Именно отсюда в значительной мере берёт начало средневековый аллегоризм, стремящийся с помощью определённых математических архетипов истолковать соотношение микрокосма и макрокосма.
Для портретов на надгробиях конца XVIII в. характерно чувство реальности, осязаемости изображаемого, вступающее в конфликт с аллегоризмом скульптурной композиции.
Солидарность с таким господством ведёт к смешению символа и аллегории, ибо если поиск духовного смысла является частью аллегоризма, то речь идёт совершенно о другом.
Именно отсюда в значительной мере берёт начало средневековый аллегоризм, стремящийся с помощью определённых математических архетипов истолковать соотношение микрокосма и макрокосма.
Для портретов на надгробиях конца XVIII в. характерно чувство реальности, осязаемости изображаемого, вступающее в конфликт с аллегоризмом скульптурной композиции.
Солидарность с таким господством ведёт к смешению символа и аллегории, ибо если поиск духовного смысла является частью аллегоризма, то речь идёт совершенно о другом.