Наблюдатель

Андрей Красников, 2019

Земная Федерация, успешно сбросившая с себя бремя своевольных колоний, вступила на путь процветания и интенсивного развития. Но соседи, не так давно бывшие с ней единым целым, постепенно начали превращаться в конкурентов. Возможно, когда-нибудь они станут врагами – именно поэтому обитаемый космос необходимо постоянно держать под контролем. Наблюдатели, отслеживающие обстановку в различных секторах пространства, редко напрямую участвуют в каких-либо событиях. Тем не менее, однажды происходит то, что меняет установленные правила игры. Мелкая неполадка, крошечный системный сбой, с трудом фиксируемая приборами странная аномалия… и кто скажет, чем закончится начавшаяся таким образом цепочка событий? Но все должны помнить, что интересы Федерации превыше всего! Даже если для выполнения миссии придется пожертвовать целой планетой…

Оглавление

Из серии: Боевая фантастика (АСТ)

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Наблюдатель предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

Следующие четыре дня, абстрагировавшись от различных полезных вещей вроде саморазвития и неустанной работы на благо Федерации, я уделил виртуальности.

Конечно, по-хорошему стоило бы провести все это время на дежурстве, сидя в командном отсеке и рассматривая звезды. Но я решил, что несколько дней корабль уж точно справится и без моей непосредственной помощи — до этого ведь столько лет справлялся. А сейчас ни внутри, ни снаружи не наблюдалось ничего опасного или хотя бы внушающего сколько-нибудь серьезные опасения.

В общем, ситуация вполне позволяла отвлечься от окружающего меня пустынного безмолвия на целые сутки, а то и двое-трое.

Собственно, этим я сейчас и занимался. Отвлекался от окружающей действительности. Благо организм был только за — психика после пробуждения пришла наконец-то в норму и меня снова тянуло на обычные немудреные человеческие удовольствия. Не все же время переглядываться с пустотой.

Думаю, никаких должностных инструкций мое поведение не нарушает — в конце концов, хоть я и должен ждать ответа из Федерации в бодрствующем состоянии, но запрета как-то развлекаться во время этого ожидания в правилах нет.

Игра, созданная два века назад, до сих пор очень мне нравилась — обычно в моменты редких пробуждений я уделял ей хотя бы несколько часов, с удовольствием отыгрывая роль космического десантника, штурмующего враждебные к Федерации колонии.

Вот и сейчас меня окружила панорама, знаменующая начало очередной карательной миссии.

Высадка на планету… Наверное, самая впечатляющая часть игры. Создатели сотворили абсолютный визуальный шедевр, при этом, правда, сильно нарушив всю логику реальных космических столкновений. Впрочем, какое до этого дело в тот момент, когда ты, сидя в прозрачной трясущейся капсуле, падаешь в атмосферу, а вокруг полыхает сражение?

В этот раз наш десант снизу встречали горящие ярким бирюзовым огнем облака, а сверху догоняли обломки кораблей, столкнувшихся в жестоком встречном бою на ближней орбите.

Я почувствовал, как на теле встают дыбом волосы — совсем рядом со мной падал линкор Федерации. Испещренный рваными дырами от прямых попаданий, медленно переворачивающийся и окутанный огнем колосс километровой длины.

— Только бы не задел…

Облака внизу на секунду разошлись в стороны, пропуская сквозь себя что-то невидимое — и линкор на мгновение остановил свое падение, словно упершись в невидимую преграду. Затем носовая часть, не выдержав скачка гравитации, ушла вниз, по корпусу побежали многочисленные разрывы, из которых тут же выплеснулось пламя…

— Получено сообщение из Федерации.

Несколько долгих секунд я пытался понять, что от меня нужно командованию, если я еще не достиг поверхности планеты. Затем сообразил, что в шлем пробился голос бортового интеллекта и, последний раз взглянув на погибающий рядом корабль, отключил игру.

В реальности все было гораздо скучнее, нежели в нарисованном мире. Тишина, приглушенный свет, неизменные звезды, сияющие за иллюминаторами. И висящая над столом в командной рубке пиктограмма, информирующая о принятом послании.

Я сел в кресло и задумчиво постучал пальцами по столу, рассматривая оранжевый значок. Что там внутри? Может быть, приказ возвращаться домой, на базу? Домой…

Так и не открыв сообщение, я снова поднялся и отошел к иллюминатору.

Ничего нового за ним не появилось.

— Возвращаться домой…

Первые полвека службы я просыпался раз в несколько лет. Рассматривал местную систему, иногда даже осторожно перебирался с места на место. Смотрел сообщения от родных, отвечал, неделями бодрствовал, читая книги и играя в игры…

Постепенно все менялось. Для меня, находящегося за краем Федерации, время словно бы остановилось. Для моих родственников — нет.

Сначала я получил сообщение о смерти отца, затем, через два года, — матери. Оба раза командование предлагало взять отпуск и отправиться напрямик в мою родную звездную систему, расположенную по космическим меркам совсем рядом от Авалона. И в первый раз я даже чуть было не полетел. Удержало какое-то непонятное малодушие и стыд. Стыд за мою сохранившуюся молодость, стыд за то, что вся жизнь моей семьи прошла без меня.

