности Цвильноха. А это пять часов от столицы. Пошла бы ты лучше поела сейчас. Неизвестно когда подвернется другой случай.

— Так и сделаю. — улыбаясь, кивнула девушка, и встала со стула.

— И скажи Кэрри, что я есть не буду. Пусть отдаст мою порцию тебе.

— С чего такая щедрость? Я знаю о тебе что-то, чего ты боишься? Или я спасла тебе жизнь и забыла об этом? — язвительно улыбнулась Тильда.

— Тебе не помешает немного больше пищи, иначе скоро кожа будет свисать с костей, а не держаться на мышцах. — Кайя усмехнулся и добавил совсем по-доброму — И нож держать не сможешь.

Капитан смотрел в бумаги. Девушка пожала плечами — подначить капитана не получилось, и неловкость от того, что о ней кто-то заботиться, повисла на плечах каменным доспехом. Уже когда она вышла в коридор, услышала, как Кайя окликнул ее. Девушка вернулась и заглянула в зал.

— Помалкивай о том, что вчера случилось. — серые глаза капитана вонзились в нее — Особенно с принцем Харисом.

— Поняла. — кивнула телохранительница — Я не бабка с рынка.

«Вот оно что! — обрадовалась Тильда, и груз с плеч спал — Это благодарность за заботу о его подопечном.»

* * *

Столовая императорского дворца не сильно отличалась от столовых бункеров, в которых приходилось жить Тильде. Само собой, императорская семья и придворные не ели в общем зале.

Здесь было просторно и приятно пахло выпечкой. Зал ордена отделяли от общего зала стеклянные ширмы с забавными рисунками замка над Сишлинхом. Забавными, потому, что они отражали разные времена года. А в Арнохе всегда стояло лето. Столов было не много. Как и на Земле, все сидели где им захочется. Друзья садились вместе. Знакомые — рядом. А враги садились в противоположных концах зала. Было раннее утро, и не спали только те, кого обязывал долг службы. В зале было мало людей, но за счет его необычной шестиугольной формы гул голосов людей усиливался и магические черепки, вмещённые в стены зала, превращали его в ненавязчивый звук пения лесных птиц.

Само собой, выбор блюд сильно отличался от того, что Тильда видела в детстве. Хоть предки и позаботились о будущих поколениях, создав сорта овощей, фруктов и некоторых зерновых, которые могут расти без солнечного света, все равно рацион последних землян был не так богат. Здесь же благодаря магии даорцы собирали урожаи по три-четыре раза в год и никогда не испытывали недостатка в пище. А еще, предполагала Тильда, на Бушане могут быть фрукты или блюда, которых не было и в помине на ее родной планете даже в годы процветания.

Миски и кастрюли с едой просто стояли на столах, слуги и стража свободно выбирали то, что сегодня им будет по вкусу а несколько поваров следили за тем, чтобы кастрюли не пустели. Ложки и тарелки были деревянными. Ни тебе фарфора, как на столе императора; ни металла, как в столовых бункера.

Войдя в зал, Тильда заметила дежурившую у миски с капустой знакомую девушку. Длинная светло-русая коса была заплетена вокруг головы. Платье цвета утреннего рассвета подчеркивало пышные формы. На голове красовался милый красный колпачок повара.

Подбираясь к знакомой, по ходу телохранительница набрала себе всего, чего бы ей хотелось сегодня поесть: выбор остановился на нескольких спелых гранатах, свежем зерновом хлебе и куриных ножках.

— Здравствуй Керри. — улыбнулась Тильда светловолосой молодой девушке.

— Здравствуй. — голубые глаза пробежались по тарелке телохранительницы — Не балуешь ты себя. Любой другой на твоем месте сгреб бы себе в тарелку всю принцу.

— Не стоит злоупотреблять знакомствами. — усмехнулась Тильда — Капитан сегодня тоже решил пожертвовать мне свою порцию.

— Ну, ты же ему не сказала, что о тебе уже заботится другой человек? Не меньше его волнующийся о том, сколько мышц на твоих костях.

— Да что вы все привязались к мышцам?

— Ты видела других стражей женщин? Мне порой кажется, что эта Вака переломила бы тебя одной левой.

Тильда презрительно фыркнула.

— С другой стороны, главное, чтобы мужчины не сломали, если вдруг сильно ухватится. — сверкнула девушка голубыми глазами и щеки загорелись румянцем.

— Никто из них пока не жаловался. — расплылась в улыбке телохранительница и светловолосая повариха громко рассмеялась.

К девушкам подошел Урбан, и Керри сразу притихла, превратилась в робкую и застенчивую девушку.

— Хвастаешь перед Керри своим вчерашним подвигом? — спросил белокурый воин вместо приветствия.

Урбан был весельчаком, который всегда знал, где уместна шутка, а где нужно взять в руки кистень. Девушке нравилось слушать его истории или наблюдать, как он упражняется. Хоть она и мастерски владела своим ножом, так как Урбан владеет тяжелым оружием, не владеет никто. Это зрелище было захватывающим, когда юноша под два метра ростом, извивался с огромным кистенем, словно речной угорь между камней. Иногда Урбан надевал тонкий медный обруч на голову, и тогда Тильде казалось, что это нимб, как у святых людей, которых она видела в старинных книгах, которые ей на Земле доставали брат и родители, чтоб она изучала культуру их предков и хранила в себе искру цивилизации. Урбан нравился Тильде, как может нравиться друг, но она отнюдь не понимала, как женщины могут терять все свое самообладание, когда рядом с ними находится белокурый воин. Как это постоянно происходило с Керри.

— И не подумала бы. — пожала плечами Тильда.

— Ей незачем хвастать. — заступилась за телохранительницу повариха — Тильда всегда тут как тут, если нужна помощь. И звать даже не надо — она сама примчится и сделает все, что возможно, чтобы помочь. Не потому, что ее вознаградят или будут петь хвалебные оды. А потому что она сама собой такая: должна помочь, чего бы это ни стоило.

— Ладно тебе, Керри, хватит! — воскликнула Тильда — Я уже все покраснела от смущения.

— И правда. — ухмыльнулся Урбан — Вот на щеке что-то похожее на румянец. — он недовольно покачал головой, как старый учитель над головой недобросовестного ученика — Я уже подумал, что ты заболела. Сегодня такая бледная.

— Это новая любезность? Сегодня все спешат сказать мне, что я бледная. — нахмурилась девушка.

— Действительно, Тильдочка. — сказала Керри, незаметно подмигнув телохранительнице — Иди присядь, а то ненароком еще голова закружится.

Девушка, наигранно фыркая и нарочито бурча себе под нос, направилась к ближайшему столику, оставив повариху и воина вдвоем. «Как это невыносимо трудно, — подумала она мельком — видеть возлюбленного от случая к случаю.»

В зал, громко ропща, вошли Вака и Сноу. Быстро определились с завтраком и стали взглядом искать столик получше. Девушка махнула им рукой, и воительница с рыжеволосым воином, брезгливо скривив губы, подошли к ней.

— Ты всегда садишься на проходе. — возмутилась Вака — Все наши разговоры может слышать любой скучающий лентяй.

— О чем ты собралась сплетничать? — поддразнила ее Тильда и на всякий случай отклонилась подальше.

— Слышал, что наш господин вчера добренько выслушал от императора за то, что произошло.

— А что произошло? — насторожилась Тильда.

— Ты где была? — Вака пощелкала пальцами перед глазами телохранительницы — Харис вчера стащил из погребов отца десяток бутылок с вином. Высушил все, и пошел ловить нивоху. Наверно потому они чуть не пожрали нас.

— Ага. — кивнул Сноу, подтверждая слова напарницы.

Приземистый и широкоплечий мужчина вечно глядел на всех из-под длинных рыжих волос черными угольками глаз. Он был не многословен, а во время разговора всегда смотрел собеседнику прямо в глаза. Эта особенность смущала многих, но высказать свое недовольство решались не многие. Воин обладал вспыльчивым характером и немалой силой, а на поясе Сноу сверкали четыре острых, как язык самого черта, метательных ножа.

— Одна бутылка вроде как разбилась, и испортила какие-то там орденские записи. Вот принца и шарахнуло каким-то заклятием, что ему стало плохо. — продолжил рыжеволосый воин.

— Так что выходит, ты зря руку себе порезала.

Тильда мысленно вскинула брови, удивляясь тому, насколько умелый вышел из капитана сказочник.

— Да что вы говорите? — возмутилась она в ответ своим собеседникам.

— Таки так. — подтвердил Сноу.

— И за это император Сарки сегодня отправил главного мага в экспедицию в другой мир в распоряжении ордена.

— Ага! — гоготнул Урбан, подсаживаясь за общий стол, и весело подмигнул всем — Или скорее отправил орден в его распоряжение.

— Так мы не едем в Цвильнох? — выдохнула телохранительница.

— Какой Цвильнох? — возмутилась Вака. — И толку нам там делать без главного мага?

