Неточные совпадения
Сорок пять копеек сдачи, медными пятаками, вот-с, извольте принять, и таким образом, Родя, ты теперь во всем
костюме восстановлен, потому что, по моему мнению, твое пальто не только еще может служить, но даже
имеет в себе вид особенного благородства: что значит у Шармера-то заказывать!
И, однако ж, одеваясь, он осмотрел свой
костюм тщательнее обыкновенного. Другого платья у него не было, а если б и было, он, быть может, и не надел бы его, — «так, нарочно бы не надел». Но во всяком случае циником и грязною неряхой нельзя оставаться: он не
имеет права оскорблять чувства других, тем более что те, другие, сами в нем нуждаются и сами зовут к себе. Платье свое он тщательно отчистил щеткой. Белье же было на нем всегда сносное; на этот счет он был особенно чистоплотен.
Лютов, в измятом
костюме, усеянном рыжими иглами хвои,
имел вид человека, только что — очнувшегося после сильного кутежа. Лицо у него пожелтело, белки полуумных глаз налиты кровью; он, ухмыляясь, говорил невесте, тихо и сипло...
Одет он в пиджачный
костюм из парусинки и наружность
имеет благообразную.
Быстрый успех в Лондоне лет пятнадцать перед тем он
имел сразу, явившись Гамлетом в такой гримировке и в таком
костюме, каких никто еще не пускал в ход на лондонских сценах.
Как бы то ни было, теперь он служил архивариусом, получал восемь рублей в месяц, ходит в засаленном
костюме, вид
имел не то высокомерный, не то унылый и в общем — сильно потертый.
Она, как женщина, не хотела быть смешною в своем платье и поняла, что каждая женщина должна
иметь свой
костюм, чего тысячи и сотни тысяч женщин никогда не поймут — только бы одеться по моде.
Тот «добросовестный француз и со вкусом», которого хотел когда-то отрекомендовать мне Версилов, не только сшил уж мне весь
костюм, но уж и забракован мною: мне шьют уже другие портные, повыше, первейшие, и даже я
имею у них счет.
Что касается до одежи, то я положил
иметь два
костюма: расхожий и порядочный.
С раннего утра передняя была полна аристократами Белого Поля; староста стоял впереди в синем кафтане и держал на огромном блюде страшной величины кулич, за которым он посылал десятского в уездный город; кулич этот издавал запах конопляного масла, готовый остановить всякое дерзновенное покушение на целость его; около него, по бортику блюда, лежали апельсины и куриные яйца; между красивыми и величавыми головами наших бородачей один только земский отличался
костюмом и видом: он не только был обрит, но и порезан в нескольких местах, оттого что рука его (не знаю, от многого ли письма или оттого, что он никогда не встречал прелестное сельское утро не выпивши, на мирской счет, в питейном доме кружечки сивухи)
имела престранное обыкновение трястись, что ему значительно мешало отчетливо нюхать табак и бриться; на нем был длинный синий сюртук и плисовые панталоны в сапоги, то есть он напоминал собою известного зверя в Австралии, орниторинха, в котором преотвратительно соединены зверь, птица и амфибий.
Когда новые постояльцы поселились у Миропы Дмитриевны, она в ближайшее воскресенье не преминула зайти к ним с визитом в
костюме весьма франтоватом: волосы на ее висках были, сколько только возможно, опущены низко; бархатная черная шляпка с длинными и высоко приподнятыми полями и с тульей несколько набекрень принадлежала к самым модным, называемым тогда шляпками Изабеллины; платье мериносовое, голубого цвета,
имело надутые, как пузыри, рукава; стан Миропы Дмитриевны перетягивал шелковый кушак с серебряной пряжкой напереди, и, сверх того, от всей особы ее веяло благоуханием мусатовской помады и духов амбре.
Костюмы дам носили меланхолический характер серых тонов; только одна m-me Сарматова явилась в платье «цвета свежепросольного огурца», как говорил Прозоров, что, по ее мнению,
имело какое-то соотношение с предполагаемой охотой.
За границей они разыгрывают каких-то чудаков, маньяков, делают на каждом шагу эксцентричности, одеваются по-шутовски, не соблюдая приличия. Даже дамы, встречающиеся во Франции и Италии, поражают, как мы уже
имели случай заметить, странностью своих
костюмов, причесок и манер.
Меня останавливало только то, что я до сих пор не
имею королевского
костюма.
Она
имела самый несчастный вид: исхудала, пожелтела и не обращала даже внимания на свой
костюм, — последняя степень женского отчаяния.
В общем
костюмы удэхейцев, орнаментированные спиральными и волнистыми линиями, напоминающими рога оленей,
имели вид красивый и элегантный.
В залах было грязновато, и уже с самого начала толпа казалась в значительной части пьяною. В тесных покоях с закоптелыми стенами и потолками горели кривые люстры; они казались громадными, тяжелыми, отнимающими много воздуха. Полинялые занавесы у дверей
имели такой вид, что противно было задеть их. То здесь, то там собирались толпы, слышались восклицания и смех, — это ходили за наряженными в привлекавшие общее внимание
костюмы.
