Изгой

Владислав Кулигин, 2017

В одном из бесчисленных миров вселенной минула сотня лет после глобальной войны. В результате большая часть населения погибла, почти все технологии бесследно исчезли. Природа застыла в состоянии вечной осени. Оставшихся в живых делят на три группы: поселенцы, живущие небольшими анклавами, кочевники, промышляющие грабежом и разбоем, и мутанты. Именно в этот неизвестный и агрессивный мир попадает представитель «офисного планктона» из нашей реальности. Как сложится его новая жизнь? Что и кого встретит он на своем пути? Эта история даст один из возможных ответов, но за этим кроется нечто большее…

Оглавление

  • Часть 1. Мир вечной осени
Из серии: Изгой

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Изгой предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Часть 1. Мир вечной осени

1

Тот день проходил для меня ожидаемо паршиво, впрочем, как и все время работы в этой организации. Повздорил с руководством, устроил взбучку своим подчиненным и сразу отправился восвояси. Отъехав на своей верной двенашке от офисного здания, и взяв курс домой, я никак не мог успокоиться. Думал о том, что шеф, повысив меня два месяца назад до руководителя группы, обещал солидную прибавку доходов, а по факту ничего не изменилось, кроме новых обязанностей. Или, что половину своих горе подчиненных с завышенной самооценкой, на деле не умеющих работать, я бы давно уволил, но шеф запретил это делать. В итоге от группы требовали результатов, а у меня в команде невменяемые персонажи и у самого отсутствовала мотивация на достижения целей. Подобный заряд бодрости каждый день расшатывал мою и без того многострадальную нервную систему. Кое-как помогали две вещи: занятия спортом, три раза в неделю посещал курсы айкидо, и алкоголь, употребляемый мною в компании друзей.

В этот период жизнь стала для меня чем-то малоинтересным, даже надоедливым, с которым я мирился только по неизбежности. Мне недавно стукнуло тридцать, жены и детей, к счастью не было. На свою личную жизнь, знаменующуюся частыми взлетами и падениями, я забил еще в прошлом году. Не до нее пока.

Ожидая когда трехглазый монстр — светофор, подмигнет зеленым, я отражал атаки негативных мыслей. Сегодня день между тренировками, и бухать мне не хотелось. Единственным желанием являлось избежать пробки, коих в провинциальном городе V, где я жил, наблюдалось великое множество, прибыть домой и забраться в теплую ванную с пеной. Монстр великодушно сменил красный гнев на зеленую милость, и я повернул на перекрестке, готовясь выехать на дорогу, по которой до дома оставалось совсем немного. В этот момент все и началось.

Я считал себя любителем фантастики во всех ее проявлениях. Мне нравилось читать маститых отечественных и зарубежных писателей, чье творчество отвлекало меня от неприглядной действительности, позволяя немного расслабиться. Почти все эти мэтры описывали сцены перехода в другие миры, куда их героев заносила нелегкая, сопровождаемые разнообразными чувствами и эмоциями. Кто-то испытывал сильную боль, радость или экстаз. Я же просто выпучил глаза, когда картинка дороги с машинами, резко сменилась на лесной пейзаж, грунтовку и оказавшийся у меня на пути водоем. Не успев затормозить, я опомнился только когда в салон автомобиля начала поступать вода.

Единственное, что я успел взять — сумку с документами, которая всегда лежала на переднем сидении рядом со мной. Действие больше рефлекторное, чем осмысленное. Сколько раз я забирал ее, когда выходил из машины. Теперь покинуть ее пришлось навсегда. Моя двенашка, верно служившая мне последние годы, быстро шла ко дну. Я еле успел открыть дверь, прежде чем ее заклинило. Ледяная вода прочистила мозги и помогла действовать с максимальным проворством, на которое я был способен. В юности я занимался плаванием, и даже преуспел на местных соревнованиях, поэтому мне хватило сил покинуть тонущий автомобиль.

Выбравшись, я долго переводил дух, пытаясь отдышаться и придти в себя. Осмотревшись, я понял, что стою на берегу озера. Вокруг него простирался непроглядный лес. День подходил к концу, последние солнечные лучи прощально освещали кроны деревьев. Вместе с диким холодом и тучами комаров, на меня навалился животный страх.

