Контрнаступление

  • Контрнаступление — разновидность наступления — одного из основных видов военных действий (наряду с обороной и встречным боем).

    Отличительной чертой от простого наступления, является то, что сторона, намеренная перейти в масштабную контратаку, сперва максимально изматывает противника, выбивая из его рядов наиболее боеспособные и мобильные подразделения, используя при этом все преимущества, которые даёт заранее приготовленная и пристреленная позиция.

    В процессе наступления войска, неожиданно для противника, захватывают инициативу и навязывают свою волю противнику. Наибольшие последствия для противника исходят из того, что в отличие от обороны, где тыловые подразделения оттянуты от линии фронта, наступающий противник подтягивает их как можно ближе, чтобы иметь возможность снабжать свои наступающие войска. Когда натиск врага остановлен и части обороняющихся переходят в контрнаступление, тыловые подразделения экс-атакующих оказываются беззащитны и чаще всего попадают в окружение.

Источник: Википедия

Связанные понятия

Наступле́ние — основной вид военных (боевых) действий, основанный на атакующих действиях, в форме боёв, операций и сражений формирований вооружённых сил того или иного государства или союза государств.
Охва́т, Обхват — один из видов войскового манёвра с целью нанесения ударов по одному или обоим флангам противника, с целью дальнейшего окружения (блокирования).
Окружение — военный стратегический (тактический) приём, заключающийся в изоляции определённой группировки войск (сил) противника от остальных сил и их союзников в целях уничтожения или пленения. В военном жаргоне нередко используются такие слова для окружения, как котёл, мешок, кольцо.
Отступле́ние — тактический, оперативный или стратегический манёвр в войне и военном деле.
Ко̀нтруда́р — удар, наносимый войсками оперативного объединения (фронта, армии, армейского корпуса) в оборонительной операции для разгрома прорвавшейся в глубину обороны группировки войск противника, восстановления утраченного положения и создания благоприятных условий для перехода в контрнаступление.

Упоминания в литературе

В то же время, в ходе контрнаступления под Москвой выявился ряд крупных недостатков как в управлении войсками, так и в их действиях. В течение первых десяти дней правое крыло Западного фронта, ведя упорные бои за вражеские узлы сопротивления и опорные пункты, продвигалось медленнее, чем было запланировано. Правда, продвижению мешал довольно глубокий снежный покров. Однако главное заключалось в нехватке танков, авиации, боеприпасов на нужном направлении. Соединения, части и подразделения строили свои боевые порядки двухэшелонно и атаковали после короткой, недостаточной по силе артподготовки; сопровождение атакующих пехоты и танков в глубине обороны противника артиллерийским огнем применялось не совсем удачно и не всегда. Танковые части использовались обычно для непосредственной поддержки пехоты, почти не получая самостоятельных задач.
Оборонительная доктрина, преобладавшая в Красной Армии, исходила из тактики изматывания противника в позиционных сражениях с последующим переходом в контрнаступление. Но она не учитывала крупные бронетанковые соединения, так называемые танковые клинья, огневую мощь артиллерии и военно-воздушных сил вермахта, способные «проломить» практически любые имеющиеся на то время укрепления и вырваться на оперативный простор с целью охвата противника с флангов с последующим его окружением и разгромом и стратегию немецкого генералитета, делавшего ставку на «молниеносную» войну с прорывом ударных группировок на территорию противника и дальнейшее стремительное продвижение, даже без достаточного обеспечения безопасности своих флангов. Генштаб не был также готов к варианту внезапного, без объявления войны, крупномасштабного вторжения на территорию СССР. Нельзя было определить и сроки начала войны, поскольку они переносились около 10 раз.
1-я ТА полностью выполнила основную задачу, поставленную командованием Воронежского фронта: не допустить прорыва противника на Обоянь. В тяжёлых и многодневных упорных боях, перемалывая технику, уничтожая живую силу, 1-я ТА остановила наступавшего противника и создала предпосылки для последующего контрнаступления советских войск на Белгородском направлении. Действия всего личного состава войск армии отличались высоким моральным мужеством, стойкостью и упорством в обороне, уверенностью в своих силах и неизбежности поражения немецких наступающих войск. Части, подразделения, каждый боец и командир дрались до полного израсходования боеприпасов, до последнего дыхания. Зафиксирован ряд случаев, когда отдельные бойцы, командиры и политработники перед лицом атакующих танков, не дрогнув, обвязывались связками гранат и бросались под гусеницы танка, вместе с собой взрывая вражескую машину. Не было ни одного случая, чтобы подразделения отходили без разрешения старшего командира.
В то время как в тыловой район Кубанского плацдарма в зенитные части начали поступать значительные подкрепления, о чем уже говорилось выше, положение на вражеском плацдарме[12] южнее Новороссийска развивалось для немецких войск крайне неблагоприятно. Местным малочисленным резервам так и не удалось сбросить противника в море и ликвидировать плацдарм. До тех пор пока здесь не удалось провести запланированное в ближайшем будущем контрнаступление, задача заключалась в том, чтобы помешать высадившемуся на берег противнику получать подкрепление. Однако упорно сражавшемуся неприятелю удавалось перебрасывать на свой плацдарм через Цемесскую бухту, ширина которой составляла здесь около 4 километров, необходимое подкрепление и боеприпасы, а также поддерживать свой десант артиллерийским огнем. Поскольку днем переправа войск и боевой техники через Цемесскую бухту могла быть легко обнаружена и подвергнута обстрелу, противник занимался этим в основном по ночам, которые в феврале и марте были еще достаточно длинными.
После перехода противника в контрнаступление свежими частями, поддержанными артиллерией и конницей, 5 армии приходилось под давлением превосходящий сил отходить в исходное положение и даже продолжать этот отход далее на запад, уступая подавляющей численностью силе. Такие отходы на отдельных участках ставили соседей в угрожающее охватом положение, почему им приходилось прекращать частичное преследование разбитого противника и отходить на запад для восстановления связи по фронту и его выравнивания…

Связанные понятия (продолжение)

Манёвр (фр. manœuvre — действие, операция), в военном деле — организованное передвижение войск (сил) в ходе выполнения боевой задачи в целях занятия выгодного положения по отношению к противнику и создания необходимой группировки войск (сил) и средств, а также переноса или перенацеливания (массирования, распределения) ударов и огня для наиболее эффективного поражения группировок и объектов противника.
Фланг (нем. Flanke, фр. Flanc, от франкского, hianka — сторона) — правая и левая оконечности расположения войск (сил), боевого, производного порядка войск (сил) (подразделений, частей (кораблей) и тому подобное) или оперативного построения войск называемые правым и левым флангом — правый или левый край строя.
Засада — тактический приём в военном деле, суть которого заключается в достижении решающего преимущества над противником за счёт заблаговременного расположения своих формирований на наиболее вероятном маршруте продвижения врага с соблюдением нескольких условий...
