В этом случае для того, чтобы поднять до черты бедности среднестатистического бедного жителя страны с доходом менее 2 долл. в день, государству потребовалось бы выплатить ему около 323 долл. в год.
Выдержки из русской классики со словосочетанием «черта бедности»
— «Интеллигенция любит только справедливое распределение богатства, но не самое богатство, скорее она даже ненавидит и боится его». Боится? Ну, это ерундоподобно. Не очень боится в наши дни. «В душе ее любовь к бедным обращается в любовь к бедности». Мм — не замечал. Нет, это чепуховидно. Еще что? Тут много подчеркнуто, черт возьми! «До последних, революционных лет творческие, даровитые натуры в России как-то сторонились от революционной интеллигенции, не вынося ее высокомерия и деспотизма…»
На одном из губернаторских смотров ссыльным меня пригласил к себе один ксендз. Я застал у него несколько поляков. Один из них сидел молча, задумчиво куря маленькую трубку; тоска, тоска безвыходная видна была в каждой черте. Он был сутуловат, даже кривобок, лицо его принадлежало к тому неправильному польско-литовскому типу, который удивляет сначала и привязывает потом; такие черты были у величайшего из поляков — у Фаддея Костюшки. Одежда Цехановича свидетельствовала о страшной бедности.
Что такое революция? Это переворот и избавление. Но когда избавитель перевернуть — перевернул, избавить — избавил, а потом и сам так плотно уселся на ваш загорбок, что снова и еще хуже задыхаетесь вы в предсмертной тоске, то тогда черт с ним и с избавителем этим!
И не потому, что подагра считается болезнью богатых людей, а моя знакомая со всей своей семьёй у черты бедности лет десять уже находится.
В этом случае для того, чтобы поднять до черты бедности среднестатистического бедного жителя страны с доходом менее 2 долл. в день, государству потребовалось бы выплатить ему около 323 долл. в год.