* * *

Совладать с эмоциями помогло истощение сил. Когда я остановился, уже начало темнеть. Сердце гулко ухало в груди. Я пробежал не меньше трех километров. Больше не позволили легкие туфли, не рассчитанные на беготню в лесу и дыхалка. Судорожно хватая ртом воздух, я приходил в себя. Руки, спина и плечи, горели. Огромные лесные комары не могли нарадоваться неожиданному деликатесу и продолжали упиваться моей кровью.

Когда в голове чуть прояснилось, я наконец-то снял с плеч свою сумку, единственную вещь, которую забрал из машины. Кроме водительских прав, бумажника и ключей от дома, там обнаружилась вполне пригодная сейчас вещь. Я никогда в своей жизни не курил, но почему-то всегда носил довольно дорогую зажигалку Zippo, подаренную мне ради хохмы одной из бывших пассий. Костер я развел там, где остановился, посреди высоких и мрачных деревьев, неизвестного мне вида. Толстые ветви с широкими листьями оранжевого цвета и круглой формы. Ветки оказались сырыми, потому загорелись не сразу, создав дым, но это даже лучше. Жрущие меня за живо насекомые чурались его, разлетаясь прочь, как от хорошего репеллента. Когда разгорелся огонь, и стало теплее, ко мне вернулась способность ясно мыслить.

«Что, черт возьми, произошло со мной?!»: стучало в голове кузнечным молотом. На этот счет имелись разные варианты, например, что я спятил. В принципе, вполне походило на правду, но такая перспектива мне не нравилась, поэтому я отмел вариант. На розыгрыш произошедшее со мной не походило. Дальше шли только версии из фантастических романов и фильмов. К ним я склонялся с большей охотой, хотя рациональная часть меня, яростно этому сопротивлялась. За размышлениями я не заметил, как офисная одежда, брюки, белая рубашка, начали сохнуть, напитываясь теплом костра, и меня потянуло в сон.

* * *

Проснулся я от хруста сухих веток и громкого звука, похожего на работающий мотор. Открыв глаза, я получил эмоциональный заряд бодрости, сбросивший с меня остатки сна. Метрах в десяти напротив костра стоял монстр. Похожий на собаку, размером с теленка, покрытый черной, свалявшейся шерстью зверь, смотрел на меня. Его пасть с гипертрофированной нижней челюстью была приоткрыта, демонстрируя длинные желтые клыки. Увидев, что я проснулся и заметил его, зверь начал медленно приближаться.

Стараясь не делать резких движений, я достал из костра длинную пылающую ветку, и поднялся на ноги. Вопреки моим ожиданиям, монстр бросился на меня. Все животные, которых знал, боялись огня, поэтому я пытался стоять так, чтобы пламя костра оказалось между мной и зверем. Монстр почему-то придерживался другого мнения на этот счет. Легко перемахнув через пламя, он кинулся в атаку. Спасло меня только чудо, по-другому уклонение от резкого выпада, не назовешь. Увернувшись, я воткнул горящую ветку в морду чудовища.

Округу огласил жуткий вой. Однако, не смотря на боль, тварь лезла веред. Сделав новый выпад, монстр прыгнул на меня, сбив с ног. Мое оружие выскочило из рук, а перед лицом появилась огромная ощеренная пасть. Ударив тварь веткой, я все же нанес ей серьезный урон — левый глаз вытек, на его месте зияла истекающая черной кровью дыра. Судя по напору, зверь страстно желал отомстить. Из его пасти несло тухлятиной, я изо всех сил упирался руками в морду чудовища, пытаясь держать ее как можно дальше от своего горла. Несмотря на усилия, острые клыки медленно приближались. Изловчившись, я пару раз пнул коленом в живот монстра. Ударил изо всех оставшихся сил. Любой человек от такого тычка, не будь он мастером цигун, согнулся бы пополам, или прекратил атаку. Зверь не обратил на мои движения никакого внимания, утробно рыча, продолжая попытки вцепиться мне в шею.