— Я вот собираюсь потренироваться. — сказал Сноу.

— А я буду доспехи чистить. — поспешил сообщить Урбан.

— Я тоже буду тренироваться с тобой, Сноу. — добавила Вака, даже не подозревая, что воин может отказаться. Но рыжеволосый парень не посмел перечить двухметровой воительнице с мечом на поясе.

— Может ты с нами? — предложил Сноу Тильде, глядя на нее щенячьими глазами.

— Прости, но у меня есть несколько дел, которые нужно решить сегодня. — пожала плечами девушка.

Рассовав по карманам хлеб, девушка засунула в рот последний кусок курицы и быстрым шагом покинула столовую.

Улицы Арноха были не так пусты в эту пору, как коридоры замка. И все же это не помешало Тильде быстро добраться до городской библиотеки. Ее было видно издалека. Островерхие шпили с красной черепицей возвышались над невысокими домиками и широкими светлыми улицами города. Охряный фасад был украшен фризами, карнизами и пилястрами масляного цвета, что делало пятиэтажное здание городской библиотеки похожим на сладкий пряничный домик. Тильда никогда там не бывала, но слыхала, что книжные стеллажи тянуться там от пола до потолка. Их пересекают винтовые лестницы, столь легкие и изящные, что кажется, словно они сделаны не из железа, а из тончайшей паутинки.

Однако девушка не пошла к главному входу, украшенному величественными арками и широким порталом. Она обошла здание со стороны и остановилась у боковой деревянной двери. Рядом с дверным откосом на стене висела простая табличка, позеленевшая от времени. На ней было одно единственное слово: «Архив». Небольшая очередь выходила на улицу — всего три человека. Тильда остановилась позади дурно одетого мелкого дворянина, очень недовольного тем, что ему приходится стоять в очереди как простолюдину.

Девушку едва ли не был озноб от волнения. В архиве ей тоже не приходилось бывать. Но она знала, как это происходит. Необходимо назвать сотруднику архива название того, что ищешь, а затем ждать ответа. Но Тильда боялась, что как только работник услышит, что она ищет, ее засмеют, выставят за двери, либо отведут под руки к императору. А там ей уже не отвертеться, и придется все рассказать и отдаться на исследования Дамфи. Или дать бой и продать свою шкуру подороже.

Серый узкий коридор все быстрее приближал к ней деревянное окно в конце коридора. Обшарпанные откосы и узенький просвет на фоне серой стены могли бы даже показаться порталом в другой мир, если бы только девушка не знала, как на самом деле выглядят врата миров. В окне периодически мелькало бледное лицо служащего. Он подходил, с вялым выражением на лице слушал посетителя, уходил, возвращался и так же вяло вручал посетителю ответ — это были бумаги, книги, свертки или конверты. Очередь впереди девушки становилась все меньше, а позади вырастала целая вереница людей. Тильде казалось, что все они стоят слишком близко, слишком внимательно наблюдают за ней, чутко слушают каждый ее вздох.

— Слушаю. — неожиданно прозвучал голос служащего архива. Прыщавый юноша, слишком бледный и измотанный для своих двадцати с немногим лет, говорил в нос и немного картавил. Неровные зубы, ужасная кожа и кривой нос сбивали девушку с толку, заставляя пялиться на него, а в голове крутилась шутливая мысль, не были ли предки юноши земляными траулями.

— Эй! — парень раздраженно хлопнул ладонью по раме окна.

Девушка вздрогнула и уставилась на него.

— Первый раз? — презрительно скривил губы юнец.

Тильда вновь промолчала, но заставила себя кивнуть.

— Вот бланк. — служащий ткнул пальцем с обкусанными ногтем в бумажку на столике у окна — Заполните.

Тильда быстро нацарапала несколько слов письменной палочкой и протянула служащему. Он пробежался глазами по бумажке и скривился.

— Такого нет в архиве.

— Но вы же даже не проверили. — возмутилась Тильда.

— Бланк самостоятельно проверяет каталог и выдает ответ. — отрезал юноша, показывая девушке бумажку, где вместо ее быстрого и нервного почерка было одно слово: «Нет».

— Может я написала не так? Дайте я исправлю. — девушка протянула руку за бланком.

— Вы вообще знаете, зачем пришли?

— Я же написала. Но может нужно перефразировать? Может ваш бланк не понял почерка!

— Все он понимает. Этот поиск основывается на ваших мыслях и представлениях, а не кривых каракулях.

Тильда открыла рот чтобы выругаться на юношу, но тот рявкнул ей в лицо:

— Следующий!

— Не смейте меня прогонять, словно собаку из-под двери мясника. — возмутила она.

— Определитесь сперва что вы ищите, а потом возвращайтесь.

Юноша захлопнул дверцы на окне, полностью скрываясь за ними. Оттуда донесся приглушенный голос.

— Перерыв!

Позади Тильды стало нарастать недовольное гудение, и девушка решила убраться поскорее. А то не ровен час, разъярённые горожане еще набросятся на императорского стража.

Жаркий душный воздух, давивший на голову, спал, словно покрывало, когда девушка вышла из узкого длинного коридора обратно на улицу Арноха. В городе стояла жара. Яркие солнечные лучи пронзали небольшие островки тени. Однако даже стоять под солнцем было не так ужасно, как выдерживать гнет сотен взглядов и насмешки прыщавого мальчишки.

Тильда села прямо на мостовую и сбросила с плеч плащ. Смахнула ладонями со лба пряди черных волос и глубоко вдохнула. В ушах заиграла городская симфония.

По мощеной брусчатке стучали колеса карет и повозок со снедью и товарами. Улицы наводнились людьми, торговцами газетами и цветами. Ноздри щекотали запахи проснувшегося города: аромат крепкого чая, свежего орехового хлеба, домашнего масла и фруктового пирога, яичницы и печеного мяса. Впереди над гаванями парили размашистые каменные арки, откуда стражи города провожали и встречали внимательными взглядами каждый кораблю, проплывающий по арнохской гавани. Там вовсю пировали чайки, делившие остатки добычи рыболовецкого судна, прибывшего еще с рассветом.

На высоких шпилях городских зданий развевались белые флаги с изображенным на них черным деревом и золотой звездой. Высоко над столицей серебрился Сишлинх. В скале, в том месте, где река срывается в пропасть, была высечена фигура женщины. Водопад служил ей платьем, а замок, словно паря над водой, выступал ее сверкающей короной. Легенды о том, кто была эта женщина и почему ее увековечили в скале была давно забыта. Каждый горожанин придумал свою историю, почему эта дева наряжена в воду и почему ее руки протянуты к городу. Но все они сходились в том, что эта неизвестная хранит Арнох.

Звук воды был приглушен голосам города. Хотя казалось, что он совсем близко и главным звуком должно быть ярое шипение Сишлинха.

«Отсутствие ответа тоже результат. Значит, на Бушане не было путешественников с Земли. И про чуму Земли никто не слыхал.» — успокоившись, решила она.

На плечи легла ладонь обманчивого спокойствия, и девушка позволила себе поверить ему. До самого вечера она бродила по городу, вспоминая, каким все было, когда она впервые прибыла в столицу. Как все менялось с годами, и каким был тот магазинчик или эта бакалейная лавка в прошлом месяце? Те же продавец, парикмахер, булочница или глашатай стоял на этом месте на прошлой неделе?

Вернуться домой (а не в казармы) было приятно и почти весело. За окном уже догорало вечернее солнце, и Тильда распахнула шторы, чтобы словить все его лучи до последнего. Сбросив жаркую форму, девушка почувствовала себя счастливейшим в мире человеком. Вода из всегда теплого кувшина смыла пыль и напряжение. Она растянулась на мягких простынях и махнула магическим светильникам притушить огни. Постепенно веки становились тяжелыми.

Тильда поняла, что ненароком уснула только когда ее разбудило постукивание за окном. Она зевнула, поднялась с кровати и подошла к окну. На миг насторожилась, силясь припомнить, задергивала ли шторы, когда ложилась в кровать. Но так и не смогла точно ответить себе. Постукивание, похожие на птицу-посланца, отвлекло ее внимание от размышлений, и она распахнула шторы.

Темнота и пустота. Ночь стояла такая глубокая, что за окном все исчезло в кромешной тьме. Тильда потерла глаза и в тот миг, когда она вновь распахнула веки, за окном появилась картина. Как в бункере из ее детства: были окна, а за стеклами — рисунки природы. Если их вынуть, то в раме оставалась только темнота и пустота, кричавшая правду о жестокой действительности.

Тильда испуганно осмотрелась по сторонам.

— Этого не может быть! — сказала она, мечтая, чтобы произнесенные вслух слова разрушили обман.

Девушка была не в своей квартире на втором этаже над прачечной, а в старом холодном бункере. Абсолютно пустом и заброшенном.

Свет медленно угасал, и Тильда понимала, что не сможет заставить огоньки вновь вспыхнуть. Когда наступит мрак придет оно. И единственная надежда спастись — это случайный шум, который вырвет ее из плена кошмара.