Оборона района (англ. area defense) — способ ведения позиционных оборонительных действий, предусмотренный боевыми уставами американской армии 60-х и 70-х годов XX века. После 1982 года этому термину на смену пришёл термин «позиционная оборона».
Сдерживающие действия — военный термин иностранного происхождения, под которым понимается последовательность боестолкновений, проводимых с наступающим противником на заранее намеченных и эшелонированных по глубине промежуточных оборонительных рубежах (сдерживающих позициях) с целью выиграть время, нанести ему максимальный ущерб и создать благоприятные условия для стабилизации линии фронта и перехода к обороне или в наступление.
Тактика «Мотти» (с фин. Motti — способ заготовки леса на дрова, при котором брёвна не складируются в штабели, а укладываются в отдельные поленницы объёмом 1 м3 для удобства подсчёта) — партизанская тактика ведения боевых действий, активно применявшаяся финнами в ходе Советско-финской войны. Заключается в разделении численно превосходящей группировки противника на отдельные обособленные группы, с отсечением их друг от друга и от основных сил противника, с последующим методичным уничтожением. Наиболее...
Встре́чный бой — наступление на наступающего противника, вариант наступательного боя, во время которого каждая из противоборствующих сторон действует атакующе. При такой разновидности боевых действий противники, одновременно атакующие, отражающие контратаки врага или вводящие при оборонительном бое резервы для нейтрализации прорывов линии фронта, стремятся каждый захватить инициативу, нанести поражение также наступающему противнику и добиться стратегических целей за счёт высокой активности и решительности...
Ростовская наступательная операция (17 ноября — 2 декабря 1941 года) — стратегическая наступательная операция Красной Армии. Одно из первых успешных наступлений Красной армии в войне, которое наряду с контрнаступлением под Москвой привело к остановке немецкого наступления на советско-германском фронте зимой 1941 года. В рамках данной операции проведены фронтовые Большекрепинская наступательная операция и наступательная операция по освобождению Ростова.
Военное искусство — теория и практика подготовки и ведения военных (боевых) действий на суше, море и в околоземном пространстве, составная часть военного дела.
Артиллерийская подготовка (Артподготовка) — действия артиллерии, предназначенные для уничтожения или подавления огневых средств противника, живой силы, оборонительных сооружений и других объектов противника перед наступлением своих войск.
Косóй стрóй, косвенный боевой порядок — приём военной тактики, когда наступающая армия концентрирует свои силы, чтобы атаковать только один из флангов противника.

Подробнее: Косой строй
Полоса обеспечения (зона прикрытия, предполье) (воен.) — полоса местности на пути вероятного удара противника, перед главным рубежом обороны.
Тульская наступательная операция (6 декабря 1941 года — 16 декабря 1941 года) — операция войск левого крыла Западного фронта в Великой Отечественной войне, часть Московской стратегической наступательной операции 1941—1942.
Штурм (нем. Sturm — атака, приступ), — способ овладения крепостью, городом или сильно укреплённой позицией, заключающийся в быстром нападении силами, превосходящими противника в уровне боевой подготовки или силами, имеющими численное превосходство.
Свёртывание обороны противника — способ развития успеха в наступлении, суть которого заключается в продвижении наступающих войск в стороны от бреши, пробитой в оборонительной линии врага. Тактика свёртывания обороны противника используется в целях расширения участка прорыва, обеспечения флангов своих войск, выхода на фланги обороняющимся и создания благоприятных условий для перехода в наступление на других направлениях. Как правило, для её реализации задействуются силы и средства воинских частей...
Передовой батальон — советский военный термин времён Великой Отечественной войны, который обозначал усиленный мотострелковый, стрелковый или танковый батальон, предназначенный для разведки боем подготовленных оборонительных рубежей противника непосредственно перед наступлением главных сил.
Киришский плацдарм — плацдарм немецких войск на восточном берегу реки Волхов в районе современного города Кириши, образовавшийся в декабре 1941 года в результате Тихвинской наступательной операции Красной армии.
Танковая засада — засада с применением танков, заблаговременное и тщательно замаскированное расположение танкового формирования на наиболее вероятных путях движения противника в целях его разгрома внезапным ударом, уничтожения боевой техники и захвата пленных.
«Янва́рский гром», Красносе́льско-Ро́пшинская опера́ция, или Опера́ция «Нева́-2» (14 — 30 января 1944 года) — наступательная операция советских войск Ленинградского фронта против 18-й немецкой армии, осаждавшей Ленинград, этап Ленинградско-Новгородской стратегической операции.
Атака — в тактике стремительное и организованное движение войск (сил) против неприятеля с целью сближения на дистанцию, позволяющую его уничтожить.
Французская кампания или Падение Франции (также: Шестинедельная война) — военная операция стран Оси в Западной Европе с мая по июнь 1940 года, приведшая к разгрому французских, бельгийских и нидерландских вооружённых сил, а также эвакуации Британских экспедиционных сил во Франции и обеспечившая господство в Европе Германии и её союзников. План «Гельб» — кодовое название немецкого плана блицкрига против Бельгии, Нидерландов, Люксембурга; План «Рот» — против Франции.
Арьерга́рд (фр. arrière-garde — тыловая охрана) — термин, означающий в военном деле войска прикрытия, выделяемые от соединений, сухопутных войск или соединений сил флота, вооружённых сил государства при отступлении в период боевых действий.
А́рмия прикры́тия (ист.) — армия и исторический термин обозначающий название составной части вооружённых сил государства, которая предназначалась, до середины XX века, для прикрытия его границ от внезапного вторжения противника на суше, с моря и по воздуху, а также для создания временного запаса и других условий для обеспечения проведения мобилизации, сосредоточения и развёртывания главных сил ВС государства, в начальный период войны (военного конфликта).
Танковое сражение юго-западнее Витебска произошло 6—10 июля 1941 года между немецкими 2-й и 3-й танковыми группами 4-й танковой армии группы армий «Центр» и двумя советскими механизированными корпусами 20-й армии Западного фронта.
Эшелони́рование войск (эшело́н — фр. échelon) — рассредоточение или расчленение войсковых формирований на определённо необходимой дистанции в глубину (друг за другом) и уступами (вправо, влево) при передвижении, расположении на месте (или биваке), а также при наступлении (или атаке) на противника.
Синявинская операция, 10 — 26 сентября 1941 года (1-я Синявинская операция) — наступательная операция советских войск 54-й отдельной армии и «Невской оперативной группы» Ленинградского фронта против части сил 16-й немецкой армии группы армий «Север» с целью прорыва блокады Ленинграда.
Рейдовые действия (англ. raid, от древ.-англ. to rayer — стереть с лица земли) — один из способов военных (боевых) действий, применяемый войсками (силами) и партизанами в тылу противника.
