Последняя любовь великого дракона
Александра Гусарова, 2020

Когда вам уже тридцать, а вы до сих пор еще не замужем, то с каждым прожитым днем начинаете понимать, что шансы завести полноценную семью становятся все призрачней и призрачней. И вдруг в вашей жизни появляется… попугай. Самый настоящий, ара, с синими и желтыми перьями, длинным языком и капризным характером. Он утверждает, что не птица, а мужчина, вернее, дракон. И лишь злодейка судьбы занесла его в тело этой «мерзкой птицы». А ты никак не можешь понять, то ли постепенно сходишь с ума, то ли жизнь постепенно превращается в сказку, а ты прикладываешь все силы, чтобы древний ящер приобрел нормальное тело вновь. А тут и до любви недалеко… К кому? К попугаю?

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Последняя любовь великого дракона предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

«Драконы бессмертны. При этом их тела стареют и дряхлеют, как у любого живого организма. И через несколько тысяч лет коротать вечность вынуждены уже малоподвижные и больные особи. Великий дракон Петра Дефендер был первым, кто решил избавить близких от такой обузы. Он, собрав последние силы, взлетел на вершину вулкана и, сложив крылья, рухнул в его жерло…»

Легенда о Великом драконе.

Гава 1

Наташка Савельева уезжала на юг и попросила пожить с ее попугаем.

Если коротко, то Наталья Вячеславовна — моя коллега, лучшая подруга и ветеринарный врач по совместительству. Вообще-то работает в частной клинике. Это для денег. А для души после основного места подрабатывает в нашем зоопарке.

До последнего времени она была девушкой незамужней, так как ни один из потенциальных претендентов на роль мужа не выдерживал плотного графика работы и постоянного проживания в квартире каких-либо ползучих, пищащих или рычащих особей.

Так обстояло дело до нынешней весны, пока в зоопарке не появился новый директор — Сбруев Григорий Иванович. Молодой, интересный мужчина сразу запал в сердце подруги. И он обратил внимание на эффектного ветврача. Месяц они приглядывались друг к другу, затем решили сходить на свидание. И вот в итоге на майские праздники он везет ее в солнечную Анталию.

Понятно, что я руками и ногами за. Только в последний момент у нее появился Петруша, крупный экзотический попугай с сильным невротическим расстройством и какими-то специфическими болячками. Птицу изъяли у контрабандистов во время таможенной операции. Она нигде не числилась. Ни по каким документам, ни по состоянию здоровья оформить Петрушу не представлялось возможным. Следовательно, он поселился в Наташкиной квартире.

Григорий поставил вопрос ребром: или он, или попугай. Мужчине нужно отдать должное, он более чем терпимо относился к любой живности в квартире любимой. Но когда девушка отказалась ехать в Турцию, мотивируя это болезнью птицы, проявил мужскую твердость и стукнул кулаком по столу. Савельева понимала, что второй такой любитель фауны в ее жизни вряд ли появится, и поэтому пришла ко мне со столь странной просьбой.

— В смысле «пожить»? — не поняла я странного предложения. — Ты, наверное, хотела сказать «приходить покормить»?

Это я без проблем могу. В обед буду прибегать.

— Нет, Шур, не покормить. У птицы серьезные проблемы с нервами. Ему нужен кто-то, кто хотя бы ночью будет с ним. Он должен ощущать заботу и ласку, — подруга жалобным взглядом посмотрела на меня, словно это она была больным попугаем. — И к тебе забрать его не получиться. Для него такие резкие перемещения тоже вредны. Всего же две недели!

Я мысленно постаралась просчитать все перспективы. Получалось вполне приемлемо. Наташка жила рядом с работой в новой благоустроенной квартире. Дома ничто не держало. У меня в отличие от подруги даже кота не было. Хотя кошек она тоже не держала. Эти маленькие хищники вполне могли сожрать и не подавиться очередным пациентом.

— Ладно, уговорила! — тяжело вздохнула я.

— Вот и славненько! — расплылась Савельева в улыбке. — Значит, сегодня вечерком ты приходишь знакомиться с Петрушей. А завтра переезжаешь ко мне. Других животных я уже распределила, так что ничего страшного тебя не ждет.

Это уже хорошо. Попугай в клетке в перспективе монстром не казался. Змейки в трехлитровой банке на батарее уже не было, да и экзотического грызуна в ванной не сидело. Вечером, как и договорились, я была на месте.

Двери открыл Гриша и с улыбкой на губах поприветствовал меня:

— Привет, спасительница! Если бы не ты, я бы ее так и не смог никуда вывезти. Она когда последний раз в отпуске была?

Не успел мужчина закончить тираду, как в коридор выплыла Наталья:

— Вы о чем там шепчетесь?

— Заговор против тебя готовим! — состроив сердитое лицо, ответил он.

— Думаем, как лучше тебя похитить: в ковер заворачивать или не стоит? — поддержала я Сбруева.

— Не стоит, — Наталья звонко рассмеялась и с такой любовью посмотрела на директора, что я даже немного позавидовала. — Я добровольно ехать согласна!

Чего греха таить, мне тоже замуж хочется. Только у меня самой нет мужчины даже на очень отдаленном горизонте.

Думаю, тут стоит немного прояснить обстановку. Зовут меня Раскольникова Александра Родионовна. Такая вот не очень умная шутка судьбы. И если моему отцу всегда Федора Михайловича1 припоминали, то меня тоже не обошли. Работаю в зоопарке, только на очень приземленной должности бухгалтера и к животным практически никакого отношения не имею. Разве только хорошо знаю, что тигр съедает за сутки 9 килограмм мяса, а слону требуется ведро фруктов и 120 килограмм травы.

Не представляю, как воспринимают люди меня со стороны, но своей внешностью я вполне довольна. Худенькая брюнетка с большими глазами и не очень густыми волосами, длиной до лопаток. По крайней мере, мои волосы позволяют спрятать достаточно большие и оттопыренные ушки-лопушки, основной недостаток внешности, который травмировал меня с той поры, как я пошла в школу. Я себе пообещала, что обязательно накоплю денег и сделаю отопластику. Только вот накопительный счет никак не хотел расти. И сегодня на нем числилось ровно 89 рублей 20 копеек.

В школе мне с мальчиками мама гулять не разрешала. В институте у нас был чисто женский коллектив, а сейчас свободными мужскими особями были лишь технические рабочие, которые чистили клетки хищникам. Возможно, я в корне не права, но заводить роман с сорокалетним мужиком, который после работы не забывал заглянуть в бар, расположенный по соседству с зоопарком, и все разговоры сводил к качеству медвежьих какашек, не хотелось.

— Пойдем, с Петрушей познакомлю! — из грез меня вывел Наташкин голос. Подруга, не дав опомниться и помечтать, уже тянула в спальню, объясняя на ходу, что с попугаем обязательно нужно спать в одной комнате, чтобы тот не чувствовал себя одиноким и ущербным.

В огромной клетке с открытой дверцей сидела яркая птица с сине-желтым оперением. Попугай посмотрел на меня черным глазом-бусинкой, тяжело вздохнул, как мне показалось, и отвернулся к стене. Перья его были взъерошены. И сам он выглядел основательно потрепанным жизнью.

— Петруша, познакомься! Это твоя компаньонка на следующие несколько дней. Ее зовут Шура, — почти официально представила меня птице Наталья. Я непроизвольно фыркнула. Это было равнозначно тому, как работницу фермы представляли бы коровам или конюха лошадям.

В моем мозгу очень живо всплыла картинка, как розовощекая доярка входит в помещение коровника, а заведующий говорит:

— Девочки, познакомьтесь! Это наша новая работница Глаша.

И после этих слов все коровы поднимают морды и мычат в знак приветствия. Бред, короче.

Только попугай неожиданно повел себя осмысленно. После слов Савельевой он приподнял перья на голове, снова повернулся к нам лицом, встряхнулся, распушился, и с легким шипением, присущим всем говорящим пернатым, очень внятно произнес:

— Шур-ра! Шурроч-ка! Добро пожаловать! Петруша хороший!

Я даже растерялась. Все всегда говорили, что птицы не говорят, а лишь имитируют человеческие звуки. Только, во-первых, очень это вовремя и к месту было сымитировано. А во-вторых, Шурочкой меня при нем никто не называл. Это слово или было в его словарном запасе, или птица сумела провести какие-то ассоциации и выдать правильные результат.

Чтобы как-то скрыть свое смущение, я задала вопрос, который показался мне уместным:

— А почему у попугая клетка открыта? Ты забыла ее закрыть?

Наталья ничего не успела ответить, как попугай возмущенно каркнул, словно был чистопородной вороной с соседней свалки, и важно так выдал:

— Шурочка, Петруша хороший! Петруша не хулиганит!

На следующее утро перед работой я забежала в мое новое временное жилище. Савельева дала мне последние ЦУ, расцеловала в обе щеки и, сунув в мою руку ключ от квартиры, побежала к такси, в котором ее уже ждал Григорий Иванович. Я же, закинув сумку в спальню и на всякий случай, поздоровавшись с попугаем, побежала на работу, не забыв перед этим включить телевизор. Да, именно этот бытовой прибор скрашивал будни моего нового компаньона.

Когда я вернулась после работы, попугай кивнул головой, словно в знак приветствия и важно произнес:

— Стреляли. Страшно!

— Где стреляли? — не поняла я и уточнила совершенно бессознательно, словно это был реальный разумный собеседник.

— В новостях стреляли! — тут же отозвался питомец.

Я слегка зависла, не веря своим ушам. Птица все-таки разговаривала со мной разумно. Продолжать диалог я не стала, поспешив на кухню, готовить ужин. Дочистила картошку и уже собралась высыпать ее на раскаленную сковороду, как по коридору раздался звук, напоминающий цокот когтей по паркету. Я этот звук помнила из последнего кинофильма. Там его издавал сказочный грифон, царапая паркет королевского дворца. А через секунду поняла, что идентифицировала правильно. Важной походкой в помещение вошел Петруша.

— А ты чего не летаешь, а ходишь? — вопрос вырвался у меня непроизвольно.

— Узко! — тут же отозвался попугай.

Как просветила меня Савельева, Петруша относился к разновидности сине-желтых ара. Это один из самых крупных попугаев на планете. Его туловище достигает длины в метр, а размах крыльев почти такой же. Поэтому не мудрено, что коридоры типовых квартир современных многоэтажек кажутся птицам узкими и непригодными для полетов. А я поймала себя на мысли, что думаю о нем как о разумном существе. Хотя с другой стороны, он не сделала ничего такого, что отрицало бы наличие у него интеллекта, скорее наоборот.

Попугай же, распластав свои огромные крылья, взлетел на спинку стула, наклонил голову и уточнил:

— Куш-шать будем? Петруша голодный.

