Иногда он их раскладывал непосредственно перед архиереем, совершающим каждение, с мастерством и такой ловкостью, что орлец падал точно под ноги владыке.
Заказал себе столько ковриков с орлецами, сколько нужно было, чтобы они лежали на своих местах, чтобы не шмыгали у меня с ними под носом, подбрасывая их под ноги.
Нигде нет ни такого ярко-зелёного малахита, ни такого вишнево-розового орлеца, ни такого густого по тону зелёного нефрита, ни пёстрых, цветистых яшм.
Несмотря на свой возраст, отец диакон был виртуозом в раскладывании орлецов.
Иногда он их раскладывал непосредственно перед архиереем, совершающим каждение, с мастерством и такой ловкостью, что орлец падал точно под ноги владыке.