Фланговое движение (также фланговый марш) — движение войск, производимое параллельно фронту расположения противника. Подобные движения предпринимаются, например, при обходах противника, при сосредоточении войск к известной точке стратегического фронта, при перемене пути действий. Фланговые движения затруднительны и опасны. Затруднения происходят оттого, что войскам приходится во время марша прикрывать движение тыловых частей. все время находясь между ними и противником, что снижает скорость движения...
Манёвренная война — война, в которой отсутствует стабильная линия фронта, а доминирующую роль играют широкомасштабные манёвренные действия в условиях быстро меняющейся оперативной обстановки на суше, на земле, в воде и в космосе.
Вертикальный охват или охват с воздуха (англ. Vertical Envelopment) — военный термин иностранного происхождения, под которым понимается охват войск противника путём переброски по воздуху аэромобильных, воздушно-десантных или других частей в тыл или на фланги вражеских войсковых группировок.
Прибалтийская стратегическая оборонительная операция — принятое в советской историографии название для оборонительной операции РККА и ВМФ СССР, проведённой в ходе Великой Отечественной войны в Литве, Латвии, северо-западных районах РСФСР и Балтийском море c 22 июня по 9 июля 1941 года. В рамках стратегической операции проведены приграничное сражение в Литве и Латвии и контрудар на шяуляйском направлении. Непосредственно предшествовала Ленинградской стратегической оборонительной операции.
Вы́лазка — военный термин, под которым понимается неожиданное нападение защитников осаждённого укреплённого пункта (крепости) на осаждающих. Вылазка может быть выполнена как всем гарнизоном, так и частью его сил; даже при незначительном успехе она сильно повышает морально-психологическое состояние осаждённых.
Марш-манёвр — устаревший военный термин, под которым понимается передвижение крупных масс войск (войсковых соединений и объединений) в походном порядке с целью занятия выгодного положения, перегруппировки, наращивания сил или выхода из угрожающей ситуации.
Найти и уничтожить (англ. Search and destroy или англ. Seek and destroy) — наступательная стратегия, разработанная в середине 1960-х годов в начале Вьетнамской войны главнокомандующим американскими силами Уильямом Уэстморлендом.
Блицкриг (нем. Blitzkrieg, от Blitz — «молния» и Krieg — «война») — теория ведения скоротечной (молниеносной) войны, согласно которой победа достигается в короткие сроки, исчисляемые днями, неделями или месяцами, до того, как противник сумеет мобилизовать и развернуть свои основные военные силы. Создана в начале XX века Альфредом фон Шлиффеном.
Новгородско-Лужская наступательная операция (14 января — 15 февраля 1944 года) — операция советских войск Волховского фронта против части сил 18-й немецкой армии, осаждавшей Ленинград, с задачами разгромить группировку противника в районе Новгорода, освободить Октябрьскую железную дорогу и окружить, совместно с войсками Ленинградского фронта, основные силы 18-й армии в районе Луги.
Аванга́рд (фр. avant-garde, дословно: «avant» — впереди; «garde» — стража) — передовое (головное) временное формирование в вооружённых силах (армии и на флоте), которое выдвигается вперёд по движению войска или флота, с целью выполнения функций походного охранения.
Артиллерийское наступление — боевые действия артиллерии в наступательной операции с целью надёжного подавления обороны противника и непрерывной поддержки стрелковых войск (пехоты) и танков массированным артиллерийским огнём.
Львовско-Черновицкая стратегическая оборонительная операция — принятое в советской историографии название для оборонительной операции РККА и ВМФ СССР, проведённой в ходе Великой Отечественной войны на Западной Украине, Северной Буковине, Молдавии и Чёрном море c 22 июня по 6 июля 1941 года. Непосредственно предшествовала Киевской стратегической оборонительной операции.
Синявинские высоты — возвышенность до 50 м над уровнем моря в Южном Приладожье южнее современного поселка Синявино, опорный пункт обороны германских войск. В районе высот в 1941—1944 годах велись жесточайшие бои во время битвы за Ленинград. Владение высотами позволяло контролировать обширную территорию шлиссельбургско-синявинского выступа от Ладожского озера на севере до реки Мга на юге, являвшуюся оптимальным местом для прорыва блокады, так как расстояние между Ленинградским и Волховским фронтами...
Огонь на подавление — тактический прием современного общевойскового боя, который заключается в огневом воздействии на противника таким образом, чтобы кратковременно лишить его боеспособности, затруднить видимость поля боя и дезорганизовать координацию и управлениe. Применяется для развития атакующего манёвра или перемещения.
Танки непосредственной поддержки пехоты или танки НПП — вышедший из употребления военный термин, обозначающий танковые части, приданные для усиления пехоте и предназначенные для осуществления совместно с нею прорыва оборонительных линий противника.

Упоминания в литературе (продолжение)

Обеспечение Орловской операции с юго-запада возлагалось на войска правого крыла ЦФ, которые 15 июля должны были перейти в наступление на Кромы. Несмотря на то что в полосе ЦФ не прекращались бои, войска правого крыла фронта, согласно указанию Верховного главнокомандования, усиленно готовились к переходу в контрнаступление, имея своей ближайшей задачей уничтожить вклинившегося в оборону противника и восстановить свое прежнее положение, а в дальнейшем развивать наступление на северо-запад, в общем направлении на Кромы. 12 июля командующий ЦФ поставил перед войсками задачу перейти в наступление 15 июля, так что на подготовку операции предоставлялось 3 дня. Части производили перегруппировку сил, сосредоточивалась артиллерия, танки, пополнялись боеприпасы, усилила свои действия бомбардировочная авиация. Для перехода в наступление выделялись 48, 13, 70, 2-я танковая и 16-я воздушная армии. Командующий фронтом поставил им общую задачу уничтожить ударную группировку противника в районе Нижнее Тагино – Пробуждение – Поныри – Протасово – Гремячево, чтобы к исходу 17 июля главными силами выйти на рубеж Нагорный – Шамшин – Новополево – Каменка – Лебедиха – Морозиха – Катомки. В дальнейшем предполагалось развивать удар на север в общем направлении на Орел, войдя во взаимодействие с войсками Западного и Брянского фронтов.
Силы корпуса в ночь с 28 на 29 переходят в контрнаступление. Основной удар был нацелен на с. Пятница. Оттуда вел наступление немецкий танковый батальон, имеющий 30 танков. Немцев в Пятница окружили, но они стойко оборонялись. Потом все-таки вырвались из окружения и начали отступать в направлении Венев. 5 и 9 кавдивизии стали упорно преследовать противника, не давая ему остановиться и организовать оборону. Не вступая в бой за крупные населенные пункты, которые просто окружались, основные силы преследовали врага. Сказывались потери и в личном составе и технике. Много техники выбывало из строя из-за неисправностей. 9 декабря был освобожден г. Венев. В боях за этот город противник потерял до 2000 человек. А уже на следующий день у врага отбили большой город Сталиногорск, ныне Новомосковск. За время боев было захвачено до 2000 автомашин, 100 мотоциклов, 50 танков, 40 орудий и много другого военного имущества.