Я уже закрыл глаза, готовясь к мучительной смерти, как вдруг раздался громкий хлопок, и напор монстра резко ослаб. Вместо этого зверь навалился на меня всем своим весом. Потратив последние силы, я сумел выбраться из-под зловонной туши, адское создание весило не меньше полутора центнеров. Поднявшись на ноги, я увидел, что в боку туши зияла дыра, а ко мне неспешно приближаются четыре человека в черных балахонах. В руках они держали ружья с длинными стволами. После событий, которые я пережил за несколько часов, я обрадовался человеческим лицам.

— Ребята! — взмолился я. — Вы даже не представляете, как я рад вас видеть!

— Кедузы? — сказал один из подошедших ко мне людей.

— Что?

— Кедузы! — повторил за ним другой, широкоплечий здоровяк с гладко выбритой головой.

Что-то прояснив для себя, заговоривший со мной первым кивнул и к моему лицу очень быстро приблизился деревянный приклад ружья. Так закончился мой первый день в новом мире.

2

Я открыл глаза. Мир вокруг ходил ходуном. «Меня, колбасит»: подумал я. Только несколько минут спустя, придя в себя, я понял, что меня несут, и я висел на плече одного из людей в черном, которые спасли меня вчера, а потом вырубили. Судя по тому, что вокруг царил ясный день, я провалялся без сознания всю ночь. Мои руки оказались связаны за спиной, однако рот закрывать мне не стали.

— Эй чуваки! — начал я.

Темп движения громилы, несущего меня на плече тут же замедлился.

— Кто вы такие? Зачем я вам?

Громко зазвучали голоса на неизвестном языке. Слова преобладали звонкие, с большим количеством согласных звуков и растянутых гласных.

— Дзаардан, — пробасил кто-то очень близко, вероятно мой носильщик.

— Муурек, — был ему ответ.

Никогда мне не доводилось слышать такой язык. Сам я неплохо говорил по-английски, вел переговоры с иностранными партнерами своего работодателя. Мои познания в немецком ограничивались хрестоматийным «хенде хох» и некоторыми словечками из песен Рамштайн.

— Ду ю спик инглиш? — сделал я робкую попытку прояснить ситуацию.

Ответа не последовало.

— Шпрехен зи дойч?

Ходьба остановилась.

«Неужели все-таки немцы?!»: радостно подумал я. Мир вокруг меня снова резко изменился. Земля, деревья и небо, пронеслись перед глазами, вместе с громким хлопком и болью. Здоровяк, несший меня, сбросил груз с плеч, и теперь его перекошенная физиономия и лысина, блестевшая на солнце, находились у меня перед лицом.

— Джарух дзеенук кедузы!

Его рука стальной хваткой вцепилась мне в шею.

— Джезук кедузы!

Тут на меня снова нахлынула волна панического страха. «А вдруг я умер и попал в ад?»: пронеслось у меня в голове. «Когда ехал домой, попал в аварию и все, теперь я в окружении демонов!» Мгновение я находился во власти этих мыслей, но потом отбросил их. Если бы я действительно умер, моя многострадальная двенашка не попала со мной в ад, хотя, наверное, заслуживала того.

Здоровяк, принял молчание за покорность и ослабил хватку. Его товарищи обступили меня. Обменявшись парочкой диковинных словечек со своими спутниками, лысый амбал в черном, достал из-за пояса внушительный тесак и криво улыбнулся. На мгновение внутри у меня похолодело, но в голову неожиданно пришла мысль о том, что раз меня собираются убить, значит, я еще не в аду и определенно жив. Стало смешно, так, что я невольно ответил здоровяку на улыбку.

Моя улыбка стала еще шире, когда его лысая голова взорвалась, обдав мою и без того уничтоженную рубашку красным. Когда его дружков постигла та же участь, я разразился истерическим смехом. Толи от пережитого, толи еще почему, но мне хотелось смеяться. Даже когда спустя несколько минут, ко мне подошел человек в камуфляжной форме со снайперской винтовкой за спиной, я продолжал гоготать. Когда он достал нож и перевернул меня лицом к земле, я продолжал тихонько подвывать от смеха. «Сколько желающих завалить простого манагера из провинции! Никогда не пользовался такой популярностью!»