— Картошку жареную будешь? — спросила я.

— Фу, канцерогены и холестерин! — птица отрицательно дернула головой. — И тебе вредно! Картофель нужно есть только в отварном виде.

— Ты можешь есть в отварном! А я хочу жареной картошки с котлеткой, — я еле сдерживала смех. Мне казалось, что если сейчас рассмеюсь, вредная особь обидится.

Но Петруша щелкнул клювом, потряс головой, тяжело вздохнул и сказал:

— Давай свою отраву! Иначе с тобой с голода умрешь.

Я тут сообразила, что Наталья как истинный ветеринар должна была оставить мне полный список того, чем птицу можно кормить, а чем нельзя. Но она то ли забыла это сделать в водовороте последних событий, то ли он действительно был всеядным.

— Попугаи же должны фрукты есть? — уточнила я у своего неожиданного собеседника, вспоминая мои бухгалтерские отчеты.

— Попугаи — да, а я мясо люблю, — невозмутимо отреагировал Петруша.

Плотоядный попугай? Когда-то в далекой молодости я думала, что их грозные загнутые клювы предназначены для разрывания плоти. Работая же в зоопарке, узнала, что основу рациона составляют фрукты и орехи. И лишь попугаи кеа питаются овечьим жиром и мясом падали. Но эти не очень крупные серые птицы совершенно не похожи на моего Петра.

Уже «моего»? Быстро же освоилась. Улыбнулась сама своим мыслям и кинула картофель на раскаленную сковороду. Все-таки замечательный питомец! И голова у него работает как надо.

Когда картошка поджарилась, а микроволновка просигналила, что котлеты разогреты, я немного растерялась. Как это все подать попугаю? Не в блюдце же на полу, как это делают для кошек или собак. Поэтому достала две тарелки, разложила еду на порции и, поставив вторую на край стола, позвала:

— Петруша, кушать готово!

Попугай перелетел со спинки стула на стол, важно прошествовал к тарелке, скосил на меня свой черный глаз и сказал:

— Спасибо, Шурочка! — и начел медленно и аккуратно есть, иногда помогая себе когтистой лапой.

Пока я мыла посуду, птица сидела рядом и молча за мной наблюдала. После мы дружно отправились смотреть телевизор. Петруше, несмотря ни на что, очень нравились новости. Он постоянно донимал меня своими комментариями и вопросами.

— А почему он считают, что газ дешевле перекупить? Появляется же лишний посредник.

— А кто такой вице-премьер?

— А почему дельфины выбросились на берег?

К десяти часам я устала от этих разговоров. Петруша очень напоминал мне пятилетнего сына моей тетки, которому было интересно все и всегда. Но Кирюша был человеком. А я беседовала с попугаем… Может у меня от одиночества крыша поехала? И я уже сама придумываю все эти диалоги?

Вспомнив совет Наташки, что если птица будет мешать спать, его нужно занавесить покрывалом. Что незамедлительно и сделала, загнав ару в клетку. Затем с чувством выполненного долга отправилась спать.

Сколько проспала, не знаю. Вдруг сквозь сон неожиданно послышался жалобный плач котенка. Я уже говорила, что не являюсь горячей поклонницей котов. Но это плакал ребенок. А на плач любого малыша женское сердце реагирует одинаково.

Села на кровати, протерла глаза и поняла, что под эти звуки уснуть не смогу. Стала рассуждать, откуда может доноситься писк? У Наташки в квартире котят точно быть не может. Следовательно, некто пищит за входной дверью. Тяжело вздохнув, машинально натянула халат, завязав пояс узлом, и пошла в темноте к входной двери.

В своей квартире я знала каждый уголок и могла ориентироваться вслепую. То, что это не моя квартира, осознала поздно, когда больно врезалась в угол тумбочки. Чертыхнулась раздраженно и открыла входную дверь, пытаясь разглядеть нарушителя спокойствия. Но котят в коридоре не было. А был сосед алкоголичной наружности в домашних тапочках на босу ногу, спортивных штанах с растянутыми коленями и майке, через глубокий вырез которой виднелась жидкая растительность на его впалой груди.

— О, фея! — неожиданно выдал субъект, разглядывая меня мутными глазами. — А чего я тебя раньше не видел здесь? Новенькая?

Я окинула гневным взглядом собеседника и фыркнула в ответ:

— Новенькая. Котенок где?

— Котенок? — озадаченно уточнил мужчина. — Я здесь один. Меня Зойка домой не пускает.

Я еще раз осмотрелась по сторонам. Следов малыша действительно видно не было. И пока сосед не предпринял никаких активных действий, ретировалась за дверь. Но тут снова раздался плач.

Я покрутила головой, стараясь определить, откуда доносится звук. Пошла, доверяя своим ушам, и оказалась у занавешенной клетки Петруши. А так как внутри меня все трепетало от смеси страха, ярости и непонимания ситуации, резким движением сдернула покрывало с клетки с попугаем и встала, уперев руки в бока. Петруша сидел на жердочке, закрыв глаза, и выдавал те самые звуки, которые меня разбудили.

Поняв, что его рассекретили, нервно дернулся и взъерошил перья. Звуки тот час прекратились. Он выдал лишь неизменное:

— Петруша хороший! — подтверждая этим лишь то, что попугай и есть попугай. Но меня уже понесло:

— Слушай ты, птичка-невеличка, ты чего мне спать не даешь? Я из-за тебя чуть палец не сломала, с пьяным соседом познакомилась. И неизвестно, чем это для меня закончится!

Попугай насторожился, хлопнул крыльями и неожиданно выдал:

— Шурочка, запомни, я своих самочек в обиду не даю!

Хорошо, что сзади стоял диван. Я на него плюхнулась и зашлась в истерическом хохоте. Ну а что? В полночь только попугая защитника мне и не хватало.

— И что я сказал смешного? — обиженно прошипела птица.

И тут до меня начало доходить, что разговоры мы с ним ведем отнюдь не зоологические. Это все же была беседа двух вполне разумных существ. Я потрясла головой, не веря в происходящее. И соответственно уточнила:

— Ты мяукал-то зачем?

— А ты со мной больше разговаривать не захотела. А вы, человеческие самочки, всегда на маленьких котиков хорошо реагируете. Вот я и подумал, что ты сжалишься и еще немного со мной поговоришь, — хитрец развернулся в другую сторону, жалобно глядя на меня теперь другим глазом. Только глаз этот не был черной бусинкой. Он стал золотистым, и лишь по центру шла черная полоса, словно на меня смотрел не попугай, а действительно котик.

А еще я вспомнила, что птица больна, страдает невротическими расстройствами. И относиться к нему нужно с лаской и любовью, а не орать разъяренной мегерой.

— Петруша, мне же на работу завтра! А ты спать не даешь!

— Хорошо, — попугай покаянно наклонил голову. — Только больше в клетке меня не запирай. И можно я буду рядом с тобой спать? Например, на спинке кровати посижу?

Мне почему-то вспомнилось, как я попала под пролетавшую воронью стаю. И как мне было жалко пальто, которое оказалось заляпанным… Как бы это по-научному прилично обозвать? Я кашлянула, прочищая горло:

— А кто мне даст гарантию, что утром я проснусь без птичьих какашек на лице?

Попугай возмущенно открыл клюв, щелкнул что-то на своем птичьем языке, а потом хриплым голосом возмутился:

— Я приличный мужчина. И такие вещи соблюдаю строго. Ты же не видишь следов моего помета по всей квартире?

Действительно, птица в течение дня могла свободно перемещаться по квартире, и следов его жизнедеятельности нигде не было. Хотя для Натальи этот факт не был бы препятствием, чтобы дать волю очередному пациенту, если бы она, воля, способствовала его выздоровлению.

Так мы и уснули: я на кровати, а Петруша молчаливым охранником в изголовье.

Утро началось с визгливого звука дверного звонка. Я не представляла, что он так противно звучит и с Наташкиными соседями знакома не была.

Снова с трудом разлепив глаза, села на кровати, позволяя одеялу сползти. И в этот момент меня добил голос:

— Халат не забудь надеть. Вдруг там мужчина! — обычно так меня одергивала бабуля, когда я школьница бежала открывать двери ранним гостям. Но сегодня эту реплику мне послал вслед… попугай. Я даже на секунду зависла, посмотрев на сердито нахохлившуюся птицу. Звонок повторился. Я отмерла, накинула халат и пошла открывать двери.

Не зря говорят, что привычка — вторая натура. У себя дома я была знакома со всеми жителями подъезда, поэтому никогда не спрашивала кто там. И тут на автомате распахнула двери. Когда же увидела вчерашнего собеседника по лестничной клетке, то хотела сразу запахнуть ее обратно. Остановил меня его внешний вид. Мужчина был трезв, его жидкие волосы были тщательно зачесаны в бок, а на майку-алкоголичку был наброшен коричневый пиджак, который много повидал в этой жизни. В руках сосед держал горшок с кактусом.

— Это тебе! — и цветок перекочевал в мои руки. Я растерянно посмотрела сначала на подарок, потом на мужчину и уточнила:

— А вы, собственно говоря, что хотели?

— Дык, я это… — мужчина покраснел и сглотнул, — жениться я пришел.

— На ком? — растерялась от такого неожиданного продолжения я.

— На тебе! Ты мне вчера очень понравилась. Котят любишь, значит, добрая, — по-свойски проинформировал меня сосед. — Вот я и подумал, чего тянуть-то. Баба ты классная, уведут еще!

Я, конечно, замуж хотела. Но будущего с таким мужем точно не видела. Поэтому решительно сунула цветок ему обратно в руки и попыталась закрыть двери. Но не тут-то было. Тщедушный с виду сосед оказался намного меня сильнее. Я и не заметила, как оказалась припертая к стене. И лишь горшок с несчастным растением был хлипкой преградой между нашими телами.

— Ты не думай! Это я с виду такой, а в постели я еще о-го-го! — шептал мужчина, пытаясь впиться слюнявым ртом в мои губы, пока я молча от него отбивалась, попутно соображая, стоить кричать или нет.

— Шура, это ты с какими мужиками там обнимаешься? — неожиданно из прихожей раздался сочный мужской бас.

Сосед замер. Затем смачно сплюнул на пол со словами:

— Эх, не успел, увели! — выхватил кактус и скрылся за дверями соседней квартиры.

Вот так вот. Даже таким я не нужна… Но кто там меня спас? Я развернулась к квартире и увидела Петрушу, который выглянув из-за угла и убедившись, что мы с ним вдвоем, зацокал коготками по полу.

— И что бы ты без меня, болезная, делала?

Глава 2

Утром следующего дня, придя на работу, я включила компьютер, но не стала дожидаться, пока он загрузится, а пошла в кабинет, где сидели научные сотрудники.

