Он быстро стал протирать глаза — мокрый песок и грязь были под его пальцами, а на его голову, плечи, щёки сыпались удары. Но удары — не боль, а что-то другое будили в нём, и, закрывая голову руками, он делал это скорее машинально, чем сознательно. Он слышал злые рыдания… Наконец, опрокинутый сильным ударим в грудь, он упал на спину. Его не били больше. Раздался
шорох кустов и замер…
Неточные совпадения
Шорох исходил из
кустов, находящихся по другую сторону солонцов, как раз против того места, где мы сидели.
Около
кустов я сел отдохнуть и вдруг услышал слабый
шорох.
Вдруг
шорох в траве и шелест
кустов.
И я пошел в сад, полный мрака, октябрьского холода и осенних
шорохов, и принес куклу. И замечательно: просто бы пошел, — все бы казалось, вот из-за
куста выступит темная фигура жулика, вот набежит по дорожке бешеная собака. А тут — идешь, и ничего не страшно; в душе только гордая и уверенная радость.
Вдруг к пруду приблизились легкие шаги, почти неслышные на мягкой лесной почве, а в
кустах раздался тихий
шорох, подобный шелесту шелкового платья. Из-за деревьев небольшой рощи, примыкавших к берегу пруда, бесшумно выскользнула женская фигура и неподвижно остановилась, не спуская глаз с лежавшего юноши.
Храбриться было безрассудно: молодой человек поспешил за Схарием. В чащу перелеска, в разрез его, далее и далее, и потонули в нем. Только вожатый нередко останавливался, чтобы дать перемежку
шороху, который производили они руками и ногами, пробираясь между
кустов и дерев. Он желал, чтоб этот
шорох приняли за шум ветерка, бегающего по перелеску.
Послышался
шорох с другой стороны оврага в
кустах. Филя стал прислушиваться и сказал...
Вдруг слышит он направо, за
кустомСирени,
шорох платья и дыханье
Волнующейся груди, и потом
Чуть внятный звук, похожий на лобзанье.
Как Саше быть? Забилось сердце в нем,
Запрыгало… Без дальних опасений
Он сквозь
кусты пустился легче тени.
Трещат и гнутся ветви под рукой.
И вдруг пред ним, с Маврушкой молодой
Обнявшися в тени цветущей вишни,
Иван Ильич… (Прости ему всевышний...
Только трава улеглась, тихий
шорох по
кустам растаял, копыта вдали по корням вперебой захлопали, — вылезает это из-за вереска дремучая борода, кудлатая голова, колючие глаза — лесной колдунок, который, значит, в хатке этой обосновался.
Было тихо, только из травы поднимался чуть слышный
шорох, гудели осы, да порою, перепархивая из
куста в
куст, мелькали серенькие корольки, оставляя в воздухе едва слышный звук трепета маленьких крыльев. Вздрагивая, тянулись к солнцу изумрудные иглы сосняка, а высоко над ними кружил коршун, бесконечно углубляя синеву небес.
Вдруг она вздрогнула и насторожилась. В
кустах послышался легкий
шорох и задавленный смех.
Все для тебя, Павлуша, все для тебя, дружок, не равно на черный день (слышен
шорох в
кусте; Мухоморов прислушивается.)
«Уж в замке проснулись;
Мне слышался
шорох и звук голосов». —
«О нет! Встрепенулись
Дремавшие пташки на ветвях
кустов». —
«Заря уж багряна».
«О милый, постой». —
«Минвана, Минвана,
Почто ж замирает так сердце тоской...
Охорашивается флейтист в стекло, подтяжечками поигрывает, с сонной зевоты рыбкой потянулся, — ан почудилось ему, будто с надворной стороны серый козел на дыбки подымается, в окно на него во все глаза смотрит… Прикрыл солдат бровки ладонью, воззрился в темную ночь, — так вдоль стены и метнулось чтой-то… Да еще фыркнуло, шершавое зелье, — по всем
кустам смешок глухой
шорохом прокатился.