Эффективному использованию артиллерии в операции «Искра» придавалось особое значение. Во взаимодействии с авиацией она должна была разрушить оборонительные сооружения противника, подавить его опорные пункты и узлы сопротивления, подготовить атаку пехоты и танков, обеспечить быстрый прорыв глубоко эшелонированной вражеской обороны. С этой целью как на Ленинградском, так и на Волховском фронтах были созданы крупные артиллерийские группировки. В полосе наступления 67-й армии было сосредоточено 1873 орудия и миномета калибра 76 мм и крупнее. На километр фронта наступления приходилось в среднем 144 орудия, или в 2 раза больше, чем при контрнаступлении под Сталинградом. В полосе прорыва войска 67-й армии имели более чем четырехкратное превосходство над артиллерией противника[549].
По мнению специалистов Генерального штаба, «в оперативном искусстве советских войск причудливо переплетались два основных вида боевых действий – наступление и оборона. Так как советскому командованию не удалось осуществить единого контрнаступления, боевые действия по выполнению директивы № 3 вылились в разрозненные контрудары фронтов и армий. При этом наступательные действия дивизий первого эшелона армий прикрытия ограничились в основном встречными боями с вторгшимися частями противника. Контратаки же проводились в рамках оборонительных боев и имели целью удержание занимаемой полосы. В отличие от этих дивизий соединения, составляющие вторые эшелоны (резервы) армий и фронтов, почти все без исключения проводили контрудары или участвовали в них.
Практически одновременно, 1 сентября, началось немецкое контрнаступление с танками 22-й тд, под его удар попал левый фланг 14-й гв. сд и 5-й гв. кд. Этот удар оказался более результативным: в районе Калмыковского был сбит с позиций полк 14-й гв. сд и окружены два эскадрона 5-й гв. кд. Причем положение не было восстановлено. Этот частный успех стоил немецкой 79-й пд около 200 человек убитыми и ранеными. Обвинения Мессе немцев в недостаточной поддержке итальянского контрудара совершенно безосновательны. Более того, именно немцы были готовы развивать контрудар на следующий день, 2 сентября. Этот план был нарушен неожиданной атакой 96-й сд, которая в 11.00 после сильной артподготовки штурмом овладела Бобровским и попыталась развить успех дальше на юг. В ЖБД 6-й армии на этот счет имеется запись: «Атака около 14.00 остановлена с большими собственными потерями». Танки 22-й тд были развернуты для парирования возникшего кризиса. В целом контрудар немцев и итальянцев лишь незначительно поколебал позиции 63-й армии на занятом плацдарме.
Следует отметить, что такое большое количество артиллерийских наблюдательных пунктов в обороне вызывалось не столько интересами последней, сколько наличием необычно крупной артиллерийской группировки, которая создавалась с расчетом не только остановить наступление противника, но и поддержать контрудары и контрнаступление наших войск без больших перегруппировок, поскольку последние отнимали много времени, тогда как успех операции и боя зависел в большой степени от темпов наступления. Образно выражаясь, артиллерия была «огневым щитом и мечом» Воронежского фронта в битве на Курской дуге.
– Нам, товарищ командующий, остается только доложить в Москву о сложившейся обстановке и настоятельно просить об изменении задачи. Мы сейчас можем только упорными боями сдерживать продвижение противника, а тем временем организовать силами стрелковых и механизированных корпусов, составляющих наш второй эшелон, прочную оборону в глубине полосы действий фронта на линии прежних Коростенского, Новоград-Волынского, Шепетовского, Староконстантиновского и Проскуровского укрепленных районов. Остановив противника на этом рубеже, мы получим время на подготовку общего контрнаступления. Войска прикрытия после отхода за линию укрепленных районов мы используем после как резерв. Именно такое единственно разумное решение я вижу в создавшейся обстановке.
Сам Манштейн в своих мемуарах оговаривает[363], что упреждающий удар на Курском оперативном участке был выгоден до тех пор, пока советские войска в этом районе оставались ослабленными в результате немецкого контрнаступления в феврале – марте 1943 года, а их механизированные и танковые соединения из оперативных резервов перед северным флангом группы армий «Юг» и южным флангом группы армий «Центр» еще не закончили пополнение личным составом и техникой. Успешность немецких действий зависела от возможности разгромить эти соединения. Кроме того, риск при осуществлении операции «Цитадель» для немецких войск увеличивался пропорционально времени, которое противник использовал для своего усиления, поскольку он не только мог пополнить свои части и усилить оборону Курского выступа, но и подготовить удары на других участках фронта, связанных с районом немецкой операции, прежде всего против южного фланга группы армий «Юг», а также против Орловского выступа.
1. Ведение оборонительно-наступательных действий, что означало предоставить советским войскам возможность наступать первыми, а затем перейти в контрнаступление. Такое решение предлагали начальник Генерального штаба сухопутных войск генерал Курт Цейтцлер, начальник Оперативного управления Генерального штаба сухопутных войск генерал Адольф Хойзингер, командующие группами армий «Центр» и «Юг» фельдмаршалы Ганс Клюге и Эрих Манштейн. Эти военачальники подчеркивали, что дело состоит не в том, чтобы удерживать территорию, а в том, чтобы разбить Красную армию, придерживаясь оборонительно-наступательной тактики. Они полагали, что, вероятнее всего, учитывая существующее соотношение сил между воюющими сторонами, к успеху приведут именно такие действия. После периода гибкой обороны, как только советские войска безвозвратно втянутся в наступление, контрудар застигнет их во время движения. Благодаря лучшему качеству немецкого командования и солдат (что нашло новое подтверждение в сражении под Харьковом) подобные действия скорее позволят нейтрализовать советское численное превосходство, в то время как удержание слишком протяженного фронта при одновременном наступлении с целью прорыва полосы вражеских укреплений и выхода армий на оперативный простор малоперспективно.
В начале наступления три армии левого крыла тотчас перебрасывались в Бельгию на линию Намюр – Лувен – Антверпен, чтобы здесь задержать ожидаемый удар немцев и отбросить их двусторонним охватывающим контрнаступлением. Примыкающая с юга 9-я армия должна была выдвинуться к Маасу на участке Седан – Намюр. Здесь, учитывая серьезное естественное препятствие – текущую в глубокой долине реку, – можно было использовать относительно слабую армию – среди ее семи пехотных дивизий только две были кадровыми, да и противотанкового оружия в ней было недостаточно, поскольку французы, как и немцы первоначально, считали Арденны практически непроходимыми для крупных танковых формирований. Кроме того, развертывание на Маасе шло очень медленно. Вот эта армия и встретила на северном фланге в районе Динана атаку XV танкового корпуса, а на юге – на стыке со 2-й армией, левый фланг которой состоял только из дивизий треть ей волны, – мощный удар танковой группы Клейста. Противостоять столь сильному двойному натиску французская армия была не в состоянии. Поэтому передовые немецкие танковые соединения уже 13 мая смогли форсировать Маас в районе Ивуара и Живе, а также вблизи Монтерме, на следующий день расширить захваченные плацдармы и 15 мая прорваться до Монкорне – в 70 километрах к западу от Седана. Тем самым был достигнут желаемый оперативный прорыв прямо через французский фронт, и началось победное шествие группы Клейста к побережью Канала (пролива).