— Доброе утро! — сначала поздоровалась со всеми, а затем обратилась к специалисту-орнитологу:

— Мария Николаевна! Уделите мне пару минут?

Маша Петухова была немного меня старше и слыла отличным специалистом по птицам. К ней даже из других зоопарков приезжали на стажировку. Сейчас она сидела и с деловым видом красила ресницы. Дома, имея трех сыновей и мужа, времени на красоту женщине явно не хватало. И она приводила себя в порядок прямо на рабочем месте. Маша вздрогнула от неожиданности, отложила тушь в сторону, так и не докрасив второй глаз, и встала из-за стола:

— Конечно, Александра Родионовна. Мне пройти в ваш кабинет?

Я так и не поняла, чем ее напугала. Ведь даже зарплату не я начисляю, а другой бухгалтер. Но такой поворот событий обрадовал. Не придется при всех рассказывать, что у меня крыша поехала. Кивнув в ответ головой, пошла к себе в кабинет. Орнитолог с несчастным видом поплелась следом.

— Саша, только не выдавайте меня Олегу Анатольевичу, пожалуйста! — взмолилась несчастная, как только притворила двери. — Он же меня со свету сживет!

Теперь пришла моя очередь удивляться. Матвеев был замом Сбруева. И пока Гриша с Наташкой нежились под теплым южным солнцем, исполнял обязанности директора. И да, он тоже был орнитологом по специальности. Правда не таким успешным, поэтому и подался в администраторы. И вполне вероятно, имел зуб на Петухову. Только причем здесь все это?

— Маша, а причем здесь Матвеев? Я хотела у тебя насчет попугая проконсультироваться.

— Попугая? — женщина сначала удивленно округлила оба глаза: накрашенный и не накрашенный, а затем облегченно выдохнула. — И ты не собиралась докладывать, что я на работе макияж накладываю?

— Нет, конечно, — пожала в ответ плечами. — А с чего я это должна делать?

— Ну, — Маша смутилась, заломив руки и не зная как сказать то, что собиралась. — Он недавно намекнул, что ты его любовница. Прости, если ты это хотела сохранить в тайне.

— Я любовница? Чья? — слова коллеги поразили меня. — Матвеева? Козел старый! Не зря же говорят, что женщина имитирует оргазм, а мужчины отношения.

Вот уж кого-кого, а пузатого, лысого, с вечно мокрыми ладонями и ртом я даже в страшном сне не могла представить своим любовником.

— Маш, у меня к тебе деликатный разговор, и Матвеев к нему никакого отношения не имеет, — вернулась я к своей проблеме. — Понимаешь, Савельева попросила ухаживать за больным попугаем, который живет у нее в квартире. И у меня сложилась такое впечатление, что он разговаривает со мной совершенно осознанно. Так может быть?

— Однозначно нет! — Петухова тут же из запуганной женщины превратилась в собранного специалиста. — У них часто имитация достигает такого уровня, что хозяева считают своих питомцев разумными. И это относится не только к попугаям.

Увидев, как разочарованно вытягивается мое лицо, поспешила успокоить:

— Хотя науке известны очень редкие случаи, когда животные достигали интеллекта трехлетних детей. Поэтому не будем голословными. Ты принеси мне запись его речи, а я тебе скажу что-то более определенное.

В душе появилось подозрение, что меня просто так деликатно отфутболили. Я, конечно, согласилась. Но в уме точно знала, что ни один трехлетний ребенок не будет спрашивать, кто в стране премьер-министр и почему для продажи газа нужен посредник. Хотя, где жил мой временный питомец до этого, я просто не знаю.

На следующее день я была у Петуховой с видеозаписью на телефоне. Внимательно просмотрев отснятый материал, женщина лишь покачала головой:

— А откуда он у Савельевой появился? У нас по зоопарку не проходит. Очень интересный субъект.

— Я особо не уточняла, но, по-моему, его изъяли у контрабандистов, — пожала в ответ плечами. — Что ты мне про его интеллект скажешь?

— Или контрабандисты были талантливейшими циркачами, или птица действительно уникальная. Я бы хотела с ней познакомиться. Понимаю, что он больной и лишние контакты ни к чему, но ты с Наташкой свяжись, ладно?

Я пообещала связаться с Савельевой, заранее зная ее ответ. В отношении своих пациентов она была крайне категорична. И спрашивать я решила не у нее, а у самого Петруши. На удивление попугай сразу согласился, только поставил условие, чтобы орнитолог не приходила к нам, а мы пошли к ней.

— Понимаешь, Шурочка, я устал сидеть в четырех стенах. Хочу прогуляться по этому миру!

На последней фразе мне было впору насторожиться, но тогда я не придала ей значение. А так как я теперь старалась записывать практически все наши разговоры, то это пожелание показала Петуховой.

— Я все больше прихожу к мысли, что ваш Петруша уникум! — и мне в ее глазах почудился алчный блеск. Только отражал он не деньги, а научный интерес. В итоге договорились, что в следующий понедельник, когда в зоопарке будет выходной и посторонних на территории не будет, мы придем. И Маша сможет с ним пообщаться, и я смогу Петруше показать зоопарк, не привлекая лишних взглядов.

Мне для Петруши был выдан специальный наплечник для переноски крупных экземпляров, поводок и крага. По поводу поводка попугай фыркнул, что и так никуда улетать не собирается. На что я ответила:

— Петр, есть правила выгула животных. И это больше для вашей безопасности, чем для людей. А вдруг ты кого-то испугаешься и улетишь, а я тебя найти не смогу.

— Я испугаюсь?! — вот уж не думала, что это так его заденет. — Да я никогда и никого не боялся!

— Даже кошек? — уточнила у питомца с улыбкой.

— А должен? — разве птицы так отвечают?

В итоге мы примерили поводок на лапку. Попробовали сидеть на моей руке в краге и на плече. На руке не получилось. Попугай оказался слишком тяжелым. Я его просто не смогла носить. На плече получилось, хоть и было тяжеловато. Успокоила себя тем, что зоопарк был в двух шагах от дома. А, значит, моих сил должно хватить. И в теплый майский понедельник питомец впервые отправился на прогулку.

Маша ждала нас у ворот. Когда я появилась с попугаем на плече, она охнула от восторга:

— Какой шикарный экземпляр! Вы его рост не замеряли?

— Метр десять с хвостом! — неожиданно выдал Петруша. — Ветеринарный врач обязательно делает все измерения.

— Класс! — Петухова уже потирала руки. — Они же больше метра не растут. А тут такой экземпляр!

— У меня отличная родословная! — с гордостью оповестил нас попугай. — Я отношусь к первородным. Вы знаете, что это такое?

О первородности мы обе были не очень осведомлены. Только орнитолог на этом не стала заострять внимание, а вдруг звонко рассмеялась, махая рукой и вытирая выступившие слезы:

— Саша, как я тебя понимаю! При таких разговорах не то что в интеллект поверишь, но и в черта лысого!

— У чертей лысин не бывает! У них волосистость повышенная! — поделился своими познаниями питомец.

— И откуда ты об этом знаешь? — уточнила женщина.

— Видел! — мне показалась, что птица изобразила жест, похожий на то, как мы пожимаем плечами.

— Скажите, Петр, а можно вас погладить? — попугай совершенно по-птичьи наклонил голову, разглядывая собеседницу. Затем выгнул шею, подставляя под руку то место, которое хотел бы почесать, при этом блаженно прикрыл глаза.

— Да, состояние у него не очень. Но интеллект даст фору некоторым человекообразным, особенно в зеленых комбинезонах2! — Маша перестала смеяться. — Надеюсь, когда Савельева его окончательно вылечит, то позволит изучить данный экземпляр более тщательно.

— Я не экземпляр, я — самец! — тут же возмутился он.

— О, этот факт никто и не оспаривает! — улыбнулась Маша и еще раз панибратски погладила Петрушу по голове. — Погуляйте по парку! Ему свежий воздух полезен будет.

— И что это было? — задумчиво произнесла птица, глядя вслед удаляющейся женщине. — Ты меня на опыты собралась отдавать?

— Что ты! Конечно, нет! — успокоила я «самца», немного покривив против истины. — Просто она хочет продлить ваше знакомство!

У попугаев ара есть одна особенность: около глаз нет перьев, просто голая кожа. И поэтому в отличие от других пернатых, видна их мимика, через которую проглядывают эмоции. И я поняла, что Петруша обиделся, но виду не подал. Так сказать, «лицо держит». Мы молча шли по дорожкам зоопарка, лениво разглядывая животный мир, томящийся в вольерах. И вдруг услышали крик:

— Петра Дефендер! Петра Дефендер! Вы меня слышите? Это я, ваша верная подруга!

Я оглянулась, ища взглядом, кто кого зовет. Вроде бы и нас не касается, но вдруг это бывшая хозяйка Петруши. Нам бы нашлось, о чем поговорить. Хотя в душе я точно знала, что никому его не отдам. И хоть наплечник был достаточно плотным и жестким, я почувствовала, как попугай от этих слов тоже вздрогнул. Посторонних в зоопарке сегодня быть не должно. Только голос был мне незнаком. Да и тембр у него был очень странный, свистящий. Рядом не было ни одного человека.

— Петруша, что случилось?

— Шура, Петр Дефендер — мое полное имя. Это кто-то, кого я знаю по прошлой жизни.

Помня, что его отбили от контрабандистов, я незамедлительно предложила:

— Тогда бежим? В Административный корпус никого постороннего не пустят.

— Не-е-е-е, — протянул попугай. — Я же тогда от любопытства умру. Ты моей смерти хочешь?

— Я хочу, чтобы ты был жив и здоров, и никто тебя не обижал, — немного грустно улыбнулась ему в ответ.

Попугай вздохнул, поднял перышки вверх, затем опустил на место и ткнулся ласково клювом в мои волосы, перебирая прядки. Это у нас с ним последнее время такая нежность появилась, а затем прошептал мне на ухо:

— И я не хочу никуда. Мне с тобой хорошо!

До наших ушей снова донесся голос:

— Петра Дефендер!

В этот раз он был ближе, и мы смогли определить, что он доносится из вольера со страусами. У меня в мозгу сразу возникла картинка, что кто-то туда попал, а теперь не может выбраться. Страусы — птицы отнюдь не безобидные. Удар его ноги равен по силе лошадиному удару. И я уже думала, кого можно вызвать на помощь. И тут мы увидели ее. Это была крупная страусиха, которая вытянула шею и смотрела на нас из-за прозрачной загородки.

— Петра Дефендер! Это я! — к разговору с попугаем я уже привыкла. Но чтобы разговаривал страус, видела впервые. А вот Петруша воспринял ее с удивлением, но отличным от моего. Я буквально видела, как он вытаращил глаза и спросил:

— Амельда, а что ты здесь делаешь?