Человек в светлом
костюме имеет странный вид: кажется, что он был сильно грязен и только сегодня его вымыли, но так усердно, что уж навсегда стерли с него всё яркое.
Шли мы довольно медленно, — два дня работаешь, день идёшь. Ел Шакро крайне несдержанно, и, по милости его чревоугодия, я никак не мог скопить столько денег, чтоб
иметь возможность приобрести ему какую-либо часть
костюма. А у него все части — были сонмищем разнообразных дыр, кое-как связанных разноцветными заплатами.
Из женщин одна только немка Шпис
имела глупость явиться бержеркой: избитый и скучнейший
костюм. Додо Рыбинская была одета в восточный наряд, а Варкулова — маркизой с таким лифом, какой носили при Людовике XV.
Костюмы были уморительные: например, старый Доблестин явился в солдатском изорванном сюртуке одного из наших сторожей-инвалидов; на голове
имел парик из пакли, напудренный мелом, а на руках цепи с цепной дворовой собаки, которая на этот вечер получила свободу и кого-то больно укусила.
— Запоминайте лица,
костюмы, походку людей, которые будут приходить в эту квартиру. Людей, похожих друг на друга, — нет, каждый
имеет что-нибудь своё, вы должны научиться сразу поймать это своё в человеке — в его глазах, в голосе, в том, как он держит руки на ходу, как, здороваясь, снимает шапку. Эта служба прежде всего требует хорошей памяти…
Нынешнее — или теперешнее, не знаю, как правильнее сказать поколение, уже внуки мои,
имея своих Галушкинских в другом формате, то есть
костюме, с другими выражениями о тех же понятиях, с другими поступками по прежним правилам, от них-то, новых реверендиссимов наслушавшись, говорят уже, что любовь есть приятное занятие, что для него можно пожертвовать свободным получасом; часто необходимость при заботах тяжелых для головы, стакан лимонаду жаждущему, а не в спокойном состоянии находящемуся, недостойная малейшего размышления, не только позволения владеть душою, недостойная и не могущая причинять человеку малейшей досады и тем менее горести.
Очень обрадовавшись тому, что все идет хорошо, господин Голядкин поставил зеркало на прежнее место, а сам, несмотря на то что был босиком и сохранял на себе тот
костюм, в котором
имел обыкновение отходить ко сну, подбежал к окошку и с большим участием начал что-то отыскивать глазами на дворе дома, на который выходили окна квартиры его.
Болгарка
имеет вид дикого, прелестного, но совсем некультурного существа. Она разглядывает нас бесцеремонно, ощупывает наши
костюмы, осведомляется о цене их, интересуется жизнью в Петербурге, дороговизной помещения, извозчиками и всякими мелочами. И все это на тарабарском наречии и низким, как труба, голосом, причем то и дело ударяет себя рукою в грудь.
Минутами (редкими, впрочем) он доходил иногда до такого самозабвения, что не стыдился даже того, что не
имеет своего экипажа, что слоняется пешком по присутственным местам, что стал несколько небрежен в
костюме, — и случись, что кто-нибудь из старых знакомых обмерил бы его насмешливым взглядом на улице или просто вздумал бы не узнать, то, право, у него достало бы настолько высокомерия, чтоб даже и не поморщиться.
Наш город был один из глухих городов «черты». В то время как в других местах и
костюмы, и нравы еврейской среды уже сильно менялись, — у нас, несмотря на то, что еще не исчезла память о драконовских мерах прежнего начальства, резавшего пейсы и полы длинных кафтанов, — особенности еврейского
костюма уцелели в полной неприкосновенности. Полицейские облавы прежних времен
имели исключительно характер «фискальный». Еврейское общество платило, что следует, и после этого все опять шло по-старому.
Они не замечали меня, занятые разговором, но я успел рассмотреть их: один, в легкой панаме и в светлом фланелевом
костюме с синими полосками,
имел притворно благородный вид и гордый профиль первого любовника и слегка поигрывал тросточкой, другой, в серенькой одежде, был необыкновенно длинноног и длиннорук, ноги у него как будто бы начинались от середины груди, и руки, вероятно, висели ниже колен, — благодаря этому, сидя, он представлял собою причудливую ломаную линию, которую, впрочем, легко изобразить при помощи складного аршина.
Радуясь прекрасному явлению в литературе нашей, как общему добру, мы с большим удовольствием извещаем читателей, что, наконец, словесность наша обогатилась первым историческим романом, первым творением в этом роде, которое
имеет народную физиономию: характеры, обычаи, нравы,
костюм, язык.
— Нет уж, бог с ним! — отмахнулся рукою околоточный; дружинник засмеялся, и только Петров нахмурился еще больше и отвернулся. — Я ведь, собственно, ничего не
имею. Помочь так помочь, с большим удовольствием. Вот только
костюм у меня неподходящий…
Долохов же, прежде, в Москве, носивший персидский
костюм, теперь, напротив,
имел вид самого чопорного гвардейского офицера.