Неточные совпадения
Прежде бывало, — говорил Голенищев, не замечая или не желая заметить, что и Анне и Вронскому хотелось говорить, — прежде бывало вольнодумец был человек, который воспитался в понятиях религии, закона, нравственности и сам
борьбой и трудом доходил до вольнодумства; но теперь является
новый тип самородных вольнодумцев, которые вырастают и не слыхав даже, что были законы нравственности, религии, что были авторитеты, а которые прямо вырастают в понятиях отрицания всего, т. е. дикими.
«Возраст охлаждает чувство. Я слишком много истратил сил на
борьбу против чужих мыслей, против шаблонов», — думал он, зажигая спичку, чтоб закурить
новую папиросу. Последнее время он все чаще замечал, что почти каждая его мысль имеет свою тень, свое эхо, но и та и другое как будто враждебны ему. Так случилось и в этот раз.
— Вы слышали что-нибудь о «Союзе
борьбы»? Так это его работа. Начинается
новая эра, Самгин, вы увидите!
Новый человек поклоняется идеалу или идолу производительности, превращающему человека в функцию производства, поклоняется силе и успеху, беспощаден к слабым, он движим соревнованием в
борьбе и, что самое важное, в нем происходит ослабление и почти уничтожение духовности.
Но и тогда в этом высшем состоянии будет
борьба, движение, историческое творчество,
новое перераспределение тел и духов.
Революционность в социальной
борьбе за
новое общество определяется обычно не по социальному идеалу, и не по духовному и моральному изменению людей, создающих
новое общество, а по средствам, которые применяются в
борьбе, по степени применения насилия.
Можно установить четыре периода в отношении человека к космосу: 1) погружение человека в космическую жизнь, зависимость от объектного мира, невыделенность еще человеческой личности, человек не овладевает еще природой, его отношение магическое и мифологическое (примитивное скотоводство и земледелие, рабство); 2) освобождение от власти космических сил, от духов и демонов природы,
борьба через аскезу, а не технику (элементарные формы хозяйства, крепостное право); 3) механизация природы, научное и техническое овладение природой, развитие индустрии в форме капитализма, освобождение труда и порабощение его, порабощение его эксплуатацией орудий производства и необходимость продавать труд за заработную плату; 4) разложение космического порядка в открытии бесконечно большого и бесконечно малого, образование
новой организованности, в отличие от органичности, техникой и машинизмом, страшное возрастание силы человека над природой и рабство человека у собственных открытий.
Иногда, в этом безусловном рвении к какой-то
новой правде, виделось ей только неуменье справиться с старой правдой, бросающееся к
новой, которая давалась не опытом и
борьбой всех внутренних сил, а гораздо дешевле, без
борьбы и сразу, на основании только слепого презрения ко всему старому, не различавшего старого зла от старого добра, и принималась на веру от не проверенных ничем
новых авторитетов, невесть откуда взявшихся
новых людей — без имени, без прошедшего, без истории, без прав.
Новая экспедиция. — Состав отряда. — Вьючный обоз. — Научное снаряжение. — Одежда и обувь. — Продовольствие. — Работа путешественника. — Отъезд. — Река Уссури. — Растительность около станции Шмаковка. — Пресмыкающиеся. — Грызуны. — Птицы. — Порядок дня в походе. — Село Успенка. — Даубихе и Улахе. — Болото. — Охота за пчелами.
Борьба пчел с муравьями
Но нравственность, предполагающая греховное раздвоение,
борьбу добра и зла в человеке, не может иметь безусловного религиозного значения, она есть Ветхий Завет, период подзаконности, который преодолевается (хотя и не отменяется)
Новым Заветом, царством благодати [В русской литературе «сравнительный анализ» Ветхого и
Нового заветов впервые был произведен митрополитом Иларионом (XI в.) в «Слове о Законе и Благодати».
Вся нравственность свелась на то, что неимущий должен всеми средствами приобретать, а имущий — хранить и увеличивать свою собственность; флаг, который поднимают на рынке для открытия торга, стал хоругвию
нового общества. Человек de facto сделался принадлежностью собственности; жизнь свелась на постоянную
борьбу из-за денег.
В одних я представлял
борьбу древнего мира с христианством, тут Павел, входя в Рим, воскрешал мертвого юношу к
новой жизни.
В других —
борьбу официальной церкви с квакерами и отъезд Уильяма Пена в Америку, в
Новый Свет.