— О, мой повелитель, вы узнали вашу верную возлюбленную?

Попугай нервно дернулся всем телом и прошептал:

— Даже здесь она меня достала…

Его реплика не предназначалась ни мне, ни страусихе. А была полна какого-то отчаяния. А вслух добавил:

— Амельда, тебя сложно не узнать. Тем более, что ты всегда мечтала о длинных ногах!

Страусиха вытянула вбок крыло, а потом кокетливо, словно веером прикрылась им:

— Повелитель, вы даже помните об этой моей маленькой слабости?

— Ты не ответила на вопрос, как ты здесь оказалась? — голос птицы прозвучал удивительно жестко, так что даже мне стало как-то не по себе.

— Я пошла за вами следом! — я уже не понимала, это показалось, или действительно заметила крупную слезу на глазу у огромной птицы. — Вы же знаете, что я всегда хотела быть рядом!

— Ты же помнишь, что я тебя об этом не просил! И теперь, когда мы относимся к разным видам, между нами не может быть ничего общего!

Тут сзади подбежал крупный страусиный самец и сердито сказал что-то типа «у-ууу-у» или «бу-бууу-бу». Амельда с шумом вздохнула, распушив свое круглое тело до состояния почти идеального шара, резко выпустила воздух и прошептала:

— Все я понимаю. Я уже от него… — она оглянулась на грозного самца, — я от него яйца несу.

Пригнув маленькую голову на изящной шее к земле, страусиха покорно пошла в сторону домика, стоявшего в загоне.

Петруша же резко замолчал, лишь небрежно бросив:

— Шурочка, домой пойдем?

Я решила не тормошить его расспросами, понимая, что птица расстроена и задумчива. Думаю, у меня еще будет время обо всем с ним поговорить.

Добравшись до дома, я ссадила попугая на спинку стула, села напротив на диван, грозно нахмурила брови и приказала:

— Рассказывай!

Птица дернулась, но ответила:

— О чем?

— Обо всем. Почему Петра Дефендер, кто такая Амельда. И как вообще у попугая со страусом может случиться любовь. Вы там, в Африке вместе, что ли, жили?

Я постаралась вывалить все вопросы разом, чтобы ни о чем не забыть, так как уже успела заметить, что птичья память была намного лучше моей. Петруша помнил все и всегда.

Попугай переступил с лапы на лапу, склонил голову вбок, затем в другую сторону и внимательным долгим взглядом посмотрел на меня. В этот момент я не то с ужасом, не то с удивлением заметила, как его глаза из черных снова становятся золотистыми. А зрачок стягивается в узкую щель, словно передо мной снова котик, а не птица. Раньше я такого никогда не видела, поэтому заволновалась не на шутку:

— Петруша, с тобой все в порядке? Ты не заболел?

Попугай издевательски фыркнул:

— И чем вызвано вдруг такое беспокойство о моей скромной персоне? — ага, имитирует он.

— У тебя с глазами что-то не так, — поведала я с осторожностью. Надеюсь, что изменение взгляда не выражает агрессию… А то как-то в юности меня под коленку клюнул бабкин петух. Я очнулась в тот момент, когда поняла, что умудрилась его поймать и стою и бью головой о помойку. Еще бы чуть-чуть и он отдал бы концы. Так называемое состояние аффекта. Вдруг попугай тоже на меня ринется?

Птица мягко спланировала на пол к большому напольному зеркалу. Смешно покрутила головой, разглядывая себя в стекло, и снова вернулась ко мне:

— У вас, у людей, есть поговорка «глаза — зеркало души». Тело у меня сейчас не мое, а этой мерзкой птицы. А вот душа осталась со мной. Этим все и объясняется. Поняла?

Я отрицательно покачала головой, не находя слов и чувствуя, что запуталась еще сильнее. И поняла, что поменялись не только глаза, но и звук голоса. Он снова стал низким и бархатистым, как в тот раз, когда Петруша отпугивал незадачливого соседа.

— Как бы тебе объяснить проще? — продолжал свой монолог попугай, качая головой из стороны в сторону. И выглядело это все очень по-птичьи.

— А ты как есть, так все и рассказывай! — предложила я.

— Ну, хорошо! — вздохнул он. — Понимаешь, Шурочка, я пришелец из другого мира. И я не попугай, а дракон.

–Кто???

— Дракон. Самый настоящий, с зеленой чешуей и зубастой пастью. И Амельда тоже драконица. Говорят, что пернатые наши дальние потомки. Видимо из-за этого мы и попали в их тела.

— Откуда попали? — я все еще не могла въехать в эту дикую, как мне казалось на тот момент, мысль.

— Наш мир называется Кайерлан. Тут у вас по Рен-тв рассказывают же про параллельные миры. Неужели ты ни разу не смотрела? — настала очередь удивляться попугая.

— Почему же не смотрела, смотрела! — возмутилась в ответ я. Но то, что это было два раза по две минуты, промолчала. До этого момента я не верила ни во что. Но сейчас понимала, что моя уверенность сильно поколебалась.

— Вот и отлично! — кивнул головой попугай. — Я жил в параллельном мире. Людей там не было и нет. Мы похожи на существ, которых вы зовете динозаврами. Основное отличие в том, что мы все разумны и можем разговаривать. Здесь у нас с вами гораздо больше общего, чем с древними рептилиями.

— Хорошо, допустим, я в это поверила, — протянула я с сомнением. — А как ты здесь оказался? И почему вы друг друга узнали в столь, хм, необычном виде?

— Я по неосторожности свалился в жерло вулкана. Думал, сгорю заживо, а меня сюда перебросило. Да еще эта дура Амельда, как сегодня выяснилось, следом сиганула. А узнали мы друг друга по ауре. У драконов она независимо от внешнего вида остается неизменной.

— А кем она тебе доводится? — в моей душе слились в единый поток два странных чувства: жалости к старусихе, которая плакала на моих глазах и послушно пошла нести яйца страусиному самцу, и ревности к женщине, которая назвала себя Петрушиной возлюбленной.

— В вашем мире такой статус называется «любовница». Но она так ею и не стала, а лишь стремилась. Я был уже в том возрасте, когда на самок особо и не смотрел. Старый стал.

Так, любовница, да еще несостоявшаяся… Уже легче. Господи, ревную попугая к страусихе? Меня точно пора в дурдом отправлять. Но вслух я этого не сказала, а лишь уточнила:

— И сколько тебе лет было на тот момент?

— Семь тысяч триста тридцать один год и восемь месяцев в земном летоисчислении, — эту цифру питомец назвал без запинки. И судя по этому, это была истинная правда. Да, я знала, что попугаи живут долго, черепахи еще дольше. Но не настолько же?

— Сколько-сколько? — переспросила еще раз.

— Семь тысяч триста тридцать один год и восемь месяцев, — со вздохом повторил попугай. — Драконы вообще-то бессмертны. Но тела все равно изнашиваются. И я был настолько дряхлым, что уже с трудом ползал и ходить практически не мог. Вот и решил, что пора прервать такое существование в жерле вулкана, по глупости решив, что, потеряв тело, я приобрету покой. А попал в лапы к контрабандистам, здесь на земле, потом к вашей сумасшедшей врачихе, и вот, наконец, к тебе. Шура, ты же меня никому не отдашь?

И что я должна была ему ответить? Что через неделю вернется Савельева и все пойдет своим чередом? У меня просто язык не повернулся бы.

— А почему ты Наталью считаешь сумасшедшей? — все же решила уточнить.

— Потому что ей уже тридцать пять лет, а она до сих пор не замужем. Получается старая дева. Это же позор всему роду! Ладно, вот нашелся Гриша, который согласился на ней жениться. Наверное, он совсем разорился, а у нее денег много.

Я очень живо представила Савельеву, которая горбатилась на двух работах все время, которое я ее знаю, в качестве богатой наследницы, и рассмеялась. Попугай опять обиделся:

— И что такого смешного я тебе сказал?

— Нет, у Наташки денег нет. Да и мне уже тридцать и я не замужем, — посмотрела на птицу-дракона, ожидая его реакцию.

— Как тридцать? Какой кошмар! — он буквально округлил глаза, если такое выражение приемлемо к попугаям. — А я думал, что восемнадцать.

Приятно, что молодо выгляжу. Но кошмаром быть совсем не хочу. И тут до меня дошло:

— Погоди-ка, ты утверждаешь, что вы живете по семь тысяч лет, а девушку в тридцать уже считаете старой девой?

— Конечно, у вас же с возрастом мозги не нарастают, а внешность портится! — это было мне сообщено с таким видом, что я должна была почувствовать себя очень недалекой и отсталой от жизни. — Амельде уже было двадцать пять. Не так молода, чтобы выйти замуж, но еще не плохо сохранившаяся, чтобы найти покровителя и любовника. У нас женщины с таким статусом называются юрге.

— И много у ваших мужчин таких юрге? — осторожно поинтересовалась я. Жалость к старусихе внезапно исчезла. Петруша же подвоха не заметил и, как ни в чем не бывало, продолжил:

— Это зависит от статуса мужчины. Чем он знатнее и богаче, тем больше юрге может содержать. У меня их в молодости до сотни доходило!

— И что ты с ними делал? — спросила я с изрядной долей скептицизма и сарказма в голосе. Как рассказывала все та же Савельева, родители ей с юности внушали, что мужикам от девушек нужно только одно. Но ближе к тридцати она поняла, что это одно нужно только ей. Моего опыта для столь глобальных оценок было явно недостаточно.

Попугай растерянно моргнул:

— Я не могу об этом рассказывать девице, пусть даже и столь великовозрастной!

И что мне на это прикажете отвечать? Мужской шовинизм во всей красе. Поэтому решила зайти с другой стороны:

— Если они тоже бессмертны, то куда исчезли из твоей жизни?

Попугай даже, как мне показалось, приосанился и гордо заявил:

— Жениться на юрге великого Петры Дефендера любой дракон считал за честь, несмотря на возраст. Поэтому они все благополучно вышли замуж.

— Жаль, в нашем мире этот принцип не сработает! — усмехнулась я в ответ на пафосную речь. — У нас, если мужик с тараканами в голове, то ему девственницу подавай!

— У ваших мужчин тараканы в волосяном покрове водятся?

Тут я не выдержала и рассмеялась, представив жирного прусака, выглядывающего из шевелюры Алексея Воробьева. Этого молодого певца последнее время стало много на экране телевизора. И волосы как раз подходили для таких обитателей:

— Нет, тараканы у нас только на кухнях у нерадивых хозяек водятся. А это просто образное выражение. Так говорят, когда человек с причудами.