Родные не увидели меня и после второй траурной вести. Опять не получилось перебороть свои чувства — и вместо поездки домой я впервые за время службы ушел в сон сразу на десять лет.

Сообщения от сестры, полученные за это время, становились все суше, а сама она все больше превращалась в сгорбившуюся под гнетом прожитого времени старуху, слабо помнящую брата, покинувшего ее более шестидесяти лет назад.

Именно тогда, после очередного пробуждения, мне впервые стало по-настоящему страшно. Я стоял на этом самом месте, смотрел на звезды, обломок скалы, торчащей чуть сбоку от корабля… И видел свое отражение. Отражение человека, оставшегося таким же молодым, как и многие десятилетия назад.

Лишь волосы уже слегка изменились к тому времени, приобретя легкий пепельный оттенок.

Помню, в тот раз я так ничего и не ответил сестре. Опять не хватило мужества — я боялся спрашивать ее о семье, боялся что-то говорить про родителей, боялся всего.

Но гораздо сильнее меня сдерживал стыд за свою оставшуюся молодость.

Спустя девять лет сестры не стало, а я, узнав об этом, точно так же сидел здесь, уткнувшись в иллюминатор. И, чувствуя, как по щекам катятся слезы, думал о том, чтобы выйти на поверхность астероида без скафандра. Я даже попытался было это сделать, но чересчур умная система временно аннулировала мой капитанский допуск и наотрез отказалась открывать шлюз.

В то пробуждение ошибка, сделанная при подписании контракта, стала мне наконец-то полностью ясна. И понадобилось для этого всего-то семьдесят лет, проведенных в кораблике наблюдателя.

Романтика, возможность увидеть недоступное другим будущее? Вот она, во всей красе, за иллюминатором, эта романтика и это будущее… Возможность помочь родным, которым всегда уходила большая часть моей заработной платы? Стоило оно того… Социальная обстановка в Федерации с момента отделения колоний только улучшалась. Ты можешь ничего не делать — и все равно у тебя будет нормальное жилье, нормальный рацион и даже пакет бесплатных развлечений. Что уж говорить про занятых на государственной службе или в бизнесе людей.

Я просто исчез из жизни родных мне людей, почти ничего не оставив взамен. Но понял это слишком поздно.

Еще через тридцать лет закончился стандартный контракт наблюдателя, рассчитанный на столетие. А за два года до этого умер мой племянник — последний из семьи, которого довелось увидеть наяву. Он родился сразу перед тем, как я впервые поднял в космос уродливый черный кораблик — и не сумел дожить всего пару лет до того момента, когда служба его дяди подошла к концу.

Мне к тому времени исполнилось всего двадцать три биологических года.

После этого я прекратил читать приходящие из бывшего дома письма. И остался в наблюдателях на свободном контракте, проводя во сне уже десятилетия.

— Получено сообщение из Федерации, — невозмутимо напомнила система, отрывая меня от воспоминаний.

Я мотнул головой, вернулся в кресло и решительно ткнул пальцем в значок. Если пришла пора возвращаться, то так тому и быть.

— Сообщение из базы наблюдателей Федерации, — произнес корабль равнодушным голосом. Его-то не волнует, вернемся мы домой или останемся… — Данные наблюдения получены. Выражается благодарность за предоставленный анализ политической обстановки в звездной системе Авалона. Решение о действиях, связанных с возникшей нештатной ситуацией, предлагается принять на месте согласно оперативной обстановке.

Я немного подождал, но сообщение закончилось.

— Это все?

— В бортовую базу данных добавлены новые сообщения ваших родственников, — невозмутимо сообщил компьютер. — Желаете ознакомиться?

— Нет…

Получается, что Федерация и сама догадалась сопоставить предоставляемые мной данные, раз никаких особых приказов, связанных с работой, так и не появилось. Знают, отслеживают, но не считают нужным вмешиваться или усиливать наблюдение.

А вот то, что мне предоставляют право выбора — это стандартная отписка. То ли не придали значения случившемуся, то ли такие инциденты являются вполне обычным явлением.

— Значит, ни в какую Федерацию мы не отправимся, — сообщил я сам себе.

На душе стало заметно легче.

Некоторое время я бесцельно смотрел на звезды. Играть уже не хотелось, читать — тоже. Учиться чему-то… Ну да. Помнится, были у меня грандиозные планы — изучать что-то во время своей работы. В итоге все свелось к составлению программ, расширяющих знание стандартного языка, в последнее время все чаще называемого федеральным. А остальное… Какой смысл забивать себе в голову с помощью навязанных сновидений последние достижения биологии или физики, если через десять — двадцать лет, во время следующего пробуждения, все это окажется устаревшим?

В общем, я просто плюнул на учебу, оставив себе только музыку и книги.

— Система, подготовь отсек для сна.

— Приступаю. Ориентировочное время подготовки — пятнадцать минут.

Пошло оно всё. Проснусь через двадцать — тридцать лет, а там видно будет. Может быть, что-то изменится в этом мире.

— Вы хотите задать обучающую программу?

— Только литература. Пусть в этот раз будет классика докосмической эры. Английская, русская, немецкая.

— Составляю.