Как же мне было признаться, как сказать Р. в январе, что я ошибся в августе, говоря ей о своей любви. Как она могла поверить в истину моего рассказа —
новая любовь была бы понятнее, измена — проще. Как мог дальний образ отсутствующей вступить в
борьбу с настоящим, как могла струя другой любви пройти через этот горн и выйти больше сознанной и сильной — все это я сам не понимал, а чувствовал, что все это правда.
Я встречу
борьбу, я рад буду ей, я воскресну в ней с
новыми силами!
— Люба, дорогая моя! Милая, многострадальная женщина! Посмотри, как хорошо кругом! Господи! Вот уже пять лет, как я не видал как следует восхода солнца. То карточная игра, то пьянство, то в университет надо спешить. Посмотри, душенька, вон там заря расцвела. Солнце близко! Это — твоя заря, Любочка! Это начинается твоя
новая жизнь. Ты смело обопрешься на мою сильную руку. Я выведу тебя на дорогу честного труда, на путь смелой, лицом к лицу,
борьбы с жизнью!
Когда время стало подходить к маю, надо было составлять
новую программу переездов. Берлин, где я бывал только проездом, представлялся гораздо более интересным. В мае и июне там еще идет политическая жизнь в Палате, и как раз шла
борьба между Бисмарком и оппозицией.
Слабохарактерный, спившийся, погибавший, он как бы раздваивался в своем произведении: себя он вывел в лице доктора, мрачного меланхолика, страдающего запоем, безнадежно загубленного уже мраком окружающих условий, но благословляющего своего молодого друга Светлова на
новую жизнь и
борьбу.
Едва ли самая злая газетная полемика так волнует теперь литературных противников, как волновала и самих участников, и местное общественное мнение эта
борьба капитана с злым ябедником, слава которого колебалась, как иная литературная репутация под ударами
новой критики.
Теперь это разом объяснилось Розанову; они не сложили рук, как московские, и не взялись за работу, а выдумали
новый, совершенно безопасный и не вызывающий ничьего противодействия союз, придавая ему характер псевдосоциальной
борьбы.
За революцией стоят освободительные инстинкты и идеи,
борьба против тирании, но сама революция не имеет пафоса свободы и создает
новую, еще горшую тиранию.
Я говорил уже об основном парадоксе
борьбы добра и зла:
борьба со злом постоянно порождает
новое зло — нетерпимость, фанатизм, насилие, жестокость, злобные чувства.
Новые идеологические течения, острые, активные, осоленные, в которых есть страстная
борьба, часто заключают в себе злость, ненависть, жажду истребления, демоническую волю к победе.
Остроту мы чувствуем в возникающих революционных течениях, в первых столкновениях романтизма с классицизмом, в
новых течениях в искусстве, в
новых освободительных моральных идеях, в возникающих школах, в
борьбе за духовную реформацию.
Но после ужаса мировой войны мы вступаем в эпоху, когда война теряет смысл и оправдание, когда
борьба против возможности
новых войн делается великой этической задачей.
В революциях поднимаются вверх
новые социальные слои, раньше не допущенные к активности и угнетенные, и в
борьбе за своё
новое положение в обществе они не могут проявлять свободолюбия и не могут бережно относиться к духовным ценностям.
Достигнутая гармония лишь относительна и временна, она сменяется
новой дисгармонией и
борьбой.
Из брошенных вскользь графом слов хитрая Настасья Федоровна проникла и в эти затаенные его мысли и стала готовиться к
борьбе с
новым врагом своим, который явится в лице законной жены ее многолетнего сожителя.
Хотя государь Николай Павлович был, несомненно, расположен к нему, хотя он был любимцем императрицы Марии Федоровны, знавшей, как привязан был к нему ее покойный сын, но все же граф Аракчеев хорошо понимал, что ему теперь придется разделить влияние на ход государственных дел с
новыми, близкими государю людьми, людьми другой школы, другого направления, которые не простят ему его прежнего могущества, с которыми ему придется вести
борьбу, и еще неизвестно, на чью сторону станет государь.
Потому что шли
новые и
новые, и каждый день моей работы в забытой глуши нес для меня изумительные случаи, каверзные вещи, заставлявшие меня изнурять мой мозг, сотни раз теряться и вновь обретать присутствие духа и вновь окрыляться на
борьбу.
Иногда, впрочем, он и не махал на меня руками. Иногда тоже казалось мне, что принятая таинственная решимость как бы оставляла его и что он начинал бороться с каким-то
новым соблазнительным наплывом идей. Это было мгновениями, но я отмечаю их. Я подозревал, что ему очень бы хотелось опять заявить себя, выйдя из уединения, предложить
борьбу, задать последнюю битву.