На этой веселой ноте мы закончили беседу. Мне нужно было время, чтобы переварить все услышанное. Петруше, наверное, тоже.

Глава 3

Утро следующего дня началось с того, что я почувствовала, как меня гладят по голове. Кто-то непонятный перебирал мои волосы и приговаривал:

— Шура, Шурочка…

Это было так приятно и эротично! Я начала быстро вспоминать, не успела ли я выскочить замуж и благополучно об этом забыть. О том, что я просто могла сожительствовать с мужчиной в моем мозгу мысли даже не возникло. Мама меня так не воспитывала. Я сладко потянулась и распахнула глаза, чтобы признаться в любви моему новоиспеченному супругу. Это был мой маленький секрет: я сама себе дала обещание, будучи совсем зеленой девчонкой, что объясняться в любви мужу буду каждый день. Вычитала о пользе данного ритуала в какой-то научно-психологической книжке. Только перед глазами тут же предстал мощный клюв и черные глаза-бусинки.

— Шурочка, наконец-то ты проснулась! — радостно сообщил миру мой драконо-попугай. — Ты же знаешь, как я тебя люблю?

Подавив в себе жалость, что мужчина мне только привиделся, я весело рассмеялась. Такой поток чувств у Петруши просыпался в тот миг, когда он что-то сильно хотел, но не был уверен, что получит. И с настоящей любовью вряд ли имел что-то общее.

— Что тебе надобно, дорогой? — и с моей стороны это было лишь шутливым обращением к ласковому питомцу.

— Шур, а у нас планшет есть? — деловито уточнила птица. — Я бы хотел научиться им пользоваться.

Я криво усмехнулась. Меня позабавила фраза: «а у нас…».

— У нас планшет есть, — подыграла я ему. — Но ты же читать не умеешь. А видео он не всегда тянет. Да и для того, чтобы его открыть, все равно нужно иметь навыки чтения.

Тут я откровенно лукавила. Мой двоюродный братец Кирюша в возрасте двух лет уже вовсю листал страницы и включал понравившиеся мультики. Правда, для этого родителям нужно было найти их перечень в YouTube. И я сильно сомневалась, что Петрушу с его запросами и знаниями мультики удовлетворят.

— На счет читать… — попугай задумался. — Я не скажу, что умею, но и что не умею, тоже не скажу. Элементарными навыками я овладел. Примитивный текст разобрать смогу. А вот что вы там пальцами водите, какую магию используете, понять не могу.

— Магия? — то, что он научился читать, на этом фоне меня даже не впечатлило. — Ты считаешь, что магия существует?

— Но я же перед тобой сижу и разговариваю. Или ты не считаешь это веским доказательством наличия высших сил? — он по-птичьи наклонил голову в бок. А мне вдруг представился древний ящер с шипастой головой, который вот так искоса на меня смотрит. Я растерялась, не зная, что ответить. — Планшет неси!

Последняя фраза, сказанная приказным тоном, вывела меня из транса. Я послушно пошарила в сумке, достав гаджет, и положила его перед Петрушей.

— Вот смотри, нажимаешь на эту кнопочку, он включается. Надо подождать, пока появиться изображение.

Попугай внимательно смотрел на экран. Когда планшет загрузился, поднял взгляд на меня и спросил:

— Это я понял. А дальше что?

— А дальше я не знаю… — бессильно развела руками. — Дальше мы работаем пальцами, планшет реагирует на тепло. А твои когти и клюв холодные. Он на них реагировать не будет.

— Может мне их в чай макать? — предложила сообразительная птица. Только я не поняла ход его мыслей.

— А зачем в чай?

— Как зачем? — хитро прищурил он свои глаза-бусинки. — Чай горячий, ноготь нагреется, планшет среагирует.

–Хм… Планшет-то может и среагирует, но боюсь, что вода приведет к его быстрой поломке. Да и чай горячим долго не будет, — мне было жаль его разочаровывать. Но правда была именно такова.

Только Петруша не разочаровался. Или в силу возраста он прошел столько неприятностей, что уже ничего не боялся. То ли умел хорошо скрывать свои эмоции.

— Покажи мне, как он работает. А я придумаю где взять тепло.

Я проследила его задумчивый взгляд, направленный на горелку газового котла. Квартира у Наташки была новая, с индивидуальным отоплением.

— В котел лапы не совать! Если тебя жерло вулкана в птицу превратило, то не хочу, чтобы ты в котле в муху превратился! — я конечно палку перегнула, но попугая впечатлила. Он покивал головой в знак согласия и выдал традиционное:

— Петруша хороший!

— Хороший-хороший! — согласилась я, почесывая его шейку. В такие моменты он не был разумным драконом, а был настоящим домашним питомцем, счастливо закатывающим глазки и подставляя под мой палец разные участки шеи. Но в это раз ласкался недолго. Резко встряхнулся и еще раз скомандовал:

— Показывай!

Я постаралась как можно более доходчиво объяснить, как открывать Яндекс, набирать поисковую строку, выбирать понравившиеся сайты. Потом вспомнила про знаменитое «Ok, гугл», и тоже показала. Второе попугая очень вдохновило. И он пообещал, что пока я на работе, постарается со всем разобраться.

У входа в офис зоопарка я неожиданно встретила Матвеева. Если учесть, что я безбожно опаздывала, то эта встреча был не из приятных.

— Что же это вы, Родионова, на работу не спешите? В рабочее время общественное должно быть на первом месте, а потом ваши разные штучки-дрючки, — сказал он, раздев меня сальным взглядом. Я поежилась и хотела проскользнуть мимо, не реагируя на его нападки. Но не тут-то было. Округлый животик Олега Анатольевича надежно перекрывал весь дверной проем.

— Первый и последний раз, честное слово! — я сделал несчастные глаза в попытке разжалобить начальника. Но, как оказалось, толку от этого не было. А он между тем продолжал:

— Совсем вас Сбруев распустил. Молодой, должность голову вскружила.

Мне стало обидно за Гришу. Он был хорошим директором. В меру строгим, в меру справедливым. И если ты вовремя и без ошибок выполняешь свою работу, опоздание на десять минут большим грехом не считал.

— У меня уважительная причина! — попыталась слукавить я.

— Вот сейчас пойдете в мой кабинет и напишите объяснительную, со всеми вытекающими подробностями вашей уважительной причины, — с этими словами он отлип от стены, жестом приглашая меня в свой кабинет, который был недалеко от входной двери. Как раз напротив директорского.

Все внутри меня горело от возмущения. Но выход гневу я пока не давала. Все-таки ругаться с начальством на пустом месте в мои правила не входило. Только то, что он сказал дальше, повергло меня в шок:

— А еще объясните, куда исчезли фрукты на сумму в 120 тысяч рублей, которые мы должны были закупить для слоновника. По вашим отчетам товар должен был завезен. А по факту его нет.

— Слоны съели, — я совсем растерялась. К работе я относилась щепетильно. Каждую закорючку дважды проверяла. Все-таки работа бухгалтера этого требует.

— Кого съели? — фыркнул мужчина. — Совесть твою?

— П-п-п-почему совесть? — я даже начала заикаться. — На обед съели, как им и положено.

— А я вот с базой созвонился. Они утверждают, что закупки кормовых фруктов у них не производились, — улыбка Матвеева в этот миг стала напоминать объевшегося сметаны кота, что никак не подходило для тревожности момента.

— Но, Олег Анатольевич, я же не занимаюсь закупками! Для этого у нас есть Ирина Завидова. Я всего лишь бухгалтер! Мое дело деньги на счет перечислить в соответствии с накладными, а не проверять, завезли груз или нет.

— А кто тебе об этом сказал? — и без того полное лицо зама расплылось почти в оскале. — Бухгалтер должен и просто обязан отслеживать поступление продукции. Твоя должность как называется?

— Б-бухгалтер по питанию, — промямлила я, не понимая, к чему он клонит. — Но в моих должностных обязанностях…

Я уцепилась как за соломинку в воспоминание об этом документе, о котором как-то заикался Сбруев, говоря, что их нужно бы поменять. Только договорить мне не дали:

— Покажи! — требовательно скомандовал Матвеев. — Покажи, где это написано в твоих должностных обязанностях!

— А-а-а, — что-то я сегодня очень много стала заикаться. — У меня их нет! Они в отделе кадров хранятся.

— Надо же! — усмехнулся начальник. — А отдел кадров утверждает, что именно твои исчезли. И Таисия Анатольевна очень удивлялась, кому они понадобились. А, Родионова, кому?

— Н-не мне, — я стояла и растерянно хлопала глазами, не зная, что еще можно сказать в свое оправдание. Тем более что должностные я точно не брала.

— Придется тебе, голубушка, убытки возмещать! Все 120 тысяч, копеечка в копеечку!

— Но у меня нет таких денег! — зачем-то возмутилась я, хотя оспаривать нужно было не это.

— Я понимаю, что нет. Сколько тебе Сбруев отстегнул? Пару тысчонок или на десять расщедрился? — Олег Анатольевич переплел пальцев и положил на них голову, уперев локти в стол. — Не с теми ты дружбу, Родионова, водишь. Ой, не с теми!

С этими словами он расцепил руки и откинулся на спинку широкого замовского кресла. Даже у директора такого не было. Гриша был человеком активным, подвижным, на месте долго не сидел и в барском кресле не нуждался:

— Но я могу закрыть на этот факт глаза и в ОБЭП не сообщать. Как ты думаешь, стоит мне это делать или нет? — теперь кисть его руки лежала на столе, а указательный палец выстукивал неизвестный мне ритм.

— И что я для этого должна сделать? — я поняла, что стою, сжавшись у стены. Как в детстве, когда понимаешь, что тебя сейчас будут щекотать, а ты щекотки жуть как боишься.

Указательный палец начальника переместился и начал отбивать этот же ритм по его толстой выпяченной губе. Он молчал, глядя на меня, а я молчала, не зная, что сказать в свое оправдание или опровержение тех фактов, которые только что были озвучены. Если бы я имела хоть какое-то отношение к этим самым «кормовым фруктам», то, наверное, придумала бы давно какое-нибудь объяснение. А то как снег на голову. А на дворе май, между прочим.

— Что сделать, говоришь? — наконец ожил Матвеев. — Я тут недавно в социальных сетях вычитал очень интересную фразу…

Не зря Зоя Петровна, наша секретарша говорила, что как к Матвееву не зайдешь, он все в компе сидит и, если кто заходит в кабинет, сразу сворачивает все страницы. Он же продолжил:

— Если вас незаслуженно обидели, то пойди и заслужи!

Я уже и не знала, что подумать. Но мужчина быстро внес ясность:

— Ты, наверное, уже слышала сплетню, что являешься моей любовницей?

— Я здесь тоже не при чем, — я активно затрясла головой.