Пятнадцать минут прошли за созерцанием звезд. Когда я проснусь, рисунок созвездий будет иным — астероид улетит совсем в другой участок своей орбиты. Примерно через шестьдесят стандартных лет закончится очередной год по меркам этого куска камня — третий с того момента, как я приземлился на него в первый раз. Доживу я, интересно, до этого знаменательного юбилея?

— Доживу, куда же денусь…

Услышав сообщение корабля о готовности оборудования, я отправился на процедуру.

— Не хотите увидеть сообщения ваших родных перед сном?

— Нет, спасибо.

— Вы погружаетесь в сон. Какие параметры пробуждения выбрать?

— Те же самые, что и в прошлый раз.

— Принято. Приятных снов, наблюдатель.

Над моей кроватью защелкнулась прозрачная крышка, на которой загорелись цифры обратного отсчета.

Три… Два… Один…

И время остановилось.

Наверное, система не обманула и действительно показывала мне какие-то сны. Ни разу не мог вспомнить ни одного — просто потом откуда-то в памяти всплывали произведения неизвестных мне до этого писателей, композиторов, поэтов…

Крышка издала легкий щелчок и принялась подниматься.

Я моргнул и облизал высохшие губы. Сколько на этот раз? Судя по тому, что я себя практически нормально чувствую, прошло не так много времени. Может, год, не больше.

Темпоральное поле не может полностью остановить время. Точнее, может, но требует для этого колоссальных объемов энергии. В кораблике наблюдателя столько не найти — и в итоге мы лежим, проживая годы за часы. Организм самую малость стареет, постепенно наступает обезвоживание… Максимально допустимый единовременный срок пребывания во сне — сорок шесть стандартных лет. Но чувствовать себя отвратительно начинаешь уже на втором десятке.

— Система, сколько в этот раз длился сон? — поинтересовался я, поднимаясь.

И что такого случилось в этот раз, что потребовалось меня будить?

— Ваш сон продолжался двадцать семь стандартных суток.

Я застыл на месте, чувствуя неладное.

— Система, отчет по текущему событию.

— Текущих событий нет. Выдать общий отчет?

Кажется, начинается. Тот самый неприятный момент, когда ты понимаешь, что от смерти в бездонном космосе тебя отделяет только построенный две сотни лет назад корабль. Который взялся выдавать ошибки.

— Не нужно общего отчета. Выдать информацию по модулям памяти, вышедшим из строя за последние два часа.

— За последние два часа был деактивирован один модуль памяти, принявший и записавший ложную информацию. Нагрузка модуля успешно распределена. На модуль сбора информации отправлена команда деактивации, резервный модуль находится в процессе расконсервации.

— Замечательно…

Я взял стакан воды и отправился в командный отсек. Сел в кресло, задумчиво рассматривая панель управления.

— Система, выведи проекцию объекта наблюдения.

Свет в отсеке потух, а в центре пустого пространства вспыхнуло изображение системы Авалона. Обычный желтый карлик, носящаяся вокруг него крохотная планетка, напоминающая Меркурий в Солнечной системе. Авалон-два, довольно похожий на Землю, но на порядок более сухой. Третья планета, расположенная на заметно большем удалении от звезды — газовый гигант, окруженный десятком лун. Насколько я помню данные наблюдений, местные обитатели активно разрабатывают ресурсы на четырех из них.

— Система, покажи расположение модулей сбора информации, связанных с модулями памяти, вышедшими из строя за последние сорок дней. И покажи наше текущее расположение.

В воздухе загорелись еще три отметки. Одна — у самой стены, на немыслимо далекой от Авалона орбите, еще две — совсем рядом от третьей планеты системы. Ну, как — рядом… Если навскидку, то где-то в одной астрономической единице.

— И что это все должно значить, — задумчиво пробормотал я, рассматривая практически слившиеся в одно целое точки.

Там что-то действительно происходит или же существует глобальный системный сбой, искажающий информацию с этого направления?

— Система, рассчитай курс до сектора пространства, в котором находятся два отмеченных модуля.

— Курс рассчитан и проложен. Расчетное время движения на максимальной скорости — шесть часов сорок две минуты. Расчетное время движения с учетом разгона и торможения — восемнадцать часов тридцать две минуты.

Правильно, расстояние небольшое, мы даже на полную скорость выйти не успеем, как уже нужно будет начинать торможение.

Я немного помедлил, рассматривая красную линию, прочерчивающую пространство. Лететь в сектор, где, возможно, произошло что-то непонятное, не очень-то хотелось. Но нужно.

— Система, приступить к движению по проложенному курсу на максимально возможной скорости.

— Выполняю.

Пол слегка дрогнул, а черная поверхность астероида медленно пошла вниз. Я начал пристегиваться к креслу согласно протоколу безопасности.

Максимальная скорость моего кораблика — это скорость вхождения в гипер. И набирает он ее чрезвычайно быстро. Слишком быстро для того, чтобы человек или техника смогли пережить это без посторонней помощи.

Проблему решает поле гравитационной компенсации, разворачивающееся сейчас вокруг корабля. Настроенное на ограничение перегрузок пределами двух-трех единиц, во время набора скорости оно будет уводить избыточную энергию в приемники, расположенные по всему корпусу. Во время такого же стремительного торможения произойдет обратный процесс и противоположная по вектору гравитация компенсирует новые перегрузки.