— Степан Трофимович! — радостно проревел семинарист. — Здесь в городе и в окрестностях бродит теперь Федька Каторжный, беглый с каторги. Он грабит и недавно еще совершил
новое убийство. Позвольте спросить; если б вы его пятнадцать лет назад не отдали в рекруты в уплату за карточный долг, то есть попросту не проиграли в картишки, скажите, попал бы он в каторгу? резал бы людей, как теперь, в
борьбе за существование? Что скажете, господин эстетик?
Закон начинает
борьбу со злом и грехом, искупление завершает эту
борьбу, в творчестве же свободном и дерзновенном призван человек творить мир
новый и небывалый, продолжать творенье Божье.
Активность человека идет не на творчество
нового бытия, а на восстановление старого бытия, на
борьбу со злом, а не на созидание
новой жизни.
Нельзя жить в мире и творить
новую жизнь с одной моралью послушания, с одной моралью
борьбы против собственных грехов.
Традиция, в силу которой главная привлекательность жизни по преимуществу сосредоточивается на
борьбе и отыскивании
новых горизонтов, с каждым днем все больше и больше теряет кредит.
Совсем
новые люди были кругом — бодрые, энергичные, с горящими глазами и с горящими сердцами. Дикою и непонятною показалась бы им проповедь «счастья в жертве», находившая такой сочувственный отклик десять лет назад. Счастье было в
борьбе — в
борьбе за то, во что верилось крепко, чему не были страшны никакие «сомнения» и «раздумия».
Он называл
борьбу отстаиваньем освященных веками интересов и с гордостью говорил, что его нельзя смешивать с толпою беспокойных, которая занималась отыскиванием каких-то
новых общественных идеалов и форм.
— Это будет не простая война, — восклицал князь, — а
новый российский крестовый поход,
борьба креста и луны, Христа и Магомета. Чего не сделали, не довершили крестоносцы, должна сделать, довершить Россия с Великой Екатериной. Я здесь, в груди моей, ношу уже давно уверенность, что Россия должна совершить это великое и Богу угодное дело — взять и перекинуть луну через Босфор, с одного берега на другой, в Азию.
Пора молодости, любви и каких бы то ни было
новых сердечных отношений для него давно уже миновалась, а служебную деятельность, которая была бы теперь свойственна его возрасту и могла бы вызвать его снова на
борьбу, эту деятельность он должен был покинуть навсегда и, как подстреленный орел, примкнув к числу недовольных, скромно поселиться вместе с Настенькой и капитаном в Москве.
Даже решимости выступить на прямую открытую
борьбу в них нет; они только стараются как-нибудь обмануть время да разливаются в бесплодных жалобах на
новое движение.
Пока шла ожесточенная
борьба партий, беззаботная половина человеческого рода веселилась напропалую, изобретая каждый день
новое удовольствие.
Он не умел рассказывать пикантных анекдотов, не умел придумывать
новых кушаний — и вдруг: собака Майзеля и татарская
борьба сразу подняли его на небывалую высоту!
Поэтому
борьба противу каст, сословий, против неравномерного распределения богатств, против семьи, брака и тому подобных мерзостей составляет задачу
новых людей нашего времени.
Все это вплотную поставило перед сознанием народнической интеллигенции политическую проблему и привело к выработке
новых методов
борьбы.
Цели русской революционной интеллигенции остались как будто бы те же, но они приобрели
новое орудие
борьбы, они почувствовали более твердую почву под ногами.
Бунт против общего во имя личности переходит у него в
борьбу за
новое общее, за человечество, за его социальную организацию.
Чрезвычайная комиссия по
борьбе с куриной чумой переименовалась в чрезвычайную комиссию по поднятию и возрождению куроводства в республике, пополнившись
новой чрезвычайной тройкой, в составе шестнадцати товарищей.
«Образована чрезвычайная комиссия по
борьбе с куриною чумой в составе наркомздрава, наркомзема, заведующего животноводством товарища Птахи-Поросюка, профессоров Персикова и Португалова… и товарища Рабиновича!..
Новые попытки интервенции!.. — хохотал и плакал, как шакал, рупор, — в связи с куриною чумой!»
Впечатлительного и отзывчивого юношу слишком уже захватили и заманчивая прелесть морской жизни с ее опасностями, закаляющими нервы, с ее
борьбой со стихией, облагораживающей человека, и жажда путешествий, расширяющих кругозор и заставляющих чуткий ум задумываться и сравнивать. Слишком возбуждена была его любознательность уже и тем, что он видел, а сколько предстоит еще видеть
новых стран,
новых людей,
новую природу!