Неточные совпадения
Раскольников взял газету и мельком взглянул на свою статью. Как ни противоречило это его положению и состоянию, но он ощутил то странное и язвительно-сладкое чувство, какое испытывает автор, в первый раз видящий себя напечатанным, к тому же и двадцать три
года сказались. Это продолжалось одно мгновение. Прочитав несколько строк, он нахмурился, и страшная тоска сжала его сердце. Вся его душевная
борьба последних месяцев напомнилась ему разом. С отвращением и досадой отбросил он статью на стол.
Между тем он учился, как и другие, как все, то есть до пятнадцати
лет в пансионе; потом старики Обломовы, после долгой
борьбы, решились послать Илюшу в Москву, где он волей-неволей проследил курс наук до конца.
И мало того:
лет двадцать тому назад он нашел бы в этой литературе признаки
борьбы с авторитетами, с вековыми воззрениями, он бы из этой
борьбы понял, что было что-то другое; но теперь он прямо попадает на такую, в которой даже не удостоивают спором старинные воззрения, а прямо говорят: ничего нет, évolution, подбор,
борьба за существование, — и всё.
— О, боже мой, можешь представить: Марья Романовна, — ты ее помнишь? — тоже была арестована, долго сидела и теперь выслана куда-то под гласный надзор полиции! Ты — подумай: ведь она старше меня на шесть
лет и все еще… Право же, мне кажется, что в этой
борьбе с правительством у таких людей, как Мария, главную роль играет их желание отомстить за испорченную жизнь…
«Это не самая плохая из историй
борьбы королей с дворянством. Король и дворянство, — повторил он, ища какой-то аналогии. — Завоевал трон, истребив лучших дворян. Тридцать
лет царствовал. Держал в своих руках судьбу Пушкина».
Первые
годы жизни Клима совпали с
годами отчаянной
борьбы за свободу и культуру тех немногих людей, которые мужественно и беззащитно поставили себя «между молотом и наковальней», между правительством бездарного потомка талантливой немецкой принцессы и безграмотным народом, отупевшим в рабстве крепостного права.
Макаров тоже был украшением гимназии и героем ее: в течение двух
лет он вел с преподавателями упорную
борьбу из-за пуговицы.
— Спасибо, голубчик! Ситуация, черт ее возьми, а? И при этом мой полк принимал весьма деятельное участие в
борьбе с революцией пятого
года — понимаете?
Подготовка
борьбы с Востоком не исключает, конечно,
борьбы с пролетариатом у себя дома, — 905–6
года кое-чему научили капиталистов.
В этой
борьбе пострадала и семья Самгиных: старший брат Ивана Яков, просидев почти два
года в тюрьме, был сослан в Сибирь, пытался бежать из ссылки и, пойманный, переведен куда-то в Туркестан; Иван Самгин тоже не избежал ареста и тюрьмы, а затем его исключили из университета; двоюродный брат Веры Петровны и муж Марьи Романовны умер на этапе по пути в Ялуторовск в ссылку.
Нельзя сказать, чтоб он легко сдался, он отчаянно боролся целых десять
лет, он приехал в ссылку еще в надежде одолеть врагов, оправдаться, он приехал, словом, еще готовый на
борьбу, с планами и предположениями. Но тут он разглядел, что все кончено.
Она взошла, вся в белом, ослепительно прекрасна; три
года разлуки и вынесенная
борьба окончили черты и выражение.
Нас сослали. Сношения с нами были опасны. Черные
годы нужды наступили для него; в семилетней
борьбе с добыванием скудных средств, в оскорбительных столкновениях с людьми грубыми и черствыми, вдали от друзей, без возможности перекликнуться с ними, здоровые мышцы его износились.
С любовью останавливаюсь я на этом времени дружного труда, полного поднятого пульса, согласного строя и мужественной
борьбы, на этих
годах, в которые мы были юны в последний раз!..
Политический вопрос с 1830
года делается исключительно вопросом мещанским, и вековая
борьба высказывается страстями и влечениями господствующего состояния. Жизнь свелась на биржевую игру, все превратилось в меняльные лавочки и рынки — редакции журналов, избирательные собрания, камеры. Англичане до того привыкли все приводить, к лавочной номенклатуре, что называют свою старую англиканскую церковь — Old Shop. [Старая лавка (англ.).]
Тюрьма и ссылка в молодых
летах, во времена душного и серого гонения, чрезвычайно благотворны; это — закал; одни слабые организации смиряются тюрьмой, те, у которых
борьба была мимолетным юношеским порывом, а не талантом, не внутренней необходимостью.
Мальчиком четырнадцати
лет, потерянным в толпе, я был на этом молебствии, и тут, перед алтарем, оскверненным кровавой молитвой, я клялся отомстить казненных и обрекал себя на
борьбу с этим троном, с этим алтарем, с этими пушками.