Довольно просто, если на словах. На деле же такая технология — это прямой путь к практически мгновенному гиперпереходу. Моя «яхта» на него способна. Возможно, сейчас способны и другие наши суда. Остальные же государства абсолютно точно до сих пор разгоняются для входа в гипер месяцами. Слишком дорого и энергозатратно оказывается делать компенсаторы с такой мощностью и эффективностью, как у наблюдателей Федерации. И редко когда это кому-нибудь действительно нужно.

Черный корабль начал набирать скорость.

В старых фильмах, которые мне доводилось смотреть еще в детстве, перемещение на околосветовых скоростях иногда сопровождалось эффектными картинами, изображающими быстро мелькающие за стеклом иллюминатора звезды.

Понятно, ничего такого сейчас не происходило. Я лишь постоянно ощущал резкими толчками возрастающую и тут же спадающую перегрузку, немилосердно вдавливающую меня в кресло, а затем бросающую обратно на страховочные ремни. Кораблик разгонялся ужасающими темпами, беззастенчиво тратя запасы топлива. Еще чуть-чуть — и придется отправлять добытчика копаться в глубинах астероида. Либо, если на астероид я не вернусь, ловить пролетающие мимо камни и мусор. Которого в космосе не сказать, чтобы много.

Очередной толчок оказался чересчур сильным, и я негромко выругался.

Самое неприятное в ситуации набора скорости такими темпами — это отсутствие возможности заснуть. Компенсаторы делают огромную работу, но взрывные перегрузки погасить до конца они не успевают — и тебя трясет в кресле, не давая ни секунды отдыха. Час за часом.

Разгон как-то неожиданно сменился торможением — и меня начало болтать в обратном направлении. Пришлось развернуть кресло и следующие девять часов смотреть в заднюю стену отсека, иногда переговариваясь с системой.

А затем все закончилось.

— Корабль прибыл в заданный сектор.

Я осторожно освободился из кресла и, ощущая страшную боль во всем теле, сделал осторожный шаг. Вроде бы жив…

— Система, провести полное углубленное сканирование сектора пространства, за которое отвечали выведенные из строя модули сбора информации. А я — спать. Меня не будить.

Кое-как добравшись до кровати, я рухнул на нее и отключился. Проспав в итоге почти десять часов.

Впрочем, к моменту моего пробуждения корабль успел закончить сканирование всего на три четверти, так что я ничего не пропустил. Более того, мне хватило времени для того, чтобы размяться, приводя в порядок не до конца восстановившийся организм, плотно пообедать, погулять по доступным мне корабельным помещениям…

— Сканирование завершено.

— Отлично, — прекратив бесцельную ходьбу, я перебрался в командный отсек и занял свое место в кресле. — Система, результаты сканирования.

В гигантском секторе не было ничего. В принципе. Немного космической пыли, два моих старых модуля, выведенных из строя предусмотрительным корабельным интеллектом, новый модуль, успешно притворяющийся микроскопическим астероидом. Парочка настоящих астероидов.

Всё.

— Вот, значит, как…

Внешних причин для получения ложной информации не наблюдалось. Остаться в этом секторе и попробовать подождать следующего проявления непонятных данных? А если его не будет или даже никогда не было в принципе?

— Система, подготовить гиперсвязь…

Не нравится мне это все. В космосе любая поломка корабля может привести к гибели, а если уж начинают рассыпаться электронные мозги — вообще нужно ставить крест на полете.

— Обращаю ваше внимание, что на текущей орбите плотность солнечного ветра такова, что вероятность выхода сообщения из звездной системы составляет всего пятьдесят три процента. Рекомендуется вернуться на орбиту, с которой осуществлялась отсылка последнего сообщения.

Я мысленно застонал. Еще один период тошнотворной болтанки я просто не выдержу. Не сейчас.

— Система, осуществлять связь будем с текущей орбиты. Наличие помех уравновесь дублированием стандартного сигнала.

— В таком случае ресурс модуля гиперсвязи упадет на две единицы.

— Ничего страшного, пусть упадет. Это приказ.

В этот раз я отправил сообщение о повторившейся ошибке, добавил к нему данные только что проведенного сканирования и запросил перелет на базу.

Мой мозг воспринимал будущее возвращение в населенный настоящими живыми людьми мир с явной опаской, но умирать где-то в бесконечной пустоте космоса пока что не хотелось. Еще рано.

Дожидаться ответа я остался здесь же, немного скорректировав скорость корабля и устроившись на той же траектории, что и летящие по соседству модули. Плоскость эклиптики местной системы осталась на четверть астрономической единицы выше меня, позволяя надеяться, что уж здесь-то, в абсолютной пустоте, никто из местных обитателей точно не станет ничего вынюхивать.

Разобравшись с положением в пространстве, я запросил у корабля обобщенную сводку Федерации по ближайшему окружению системы Авалона. Узнать хоть, что творится поблизости в последнее время.

Место моей службы не было каким-то выдающимся. Я не находился на внешней границе Колониальной сферы, не таился в центре китайского участка пространства, не следил за потенциально опасными соседями из Небесного Халифата.

