Неточные совпадения
Но всему бывает конец, и желанная минута настала: все было готово, перед у брички как следует был налажен, колесо было обтянуто
новою шиною,
кони приведены с водопоя, и разбойники кузнецы отправились, пересчитав полученные целковые и пожелав благополучия.
При этом обстоятельстве чубарому
коню так понравилось
новое знакомство, что он никак не хотел выходить из колеи, в которую попал непредвиденными судьбами, и, положивши свою морду на шею своего
нового приятеля, казалось, что-то нашептывал ему в самое ухо, вероятно, чепуху страшную, потому что приезжий беспрестанно встряхивал ушами.
Коням Чичикова понравилось тоже
новое жилище.
В это время подъехал кошевой и похвалил Остапа, сказавши: «Вот и
новый атаман, и ведет войско так, как бы и старый!» Оглянулся старый Бульба поглядеть, какой там
новый атаман, и увидел, что впереди всех уманцев сидел на
коне Остап, и шапка заломлена набекрень, и атаманская палица в руке.
Тут показалось
новое диво: облака слетели с самой высокой горы, и на вершине ее показался во всей рыцарской сбруе человек на
коне, с закрытыми очами, и так виден, как бы стоял вблизи.
Наших беллетристов мы успели поглотить если не всех, то многих, включая и старых повествователей и самых тогда
новых, от Нарежного и Полевого до Соллогуба, Гребенки, Буткова, Зинаиды Р-вой, Юрьевой (мать А.Ф.
Кони), Вонлярлярского, Вельтмана, графини Ростопчиной, Авдеева — тогда «путейского» офицера на службе в Нижнем.
Всякий день ей готовы наряды
новые богатые и убранства такие, что цены им нет, ни в сказке сказать, ни пером написать; всякой день угощенья и веселья
новые, отменные; катанье, гулянье с музыкою на колесницах без
коней и упряжи, по темным лесам; а те леса перед ней расступалися и дорогу давали ей широкую, широкую и гладкую, и стала она рукодельями заниматися, рукодельями девичьими, вышивать ширинки серебром и золотом и низать бахромы частым жемчугом, стала посылать подарки батюшке родимому, а и самую богатую ширинку подарила своему хозяину ласковому, а и тому лесному зверю, чуду морскому; а и стала она день ото дня чаще ходить в залу беломраморную, говорить речи ласковые своему хозяину милостивому и читать на стене его ответы и приветы словесами огненными.
Хотя сердце и мысль его давно просились на родину, но если бы теперь же пришло ему повеление вернуться на Литву, не увидя ни Москвы, ни родных, он без ропота поворотил бы
коня и с прежним жаром кинулся бы в
новые битвы.
Приспели
новые полки:
«Сдавайтесь!» — тем кричат.
Ответ им — пули и штыки,
Сдаваться не хотят.
Какой-то бравый генерал,
Влетев в каре, грозиться стал —
С
коня снесли его.
Другой приблизился к рядам:
«Прощенье царь дарует вам!»
Убили и того.
Разумеется, он живо обыграл меня. Желая отыграться, я поставил на
кон поддевку в пять рублей и — проиграл, поставил
новые сапоги в трешницу — тоже проиграл. Тогда Яков сказал мне недовольно, почти сердито...
Бодростин был поставлен своими друзьями как шашка на
кон, да притом и вместе с самою Бодростиной: княгиня Казимира вносила совсем
новый элемент в жизнь.
Ванскок со своею теорией «свежих ран» открывала Горданову целую
новую, еще не эксплуатированную область, по которой скачи и несись куда знаешь, твори, что выдумаешь, говори, что хочешь, и у тебя везде со всех сторон будет тучный злак для
коня и дорога скатертью, а вдали на черте горизонта тридцать девять разбойников, всегда готовые в помощь сороковому.
— Видал коня-то
нового у Лукашки? — спросила старуха: — чтò Митрий-то Андреич подарил, того уж нет: он выменял.
— По крайней мере, я, господа, буду строго преследовать нарушителей за
кона, благодаря которому во флоте теперь наступает
новая эра.
Прошла неделя, и отец протопоп возвратился. Ахилла-дьякон, объезжавший в это время вымененного им степного
коня, первый заметил приближение к городу протоиерейской черной кибитки и летел по всем улицам, останавливаясь пред открытыми окнами знакомых домов, крича: «Едет! Савелий! едет наш поп велий!» Ахиллу вдруг осенило
новое соображение.
Красавец Андрей, объезжая
новую тройку диких
коней, до которых генерал Маковецкий большой любитель, был выброшен на всем скаку взбесившимися лошадьми и умер на месте, ударившись о телеграфный столб головою.
— Так-то… — продолжал он. — Вот вы всё учите, постигаете пучину моря, разбираете слабых да сильных, книжки пишете и на дуэли вызываете — и все остается на своем месте; а глядите, какой-нибудь слабенький старец святым духом пролепечет одно только слово, или из Аравии прискачет на
коне новый Магомет с шашкой, и полетит у вас все вверх тарамашкой, и в Европе камня на камне не останется.
Он вскочил на лошадь, и ударами принудил измученного
коня скакать по дороге в селение… в его голове уже развились
новые планы,
новые замыслы гибели и разрушения.