«Противник продолжает контрнаступление, поддержанное сильным артиллерийским огнем, танками и авиацией. Удары против 17-й, 6-й и 1-й танковой армии либо отбиты, либо локализованы. В районе Харьков – Орел линия фронта удерживается. Северо-западнее Орла противнику, контратакующему превосходящими силами, удалось в нескольких местах добиться успеха. В связи с ожесточенными контрударами противника дальнейшее осуществление операции «Цитадель» представляется невозможным. Наступление глохнет...»
Оценка действий Красной Армии была в целом верной. Сталин переоценил успех контрнаступления под Москвой и степень поражения вермахта. Он попытался развернуть стратегическое наступление по всему фронту, но лишь истощил людские и материальные ресурсы, не нанеся немцам сколько-нибудь существенных потерь и добившись лишь незначительного выигрыша территории. При этом советские плацдармы, хотя и создавали угрозу германской обороне, сами оказывались весьма уязвимы для фланговых ударов противника.
Советские войска измотали противника непрерывными контратаками, засадами и встречными боями. В результате зимнего контрнаступления под Москвой было освобождено одиннадцать тысяч населенных пунктов, в том числе и несколько городов. Части и подразделения группы армий «Центр» понесли поражение и были более неспособны наступать. Однако рассматривать события зимнего контрнаступления под Москвой как стратегический успех было чересчур самонадеянно. Никакого разгрома гитлеровских войск не произошло.
– Но мы сейчас не готовы к этому, Николай Николаевич, – с еле скрываемым волнением сказал Пуркаев. – Нам пока приходится думать об обороне, а не о наступлении. – И начштаба изложил имеющиеся в штабе сведения об огромных силах противника, наступающих на нескольких направлениях. – К тому же следует учесть, – продолжал он, – что враг сегодня ввел в сражение лишь первый эшелон своих сил и в последующие дни, безусловно, будет – и значительно быстрее, чем мы, – наращивать силы… Нам, товарищ командующий, – заключил Пуркаев, – остается только доложить в Москву о сложившейся обстановке и настоятельно просить об изменении задачи. Мы сейчас можем только упорными боями сдерживать продвижение противника, а тем временем организовать силами стрелковых и механизированных корпусов, составляющих наш второй эшелон, прочную оборону в глубине полосы действий фронта. Остановив противника на этом рубеже, мы получим время на подготовку общего контрнаступления… Именно такое, единственно разумное, решение я вижу в создавшейся обстановке.
В эти же дни Советское Информбюро сообщило: «…Войска нашего Западного фронта, измотав противника в предшествующих боях, перешли в контрнаступление против его ударных фланговых группировок. В результате начатого наступления обе эти группировки разбиты и спешно отходят, бросая технику, вооружение и неся огромные потери».
Подтянуть связь и обеспечить питание и снабжение войск на захваченных позициях через «лунный пейзаж», который образовывался после интенсивного артиллерийского обстрела, было практически невозможно. Слабость связи объясняла и несогласованность действий пехоты и артиллерии. Уже в первый день наступления были случаи, когда русская пехота попадала под огонь собственных орудий. По причине поднявшегося в результате оттепели тумана авиация не могла помочь скорректировать огонь. Но даже при хорошей погоде русские самолеты не могли обеспечить корректировку, далеко не на всех машинах стояли радиопередатчики. В группе генерала Балуева, например, где наступающий 36-й армейский корпус попал под собственный огонь, был только один такой самолет73. Все это обеспечивало благоприятные условия для немецкого контрнаступления. Группы прорыва, вовремя не подкрепленные резервами, несли потери и откатывались на исходные позиции74.
В весенних боях 1918 г. англо-французские войска несли гораздо большие потери, чем их противник. Стратегическая инициатива вновь перешла к Германии. Однако летом ситуация стала меняться. На фронт прибывали американские части – до 250 тысяч человек в месяц. В июне сорвалось наступление Австро-Венгрии против Италии. В такой ситуации германское командование решило предпринять последнюю попытку нанести Антанте решающее поражение и вынудить ее к миру. «Сражение за мир», широко разрекламированное официальной немецкой пропагандой, началось 15 июля 1918 г. на Марне. В преддверии наступления германскому командованию уже не удалось обеспечить ни численного перевеса, ни тактической внезапности операции. Измотав противника в ожесточенных боях, войска Антанты сами перешли в контрнаступление. Германская армия начала откатываться на прежние оборонительные позиции. Ее моральный дух был подорван.
Делегаты связи не были спутником только неудачных операций. Они достаточно широко использовались для передачи приказов в несомненно успешных для Красной Армии сражениях и операциях. В качестве примера можно привести эпизод, относящийся к периоду советского контрнаступления под Сталинградом. К югу от города по степи наступали механизированные корпуса ударной группировки Сталинградского фронта. Ночью 22 ноября 4-й мехкорпус получил приказ заместителя командующего Сталинградским фронтом М.М. Попова к исходу дня захватить Советский и выдвинуть передовой отряд на Карповку. Корпус к тому моменту двигался вперед в прямом смысле этого слова вслепую. Никаких данных о противнике на направлении наступления ни от штаба 51-й армии, ни от штаба Сталинградского фронта не поступало. Заявки на воздушную разведку выполнены не были – из-за плохой погоды авиация фактически бездействовала. Корпус мог лишь светить себе «ближним светом» – посылая по всем направлениям разведотряды на мотоциклах и бронеавтомобилях БА-64. Была также установлена связь с соседом справа – 13-м мехкорпусом. Обстановку это прояснило в незначительной степени: были получены расплывчатые сведения об участке фронта справа от полосы наступления. Слева соседей просто не было, одна казавшаяся бескрайней степь. В такой обстановке контрудар мог последовать с любого направления. Густой «туман войны» висел над полем сражения. Оставалось принять все меры предосторожности и уповать на свою счастливую звезду. Вольский выдвинул на фланги сильное боковое охранение и вывел в резерв 60-ю механизированную бригаду.
После того как соотношение сил решительно изменилось в пользу русских, а войска заняли исходные районы, Ставка назначила общее контрнаступление 2 й, 4 й, 5 й и 9 й армий на 5 – 6 октября. При этом ударная группировка русских была сосредоточена на правом фланге общего фронта наступления, во 2 й армии. В свою очередь, неприятель вовремя понял грозившую ему опасность и мгновенно приступил к организации отступления. Быстрый отход противника для новой перегруппировки при только-только обозначившемся наступлении русских так и не был раскрыт русской Ставкой.