Комнату окутала тьма и магинари вновь пришло.

Сегодня это была ее подруга. Длинные русые хвостики, прямой острый носик, глубокие глаза, слишком рано потерявшие блеск жизни, тощее тельце. Она была в старой заношенной кофте ее матери, достававшей до острых коленок девчушки, и таких же старых носках. Милая девочка, имя которой телохранительница так и не смогла вспомнить. Потому когда магинари обратилось к ней, назвав имя ребенка, Тильда не знала, говорит ли оно правду, или врет. На миг ей даже показалось, что таким образом магическая инфекция пытается прорваться в ее разум, заставляя пробуждать старые смутные воспоминания, среди которых магинари найдет лазейку в ее мозг.

Неуловимо для самой себя девушка попала в круговорот кошмара. Когда каждое ее воспоминание выворачивалось наизнанку, извращалось и перековеркивалось. Она попыталась уцепиться за свои чувства, ощущение реальности — реального пола, кровати в двух шагах от нее, поскрипывания половиц. Но стало лишь хуже. Голоса хором завопили у нее в голове.

— Помнишь меня? — спрашивал седовласый старик с носом-картошкой, который когда-то угостил Тильду яблоком.

— Мы с тобой играли вместе. — кричал мальчик с белыми, как молоко, глазами.

— Я заботилась о твоем брате. — говорила красивая черноволосая девушка в военной форме.

— Мы собирались начать новую жизнь вместе! — закричала рыжеволосая Кастер, которая первой прошла в портал, открытый Тильдой.

— Как ты могла оставить меня? — вопрошал ее брат.

Все требовали внимания девушки. Все силились перекричать друг друга, стремясь быть услышанными. В глазах каждого была ненависть, а руки тянулись к девушке. Тильда забралась на кровать в наивной детской фантазии, что та защитит ее от монстров.

Так и случилось. Над ней склонились лица людей из прошлой жизни. Некоторых она хорошо знала, некоторых смутно помнила, другие вызывали у нее сомнения в том, что они вообще существовали когда-либо. Но от этого голоса не становились тише, и телохранительница почувствовала, как голова начинает идти кругом.

— Вернись и спаси меня. — требовала рыжеволосая подруга.

— Ты должна навестить мою могилу. — говорил седовласый мужчина.

— Я хотел умереть на Земле. И ты должна была остаться! — утверждал мальчик.

— Каково тебе жить, зная, что я умерла для тебя? — вопрошала девушка в такой же как у ее брата форме.

— Ты тратишь свою жизнь зря. — заявила ее подружка — Лучше бы ты умерла вместо меня.

— Мне противно смотреть, как ты прислуживаешь чужакам. Вернись на Землю и умри со мной. — заявил ее отец.

— Хватит! — закричала Тильда. Слезы катились по ее щекам. Она пыталась закрыть ладонями уши, но голоса были в голове.

«Что же делать? — думала она — как выгнать их из мыслей? Нет, нет… не так. Они не в мыслях, а в голове. Буквально сидят там и кричат на меня. Как их прогнать? Знаю, знаю, — она еще сильнее стиснула голову ладонями — Нужно разбить ее, тогда они сами выпадут оттуда, и я смогу спокойно отдохнуть. Как я устала. Черт побери, как я хочу спать! Скорее. Удар, или два — и они выпадут из головы как, как… песок. Он затягивает точно так же, как их голоса. Они и есть песок. Нужно всего лишь вытряхнуть его из головы.»

Тильда никак не могла закончить мысль, что и останавливало ее от действий. Голоса продолжали кричать. Даже Робби. Ее брат, любимый, сильный защитник и смелый предводитель последних крупиц сопротивления.

Девушка почувствовала как теплая ладонь коснулась ее плеча. Позади была лишь стена, но когда она обернулась, то встретилась с кромешной тьмой. Ощущение прикосновения оставалось на ее коже. Дыхание коснулось уха. Не леденящий вздох магинари, а человеческое дыхание.

— Открой глаза. — шепнул смутно знакомый голос.

— Но они же не…

Внезапно Тильда осознала, что спит. Плен сна был разрушен. Веки распахнулись и кошмар пропал.

V

— О нет! Опять ты! Что тебе дома не спиться? — капитан вскинул руки и раздраженно швырнул письменную палочку на пол. Она разломалась надвое и все чернила вытекли на пол.

После рассвета прошло не больше часа. В ночь выходить девушка побоялась, ведь уже не могла доверять даже себе. А когда наступил рассвет — схватила свою одежду, прицепила к поясу нож и изо всех ног помчалась в замок. В общем зале стражи она надеялась найти компанию. Не собеседника, но того, кто напомнит ей, что она в настоящем. Не спит и не бредит. Увидев капитана, внутренне Тильда улыбнулась. Свой человек поймет и без намеков, когда тебе нужна помощь.

— Сны дурные мучают. — отмахнулась Тильда и села рядом с ним за стол.

— Настолько дурные, что ты бежишь из дома?

— Что бегу туда, где есть люди. — кивнула девушка, потирая глаза.

Кайя удивленно вскинул брови.

— Помнишь, я говорила, что из другого мира? Я последняя представительница своего рода.

Капитан кивнул, пристально наблюдая за девушкой. Однако взгляд был любопытным, а не подозрительным. Тильда продолжила.

— Мой мир уничтожил вирус под названием магинари — разумное существо, созданное магией и уничтожавшее мой мир, как инфекция. Магия вторглась в наш мир жестоко и агрессивно, и совершенно необъяснимо, почему она пожирала всех людей, пока Земля не погибла. И мне казалось, что я оставила все это навсегда позади. Но с недавних пор каждую ночь мне сниться, что этот вирус приходит за мной. Сны очень реалистичны. И нападение на Хариса было частью того, что случилось с моим миром.

— Что он ответил?

— Махнул рукой.

Капитан открыл рот, собираясь задать еще вопрос, когда в зал вошла служанка. Круглая женщина средних лет принесла три чашки, молочник и кофейник на серебряном подносе. Капитан захлопнул рот и они с девушкой удивленно переглянулись.

— Это что? — спросил Кайя у пухлой служанки с коротенькими ручками, круглыми щечками и толстыми ножками.

— Приказ принца. — буркнула служанка и ушла, пока капитан еще не успел спросить, которого из принцев.

Тильда и капитан вновь обменялись взглядами. Девушка пожала плечами, а затем подтянула ближе к себе поднос. Заглянув в кофейник, она выпустила на волю упоительный аромат свежего кофе. Облизав пересохшие губы, Тильда потянулась за чашкой.

— Подожди. — произнес капитан — Тебя не настораживает, что чашки три, но ты пришла сюда несколькими минутами раньше, чем принесли этот поднос?

Тильда на миг задумалась.

— Нет.

Она отрицательно мотнула головой и налила в фарфоровую чашку черный ароматный напиток. Капитан нарочито громко вздохнул и опустил глаза на бумаги. Девушка добавила в чашку немного молока из сливочника и, предвкушая наслаждение, вдохнула горьковатый терпкий аромат.

— М-м. — протянула Тильда — Какой бы из трех принцев это не был, пусть безымянные боги благословят его за это угощение.

— Угощайтесь, прошу. — послышался голос принца Эрнана.

Девушка отставила чашку, изощрившись не разлить ни капли, и поднялась на ноги, отвешивая принцу поклон. Капитан сделал то же самое.

— Полно, — взмахнул изящными руками второй сын императора даорской империи — садитесь, дорогуши.

Принц Эрнан был одет в великолепный золотистый плащ с изящной брошью на плече, искривший при каждом его шаге. Под плащом пестрила алым шелковая жилетка и белоснежная рубашка с длинным жабо. На ногах принца были высокие сапоги с золотыми узорами, а широкий кушак украшал рубин размером с куриное яйцо. Принц подошел к стулу, и на него мгновенно опустилась мягкая подушка из шелка. Слуга принца в красной ливрее и заложенным за ухо белым птичьим пером поклонился и отступил назад. Принц Эрнан присел, и за ним последовали остальные. В это время слуга уже успел плеснуть во вторую фарфоровую чашку с золотой каемочкой черный кофе. Принц отхлебнул его чисто из требований этикета, и вернул чашку обратно на блюдце. Тильда тоже быстро отхлебнула кофе, опасаясь, что его могут унести, а она так и не выпьет этот напиток. В империи, как и на Земле, кофе было редким и дорогущим удовольствием, недоступным стражу, пусть и императорскому.

— Итак, господа. — начал он, сложив руки в замок перед собой. Изящные пальцы сверкнули длинными ногтями. — В свете компании, которую затеял мой папенька для моего братца Грея, сегодня я навещаю какую-то лечебницу умалишенных. Эти люди довольно безобидны — так говорит мой помощник.

