Цитаты со словом «подглазье»

Был голод, но, привыкшие к умиранию, люди умирали молча. С каждым днём пухли всё больше и больше, недоуменно пробуя свои руки, ноги, подглазья, налившиеся голодной водой, и умирали, проделав перед смертью тысячу ненужных штук, ― ритуал умирания, бесплодно попрошайничали друг у друга, бесплодно осаждали исполкомы, здравотделы, собесы; собирали ягоды боярышника и шиповника, улиток, молодую траву; походя воровали, бесцельно таща всё, что попадало под руку; по ночам уводили и резали чужих лошадей, коров и коз; соблюдая ещё прежнее человеческое достоинство, выпрашивали у знакомых кошек «на одну только ночку, — пожалуйста, ― а то, знаете ли, мыши одолели» ― и жадно съедали их; ловили собак на улицах, нарочно раззадоривая их и заманивая в укромные углы; воровали по ночам трупы из часовни на кладбище; охотились за чужими детьми, но бывали случаи, что ели и собственных. Один татарин из деревни Аджилар, отец шестерых детей, бестрепетно резал младших ножом, как барашков, и кормил ими старших и жену, кормился и сам. Двое старших, подростки, годились уже для работы, а от маленьких какой толк? Расчётливый татарин этот продержался так недели три, но проходивший мимо отряд пристрелил людоеда и его жену, а подростков только избил до потери сознания и бросил.

Сердце не имеет морщин, на нем бывают только шрамы.

Сердце не имеет морщин.

Будемте остерегаться, чтобы старость не наложила больше морщин на нашу душу, чем на наше лицо.

Лучше краска на лице, чем пятно на сердце.

За бритого двух небритых дают.

Лицо — это то, что выросло вокруг носа.

Бог говорит с нами лицом к лицу только тогда, когда у нас у самих есть лицо.

Самый тонкий волос тоже бросает тень.

Хочу увидеть, как я выгляжу в зеркале, когда глаза мои закрыты.

У женщин есть только два оружия: тушь для ресниц и слезы. Но мы не можем их использовать одновременно.

К сожалению, умной и верной,Быть невозможно. Нельзя! Спермой,Ты измазана вся.Я могу без тебя жить!Я плевал в твои, чёрной тушью,Размазанные ресницы! — А как же социальное обеспечение?

Веселое выражение лица постепенно отражается и на внутреннем мире.

Костлявые руки, плоская грудь и вечно торчащая длинная шея.

Пусть детство смотрит вперед, старость — назад: не это ли обозначали два лица Януса?

Много мыслей, которые находили блестящими, побледнели при ярком свете печати.

И серость становится заметной, если уничтожить весь цвет.

Свойство старости — делать острее шипы и бледнее цветы жизни.

Сатира — своеобразное зеркало, в котором каждый, кто смотрит в него, видит любое лицо, кроме собственного.

Когда ты стоишь спиною к солнцу, то видишь только свою тень.

В 20 лет у вас лицо, которое дала вам природа; в 30 лет у вас лицо, которое вылепила вам жизнь; а в 50 у вас лицо, которого вы заслуживаете.

Ничто так быстро не старит человека, как постоянная мысль о том, что он стареет.

На нашем лучезарном небосклоне всегда сыщется темное пятно, и это — наша собственная тень.

Что невозможно скрыть, хотя бы припудри.

Для того чтобы явилось в свет какое-нибудь крупное зло, нужен один день, а чтобы стереть его с лица земли, потребуется несколько столетий.

 — Сознание, однажды расширенное полученным опытом, никогда не сузится до прежних размеров.

Это ведь слова выдают нас на милость безжалостных людей, находящихся рядом, они обнажают нас сильнее, чем все руки, которым мы позволяем шарить по нашей коже.

Пока толстый похудеет — тощий сдохнет.

Хирург режет, но кто затянет рану, свернёт кровь, оставит рубец? Кто оставляет рубец на Творении Божьем? Вы скажете: человек — и будете тысячу раз не правы. Человек наносит рану, а рубец — от Бога.

Жизнь сурова, одичание просто. Крышку гроба поднять иссохшей рукой, сидеть, задыхаться. Ни старости, ни опасностей: ужас — это не по-французски.

Смех — это солнце: оно прогоняет зиму с человеческого лица.

Порыв холодного ветра ударил мне в лицо, и передо мной засияло ясное небо, похожее на огромную глыбу ляпис-лазури с золотой пылью бесчисленных звёзд.

Женщина хорошеет на глазах, глядя на себя в зеркало.

Вот — стою — под прицелом Неподвижной мишенью.И рассыпались годы,Как из книги листочки…Под родным небосводомЖизнь по тонкой цепочкеДокатилась до точки.

Покроется небо пылинками звёзд, и выгнутся ветки упруго.

Велико число женщин, которые кажутся прекрасными в тени шатров и под покровом вуали. Но подними вуаль, и ты увидишь мать своей матери.

Последние уродливые содрогания молодости охватили моё поношенное существо.

Когда тень бледнеет и исчезает, угасающий свет становится тенью другого света. Так и ваша свобода, теряя оковы, сама становится оковами большей свободы.