Только когда вместо моей плоти лезвие ножа вонзилось в путы на руках, я, тяжело дыша, совладал с собой.

— Ду ю спик инглиш? — сказал я снайперу.

Мужчина лет сорока с черными, как смоль усами, усмехнулся и протянул мне руку.

— Пошли, — сказал он на чистом русском языке.

* * *

Оранжево-рыжий лес, от которого меня начало трясти, к моему огромному облегчению, остался позади. Мы с моим спасителем, которого звали Федор, поднялись на большой холм, с которого открывался вид на окрестности. Впереди нас ждало поле невысокой травы, после которого через пару километров, снова шли деревья, только на этот раз, хвойные.

Федор, который с моего спасения кроме имени не сказал ничего, привстал на одно колено, снял с плеча свою винтовку и, прильнув к оптическому прицелу, начал осматривать лежащую впереди территорию. Глядя на его манипуляции, я ощутил сильное чувство голода. Последний раз я принимал пищу в столовой на работе сутки назад. Кроме того меня переполняло целое море вопросов, задать которые раньше я просто не решался.

Оторвавшись от прицела, суровый усач поднялся на ноги, и убрав оружие за спину, улыбнулся. Отстегнув от своего широкого пояса флягу, он передал ее мне. Там оказалась обычная вода, чему я был несказанно рад. Осушив добрую треть, я облегченно выдохнул и вернул флягу владельцу.

— Тебя мучает голод и куча вопросов, — констатировал факт мой спаситель. — Сейчас мы сделаем небольшой привал, и я отвечу на них. Я знаю твою историю. Может не всю, но как ты сюда попал, догадываюсь.

Привал мы устроили у подножия холма. В тощем рюкзаке снайпера нашлась для меня пара бутербродов с жестким и неприятным на вкус вяленым мясом. Поскольку сейчас точно не до кулинарных изысков, я умял их за один присест.

— Что это за место? — спросил я.

— Я называю его миром вечной осени, — сказал Федор, мерно жующий свой бутерброд. — Я оказался здесь год назад. Просто шел по улице и неожиданно оказался посреди леса.

— Со мной почти также, только я ехал и сейчас моя машина лежит на дне лесного озера.

Федор усмехнулся.

— В этом мире сотню лет назад или около того, произошла глобальная война, что-то типа третьей мировой, только вместо ядерного оружия у них применили какое-то свое, точно не знаю. В результате большая часть населения погибла, почти все технологии бесследно исчезли. Природа стала такой, как ты ее видишь. Почти все растения приобрели желто-оранжевые цвета, а температура круглый год стоит на уровне плюс пятнадцать градусов по Цельсию. С чем это связано не знаю.

— Как отсюда выбраться? — задал я волнующий меня вопрос.

Федор вновь усмехнулся.

— Есть теории, догадки, но четкого ответа нет, а без него твой вопрос не имеет смысла.

Я задумался. Получается, я могу никогда не вернуться домой. Такая перспектива отдавала грустью и унынием, только и всего. Никаких панических настроений, а вроде даже спокойней стало.

— Что за люди напали на меня?

— Кочевники, так их здесь называют. Вообще оставшихся в живых людей этого мира делят на три группы. Первая — поселенцы, остатки былой цивилизации, живущие небольшими анклавами. Вторая — кочевники. Перемещаются с места на место, промышляют грабежом, разбоем и случайными находками. Третья — мутанты, жертвы войны столетней давности. Как и чем живут — почти неизвестно. Ясно только то, что они опасны и нападают, как на тех, так и на других.

— Зачем я понадобился этим кочевникам?

— Хотели продать в рабство или скушать, они не чужды каннибализма.

Меня передернуло. Этого еще не хватало. Только появился здесь, а меня все так и норовят сожрать или продать в рабство. Чего ждать дальше?