Борьба между нами давно кончилась, и мы протянули друг другу руки; но в начале сороковых
годов мы должны были встретиться враждебно — этого требовала последовательность нашим началам.
В течение 20
лет я вел
борьбу за свободу, за свободу духа, свободу совести, свободу мысли, не пропускал ни одного случая, чтобы не протестовать против гасителей духа, насильников над мыслью и совестью.
Годы моей жизни были посвящены
борьбе с интеллигентской общественностью, и я на это потерял даже слишком много сил.
Были
годы, когда я вел идейную
борьбу с жалостливостью.
Он принадлежит к реалистически настроенной эпохе 60-х
годов, когда происходила
борьба против поколения идеалистов 40-х
годов, когда требовали полезного дела и не любили мечтательности.
В отличие от людей 40-х
годов, он почти совсем не знал немецкой идеалистической философии, которая могла бы помочь ему лучше решить беспокоившие его вопросы о «субъективном методе» в социологии и о «
борьбе за индивидуальность» [См. мою старую книгу «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии».].
Лишь в конце 70-х
годов, когда образовалась партия Народной Воли, социалистическое движение становится политическим и переходит к террористической
борьбе.
Нужно еще сказать, что
борьба, которую Вл. Соловьев вел с национализмом, торжествовавшим в 80-е
годы, внешне может казаться устаревшей, но она остается живой и для нашего времени.
Он сто раз, может быть, вступал в
борьбу с овладевшим им в последние
годы беспорядком.
Впрочем, Галактион почти не жил дома, а все разъезжал по делам банка и делам Стабровского. Прохоров не хотел сдаваться и вел отчаянную
борьбу. Стороны зашли уже слишком далеко, чтобы помириться на пустяках. Стабровский с каждым
годом развивал свои операции все шире и начинал теснить конкурента уже на его территории. Весь вопрос сводился только на то, которая сторона выдержит дольше. О пощаде не могло быть и речи.
— Люба, дорогая моя! Милая, многострадальная женщина! Посмотри, как хорошо кругом! Господи! Вот уже пять
лет, как я не видал как следует восхода солнца. То карточная игра, то пьянство, то в университет надо спешить. Посмотри, душенька, вон там заря расцвела. Солнце близко! Это — твоя заря, Любочка! Это начинается твоя новая жизнь. Ты смело обопрешься на мою сильную руку. Я выведу тебя на дорогу честного труда, на путь смелой, лицом к лицу,
борьбы с жизнью!
И вдруг не сонное видение, не образ, зримый только духом, а как есть человек во плоти, полный жизни, явился перед нею… Смутилась старица… Насмеялся враг рода человеческого над ее подвигами и богомыслием!.. Для чего ж были долгие
годы душевной
борьбы, к чему послужили всякого рода лишения, суровый пост, измождение плоти, слезная, умная молитва?.. Неужели все напрасно?.. Минута одна, и как вихрем свеяны двадцатипятилетние труды, молитвы, воздыхания, все, все…
Умственная и этическая эволюция Телепнева похожа и на мою, но не совпадает с нею. В нем последний кризис, по окончании курса в Дерпте, потянул его к земской работе, а во мне началась
борьба между научной дорогой и писательством уже за два
года до отъезда из Дерпта.
Из всех тогдашних конгрессов, на каких я присутствовал, Съезд Интернационального Союза рабочих (о котором я говорил выше) был, без сомнения, самый содержательный и важный по своим последствиям. Идеи Маркса, создавшего это общество, проникли с тех пор всюду и у нас к половине 90-х
годов, то есть около четверти века спустя, захватили массу нашей молодежи и придали ее настроениям гораздо более решительный характер общественной
борьбы и наложили печать на все ее мироразумение.
Если прикинуть теперешний аршин к тогдашнему общественному"самосознанию", то окажется, что тогда не нашлось бы и одной десятой того количества людей и старых и молодых, участвующих в движении, какое бросилось на
борьбу к осени 1905
года.
В связи со всем этим во мне шла и внутренняя работа, та
борьба, в которой писательство окончательно победило, под прямым влиянием обновления нашей литературы, журналов, театра, прессы. Жизнь все сильнее тянула к работе бытописателя. Опыты были проделаны в Дерпте в те последние два
года, когда я еще продолжал слушать лекции по медицинскому факультету. Найдена была и та форма, в какой сложилось первое произведение, с которым я дерзнул выступить уже как настоящий драматург, еще нося голубой воротник.
Мое юношеское любовное увлечение оставалось в неопределенном status quo. Ему сочувствовала мать той еще очень молодой девушки, но от отца все скрывали. Семейство это уехало за границу. Мы нередко переписывались с согласия матери; но ничто еще не было выяснено. Два-три
года мне нужно было иметь перед собою, чтобы стать на ноги, найти заработок и какое-нибудь"положение". Даже и тогда дело не обошлось бы без
борьбы с отцом этой девушки, которой тогда шел всего еще шестнадцатый
год.