Авалон — лишь ничем не примечательная звезда на самой границе с Федерацией. Собственно, моя родная система находится отсюда буквально в двух шагах. Точнее — в двух с небольшим световых годах. Сущие пустяки для космоса. Но Химера, рядом с которой крутится мой бывший дом, была признана важной для Федерации и права на самостоятельность не получила, а вот Авалон — получил и воспользовался.

Судя по сводкам, за последние две сотни лет его жители неоднократно имели возможность убедиться в том, что это решение оказалось не самым разумным. Собственно, таков удел всех современных микроскопических государств. Либо ты начинаешь кооперироваться, сначала создавая плотные торговые и дипломатические связи с соседями, а затем и полностью с ними объединяясь, либо деградируешь.

Колоний-деградантов хватает. Достаточно упустить момент, когда износ имеющейся техники достигает критической точки, не провести своевременные замены — и всё. Добыча полезных ископаемых сваливается к уровню докосмической эпохи, освоение ближайшего пространства затормаживается, финансовые возможности на внешних рынках падают — и угасание нарастает лавинообразно.

Такие несчастные государства уже никому особо не нужны — разве что какой-нибудь воинственный сосед решит расширить за их счет собственное жизненное пространство или же Федерация сжалится и заключит контракт на разработку необитаемых планет системы. Но этот вариант возможен лишь в том случае, если разрабатывать есть что — и он также ставит крест на будущем системы. Просто отодвигает деградацию на несколько десятков лет.

Более умные правительства поняли проблему очень быстро и принялись активно объединяться. В этом секторе обитаемой галактики самое крупное подобное образование — это Галактический Альянс, или просто Альянс. Он довольно быстро расширяется, переживая экстенсивный период развития. Молодое государство, амбициозное и наверняка точащее зуб на Федерацию. Почему точащее? А потому, что в период становления страны всегда желательно иметь какого-нибудь абстрактного врага, на которого можно сваливать все возникающие проблемы. Мировая история недвусмысленно на это намекает.

Вот к этому-то Альянсу и планирует, похоже, присоединиться система Авалона. Что ей еще делать — Федерация принципиально не принимает колонии обратно, а одиночество — это не вариант… Край же Альянса находится совсем рядом, и примкнуть к нему — это отличное решение.

Получается, что лет через десять — двадцать мой родной мирок станет не только внешним, но еще и расположенным на границе с весьма крупным соседом. Понятно, что при наличии гиперпространства все эти границы весьма условны, но тем не менее.

Может, все же послать весточку своим дальним родственникам, намекнуть им, что стоило бы уехать куда-нибудь ближе к Земле?

Черт его знает…

— Вы не хотите ознакомиться с сообщениями ваших родных?

Я даже вздрогнул. Система иногда пугает. Откровенно пугает. Поневоле задумываешься — не читает ли каким-то неизвестным способом корабельный компьютер твои мысли.

— Нет.

А с другой стороны… Практически со стопроцентной вероятностью меня отзовут обратно на базу. И кто его знает, во что еще это все выльется. Возможно, мой контракт закончится, и я даже вернусь на родную планету.

В любом случае когда-нибудь мне все же придется посмотреть эти файлы. Может быть, сейчас — именно то самое время?

— Система, сколько непрочитанных сообщений от родственников есть в наличии?

— На данный момент имеется девять таких сообщений. Воспроизвести их в хронологическом порядке?

— Да… Нет. Приготовь сначала три чашки кофе.

— Выполняю.

Дожидаясь напитка, я сделал круг по командному отсеку и остановился рядом с иллюминатором, в котором виднелась крохотная темно-серая точка.

Авалон-три, местный аналог Юпитера. С такого расстояния его угловой размер составляет, наверное, три-четыре минуты, не больше.

— Кофе приготовлен.

Я оторвался от созерцания газового гиганта, сходил за напитком и, поставив кружки на панель управления, уселся в кресло. Вздохнул.

— Система, начинай.

Передо мной развернулась картинка, на которой оказался полноватый мужчина лет сорока. Смотрел в камеру он как-то скованно и словно бы смущенно.

— Здравствуйте, Алан… Наверное, нужно говорить «дяля Алан», да? Простите, я немного волнуюсь… Я, конечно, слышал о вас, но вы на моей памяти ни разу не присылали сообщений. Я, если честно, даже не знаю, что значит — быть наблюдателем… Какая-то секретная работа, я понимаю…

Мой племянник, или кто он там для меня, немного помолчал, опустив глаза. Затем продолжил:

— В общем, два дня назад была годовщина смерти деда. Я помню, в детстве он иногда рассказывал про вас — и мне показалось, что будет уместным отправить это сообщение. Извините, если вас побеспокоил… Просто знайте, мы помним про вас.

Запись закончилась, а на меня накатила тоска. Этот мужчина, мой родственник, давно уже умер. А я читаю его сообщение только сейчас. Наверное, ему тогда пригодилась бы моя поддержка. Но я предпочел продолжать горевать по сестре, которая в тот момент для них уже превратилась в полузабытую тень далекого прошлого.

— Система, включай следующее.

Висящее в воздухе окно мигнуло. Теперь там был виден тот же мужчина, но уже заметно постаревший по сравнению с предыдущей записью. Рядом с ним находился улыбающийся парень примерно моего возраста. Цифры в углу картинки говорили о том, что с прошлого сообщения прошло почти девять лет.