Эрнан состроил кислую рожу, выражая свое отвращение к ним. Слуга с дурацким пером тут же бросился обмахивать хозяина веером, словно тот готов был потерять сознание. Капитан решил наконец-то налить и себе кофе. Он отхлебнул глоток прежде, чем ответить, и Тильда подумала что у него пересохло в горле от страха перед разговором с принцем Эрнаном. Если темноволосый Харис был капризным настолько, насколько ему это позволяло его очарование, красота и неотразимость, и принц умел сгладить раздражение лестью или острым умом. То его светловолосый брат был просто невыносимо капризным, без добродетелей, которые сглаживали бы это. Уже не один слуга лишился работы за опрометчиво сказанное слово в сторону второго принца.

— Понимаю. — вежливо кивнул Кайя — Но чем мы можем помочь? Вы же не посетовать пришли сюда?

— Упасите меня боги от глупцов! — закатил глаза Эрнан и наигранно поправил длинными пальцами свой воротник-жабо, словно ему не хватало сил выдержать такую глупость капитана. — Мне нужно больше охраны. Ты и твой отряд подходите мне. Но братишка может раскапризничаться, если я отберу у него любимую игрушку приказом папеньки.

— То есть Харис еще не знает? — хихикнула Тильда и тут же извинилась, вытянувшись по струнке и продолжила молча ковырять столешницу ножом.

— Нет, принц Харис еще не знает. — вздохнул Эрнан, словно на его плечи опустилась вся тяжесть небосвода.

— Сожалею, но я не могу дать вам согласия прежде, чем переговорю с самим принцем. — отвели Кайя. Девушке показалось, что его голос стал немного тише.

— Тогда советую сделать это незамедлительно, тем более, что недостающая часть нашей беседы уже пришла.

Эрнан широким жестом указал на дверь. Слуга Эрнана проводил принца Хариса за стол. Сонный и недовольный маг уселся, положив руки на стол. Темные волосы были не причёсаны, глаза покраснели от бессонницы, белая рубашка была изрядно помята и висела на статной фигуре принца, как на вешалке. Все, кроме Эрнана заметили, что кончики пальцев молодого принца были обугленными от использования сильной магии длительное время. Встретив недовольные взгляды Тильды и капитана, Харис спрятал руки под стол. Слуга в красной ливрее предложил магу кофе, но, увидев, что лишней чашки нет, потупился.

— Обойдусь. — буркнул молодой принц, пренебрежительно махнув на него рукой — Что там у тебя, Эрн?

— Куда ты так торопишься, братец, ведь день только начинается? — расплылся в лисьей улыбке принц. И девушка, и капитан знали, как Эрнан рад шансу взбесить брата. Оба постарались сохранить холодность в поведении и во взгляде.

— В отличие от тебя, мои дела не ограничиваются штанами молоденьких слуг. — бросил Харис.

В замке знали, что принц Эрнан не ограничивается одними лишь женщинами. И у самого принца это не вызывало никакого смущения или стыда. Даже для их общего отца, императора Сарки, большей проблемой была безрассудность и неразборчивость младшего сына, чем сексуальные предпочтения среднего. Между братьями была разница всего в два года, но принцы были совершенно разными и никогда не находили общего языка.

— У тебя давно не было женщины, Харис? — ухмыльнулся второй принц — Наверно, целые сутки, да? Это объясняет, почему ты такой нервный.

Ответ младшего принца заставил даже капитана покраснеть от стыда, Тильда захлопала ресницами, а слуга принца Эрнана возмущенно охнул. Харис был бледным от невероятной злости на брата за то, что тот, Эрнан, абсолютно никак не реагирует на его оскорбления.

— Так вот, — немного помолчав, начал заново светловолосый принц — мне сегодня нужны твои стражники. Я хотел попросить по-человечески, но ограничусь императорским приказом.

— Ты не можешь. — возразил Харис.

— Я могу больше, чем ты — я старше тебя. — ухмыльнулся второй сын императора — Запасной принц.

Возразить Харису было нечего. Во-первых, брат был прав, а во-вторых Харис не раздумывая налетел на брата с бранью, вместо того, чтобы выслушать его, а уже потом ссориться. Следовательно, ожидать что второй наследник престола империи пойдет теперь на уступки не стоило вообще.

— Вот и чудно. Твоя стража сегодня будет защищать меня. — принц Эрнан радостно забарабанил длинными ногтями по столу.

— Если я поеду как твой сопровождающий, — хищно улыбнулся Харис, — то моя охрана будет защищать меня до моего особого приказа перейти в твое распоряжение.

— Мелкий крысёнок. — почти без возмущения произнес светловолосый принц — Ты не посмеешь испортить мою поездку.

— Да пес с тобой, Эрн. Нужна мне она сильно! Я не отдам своих людей под твое начало.

— Можно и не под начало, а под конец. — ухмыльнулся принц. Его золотые глаза сверкнули и устремились на Тильду. Девушка игриво закусила край нижней губы и провела по ней краем своего ножа, оставив тонкую розовую полоску. Это движение словно сбило со среднего сына императора всю напыщенность, и он вновь перевел взгляд на брата.

— Будь по-твоему, Харис. Я сообщу отцу, что ты будешь сопровождать меня. И если что-либо случится со мной — это будет исключительно по твоей вине. Император узнает обо всем.

Харис закатил глаза.

— Беги уже, жалуйся. — процедил он.

Принц Эрнан изящно встал, встряхнул золотой хвост своего плаща, поправил кружевные манжеты и вышел из зала стражи. Слуга в красной ливрее поспешил за своим господином.

— Вот так утро. — протянул капитан.

Харис бросил на него испепеляющий (в переносном смысле) взгляд и опустил голову на ладони. Воспользовавшись моментом, Тильда подала знак Кайя, указав на пальцы Хариса, и тихо вышла из зала, оставляя капитана наедине поговорить с принцем. Девушка отправилась на кухню: завтрак еще только готовился, но у поварих всегда можно было выпросить что-то вкусненькое.

— Трудная ночь, Харис? — Кайя положил руку принцу на плечо.

Принц мотнул головой.

— Ненавижу этого напыщенного индюка. — произнес принц сквозь ладони — И свой пост ненавижу. Ведь отец ненавидит меня, правда? — принц поднял глаза на Кайя — За то, что мать умерла, рожая меня.

— Вздор.

— Правда. — кивнул принц сам себе — Ведь почему спустя двадцать с лишним лет он так и не женился больше? Наверно, он любил ее.

— Может, счел, что с него хватит жен, пьющих кровь и требующих денег за то, что Сарки испортил их красоту и молодость. — предположил капитан.

— Ты знаешь по себе?

— Ага. — усмехнулся капитан — Моя единственная любовь, это Сомна.

— Ты вообще знаешь, что такое любовь? — внезапно даже для самого себя спросил принц — Порой мне кажется, что я чувствую ее, глядя на какую-то девушку. Чувство такое сладкое и влекущее. Но наступает утро, и все чувства исчезают, как исчез и ночной мрак.

— Я думаю, Харис, ты путаешь любовь и опьянение. Во втором случае даже старая уродина кажется красавицей и хочется если не жениться, то переспать с ней. А зная, как ты любишь вино…

— Фу, какой ты грубый! — принц махнул на капитана рукой, передразнивая жест старшего брата.

Капитан хрипло рассмеялся. Серые глаза весело сверкнули.

— Кстати, я хотел поговорить о Тильде.

— О девушке из моей охраны? — насторожился принц.

— Что это такое? — спросил капитан, хватая принца за руку и указывая на обугленные кончики пальцев — Это вчерашняя вспышка силы?

— Нет. — осторожно ответил Харис.

— Зачем ты врешь? Всю ночь баловался заклинаниями?

— А зачем ты спрашиваешь, если и так все знаешь? Я скоро начну брать по драку за каждый глупый вопрос, на который мне приходится отвечать. Представляешь, как я разбогатею через месяц?

— Ты принц, ты и так самый богатый человек в империи.

— Четвертый по состоянию богатства, вообще-то. — недовольно поправил капитана принц.

— Не избегай разговора, Харис. Меня трудно сбить с толку.

— Ну что ты хочешь от меня услышать? — капризно вздохнул Харис — Да, я пользовался силой, пока она еще была у меня. Играл с ней, пробовал новые сложные заклинания. Доволен?

— Зачем? Тебе мало того, что ты и так один из сильнейших магов империи Д’Аор?

— Ты не понимаешь. Ее магия — она другая. Она сильнее, она слаще, приятнее и горячее.

Кайя нахмурился.

— Я сейчас говорю про магию, а не про девушку. — уточнил принц, сглаживая напряжение, повисшее между ними.

— Так говорят курильщики ястребиного бурьяна. — ответил капитан, сравнив принца с наркоманами с окраин империи, которые одурманиваются разными полевыми травами и целыми днями смеются, видя несуществующие вещи и существа.

— Ты бы понял меня, если бы сам владел магией.

— Чего нет, того нет. — безразлично пожал плечами Кайя — Но вообще я прошу тебя оставить девушку в покое. Она хороший воин, и я не хочу, чтобы она покинула мой отряд из-за твоей жажды магии.