А в центре расположения 5-й армии развернутые в полукольцо 19-й и 5-й корпуса два дня отбивали непрерывные удары семи дивизий противника, наступающих с трех сторон. 19-й корпус Горбатовского продолжал творить чудеса. Например, 29 августа он был атакован тремя корпусами противника, отбил штурм, к вечеру перешел в контрнаступление, создав локальное превосходство в силах, захватил трофеи и пленных.
Форсирование Днепра группой армий «Центр» и глубокий прорыв на Смоленском направлении явились логичным продолжением выдающихся побед немецких войск в приграничных сражениях и их стремительного наступления к берегам Западной Двины и Днепра. С точки зрения фон Бока, та относительная легкость, с которой 7-я и 18-я танковые дивизии разгромили советские 5-й и 7-й механизированные корпуса в районе Лепеля и Сенно, выглядела не менее обнадеживающей, поскольку это сражение едва ли задержало наступление бронированных кулаков Гота и Гудериана. Однако эти победы ни в коем случае не компенсировали шок, возникший в штабе группы, а может быть, даже и в самом Берлине, по поводу появления пяти свежих советских армий на оборонительных рубежах на восточных берегах Западной Двины и Днепра. Согласно предпосылкам плана «Барбаросса», этого не должно было случиться. Кроме того, когда это все-таки случилось, то стало ясно, что для выполнения всех задач плана «Барбаросса» потребуется намного больше яростных сражений. Хуже того, столь агрессивная реакция армий Тимошенко в ответ на форсирование немецкими войсками этих водных рубежей также стала неожиданностью для немецкого командования. Каким бы неуклюжим и неэффективным ни оказалось «контрнаступление» Тимошенко, оно все же произвело впечатление и на немецкое командование, и на солдат. Однако на данном этапе, на что указывает последующая легкость наступлений Гота и Гудериана в район Смоленска, большинство в вермахте все еще рассматривали бои к западу и к востоку от Днепра просто как малоприятные «выбоины» на победном пути к Москве.
Но именно 15 (27) августа – 20 августа (1 сентября) было самым благоприятным временем организации флангового удара по изможденным войскам Сулеймана-паши. И 22 августа (3 сентября) вполне могло бы стать не днем выбивания 6 батальонов Рифата-паши из Ловчи, а днем начала контрнаступления русской армии на южном фронте. На залечивающие раны войска Сулеймана-паши обрушились бы как минимум 22 тысячи свежих русских солдат, тех самых, которые в текущей реальности были сконцентрированы для атаки Ловчи. И это не считая отряда на Шипке, где для противодействия фланговому охвату Радецкий вынужден был держать в резерве до 14 батальонов. Превосходство же над турками в коннице и артиллерии было подавляющим.
Поздно вечером 26 июня прямо с аэродрома Георгий Константинович направился в Кремль. В кабинете Сталина находились члены Политбюро. Для того чтобы оценить обстановку, Жуков попросил сорок минут на совещание с Тимошенко и Ватутиным. Последние данные Генштаба сводились к следующему. 23–25 июня Северо-Западный и Западный фронты предприняли попытки контрнаступления, но Западному фронту удалось лишь на некоторое время задержать наступление противника на гродненском направлении, а контрудар Северо-Западного фронта по флангу 4-й танковой группы противника из района северо-западнее Каунаса закончился полной неудачей. В результате соединения противника, наступавшие на Даугавпилс и Минск, к исходу 25 июня продвинулись соответственно на 125 и 250 км. На брестско-барановичском направлении войска 4-й армии оказывали беспорядочное сопротивление 2-й танковой группе и 4-й полевой армии противника, которым удалось продвинуться в глубь страны на 200 км. Создалась реальная угроза выхода врага к р. Западная Двина и Минску. В тяжелом положении оказались 3 и 10-я армии Западного фронта, фланги которых были глубоко охвачены противником. Для их выхода на Минск остался лишь узкий коридор шириной до 60 км между городами Скидаль и Волковыск. 25 июня генералу армии Д. Г. Павлову было приказано отвести эти армии на рубеж Лида, Слоним, Пинск. В тот же день по предложению Генштаба Ставка приняла решение о создании в Брянске Группы армий резерва Главного Командования в составе 19, 20, 21 и 22-й армий под командованием Маршала Советского Союза С. М. Буденного. На эту группу возлагалась задача по подготовке оборонительного рубежа главной полосы по линии Сущево, Невель, Витебск, Могилев, Жлобин, Гомель, Чернигов, р. Десна, р. Днепр до Кременчуга, а также быть готовой по особому указанию Главного Командования к переходу в контрнаступление{116}.
23 января неприятель перешел в наступление на Карпатском фронте, имевшее ближайшей целью освобождение Перемышля. Наступление вышло далеко не дружным, так как активность русских вызывала необходимость вводить в бой прибывающие войска по частям, а слабые венгерские железные дороги затягивали перевозку. Пфланцер-Балтину удалось вторгнуться в Буковину и удержаться в ней, хотя он был сильно потеснен сосредоточенной против него 9‑й русской армией. 2‑я, 3‑я и южногерманская армии имели умеренные успехи, но с 10 марта были энергично отброшены русским контрнаступлением; выручка Перемышля не удалась, и 22 марта крепость пала. Главнокомандующий юго-западным фронтом продолжал в марте и апреле наступление в Карпатах; значительная опасность грозила 2‑й австрийской армии, но усиление ее дивизиями с левого берега Вислы, а главное, германским «Бескидским» корпусом, остановило здесь успех русских. Верховное русское командование не имело достаточной решимости пресечь это наступление, хорошо влиявшее на ход переговоров с Италией, но истощавшее наши силы и запасы и самым успехом своим дававшее последний козырь той группе наших врагов, которая настаивала на переносе центра тяжести германских действий на восток. Эта карпатская авантюра заставляла постепенно обнажать от войск линию реки Дунайца, прикрывавшую Карпатскую операцию с правого фланга: вместо двух армий здесь остались только 2 корпуса, составленные преимущественно из ополченских частей.
Кайзеровское командование отдало своим дивизиям приказ ускорить удар в направлении Каменская, Лихая. Между тем бойцы 5-й армии во главе с тов. Ворошиловым продолжали свое движение на запад от станицы Гундоровская. Белое казачество уходило поголовно, и с каждым новым километром продвижения красных войск становилось яснее, что враг, собрав силы с помощью германских интервентов, вот-вот перейдет в контрнаступление от Гундоровская. Тов. Ворошилов внушил командирам отрядов, что необходимо быть начеку и не зарываться. Глубокое наступление в сторону Луганска командование 5-й армии считало нецелесообразным и несвоевременным, так как основная задача заключалась в создании временного заслона в сторону Гундоровской только для того, чтобы быстро и благополучно пропустить из Миллерова через Каменскую все эшелоны 5-й армии. На левом фланге уступом вперед выступал отряд тов. Латышева. Он уже миновал станицу Гундоровская.