— Здравствуйте, Алан. Решил, что будет правильным, если вы будете в курсе дел семьи. Это мой сын, Ричард…

— Привет, дядя! — махнул рукой улыбающийся парень.

— Да… Так вот… Жизнь у нас на планете постепенно развивается — Федерация держит свои обещания. По крайней мере, за последнее время стало заметно лучше. Началось глобальное терраформирование…

— Па, я думаю, дядя и сам про это без проблем узнает.

— Не перебивай, сын. Так вот, Алан… Пару лет назад умер мой отец — это из плохих новостей. Но вы его, наверное, даже не знали… Не помню, говорил ли он, что отправлял вам сообщения. Что же касается хороших новостей, то мы должны сказать вам огромное спасибо. Вот этот молодой человек смог закончить центральную академию и получил очень хорошую профессию — и без вашей помощи это было бы практически нереально.

— Спасибо, дядя!

— Пожалуйста, — тихо произнес я, смотря на картинку немного растроганным взором. Получается, сделал все-таки хоть что-то полезное для семьи.

— А в остальном у нас все достаточно обыкновенно, — продолжил человек из прошлого. — Живем потихоньку. Расширяем дом…

Было видно, что он понятия не имеет, о чем еще можно поговорить с незнакомцем, отделенным от него временем и пространством.

— В общем, вы там тоже напишите нам при возможности. Мы будем рады.

— А лучше — приезжай как-нибудь к нам, — добавил Ричард, белозубо улыбнувшись.

Картинка остановилась.

А чего я хотел, спрашивается? Что полузабытой семейной легенде будут надиктовывать многочасовые сообщения, рассказывая про то, кто из соседей с кем поссорился и чей кантр подрался с собакой какой-нибудь тетушки Марты?

Хорошо уже то, что я кому-то хоть немного помог своей работой — и мне об этом даже сообщили.

— Система, следующее сообщение.

На экране появился Ричард — превратившийся из веселого парня в такого же веселого мужчину средних лет. На коленях он держал двоих совсем мелких детишек — мальчика и девочку.

— Привет, дядя Алан! — поприветствовал он меня. — Извини, что совсем про тебя забыл. Почти шестнадцать лет прошло, от тебя вестей нет и нет… В общем, сам понимаешь, как-то закрутился, работа, семья, потом дети. Это вот Аманда.

— Пливет, — серьезно поздоровалась со мной девочка.

— А это — Алекс, но он у нас пока что молчун. А жена у меня тебя стесняется, — заговорщицки добавил он, понизив голос.

Я весело хмыкнул. С этим парнем, чувствую, мы легко смогли бы стать друзьями. Лет семьдесят назад.

— В общем, тут к нам недавно заскочил один тип с Барнарда, пристыдил слегка за то, что родных забываем. И немного обрисовал, чем вы там занимаетесь. Что сказать… Не уверен даже, чему нужно больше удивляться — тому, что ты действительно еще отделение колоний застал, или тому, что рассказы отца — не сказка, а ты реально существуешь. В общем, не знаю. Но сообщение тебе записать после такой весточки — это святое дело…

Маленький Алекс закапризничал, откуда-то сбоку появились женские руки и уволокли его в сторону. Ричард проводил их все таким же веселым взглядом.

— В общем, дядя, у нас здесь все нормально. Пришлось поработать, конечно, как не знаю кому, но, мне кажется, теперь можно будет жить совершенно спокойно очень долго. Так что ты смотри там, если что — мы будем очень рады тебя видеть. В конце концов, работа работой, но мы же твоя семья. В общем, пиши там, не пропадай. А то совсем замолчал.

— Да, писы, — серьезно кивнула головой маленькая Аманда.

Сообщение закончилось, а я все так же сидел в кресле, пялился в пространство перед собой и злился. Что мешало мне, дураку, просмотреть это послание во время очередного пробуждения? Что мешало бросить свой кораблик и вернуться на родину, к родственникам, которые, как оказалось, были бы только рады меня увидеть?

— Проклятье. Система, следующий ролик.

На картинке появилась молодая женщина в шикарном белом платье и с венком из цветов в волосах. Не понял…

— Дядя Алан, это Аманда! Я когда-то в детстве записывала вам такое же сообщение вместе с отцом.

Тут она задумалась и с неохотой поправила формулировку:

— Точнее, это он со мной записывал. В общем, у меня сегодня свадьба, — тут она сделала паузу, смотря в камеру сияющими глазами, словно ожидая, что я тотчас же ей отвечу. — Папы не стало три года назад, но я знаю, он был бы рад за меня. И он говорил, что вы тоже будете рады… Я обещала ему, что обязательно отправлю вам сообщение в день своей свадьбы…

Она неожиданно расплакалась и принялась вытирать слезы кружевным платочком. Затем, через минуту, немного придя в себя, продолжила:

— Простите меня, я сегодня нервничаю… Это, наверное, всегда так, да? Хотя вы не знаете, наверное. Папа говорил, что вы не женаты.

Снова небольшая пауза, в течение которой Аманда еще раз промокнула глаза и окончательно успокоилась.