— Она тебе сказала, откуда пришла?

— Сказала то, что считала нужным. Большего я не требовал. Так работают у меня в отряде. И я пока что просто прошу тебя не нарушать устоявшиеся правила и законы.

— Капитан, я не маленький ребенок. Хватит волноваться обо мне. — принц устремил на капитана глубокие голубые глаза.

— Как сажаешь, принц.

Повисло молчание, которое нарушила Тильда.

— Знаете что? — воскликнула девушка, возвращаясь в зал. В руках она несла клочок сероватой бумаги, исписанный с обеих сторон. — Эрнан нагло наврал про лечебницу умалишённых. Нет, конечно, она есть в его расписании. Но не одна. А целых пять! И на этом не конец.

Харис вновь уронил голову на ладони. Ему ужасно хотелось спать и есть. А еще его мучало чувство, ужасно похожее на похмелье, только после использования сильной магии оно было в сотни раз хуже.

— Кайя, — тем временем продолжила Тильда — я понимаю, что не стоит поднимать панику попусту. Но учитывая, что сегодня оба принца будут на публике, может стоит известить императора?

— Нет, не стоит. — отрезал Харис, опережая капитана.

— Ты не вспомнил, кто оцарапал тебя? Это было нападение, или случайность?

— Ты ведь сама сказала капитану, что та штука стирает память. — принц вскинул бровь.

— Ваше дело. — повела плечами девушка. Она перевела взгляд на своего начальника. — Идем собираться?

Кайя тяжело вздохнул, словно на его плечи лег груз всей Вселенной, и поднялся со стула. Молча кивнул сонному принцу и вышел.

День тянулся невероятно долго. На улице стояла знойная погода, и даже в тени казалось, что тело растает, словно замороженное молоко. А черная форма и плащи стражи лишь ухудшали дело.

Принц Эрнан ездил от лечебницы к лечебнице, выступал во внутренних двориках, у входа или в садике для прогулок больных. Карета персоны дворянских кровей, целая орава императорской стражи и добрая работа глашатаев способствовала тому, что каждый раз поглазеть на Золотого принца собиралась целая толпа людей. Горожане до свинячьего визга желали послушать его мелодичный голос, дотронуться до его одежек тончайших шелков, и даже, может быть, узнать нечто интересное. Это столпотворение наполняло воздух ароматами пота, дешевого мыла для бритья (которое варили из свиного жира) и приторными парфюмами.

Умалишенных на время визита среднего принца императора Сарки никто и не думал запирать. В конце концов, у него целых два десятка стражей, вооруженных всяким оружием. Зачем же будоражить бедных бедолаг, запирая их в комнатушках, похожих на мышиные норы? Так и получалось, что пока принц гласил свои речи, стража с одной стороны бдела горожан, а с другой — следила за умалишенными, разгуливающими между гостей. Кто пускал слюну на дорогой костюм местного торговца. Кто нюхал волосы конопатой городской простушки. А некоторые выклянчивали у стражи сверкающие игрушки — ножи с кинжалами и кастеты. Никто не решался отгонять их от себя, боясь, что бедолаги с перепугу могут поднять шум.

Вид этих несчастных бедолаг пугал и будоражил Хариса. Он буквально не мог выбросить из головы мысль о том, как эти люди стали «не такими». Что стало причиной: злая шутка безымянных богов? Нелепая случайность с магией? Неосторожная повитуха? Или всему виной иной ход мышления?

Харис сам часто считал, что логика его мышления, его суждения, да и вообще отношение к жизни отличаются от мнения большинства. Уж точно они не похожи на строгие консервативные взгляды императора или наплевательское фаталистической отношение брата. И прежде он считал это своим отличительным достоинством. Но теперь! Теперь он смотрел на девушку, битый час пытавшуюся дотянуться языком до своего носа, и начинал бояться в одно ужасное утро проснуться таким же идиотом.

На очереди была лечебница леди Эммерсон. Название она получила за то, что эта самая леди построила заведение полностью на собственные деньги лишь для того, чтобы поместить туда свою мать. Бедная старушка настолько сбрендила, что не позволяла дочери выйти замуж за высокородного дворянина из очень богатого рода. Но, увы, лишенного наследства пока тот не женится на женщине из знатной и обязательно высокопоставленной семьи.

Так вот. Среди стражи прошел слух, что в лечебнице имени леди Эммерсон есть одна очень интересная девушка, которая всем клянется (кто бы мог подумать!), что она с Земли. Пока Эрнан гласил свои речи, со специально подготовленного к его приезду помоста, а толпа увлеченно слушала принца, его стража занималась тем, что на спор пыталась угадать, какая из пациенток — с Земли.

Харис со стороны наблюдал за ними, подпирая спиной дерево, с равной долей любопытства и отвращения. Стражи делали ставки на деньги. Затем независимый страж подходил к больной, бродившей по саду, и задавал пару-тройку вопросов, и возвращался с ответом, сыграла ставка, или нет. В этот миг принц смотрел на Тильду. На ее лице не было презрения. Даже мелькало понимание (что было странно для Хариса). И она тоже искала взглядом девушку с Земли. Порой по ее глазам принц понимал, выиграет страж спор или проиграет. Порой Тильда сама не знала.

Но спор так и остался без ответа, и девушка так и не нашлась. Воины в черных накидках быстро нашли себе новое развлечение, а главный маг вдруг заметил, что его телохранительница исчезла с поля зрения.

Телохранительница быстро скрылась с глаз стражи и гостей, пришедших послушать голос принца Эрнана за небольшим холмиком. Дорожка быстро вилась вокруг чопорных клумб и уходила вниз, к саду. В дальнем конце парка Тильда нашла больную девушку, о которой говорила императорская стража. По крайней мере, так сперва посчитала Тильда. Рассудив, что если других больных не осталось (посмотреть на сына императора вывели всех больных), то остается только одно. Нужный пациент спрятался от любопытных глаз где-то в саду. Поэтому телохранительница пошла вглубь сада, где и увидела девушку.

Умалишенная девушка выглядела совершенно здоровой в том свете, что не бродила по парку, обхватив себя за плечи и бормоча неразборчивые речи, не рвала на себе волосы и не прыгала вокруг себя, распевая похабные песенки. Девушка представляла собой чудное милое существо, совершенно безобидное и спокойное. Длинная тощая фигурка, бледная кожа, до пояса скрытая шлейфом из черных волос, заканчивающимися полными блестящими локонами. На ней было ситцевое платьице до коленок, и босые ноги. Задрав голову, девушка смотрела на тонкие ветки молодой яблони, увешанные золотистыми плодами. Наблюдала за шевелением листьев от дыхания ветра, игры теней в кроне, передвижением насекомых на стволе. Казалось, она замечала нечто неуловимое, читала негласные законы мироздания, обвивающие каждый листик и кусочек коры этого дерева. Она стояла неподвижно, и телохранительнице даже показалось, что она уснула в таком положении. Тильда остановилась позади девушки и постаралась не отвлекать ее. Девушка словно уловила аромат Тильды — глубоко вдохнула, на секунду застыла, пробуя его на вкус, и обернулась к телохранительнице.

У девушки оказались яркие янтарные глаза, опушенные черными длинными ресницами. Короткая челка падала на лоб. На щеках горел румянец, небольшой носик был аккуратно поддёрнут.

— Прости, не хотела тебя испугать. — поспешила сказать Тильда и отступила на шаг.

Аккуратные губы девушки тронула тень улыбки. Порыв ветра развеял длинный подол ситцевого платья, бросил на лицо смольно-черную прядь волос. Девушка ловко отбросила ее назад.

— Что ты хотела узнать?

Тильда решила взять быка за рога.

— Мне сказали, что ты считаешь своей родной планетой Землю. Это правда?

— Правда.

— Почему ты бежала сюда?

— По той же причине, что и ты.

— В каком смысле? — телохранительница сыграла истинное изумление, округлив глаза, как два блюдца.

— Здесь Землю считают империей, а не планетой. И ты знаешь, что с Земли бежали. Значит, ты такая же посланница, как я.

— Нет, я никакая не посланница. — сдуру ответила телохранительница.

Умалишенная прищурилась, говоря взглядом «я раскусила твою игру — ты проверяешь меня», и Тильда начала понимать, что первое впечатление о девушке было ошибочным.

— Я знаю, с какой целью ты перешагнула с Земли в этот мир — коридор, открывающий двери во множество миров. Наш повелитель звал тебя. Я слышала его голос каждый день в своих снах и наяву. Он обещал освободить нас от страданий.

— Повелитель? — Тильда отступила еще не шаг — Магинари?

Девушка склонила голову на сторону, всматриваясь Тильде в глаза. У телохранительницы сжалось сердце, когда в глазах умалишенной мелькнула чернота с проблесками пурпурного сияния.

«Она заражена! — прокричал чей-то голос в голове Тильды. А другой голос спросил: Но как давно она здесь и почему никто больше не заразился?»