В
борьбе двух направлений, какая началась во мне в последние
годы дерптской выучки, будущий писатель и пробудился и наметил свой путь в воздухе русских интересов, знакомств и интимных испытаний.
Но существует во всей живущей, никогда не умирающей мировой природе какой-то удивительный и непостижимый закон, по которому заживают самые глубокие раны, срастаются грубо разрубленные члены, проходят тяжкие инфекционные болезни, и, что еще поразительнее, — сами организмы в течение многих
лет вырабатывают средства и орудия для
борьбы со злейшими своими врагами.
В таком страшном состоянии душевной и телесной
борьбы, дошедшей до своего апогея, выехала она со своим двоюродным братом из Москвы, куда приехала по вызову Зинаиды Павловны, в Шестово, в то
лето, когда в нем, в качестве учителя князя Владимира, должен был появиться Николай Леопольдович Гиршфельд.
Около
года провел Николай Ильич в страшной
борьбе с наступившей нищетой.
В духовной
борьбе, которая в эти
годы во мне происходила, большое значение имела встреча с Ибсеном и Ницше.
Вл. Соловьёв, который в 80-е
годы прошлого века вел
борьбу против русского зоологического национализма, делает различие между эгоизмом и личностью.
Приближались летние месяцы 1831
года, принадлежащие к тяжким эпохам новейшей русской истории. Шла ожесточенная
борьба и на окраинах, а внутри России свирепствовала холера, сопровождаемая народными волнениями и бунтом военных поселян.
Борьбу начинали по исстари заведенному обычаю малыши, за ними выступали подростки, а большие мужики подходили уже к концу, когда решался на целый
год горячий вопрос, кто «унесет круг» — ключевляне или самосадские.
— Степан Трофимович! — радостно проревел семинарист. — Здесь в городе и в окрестностях бродит теперь Федька Каторжный, беглый с каторги. Он грабит и недавно еще совершил новое убийство. Позвольте спросить; если б вы его пятнадцать
лет назад не отдали в рекруты в уплату за карточный долг, то есть попросту не проиграли в картишки, скажите, попал бы он в каторгу? резал бы людей, как теперь, в
борьбе за существование? Что скажете, господин эстетик?
Мне уже пришлось до поездки в Донскую область этим
летом видеть холеру в Нижнем, во время ярмарки, и очень оригинальную с ней
борьбу.
Он рассчитывал, что пойдут в ход воспоминания 1789 и 1848
годов, что на сцену выдвинется четвертое сословие в сопровождении целой свиты"проклятых"вопросов, что
борьба партий обострится и все это, вместе взятое, даст ему повод потихоньку да полегоньку разнести по кирпичу очаг европейских беспокойств.
Или, быть может, в слезах этих высказывается сожаление о напрасно прожитых лучших
годах моей жизни? Быть может, ржавчина привычки до того пронизала мое сердце, что я боюсь, я трушу перемены жизни, которая предстоит мне? И в самом деле, что ждет меня впереди? новые
борьбы, новые хлопоты, новые искательства! а я так устал уж, так разбит жизнью, как разбита почтовая лошадь ежечасною ездою по каменистой твердой дороге!
Постепенно ли, с юных
лет развращаемая и наконец до отупения развращенная воля или просто жгучее чувство личности, долго не признаваемое, долго сдерживаемое в разъедающей
борьбе с самим собою и наконец разорвавшее все преграды и, как вышедшая из берегов река, унесшее в своем стремлении все — даже бедного своего обладателя?
Совсем новые люди были кругом — бодрые, энергичные, с горящими глазами и с горящими сердцами. Дикою и непонятною показалась бы им проповедь «счастья в жертве», находившая такой сочувственный отклик десять
лет назад. Счастье было в
борьбе — в
борьбе за то, во что верилось крепко, чему не были страшны никакие «сомнения» и «раздумия».
Из самодурства ли, по каким ли другим причинам, но он упрямо стоял на своем. Между тем надеждинский колодезь давал воду очень жесткую, вредную для труб, расположен был на низком месте, невдалеке от очень загрязненной рабочей слободы. Два
года тянулась
борьба отца с губернатором. Отец выступал против него в городской думе, в санитарной комиссии, в обществе врачей; конечно, потерял место домашнего его врача. Всемогущий губернатор одолел, и Тула получила для водопровода плохую надеждинскую воду.
Лет через пятнадцать администрация вдруг решила восстановить во всей строгости тюремные правила, смягчения которых заключенные в течение многих
годов добились путем упорнейшей
борьбы, сидения в карцере, самоубийств.