— Мама сегодня передала подарок — от папы и от вас. Он, оказывается, специально собирал все деньги, которые приходили с вашей работы, а теперь мама купила на них свадебное путешествие для нас с Алексеем. Мы полетим на Землю и проведем там целый месяц! Это должно быть незабываемо. Все подружки завидуют. Да и братец, наверное, тоже.

На этом месте она заговорщицки хихикнула и оглянулась, словно боясь, что брат подслушивает за дверью.

— В общем, спасибо, дядя Алан! Я побежала, церемония начнется уже совсем скоро!

Этот привет из прошлого вызвал у меня глупую улыбку и легкую светлую грусть. В конце концов, быть космическим Санта-Клаусом не так уж и плохо — особенно, когда тебя искренне благодарят. Хоть иногда.

— Система, давай следующий файл.

Я с трудом узнал в появившейся передо мной усталой пожилой женщине все ту же Аманду. Бросил взгляд на дату — прошло двадцать два года с момента ее свадьбы. Однако…

— Здравствуй, дядя, — тусклым голосом произнесла она. — Извини, когда человек не отвечает тебе в течение полувека, ты как-то тоже забываешь о том, что ему нужно отправлять весточки. Так что, если бы не твои коллеги, одна из которых к нам недавно заявилась, я бы, наверное, так больше и не собралась. Но эта курица чертовски права — отправить тебе сообщение требует хотя бы элементарная благодарность.

Аманда взяла со стола перед собой стакан воды и сделала несколько глотков.

— Мой брат — идиот, — неожиданно заявила она. — А я, наверное, только с тобой могу выговориться по этому поводу. Не факт, что ты это услышишь, правда… Но какая, в сущности, разница.

Она сделала маленькую паузу, рассматривая стакан с водой. Затем перевела взгляд на меня.

— Этот кретин сумел разрушить практически все, что годами создавал отец. У нас была небольшая компания, занимающаяся ландшафтами и терраформированием. У нас был замечательный дом, положение в обществе. Благодаря усилиям Алекса ничего этого больше нет. Он растерял клиентов, влез в долги, начал заниматься чем-то противозаконным — и компании не стало. Затем его дебильный разум выдал изумительную идею — присоединиться к таким же придуркам, замышляющим отделение системы от Федерации. Знаешь, дядя, я уверена, что ты сейчас очень удивлен. Поверь, когда у нас конфисковывали все имущество, как у семьи предателя государства, мы тоже были удивлены. Очень, мать его, удивлены.

Снова наступила пауза, в течение которой Аманда гневно раздувала ноздри и пыталась успокоиться.

— Знаешь, когда его пожизненно отправили на планету для асоциальных элементов, я вздохнула с облегчением. Чтоб он там сдох.

Я поймал себя на мысли, что, пожалуй, могу ее понять. А вот ее брата — не могу. Действительно не могу.

— В общем, дядя, был здесь недавно прекрасный момент в жизни планеты — когда из-за этого тупого восстания оказались понижены социальные коэффициенты. Настолько понижены, что впору было сдохнуть. Может, мы бы здесь действительно и сдохли — но твои деньги нас буквально спасли. Я хочу, чтобы ты это знал. А сейчас все уже потихоньку возвращается в прежнюю колею. Не уверена, что удастся выкарабкаться на прежний уровень в ближайшие пару десятков лет, но мы постараемся. Внуку уже годик — думаю, сможем собрать деньги для того, чтобы он получил действительно достойное образование и профессию. С твоей помощью. Спасибо тебе, дядя, еще раз. За всё.

Какая, оказывается, у моей семьи богатая история. А я и про восстание это неудачное даже и не знаю. Новости, конечно… Интересные. А необходимость копить деньги, чтобы выучиться на хорошую профессию — это что-то новенькое. Нет, я в курсе, что лучшие университеты и академии стоят денег. Но социальные программы Федерации, по идее, обязаны обеспечивать такой уровень жизни, что у среднестатистического гражданина не должно быть страстного желания повышать его любой ценой.

Странно. Или в Федерации не все так гладко, или Аманда еще в молодости слишком привыкла к роскошной жизни, а сейчас страдает. Скорее, наверное, все же второе.

— Система, давай следующее.

На экране появился мужчина немного старше меня, с запавшими и печальными глазами.

— Здравствуйте, дядя Алан. Меня зовут Ник, я сын Аманды. В ее завещании был приказ связаться с вами.

Я почувствовал, как в носу неожиданно и предательски защипало. Я получил от Аманды всего три сообщения. Детство, свадьба, старость… Три сообщения, которые познакомили меня с ней, заставили радоваться вместе с ней, переживать за нее… А теперь — всё. Больше от нее писем не будет. Никогда.

— Вот, собственно, я и связываюсь, — неловко пожал плечами Ник. — Не знаю даже, что и сказать. Мама говорила, что от вас уже много десятилетий не было вестей, но что вы живы, работаете где-то там, среди звезд. Спасибо вам. Без вашей помощи было бы сложно. А так, надеюсь, мой парень сможет-таки получить нормальную специальность. Обязательно передам ему, чтобы он хотя бы иногда вам писал.

Я запрокинул голову, стараясь удержать слезы. К дьяволу Ника.