— Ты давно пришла сюда? — спросила Тильда, сделав лицо серьезным, как никогда. — Кто еще служит повелителю? — Она постаралась не выдавать своего страха, потому смотрела на девушку непринужденно — не прямо в глаза, но и не отводила своего взора, когда та вновь посмотрела на нее.

— Не счесть, сколько лет я храню его голос в себе. Жду, когда придет тот, кто передаст голос повелителя этим необразованным в магии дикарям. Я его дворец, его жрица, его тюремщик и его спутник. Но вот ты пришла.

— Почему больше никому ты его не передала? — нахмурилась Тильда, словно недовольная бережливостью умалишенной.

— Тела этих людей слишком слабы для моего хозяина, магия едва держится в них. Они не заслуживают питаться ей, и повелитель желает, чтобы немощных лишили ее. Должны выживать только сильнейшие.

— Не понимаю.

— Убить. — девушка сверкнула золотом в глазах — Они не достойны магии, и должны быть стерты. А на их место придут другие.

— Это тебе сказал повелитель? — опасливо произнесла Тильда.

— Разве ты не слышишь его голос, похожий на все голоса, который ты когда-либо слышала, и не похожий ни на что в мире. Он показывает мне, какой прекрасной станет жизнь, когда я выполню его приказ. — счастливая улыбка вмиг сменилась настороженностью — Разве ты не видишь сейчас?

— Нет.

Умалишенная подступила ближе и глубоко вдохнула воздух.

— Мой господин требует чтобы ты отдала свое тело ему, и он даст ответы на все вопросы, которые интересуют тебя. Мой господин милосерден и щедр: он подарит тебе невероятную силу. Он вернет тебе всех, кого ты потеряла, найдет тех, кого ты ищешь.

Глаза умалишенной лихорадочно блестели, щеки стали пунцовыми, глаза мерцали пурпурными молниями. Наконец Тильда поняла, почему ее засунули в лечебницу. Нет, она действительно свихнулась от влияния магинари. От тысячи голосов, звучавших в ее голове — мало кто справился бы с таким, — от сотен убитых на ее глазах людей, от всего, что порождало влияние магинари. Но девушка не казалась зараженной, и это сбивало Тильду с толку.

— Почему же у тебя нет сил, чтобы выбраться отсюда. — телохранительница обвела рукой сад, лечебницу, каменные стены, ограждающие территорию больницы.

— Мой господин ждал, когда наступит время и строго велел мне хранить его, чтобы потом — передать.

— Кому?

— Достойному носителю. — девушка вновь склонила голову на бок и по губам пробежала усмешка — Господин говорит, что передать его я должна тебе.

Тильда похолодела от ужаса. Рука машинально легла на рукоять Осы, пристегнутой к поясу. Но она знала, что против магинари клинок не поможет.

— Впусти в себя тепло и силу. — продолжала девушка — И ты никогда больше не будешь одинока, слаба или несчастна.

— «Не почувствую» и «не буду» — это разные слова. — бросила Тильда.

— Соглашайся, не стоит делать глупых выборов.

Телохранительница отрицательно мотнула головой. Девушка оскалилась в подобии сардонической улыбки, и Тильда увидела, что ее десна и зубы покрыты черной кровью.

— Значит, твоя кровь станет моей. А с не и сила.

Девушка поднесла ладони к губам и прошептала что-то в пальцы, затем развела и опустила. Через несколько секунд на ладонях девушки появилось два пореза, появившихся словно из-под кожи. Над ними зависли два кинжала из черно-бурого стекла. Тильде даже сперва показалось, что клинки выскользнули из рукавов душки. Но на ней было тонкое платьице с рукавами-фонариками: слишком короткими и маленькими, чтобы спрятать в них оружие. Только заметив движение на острых клинках умалишенной, Тильда поняла, что собой являют клинки. На несколько секунд телохранительница застыла, любуясь, как плавно кровь перетекает по острию, но кинжал при этом не теряет формы, и едва не пропустила момент, когда оба клинка друг за другом пустились в ее сторону. От первого кинжала она увернулась, отскочив в сторону, потом быстро пала ничком. Над головой просвистело второе лезвие.

Подняв голову, телохранительница увидела, как над ладонями девушки из капель ее крови вытягивается новое оружие. Несколько мгновений у Тильды было в запасе, и она бросилась на девушку, повалив ее наземь и прижав руки к земле. Кровь, не успевшая сформироваться в клинок, разлилась по свежей траве.

— Впусти меня, — шипела девушка многократно повторяющимся голосом. — Слейся со мной, стань частью невероятной силы!

Тильда ударила ее в лицо, но умалишенной продолжала повторять одно и то же. Она ударила ещё и ещё раз, пока мышцы не обмякли, глаза не закрылись и не умолк страшный голос. Этот же голос она слышала в своем недавнем сне, и его Тильда навсегда сохранила в памяти. Голос, воплощающий в себе страх, ужас, горе и смерть. Магинари. Магическая чума, уничтожившая ее планету, теперь говорила именно о ней. Охотилась на нее, Тильду. Взывала к ее магии.

Телохранительница всматривались в лицо бесчувственной девушки, словно пытаясь что-то на нем прочесть.

За спиной раздался топот сапогов по каменистой дорожке, и ветер донес звон оружия. В этот же миг глаза умалишенной распахнулись, запылав адским жаром. Тело затряслось в конвульсиях. Изо рта, глаз и носа потекла черная кровь, и Тильда рывком встала и отскочила назад, боясь испачкаться и подцепить заразу. Спиной она наткнулась на кого-то, споткнулась, едва не упала, и ее обняли за плечи, удерживая на ногах. Мимолетное прикосновение, принесшее на секунду ощущение тепла и защищённости, пробудило в Тильде старые, и казавшиеся давно погребенными, воспоминания. Родители, друзья, знакомые из сопротивления, брат — всех забрало магинари. Некому больше обнять ее и успокоить, подарить ощущение тепла родного дома.

— Что произошло? — спросил Харис, отпуская ее и отступив шаг в сторону.

Тильда не ответила. Не успела. Девушка, распростёртая на траве, издала клокочущий невнятный крик. По ее лицу и даже из ушей текла кровь, вспыхивая и дымясь, даже не успев упасть на траву. Грудь умалишенной засияла алым, словно внутри нее разгорался костер. А ведь на самом деле так и было — пламя было магическим, сжигавшим плоть и кровь внутри ещё живого тела. Магинари требовало пищи.

Увидев, какой пепельной стала кожа девушки, Тильда раскинула руки и попыталась оттолкнуть всех назад. В этот миг тело умалишенной девушки вспыхнуло. Отряд охнул за спиной у Тильды.

— Это что за дерьмо? — очумело выпучив глаза и ужасно хмурясь, произнес капитан.

— Магинари. — коротко ответила девушка, не отводя глаз от пылающего тела. Ее понял только маг. Молодой человек сдавленно крякнул, побледнел, и зашарил рукой в сумке.

Телохранительница хмурилась. Что-то было не так. Пламя было не алым, как обычно при смерти заражённого, а слабого жёлтого оттенка. Словно горело не в полную силу. Девушке почудилось, что внутри, среди обгоревших костей, происходит движение. Остальным, очевидно, это тоже бросилось в глаза, и они подались вперёд, вглядываясь в невысокие язычки пламени, лизавшие останки девушки.

— Что дальше? — спросил Сноу. — Она мертва. Кажется.

Тильда не успела ответить, ибо из обгоревшего тела вырвался столб черной массы, похожей на плотно сбившуюся стаю насекомых, и взмыл в воздух. Он замерцал, словно звёзды на ночном небе, если бы только те были пурпурного цвета, взлетел ввысь. Столп на миг завис, расплылся, а затем начал стремительно обрушиваться вниз, одновременно расширяясь. Тильда выругалась в полголоса.

— Что делать? — встревоженно отозвался Харис.

Он был так же встревожен, как девушка, и капитан сообразил, что, хотя многого он сейчас не понимает, следует уводить принца Эрнана и горожан прочь из парка.

— Сделай щит. — велела Тильда. Харис кивнул и стал водить пальцами, переплетая алые магические нити заклинания защитного щита.

Капитан дал отряду команду, а те передали ее отряду стражи принца Эрнана. Людей понемногу начали сгонять в одну кипу и теснить к выходу из парка лечебницы. Однако принц Эрнан нагло не желал ничего замечать и продолжал свою речь, а магическое черное покрывало магинари упрямо приближалось к толпе.

— Харис, накрой толпу щитом, а я разберусь с магинари. Скорее! — скомандовала девушка, прогоняя из головы мысли о том, как магинари убивало магов в разгар эпидемии.

Принц замялся.

— Ну что? — девушка уловила неловкость, повисшую в воздухе.

— Сомневаюсь, что мой щит защитит их от магической заразы. Может, она пройдет сквозь них, а может и останется внутри.