— Естесс-но, — он именно так и произнес, проглатывая звуки, — это я ее пустил.

— Зачем? — я хоть и слышала от Маши, но все равно оказалась поражена до глубины души.

— Очень просто, — он криво усмехнулся. — Чего женщины бояться больше всего? Огласки. Чтобы муж не узнал. А когда мужа нет, да и любовником на горизонте не пахнет, чтобы не узнал коллектив, так сказать, общественность. А когда общественность уже в курсе? Значится, и бояться тебе не чего.

— Но, но я вас не люблю… — не ожидала я такого поворота.

— Полюбишь! — палец снова вернулся на верхнюю губу и начал ритмично постукивать. Видимо, этот жест помогал Олегу Анатольевичу лучше соображать, чтоб ему пусто было! — Ты не думай, Александра Родионовна, силой я тебя в постель не потащу. Только с твоего добровольного согласия. Так что думай, что будешь делать: купаться в любви и ласке или писать явку с повинной. У ОБЭПа вечно палок для выполнения плана не хватает. Они рады будут.

Я не заметила, как из моих глаз потекли слезы. И теперь молча стояла и сглатывала соленую жидкость с губ. Он же еще раз раздел меня взглядом и негромко сказал:

— А теперь вон отсюда! Даю тебе два дня на размышление!

Повторять мне было не нужно.

Выйдя от Матвеева, я сразу пошла к Завидовой. С такими вопросами тянуть не стоило. С моей пресловутой девственностью давно уже было пора расстаться. Но не таким же способом! Хотелось бы, чтобы человек по крайней мере нравился, а не вызывал стойкий рвотный рефлекс.

Ирина сидела за компьютером, зарывшись в стопку бумаг. Говорят, что работа бухгалтера неблагодарная. Когда все гоняют чаи, у нашего брата работы непочатый край. Только я считаю, что человек, отвечающий за торги, находится в еще более неприятной ситуации. Закупки проверяют все кому не лень, начиная от ФАС и заканчивая Обществом защиты животных. И маленькая, худенькая, в больших очках женщина неопределенного возраста корпела над договорами, аукционами и конкурсами денно и нощно. Оказывается, даже сено нужно закупать только на конкурсной основе! А то, что наши мужики косили на газонах, было почти нелегально. Поэтому в то, что она что-то мухлюет, я не верила. Но проверить все-таки было нужно.

— Можно? — уточнила я, закрывая за собой двери.

Завидова растерянно подняла глаза и несколько раз нервно перевела взгляд с меня на закрытую дверь.

— Добрый день! — женщина кивнула головой. — Что-то случилось?

— Случилось! — подтвердила я кивком головы, взяла стул и устроилась напротив. — Меня Матвеев к себе вызвал насчет закупок.

Тут я замолчала, выдерживая паузу почти по Станиславскому. Мне нужна была ее реакция на эти слова. Слава богу, реакции не последовало. Она все также растерянно продолжала хлопать ресницами. Наконец отмерла и спросила:

— И что? Что ему опять там не нравиться? Сено не ароматное или бананы не спелые?

— Хуже, — горько усмехнулась я. — Он утверждает, что в прошлом месяце фрукты для слонов вообще были не закуплены.

Дальше она выдала такую тираду, которую нельзя было ожидать от интеллигентного вида женщины. Из всех слов я поняла лишь то, что если бы слоны были голодными, они давно бы разнесли весь наш зоопарк. А те веревочки, которыми они привязаны, создают лишь видимость.

— Я с вами согласна. Но он мне ОБЭПом грозится. Хотя какое я к этому имею отношение? У меня все счета и накладные подшиты.

Завидова снова обозвала непечатным словом начальника и постаралась меня успокоить:

— Шура, итоговую подпись ставит он. И основной спрос с него пойдет, даже у полиции. Так что не волнуйся. Это он, скорее всего, к тебе подкатывает, жеребец старый.

— А это вы с чего так решили? — я не стала подтверждать, что Ирина оказалась абсолютно права. Хотелось услышать ее версию.

— Он в прошлом году санкциями ООН Зинку Мишину пугал, что мы в зоопарке панд разводим, а этого делать нельзя. Обещал замять дело, если она согласиться его любовницей стать.

Зина была нашим штатным зоотехником. Всегда улыбчивая и всем довольная, вдруг неожиданно для коллектива перед новым годом написала заявления и уволилась. И, похоже, я теперь знаю причину ее увольнения.

— А мне полицией грозит, — я растерянно пожала плечами, разведя руки в стороны. Вернее, они сами развелись, желая показать степень моей безысходности. — И что теперь делать?

— У Зинки мужик пришел и популярно Матвееву все разъяснил. После этого никто не стал препятствовать ее увольнению. Тебе тоже нужно своего мужика привести, чтобы тот с Анатоличем по-мужски разобрался. А так даже не знаю. Директор у нас молодой, горячий. Сумеет ли правильно приоритеты расставить? — сначала обнадежила, а потом утопила меня Ирина.

Да, мы с Григорием приятельствовали. Но дружба дружбой, а служба службой. И где мне скажите, взять этого мужика? Попугая к нему вести?

Смешно сказать, но Петруша оказался единственной отдушиной в этом жестоком мире. Из подруг у меня была только Савельева. Но сейчас она отдыхала на солнечном побережье Турции. И я не считала, что могу их со Сбруевым тревожить своими проблемами. А кому я еще могла пожаловаться на начальство?

В итоге чуть досидела до обеденного перерыва. Даже не помню, чем занималась в течение дня. И понеслась домой.

Попугай обычно встречал меня у дверей, как хороший пес. Но сегодня встретила лишь тревожная тишина.

— Петруша! — позвала я. — Я пришла.

Вслушалась. Тишина. Цокота коготков по полу слышно не было. Торопливо скинув обувь, прошла в зал. Попугай сидел на ковре и внимательно смотрел в планшет, который лежал перед ним. На мое появление никак не среагировал.

— Петр, я дома! — уже почти крикнула, подходя к нему ближе. Он неловко дернулся и чуть было не завалился на бок. Затем развернулся в мою сторону, задрал голову вверх и, вздохнув, ворчливо сказал:

— И чего кричим? Меня чуть инфаркт от твоего шума не хватил!

— Я пришла, а ты меня не слышал… — пробормотала я растерянно, внезапно почувствовав вину перед пернатым сожителем.

— Пришла и хорошо! Смотри, что я делать научился! — и с этими словами он хорошенько потер свой коготь о ковер, нагревая его, а затем продемонстрировал владение планшетом, отдавая команды Алисе. Я даже сама ей не пользовалась, предпочитая общаться с гуглом.

— Это ты сам придумал? — спросила я у птицы, интеллект которой в некоторых вопросах явно превосходил мой.

— Случайно в телевизоре увидел передачу для школьников по физике. Там сегодня рассказывали о том, что при трении тела нагреваются. А до остального уже додумался сам, — он горделиво взъерошил перья и посмотрел на меня глазом, который вновь стал драконьим.

— Петруша, какой же ты умница! — непроизвольно вырвалось у меня. Я опустилась рядом с ним на пол и почесала шейку. Планшет тут же был забыт, а попугай от удовольствия закрыл глаза, выдав неизменное:

— Петруша хороший!

Но долго ласке он предаваться не стал.

— А ты чего какая грустная? На тебе лица нет, — вот уж не ожидала, что он окажется таким внимательным.

— Да ничего! — махнула рукой, но потом не выдержала и разревелась. Очнулась лишь от того, что он сидел у меня на плече и перебирал клювом волосы, приговаривая:

— Не плачь, Шурочка! Расскажи папочке, кто тебя обидел!

Не знаю, что на меня подействовало сильнее: его слова или действия. В итоге половину обеда я жаловалась птице о том, как меня обидел зам. А мой дракон обещал обязательно что-нибудь придумать.

— Если бы я был в человеческом теле, то пошел бы и набил ему морду! — зло выдал Петруша. — А так, я лишь поцарапать могу да в темечко клюнуть. И то не факт, что он меня не поймает и шею не свернет. Но если ты скажешь, что надо, пойду и расцарапаю. На моей стороне фактор неожиданности!

Это было сказано с такой силой в голосе, что я поверила моему сине-желтому защитнику. Вытерла слезы и улыбнулась:

— Спасибо тебе, милый! Давай без драки. Может само собой рассосется?

— Рассосется, жди, — недовольно фыркнул попугай. — Но раз он дал тебе два дня, не торопись. Что-нибудь обязательно придумаем! Иди, а то опять на работу опоздаешь.

Что удивительно, с обеда я шла намного более спокойной, с верой в то, что этот супер-мозг обязательно мне поможет. Додумался же коготь о ковер натирать!

Вторая половина дня прошла, словно во сне. Я вздрагивала от каждого шороха в коридоре. Все казалось, что сейчас в кабинет ввалиться Матвеев и, плотнее закрыв двери, разложит меня прямо на столе. Умом я, конечно, понимала, что не настолько он глуп. Но как говорят, у страха глаза велики.

Ближе к вечеру заглянула Завидова.

— Привет! — поприветствовала меня неожиданная гостья. Она обычно в течение рабочего дня вообще из своего кабинета не вылезала. — Ты чего такая бледная? Не бери в голову выходки этого старого козла. Я все бумаги и счета перепроверила. У нас все в порядке!

— Спасибо! — поблагодарила я женщину. — Я свои тоже проверила. Будем верить в лучшее! Чай будешь?

Я не могла не отблагодарить ее хоть за какую-то поддержку.

— Какой чай! — фыркнула она. — Последний акт подготовлю и домой пора. А то сам опять ругаться будет, что его и сыновей на свою скотинку променяла. Скотинкой он наш зоопарк зовет. И, похоже, это определение подходит не только к животным.

С этими словами она вернулась к себе. А я задумалась. Ирина была типичной серой мышкой. Но даже у нее были муж и сыновья. Почему же я до сих пор одна? И нечего валить все на ушки-лопушки. Дело совсем не в них. Может, у меня с характером что-то не то? Надо будет у попугая спросить…

Домой я почти бежала, словно меня тоже семеро по лавкам ждут. Сейчас питомец встретил меня как обычно у входа и с порога завил:

— Шура, мне нужен маг!

Я, честное слово, застыла от неожиданности, потом уточнила:

— Кто прости?

— Маг, — с полным спокойствием в голосе уточнил Петруша. — Человек, который владеет магией и может решить нашу с тобой проблему. Я даже пару адресов нашел.

— Каких адресов? Где?

— Фу, ты сегодня какая-то совершенно непонятливая! — покачал головой попугай. У него это выходило так забавно, что я невольно улыбнулась.

— Чего смеешься? — черный глаз залился золотом, а зрачок вытянулся. — Я бы и сам позвонил, но у меня телефона нет.