Достигнув некоторого успеха, советское контрнаступление застопорилось. Однако к полю сражения подходили свежие силы. В контрударе 27 июля принимали участие 158-я танковая бригада и части 131-й стрелковой дивизии. Основная масса пехоты последней подтягивалась, артиллерия дивизии лишь частично заняла огневые позиции, а абсолютное большинство ее находилось на марше и на переправах. К тому моменту все танки 158-й танковой бригады переправились на западный берег Дона. Бригада перешла в наступление, не имея достаточного количества пехоты, не имея поддержки артиллерии, при отсутствии поддержки с воздуха. Атака была остановлена на рубеже высот 169,8, 174,9 к северу от «10 лет Октября», бригада потеряла 20 КВ сожженными и 5 КВ подбитыми, т. е. почти все свои танки.
Если ранее Толбухин предпочитал использовать танковые части и соединения для «армирования» обороны, то с началом немецкого наступления на Замоль он решил нанести контрудар. Смена стратегии произошла не сразу. Первым приказом командующего фронтом в адрес 1-го гв. мехкорпуса предусматривалось выдвижение 1-й гв. мехбригады на направление немецкого наступления во второй эшелон обороняющихся стрелковых частей. Этот приказ был отдан в 20.00 7 января. Следующим утром, в 10.00 8 января, Толбухин меняет свое решение и перенацеливает 1-ю гв. механизированную и 9-ю гв. танковую бригады на контрудар во фланг ударной группировки противника. Уже к 16.00 8 января бригады должны были быть готовы перейти в наступление. Однако к назначенному сроку сосредоточение еще не было завершено, и Руссиянов обращается к комфронтом с просьбой перенести начало контрнаступления на следующий день. Толбухин не стал настаивать, и контрудар было решено нанести утром 9 января. Если бы с самого начала контрудар был назначен на это время, части корпуса Руссиянова могли бы выйти в назначенный район ночью. Выдвижение днем 8 января было замечено противником, и контрудар утратил момент внезапности.
Нарушение снабжения, отсутствие связи, слабое взаимодействие между окруженными дивизиями и полками, изнурительные марши днем и ночью – все это негативно сказалось на состоянии войск, снизив уровень их боеспособности. Но, в отличие от соединений, оказавшихся в котле под Вязьмой, окруженные войска Южного фронта действовали более организованно и энергично, что позволило сравнительно быстро восстановить боеспособность 9-й и 18-й армий, вывести разбитые дивизии в тыл на переформирование и в течение месяца создать из них 37-ю армию. В ноябре возрожденная армия сыграла значительную роль в успешном советском контрнаступлении под Ростовом-на-Дону.
Несмотря на все бодрые заверения штабных, оно было плохим. Еще не критическим, но уже плохим. Мы существовали только из-за того, что это позволял противник. Наши удары на Жодино, Червень, Осиповичи, Клецк, Несвиж и Тимковичи провалились. Это несмотря на то, что туда были направлены наиболее подготовленные и боеготовые части десантников и танки. Немцы не перешли в контрнаступление лишь потому, что для этого у них пока не хватает сил. Они все наличные силы поставили на охрану коммуникаций ГА «Центр». Для этого же они используют и прибывающие подразделения своих союзников – венгров, словаков, румын. Можно не сомневаться, что, как только будут собраны необходимые силы, немецкое командование примет меры к расчленению нашей группировки с последующим ее уничтожением. Пока у немецкого командования связаны руки на фронте, пока мы не обрежем еще одну линию снабжения ГА «Центр», наша группировка может еще на что-то надеяться, а вот дальше…
Однако советская разведка предоставила точную информацию о районах и планах атаки. Немецким силам советское командование противопоставило более чем 1 млн 330 тыс. солдат, 3444 танков и 19 тыс. артиллерийских орудий. Советский план включал создание глубоко эшелонированной обороны с сотнями тысяч мин, которая измотала бы войска неприятеля, после чего планировалось перейти в контрнаступление.
Тот факт, что Мольтке почти удвоил по сравнению с набросками Шлиффена силы левого фланга, говорит, что фланг этот, с одной стороны, был излишне силен для пассивной и сковывающей противника обороны, как это понимал Шлиффен, с другой – он не обладал необходимым превосходством сил для подавляющего контрнаступления. Но когда развилась французская атака в Лотарингии и Мольтке понял, что французы оставляют позади себя свой укрепленный барьер – ряд крепостей, он сейчас же попытался приостановить наступление правого крыла и начал искать решения в Лотарингии. Этот импульс заставил его перебросить сюда шесть только что сформированных дивизий эрзац-резерва, которые должны были быть использованы для усиления мощи правого фланга.
Наши войска – силами Сталинградского (справа) и Юго-Восточного (слева, куда входил и Сталинград) фронтов – обязаны были прочной обороной и контрударами измотать противника, не допустить захвата города и продолжать удерживать плацдарм на правом берегу Дона, нависая над группировкой противника с севера. Дальше – подготовить и провести контрнаступление, что особенно важно: не контрудар, а контрнаступление!
Но если напряжение, испытываемое немцами, было для них внове и весьма тяжелым, для русских оно было критическим. Резерв Главного командования буквально растаял, оставив только 21 дивизию – все сформированные в спешке, с большим некомплектом кадровых офицеров и сержантов. Эти части получили оснащение из складов в Московской области в начале июля и были сосредоточены под Вязьмой и Брянском для дальнейшей подготовки. У них не хватало боеприпасов и артиллерии. Все они были на конной тяге (кроме 160-мм орудий, которые перевозили с помощью тракторов). Этот недостаток подвижности усиливался нехваткой танков. Имелось только две танковые части, 104-я и 105-я, и одна 204-я моторизованная дивизия. Более того, из них только 105-я бригада, под Вязьмой, имела некоторую часть танков Т-34[46]. Эта нехватка подвижности, скорее всего, является наиболее вероятным объяснением задержки с вводом в бой этих резервов. Первоначальный план – разработанное во всех деталях контрнаступление через Днепр, после того как немцы были там остановлены, – был изменен в связи с неудачей переправ у Копыся и Могилева. Затем Тимошенко надеялся нанести удар в основание германского выступа, вводя резервы у Старого Быхова и Пропойска и сходясь в южном направлении от Орши с очень сильными частями, которые группировались вдоль верхнего течения Днепра до Смоленска.
