Неточные совпадения
— Что так, —
с изумлением и высокомерно спросил
Тычков, нахмурив брови. — Почему?
— Старый вор
Тычков отмстил нам
с тобой! Даже и обо мне где-то у помешанной женщины откопал историю… Да ничего не вышло из того… Люди к прошлому равнодушны, — а я сама одной ногой в гробу и о себе не забочусь. Но Вера…
— Да, да, «парле ву франсе»… — перебил
Тычков, — жениться, сударыня, хочу, вот и привязался: а мы
с вами пара!
— Нашел на ком спрашивать! На нее нечего пенять, она смешна, и ей не поверили. А тот старый сплетник узнал, что Вера уходила, в рожденье Марфеньки,
с Тушиным в аллею, долго говорила там, а накануне пропадала до ночи и после слегла, — и переделал рассказ Полины Карповны по-своему. «Не
с Райским, говорит, она гуляла ночью и накануне, а
с Тушиным!..» От него и пошло по городу! Да еще там пьяная баба про меня наплела…
Тычков все разведал…
Но было уже поздно.
Тычков вскинул изумленные очи на Татьяну Марковну, дамы глядели на нее
с состраданием, мужчины разинули рты, девицы прижались друг к другу.
На первом месте Нил Андреевич
Тычков, во фраке, со звездой, важный старик,
с сросшимися бровями,
с большим расплывшимся лицом,
с подбородком, глубоко уходившим в галстук,
с величавой благосклонностью в речи,
с чувством достоинства в каждом движении.
И вот, чтобы получить Сережино содействие,
с обеих сторон употребляется давление. Со стороны папаши оно заключается в том, что он от времени до времени награждает Сережу
тычками и говорит...
— Вот и это. Полтораста тысяч — шутка ли эко место денег отдать! Положим, однако, что
с деньгами оборот еще можно сделать, а главное, не к рукам мне. Нужно сначала около себя округлить; я в Заболотье-то еще словно на
тычке живу. Куда ни выйдешь, все на чужую землю ступишь.
В хлопотах да в радости из ума вон…» — «Ты
с радости не догадалась! да разве я тебя не знаю? да как ты осмелилась сделать это супротив брата, супротив меня? как осмелилась осрамить отца на старости?» Может быть, дело бы тем и кончилось, то есть криком, бранью и угрозами, или каким-нибудь
тычком, но Александра Степановна не могла перенесть, что ей достается за Софью Николавну, понадеялась, что гроза пройдет благополучно, забыла, что всякое возраженье — новая беда, не вытерпела и промолвила: «Понапрасну терплю за нее».
— Вот то-то, Андрюша! — сказал старый крестьянин, — зачем озорничать! Ведь наше дело таковское — за всяким
тычком не угоняешься. А уж если пришла охота подраться, так дрался бы
с своим братом: скулы-то равные, — а то еще схватился
с барином!..
Растопчинские афишки
с изображением вверху питейного дома, целовальника и московского мещанина Карпушки Чигирина, который, быв в ратниках и выпив лишний крючок на
тычке, услыхал, будто Бонапарт хочет итти на Москву, рассердился, разругал скверными словами всех французов, вышел из питейного дома и заговорил под орлом собравшемуся народу, читались и обсуживались наравне
с последним буриме Василия Львовича Пушкина.