Тильда чертыхнулась и закрыла глаза, сложив перед собой ладони в чашу. Младший принц нахмурился и собрался взять дело в свои руки, судорожно соображая на ходу, что бы придумать вместо щита. Но вдруг увидел в ладонях девушки сполохи молний: крошечные, иссиня-фиолетовые, клубящиеся, словно грозовые облака, и беспрестанно волнующиеся, как море. Девушка раскрыла глаза и развела руки. Молнии потянулись за ладонями, растягивая свое кружево. Она резким широким жестом вскинула руки вверх и в стороны, и молнии взлетели в небо, растягиваясь куполом над парком. За спинами раздались вскрики. И все же, магинари обладало собственным разумом, и с легкостью подстроилось под новые обстоятельства. Черная туча превратилась в тонкие иглы и ещё быстрее обрушилась на купол, силясь его разбить.

Харис почувствовал, что его сердце вот-вот прорвет грудь и разобьётся о землю, когда первые иголки посыпались на щит девушки. Но купол выдержал, лишь заискрил сильнее и громко загудел, как тысяча музыкальных трубочек с водой, в которые одновременно подул ветер. Принц тихонько выдохнул и вновь начал дышать, успокаивая взбесившийся пульс.

Магинари вновь поменяло тактику.

Тильда встревоженно наблюдала за тем, как иглы превращаются в капли и стекают по куполу к его основанию на земле. Жители Арноха, собравшиеся в парке, начали паниковать, и тут молодой маг взял дело в свои руки. Щёлкнув пальцами, он заморозил все капли, стекавшие по щиту. Затем несколькими легкими плавными узорами сотворил огоньки нал куполом, и они посыпались вслед за каплями, догоняя, поглощая и сжигая их.

Тильда затаила дыхание, когда первая волна огня охватила черное вещество. Схватка инфекции и огня была короткой, но жесткой. Девушка подумала, что наверняка кроме нее, и, возможно, главного мага империи, никто не заметил борьбы одной магии с другой магией — словно двух бойцовых собак.

Сработало. Черные массы медленно, но уверенно уменьшались. Пламя плясало над побежденной темнотой и голодно лизало стенки энергетического щита.

Харис сделал ещё несколько движений пальцами, словно переплетая нити, и музыкальные инструменты оркестра заиграли сами собой. Пока догорали массы черного зараженного вещества, Харис развлекал людей трюками. То ветерок сдерживал шляпки милых леди, и вкладывал их в руку то Хариса, то воинов из отряда его стражи; порыв ветра подхватывал детишек над землёй и кружил их, словно крепкие родительские руки. Вдруг по козырьку долгополой шляпы важного господина заплясали капли пламя, но не подожгли ее, а с тихим треском поскакали по плечу его плаща, перескочили на рукав его жены, и понеслись по толпе, не обжигая, а мягко щекоча каждого, кого касались. Потом кусочки пламя собрались в одно целое, образовав форму зайца, и тот быстро и под бурные аплодисменты ускакал в кусты, где и исчез.

В это время Тильда следила за щитом и сгорающими каплями магинари. Она взывала к своей силе, к тому, что течет у нее в венах и звенит в мозгу, когда она обращается к ней. Девушка молила магию не покидать ее сейчас, когда она нужна не только ей, а всем тем людям, без опаски наблюдающих за трюками Хариса. Каждый раз, как щит вспыхивал ярче или тихо потрескивали, угрожающе шипя, в ее голове всплывали воспоминания о том, как умирала ее планета.

* * *

Когда все закончилось, и стражники мягко выпроводили слушателей из парка, принц Эрнан направился к младшему брату. Тильда знала напускную улыбку и притворное радушие среднего сына императора Сарки. За время жизни в бомбоубежищах среди полусотни людей (а бывало и больше), она научилась отличать напускные эмоции и притворство от истинных чувств, которые подобны проблеску солнечного луча среди трепещущих на ветру листьев — практически неуловим и краток. Потому девушка заняла место в теньке подальше от обоих наследников престола Д’Аора, и приготовилась к представлению.

— Братец! — воскликнул средний сын Сарки. Улыбка стала еще шире и лучезарнее. Золотые глаза недобро сверкнули. — Я от тебя такого не ожидал!

«Да, в красноречии и притворстве природа не обошла его стороной, и даже немного задержалась, наделяя Эрнана этими качествами.» — про себя заметила Тильда.

— Чего ты хочешь? — нахмурился Харис, даже не подозревая о намереньях брата.

Эрнан распростёр руки за пару шагов от мага и Харис весь сжался. Капитан Кайя заподозрил подвох, особенно после того, как их с телохранительницей взгляды встретились и сероглазый воин увидел в них озорной блеск. Капитан направился к своему охраняемому, но было уже поздно. За шаг до брата, Эрнан опустил руки, с силой сжал кулак. С разворота он впечатал свой кулак в скулу младшего брата. В глазах Хариса вспыхнула растерянность и непонимание. Он отшатнулся, но, к его чести, удержался на ногах, прижал ладонь к ушибленной скуле.

Капитан встрял между Харисом и Эрнаном. Капитан охраны среднего сына императора Хейзел тоже встал впереди брата мага. Принц Эрнан раздраженно подвинул капитана Хейзела в сторону, чтобы тот не закрывал ему лицо младшего брата.

— Если ты еще раз посмеешь испортить мое выступление… — начал Эрнан, встряхивая ушибленную кисть. От удара костяшки покраснели. А тон принца был ровным и холодным, словно сталь. Словно все было как полагается.

— Испортить? — взвился Харис — Я спас твоих поклонников от гибели.

— Мне плавать. — рявкнул Эрнан тоном, не терпящим пререканий. — Держись со своей челядью от меня подальше. Иначе…

— Иначе пожалуешься императору? — перебил его младший брат.

Принц Эрнан злобно сощурился. От этого взгляда по коже Тильды, наблюдавшей за спором, пробежал мороз.

— Еще одно слово, братец, и клянусь, ты узнаешь весь мой гнев.

Харис хмыкнул, заводя руки за спину.

— Мне слова не нужны. — ответил младший сын Сарки. — У меня есть магия.

В ладонях за спиной принца начало зарождаться нечто. По искрам и всполохам было не понятно что конкретно это будет, но определенно нечто мерзкое и болезненное.

— Достаточно. — вмешался капитан. Он взял принца Хариса за предплечье, разрушая тем самым заклинание, и силой отвел от старшего брата. Молодой маг брыкался, но хватка капитана была крепче стали.

— Вот-вот. — бросил ему напоследок брат Хариса, поправляя челку золотистых волос — Слушайся своей няньки.

Глаза Кайя вспыхнули гневом, но он лишь сильнее сжал второй рукой рукоять своего меча, вложенного в ножны. Молодой маг прошипел нечто невнятное капитану, но тот остался невозмутим. В душе Тильды появилось чувство, похожее на невероятное уважение к этому воину. Многие годы терпеть капризного мальчишку, запоминать все его привычки и фокусы, и защищать его от проблем, как родной отец, но при этом всегда знать свое место. Место, которое на много ступеней ниже того, где восседает этот изнеженный мальчишка. Она и прежде уважала своего капитана — как воина. Но это чувство было адресовано не Кайя-начальнику, а Кайя-человеку — рассудительному, мудрому и невероятно уравновешенному со своими внутренними демонами.

Остаток дня два принца провели на ножах, капитан не говорил ничего, кроме приказов своим людям, а Тильда избегала взглядов Хариса и его общества в общем, чтобы не пришлось отвечать на вопросы, ответы на которые она дать не могла. Просто не знала. Два отряда стражи держались обособленно и настороженно, не столько выслеживая взглядами злоумышленников в толпе, сколько наблюдая за членами второго отряда императорской охраны.

Вернувшись в замок, стражники сняли свою амуницию, а вместе с ней свои маски враждебности. Напряжение развеялось. Кто-то предложил выпить, и на столе в общем зале казарм появилось несколько разномастных бутылок с выпивкой. Последовали одобрительные возгласы, и к бутылкам подтянулись стаканы. Тишина превратилась в гул разговоров, а потом выросла в шум и смех. Кто-то достал губную гармошку, кто-то достал домбру. Веселая музыка, словно лягушонок, заскакала по залу, отражаясь от каменного пола и оббитых деревом стен. Вместе с тем, как быстро пустели принесенные бутылки, выпивки становилось все больше. Не так уж сильно отличалась работа обоих отрядов, и у них нашлось много общего, о чем можно было поговорить или на что посетовать, не опасаясь, что их станут осуждать. Все-таки два принца были сыновьями одного императора, и многое в характере взяли от своего отца. Особенно много скверного.

Принц Эрнан умчался в свои покои принимать ванны и расслабляться, как только экипаж въехал в замок. Принц Харис наоборот никогда не брезговал обществом своих стражей, но и случая выпить вместе в таверне или баре у них не случалось. К ужасу Тильды, капитан стражи среднего сына императора, принца Эрнана, предложил молодому магу выпить вместе с ними. Он красочно описал весь ассортимент выпивки на столе, оттенки вкусов и способы, которыми некоторые бутылки попали в руки императорских охранников. Харис не особо сопротивлялся, но для приличия Сноу, Вака и несколько младших лейтенантов поуговаривали его, обещая, что он точно не пожалеет. Затем главный маг империи расплылся в улыбке и согласился.