— Петр, понимаешь, — в ответственные моменты я стала обращаться к нему официально, — у нас нет магии. И все объявления в интернете пишут шарлатаны и жулики в надежде получить халявные деньги.

— Шура, я не верю! У вас во всех сказках и легендах магия есть, независимо от стороны света. Не могло же все человечество на вашей планете разом сойти с ума? Тем более, что некоторым сказкам по несколько тысяч лет. А это серьезный срок даже для меня. Когда в разных концах света говорят про одно и то же, значит, они это видели, трогали, осознавали.

— Хорошо, допустим, я с тобой согласна. Только ты объясни, зачем тебе маг? — я прошла в зал и плюхнулась в кресло. Попугай прошествовал за мной следом и устроился на подлокотнике.

— Я хочу иметь тело разумного существа. В данном случае человека! — голос птицы прозвучал несколько обиженно, словно я не поддерживала его в этом желании.

— Петь, понимаешь, я только сегодня думала, что у меня нет более близкого существ, чем ты. И очень жалела, что ты не мужчина! — заметив, как он напрягся на последнем предложении, быстро поправилась, — в смысле не человеческий мужчина. Мы бы с тобой без проблем с Матвеевым разобрались и мало ли еще чего сделали бы…

Мне показалось, что глаза птицы очень ехидно прищурились:

— И чего бы мы с тобой сделали? — его голова привычно наклонилась в бок.

— Ну, не знаю. Не думала над этим, — весело фыркнула я. Такая завуалированная сексуальность в его голосе меня рассмешила.

— Хорошо, давай баш на баш. Ты набираешь парочку магов, которых я тебе скажу, а я решаю твою проблему с начальником? — неожиданно предложил Петруша.

— И как ты это сделаешь? — мои брови удивленно поползли вверх.

— Магам позвонишь?

— Хорошо, позвоню! Но за результат их работы отвечать не буду!

— Да я и не прошу за них отвечать. А сейчас ты позвони Сбруеву и поговори с ним, при этом не забудь включить громкую связь.

— Зачем?

— Ты мне доверяешь? — после этих слов я задумалась: а доверяю ли я попугаю? И поняла, что доверяю.

Набрала Гришин номер в viber. Благо, у них в отеле был бесплатный wi-fi, включила громкую связь и стала ждать, на ходу соображая, о чем могу с ним поговорить. Решила, что буду ориентироваться по обстановке.

–Да, Шура, я тебя слушаю! — раздался голос на той стороне провода. Смешно. Проводов давно нет, а мы все так же говорим.

— Привет, Гриш, как отдыхается? Я что-то до Наташки дозвониться не могу.

— Она в ванной зависла. Я ее целый час оттуда выкурить не могу. Как выйдет, обязательно передам, что ты звонила. У тебя как дела?

— Да все нормально. Зоопарк стоит, нам с попугаем весело живется.

— Ну и замечательно! — я услышала тихое умиротворение и радость в голосе директора. Дай бог, чтобы у них с Савельевой все получилось! Попрощалась и отключила телефон.

— И что дальше? — спросила у Петруши.

— Шура, Шура, ты, наверное, забыла, что попугаи лучшие имитаторы голосов? Нужно этим пользоваться, пока я в теле попугая, — пожурил меня слегка питомец. А затем уже голосом Сбруева выдал:

— Как поживете Олег Анатольевич? Как доходы, как расходы? Зоопарк стоит? Крокодилы не разбежались?

— Гениально! — только и смогла выдохнуть я. — А при чем здесь крокодилы?

— Не знаю, я, что первое на ум пришло, то и сказал. Теперь твоя задача придумать, о чем мне беседовать с твоим начальником, чтобы он от тебя отстал. А теперь магу звони!

Остаток вечера мы провели, звоня по телефону всевозможным людям, позиционирующим себя как колдуны, шаманы, ведьмы и прочая оккультная часть населения, и все не меньше, чем в пятом поколении. И лишь на девятом или десятом звонке, я их не считала, Петр остался удовлетворенным и велел мне договариваться о встрече.

Глава 4

Самое интересное случилось на следующий день в обеденный перерыв, когда я пришла домой.

— Ты придумала, о чем мне разговаривать с твоим начальником? — деловито уточнил попугай, только я переступила через порог.

— Нет, — в ответ отрицательно покачала головой. — А ты подумал, откуда мы будем звонить? У меня же нет возможности сделать это со Сбруевского телефона. Мой номер телефона у Матвеева есть.

— Номер? Вы все пронумерованы? — удивился Петруша, не до конца понимая реалии нашей жизни. В чем-то он был очень сообразителен, но некоторые вещи воспринимал как маленький ребенок.

— Не мы, а наши сим-карты в телефонах. Мы их покупаем, а у каждой карты уже присвоен номер. Это такой способ идентификации. Я даже не знаю, как лучше тебе это объяснить, — пожала в ответ плечами.

— А ты можешь купить новую карту? — тут же деловито осведомился он.

— Зачем?

— Иногда ты поражаешь меня своей глупостью, женщина! — покачала головой птица. — Матвеев же не будет знать твоего номера. Скажем, что Гриша звонит с чужого телефона.

— В принципе, логично! — согласилась я. — Можно также анти-аон установить. Это когда номер позвонившего не определяется. Но Олег Анатольевич в этом случае может трубку не поднять.

— Вот когда не поднимет, будем дальше думать. А пока давай, этот он устанавливай, — попугай сердито дернулся и взъерошил перья. Оказывается, считывать эмоции птицы намного проще, чем человека. У нас если волосы на теле и встают дыбом, окружающим этого не видно. А мимика часто может быть обманчива.

— А что ты говорить будешь, раз я речь не заготовила? — уточнила я.

— Это тебя уже не касается, раз ты не озаботилась. Тебе помощь нужна?

— Нужна.

— Тогда позволь твоему мужчине ее оказать!

Мой мужчина… Когда-то давно я себе обещала, что буду своего мужчину холить, лелеять, часто говорить о своей любви. У Петруши было все, за что это хотелось с ним делать, кроме самого важного — человеческого тела. С одной стороны, влюбиться в попугая? Сумасшествие какое-то. Но такой характер, забота о своей женщине! Не попадались на моем пути человеческие самцы с такой характеристикой. А вдруг маг действительно сможет ему помочь?

Из размышлений меня выдернул голос попугая:

— Установила?

— А? Что? — дернулась я. — Сейчас сделаю.

Быстро набрала запрос в поисковике. До этого мне услугой пользоваться не доводилось. Оператор гарантировал, что номер не определится, если мы с абонентом находимся в одной сети. На мое счастье, это было так. Набрала соответствующую комбинацию символов и цифр, получила услугу, набрала номер начальника и с замиранием сердца стала ждать.

На третьем гудке раздался голос Матвеева:

— Ал-ло, Матвеев слушает! — даже вечером он отвечал очень официально.

— Добрый вечер, Олег Анатольевич! Это Сбруев. Как у вас там дела? — я с замиранием сердца слушала, что ответит начальник, как среагирует на Петрушу.

— Ой, Григорий Иванович! Я вас сразу не узнал, и номер что-то не определился, — голос мужчины сразу приобрел слащавые нотки.

— Заграница же, оператор связи другой, видимо, что-то с этим связано! — речь Петруши лилась складно и уверенно. Похоже, он в мое отсутствие внимательно все изучил и продумал. — Я слышал, у вас там какая-то недостача крупная вскрылась? Или это лишь слухи?

— Да что вы, Григорий Иванович, какая недостача? — голос прямо лился медом. А я в это миг пожалела, что не догадалась поставить запись разговора. Эти слова могли бы мне помочь.

А вот то, что дальше сказал Петруша, меня повергло в шок:

— То, что недостачи нет, хорошо. А вот зачем ты глаз на МОЮ женщину положил?

Сахар тут же ушел из голоса, оставив место протухшему болоту:

— К-какую женщину? Вы же с Натальей Вячеславовной сейчас вместе отдыхаете, и на нее ни-ни!

— Олежа, Наталья здесь ни при чем! Ты же одной женой тоже больше не довольствуешься? Или я не прав? Чтобы я тебя радом с Родионовой ближе пяти метров не видел!

— Григорий Иванович, вы бы сразу хотя бы намекнули! Я же не знал! — тут же залебезил зам. — Как скажете, Григорий Иванович, вы не волнуйтесь, все будет в ажуре!

Таких разговоров я больше не выдержала, выхватила телефон из-под носа у попугая и нажала отбой.

— Господи, ты чего там наболтал? Как я Сбруеву в глаза потом смотреть буду, да и Наташке тоже? — с этими словами тихо сползла по стенке, так как ноги меня больше не держали, и села на пол рядом с хитро глядящей на меня птицей.

А этот «знаток человеческих душ» запрыгнул мне на колени и, ласково перебирая волосы, прошептал:

— Это я сейчас попугай. А до этого был мужиком. Правителем. Воином. И мужскую психологию знаю отлично. Поверь, он Сбруеву ничего не скажет. Просто побоится. А от тебя отстанет.

— Ладно, великий психолог. Поживем, увидим, — я в ответ почесала шейку Петруше. — Пойдем обедать..

Дальнейший день протекал уже без приключений. Правда спала я плохо. Мне все время снились то Сбруев с мечом наперевес, то Матвеев в поповской рясе, пару раз промелькнул красивый мужчина с волосами, лежащими так, что напоминают хохолок попугая. Но с ним я точно была незнакома.

Матвеев исчез из моей жизни как по мановению волшебной палочки. На работе я его даже издали не видела. Неужели неприятные моменты могут решаться так просто и быстро?

А вечером нас ждало новое приключение: мы должны были идти на встречу с магом. Я никаких иллюзий по эму поводу не испытывала, зато мой питомец был в приподнятом настроении. Мы поужинали, вызвали такси и поехали.

Таксист, завидев нашу компанию, широко улыбнулся:

— О, какая птица! Он, наверное, и разговаривать умеет?

— И матом покрыть могу, если что! — тут же вздыбил перья мой защитник, отмечая на горизонте особь мужского пола.

Пришлось его погладить и успокоить:

— Тише ты! Будешь на всех мужиков так кидаться, мы с тобой никуда не поедем! Простите, мой бывший его не любил, поэтому попугай к мужчинам немного агрессивно настроен! — последние фразы уже были обращены к водителю.

То воспринял это как должное, но уже без улыбки:

— Вы сумеете его удержать, чтобы мы целые и невредимые до места доехали? Я от пары царапин, конечно, не помру. Но с машиной шутить нельзя. Вмиг в кювет улетим.

— Петр, ты же будешь тихо сидеть? — Это я уточнила уже громко.

Попугай нахохлился, но буркнул:

–Не дурак, понял. И гадить я в вашей машине тоже не буду, не волнуйтесь. До улицы дотерплю.