27 июля командующий 9-й армией решил попытаться восстановить фронт по Днестру, ликвидировать захваченный врагом плацдарм в районе Дубоссары – Григориополь концентрированным ударом 30-й стрелковой дивизии и частью сил 95-й и 150-й стрелковых дивизий, фронтовой авиацией. 95-й стрелковой дивизии предстояло нанести удар под основание вражеского клина – вдоль дороги на Григориополь, а затем уничтожить наведенные противником переправы и отрезать ему выход из перерытского мешка. Во всей полосе обороны 95-й стрелковой дивизии на Днестре остался один полк Сереброва. Утром 29 июля 241-й и 90-й полки начали наступать на Дубоссары. Советское контрнаступление длилось три дня, но не принесло желаемых результатов, а 30 июля враг перешел в наступление. Вслед за 72-й немецкой дивизией за Днестр выдвинулись свежие румынские части. Фашистские бомбардировщики, пользуясь своим превосходством в воздухе, подавляли огонь советских батарей…
Срочно подтянув к участку прорыва резервы, немцы остановили англичан, а 30 ноября начали контрнаступление. Танковый корпус был измотан, его машины сильно изношены. Во время атаки 21 ноября из имевшихся ранее 387 танков в бою принимали участие только 49, 23 ноября – 67. С 27 ноября танки оттягивались в район погрузки для отправки в тыл, и во время немецкой контратаки 1 декабря в бою принимали участие только 73 машины. Совместно с пехотой вели бой только отдельные взводы, в лучшем случае, отдельные роты танков. Причем эта пехота была совершенно неподготовлена к взаимодействию с ними. В итоге к 6 декабря немцы на всем 30-км фронте оттеснили англичан на 2–4 км, но не смогли окружить их и полностью вернуть утраченные позиции.
На четвертые сутки нашего ожидания, когда дождь перестал и на смену ему пришла теплая погода, а с нею и плотные, непроглядные туманы, Шкуро перешел в наступление. Ночью 19 октября его конные части выступили из района Бабяково, Новая Усмань и на рассвете под прикрытием тумана ворвались в село Хреновое и потеснили заслоны 6-й кавалерийской дивизии. Но этот успех белогвардейцев был очень кратковременным. Получив сведения о нападении белых на Хреновое, начальник дивизии Апанасенко развернул главные силы дивизии в боевой порядок и перешел в контрнаступление. Тем временем 4-я дивизия, поднятая по тревоге, спешно выступила в направлении села Новая Усмань на помощь 6-й дивизии. Удачным маневром Городовиков вывел свои части в тыл противника, связанного боем с 6-й дивизией, и нанес белогвардейцам внезапный удар. Сильный туман не позволял ни нам, ни противнику применять пулеметы и артиллерию, поэтому бой с первых же минут принял характер ожесточенной сабельной рубки. Зажатые с фронта и тыла, белые не выдержали натиска наших частей и, оставив село Хреновое, в панике побежали в направлении Воронежа, бросая застрявшую в грязи артиллерию, пулеметы, санитарные линейки. Однако лошади противника, изнуренные ночным маршем по тяжелой дороге, уже не могли соперничать в резвости с лошадьми наших бойцов. Путь отступления белоказаков был устлан их трупами.
Это новое наступление – третья попытка немецкого командования овладеть Тулой. Первая попытка, как уже сообщалось в «Красной Звезде», была предпринята 29 октября. Тогда немцы атаковали в лоб с юга, с Орловского шоссе. Части командира Ермакова отстояли Тулу. Противник, понеся большие потери, был вынужден перейти к обороне. 6 ноября немцы повели наступление в обход Тулы с северо-запада. 5 дней наши войска сдерживали нажим противника, затем перешли в контрнаступление и потеснили его, отбив ряд населенных пунктов.
Сталин и Василевский, обсудив представленный план, решили привлечь к контрнаступлению также войска Калининского и Юго-Западного фронтов. От Калининского фронта требовалось нанести удар в направлении Микулино, Городище и Тургиново, выйти на тылы клинской группировки противника и оказать содействие войскам Западного фронта в ее уничтожении[69]. Юго-Западный фронт получил задачу разгромить противника в районе Ельца и оказать содействие войскам левого крыла Западного фронта. Подготовка к контрнаступлению велась с соблюдением мер оперативной маскировки. В результате Гитлер и высшее руководство вермахта по-прежнему были уверены в скором падении Москвы.
Характерной особенностью Венской операции являлась ее подготовка в ходе отражения контрнаступления противника в районе озера Балатон. В подготовительный период и в ходе операции проводились крупные внутрифронтовые и межфронтовые перегруппировки войск. Другой особенностью являлось тесное взаимодействие с Дунайской военной флотилией. Ее бронекатера высаживали десанты в тылу противника, поддерживали огнем наступающие вдоль реки войска, морская пехота захватывала мосты и прибрежные населенные пункты. Силами флотилии за трое суток с правого берега Дуная на левый была переброшена со всей боевой техникой и вооружением в полном составе 46-я армия (около 46 тыс. человек, 138 танков и САУ, 743 орудия и миномета, 542 автомашины, 1032 тонны боеприпасов и многое другое).
Французский план контрнаступления был сформулирован всего за несколько дней и в целом был составлен после наступления британцев на Камбре в минувшем ноябре. К счастью, последнее наступление между Шато-Тьерри и Реймсом 15–17 июля было остановлено и не было необходимости перебрасывать сюда какие-либо силы, сконцентрированные к юго-западу от Суасона. Цель наступления французов – перерезать шоссе Суасон – Шато-Тьерри для того, чтобы перекрыть снабжение немцев на выступе Марны. Атака была назначена на раннее утро 18 июля, основная ее тяжесть ложилась на 10-ю французскую армию, занимавшую позиции между реками Эна и Урк. На следующий день 6-я французская армия должна была нанести отвлекающий удар южнее между Урком и Марной, а 5-я французская армия – восточнее, между Марной и Реймсом, чтобы не дать немцам возможность перебросить резервы. Затем должно было начаться наступление на одном из других участков.
Общеизвестен факт: гитлеровская разведка в районе Сталинграда оказалась неспособной добыть необходимую информацию о замыслах командования Красной Армии, о сосредоточении войск Сталинградским и Юго-Восточным фронтами для решающего контрудара. Всего за несколько дней до перехода Красной Армии в контрнаступление начальник генерального штаба сухопутных сил вермахта доложил Гитлеру, что для развертывания широких операций противник не располагает достаточным количеством сил и средств [69]. Ложный вывод генерала Цейтлера, сделанный на основе информации его агентуры из района Сталинграда, явился одной из важных причин поражения немцев на Волге.
От генерала Май-Маевского с тех пор тревожных сведений не поступало, 4 мая противник на всем донецком фронте перешел вновь в общее наступление, которое было отражено с большим для него уроном, и Добровольческая армия, перейдя в контрнаступление, в течение нескольких дней овладела вновь всем юзовским районом и Мариуполем, захватывая тысячи пленных, бронепоезда и орудия.
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я