— Я заприметил тебя еще ночью, когда они убили литавра, так здесь называют лесных тварей. Сначала я не вмешивался, пытаясь понять, кто ты, но присмотревшись внимательней, стало ясно.

— Какие у меня варианты?

Снайпер пожал плечами.

— Ты можешь идти, куда хочешь, но для начала я бы рекомендовал тебе осмотреться, вжиться в здешнюю реальность. Сейчас я направляюсь в Соррес, небольшую деревню, за тем лесом, что у нас впереди. Местные поселенцы платят мне за одну важную работенку. Она мне по силам, но от ассистента я бы не отказался. Я предлагаю тебе им стать, а как все сделаем, ты примешь решение, куда пойдешь дальше. Ну как по рукам?

Я задумался. Варианты у меня отсутствовали. Или погибнуть здесь одному, пытаясь разобраться в чем-либо, или остаться в живых и научиться чему-нибудь у Федора. Ответ очевиден.

— По рукам.

Мы пожали руки.

— Тебя как зовут, напарник?

— Сергей, — назвал я свое имя. — Что за работа?

— Надо убить кое-кого.

3

Миновав поле, мы углубились в лес. В отличие от предыдущего, он был зеленым. Деревья в большинстве своем напоминали сосны, только более толстые и пушистые. Дышалось здесь гораздо лучше, чем в рыжем лесу.

Шли молча, Федор впереди, я за ним. Его предложение не выходило у меня из головы. Очевидно, что нормальная альтернатива у меня отсутствовала. Здесь прослеживался также элемент благодарности, за мою жизнь. Это как в старых вестернах и фантастических боевиках, жизнь спасенного принадлежит его спасителю, и чтобы выплатить этот долг, надо хорошенько потрудиться. В конечном итоге, мне не обязательно становиться убийцей, достаточно помогать снайперу заочно, подтаскивая патроны, нося тяжелые грузы, все в таком духе. Во всяком случае, я на это надеялся.

Когда Федор поднял кулак вверх, и остановился как вкопанный, я, путаясь в своих мыслях, налетел на него. Снайпер сурово глянул на меня и приложил указательный палец к губам. Потом снял с плеча винтовку и нацелил ее куда-то в землю, метрах в двадцати от нас. Внимательно присмотревшись, я чуть не охнул от удивления, в последний момент, сдержав себя, сохранив тишину.

Ковер из опавшей пожелтевшей хвои шевелился. Глядя на это зрелище, мне вспомнилось высказывание известного английского деятеля XX века: «Политика — это драка бульдогов под ковром». Именно на это зрелище и походило. Под опавшими хвойными иголками двигалось что-то, создавая бугорки, которые, то поднимались сантиметров на тридцать, то опадали. При этом кроме шелеста хвои, никаких лишних звуков.

— Что это? — прошептал я.

— Это ползун, — прошептал в ответ мой новоиспеченный наставник.

Я только недоуменно развел руками. Федор улыбнулся.

— Никто толком не знает, что это. Природная аномалия, или тварь какая, а может, еще что-то. Известно только, что если наступишь на такой бугорок, лишишься ноги.

— А почему мы говорим шепотом?

— Неизвестно, на что реагирует ползун, может и на звуки.

Тем временем бугорок на хвойной подстилке направился в нашу сторону. Федор напрягся и прильнул к прицелу винтовки. Раздался выстрел.

* * *

Когда мы дошли до Сорреса, офисная одежда окончательно пришла в негодность. Туфли еще держались, а от рубашки и брюк остались грязные лохмотья. Неудивительно, что из-за этого я дико замерз.

— Успокойся, — сказал мне Федор. — Придем в поселение, подберем тебе что-нибудь из одежды.

Нельзя сказать, что от этих слов мне стало легче, но когда деревья начали редеть и впереди на высоком холме показался частокол и стали видны очертания строений, мой уровень энтузиазма заметно поднялся. Стена опоясывала холм пополам, отделяя безопасную территорию обитания поселенцев от враждебного мира вечной осени. Глядя на основательные деревянные строения, у меня появилось желание как можно скорее оказаться под их прикрытием, настолько они внушали чувство защищенности. Когда мы стали подниматься на холм и приближаться к огромным воротам, на стене стали появляться стволы разнообразного оружия, в котором я не был экспертом.