Водитель снова заулыбался:

— Хорошая птичка, и какая смышленая. А говорят, что они не говорят, а просто человеческую речь имитируют. Но ведь не скажешь, прямо, как человек разговаривает!

Так за разговорами мы быстро доехали до указанного адреса. Офис мага находился на первом этаже обычного жилого подъезда. Я нажала на кнопку домофона, двери открылись, и я вошла внутрь. Где нас ждали, стало понятно сразу. На самой обычной двери, которые есть в каждом многоквартирном доме, красовалась золотая табличка с надписью:

Чернокнигов

Святозар Святополкович,

Маг высшей категории

Как только мы подошли ближе, двери распахнулись, и перед нами предстал долговязый мужчина, одетый во все черное. Благо, одежда была все-таки современная, а не подгонялась под стандарты средневековья. Обычный костюм, рубашка, ботинки. Волосы мага были забраны в низкий хвост.

— Александра Родионовна, я вас жду! — поприветствовал он меня таким тихим голосом, что даже пришлось напрячь слух. — А где Петр Дефендер? Вы же вдвоем на прием записывались. Ой, а эта птичка с вами? Какой интересный экземпляр.

И хотя речь его была тихой по звуку, этого нельзя было сказать про ее скорость. Мы с Петрушей не могли в поток слов вставить ни одного своего. Когда маг понял, что мы стоим и смотрим на него и ничего не говорим, то замолчал и выжидательно посмотрел на нашу компанию. Тут же свои пять копеек решил вставить Петр:

— Петр Дефендер — это я. И я не птичка, а дракон!

Маг растерянно захлопал глазами, разглядывая «дракона», затем сделал серьезное лицо и торжественно произнес:

— Да-да, заходите. Святозар Святополкович рад вас видеть в своей скромной обители!

С этими словами нас провели в темную комнату, которая освещалась лишь парой обычных парафиновых свечей, обмотанных новогодним дождем, и предложили сесть в глубокое кресло непонятного цвета. Оно могло быть как красным, так и черным или синим. Напротив, за тяжелым дубовым столом стояло второе такое же, которое занял сам хозяин кабинета. Мужчина сделал непонятный пасс руками, прищелкнул пальцами и нажал на выключатель под столом. Я это определила по типичному звуку. На столе тут же вспыхнул хрустальный светильник в форме шара. И я смогла разглядеть черный провод, который шел к электрической розетке.

То, что он так быстро пришел в себя и не удивился на Петрушины слова, я списала на то, что к магам нормальные люди ходят редко. Поэтому он, скорее всего, привык к разным чудакам и их чудачествам.

— Какие услуги вы бы хотели получить? — любезно уточнил Святозар. — Я в совершенстве владею отворотами, приворотами, могу снять сглаз и даже навести порчу. Причем все это без вреда для вашего здоровья и здоровья ваших оппонентов. Я владею всеми видами белой и черной магии.

— Магия по видам не делится, — тут же возмутился Петруша. — Это вы, люди, в своих сказках придумали. А она однородная.

— Простите, уважаемый господин, — тут маг замялся, глядя на попугая, — дракон, а вы почему так считаете?

— Потому, что я ею владею! — ответил он с вызовом, но затем стушевался и поправился, — владел. И отвороты, и привороты мне не нужны. Мне нужно переселить мою душу в человеческое тело.

Маг замер, разглядывая нашу странную парочку. Глубоко вдохнул, выдохнул и спросил:

— Александра Родионовна, вы надо мной поиздеваться пришли и попугая за собой притащили?

— Почему поиздеваться? — я пожала плечами. — Нам действительно нужен маг, который смог бы это сделать.

— Вы какие-то сказки мне рассказываете! — вспылил маг. Он хотел еще что-то добавить, но тут двери его кабинета распахнулись, и на его пороге появился… ангел.

Это была девочка лет четырех в длинной ночной рубашке, золотистые волосы обрамляли ее личико словно нимб. Она терла заспанные глаза кулачком и смотрела на мага, не замечая нас. А потом требовательным голосом объявила:

— Папа, я какать хочу!

Маг тут же вспыхнул, словно свекла, и грозно произнес:

— Милена! Я же говорил, что нельзя папе мешать, когда он работает!

— И что, мне теперь обкакаться что ли? — тут же возмутилась девочка.

Я чуть сдержала рвущийся наружу смех:

— Идите к ребенку, уважаемый. Не стоит мучить ее. А нам вы, похоже, помочь все равно не сможете.

— Да вам никто не поможет! Сумасшедшие вы! — растерял свое гостеприимство маг.

Я ничего не успела ответить, как Петруша ткнулся клювом в мое ухо:

— Шурочка, пойдем. У него в ауре магии совсем нет!

Мы встали и пошли к дверям. Но нас остановил окрик мага:

— С вас двести рублей за прием!

— Но вы же ничего не сделали? — удивилась я.

— Я на вас время потратил.

Тогда я молча достала требуемую сумму, положила на стол и пошла на выход, удивляясь, что Петр промолчал по этому поводу.

До дома мы доехали в тишине. И таксист ни слова не сказал по поводу Петра, понуро сидящего на моем плече, и Петруша молчал всю дорогу.

Уже в квартире я почесала шейку птице и осторожно поинтересовалась:

— Ты расстроился, да?

— Расстроился, — кивнул он головой, — если так можно сказать про человека или попугая, у которого разрушилась мечта всей его жизни.

— Мы еще магов поищем! — попыталась приободрить его я.

–Брось, Шурочка, я понял, что ты была права. И магов в вашем мире действительно нет. Похоже, что все, как я, в жерло вулканов кинулись.

— Но ты же сам говорил про сказки? — теперь уже завелась я. И мне действительно захотелось, чтобы в наших серых буднях было место чуду.

— Три тысячи лет назад они точно были. А сейчас нет. Магия тоже имеет свойство вырождаться, — он тяжело вздохнул, забрался в свою клетку, сел на жердочку и отвернулся к стене. Я подумала, что его чувства сходны с чувствами тех людей, которых внезапно лишили возможности двигаться, полноценно жить. А еще страшнее, лишились надежды на выздоровление, им говорят, что это все, лучше уже не будет. Ни-ког-да.

Я почувствовала, как слезы подступают к моим глазам. Не хватало только мне еще разреветься! Тогда точно потоп устроим. А интересно, попугаи могут плакать? Эта нелепая мысль немного взбодрила меня. И я решила все-таки растормошить питомца.

— Петя, я в магазин пошла. Тебе чего-нибудь вкусненького купить?

Он медленно, нехотя поднял голову, посмотрел на меня долгим взглядом, а затем так же молча спрятал ее под крыло. Этот птичий жест выбил меня из колеи. Раньше попугай никогда так не делал, словно дистанцируясь от пернатых. Я поняла, что разговаривать со мной сейчас не будут. Но раз обещала сходить за покупками, то нужно идти. Куплю чего-нибудь на свой вкус.

По дороге в магазин мне неожиданно перешла дорогу цыганка. Она, как любят делать представители этого вольного племени, улыбнулась мне, сверкая золотыми зубами на солнце и поинтересовалась:

— Девушка! Не подскажешь, который час?

Я уже было хотела пройти мимо, научена горьким опытом. Я им и время в свое время говорила, и денежку на хлебушек ребеночку давала. О результате даже говорить не буду, стыдно. Но что-то меня остановило, и я внимательно посмотрела на нее. В какой-то миг мне показалась, что вишневый глаз цыганки вдруг стал золотистым, а зрачок вытянулся в вертикальную линию. Не знаю, это был знак или мне от расстройства примерещилось, но я притормозила.

— Дорогая, — я ответила ей, подражая ее же манере. — Время ты и без меня знаешь. Но вот помощь мне твоя реально нужна.

Цыганка удивленно вскинула брови, не ожидая такого ответа. И как-то растерянно сказала:

— Говори, помогу, если смогу!

— Я готова хорошо заплатить, — сама говорю, и даже не представляю, что в понятии цыган означает «хорошо». Но чему быть, того не миновать. — Мне нужен человек, реально владеющий магией. Среди наших мы такого не нашли. Вся надежда на вас.

— Позволь полюбопытствовать, зачем тебе маг нужен? Не из праздного любопытства спрашиваю, а чтобы оценить, могу подсказать или нет, — цыганка затянулась сигаретой в мундштуке, ожидая моего ответа.

Я же на какое-то время замешкалась, не зная, как правильно обрисовать ситуацию. А потом решила, что расскажу как смогу. Терять точно не чего.

— Мне нужен маг, который может переселять души из одного тела в другое.

— Ишь ты, куда загнула! — даже присвистнула женщина. — И кого ты решила куда переселить? Небось, свекровь достала?

— Нет, не свекровь. Помочь мне надо одному хорошему человеку. Он в чужом теле сейчас находится.

Цыганка задумалась на мгновение, а затем ехидно ухмыльнулась и спросила:

— Тысячу дашь?

— За что? — у этой я точно времени не занимала. Она сама ко мне подошла.

— За то, чтобы доказать серьезность своих намерений.

Я вздохнула и полезла в кошелек, понимая, что для Петруши денег мне не жалко. Цыганка проверила купюру на свет и ловко спрятала в складках своей цветастой юбки:

— Завтра в это же время приходи сюда. Есть у нас такой человек, но не знаю, согласится он тебя принять или нет.

— Хорошо, — только и оставалось соглашаться мне. А цыганка уже переключилась на мужичка, шедшего мимо, уточняя у него время.

Глава 5

Петруша от вкусняшек отказался. Ну, как отказался? Просто не проявил какого-либо интереса, все так же сидя в углу своей клетки. Про разговор с цыганкой я говорить ему не стала, зачем обнадеживать зря? Еще не известно, придет завтра кто на встречу, или моя тысяча плакала горючими слезами.

А утром попугай, как ни в чем не бывало, стянул с меня одеяло со словами:

— Вставай, соня, на работу опоздаешь! — я, действительно, чего-то разоспалась так, что даже будильника не слышала. — Шура, ты меня простишь?

— За что? — недоуменно уточнила я, протирая глаза, которые никак не хотели открываться.

— За то, что вчера повел себя недостойно, за то, что скатился до истерики! — говоря эти слова, Петруша покаянно склонил голову. Истерика? Вот это молчание и взгляд в стену — это истерика? Я несколько иначе понимала этот термин. И в мужском исполнении тоже.

— Петя, я тебя прекрасно понимаю! Это очень тяжело, когда рушатся планы и мечты! — попыталась успокоить я питомца.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Последняя любовь великого дракона предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

1

Родион Раскольников — главный герой книги Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание»

2

Зеленые комбинезоны — униформа технических работников в зоопарке.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я