В эпоху феодализма инвеститурой называли ввод вассала во владение феодом и назначение епископов, получавших в управление церковные земли с их населением.
Но вскоре раздается громкий голос, говорящий, подобно Юлию Цезарю: «Чего боишься? ты меня везешь!» Этот Цезарь — бесконечный дух, живущий в груди человека; в ту минуту, как отчаяние готово вступить в права свои, он встрепенулся; дух найдется в этом мире: это его родина, та, к которой он стремился и звуками, и статуями, и песнопениями, по которой страдал, это Jenseits [потусторонний мир (нем.).], к которому он рвался из тесной груди; еще шаг — и мир начинает возвращаться, но он не чужой уже: наука дает на него инвеституру.
Образ водоплавающей птицы был в скифском мире устойчивым религиозным символом, а в сценах инвеституры он являлся символом богоданности царской власти.
В этом деле он преуспел настолько, что овладел всеми формами феодальных инвеститур.
В эпоху феодализма инвеститурой называли ввод вассала во владение феодом и назначение епископов, получавших в управление церковные земли с их населением.