Вместо упреков в гибели Смелого — нежное сочувствие и безграничная щедрость! Вместо погибшего четвероногого товарища —
новый друг, о котором со сладким замиранием мечтала моя душа! Это был лучший
конь отцовской конюшни, самая быстрая лошадь из всех, каких мне когда-либо приходилось встречать, гнедой красавец кабардинской породы.
Прошло более двух недель со дня моего приключения в горах. Кости Смелого были, должно-быть, давно растащены стараниями голодных волков и чекалок;
новый друг сменил в моем сердце погибшего
коня. Алмаз сразу стал для меня незаменимым. Я гордилась им и лелеяла его.
Конь был красив на диво и неспокоен, как настоящий дикарь. Я исподволь приучала его повиноваться мне и, странное дело, маленькой руке подростка Алмаз подчинялся охотнее, нежели сильным заскорузлым рукам наших казаков.
Все дружинники были в полном вооружении, что доказывало, что они не намерены были ограничиться вчерашним пожаром, а были готовы вскочить на
коней и ринуться за
новой добычей.
При слове «завтра» лицо Саши похолодело — точно теперь только ощутило свежесть ночи, а сердце, дрогнув, как хороший
конь, вступило в
новый, сторожкий, твердый и четкий шаг. И, ловя своим открытым взглядом пронзительный, мерцающий взор Соловьева, рапортовавшего коротко, обстоятельно и точно, Погодин узнал все, что касалось завтрашнего нападения на станцию Раскосную. Сверился с картой и по рассказу Соловьева набросал план станционных жилищ.
Решил я тогда второго
коня не брать: дуже тяжко пилить приходилось, железки были
новые, толстые, да и думаю: все равно — он меня на одном
коне не догонит.
Потом маленький шатер снова свертывали и клали на спину осла, юноша отъезжал в сторону на своем панонском
коне с остриженною гривой, а цветочница присоединялась к своему табору, где подруги ее встречали рукоплесканиями и снабжали ее
новыми цветами и
новым целым квитовым яблоком.
«Ну, прощай, добрый
конь, ступай до
нового хозяина, а старые все тебя покидают!» Я бросилась к
коню батюшкину и крепко на разлуку обняла его.
И так много раз это, просто как удар помешательства, и я, с жаром повторивши, вдруг упал лицом на пол и потерял сознание, но вдруг
новым страшным ударом грома меня опрокинуло, и я увидал в окне: весь в адском сиянии скачет на паре
коней самый настоящий и форменный потрясователь весь в плаще и в шляпе земли греческой, а поза рожи разбойничья!
— Будешь знаком, — сказал ямщик угрюмо. — Сам тоже винища им выпоил немало, — потому — опасаюсь во всякое время… Помни: Кóстюшка недаром и нонче-то выехал… Эстолько места даром
коней гонять не станет… Фарт чует, дьявол, это уж верно!.. Купец вот тоже какой-то… — задумчиво добавил ямщик после некоторого молчания, — не его ли охаживают теперича?.. Только вряд, не похоже будто… И еще с ним
новый какой-то. Не видывали мы его раньше.
Коня звали Востряк, и он как нельзя более оправдывал это прозвище: он поминутно вертел головою, махал хвостом и ржал так, точно хотел этим ржанием по-своему, по-лошадиному, приветствовать своих
новых господ.
— Ну вот и прекрасно! — воскликнул граф. — А эта милая дама и живет отсюда очень недалеко — в
Новой Деревне, и дача ее как раз с этой стороны. Мы подъедем к ее домику так, что нас решительно никто и не заметит. И она будет удивлена и обрадована, потому что я только вчера ее навещал, и она затомила меня жалобами на тоску одиночества. Вот мы и явимся ее веселить. Теперь пустим
коней рысью и через четверть часа будем уже пить шоколад, сваренный самыми бесподобными ручками.
Пораженный
новым горем, остановился я на крыльце и печально смотрел на длинный ряд карет, кабриолетов, колясок, в которых не было для меня и самого маленького уголка, и на нарядных наездниц, под которыми гарцевали нетерпеливые
кони.
Но не мне одному пришлось пострадать от этого обстоятельства: открылось, что для
нового нашего гостя, того бледнолицего молодого человека, о котором я уже говорил, тоже нет верхового
коня.
О
новый день, когда твой свет
Исчезнет за холмами,
Сколь многих взор наш не найдёт
Меж нашими рядами!..
И он блеснул!.. Чу!.. вестовой
Перун по хо́лмам грянул;
Внимайте: в поле шум глухой!
Смотрите: стан воспрянул!
И
кони ржут, грызя бразды;
И строй сомкнулся с строем;
И вождь летит перед ряды;
И пышет ратник боем.
Он благополучно обскакал «дом дворянства» и без всякого для себя вреда повернул вниз за угол, но здесь случилось с ним несчастье:
кони его сшибли с ног одного приказного. Тот, однако, с божиею помощью встал и выпутался из своей разодранной шинелишки и даже старался успокоить начальство, что его приказной спине не больно. Но князь еще больше осердился и обругал подьячего за неловкость, — а затем вдруг встретил
новый, еще больший беспорядок.