Перед глазами стояла веселая девушка в белом платье и цветами в волосах, собирающаяся в путешествие на Землю. Боже, какой я идиот…

Поднявшись с кресла, я ушел в жилой отсек и умылся. Затем вернулся и залпом выпил кружку едва теплого кофе. Взял другую, отошел к иллюминатору и принялся рассматривать серое пятнышко далекой планеты.

Надо все же досмотреть до конца. Осталось уже совсем немного.

Картинка из следующего сообщения показывала добродушного молодого мужчину, чем-то слегка похожего на Ника. Дата сообщала, что в очередной раз пролетело почти восемнадцать лет.

— Привет, Алан, — дружелюбно произнес мужчина. — Я Леонард, твой дальний потомок. Ну, точнее, не твой, а твоей сестры, но ты понял. Если решишь написать-таки ответ, то все меня обычно зовут просто Лео. Вот…

Он отвернулся и принялся копаться в чем-то за пределами кадра. Затем повернулся обратно, держа в руках крохотный сверток.

— Познакомься с моей дочкой. Это Мелисса, или Мел. Мелисса, познакомься с дядей Аланом!

Я невольно улыбнулся, смотря на удивленные глазенки ребенка.

— Она у нас пока что только слушает, — пояснил Лео, убирая дочку обратно за границы кадра. — Мел у нас — хорошая новость. Плохая — в том, что папа погиб пять лет назад. Несчастный случай, все произошло слишком быстро.

Он немного помолчал, а я понял, что не испытываю никаких особенных чувств по поводу Ника. Ну, умер. Бывает.

— Он постоянно говорил о том, что ты у нас в семье — благодетель и что мы бы без тебя давно загнулись. Не знаю уж, сколько в этом правды, но на юриста я смог выучиться только благодаря тебе — и вся наша семья за это чертовски благодарна, поверь. Так что, может, пора уже бросить эту непонятную работу и вернуться домой? Я не настаиваю, но ты подумай. Мы, конечно, не магнаты из внутреннего сектора, но помочь тебе устроиться уж точно сможем. В общем, смотри там. И успехов тебе в твоем занятии.

Леонард произвел на меня приятное впечатление. Открытый добрый человек, наверняка хороший специалист, семьянин…

В голову неожиданно закралась мысль о том, что я сам не отказался бы от его судьбы. Почему бы и нет, действительно.

— Система, давай следующее.

— Привет, дядя Алан, — заговорщицки подмигнул мне почти не изменившийся Лео. — Смотри, кто хочет с тобой поговорить.

Рядом с ним появилась серьезная малышка лет пяти от роду, одетая в розовое платье и зачем-то вертящая в руках какой-то цитрус.

— Здравствуй, дядя Алан! — громко и четко произнесла она и замерла, очевидно ожидая ответа.

— Дальше говори, — подбодрил ее Лео.

— Здравствуй, дядя Алан! Спасибо тебе за игрушки и куклу-робота, она мне очень нравится! Приезжай к нам в гости!

— Вот, молодчина, — похвалил ее отец. — Теперь иди, помоги маме.

Девочка серьезно кивнула и быстро упорхнула из кадра.

— Вот так и живем, — улыбнулся в камеру Лео. — В остальном все нормально. Ты там смотри, мое предложение в силе. А эта пигалица так вообще будет очень рада тебя видеть.

Настроение продолжило улучшаться. Все-таки приятно, что меня до сих пор помнят. Конечно, сложно просто так взять и забыть человека, когда он постоянно присылает тебе деньги. Но к этому ведь тоже можно привыкнуть и особо не замечать. А здесь — все же помнят.

— Система, следующее.

Снова Леонард с Мелиссой. Девочка заметно подросла — дата файла говорила, что прошло два с лишним года и ей на картинке уже почти девять. Я вспомнил, какой сейчас год по времени Федерации и слегка удивился — в сообщениях незаметно пролетел уже целый век, а это было записано всего три года назад. Значит, Мелиссе сейчас где-то двенадцать, а Лео — немного за сорок…

— Привет, дядя Алан, мы снова решили отправить тебе сообщение, — улыбнулся мужчина на экране. — Ты в нашей семье нечто вроде Санта-Клауса, так что письма нужно отправлять регулярно, чтобы не забывал.

— Дядя Алан лучше толстого Клауса, — сообщила отцу Мел. — Он красивый и стройный, а Клаус — толстый.

— Показал ей твои старые снимки, — пояснил Лео. — Ты для нее сейчас вроде старшего брата, наверное. Все уши прожужжала, хочет тебя увидеть.

— Дядя Алан, а правда, что ты все время летаешь среди звезд?

Летаю, да еще как… Два столетия летаю уже.

— Конечно правда, я же тебе говорил, — возмутился Лео. — Может быть, когда-нибудь дядя откроет новую звезду и назовет ее в твою честь.

— Здорово! Дядя Алан, назовите звезду Мелиссой, я буду на нее смотреть по ночам!

Досмотрев короткое сообщение до конца, я откинулся на спинку кресла и сцепил руки, задумчиво смотря в потолок. Может быть, возвращение к обычной нормальной жизни — это не так уж и плохо.

Оглавление

Из серии: Боевая фантастика (АСТ)

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Наблюдатель предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я