— Машалэш ягуй! — требовательно сказал кто-то со стены.

Федор поднял правую руку вверх и ответил: «Мишаш фили виз фрес!»

Слушая своего новоявленного напарника и спасителя, я сделал вывод, что диалект поселенцев не имел ничего общего с речью кочевников. Шипящий говор жителей Сорреса мне нравился больше, и даже чем-то напоминал польский язык. Тем временем охрана удовлетворилась объяснением Федора, и массивные створки ворот распахнулись перед нами.

* * *

Соррес представлял собой небольшое поселение в десяток жилых бревенчатых домов и несколько сооружений непонятного мне назначения. Прежде чем впустить нас на территорию, с Федором пообщалась еще парочка вооруженных людей. Судя по их взглядам и кивкам в мою сторону, они сильно интересовались, кто я и откуда взялся. После объяснений моего напарника, они удалились, и мы прошли вглубь поселения. Встречающиеся нам местные жители выглядели, как одна большая семья. Все в домотканой одежде одинакового серого цвета. Очевидно, у местных умельцев просто отсутствовал другой материал. На меня пялились все, кто находился в это время на единственной улице Сорреса. Вид чужака в лохмотьях вызывал недоверие и опаску.

Мы подошли к длинному одноэтажному зданию, напоминающему дом скандинавского ярла. Федор оставил меня на крыльце, попросив подождать немного, и скрылся внутри. Ожидая своего напарника, я осмотрелся. Жизнь вокруг шла своим чередом. Женщины таскали воду из колодца посередине улицы, местные воители охраняли стену, высматривая опасности вдали, парочка мужчин что-то плотничали у дальней стороны стены, маленькая группка детей лет десяти-двенадцати носилась туда-сюда, создавая шум.

Мое внимание привлеки черные провода, или что-то на них похожее, идущие по крышам домов, соединяющие их все в единую сеть. Заинтересовавшись, удивляясь самой возможности местного электричества, я решил посмотреть, откуда берет начало сеть и, глядя на провода снизу, пошел искать. Источник распространения проводов я нашел на другом конце поселения, почти у самой стены. Каково же было мое удивление, когда я нашел в этом отсталом с виду поселении, нечто вроде генератора. Сооружение размерами один на два метра, стояло, на четырех опорах, от него шел мерный гул. Верхняя часть агрегата убрана в прозрачную оболочку, наподобие стекла. Провода от нее расходились снизу, защищенные на земле никогда невиданной мною ранее изоляцией.

— Рашнук! — окликнули меня.

Я обернулся. Меня обступило четверо местных воителей. Три молодых парня, лет двадцати и один мужчина лет сорока. Очевидно, меня приняли, если не за диверсанта, так точно за того, кому не следует быть возле такой важной установки, как эта. Я поднял руки, и как мог, после пережитого, улыбнулся. Не знаю, что могло получиться из моего знакомства с местными жителями, если бы не окрик за моей спиной. Я и воители, обернулись, после чего меня оставили в покое. На меня смотрел мой напарник и высокий седовласый старец рядом с ним.

— Ведь просил подождать меня, — укоризненно сказал Федор.

Я вздохнул и развел руками.

— Пошли, — сказал он.

Мы вернулись к длинному дому, в котором седовласый старец был хозяином.

Я входил последним и после того, как закрыл дверь, чуть не закричал от неожиданности. Из бревенчатых стен возникли синие лучи, принявшие блуждать по мне сверху донизу. От них исходило легкое тепло, что оказалось довольно приятным. Все продлилось несколько секунд, но в себя я пришел спустя минуту. Прежде всего, меня поразило, что в бревенчатой избе можно увидеть нечто подобное. Федор только усмехнулся.

— Дезинфекция, брат, — сказал он. — Ты привыкай, Серега. В этом мире так всегда — отсталость соседствует с высокими технологиями, вернее тем, что от них осталось.