Все пили и веселились несколько часов. Раскрасневшаяся Вака плясала с какими-то лейтенантами, громыхал хохот стражников, рассказывавших истории о своих доблестных сражениях на прошлых местах службы. Для большей надежности, Тильда держалась весь вечер в тени, наблюдая за Харисом, чтобы не оказаться рядом с ним (и не пришлось отвечать на вопросы), и отслеживая странности в поведении молодого мага (на случай, если в него все-таки попало магинари). Но принц чувствовал себя совершенно комфортно — веселился, пил, смеялся и даже подпевал несколько песен, которые закатили уже пьяные вдрызг капитан стражи Эрнана, Урбан и лейтенант Хейзел. Тильда заметила, как Харис бросил взгляд на часы, и по его лицу промелькнула тень. В тот же миг он окинул весь зал глазами и, обнаружив, что все заняты своими делами, тихонько вышел в коридор, затворив за собой дверь. Девушка успела опустить глаза в свой стакан, но заметила, куда пошел принц.

Она отставила свой стакан, и опрометью вылетела следом. Мельком подумала, что удивительно, как это капитан Кайя ничего не заметил. Принц уже скрылся в коридоре, но звук его шагов подсказал телохранительнице, куда нужно идти. Тихо шаркнула дверь, и на мгновение в коридор ворвался шелест воды. Девушка ускорила шаг, ломая голову над тем, что собрался делать принц. В голове у нее разворачивались разнообразнейшие ситуации, но ни одна из них не связывалась с магинари.

— Подожди! — телохранительница догнала принца в небольшом саду, раскинувшемся на каменных мостках дворца.

— Чего тебе? — разозлился Харис. На той стороне его уже ждала карета, а внутри — его друзья и несколько знатных девиц, не чурающихся разгульного веселья. Он изловчился удрать незамеченным даже от капитана, чтобы как следует повеселиться с друзьями без ворчливых надзирателей. Оставалось лишь перебраться на тот берег Сишлинха. И вдруг все поставила под угрозу эта девица.

— Зачем ты убегаешь? — недоуменно спросила она, догоняя его.

Харис вскипел от ярости: неужели ей не понятно? Эти люди — не его общество! Он и так живёт, словно в клетке, под постоянным присмотром и контролем сошек императора. Не хватало еще отчитываться и перед девчонкой из другого мира.

— Мне казалось что…

— Что тебе казалось? — перебил ее маг, схватив за руку — Что мне с тобой интересно? Что приятно слушать рассказы о драках и попойках?

— Что тебе весело с нами. — закончила девушка начатое предложение. Ее взгляд наконец выцепил из ночного мрака ожидающую на том берегу карету.

— Думаешь, я не вижу, как ты хочешь, чтобы я остался с тобой? — принц подступил к телохранительнице, сильнее сжав ее руку — Ты хочешь, чтобы я взял тебя прямо здесь? Или подняться в мою спальню, лечь в королевскую постель? — Харис криво усмехнулся, поддавая в голос язвительности — Ты всего лишь прислуга, такая же, как те, кто приносят мне одежду. А знаешь, что я делаю с прислугой?

Харис наклонился к Тильде. Она отпрянула, пытаясь вырваться из его хватки, но он притянул ее ближе, и зашептал на ухо.

— Я использую прислугу, как захочу, и выбрасываю, когда мне надоест. — прошипел он.

— Ты путаешь желание и жалость. — так же злобно ответила ему Тильда. — Пусти. Сейчас же.

В ее голове промелькнула мысль, что она сейчас бы с радостью сожгла мага изнутри, стоит лишь призвать силу. Но вовремя опомнилась. Принц вскрикнул и отдернул руку. Ладонь покраснела, словно от огня, и юноша уставился на девушку. В глазах мерцала злоба. Тильда секунду поколебалась, а затем развернулась и, побежав обратно в замок, быстро скрылась за тяжелыми дверями.

Харис громко выругался, отчаянно встряхивая опаленной ладонью и пытаясь исцелить ее. Тело налилось ледяной яростью. Не ненавистью к девушке, а ненавистью к собственному бессилию, к слабости его магии, и всему окружающему миру. Как же он жаждал ту силу, которой владеет она!

Его окликнули с кареты, и принц подошел к краю мостков, на которых стоял императорский замок. Харис, взмахнув рукой, подняв со дна реки плоские камни. Те замерцали в свете магических фонарей, словно раскаленное стекло, как шлифованный агат в подвеске его брата-мужеложца. Принц поморщился от этой мысли. Ловко перешагнув по камням на противоположный берег, юноша запрыгнул в ожидавшую его карету. Раздался громкий смех и восторженные возгласы, и спустя несколько мгновений, карета скрылась в зарослях подъездной дороги.

VΙΙ

Девушка вернулась в общий зал стражи, и сделала вид, что ничего не произошло. Она смеялась, как все, веселилась вместе со всеми, шутила, пила, не пропуская ни один тост, и не забывала каждый раз опустошать свой стакан с выпивкой до дна. Желаемое чувство легкости и радости никак не наступало. Оно дразнилось, мелькая в голове, когда зал разрывался хохотом, или когда ее кружили в танце. Но едва Тильда успевала заметить его, как это чувство нагло ускользало. А выпивка в бутылках тем временем становилась все крепче, свет в зале горел все тусклее, и потерялся счет времени.

Поднимаясь из-за стола, девушка двумя руками вцепилась в столешницу, помогая коленям разогнуться. Ей пришлось не только приложить все усилия воли, но и схватиться за спинку стула, чтобы не упасть, едва ступив один шаг. Пошатываясь, она побрела к свой комнате в казармах, периодически придерживая стену и останавливаясь, чтобы угомонить разбушевавшейся желудок и осадить тошноту.

Дверь ее комнатки была уже в пределах видимости, когда пол пошатнулся, сделал оборот вокруг Тильды и расплылся. Она почувствовала, как земля уплывает из-под ног и попыталась схватиться за стену, чтобы восстановить равновесие, но стена тоже куда-то ускользнула. Она возмутилась про себя такому безобразию, выругалась и зажмурилась, приготовившись столкнуться с твердым полом. Но этого не произошло. Крепкие руки подхватили ее. Тильда хихикнула от радости, и посмотрела по сторонам. Расплывчатый силуэт напоминал капитана.

— И надо же было так напиваться, Тильда? — проворчал Кайя.

Девушка недовольно рыкнула. «Разве он может понять, как ей было необходимо почувствовать веселье и немного расслабиться в этот вечер? Да что он вообще может знать о человеческих отношениях?» — подумала она.

Пока Тильда мысленно возмущалась, капитан довел ее до двери комнаты, одновременно помогая полу под ее ногами оставаться неподвижным. Он держал ее под руки, и она удивленно заметила, какие они у него нежные. Его прикосновения были одновременно мягкими и крепкими.

— Где ключ? — спросил Кайя.

Девушка тихо икнула и показала пальцем на карман черных штанов. В голове мелькнула шаловливая идея испытать капитана на стеснительность, и узнать, сможет ли он залезть к ней в карман. Что-то щекотно скользнуло по ее бедру.

Девушка удивлённо поморгала, уставившись на серый ключ, который капитан вставил в замочную скважину и трижды провернул. Смог! А она даже не поняла, когда тот успел просунуть ладонь в ее карман на бедре и нашарить там ключ.

Кайя толкнул дверь и завел Тильду в комнату. Вспыхнули магические светильники. Из мрака выступила старая кровать. Капитан оставил дверь открытой, провел девушку к кровати, сбросил с себя ее обмякшую руку и усадил на матрас. Ловко и незаметно он снял с нее плащ и куртку, отстегнул Осу.

— Не понимаю. — промямлила Тильда — Как с такими мягкими руками ты все еще не женат.

Девушка не была уверена, но ей показалось, что щеки капитана Кайя залились румянцем. Голова вновь закружилась, и она легла на кровать, параллельно стягивая с себя сапоги. Один сапог ужасно сопротивлялся, а второй слетел с ноги, словно ему кто-то помог. Тильда закуталась в одеяло и закрыла глаза.

Она окликнула капитана, когда он уже был у самой двери. Он остановился и обернулся к ней. Она не видела его, но услышала, как отдаляются его шаги, а затем скрипнули половицы у двери, когда он, оборачиваясь, перенес вес тела на левую ногу.

Тильда глубоко вдохнула, сдерживая накатившую тошноту. Она не была уверена, что произнесла «спасибо» вслух, или только подумала сказать это. Но капитан ответил «не за что». Через миг за ним, тихо скрипнув, закрылась дверь. Тильда почувствовала, как кровать исчезает из-под ее тела, она сама словно растворяется в темноте, и разум проваливается в глубокий тревожный сон.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Магинари. Облики Тьмы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я