После светопреставления мы уселись за длинный деревянный стол и спустя мгновение, высокая молодая блондинка, одетая в длинное платье до пят, принесла нам большой поднос с едой. Я засмотрелся на девушку, но она, лишь мельком задержав на мне взгляд, ушла. Угощение оказалось самым простым — какая-то каша, лепешка и пара ломтиков вяленого мяса. Это не помешало мне наброситься на еду, как на самый редкий деликатес.

Федор ел вместе мо мной, но в отличие от меня — спокойно и размеренно. Старец тоже наблюдал, как я расправляюсь с едой. Насытившись, я отложил опустевшие тарелки и посмотрел на своего напарника.

— О чем вы говорили? — сказал я.

— О деле, в котором ты будешь моим помощником, — ответил Федор. — И еще кое о чем.

— Например?

— Например, о твоем возвращении домой, — на чистом русском языке сказал Шушен.

Я оторопело уставился на старика.

Он усмехнулся.

— Твой наставник научил меня вашему языку.

— Вы знаете, как я могу вернуться домой?

— Не точно.

— То есть как?

— Я знаю, как Федор и ты попали сюда, но как вернуться предполагаю умозаключительно.

— Теоретически, — поправил старика Федор.

— Именно так, — согласился Шушен. — Давно, еще до того как в нашем процветающем мире разразилась война, у нас были ученые, работавшие над возможностью перемещения в пространстве. Я говорю об этом уверенно, потому, что являюсь потомком одного из них. Эксперименты проходили в секретном городе глубоко под землей, расположение которого до сих пор точно неизвестно. После войны проект забросили, но древние машины, способные открывать ходы между мирами работают до сих пор. Конечно, после стольких лет у них происходят сбои, которые и выражаются в спонтанном открытии дыр в пространстве, через которые такие бедолаги, как вы с Федором, оказываются здесь. Исходя из того, что я сказал, единственный способ вам вернуться домой — найти этот город.

— Вы пригласили меня сюда, чтобы рассказать древнюю байку и внушить призрачную надежду?

— Не совсем, — сказал Федор. — Я еще хотел подробнее рассказать о предстоящей работе. Она тебя еще интересует?

Я кивнул.

— Так вот, достопочтенный старейшина помогает мне не просто так, — продолжил Федор. — Этому поселению угрожают четыре крупные банды кочевников, вроде тех, что схватили тебя.

При мысли о тех гадах, убитых Федором, меня передернуло.

— Главари этих банд слишком своенравные и гордые, чтобы действовать сообща, поэтому атака объединенными силами кочевников Сорресу не грозит, но даже по отдельности банды способны причинить поселению массу проблем. Наша с тобой задача, Серега, состоит в том, чтобы убить каждого из этих главарей.

От слов моего напарника мне стало не по себе.

— Конечно, любой из них хорошо охраняется и никто не гарантирует, что я останусь в живых, так?

Федор улыбнулся.

— Я рад, что ты не строишь иллюзий. Еще один важный момент состоит в том, что главари этих банд кочевали в тех местах, где предположительно работал отец Шушена, а значит, есть вероятность, узнать координаты города, и можно будет вернуть тебя домой. Я, конечно, понимаю, что ты не боец и не хочешь рисковать, но иного выхода для тебя сейчас нет. Я научу тебя всему, что смогу, но должен быть твердо уверен в твоей решимости помочь мне в таком опасном деле. Что скажешь?

— У меня нет выбора, — вздохнул я.

4

Одеться в чистое было приятно, несмотря на то, что вещи смотрелись чуть изящней мешка с дырками для рук и ног. Тем не менее, новая одежда оказалась приятной к телу и довольно теплой. Местные жители, по приказу старейшины подобрали мне все по размеру: удобные штаны, рубаху и легкую куртку, все одного и того же темно-серого цвета. Только обувь отличалась от остального гардероба и представляла собой черные кожаные сапоги с подбоем из какого-то мягкого, делающие шаги еле слышными, материала. Оглядев себя, я понял, что стал мало отличаться внешне от жителей Сорреса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Часть 1. Мир вечной осени
Из серии: Изгой

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Изгой предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я